Профессиональная деформация сотрудников органов внутренних дел и пути её преодоления

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Объём работы составляет 91 страница, из них 75 страниц основного текста, 56 литературных источника и 6 приложений.

Ключевые слова: ПРОФЕССИЯ, ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ДЕФОРМАЦИЯ, СТРЕСС, ПСИХОЛОГИЧЕСКОЕ ВЫГОРАНИЕ, УТОМЛЕНИЕ, ДЕПРЕССИЯ, ПРЕОДОЛЕНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕФОРМАЦИИ, СОТРУДНИКИ ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ, СЛЕДОВАТЕЛЬ.

Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие и развивающиеся на фоне проявлений профессиональной деформации сотрудников правоохранительных органов.

Предметом исследования являются закономерности возникновения профессиональной деформации, её механизм, а также её виды и специфика проявлений, приёмы выявления и предупреждения.

Цель работы: выявление и исследование всех возможных профессиональных деформаций сотрудников правоохранительных органов, для того, что бы разработать эффективные психотехнологии преодоления, коррекции и профилактики профессиональных деформаций.

Методы исследования: диалектико-материалистический, исторический, социологические (обобщение, описание), логические (анализ, синтез, аналогия).

Результатом работы является создание логически упорядоченной системы представлений о профессиональной деформации, её видах и проявлениях.

Практическая значимость: применение результатов настоящего дипломного исследования в правоприменительной практике и учебно-познавательной деятельности.

Содержание

Перечень условных обозначений, символов и терминов

Введение

1 Профессиональная деформация

1.1 Понятие, психологический механизм и сущность

профессиональной деформации

1.2 Виды профессиональной деформации

2 Причины профессиональной деформации личности

2.1 Факторы, ведущие к проявлению профессиональной деформации

сотрудников внутренних дел

2.2 Соотношение профессиональной деформации с категориями

«психическое выгорание», «стресс», «утомление», «депрессия»

3 Психологическая характеристика профессиональной деформации

сотрудников органов внутренних дел

3.1 Профессионально-психологические требования к личности

сотрудника органов внутренних дел

3.2 Специфика проявлений профессиональной деформации у

сотрудников органов внутренних дел

Заключение

Примечание

Список использованных источников

Приложения

ПЕРЕЧЕНЬ УСЛОВНЫХ ОБОЗНАЧЕНИЙ, СИМВОЛОВ И ТЕРМИНОВ

США — Соединенные Штаты Америки

ОВД — Органы внутренних дел

ППС — Патрульно-постовая служба

СССР — Союз Советских Социалистических Республик

СМИ — Средства массовой информации

МВД — Министерство внутренних дел

ОБХСС — Отдел борьбы с хищениями социалистической собственности

РФ — Российская Федерация

ИТУ — Исправительно-трудовое учреждение

УПК — Уголовно-исполнительный кодекс

Профдеформация — профессиональная деформация

ВВЕДЕНИЕ

«Настоящий профессионал» — не самый ли это высший титул из всех существующих на Земле? И когда он может быть присвоен человек? Ведь, согласно указанным требованиям, человек должен пройти непосредственно сам путь профессионала в деятельности, годами выдерживать соответствующий образ жизни, накопить достаточный опыт осмысления данной деятельности и в результате выработать теоретические концепции, которые, как выясняется, можно шлифовать бесконечно.

Р. Загайнов

Настоящих профессионалов в каждом типе трудовой деятельности крайне мало. Большинство людей занимает промежуточное положение между дилетантами и опытными работниками. После профессиональной адаптации и получения минимально необходимых знаний и умений многие работники удовлетворяются достигнутым уровнем подготовки и просто не желают подчинить всю свою жизнь узкой специализации. Достаточно сказать, что сравнительный анализ отечественных средств массовой информации доказывает, что само слово «профессионал» стало часто употребляться в качестве требования к сотруднику лишь последние 15−20 лет.

Проблема влияния профессии на личность периодически возникает в фокусе внимания исследователей, но до настоящего времени остаётся актуальной и недостаточно разработанной.

Аксиому о том, что профессия человека накладывает в той или иной мере неизгладимый отпечаток на его сознание и жизнедеятельность, не оспаривали и не опровергали никогда. Все виды деятельности человека на поприще избранной

им профессии могут и должны способствовать гармоничному развитию личности, совершенствованию ее нравственного и физического облика. Но специфика профессиональной деятельности, при определённых условиях, может вызвать развитие негативных явлений в психологической структуре личности, деформировать ее. Склонность к профессиональной деформации наиболее часто наблюдается у представителей профессий, обладающих властными полномочиями, работающих в сфере разрешения насущных жизненных проблем, от решений, воли которых зачастую зависит достоинство, существование, свобода и даже здоровье и жизнь граждан. К таким профессиям относится профессия сотрудников органов внутренних дел.

В данной деятельности есть свои психотравмирующие факторы: опасность для жизни и здоровья (соматического, морального, психологического), виктимная предрасположенность труда, отрицательное влияние ненормальных людей («спецконтингент», преступники, рецидивисты, «бомжи» и др.), повышенная юридическая регламентация труда, подверженность многостороннему социальному контролю со стороны разных представителей государства и общества, недостаточное ресурсное обеспечение (в том числе — правовое), низкая степень социальной престижности статуса и работы, конфликтный характер взаимодействия с гражданами и др.

В современных условиях вопросы укрепления морально-психологического состояния и гражданско-психологического состояния и гражданско-правовой устойчивости сотрудников органов внутренних дел, нейтрализация негативного воздействия на них различных политических и экстремистских сил, формирования твердых знаний государственной политики, имеют высокий коэффициент актуальности.

Разработкой проблемы деформации правосознания юристов отечественная наука целенаправленно стала заниматься лишь с начала семидесятых годов. В последнее время интерес к данной проблеме заметно усилился. Глубокое и разностороннее изучение деформации профессионального правосознания следственных работников органов внутренних дел осуществлено в работах следующих российских ученых: С. П. Безносов, В. Н. Дружинин, Е. А. Климов, В. Е. Орёл, А. Л. Свеницкий, Н. Л. Гранат и др.

Что касается данной темы дипломной работы, то в республике Беларусь занимаются исследованием психологического механизма, сущности и предупреждения профессиональной деформации сотрудников органов внутренних дел ученые А. В. Дулов, И. А. Кибак, Ю. А. Сиваков и др.

Отдельные аспекты данного предмета исследования рассматривали в своих трудах профессор Г. А. Зорин, Н. И. Порубов и Г. Г. Шиханцов.

Следует также отметить заинтересованность зарубежных ученых в исследовании обозначенной проблемы, таких как Ю. В. Александров (Украина), В. В. Куличенко (Украина), В. П. Столбовой (Украина), В. Е. Коновалова (Украина) А. Ф. Гранин (Украина), а так же Р. Конечный и М. Боцхал (Чехословакия), Д. Джонсон и Р. Грегори (США).

Таким образом, данная тема весьма актуальна и вызывает определенный интерес. А поскольку профессиональные деформации нарушают целостность личности профессионала, снижают ее адаптивность, устойчивость, отрицательно сказываются на продуктивности деятельности, то необходимо тщательно исследовать данную проблему с целью выявления всех возможных профессиональных деформаций сотрудников правоохранительных органов, чтобы разработать эффективные психотехнологии преодоления, коррекции и профилактики профессиональных деформаций.

Изучение и разработка указанных проблемных вопросов настоящего предмета исследования требует решения следующих задач:

систематизировать данные, представленные в научной литературе, относительно психологических особенностей личностного и профессионального развития в период зрелости, то есть в период наибольшей трудовой активности.

провести анализ состояния проблемы профессиональной деформации и на его основе реконструировать современное научное представление о данном явлении;

исследовать понятия, механизма образования деформации профессионального правосознания следователей органов внутренних дел, выявить ее существенные признаки;

определить существенные факторы, способствующие образованию деформации профессионального правосознания работников органов внутренних дел;

выявить требования, предъявляемые к сотрудникам органов правопорядка;

определить причины профессиональной деформации сотрудников правоохранительных органов;

выделить специфику проявлений профдеформации у сотрудников органов правопорядка.

Предмет исследования — закономерности профессиональной деформации у сотрудников органов внутренних дел.

Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие и развивающиеся на фоне проявлений профессиональной деформации сотрудников правоохранительных органов. Данное исследование опирается на принципиальные положения отечественной психологической науки. Среди них — принцип системности, принцип детерминизма, принцип развития, принцип единства сознания и деятельности, социального и биологического. Эмпирическая часть работы базируется на принципах комплексной диагностики и проекции.

Результатом исследования является создание логически упорядоченной системы представлений о профессиональной деформации, её видах и проявлениях, а также путях преодоления.

Практическая значимость исследования состоит в том, что содержащиеся в нём суждения и выводы могут быть использованы в научно-исследовательской деятельности — доктринальной разработке проблем профессиональной деформации; в правоприменительной практике с целью выявления условий и причин возникновения профдеформации, а также в учебно-познавательной деятельности в процессе чтения лекций по курсам юридическая психология, юридическая этика, судебная психиатрия, криминалистика для студентов юридического факультета.

1 ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ДЕФОРМАЦИЯ

1. 1 Понятие, психологический механизм и сущность профессиональной деформации

Как правило, труд положительно влияет на человека и его личностные особенности. Однако профессиональное развитие может носить и нисходящий характер. Отрицательное воздействие профессии наличность может носить частичный или полный характер. При частичном регрессе профессионального развития затрагивается какой-то один его элемент. Полный регресс означает, что негативные процессы затронули отдельные структуры психологической системы деятельности, приводя к их разрушению, что может снизить эффективность выполнения деятельности. Признаком негативного влияния профессии па личность является появление самых разных профессиональных деформаций или специфических состояний, например психического выгорания.

Что же такое профессиональная деформация, и как она влияет на эффективность работы? В узком смысле — это проявления в личности под влиянием некоторых особенностей профессиональной деятельности, таких психологических изменений, которые начинают негативно влиять на осуществление этой деятельности и на психологическую структуру самой личности. Так же под профессиональной деформацией понимают приобретение таких качеств, навыков и склонностей, которые отрицательно влияют на решение поставленных перед ним задач. Она обычно выражается в равнодушии, властолюбии, подозрительности, скептицизме, правовом нигилизме, ложной корпоративности (защита «чести мундира»), схематизме мышления, карьеризме, индивидуализме и т. п. [1, с. 74]

Под термином «профессиональная деформация» видимо следует понимать неразрывный процесс развития двух взаимосвязанных психологических феноменов, обусловленных овладеванием и занятием определённым родом деятельности:

бесконтрольно развивающиеся негативные изменения в структуре личности, находящие свое выражение, прежде всего, в характерологических особенностях, протекании психических процессов, эмоциональном отражении действительности;

закрепившиеся сознательные отклонения в структуре личности, проявляющиеся в основном в действиях при выполнении функциональных обязанностей и ведущие к нарушениям установившихся в обществе как нравственно-этических, так и правовых норм.

Профессиональную деформацию, степень пораженности ею, прежде всего, можно определить в процессе наблюдения за поведением того или иного человека, на основе анализа совершаемых людьми поступков и действий [2, с. 144].

Деформация распространяется на все стороны физической и психической организации человека, которые изменяются под влиянием профессии. Это влияние носит явно отрицательный характер, что очевидно из примеров, приводимых исследователями (искривление позвоночника и близорукость у конторских служащих, льстивость швейцаров). Профессиональная деформация может привести к затруднениям в повседневной жизни и снижению эффективности труда.

Механизм возникновения профессиональной деформации имеет довольно сложную динамику. Первоначально неблагоприятные условия труда вызывают негативные изменения в профессиональной деятельности, в поведении. Затем, по мере повторения трудных ситуаций, эти отрицательные изменения могут накапливаться и в личности, приводя к ее перестройке, что далее проявляется в повседневном поведении и общении. Установлено также, что сначала возникают временные негативные психические состояния и установки, затем начинают исчезать положительные качества. Позднее на месте положительных свойств возникают негативные психические качества, изменяющие личностный профиль работника [3, c. 45].

Профессиональная деформация может иметь довольно сложную динамику проявлений в трудовой деятельности человека и затрагивать различные стороны психики мотивационную, когнитивную, сферу личностных качеств. Ее результатом могут быть специфические установки и представления, появление определенных черт личности [4, c. 69].

В психологическом отношении профессиональная деформация создает чувство уверенности и непогрешимости в своих знаниях и оценках, ограничивая функцию анализа и поиска в мыслительных операциях [5, с. 67].

Одна из самых частых причин профессиональной деформации, как утверждают специалисты, — это специфика ближайшего окружения, с которым вынужден иметь общение специалист-профессионал, а также специфика его деятельности. В одних профессиях, как, например, менеджеры разного уровня управления, врачи, работники госструктур и силовых структур, имеется много опасностей профессиональной деформации, в других — меньше.

Другой не менее важной причиной профессиональной деформации является разделение труда и все более узкая специализация профессионалов. Ежедневная работа, на протяжении многих лет, по решению типовых задач совершенствует не только профессиональные знания, но и формирует профессиональные привычки, стереотипы, определяет стиль мышления и стили общения.

Деформация тех или иных структур личности может возникнуть как следствие прогрессивного развития определенных черт характера, познавательных образований, мотивов в результате высокой степени специализации деятельности. Гипертрофированное развитие указанных характеристик приводит к тому, что они начинают проявляться не только в профессиональной деятельности, но н проникают в другие сферы жизни человека. Выполнение профессиональных обязанностей при этом существенно не страдает.

Профессиональная деформация мотивационной сферы может проявляться в чрезмерной увлеченности какой-либо профессиональной сферой при снижении интереса к другим. Известным примером такой деформации может служить феномен «трудоголизма», когда человек большую часть времени проводит па рабочем месте, он говорит и думает только о работе, теряя интерес к остальным сферам жизни. Труд при этом, по выражению Л. Н. Толстого, оказывается «нравственно анестезирующим средством вроде курения или вина для скрывания от себя неправильности и порочности жизни» [6, c. 61]. Труд в этом случае является своего рода «защитой», попыткой уйти от тех трудностей и проблем, которые возникают в жизни человека. С другой стороны, личность может высокоэффективно работать в какой-либо области, посвящая этому все свое время, что приводит к отсутствию интересов и активности в других сферах. В частности, Ч. Дарвин высказывал сожаление по поводу того, что усиленные занятия в области биологии полностью занимали все его время, в результате чего он не имел возможности следить за новинками художественной литературы, интересоваться музыкой и живописью.

Профессиональная деформация знаний также может быть результатом глубокой специализации в какой-либо одной профессиональной сфере. Человек ограничивает сферу своих познаний тем, что необходимо ему для эффективного выполнения своих обязанностей, демонстрируя при этом полную неосведомленность в других областях. «Невежество Холмса было так же поразительно, как и его знания. О современной литературе, политике и философии он почти не имел представления. Мне случилось упомянуть имя Томаса Карлейля, и Холмс наивно спросил -- кто он такой и чем знаменит. Но когда оказалось, что он ровно ничего не знает, ни о теории Коперника, ни о строении Солнечной системы, я просто опешил от изумления. -- … На кой черт она мне? -- перебил он нетерпеливо. -- Ну, хорошо, пусть, как вы говорите, мы вращаемся вокруг Солнца. А если бы я узнал, что мы вращаемся вокруг Луны, много бы это помогло мне или моей работе?» [7, c. 17].

Другой формой проявления этого феномена являются профессиональные стереотипы и установки [8]. Они представляют собой определенный уровень достигнутого мастерства и проявляются в знаниях, автоматизированных умениях и навыках, подсознательных установках, не загружающих сознания. Отрицательное влияние стереотипов проявляется в упрощенном подходе к решению проблем, в представлении о том, что данный уровень знаний и представлений может обеспечить успешность деятельности. В ряде профессий эти стереотипы и установки очень опасны. Примером такой профессии может служить деятельность следователя. Подозрительность как вид деформации неизбежно приводит к предвзятости, к обвинительному уклону в следственной деятельности. Этот феномен получил название «обвинительный уклон» и представляет собой неосознаваемую установку на то, что человек, чья вина еще не доказана, определенно совершил преступление. В исследованиях было выявлено наличие установки на обвинение у всех специальностей юридической профессии, начиная с работников прокуратуры и заканчивая адвокатами [9]. Сформированные у профессионалов стереотипы и установки также могут мешать освоению новых профессий. В частности, в проведенных нами исследованиях, было показано, что наличие стереотипов в сознании может затруднить процесс адаптации врачей, получающих специальность медицинского психолога, к новой профессии и влияет на представление о ней. Представления о профессии психолога у медиков и педагогов и у психологов, имеющих базовое образование и успешно работающих в своей области, имеют определенные различия. Так, обе группы выделяют такие качества, как умение расположить к себе, доброжелательность, внимательность к людям. Однако если психологи относят эти качества к разряду профессиональной компетенции, то врачи и учителя этого не делают. Причиной этого может быть перенос старых моделей на новые условия. В традиционной медицине и педагогике существует образ врача (педагога) как профессионала-манипулятора, включающий такие характеристики, как доминирование, авторитарность, требовательность, управление поведением пациента или ученика. В противоположность врачам и педагогам, психологи строят свой образ в контексте психологически ориентированной модели [10, c. 42].

Уровень профессиональной деформации личностных особенностей изучен несколько хуже. Отмечается, что сформированные под влиянием той или иной профессии личностные особенности существенно затрудняют взаимодействие человека в социуме, особенно в непрофессиональной деятельности.

В частности, многих учителей отличает дидактическая манера речи, стремление поучать и воспитывать. Если такая тенденция абсолютно оправдана в школе, то в сфере межличностных отношений она раздражает людей. Для учителей также характерен и упрощенный подход к проблемам. Это качество необходимо в школе для того, чтобы сделать объясняемый материал более доступным, однако вне профессиональной деятельности оно порождает ригидность и прямолинейность мышления.

Профессиональная деформация личностных особенностей также может возникнуть вследствие чрезмерного развития одной черты, необходимой для успешного выполнения профессиональных обязанностей и распространившей свое влияние на «непрофессиональную» сферу жизни субъекта. Например, следователь в своей работе сталкивается с обманом, коварством и лицемерием. На основании этого у него может выработаться повышенная критичность и излишняя бдительность. Дальнейшее заострение этих черт может привести к развитию чрезмерной подозрительности, когда следователь в каждом человеке видит преступника, причем эта черта проявляется не только в профессиональной деятельности, но распространяется и на семейные и бытовые отношения.

Как же проявляется профессиональная деформация? Чаще всего встречается должностная деформация, когда руководитель не ограничивает свои властные полномочия, у него появляется стремление к подавлению другого человека, нетерпимость к иному мнению, исчезает умение видеть свои ошибки, самокритичность, возникает уверенность, что собственное мнение единственно правильное.

При адаптивной деформации происходит пассивное приспособление личности к конкретным условиям деятельности, в результате у человека формируется высокий уровень конформизма, он перенимает безоговорочно принятые в организации модели поведения.

При более глубоком уровне деформации у работника появляются значительные и иногда носящие ярко выраженный негативный характер изменения личностных качеств, в том числе властность, низкая эмоциональность, жесткость.

При крайней степени профессиональной деформации, которую называют уже профессиональной деградацией, личность меняет нравственные ценностные ориентиры, становится профессионально несостоятельной.

Деформация одних личностных особенностей может компенсироваться развитием других. Так у работников исправительно-трудовых учреждений под влиянием профессии формируются такие специфические личностные особенности, как ригидность поведения и познавательной сферы, сужение круга интересов и общения. Деформация указанных характеристик сопровождается высоким уровнем выраженности таких личностных черт, как аккуратность, пунктуальность, добросовестность. Кроме того, различные психологические структуры в разной степени подвержены деформации. Согласно нашим данным, эмоционально-мотивационная сфера деформируется в большей степени, чем блок личностных характеристик [11, c. 92].

1. 2 Виды профессиональной деформации

Профессиональная деформация юриста -- это своеобразный негативно-правовой стиль его мышления, отношения и поведения в практической деятельности.

Классификация основных видов профессиональной деформации юриста в правовой науке в полной мере еще не сложилась. Поэтому на сегодняшний день представляется возможным выделить следующие ее разновидности: правовой нигилизм, правовой инфантилизм, или пробельность правосознания, негативно-правовой радикализм, спекулятивно-правовой популизм и нравственно-правовой конформизм [12, c. 12].

Общая схема видов профессиональной деформации выглядит следующим образом (Приложение 1).

Правовой нигилизм представляет собой явление, уже давно выявленное в общественном сознании и сравнительно изученное правовой наукой. Он выражается в неуважительном отношении к праву, в неверии в его общеполезную роль в социальной жизни и отрицании ценности правового регулирования. Как отмечает Н. И. Матузов, одним из ключевых моментов здесь выступает высокомерно-пренебрежительное, снисходительно-скептическое восприятие права, оценка его не как базовой, основополагающей идеи, а как второстепенного явления в общей шкале человеческих ценностей. Данное замечание особенно удачно подходит к характеристике правового нигилизма в качестве проявления профессиональной деформации правосознания юриста.

Разочарование в правовых идеалах, утрата веры в абсолютную ценность идеи законности и справедливости, своеобразная установка на выход из правового поля деятельности и стремление противопоставить идее права иные ценности неправового характера -- таковы основные черты правового нигилизма должностного лица. Отсюда, в сознании «деформированного юриста» место идей следования профессиональному долгу, законности начинают занимать соображения о вредности и излишнем формализме правового регулирования, представления о возможности поставить на место права принуждение, целесообразность, принцип пользы и т. д. Отличительная черта подобного нигилизма в его внутренней субъективной аргументированности.

Профессиональный «юрист-нигилист» рассуждает по формуле: «Я не верю в право и его спасительные для общества возможности потому, что я знаю, что такое право, насмотрелся и разочаровался в нем». Высокомерное отношение, пренебрежение, скепсис, соединенный с жизненной усталостью и разочарованностью, определяют черты профессионального правового нигилизма. Очевидно, что в его основе лежат утраченные юридические идеалы, растраченные иллюзии, на смену которым пришел скепсис и прагматизм.

Сложность и одновременно значимость профессионально-правового нигилизма состоит в том, что он способен вплетаться в иные виды профессиональной деформации и составлять их идейно-психологическую основу. Неуважение к праву и неверие в него зачастую может привести к радикализму в профессиональной деятельности, вылиться в спекулятивно-популистические акции либо закрепиться в виде конформистски настроенной жизненной позиции.

Научные исследования этой проблемы в современной России отмечают такие черты правового нигилизма, как подчеркнуто демонстративный и конфронтапионно-агрессивный характер, массовое распространение, многообразие форм проявления, слитность с политическим, нравственным, духовным и экономическим нигилизмом, разрушительный характер.

Проведенное недавно диссертационное исследование профессиональной деформации следователей органов внутренних дел констатирует у этих работников отсутствие позитивных социально-правовых установок на соблюдение законности, равнодушие к правам и свободам личности, неуважение к принципу презумпции невиновности, заниженная оценка собственной правовой защищенности. Очевидно, что подобные явления характерны и для представителей других юридических профессий, ибо они являются отражением переживаемого современной Россией периода общего кризиса законности.

Правовой инфантилизм представляет собой достаточно известную и традиционную разновидность профессиональной деформации. В его основе лежит пробельность и невоспитанность правового сознания, определяемые недостаточными для успешной профессиональной деятельности юридическими знаниями и навыками выполнения служебных функций. Правовой инфантилизм -- это юридическое бескультурье, безграмотность и непрофессионализм, выражающийся в «зияющих» пробелах правового образования, в несформированности личности как профессионального работника. Он может объясняться как психологической и интеллектуальной неспособностью личности к восприятию правовых знаний (слабость памяти, рассеянность внимания, пассивность воображения, узость личных интересов и т. д.), так и быть результатом постепенной деградации личности. Это не только правосознание бывшего «троечника» в вузе, ибо говорят, что из «троечников» вырастают генералы, но и возможность индивидуального угасания под влиянием жизненных условий, интеллектуальных и творческих качеств личности. Показателями подобного правосознания являются отсутствие целостности и системности правовых знаний, узкий горизонт профессиональных возможностей деятельности, своеобразное ремесленничество в практической работе, нетворческий характер и неряшливость в решении служебных задач.

Одним из важнейших требований, предъявляемых к профессии юриста, является необходимость постоянной и систематической работы над собой в виде самостоятельного изучения нового законодательства и научной литературы по специальности. Между тем, как свидетельствует практика, для многих специалистов окончание учебы в вузе становится окончанием формирования профессионального интеллекта. Навыки практической деятельности, почерпнутые из сомнительных с точки зрения законности источников (например, в виде «опыта дяди Вани»), могут отрицательно сказываться, разрушать и без того хрупкий каркас правовой информированности, приобретенной в вузе. Личность специалиста останавливается в своем развитии и даже может деградировать в интеллектуальном отношении. Этому способствуют чрезмерная служебная загруженность, специализация по рассмотрению однообразных юридических дел, накопление жизненной усталости, влияние социальной среды и т. д.

Результатом правового инфантилизма являются ошибки, неряшливость и брак в работе, а иногда даже должностной произвол, основанный на незнании действующего законодательства и представлениях о своей служебной несвязанности правом. Отсюда и возникает довольно актуальный и практически важный вопрос об ответственности должностного лица за незнание права и неумение правильного применения его норм и принципов на практике. Ошибочность и произвол в работе следователя, судьи, прокурора сродни браку в работе врача. И в том и в другом случае последствием безграмотности может быть искалеченная судьба человека. Профессиональный инфантилизм, следовательно, не так уж безобиден. А это означает необходимость создания и деятельности особых квалификационных комиссий для определения мер ответственности за брак в работе, наступивший вследствие незнания своей профессии.

Негативно-правовой радикализм в качестве особой разновидности профессиональной деформации правосознания не получил еще серьезной научной разработки.

Данным понятием охватывается особое состояние профессионального правосознания, характеризующееся своеобразным «перерождением» идейно-психологической структуры личности и ее настроем, готовностью к решительным противоправным действиям. Правовые знания и навыки деятельности здесь приносятся в жертву преступным целям. Искажение познавательной, мотивапионной и поведенческой сфер личности достигает такого уровня, который сообщает правосознанию аномальный характер, ориентирует его на достижение преступных намерений. Это, как отмечается в науке, наиболее опасная, точнее социально-вредная форма профессиональной деформации. Неуважение к праву у негативных радикалов трансформируется в противоправный умысел использовать должностное положение в личных корыстных, карьерных и иных антисоциальных целях.

Негативно-правовой радикализм, в сущности, представляет собой внутренне сформировавшееся противоправно ориентированное сознание должностного лица, которое использует профессиональные знания и навыки в личных целях. Он выражается в состоянии маргинального повседневного поведения и всего образа жизни. Подобный радикал рассуждает и живет по формуле: «Не я существую для права, а право существует для того, чтобы я хорошо жил». Отсюда, взяточничество, мошенничество, должностной подлог и весь «букет» прочих злоупотреблений властным положением.

Возникает закономерный вопрос: откуда берется, как формируется негативно-правовой радикализм? Думается, можно выделить два фактора, управляющих его формированием. Это, во-первых, изначально сложившаяся «доюридическая» антисоциальная жизненная позиция как результат личного жизненного опыта. И, во-вторых, влияние на личность неблагополучной социальной микросреды, из которой она черпала негативный заряд знаний и практики. Одиозность негативно-правового радикализма требует от него постоянного лавирования, маскировки, ибо его антиправовая сущность очевидна и свидетельствует о необходимости устранения из сферы публичной деятельности. И это подчеркивает важность и необходимость постоянной контрольно-надзорной и воспитательной работы в юридических организациях.

Спекулятивно-правовой популизм как особая разновидность профессиональной деформации выражается в субъективном настрое должностного лица на внешнюю аффектацию своей личности и результатов деятельности, на подчеркивание исключительной значимости своего отношения к делу и стремления на этой основе укрепить свой социальный и служебный статус. Это идейно-психологическая готовность «работать на публику», искусственно рассчитывая на популярность собственных правовых воззрений и практических действий и выигрыш в мнениях и оценках других людей.

Сам термин «популизм» понимается как ориентация субъектов политики в своей деятельности на идеи и интересы народных масс, испытывающих неудовлетворенность условиями социальной жизни.

Спекулятивный популизм рассматривается в виде тактики заигрывания с народом, спекулирования на его потребностях с целью приобретения авторитета и в конечном счете личных благ, выгоды от подобной политики. Аналогичные черты спекулятивного популизма иногда наблюдаются в правотворческой деятельности. Это может быть как искусственная «игра» на отстаивании ведомственных, корпоративных интересов и связанных с ними льгот, прав и привилегий. В этом случае спекулятивно-правовой популизм выглядит как одно из проявлений стремления к бюрократической неуязвимости. Аналогичное значение имеет и так называемый «ведомственный патриотизм» в виде искусственного подчеркивания и раздувания значимости сугубо ведомственных интересов и противопоставление их интересам общегосударственным. Такова сегодняшняя практика правотворческого закрепления льгот и привилегий за сотрудниками отдельных ведомств, подрывающая государственный бюджет. Но наиболее часто спекулятивно-правовой популизм является выражением карьеристских устремлений отдельных должностных лиц, паразитирующих на демократических и правовых ценностях, стремящихся изобразить из себя «своего в доску» и перед начальством, и перед сослуживцами. Личные эгоистические интересы, таким образом, маскируются борьбой за общечеловеческие и правовые идеалы, демагогическими рассуждениями о высших или корпоративных ценностях. Разумеется, что спекулятивный популизм менее вреден, чем негативный радикализм, однако он подменяет интересы дела эгоистическими личными или корпоративными интересами, и это требует своевременного его угадывания и устранения.

Нравственно-правовой конформизм характеризует правосознание должностного лица, ориентирующегося в своей деятельности на образцы и стандарты ролевого поведения, культивируемого в данной социальной среде.

Термин «конформный» понимается как соглашательский, стремящийся к сглаживанию различий. Конформист в трудовом коллективе -- это соглашатель и подражатель в осуществлении служебных функций. Он рассуждает и живет по формуле: «Я поступаю так потому, что и другие ведут себя так же». Микросреда для него представляет ту питательную почву, из которой он черпает свои собственные взгляды и убеждения. Пассивность и безынициативность -- главные черты конформизма.

Нравственно-правовой конформизм в качестве деформации профессионального сознания юриста характеризуется пассивным восприятием правовой действительности, подлаживанием под сложившиеся стандарты нравственно-правового поведения, стремлением угодить коллегам по работе и начальству, некритическим отношением к маргинальным требованиям и актам практической деятельности. Это пассивная жизненная позиция в расчете на понимание и покровительство в трудовом коллективе.

Подобный конформизм может совмещать в себе черты правового инфантилизма и спекулятивного популизма, ибо безынициативность должностного лица иногда основывается на недостаточных профессиональных знаниях или выражается в «игре» на публику, в удовлетворении социальных ожиданий ближайшей и такой же пассивной социальной среды. В литературе подчеркивается такая особенность нравственно-правового конформизма, как податливость, стремление угодить давлению вышестоящих инстанций и требованиям влиятельных лиц. А это, как известно, ведет к злоупотреблению служебным положением. Социальная вредность данной разновидности профессиональной деформации объясняется также игнорированием проблемы борьбы за права и свободы личности, уходом от других актуальных вопросов активной правовой жизни общества. Отсюда вытекает потребность систематической воспитательной работы с субъектами -- носителями подобного правосознания.

В научной литературе наряду с рассматриваемыми видами профессиональной деформации выделяются и некоторые другие, например «правовой идеализм», «состояние фрустрации»), «перерождение» и т. д. Однако думается, обоснование их самостоятельности нуждается в дополнительной аргументации.

Итак, исходя из всего вышесказанного, профессиональная деформация — это проявления в личности под влиянием некоторых особенностей профессиональной деятельности, таких психологических изменений, которые начинают негативно влиять на осуществление этой деятельности и на психологическую структуру самой личности.

Классификация основных видов профессиональной деформации юриста в правовой науке в полной мере еще не сложилась. Поэтому на сегодняшний день представляется возможным выделить следующие ее разновидности: правовой нигилизм, правовой инфантилизм, или пробельность правосознания, негативно-правовой радикализм, спекулятивно-правовой популизм и нравственно-правовой конформизм.

2 ПРИЧИНЫ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕФОРМАЦИИ ЛИЧНОСТИ

2. 1 Факторы, ведущие к проявлению профессиональной деформации сотрудников органов внутренних дел

В психологической литературе выделяют три группы факторов [13], ведущих к образованию профессиональной деформации: факторы, обусловленные спецификой деятельности органов правопорядка; факторы личностного свойства; факторы социально-психологического характера. К факторам, обусловленным спецификой деятельности правоохранительных органов, следует отнести:

детальную правовую регламентацию деятельности, что наряду с позитивным эффектом может приводить к излишней формализацией деятельности, элементам бюрократизма;

наличие властных полномочий по отношению к гражданам, что порой проявляется в их злоупотреблении и необоснованном использовании;

корпоративность деятельности, которая может служить причиной изоляции органов правопорядка и их отчуждения от общества;

повышенную ответственность за результаты своей деятельности; психические и физические перегрузки, связанные с нестабильным графиком работы, отсутствием достаточного времени для отдыха и восстановления затраченных сил и т. д. ;

экстремальность деятельности (необходимость выполнения профессиональных задач в опасных для жизни и здоровья ситуациях, риск, непредсказуемость развития событий, неопределенность информации о деятельности криминальных элементов, угрозы со стороны преступников и т. д.);

необходимость в процессе выполнения служебных задач вступать в контакт с правонарушителями, что может приводить к усвоению элементов криминальной субкультуры (использованию уголовных жаргонов, обращение по кличкам и т. п.).

Среди факторов, отражающих особенности сотрудников правопорядка, следует назвать:

неадекватный возможностям работника уровень притязаний и завышенные личностные ожидания;

недостаточную профессиональную подготовленность;

специфическую связь между некоторыми профессионально значимыми качествами личности работника (так, решительность в сочетании с пониженным самоконтролем может развиться в чрезмерную самоуверенность и т. п.);

профессиональный опыт;

профессиональные установки (например, восприятие действий других людей как возможных нарушений закона может привести к обвинительному уклону в деятельности, «глобальной» подозрительности и т. п.);

особенности социально-психологической дезадаптации личности работника органов правопорядка, приводящее к проявлению агрессивности, склонности к насилию, жестокости в обращении с гражданами и т. п. ;

изменение мотивации деятельности, потеря интереса к деятельности, разочарование в профессии и т. п.

К факторам социально-психологического характера обычно относят:

неадекватный и грубый стиль руководства подчиненными;

конфликтные отношения и моббинг в общении сотрудников органа правопорядка;

неблагоприятное влияние ближайшего социального окружения вне службы (например, семьи, друзей и т. д.);

низкую общественную оценку деятельности органов правопорядка, что порой ведет к безысходности в деятельности сотрудников органов правопорядка, возникновению профессионального бессилия и неуверенности в нужности своей профессии.

Таким образом, можно заметить, что профессиональная деформация развивается под влиянием факторов, относящихся к внешней среде деятельности (общение с правонарушителями, решение задач, применения к ним мер профилактики и пресечения и т. д.), а также факторов внутрисистемного взаимодействия (отношения с руководителем и сослуживцами, совместное выполнение служебных задач и т. д.).

Характерной особенностью общения и деятельности сотрудника ОВД является то, что он, в отличие от представителей других профессий, вынужден иметь дело чаще всего с особым контингентом «ненормальных» людей, преступивших закон. Постоянное негативное общение с преступниками, нарушителями общественного порядка, лицами, ведущими паразитический и аморальный образ жизни, пьяницами и алкоголиками, наркоманами оказывает существенное психотравмирующее влияние на самочувствие сотрудника. Жизнь сталкивает его с множеством явлений антиобщественного порядка, работник испытывает воздействие отрицательных информации и эмоций, значительные психологические перегрузки. Недаром одна из рубрик телепередачи РТВ «Милицейская хроника» называется «собачья работа».

Эти факторы деятельности и общения могут приводить при определенных условиях к профессиональной деформации личности. Негативные изменения личности могут проявляться, например, в эффектах перцептивной адаптации, повышении порогов восприятия, когда восприятие фактов отклоняющегося поведения может притупляться, кое-кто как бы «привыкает» к ним (своеобразный механизм психологической защиты личности). Постоянно наблюдая «изнанку» жизни, при отсутствии необходимого социально-психологического иммунитета сотрудник может проявлять в отдельных случаях бездушие, формализм, черствость.

Деформация вследствие действия этих факторов деятельности может проявляться и следующим образом. С одной стороны, частое взаимодействие с преступным контингентом в ситуации противоборства формирует у сотрудника такое необходимое качество личности, как бдительность, т. е. постоянную готовность противостоять уловкам и ухищрениям. В этом проявляется положительное влияние деятельности на формирование личности, профессиональных черт характера, служебного опыта. Обостряются восприятие, наблюдательность, развиваются профессиональные умения и навыки.

Но, с другой стороны, частое и интенсивное общение с преступным миром может привести к трансформации бдительности в излишнюю подозрительность, придирчивость, недоверие к любому провинившемуся или оступившемуся человеку. Некоторые начинающие сотрудники могут заразиться пессимистическими настроениями и вообразить, что подавляющее большинство населения -- это потенциальные преступники, как многие врачи оценивают людей лишь в роли будущих пациентов. Сотрудник как бы воспринимает окружающих через окошко медвытрезвителя. А. Константинову, например, некоторые сотрудники уголовного розыска признавались в том, что им намного легче общаться с рецидивистами, чем с нормальными, правопослушными людьми [14, с. 43].

Вся деятельность сотрудников, носящих милицейскую форму, в очень большой степени подчиняется общественным нормам и социальным ожиданиям. Сам факт ношения специальной формы подчеркивает эту особенность деятельности и оказывает известное влияние на личность работника. От человека в милицейской форме все окружающие справедливо ждут строго определенного рода поведения -- соучастия, поддержки, помощи, защиты. Окружающие, обращаясь за помощью к милиционеру, предполагают, что он грудью станет на защиту человека, которому угрожает опасность.

Люди ожидают, что именно милиционер обязан пресечь действия хулигана или пьяницы, а пожарный -- смело и решительно действовать в борьбе с огнем. Это требует от сотрудников постоянной и высокой мобилизации всех своих человеческих ресурсов для выполнения служебных задач, поддержания постоянной готовности. Например, основная задача следователя (в психологическом аспекте) -- реконструировать поведение и поступки подозреваемого или подследственного на определенном отрезке времени и оформить это документально. Такая сложная психологическая задача требует хорошего знания людей. Тем более что преступник чаще всего тщательно скрывает истинные факты, старается запутать следствие. Поэтому следователю приходится зачастую работать в ситуации активного противодействия со стороны собеседника.

Существенной особенностью деятельности сотрудника ОВД является конфликтный характер тех ситуаций, на фоне которых развертывается и протекает служба милиционера. Конфликтность деятельности проявляется в самых разных формах. Вступая во взаимодействие с преступным элементом, сотрудник испытывает активное сопротивление с его стороны, он должен преодолевать попытки нарушителя замаскировать свои действия, ввести в заблуждение и даже спровоцировать сотрудника на неправильные, противоправные действия.

Причем антиобщественные элементы пренебрегают всеми социальными нормами, а сотрудники, сталкиваясь с ними, обязаны строго соблюдать законность. В этих эмоционально окрашенных ситуациях общения сотрудник обязан сохранять самоконтроль, обладать повышенной психологической устойчивостью, чтобы не поддаться на провокации и противостоять психическому заражению потерявшего над собой контроль человека. Все это предъявляет очень высокие требования к личности сотрудника, его педагогическому такту и психологической культуре.

Зачастую нарушения норм профессиональной деятельности и профессиональной и трудовой этики происходят из-за отсутствия должного контроля со стороны либо специальных управленцев (контролеров), либо — в предельном варианте — всего общества [15, c. 242].

Можно отметить еще одну особенность служебной деятельности сотрудника ОВД. Вся служба многих сотрудников милиции проходит на глазах у населения, в общественных местах. В их деятельности очень большой вес имеет публичность исполнения профессиональных действий. Любой проступок работника милиции, его слова, тон, манеры, внешний вид -- все обращает на себя внимание окружающих и нередко потом обсуждается. Сотрудник всегда работает под острым, пристальным взглядом людей, потому что он представитель власти. Все действия его подвергаются строгому оцениванию со стороны окружающих и нередко сопровождаются прилюдным комментарием. В одних случаях этот очень сильный эмоциональный фактор -- «присутствие зрителей» -- способствует успешному выполнению служебных задач, в других может вызывать дезорганизацию действий сотрудников, приводить к ошибкам в деятельности.

Сотрудник органов правопорядка вынужден постоянно учитывать действия данного фактора, должен суметь привлечь на свою сторону наблюдателей конфликтной ситуации, вызвать у публики эмоциональный резонанс. Хорошо известно, что если работник медвытрезвителя при изъятии из общественных мест лиц, находящихся в сильном алкогольном опьянении, проявляет резкость (в пределах требований закона), то симпатии присутствующих чаще всего склоняются на сторону потерпевшего, «жертвы». И наоборот, чем внимательнее и предупредительнее наряд относится к пьянице, тем скорее сформируется и ярче проявится у окружающих негативное отношение к нарушителю общественного порядка.

Деятельность сотрудников ОВД разворачивается под жестким и постоянным социальным контролем, на глазах у многих (не всегда компетентных) судей и оценщиков. Сложность «артистичного» выполнения задач в присутствии публики подчеркивается и тем фактором, что сотрудник обязан соблюдать не только общественный этикет, нормы морали, но и определенные уставные требования, которые иногда непонятны окружающим, связаны с некоторыми тонкостями. Умение сотрудников работать в присутствии публики существенно повышает эффективность воспитательных мероприятий и социальный престиж службы.

Ко второй группе особенностей деятельности сотрудников ОВД можно отнести всю ту специфику, которая связана с фактором опасности и риска. Справедливо замечено, что, в противоположность представителям других профессий, работник милиции на протяжении едва ли не всего времени, а не только чисто служебного, находится в состоянии стресса. Он считается с вполне реальной возможностью получить травму после окончания служебного времени, даже придя домой, сняв форменную одежду, он в любой момент может ожидать экстренного вызова и подсознательно находится в постоянном напряжении.

Д. В. Ривман [16, с. 68] подчеркивает такую существенную особенность деятельности, как виктимную предрасположенность большинства милицейских профессий, т. е. повышенную вероятность агрессивного нападения нарушителей общественного порядка на работника милиции, повышенную вероятность стать жертвой преступных посягательств. Вероятность агрессивного нападения на сотрудников ОВД обратно пропорциональна уровню их профессиональной подготовленности и во многом зависит от правильной организации службы, учета индивидуальных психологических особенностей работников при подборе личного состава на должности и посты, повышенно уязвимые в виктимном отношении. Осознание сотрудником повышенной виктимности своего труда также может играть роль психотравмирующего фактора, приводящего к чрезвычайной эмоциональной напряженности службы.

Опасность (реальная или мнимая) -- это постоянно действующий стрессор в деятельности сотрудников милиции, пожарной охраны и других служб. Специфика проявления этого стрессора в деятельности сотрудников ОВД заключается, в частности в том, что опасность может появиться внезапно. И, наконец, сотрудник ОВД, в отличие от представителей других профессий, связан с профессиональной необходимостью всегда идти навстречу опасности. В психологическом плане это может вызвать повышенную вероятность либо инстинктивных форм поведения, либо рискованных вариантов действий. Может наступить привыкание к опасности, снижение способности адекватной оценки собственных возможностей, что чревато потерями среди личного состава.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой