Общество в эпоху постмодерна и особенности его социально-экономических и политических процессов

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Социология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Смоленский Институт Экономики Филиал НГОУ

Санкт-Петербургской Академии Управления и Экономики

КУРСОВАЯ РАБОТА

по дисциплине: «Исследование социально-экономических и политических процессов»

на тему: Общество в эпоху постмодерна и особенности его социально-экономических и политических процессов

Выполнила:

Студентка гр. ГМУ 593

Карелина А. Н.

Преподаватель:

Карелин Е. Г.

Смоленск 2010

План

Введение

1. Модернизация и глобализация современного общества

2. Социальная, экономическая и политическая система постмодернизма

3. Проблемы модернизации незападных обществ

Заключение

Список литературы

Введение

Современный образ жизни и современные социальные институты радикальным образом отличаются от своих даже ближайших по времени аналогов в прошлом. За какие-то два-три века -- для истории это минута -- человечеству удалось покончить с социальным порядком, определявшим его жизнь в течение тысячелетий.

На протяжении последних десятилетий интенсивно развиваются новые явления, имеющие далеко идущие последствия. Они связаны со становлением и развитием общества модернизма и его переходом к постмодернизму. На современные социальные процессы повлияло не только изменение способа мышления, изменилось и само содержание идей. Идеалы самосовершенствования, свободы, равенства и демократического участия явились мобилизующим началом глубоких социальных и политических перемен, в том числе революций. Эти понятия ассоциируются не с традицией, а с постоянным обновлением образа жизни в целях совершенствования и развития человека. Несмотря на то, что эти идеалы возникли изначально на Западе, они были восприняты повсеместно и привели к переменам в большинстве регионов мира.

Многие исследователи высказывают мысль, что современная эпоха есть не что иное, как переход к новому обществу, основанному уже не на индустриальном порядке. Они утверждают, что человечество вступает в фазу развития, выходящую за пределы индустриальной эпохи.

Появление постмодернизма связывается с ощущением изжитости основных принципов на которых базировалась западная цивилизация. Переход к эпохе «постмодерн» не является каким-то радикальным, чётко обозначенным хронологически событием. Растянутое во времени, начиная с конца шестидесятых годов, оно продолжается вплоть до сегодняшних дней.

Главными историческими событиями, с которыми следует считать начало становления постмодерна — это изменения, произошедшие в экономически развитых странах во второй половине шестидесятых годов, которые в общем виде можно охарактеризовать как начало перехода от индустриального общества к постиндустриальному, или информационному обществу. Именно в тогда начинают развиваться новейшие электронные технологии, которые в дальнейшем составят базис культуры постмодерна.

Становление постмодернизма связано с утверждением и распространением принципиально отличных от существующих ранее форм и подходов в сфере художественной деятельности, которые стали выразителями начального процесса постмодернистских трансформаций западного общества.

Концепции постмодернизма наиболее адекватно описывают современное состояние общества, передают широко распространённое умонастроение не только интеллигенции, но уже и широкой массы населения. Наша реальность и жизненный мир стали «постмодерными». Таким образом, под постмодернизмом следует понимать специфическое мировоззрение, получившее распространение в конце ХХ века, главной отличительной чертой которого является плюрализм, т. е. допущение одновременного сосуществования разнообразных точек зрения.

Осознание неприглядных сторон сегодняшних социальных изменений не должно лишать нас реалистического взгляда, взгляда который поможет выработать оптимальный путь выхода из критической ситуации, которая может возникнуть в будущем.

1. Модернизация и глобализация современного общества

Понятием модернизация в мировой социологии описывают переход от доиндустриального к индустриальному, а затем и к постиндустриальному обществу. Термин модернизация относится не ко всему периоду социального прогресса, а только к одному его этапу — современному. То, что в отечественной историографии называют Новым временем, в большинстве европейских стран звучит как модернити, т. е. современность. Она датируется от середины 17 в. до середины 20 в. Современность — не только Новое время, историческая эпоха, охватывающая нынешний этап развития западной цивилизации. Английское «modernity" — современность — указывает не просто на только что произошедшее, существующее сегодня, но характеризует еще и высокие стандарты, наивысшее качество процесса или состояния. Выражение «современная техника» означает не только созданную сегодня технику, но и самую передовую. Подобно этому понятие «современное общество», с точки зрения европейских представлений, означает наилучшее и самое передовое общество.

Наиболее полное определение модернизации дал в 1960-е годы Ш. Эйзенштадт: «Модернизация — это процесс поступательного развития общества в направлении той социально-экономической и политической системы, которая сформировалась в Западной Европе и Северной Америке в период с XVII по XIX век, затем распространилась на другие европейские страны, охватив в XIX и XX веках южноамериканский, азиатский и африканский континенты"[1, 167]. Модернизация предполагает создание рыночного общества западного, т. е. капиталистического типа. Начало тому было положено еще в эпоху Реформации и достигло пика в эпоху Просвещения. В те времена происходит рождение капитализма, индустриального общества и новой, основанной на рационализме и протестантских ценностях, культуры.

В Западной Европе и США модернизация закончилась в 1970−80-е годы, когда развитые страны перешли на более высокую, постиндустриальную фазу развития, основным содержанием которой выступают информационное общество и культура постмодернизма. Однако во всех других уголках планеты, а это большинство стран мира, приобщение к современному миру продолжается. Стало быть, продолжается и процесс модернизации.

Теория модернизации опирается на понятие социального прогресса, ибо предполагает, что все общества, в какую бы эпоху они ни существовали и в каком регионе ни располагались, вовлечены в единый, всепоглощающий, универсальный процесс восхождения человеческого общества от дикости к цивилизации.

Культурный аспект модернизации связывался с рационализацией сознания людей на основе научных знаний и отказом от традиционных моделей поведения. Большинством сторонников новой социологической парадигмы формирование нового менталитета считалось чуть ли не единственным стержнем, на котором держится весь процесс модернизации. Культура «модернити», вот уже четыре века определяющая развитие европейской цивилизации, основывается на идее прогресса и общечеловеческих ценностях, которые ныне дороги сердцу каждого европейца: демократическую политическую систему, экономическую свободу, профессиональное мастерство, автономию личности, институты гражданского общества и правовое государство.

Неотъемлемым элементом новой жизни является изменение политических отношений на основе уважения прав человека, установления принципа разделения властей, обеспечения свободы слова и всемерного вовлечения граждан в политический процесс. Лидеры модернизации — США и Западная Европа — целиком и полностью приобщились к ним и добились потрясающих экономических результатов. Казалось бы, ничего не мешает отставшим в своем развитии странам Азии, Африки и Латинской Америки догнать, используя западные технологии, капиталовложения и опыт, как это сделала Япония. Так рассуждают авторы теории модернизации.

Они советовали правительствам слаборазвитых стран прилагать максимум усилий для того, чтобы форсировать у себя процесс индустриализации, до известной степени копируя эволюцию западных обществ. Ускоренная индустриализация предполагает использование новых технологий, эффективных источников энергии, углубление разделения труда, развитие товарного и финансового рынков. В ее орбиту должны были включиться все без исключения отрасли экономики, а не отдельные экспортоориентированные производства. В качестве превентивной меры требовалось отказаться от практики подбора госслужащих по признакам их статуса, происхождения и личных связей.

Однако насаждение, иногда принудительное, западных ценностей на восточно-европейскую, мусульманскую или африканскую почву приводит к множеству конфликтов, порождает такие общественные движения, которые противоборствуют модернизаторским устремлениям, пытаются вернуть общество вспять. Они получили название фундаментализма. Это общественное движение, принявшее в исламском мире экстремистские формы, выступает против всего, что несет местной культуре западная цивилизация. При полном отвержении и подавлении традиционных укладов процесс модернизации может замедлиться и даже пойти вспять, как это случилось в 1978 г. в Иране.

Поток иностранных инвестиций в слаборазвитые страны напоминает тонкий ручеек, поскольку для частных вкладчиков они не всегда выгодны. Если нет инвестиций, а деньги экономике нужны, их приходится брать в долг. Долговая кабала перед международным сообществом, невозможность вовремя проплачивать ссуду неизбежно ведет к еще большему обеднению населения. А там, где бедность, там создается благодатная почва для экстремистских движений. Таков порочный круг бедности, долгов и терроризма.

Слепая вера в научно-технический прогресс и западную демократию, в их способность решить любые проблемы общества, в конечном итоге оборачивается дорогой в никуда и забвением культурного своеобразия своей страны. Если она пытается найти собственный путь в общем потоке обновления, то поиски оборачиваются приостановкой, задержкой в пути, а потом и отставанием. В частности, Россия, пытающаяся двигаться «особым путем», вот уже три века интенсивно догоняет Запад — и отстает от него все больше. Сегодня специалисты вынуждены говорить о том, что Россия двигается во втором эшелоне модернизации.

Таким образом, модернизация — всемирно-исторический процесс, узаконивающий институты и ценности современности: демократию, рынок, образование, разумное администрирование, самодисциплину, трудовую этику и т. д. Если сделать социологическое обобщение сказанному выше, то модернизация — это в первую очередь культурное, во вторую — социально-экономическое и в третью — политическое становления современного европейского (а затем уже всех других) общества в течение последних 400 лет.

Содержательное ядро модернизации составляют рационализм, расчетливость, урбанизация, индустриализация и глобализация.

Глобализация — сравнительно новый термин, получивший в последнее десятилетие распространение в научной и политической литературе. По поводу его определения до сих пор идут горячие дискуссии. О ней говорят и спорят ученые, политики, бизнесмены, религиозные деятели, люди искусства, журналисты. Предметом оживленных дебатов служит буквально все — что такое глобализация, когда она началась, как она соотносится с другими процессами в общественной жизни, каковы ее ближайшие и отдаленные последствия.

В США глобализация описывает процесс интенсификации экономических, социальных, политических и культурных отношений, разворачивающихся поверх государственных границ. Его итогом становится гомогенное мировое пространство, которое охватывает все или большинство стран. Это пространство, воспринимаемое как глобальная сцена, включает такие сегменты, как 1) геоэкономика, 2) геополитика и 3) геокультура.

Глобальное общество — это новый расклад социальных связей, культурных норм, психологических установок, духовных ценностей, индивидуальных моделей поведения, политических режимов, экономических институтов. Оставаясь клеточками национальных организмов, люди становятся гражданами мира. В процессе повседневной деятельности они все чаще вступают в контакты с иноземцами и иноверцами. Они учатся жить и работать в мире без границ.

Глобализация — историческая тенденция современной эпохи. Стираются традиционные границы и общества превращаются в одну политическую систему. Этого не было даже в недавнем прошлом.

Вместе с тем глобализация — это еще и такие гигантские проблемы, с которыми не могут справиться отдельные страны и которые касаются всего человечества. К ним, в частности, относится угроза термоядерной катастрофы тесно взаимосвязана с угрозой ядерной войны, а также техногенными катастрофами. В свою очередь эти проблемы взаимосвязаны с угрозой третьей мировой войны. Всё это связано с истощением традиционных источников сырья и поиском альтернативных видов энергии. Нерешённость этой проблемы ведёт к экологической катастрофе (истощению природных ресурсов, загрязнению окружающей среды, продовольственной проблеме, нехватке питьевой воды и т. д.). Остро стоит проблема изменения климата на планете, которая может привести к катастрофическим последствиям. Экологический кризис в свою очередь связан с демографической проблемой. Демографическая проблема характеризуется глубоким противоречием: в развивающихся странах идёт интенсивный рост населения, а в развитых странах происходит демографический спад, что порождает огромные трудности для экономического и социального развития.

Одновременно обостряется проблема «Север-Юг», т. е. растут противоречия между развитыми странами и развивающимися странами «третьего мира». Всё большее значение приобретают также проблемы охраны здоровья и предотвращения распространения СПИДа, наркомании. Важное значение имеет проблема возрождения культурных и нравственных ценностей.

Сегодня специалисты ООН определили три первоочередных глобальных проблемы для всего человечества:

· климатические изменения, вызванные деятельностью человека;

· исчезновение биологических видов;

· продолжающийся рост народонаселения и уровня потребления.

Поскольку именно нищета является той движущей силой, которая провоцирует действия, нарушающие окружающую среду, то ее можно причислить четвертой глобальной проблемой. Именно в бедных странах быстрее всего растет население и крайне ограниченными являются запасы продовольствия, именно здесь меньше всего денег на защиту окружающей среды, в то время именно отставшие в техническом развитии страны продолжают интенсивно вырубить леса и загрязнять природу.

Прошлое общество представляло собой чрезвычайно пеструю, разнородную мозаику, составленную из изолированных социальных единиц, начиная с орд, племен, царств, империй и кончая появившемся недавно национальным государством. Каждая из этих единиц имела независимую и самодостаточную экономику, собственную культуру.

Нынешнее общество — совсем иное. В политическом плане существуют наднациональные единицы различного масштаба: политические и военные блоки (НАТО), имперские сферы влияния (бывший социалистический лагерь), коалиции правящих групп («Большая семерка»), континентальные объединения (Европейское сообщество), всемирные международные организации (ООН).

Доминирующей в культуре становится тенденция к единообразию. Средства массовой информации (СМИ) превращают нашу планету в «большую деревню». Миллионы людей становятся свидетелями событий, произошедших в разных местах, миллионы приобщаются к одному и тому же культурному опыту (олимпиады, рок-концерты), что унифицирует их вкусы. Повсюду в ходу одни и те же потребительские товары. Миграция, временная работа за границей, туризм знакомят людей с образом жизни и нравами других стран. Формируется единый или по крайней мере общепринятый разговорный язык — английский. Компьютерные технологии разносят одни и те же программы по всему свету. Западная массовая культура становится универсальной, а местные традиции размываются.

Начиная с середины ХХ века и особенно в последние десятилетия тенденция к глобализации качественно повлияла на общество. Национальные и региональные истории больше не имеют смысла. В глобализованном мире история протекает иначе, у нее новые движущие силы, механизмы и направления.

В соответствии с собственными представлениями о глобализации каждый трактует происходящие в современном обществе сдвиги по-разному. Одни — как безграничные возможности и перспективы, открываемые информационными технологиями перед человечеством, другие — как историческую победу принципов свободного рынка, третьи — как виртуализацию реальности, четвертые — как угрозу возрождения колониальных порядков на базе новейших технологий.

Мотором глобализации экономической системы наряду с мировыми финансовыми рынками сегодня выступают 1) мультинациональные предприятия (МНП) и мультинациональное предпринимательство, 2) неправительственные организации (НПО), которые выступают межгосударственными объединениями людей по интересам. Их спектр весьма широк — от медицинских союзов, опекающих пленных и заключенных в кризисных регионах мира, до научного исследования антропогенных изменений климата. Особенно активна их деятельность в странах третьего мира.

В мировом сообществе моментально распространяются не только потоки информации, но и любые социальные нововведения, интеллектуальные открытия. Государства заимствуют у других государств программы социальной защиты, структуры школьной системы и т. д. Взаимообмен неизбежно ведет к гомогенизации мирового общества, повышению степени его однородности: молодые россияне одеваются так же, как их сверстники в Лондоне или Нью-Йорке, одинаково проводят досуг и разделяют общие музыкальные предпочтения.

Современность обладает не только положительными, но и отрицательными чертами. Одна из них отчуждение. И не только в области труда, но и в политике, культуре образовании, религии, искусстве отдыхе, семье и т. п. Концентрация рабочей силы в городах, установка на получение прибыли, использование в производстве достижений науки и техники, возникновение антагонизма между хозяевами и наемными работниками, усиление социального неравенства, формирование экономической системы, основанной на свободном предпринимательстве и конкуренции.

Другая негативная черта — аномия. Это состояние безнормативности, когда царят анархия и социальный хаос, люди отрываются от корней, бегут в извращения и самоубийство. Угроза ядерной войны и возможность тотального самоуничтожения человечества — последний аргумент против современности.

У глобального общества есть свой темный двойник — обширный набор теневых, асоциальных и просто преступных видов деятельности, быстро приобретающих глобальный характер. Разнообразные виды незаконного промысла позволяют мафиозным группировкам, действующим поверх границ, собирать астрономическую дань — 1,5 трлн. долл. в год. С такими деньгами они могут прибирать к рукам политиков, чиновников, бизнесменов, журналистов, создавая преступные империи — глобальное зазеркалье[7, 89].

Противостояние властей и организованной преступности насчитывает не одну сотню лет. Однако, по мнению экспертов, теперь у криминального мира появилась возможность выиграть эту войну. Процесс глобализации, серьезно изменивший мир, более всего сыграл на руку именно криминалитету. Прозрачность границ, упрощение обмена информацией, беспрецедентный рост объемов международной торговли и инвестиций вырвал из рук правительств различных стран мира ряд рычагов, которые ранее позволяли успешно противостоять криминалу.

Быстрый экономический рост в XX веке, приведший к появлению глобальной экономики, не привел ее ни к стабильному социальному развитию, ни к решению основных проблем в социальной сфере.

2. Социальная, экономическая и политическая система постмодернизма

С точки зрения социологии, новое общество, или общество модернизма, характеризовалось совершенно новой структурой социальной системы — это общество с разделенными или дифференцированными общественными подсистемами в рамках социальной системы. Прежде всего, религия, религиозное сознание и чувство, пронизывающее все отношения средневекового общества, были отделены от него — появилось общество как таковое или светское общество, появились наука, культура, искусство, государство, отделенные от церкви. Новое стало противостоять старому, перемены стали господствовать над традицией. Конечно, этот процесс либерализации общественного сознания был постепенным, еще долго деревенский уклад жизни был непоколебим, но центром становился город, подчиняя себе все общество. Городской образ жизни уже не так сильно контролировал сознание человека, что способствовало развитию индивидуализма, а затем и созданию нового класса людей нового времени, не зависимых ни от кого и полагающихся только на себя. Постепенно в обществе модерна социальная система отделяется от системы культуры и традиций — уже не благородное происхождение, родственные или иные связи являются значимыми, а личные действия человека, его доходы, богатство, собственность обеспечивают его место на социальной лестнице. Положение человека в обществе, по выражению К. Маркса, становится случайным — разорившийся дворянин оставался дворянином, а разорившийся капиталист капиталистом уже не является [2, 97]. Экономика отделяется или дифференцируется от общества, она более не является непосредственной частью общества, обеспечивающей его жизнедеятельность, она не просто обслуживает общество в целях поддержания его воспроизводства, а становится самостоятельной и самодостаточной системой, имея свои собственные цели, динамику и результаты. Экономика как простое средство к жизни становится самой жизнью общества, происходит гениальное преобразование — простое хозяйствование, обычная функция жизнедеятельности, становится отдельным занятием, которое круто переворачивает как жизнь отдельных людей, так и классов и общества в целом. В условиях крестьянского хозяйства и даже цехового ремесла трудно было найти грань, разделяющую экономические действия (работу) и семейные отношения — само хозяйство было домашним и семейным, и здесь именно тип семьи определял возможный тип хозяйствования. В новое время появилось то, что мы сейчас привыкли называть «работа» — некоторая область, отделенная от семьи, домашнего хозяйства и родственных отношений. Экономика наглядно для обычного человека выделилась в самостоятельные организации, которые стали называться фирмами.

Постепенно этические отношения людей в экономической сфере, ранее всегда построенные по схеме «свой — чужой», когда своим всегда отдавалось предпочтение и свои всегда были гарантированы от обмана или несправедливости, стали формироваться по другому принципу: теперь уже где свои, где чужие, стало неважно [5, 112]. Например, если раньше согласно христианским канонам процент был совсем запрещен (поэтому-то ростовщиками в средние века становились нехристиане), то теперь процент был не только разрешен, но даже стал этическим критерием оценки человека — вряд ли человек, не отдавший взятые в долг деньги, будет считаться порядочным. Само занятие экономикой, считавшееся недостойным человека благородного происхождения, постепенно стало общественно признанным: если средневековому рыцарю богатство достойно было завоевать, отнять, получить как наследство или вознаграждение за службу своему королю, то в новое время «make money» стало правилом хорошего тона. Итак, постепенно, где свой, где чужой, разобраться стало невозможно, поэтому отношение к своим, как к чужим стало этической нормой, то есть началом капитализма.

Но время модернизма — это не только экономика, существующая сама по себе, экономика не просто дифференцировалась от общества, но постепенно стала господствующей над всеми другими областями общественной жизни, экономика стала базой, которая определяла всю надстройку.

Причем цели экономики могли отличаться от целей общества, развитие экономики могло привести и приводило к упадку общества или торможению его развития. Например, Португалия в погоне за американским золотом, большими прибылями от внешней торговли и колонизацией полностью растратила все силы нации, вскоре уступив место Англии, а затем и совсем сойдя со сцены мировой истории. Интересно отметить, что кроме золота и работорговли, громадные обороты внешней торговли Португалии были основаны на таких казалось бы незначительных вещах как пряности и шелк.

Постепенно политика становилась, концентрированным выражением экономики, она теперь отражает интересы и следует целям крупного капитала. Там, где есть реальная опасность для экономики капитала, правительства без колебания идут на любые, даже вполне недемократические меры, в конце концов, когда вложения капитала в другие страны к началу ХХ столетия стали нешуточными, защищать их пришлось весьма жесткими мерами — война стала продолжением политики защиты интересов капитала.

Культура, в средние века сформированная в Европе христианской традицией, меняет характер — становится массовой (как и индустриальное производство), буржуазной или мелкобуржуазной (копируя взгляды лидирующего класса) и денежной (отражая господство капитала). Многие культурные институты, созданные ранее, несут на себе теперь отпечаток двух экономических принципов нового времени — массовости и разделения труда. Например, образование становится массовым: ведь обществу модерна нужен человек, обладающий навыками первичной рациональности — отсюда, кстати, стремление рабочего класса к поверхностным знаниям — кружкам, запрещенной литературе и прочему. Обучение строится по принципу разделения труда между педагогами — каждый отвечает за свой предмет и свою область знаний, даже в науке время ученых-энциклопедистов проходит, наука теперь дифференцируется по отраслям.

Принцип массовости охватывает и собственно социальную систему: социальная структура делится теперь по экономическому признаку — возникают классы, а прежнее сословное деление постепенно теряет свое значение. Большие массы людей теперь оттесняют элиту от управления, возникают и начинают играть решительную роль демократические институты. Но массами нужно манипулировать, поэтому создаются средства массовой коммуникации, так начинается эра масс. Разделение труда функционально теперь связано с типом социального взаимодействия, вместе с различными видами труда появляются различные виды людей, общество строится по типу различия, а не сходства, органическая солидарность замещает механическую. Другие принципы организации экономики также активно преобразуют общество, например, рыночные механизмы хозяйства трансформируют само общество в рыночное общество, где все имеет свою цену (есть единый универсальный инструмент оценки — деньги), все продается и покупается. Отношения между людьми строятся по принципу отношений обмена — «ты — мне, я — тебе», личность человека дифференцируется в его экономическую функцию (в хозяйственных отношениях участники заинтересованы лишь в адекватном выполнении своих институционально установленных обязательств, например, продавец в магазине как человек вас мало интересует, важно выполнение им своих функций — хотя, как и везде, здесь возможны и исключения). Этот процесс обезличивания, то есть независимости человека от конкретных личностей, означает развитие формальной свободы и индивидуализма, являющихся неизменными атрибутами постмодернизма.

Господство экономической системы приводит в обществе модерна и к изменению принципов движения общества, теперь уже не просто существование или воспроизводство является нормой, экономика капитала требует бешеных темпов, без этого она просто не может существовать, поэтому все силы общества теперь подчиняются не эволюционным изменениям, а развитию. Общество развивается в целях материального производства, а потребности являются лишь второстепенным моментом. Капитализм, по мнению многих, основан на постоянном накоплении капитала и расширении производства, но как возможно было достичь этого накопления — ведь капитал это не просто деньги, а большие деньги? В свое время в Европе такой источник первичного накопления был найден: все пионеры капитализма — Венеция, Португалия, Голландия, Англия — обращались к внешней торговле и колонизации, что давало быструю и большую прибыль, собственно индустриализация и развитие внутреннего производства за счет расширения потребностей населения в самих этих странах если и начинались, то гораздо позже. Накопление капитала в конце концов приводит к высокой норме производственных инвестиций — начинается развитие производства, причем без всякого учета потребностей общества, что через некоторое время обязательно приводит к кризисам перепроизводства. Если цеховой ремесленник всегда знал объем своего спроса, причем часто знал этот спрос в лицо — знал всех своих постоянных покупателей и даже, скорее всего, динамику их платежеспособности, и никогда не производил более того, что мог продать, то капиталист знает только одно — объемы производства должны расти.

Но капитализм при расширенном воспроизводстве требует реализации капитализируемой части прибавочной стоимости. Как будет происходить продажа вновь произведенных товаров и услуг, где найти покупателей все увеличивающегося количества товаров и услуг? Ведь сами капиталисты всегда ограничивают свое личное потребление, определяя большую часть своих доходов в инвестиции, а заработная плата рабочих вследствие конкуренции всегда ограничена разумным минимумом. Поэтому капитализму для своего развития требуется некапиталистическое окружение — внешние рынки сбыта, дешевой рабочей силы и природных ресурсов. Поэтому общество модерна — это общество, постоянно втягивающее в свою орбиту традиционные общества, без этого оно существовать не может. Но как только все некапиталистическое окружение становится капиталистическим, встают проблемы на пути существования всей системы модернизма в целом.

Итак, некоторый предварительный итог: модернизм — это дифференциация социальной системы: общественные подсистемы отделяются друг от друга, экономика становится самостоятельной, одновременно подчиняя себе все общество.

В экономике в эпоху перехода к постмодерну, прежде всего, меняется значимость экономики, хозяйственной жизни для человека и общества. Если раньше все основные силы общества были отданы экономике, то теперь эффективность экономики становится таковой, что все меньшие усилия общество прилагает для получения большего количества благ и услуг. В обществе, где уровень развития производства позволяет удовлетворять основные потребности всему населению. В современном обществе, которое Дж. К. Гэлбрейт предложил называть обществом изобилия («affluent society»), ограниченность ресурсов, всегда бывшая аксиоматическим определением экономического вообще, больше не является значимой, по крайней мере настолько, насколько это было раньше [1, 208]. Нарушается основной принцип стоимостной экономики — принцип эквивалентности затрат и результатов, теперь меньшие затраты ведут к большим результатам (особенно ярко это проявляется в сфере применения новых изобретений и технологии — один раз совершенное научное открытие не требует далее повторения самого процесса совершения открытия, можно просто купить патент и пользоваться изобретением). Сама экономика по своей внутренней структуре вряд ли может называться теперь индустриальной — все большее количество занятых отвлекается в сферу обслуживания или в такую область, как образование, науку, рекламу, туризм и прочее. Рабочая неделя в развитых странах имеет тенденцию укорачиваться до четырех дней, и борьба рабочего класса теперь идет в обратном направлении — за увеличение рабочей недели. Все это значит, что все меньшее количество производительного труда дает возможность существовать все большему количеству непроизводительного, меньшая часть людей, непосредственно занятая в сфере экономики, теперь может прокормить большую часть людей, не связанных с экономикой вовсе.

В эпоху постмодернизма коренным образом меняется соотношение производства и потребления: общество из производительного опять возвращается в состояние потребительного. Важно то, что основные потребности населения — в питании, жилье, медицинском обслуживании, в труде, — так или иначе удовлетворяются, и более важное значение приобретают другие потребности, бывшие ранее вторичными, кстати, и сами эти потребности теперь могут регулироваться обществом с помощью рекламы и других средств воздействия на массовое сознание. Производительное общество требовало расширенного воспроизводства и высоких темпов развития, высокого уровня инвестиций. В обществе постмодерна темпы экономического роста становятся более умеренными, все большая часть прибыли не реинвестируется, а уходит в заработную плату и в налоги, с помощью которых содержится государство, где развита социальная помощь и социальная защита. В производительном обществе труд, затраты труда, стоимость, прибавочная стоимость, прибыль являются основными категориями, в потребительном обществе затраченный труд и стоимость уступают место потребительной стоимости и потребительностоимостным механизмам. Например, доля затрат собственно на производство и продажу нового товара гораздо меньше, чем доля затрат на рекламу этого товара, научно-технологическую подготовку его производства, на продвижение торговой марки, кстати, основным объектом распространения является уже не сам товар, а торговая марка. Нестоимостные категории также начинают играть все большую роль в оценке эффективности производства — теперь уже ни одно предприятие не может не учитывать требований экологической эффективности.

Новые принципы взаимоотношения экономики и общества в эпоху постмодерна особо ярко проявляются во взаимодействии экономики и политики. Начиная с 20-х годов ХХ века политика все больше и больше вторгается в сферу экономики и подчиняет ее целям общества, которое не довольствуется уже системой саморегулируемого рынка. Рынок, оказывается, не обеспечивает равновесного положения хозяйства, не гарантирует полную и эффективную занятость, стабильное развитие и необходимую обществу социальную справедливость. Для начала государство берет под контроль финансовую сферу, отказываясь от принципов золотостандартного регулирования и вводя институт центрального банка, но затем государство само становится крупным участником экономических отношений, обращается к регулированию с помощью ставки процента и других экономических методов экономического развития в целом. В самое последнее время мы видим, что не только национальные государства активно воздействуют на экономическое развитие: возникают новые наднациональные союзы — такие, как Европейское сообщество, — способные обеспечить дальнейшее подчинение экономики общественным целям.

В самой экономике в ХХ веке проявляются весьма важные тенденции — такие первичные факторы экономики, как труд и капитал, стремятся выйти из системы чисто экономического рыночного регулирования. Бизнес стремится организоваться в крупные корпорации или монополии, которые сами бы могли регулировать экономические процессы. Существование таких крупных корпораций уже строится по совершенно иным экономическим законам, опасность теперь в том, что сами эти корпорации стремятся подчинить своим целям государство. Труд, как и капитал, также организуется в крупные монополии — профессиональные союзы, которым под силу весьма решительные действия. С помощью системы коллективных договоров рабочая сила как товар выводится из сферы нерегулируемого рынка и свободной конкуренции, что приводит к тому явлению, которое Дж. М. Кейнс называл «негибкостью» заработной платы, которая не может изменяться вместе с динамикой рыночного цикла. Таким образом, и труд, и капитал выходят из-под экономического контроля, все больше подчиняясь обществу[8, 154].

Конечно, надо понимать, что большинство стран не только не приблизились к состоянию постмодерна, но находятся еще в стадии традиционного общества или на этапе перехода от традиционного к обществу модерна (80% населения планеты проживает в развивающихся странах). Поэтому говорить о тотальном наступлении постмодерна еще рановато. Но если учитывать тенденции развития капитализма в Китае, Индии, России, странах Южной Америки и юго-восточной Азии, то, видимо, некапиталистическое окружение развитых капиталистических стран будет все больше и больше сужаться, следовательно, сам капитализм и система модерна в целом будут испытывать необходимость трансформации для того, чтобы выжить в новых условиях. Переход к новому обществу постмодерна осуществляется медленно и постепенно, и вряд ли цифры, процентные соотношения и экстраполяции могут подтвердить или опровергнуть наличие этого процесса, важно лишь вовремя увидеть зарождение новых тенденций и направления перемен, а остальное — дело времени.

3. Проблемы модернизации незападных обществ

Проблема модернизации незападных стран появляется в конце 1950 — начале 1960-х гг., когда страны Азии, Африки, Латинской Америки освободились от колониальной зависимости. Первые теории модернизации, выдвинутые к тому времени на Западе, представляли собой своеобразный вариант европоцентристской концепции исторического развития, сложившейся в период индустриального капитализма.

Отличительной чертой этих теорий являлся универсализм. Процесс развития рассматривался в них как имеющий всеобщий характер для всех стран и народов, одни и те же этапы и закономерности. Теории модернизации 1950−1960-х гг. признавали некоторые особенности развития у разных стран и народов, но считали их несущественными, второстепенными в сравнении с единственно верным путем развития общества. Французский философ Р. Арон писал в те годы: «Ничто не мешает странам Азии, Африки и Латинской Америки идти в своем развитии по стопам высокоразвитых стран Запада, используя их капиталовложения, технологию и опыт"[10, 141].

Методологической основой идеи универсальной догоняющей модернизации выступает технологический детерминизм, который выводит развитие общества непосредственно из прогресса техники и видит в нем рост благосостояния, решение социальных проблем. Одним словом, по мере изменения материально-технической базы экономики меняются социальная структура общества, политические институты, культурный облик страны.

Однако осуществление программ модернизации в бывших колониях и полуколониях с самого начала столкнулось с серьезными трудностями. Становление индустриального сектора в экономике быстро приводило к ослаблению и даже к разрушению многих социальных институтов, управлявших традиционным обществом, что порождало хаос и нестабильность. Незначительный индустриальный сектор оказывался накрепко привязанным к капиталистическому мировому хозяйству, в то время как традиционные аграрные виды деятельности продолжали сохраняться. Так что в целом общество лишалось ясных перспектив развитии.

С середины 1960-х гг. начинается критика западного варианта модернизации на основе идеологии индустриализации, которая начинает рассматриваться как неоколониализм, или теория зависимого развития. Были предприняты попытки создания иных вариантов модернизации. Их общий смысл сводился к тому, что превращение страны в современную не обязательно должно трактоваться как вестернизация. Так возникает потребность в применении цивилизационного подхода к анализу исторического процесса, когда все незападные страны столкнулись с тем мощным вызовом, который бросил им Запад, вступавший в постиндустриальную фазу развития.

Суть найденного решения состояла в том, что модернизация в постиндустриальную эпоху может быть успешной лишь при сохранении каждой незападной страной своей цивилизационной специфики, идентичности. Это означает сохранение сложившихся в национальной культуре представлений о смысле и целях человеческого существования, о роли конкретного общества в историческом процессе. Впервые это поняли Япония, Сингапур, Тайвань, Корея. При таком подходе становится ясным, что нельзя построить единую модель модернизации, на которую можно было равняться, как в случае с догоняющей модернизацией. Поэтому в настоящее время резко возрастает роль научной прогностики и социальных технологий применительно к каждой отдельной стране.

В эпоху постиндустриализма должна быть создана особого рода идеология модернизации как становления страны современной страной. Проблема заключается в сложности объединения на платформе национального согласия тех, кто ориентируется на западный путь развития, и тех, кто выступает за сохранение национальной, цивилизационной идентичности страны.

Еще одна проблема, которая проявилась в ходе применения цивилизационного подхода, заключается в том, что вектор развития отдельной цивилизации и даже некоторых стран, входящих в нее, может не совпадать с векторами развития других стран. Появляется большое разнообразие конкретных путей движения стран к своему будущему. В настоящее время в незападном мире одни страны пытаются развиваться по прежним моделям модернизации в надежде на солидную помощь Запада, другие осуществляют на практике синтез новейших достижений постиндустриального капитализма с национально-культурными основами. Третьи продолжают движение по социалистическому пути, внося серьезные коррективы в прежнее понимание социализма. Есть и такие страны, которые заявляют о своем нежелании заниматься вообще модернизацией своих обществ.

Мощный рост взаимосвязи и взаимозависимости цивилизаций, регионов и стран, становление мировых производственных и информационных структур есть объективный процесс. Будущее человечества оказывается зависимым от того, какой характер будет носить взаимодействие всех цивилизаций и стран — будет ли это диалог и согласие, или оно окажется диктатом и насильственным подчинением всего мира самой могущественной ныне цивилизации — западной. После падения советского социализма в мире, к сожалению, не стало спокойнее.

Важную роль в выборе международным сообществом путей выживания и дальнейшего развития может сыграть осознание им всей сложности проблем глобализации мира, в первую очередь экономических и финансовых проблем, необходимости их неотложного решения. Нельзя забывать и о глобальных проблемах. Важно успеть отвести от человечества глобальную катастрофу с ее непредсказуемыми последствиями.

Заключение

Главными историческими событиями, с которыми следует считать начало становления постмодерна — это изменения, произошедшие в экономически развитых странах во второй половине шестидесятых годов, которые в общем виде можно охарактеризовать как начало перехода от индустриального общества к постиндустриальному, или информационному обществу. Именно в тогда начинают развиваться новейшие электронные технологии, которые в дальнейшем составят базис культуры постмодерна. Наступление постмодерна неразрывно связано со становлением постиндустриального или информационного общества. Отличительными чертами постиндустриального общества являются массовое распространение творческого, интеллектуального труда, качественно возросший объем и значение научного знания и информации, развитие средств коммуникации, преобладание в структуре экономики сферы услуг, науки, образования, культуры над промышленностью и сельским хозяйством. Развитие новейших электронных технологий оказало на жизнь общества и отдельного человека такое влияние, что уже невозможно абстрагироваться от них при рассмотрении любой области реальности конца ХХ века.

Таким образом, следует отчетливо понимать, что постмодернизм отражает технотронный характер современности, стремится осмыслить и воплотить его в своих категориях и, по сути, представляет не что иное, как мировоззрение информационного общества.

Становление постмодерна связано не только с социально-политическими процессами в обществе. Как известно, индикатором смены эпох всегда являлось возникновение новых течений в искусстве, где расшатывались модернистские догмы и выворачивались наизнанку стереотипы модернистско-авангардистской логики.

Завершая обзор различных интерпретаций постмодернизма, попытаемся определить смысл этого понятия. Под постмодернизмом следует понимать специфическое мировоззрение, получившее распространение в конце ХХ века, главной отличительной чертой которого является плюрализм, т. е. допущение одновременного сосуществования разнообразных точек зрения. Именно принцип плюрализма является фундаментальным для осмысления постмодернизма, и уже непосредственно из него вытекают такие производные его характеристики как фрагментарность, изменчивость, контекстуальность, неопределенность, ирония, симуляция, которые, в свою очередь определяют специфику постмодерной культуры — культуры пронизанной постмодернистским мироощущением. Задачи, которые ставят перед собой теории постмодернизма:

* критика принципов классического рационализма и традиционных ориентиров мышления;

* интерпретация процессов, происходящих в современном обществе;

* разработка основ нового мировоззрения, которое будет способствовать преодолению кризисных явлений, ставших следствием внедрения модернистских проектов.

Подчеркивая всю противоречивость феномена постмодернизма последних десятилетий ХХ века, необходимо еще раз подчеркнуть, что постмодернизм следует понимать не как некую «химеру», сочетающую в себе несоединимое, а как непосредственное отражение реальных, хотя и противоречивых и иногда не вписывающихся в привычные рационально мыслимые рамки процессов, происходящих в современном фантастически сложном обществе.

Пытаясь заглянуть в будущее, мы не можем предвидеть, будет ли новое столетие отмечено мирным социальным и экономическим развитием или умножением глобальных проблем до такой степени, что человечество будет не в состоянии их разрешить. Сейчас мы прекрасно понимаем, что современная промышленность, наука и технология чреваты не только благими последствиями. Наш сегодняшний мир гораздо более многолюден и богат, чем когда-либо раньше. Мы можем управлять своей судьбой и перестраивать свою жизнь к лучшему в такой мере, что предыдущие поколения не могли себе даже представить; и в то же время мир вот-вот подойдет к ядерной и экологической катастрофе. Если социология и может нам что-то дать, так это осознание того, что автором всех социальных институтов является сам человек. Именно мы, люди, осознающие свои достижения и недостатки, творим свою собственную историю. Осознание неприглядных сторон сегодняшних социальных изменений не должно лишать нас реалистического взгляда, взгляда с надеждой на наше будущее.

Список литературы

1. Добренькова В. И. Американская социологическая мысль. — М.: Аспект Пресс, 1999.

2. Иноземцев В. Л. Современное постиндустриальное общество: природа, противоречия, перспективы. — М.: 2000.

3. Веселов Ю. В. Экономическая социология постмодерна. -М.: Социология и социальная антропология, 1998.

4. Веселов Ю. В., Мацукова Т. К. Экономическая социология. — СПб.: Алетейя, 1997.

5. Волков Ю. Г., Нечипуренко В. Н. Социология. СПб.: Алетейя, 2004.

6. Кравченко А. И. Социология. — М.: Алетейя, 2000.

7. Панарин А. С. Искушение глобализмом.- М., Дрофа, 2000.

8. Степин B.C. Эпоха перемен и сценарии будущего. — М.: Инфра, 1996.

9. Уваров П. А. Социализм в перспективе постиндустриализма. — М.: Печать — С, 1999.

10. Хохловец С. В. Проблемы модернизации общества. — Спб.: Нева, 2005.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой