Разграничение составов преступлений

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

разграничЕНИЕ составОВ преступлений

Действующее уголовное законодательство относит присвоение и растрату к формам хищения. Статья 211 Уголовного кодекса Республики Беларусь от 09. 07. 1999 (далее — УК) устанавливает уголовную ответственность за присвоение либо растрату имущества лицом, которому оно вверено. Обязательным признаком присвоения или растраты является факт предварительной вверенности имущества лицу, которое, пользуясь сложившейся ситуацией, совершает хищение этого чужого имущества.

Однако в чем суть такого факта и какое имущество следует считать вверенным? Пожалуй, необходимо начать с того, что определение вверенного имущества содержится в постановлении Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 21. 12. 2001 № 15 «О применении судами уголовного законодательства по делам о хищениях имущества» (далее — Постановление № 15).

Вверенным является имущество, в отношении которого лицо в силу трудовых, гражданско-правовых или иных отношений наделено полномочиями владения, пользования или распоряжения (п. 16 Постановления № 15).

Анализируя понятие вверенного имущества, необходимо остановиться на круге отношений, согласно которым лицо наделено определенными полномочиями. Такими отношениями могут выступать трудовые, гражданско-правовые и иные.

Трудовые отношения

Трудовые отношения обычно возникают из юридических актов — правомерных волеизъявлений сторон, направленных на установление этих отношений. Как правило, имущество вверяется материально ответственному лицу, но возможны и случаи, когда имущество может быть передано лицу, с которым договор о полной материальной ответственности не заключен. Основанием для признания имущества вверенным виновному является не заключение договора о полной материальной ответственности, не разовая доверенность, а факт передачи лицу имущества в пользование, владение, распоряжение для осуществления в отношении этого имущества правомочий, вытекающих из трудовых обязанностей виновного 1.

Зачастую на практике отграничить присвоение либо растрату от обмана или же от кражи непросто. Как при присвоении либо растрате, так и при мошенничестве в форме злоупотребления доверием обязательным признаком злоупотребления правомочиями являются особые доверительные отношения, сложившиеся между виновным и потерпевшим и имеющие под собой определенное юридическое основание. Сам факт вверения имущества виновному лицу является определенным актом доверия, поэтому последующее присвоение (растрата) вверенного имущества есть одновременно и злоупотребление оказанным доверием.

Приведем несколько примеров, расцененных учеными и практиками как присвоение и обман.

В сентябре 2003 г. одним из районных судов г. Минска рассматривалось уголовное дело, по которому обвинение в присвоении денежных средств было предъявлено П., К. и Ш. Эти граждане в составе одной делегации были командированы за границу различными организациями. Каждому из них организацией, в которой они работали, была вверена под отчет определенная сумма денежных средств для компенсации командировочных расходов. По инициативе одного из них они решили присвоить эти деньги, другой из них впоследствии изготовил фиктивные квитанции о проживании в гостинице с указанием суммы оплаты, которые были представлены ими вместе с авансовыми отчетами в бухгалтерии командировавших их организаций. Суд признал каждого из обвиняемых виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 211 УК 2.

Судебная коллегия по уголовным делам и управление обобщения судебной практики Верховного Суда Республики Беларусь приводят аналогичный по сути пример, однако указывают, что в такой ситуации имеет место не присвоение либо растрата, а обман, и действия лиц необходимо квалифицировать по ст. 209 УК (мошенничество). К., работающий водителем СП «Белвест», выезжал в служебную командировку в Россию и после возвращения представил фиктивные счета якобы за проживание в гостинице в г. Москве, на основании чего получил и присвоил деньги. Суд Октябрьского района г. Витебска квалифицировал содеянное К. как присвоение имущества, вверенного обвиняемому, по ч. 1 ст. 211 УК. Однако с такой квалификацией не согласен высший судебный орган республики, полагая, что К. завладел имуществом (получил деньги) путем обмана, а не присвоил вверенное ему имущество 3.

Итак, для того, чтобы установить, что же имеет место: присвоение или обман, необходимо в первую очередь предложить критерий, на основании которого можно провести «водораздел». Необходимо учитывать, что обманное завладение имуществом признается лишь в случае, когда виновный еще до момента получения имущества имел намерение его похитить, а не после его получения от собственника. Сущность присвоения состоит в том, что виновное лицо не исполняет возложенные на него обязанности относительно переданного имущества, тем самым нарушая то доверие, которое оказал ему собственник (потерпевший) 4. А это, в свою очередь, никоим образом не может быть связано с тем, какие средства или способ действий выбирает виновный для гарантирования себе возможности не исполнять принятое обязательство.

Использование обмана с подобной целью не превращает мошенничество в присвоение либо растрату, так как последнее выражается в обращении виновным в свою пользу вверенного ему имущества, отчуждении такого имущества или в потреблении его самим виновным. Безусловно, обман может иметь место и при присвоении либо растрате чужой вещи, но тогда он служит средством не присвоения (растраты), а удержания за собой вверенной вещи. Например, если лицо обманным образом уничтожает долговую расписку и таким образом оставляет у себя имущество другого лица, то в его действиях присутствует не мошенничество, а присвоение чужого имущества. При присвоении или растрате виновный сам завладевает имуществом, а обман применяется либо для сокрытия преступления, либо в качестве подготовительного действия для введения в заблуждение других лиц. Присвоение либо растрата выражаются в обращении виновным в свою пользу вверенного ему имущества, отчуждении такого имущества или в потреблении его самим виновным. Лицо, осуществляющее те или иные правомочия в отношении имущества в связи с занимаемой им должностью, может присвоить или растратить переданные ему ценности, используя свое служебное положение. Данная ситуация охватывается ст. 210 УК (хищение путем злоупотребления служебными полномочиями). Основное же отличие ст. 210 УК от ст. 211 УК следует проводить по тому основанию, что при совершении злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК) имущество не находится во владении виновного, а вверено другим лицам. И, как указано в п. 14 Постановления № 15, это «должностное лицо в силу своих служебных полномочий имеет право по управлению и распоряжению имуществом через этих лиц» (выделено автором. — Ред.).

Главным образом, должностное лицо определяет цели назначения и использования такого имущества, его передачи другим физическим и юридическим лицам, то есть хищение путем злоупотребления служебными полномочиями выражается в следующем:

а) противоправное завладение имуществом, находящимся в оперативно-хозяйственном управлении (распоряжении) виновного;

б) незаконное оформление документов, позволяющих приобретать имущество неправомерным путем.

Однако в отличие от присвоения либо растраты для завладения чужим имуществом путем злоупотребления должностным лицом своими служебными полномочиями основным признаком является не только наличие или отсутствие у виновного определенного правомочия в отношении имущества, но и использование для завладения чужого имущества официально предоставленных ему по должности служебных полномочий.

Как хищение путем злоупотребления служебными полномочиями были расценены действия Ш. — контролера-кассира одного из филиалов «Беларусбанка». Ш. присваивала деньги клиентов, когда те приходили в отделение банка, рассчитывая открыть счет на свое имя. В присутствии клиента Ш. составляла на компьютере договор, распечатывала его, давала подписать и принимала деньги. Однако в кассу банка денежные средства не поступали, поскольку после того, как клиент покидал отделение банка, Ш. аннулировала договор. Как позднее установило следствие, полученные деньги Ш. тратила на свои нужды.

В другом схожем случае действия кассира-контролера Н. были расценены как присвоение либо растрата. За три года своей деятельности при наличии финансовых затруднений Н. просто снимала деньги со счетов клиентов. Н. рассчитывалась за свои долги, сделанные по счетам одних, деньгами, принесенными другими вкладчиками 5.

Представляется, что в первом случае действия Ш. следовало бы квалифицировать по ст. 211 УК, потому что, как указано в п. 17 Постановления № 15, «действия лиц, уполномоченных на получение с граждан денег за выполнение работ или оказание услуг и присвоивших полученные деньги, должны квалифицироваться по ст. 211 УК как хищение путем присвоения. Лица, выполняющие работы или оказывающие услуги, но не обладающие такими полномочиями, за совершение указанных действий могут нести ответственность за причинение имущественного ущерба без признаков хищения по ст. 216 УК».

Одним из отличительных признаков при разграничении присвоения либо растраты от причинения имущественного ущерба без признаков хищения является обстоятельство, указывающее на полномочия лица при получении имущества.

Имущество может быть передано лицу в связи с выполняемой им работой (охрана, перевозка и т. п.), однако не всегда в случае его хищения лицо должно нести ответственность по ст. 211 УК 6. Если лицо (как должностное, так и не должностное) имеет лишь доступ к имуществу в силу выполняемой работы, по роду своей деятельности, осуществлению технических или производственных функций и не наделено никакими правомочиями по имуществу, то похищение такого имущества надлежит расценивать как кражу (ст. 205 УК), поскольку виновный совершил преступление способом, каким могло его совершить и всякое другое лицо. Примером могут являться действия охранника (сторожа), похищающего имущество со склада, гардеробщицы, завладевающей ценными вещами владельцев, оставивших верхнюю одежду на хранение, шофера, комбайнера, тракториста, обращающего в свою собственность или в собственность других лиц зерно, иную сельскохозяйственную продукцию при уборке урожая и т. д.

Возможны случаи, когда имущество вверяется материально ответственным лицам с соблюдением документальной формы. А также варианты, когда многим работникам и служащим в силу выполняемых обязанностей имущество передается без всякого оформления. Например, многие служащие пользуются компьютерами, которые им вовсе и не вверяются под роспись. Стоит ли в такой ситуации говорить, что данное имущество также является вверенным? Пожалуй, нет.

Здесь необходимо учесть, что с момента заключения трудового договора и договора о полной материальной ответственности с материально-ответственными лицами любое имущество, попадающее на том или ином законном основании в сферу их деятельности, должно считаться вверенным им.

В случае, когда имущество передано лицам, занимающим должность (выполняющим работу), не связанную с обслуживанием и использованием товарно-материальных ценностей, но временно осуществляющим определенные правомочия в отношении имущества 7 (технические, производственные и т. п.), состав присвоения либо растраты (ст. 211 УК) будет иметь место при наличии документально зафиксированных правомочий относительно передаваемого имущества.

Рабочий, которому передается инструмент или материал с целью его использования для выполнения какой-либо работы, как правило, не может его присвоить. Однако он может украсть переданный предмет, хотя фактически управляет процессом использования этого имущества, несет ответственность за причинение имущественного ущерба предприятию, вследствие чего обязан надлежащим образом его хранить, расходовать и употреблять.

Гражданско-правовые отношения

Статья 1 Гражданского кодекса Республики Беларусь от 07. 12. 1998 (далее — ГК) устанавливает круг отношений, регулируемых гражданским законодательством. Из содержания ч. 1 п. 1 ст. 1 ГК вытекает, что в ней идет речь об имущественных отношениях (по содержанию имущественные отношения, регулируемые гражданским законодательством, являются товарно-денежными, стоимостными) и личных неимущественных отношениях.

В данной ситуации можно говорить о том, что определенные полномочия у лица возникают на основе договорных отношений, заключенных им с отдельными гражданами либо организациями, предприятиями или учреждениями.

По договору аренды арендодатель передает арендатору за плату во временное владение и пользование или во временное пользование имущество, которое не теряет своих натуральных свойств в процессе его использования. В таком договоре обязательно указываются данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору (ст. 577, 578 ГК). По истечении срока договора удержание арендатором имущества и противоправное с корыстной целью обращение его в свою пользу следует квалифицировать как присвоение вверенного имущества (ст. 211 УК) 8.

Приведем и обратный пример (аналогичен вышеизложенным примерам в вопросе разграничения обмана и присвоения), который свидетельствует о том, что преступление в отношении имущества, переданного на основании гражданско-правового договора и впоследствии похищенного, является обманом.

По приговору суда Октябрьского района г. Гродно М. признан виновным в завладении имуществом путем мошенничества и осужден по ч. 3 ст. 209 УК при следующих обстоятельствах. В марте 2004 г. М. заключил с К. договор аренды автомашины «Фольксваген-пассат» сроком на 2 дня. Однако в установленное время автомашина не была передана владельцу, а, как выяснилось впоследствии, была перепродана неустановленным лицам. Суд признал М. виновным в завладении имуществом, совершенным путем обмана и злоупотребления доверием, хотя в материалах дела остался невыясненным вопрос о том, намеревался ли М. еще до заключения договора похитить автомашину К. 9

Как видно, вверить имущество можно и частному лицу, не являющемуся работником какой-либо организации, с наделением определенными правомочиями по владению, пользованию и распоряжению имуществом. Такие правомочия могут быть переданы на основании гражданско-правовых договоров аренды, проката, подряда, комиссии, хранения, перевозки и т. д. В этой связи необходимо также проводить разграничение относительно того, с чем же мы имеем дело: с гражданско-правовым спором или с уголовным делом, однако это уже отдельная тема для разговора.

Иные отношения

Говоря об иных отношениях, можно заметить, что таковыми, по всей вероятности, могут являться любые как юридические (договорные, служебные, уставные), так и фактические (общественные, родственные, дружеские, близкие связи) отношения. Нет препятствий ограничить подобные отношения лишь, например, правовой привязкой. Главное, чтобы лицо наделялось соответствующими полномочиями владения, пользования или распоряжения относительно вверяемого ему имущества.

Принципиально важным в этой связи является вопрос о форме передачи имущества собственником: всегда ли это должна быть надлежащим образом подготовленная документальная форма либо возможно вверить имущество и без оформления соответствующих отношений. Например, некоторые юристы полагают, что правомочия субъекта в отношении такого имущества могут быть закреплены в определенной форме (с указанием наименования, ассортимента, количества, веса, стоимости имущества), либо переданы виновному уполномоченным на то лицом в иной форме без документального оформления таких отношений (например мастером, начальником участка, прорабом) 10.

Л. без оформления документов на своем земельном участке разрешил К. временно содержать металлический гараж и автомашину. После этого Л. продал по частям автомобиль и гараж, а вырученные деньги израсходовал на спиртное.

В п. 18 Постановления № 15 сказано, что «похищение лицом имущества, переданного ему по количеству или весу с возложением обязанностей отчитаться за него (сторожем, охранником, шофером и т. п.), должно квалифицироваться по ст. 211 УК. Если же имущество такому лицу по количеству или весу не передавалось, то при похищении имущества в силу доступа к нему по роду выполняемой работы его действия подлежат квалификации по ст. 205 УК». Но в данном постановлении Пленума ничего не говорится о том, что имущество должно быть передано лицу собственником с обязательным оформлением документов или без такового, то есть устно.

Приведем и ряд иных примеров в этой плоскости, однако они нисколько не помогут в разрешении поставленной проблемы, а лишь ее усугубят.

Гражданин С., уезжая на двухнедельный отдых, попросил своего соседа К. присмотреть за состоянием квартиры и с этой целью передал К. ключи от квартиры. Но к моменту приезда С. выяснилось, что К. продал некоторые вещи из квартиры С. и присвоил вырученные деньги.

Гражданин Б. передал свою автомашину для производства ремонта гр-ну К. Однако К. злоупотребил доверием Б.: помимо предоставленных ему полномочий по ремонту автомашины, он снял ряд деталей и продал их, а вырученные деньги присвоил.

Однозначно ответить, как необходимо квалифицировать данные преступления — присвоение либо растрата, злоупотребление доверием и, следовательно, мошенничество или просто кража — трудно. Трудно по той простой причине, что ни в законодательстве (в том числе и в постановлениях высшей судебной инстанции страны), ни в практике не сложилась четкая концепция, позволяющая по каким-либо критериям проводить разграничение аналогичных составов преступлений. Когда данный вопрос задавался практикующим юристам, последние отвечали на обозначенные проблемы интуитивно, исходя скорее из своего собственного понимания и видения вопроса, нежели руководствуясь определенными критериями. Но, как известно, на интуиции право не построишь.

Фактически в такой ситуации получается, что субъектом присвоения либо растраты можно признать любое лицо, которому имущество будет вверено (доверено) собственником на любых основаниях, будь то гражданско-правовые отношения, трудовые или какие-либо иные (общественные, служебные, договорные, дружеские и т. п.). Проблема заключается и в том, что доказать, какими же правомочиями наделял собственник лицо, передавая ему имущество, при отсутствии документального подтверждения крайне затруднительно.

В последних двух случаях имущество не было вверено по документу. Конечно, факт письменного оформления передачи имущества — небезупречен в современных условиях, между тем именно документальное оформление факта передачи имущества позволит четко отграничить присвоение либо растрату не только от кражи, но и от мошенничества.

Вместе с тем для того, чтобы признать имущество вверенным, необходимо чтобы субъект на определенном правовом основании владел (пользовался, распоряжался) этим имуществом и осуществлял в отношении его соответствующие правомочия.

Если вверенное имущество отчуждено незаконно и безвозмездно, то при отсутствии корыстной цели действия виновного лица не должны рассматриваться как хищение. Такие действия виновного при наличии соответствующих признаков могут быть квалифицированы по ст. 217 УК (незаконное отчуждение вверенного имущества).

Хотелось бы также еще отметить, что в русском языке слово «вверить» означает «отдать в чье-либо распоряжение, поручить чьим-либо заботам, попечению на основании доверия», а «ведать» — «заведовать или править, управлять, распоряжаться по праву». С учетом проведенного анализа есть все основания говорить о том, что ранее используемый термин «имущество, находящееся в ведении» нисколько не вошел в понятие «вверенное имущество», а, напротив, специально использован в ст. 210 УК, хоть прямо там и не обозначен законодателем. Следовательно, целесообразно использовать в ст. 210 УК термин «имущество, находящееся в ведении», под которым следует понимать «имущество, в отношении которого должностное лицо использует свои служебные полномочия по оперативно-хозяйственному управлению или распоряжению через иных лиц».

Таким образом, можно обозначить ряд общих выводов и предложить критерии разграничения рассмотренных составов преступлений:

1) при наличии трудовых отношений между собственником и лицом, которому передано имущество, оно будет считаться вверенным и ответственность наступит по ст. 211 УК;

2) в случае завладения имуществом в силу гражданско-правовых отношений виновное лицо должно нести ответственность как за злоупотребление доверием (в настоящее время по ст. 209 УК);

3) при передаче имущества в силу иных правовых отношений имущество будет являться вверенным в случае документального факта передачи имущества и предоставления собственником полномочий по имуществу;

4) если имущество передано без документального оформления, то похитившее его лицо должно нести ответственность за злоупотребление доверием (ст. 209 УК), однако если имущество передано материально ответственному лицу, ответственность должна наступать по ст. 211 УК с момента передачи имущества;

5) если лицо имеет лишь доступ к имуществу в силу выполняемой работы, по роду своей деятельности, осуществлению технических или производственных функций и не наделено никакими правомочиями по имуществу, то ответственность должна наступать по ст. 205 УК;

6) ответственность по ст. 210 УК наступает при условии, когда должностное лицо в силу своих служебных полномочий имеет право по оперативно-хозяйственному управлению и распоряжению имуществом через иных лиц, которым это имущество вверено.

Безусловно, предлагаемые критерии будут эффективны при гибком изменении диспозиций ряда статей УК и уточнении отдельных положений в руководящих разъяснениях высшего судебного органа республики.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Белокуров О. В. Проблемы квалификации хищения вверенного имущества. М., 2003. С. 32−35.

2 Лукашов А. Хищение денежных средств путем присвоения и вопросы соучастия в его совершении // Уголовное право. 2004. № 1. С. 30.

3 О судебной практике по делам о хищениях имущества (по материалам обзора судебной практики) // Судовы веснiк. 2002. № 1. С. 54.

4 Комментарий к Уголовному кодексу Республики Беларусь / Под общ. ред. А. В. Баркова. Мн., 2003. С. 545.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой