Мировые финансовые кризисы

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Международные отношения и мировая экономика


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

Введение

Финансовые кризисы до и вовремя эры золотомонетного стандарта

Кризис 1825 года

Кризис 1836—1838 гг.

Кризис 1847—1850 гг.

Кризис 1857 года

Кризис 1873 года

Кризис 1890 года

Кризис 1907 года

Кризис 1914 года

Кризис 1929—1933 гг.

Кризис 1973 года

Кризис 2007—2011 гг.

Заключение

Список использованных источников

Введение

На протяжении двух веков развития индустриального общества, экономики различных стран переживали периоды роста и падения. Резкие падения, которые «рушили» экономику не только той страны, в которой оно произошло, но и других стран приводили к кризисам. Причины, приводившие к кризисам различны, но в большинстве случаев наблюдались схожие проблемы: спад производства, накопление товаров на рынке, падение цен на продукцию и товары, крах банковских систем, разорение фирм, увеличение безработицы.

В литературе есть различные определения кризиса, как нежелательного процесса в экономике.

По определению немецкого экономиста В. Зомбарта экономический кризис как «экономическое негативное явление, при котором массово возникает опасность для экономической жизни». Академик Е. Варги определял кризисы как «временное насильственное разрешение накопившихся резких противоречий расширенного воспроизводства». Джон Кейнс характеризовал явление кризиса как резкую смену повышательной тенденции на понижательную, которая была характерна, в большинстве случае, только для прямого процесса. Русский ученый-экономист Туган-Барановский представлял кризис совокупностью двух волн: «повышательной» и «понижательной».

Появление и развитие мировых финансовых кризисов неотъемлемо связано с развитием экономики стран мира. Вначале это были как кризисы недопроизводства сельскохозяйственной продукции, с середины XIX века — как нарушение равновесия между промышленным производством и спросом на товар.

Экономические кризисы до XX века ограничивались пределами нескольких стран, но с развитием процессов интеграция и вовлечения в экономику большего количества стран стали приобретать общемировой характер. В последние время экономическим сообществом создаются и разрабатываются все более совершенные механизмы борьбы с финансовыми кризисами (государственное регулирования, создание международных контролирующих организаций, фондов, постоянный мониторинг ситуации), финансовых коллапсов избегать не удается. Можно только предугадать, но и то не всегда, дальнейшее развитие мировой ситуации.

В мировой истории было большое количество финансовых кризисов. Если в XIX и начале ХХ веков основной причиной развития кризисов была Великобритания, то уже в ХХ веке «главенствующую» роль взяли на себя Соединенные Штаты Америки.

В данной курсовой работе рассмотрены основные мировые финансовые кризисы. Кризисы, охватывающие большей частью одну страну, такие как Мексиканский и Российский 1998 г., рассматриваться не будут.

мировой финансовый кризис

Финансовые кризисы до и вовремя эры золотомонетного стандарта

Классификация мировых финансовых систем характеризуется в основном видом резервного актива, с помощью которого разряжались дисбалансы в международных расчетах. При биметаллизме роль всеобщего эквивалента законодательно выполняли два металла, обычно золото и серебро. В странах осуществлялась свободная чеканка монет из этих металлов. Кроме того, все цены устанавливались в двух измерениях. В период до официальной декларации эры золотомонетного стандарта отмечалось главенствующее положение в мировом сообществе Великобритании, которая поддерживала его благодаря постоянным вливаниям денежных средств в экономику зависимых от нее регионов и уникальному положению экспортера и импортера сырья. Многие государства размещали свои резервы в форме монетарного золота или на депозитах в лондонских банках. Можно было говорить о режиме зависимости и жесткой фиксации курсов валют разных стран к английской валюте. Монетарная, а во многом и финансовая политика большинства государств, была неразрывно связана с политикой, проводимой в Британии, о чем свидетельствует то, что каждое изменение процентных ставок в Лондоне вызывало колебания на валютных и фондовых рынках стран, имеющих в роли своего главного торгового партнера Великобританию.

Первой мировой финансовой системой принято рассматривать золотомонетный стандарт, который был юридически оформлен межгосударственным соглашением на Парижской конференции в 1867 г. и практически использовался до середины 20-х годов ХХ века. Если рыночный курс падал ниже паритета, который базировался на золотом содержании, должники предпочитали отдавать долги по взятым на себя обязательствам золотом, а не иностранными валютами.

Главной характеристикой, а также движущей силой финансовых потрясений являются инвесторы-спекулянты, настроение и поведение которых ведет страну в пропасть нестабильности. Мобильность капиталов и их приоритет были направлены в страны Нового света. Британские капиталы в три этапа экспортировали в страны Латинской Америки: в 1822—1825 гг. для финансирования добычи золота и серебра, что привело к обвалу фондового рынка в Лондоне и банковской панике; в 1854—1873 гг. для финансирования строительства железных дорог, что закончилось финансовым кризисом в Европе и дефолтом заемщиков; в 188 401 890 гг. для финансирования внутреннего развития Аргентины и Уругвая, что в итоге привело к кризису и дефолту по аргентинским государственным публикациям.

США также являлись импортером британского капитала. В период с 1826 по 1837 г. ресурсы направлялись на финансирование каналов и хлопковых полей, что закончилось депрессией, продолжавшейся до 1843 г., когда восемь штатов объявили дефолт по своим долгам. Десятилетие спонсирования западной экспансии США привело к банковской панике в 1873 г. В 1895 г. наступил момент резкой остановки притока капиталов, который сменился оттоком ресурсов, что было вызвано угрозой американских властей отказаться от биметаллизма и перейти га золотой стандарт. Британский экспорт капитала активно финансировал земельный бум в Австралии в 1880-х гг., закончившийся крупными банкротствами банков в 1890 и 1893 гг. из-за необеспеченности займов. Также британский капитал участвовал в финансировании внутреннего развития Канады.

Вместе с тем банковские паники в Британии в 1825, 1837, 1847 и 1857 гг., произошедшие, когда Банк Англии повысил дисконтную ставку из-за сокращения золотых резервов, имели обратный эффект на мобильность капитала. Британские банки, финансировавшие экспорт хлопка из Нового Орлеана в Ливерпуль, в 1837 г. были вынуждены прервать свою деятельность, что в результате привело к падению цен на хлопок и массовым банкротствам производителей, а также приостановке конвертируемости золота.

Как видно, главным источником финансовых дисбалансов являлась Великобритания, которая, финансировав многие международные проекты, все же защищала собственные интересы и ресурсы, за что другие страны были вынуждены заплатить финансовыми кризисами. В период эры золотомонетного стандарта финансовая нестабильность проявлялась преимущественно в форме банковского, затем долгового и в итоге валютного кризиса. В целом финансовые потрясения случились из-за резких внутренних и внешних провалов в политике, проводимой властями. В этой связи банковская паника служила примером внутреннего провала, когда вкладчики теряли доверии к способности банка конвертировать депозиты в валюту. В свою очередь валютный кризис был примером внешнего провала, когда держатели местной валюты начинали сомневаться в ее надежности и переводили свои сбережения в золото или иностранную валюту, что сокращало резервы государства.

Обращаясь к элементам финансового кризиса, можно выделить специфические черты протекания каждого из них в рассматриваемый период. Банковский кризис, в отличие от кризиса банковской системы, не имел столь угрожающе отрицательного воздействия на экономику страны. Кризис отдельных банков происходил преимущественно из-за халатности или злоумышленных действий работников или руководства «сгоревшего» учреждения. Совсем иная ситуация складывалась во время кризиса всей банковской системы. Вкладчики старались перевести свои депозиты в валюту или золото, а это грозило коллапсом всей платежной системы государства. Кризисный опыт такого рода научил центральные банки проводить периодически инъекции ликвидности для снятия паники. Однако в рамках золотомонетного стандарта центральный банк мог пользоваться лишь той ликвидностью, которая была обеспечена золотыми резервами. В результате возникла дилемма: проводить интервенции, сокращая банковскую панику, но при этом, снижая уровень своих резервов, или поддерживать обменный курс своей валюты в установленных пределах. Таким образом, центральному банку приходилось балансировать между банковским и валютным кризисом.

Уникальной решение этой проблемы нашла Великобритания, которая не ограничивалась, как другие центробанки, лишь маневрированием операциями на открытом рынке и рефинансированием отдельных банков. Панацеей стали дисконтные дома, которые предоставляли коммерческим банкам наличность. При этом сами дисконтные дома могли получить кредит от центрального банка и все эти операции были исключительно банковскими и не имели ничего общего с сущностью кредитора последней инстанции. Востребованность дисконтных домов возрастала во времена банковских паник. А Банк Англии уже не кредитовал конкретных предпринимателей, а направлял ликвидные средства на рынок. В отличие от дисконтных домов, инвестиционные банки часто организовывали синдикат банков нескольких стран, который давал взаймы золото властям тех государств, которые испытывали банковский или валютный кризис. Займы возвращались, как только восстанавливался платежный баланс. Эти синдикаты по своей природе выполняли роль международного кредитора последней инстанции.

Валютные кризисы, в отличие от банковских, были менее распространены в эру золотомонетного стандарта. Даже когда они и происходили, то являлись результатом неадекватной политики властей или банковской паники. Важно отметить, что в индустриально развитых странах валютные кризисы наступали в военное время, когда участники рынка понимали, что власти приостановят конвертируемость валюты для финансирования военных компаний, поэтому спекулятивно начинали атаку на валюту этой страны. В мирное время валютные кризисы были в основном двойными, краткосрочными, а курс вскоре возвращался на прежний докризисный уровень. В отличие от индустриальных, развивающиеся страны переживали валютные потрясения более часто и болезненно, так как оказывались под давлением спекулянтов, которые не доверяли монетарной политике, проводимой постоянно менявшимися властями.

Долговые кризисы до краха золотомонетного стандарта имели свои специфические особенности. Частный сектор размещал свои ресурсы в виде портфельных инвестиций (Британия в добычу металлов в Латинской Америке, 1822−1825 гг.); в виде покупки банками государственных облигаций или облигационных займов для финансирования строительства каналов и железных дорого (британские инвестиции в США в 1830-х и 1870-х гг.). Правительства и частные заемщики, испытавшие трудности, достаточно активно вели переговоры с кредиторами о возможности реструктуризации своих долгов. Варианты реструктуризации включали в себя снижение суммы долга с процентами, увеличение сроков погашения и иногда увеличение процентной ставки. Договоренности были в основном двухсторонними, и то преимущественно между частными контрагентами. Правительства редко участвовали в переговорах, за исключением Франции и Германии. Великобритания же в решении долговых проблем ограничивалась лишь границами своей империи.

Рассмотренные специфические черты, присущие каждому из видов финансового кризиса, имеют наряду с общими тенденциями и особенности, характерные для каждого отдельного случая финансовой нестабильности.

Кризис 1825 года

Этот кризис, по мнению многих экспертов, является первым в истории глобальным финансовым кризисом. Борьба за суверенность стран Латинской Америки в 20 годах 19 века привела к массовому притоку денежных средств из Великобритании для финансирования исследования и разработки рудников и покрытия государственного долга республик южного континента. Бесконтрольный приток средств привел к экспортному буму. Возможность получения легкой прибыли, вкупе с резким ростом высокотехнологических компаний и увеличением денежной массы, привели к спекулятивной манипуляциям на Лондонской фондовой бирже. Возрастающий дисбаланс и исчерпание золотых резервов Банка Англии вынудили Банк увеличить учетную ставку на денежные обязательства в середине 1825 года. Крах фондового рынка осенью спровоцировал декабрьскую панику в банковском секторе, которая впоследствии распространилась на всю Европу. Банк Англии, более обеспокоенный собственными золотыми резервами, чем ситуацией на рынке, не принимал никаких действий. Результатом этого явились банкротства и последующая экономическая рецессия.

В дальнейшем кризис распространился на Латинскую Америку, так как обязательства по кредитам не были продлены (пролонгированы), а сокращение финансовых вливаний в экономику и уменьшение экспорта уменьшило доходы бюджетов, что вызвало дефолты по государственным долгам. Странам Южной Америки понадобилось более трех десятилетий, чтобы реструктуризировать свои долги и возобновить инвестиции из материковой Европы.

Кризис 1836 — 1838 гг.

Этот кризис затронул в большей степени экономики двух стран: английской и американской. В 1836 году Банк Англии поднял учетную ставку в ответ на уменьшение международных золотых резервов, вызванное недостатком урожая кукурузы и оттока капитала в США, где, наоборот, был подъем рынка, за счет получения больших прибылей на хлопковых плантациях. Впоследствии крах фондовых рынков затронул и Францию. Но большего всего пострадал американский рынок. Уменьшение финансирования хлопкового бизнеса в Новом Орлеане вылилось в банковскую панику, которая в дальнейшем распространилась на Нью-Йорк и привела к сбою национальной платежно-расчетной системы.

Экономический кризис привел к отказу некоторых штатов от уплаты процентов по долгам; несколько штатов вообще отказывались признавать долги английских кредиторов. Эти события подорвали доверие вкладчиков к американским ценным бумагам. Потребовался почти год для восстановления отношений между государствами и восстановления кредитования.

Кризис 1847 — 1850 гг.

Британский экспорт достиг максимума 1845 году, начав затем снижаться. Вывоз сокращался: мировые рынки были насыщены. Предложение превышало возникающий спрос. Ожидание прибыли оборачивалось уменьшением прибыли и сокращением торговых сделок. Рост экспорта перед кризисом 1847−1850 годов возник благодаря дешевым кредитам.

Неурожай 1845 года в некоторых странах отрицательно сказался на сбыт товаров из Англии. Рост цен на продовольствие уменьшал способность населения к покупке ввозимых товаров. В октябре 1845 года последовал кризис на фондовой бирже. Курсы акций упали на 30−40%. После появления признаков перенасыщения рынка, в 1846 году экспорт Британии начал снижаться. Многие спекулянты были разорены, компании ликвидировались, объявляли себя банкротами.

В США в 1846 году были уменьшены таможенные пошлины на ввоз товаров, что сразу же сказалось на экспорте из Англии. Схожая ситуация была и на других мировых рынках. Но развитие кризиса в Англии отставало от темпов распространения кризиса в других странах. Англия до последнего вывозила свои товары, и за счет этого еще оставалась «на плаву».

Главной причиной кризиса 1847 года было глобальное перепроизводство товаров. На протяжении долго периода в стране наблюдалось уменьшение промышленного производства: внутренний и внешние рынки были насыщены до предела. Из Англии кризис быстро перебрался в другие страны, развиваясь по похожим сценариям. Импорт сырья упал на 39%.

Экономика Франции испытывала падение на протяжении почти трех лет. Общее сокращение промышленного производства в 1848 году исчислялось в 50%. В неразвитости экономик, экономической отсталости и большой доли ручного производства в Германии, Италии и Испании точно оценить масштабы кризиса в Европе сложно. Но если исходить из ситуации с экономиками Англии и Франции, то последствия для других стран, сильно зависимых от Английской, были еще более сильными. Вслед за волнениями во Франции и Германии последовал массовый отток финансовых средств с банковских вкладов, что только усугубило ситуацию в Европе. Однако из фактором тяжелого протекания кризиса стало громадное превосходство английской промышленности над другими странами. В условиях низкой стоимости товаров она лишала своих конкурентов возможности подъема своего производства. Себестоимость британских товаров была значительно ниже европейской, что в условиях кризиса еще сильнее било по странам Европы, которым приходилось «спасать» Англию, а не свое производство, на которое попросту не хватало денег. Именно поэтому революции, прошедшие на волне этого кризиса во многих странах Европы, были одним из решающих антикризисных мер.

Кризис 1847—1851 годов развивался в США по особому сценарию. На первом этапе американское сельское хозяйство выиграло от плохого урожая в Европе, тем самым получив дополнительную прибыль на продаже хлеба га внутреннем рынке и за границу. Так же прибыль принесли военные заказы в связи с войной против Мексики. Золотая лихорадка обеспечившая приток золотоискателей ускорила развитие колонии. Добыча золота повышали спрос на фабричную продукцию из Англии. Австралийское и калифорнийское золото помогало получению все новых кредитов.

Второй этап, пришедшийся на 1851 год, стал для США наиболее трудным за период кризиса. За годы падения положение рабочих усугубилось: снижение заработной платы, связанное с уменьшением спроса на продукцию, так же было связано с большим притоком рабочей силы из других стран.

Экономический кризис 1847—1851 годов «прошелся» по всему миру. Вовлеченными в него оказались все страны, так или иначе вовлеченные в товарный обмен. Многие компании обанкротились в Латинской Америке, Турции, в европейских колониях в Африке.

Кризис затронул и Россию, как крупного европейского игрока, тем более Англия была одним из наших крупных торговых партнеров. Кризис снизил спрос на русское сырье. Размещение на рынках других стран товаров русской производства было затруднено. Падение цен на товары в мире толкало вниз цены и на внутренних рынках страны.

Первые признаки наступающего восстановления проявили себя в Британии уже в 1848 году. Финансовая неразбериха улеглась: появился свободный денежного капитала. Кредит стали давать меньшие проценты. Улучшению ситуации на денежном рынке способствовал также приток средств, снятых со счетов в период кризиса. Потерявшие в период кризиса часть своих денежных средств английские фирмы получили доступ к заемным средствам, что ускорило процесс восстановления предприятий и промышленности, банковского сектора и других отраслей.

Снижение себестоимости товаров и падение цен на сырье привело к увеличению рынка сбыта английской продукции.

В годы, последовавшие за спадом, отмечалось обновление основного капитала. Издержки производства сокращались. Возросшее превосходство британской товаров способствовало устранению своих прямых конкурентов на заокеанских рынках. В итоге восстановление экономики Англии прошло гораздо быстрее и безболезненно, чем в других странах.

Выход британской экономики из кризиса оказался ускорен за счет ухудшения ситуации на рынках Европы, России. Однако восстановление промышленности в Англии стало определяющим фактором выхода из кризиса мирового хозяйства.

Кризис 1857 года

Финансовый и экономический кризис 1857—1858 годов на этот раз начал свой путь за океаном — в США, а впоследствии также ударил по Великобритании, Франции и Германии. Предыдущие кризисы XIX века происходили в условиях денежных систем, отличавшихся стабильностью. Роль серебра постепенно ослабевала. В этот период Великобритания первой из крупных стран приняла систему золотого стандарта. Это означало, что банковские деньги могли быть обменяны на золото по номиналу, что обеспечивалось имеющимся золотым запасом центрального банка. Во многих странах мира был принят закон, об обязательном покрытии банкнот золотыми запасами.

Золотые валюты не исключали возможности изменения цен на товары, но эти колебания были меньше, чем при нынешнем бумажноденежном обращении, не имеющим никакого подкрепления. Падение цен было одной из причин кризиса. Обесценивались товарные запасы, чтобы продать продукцию, необходимо было занижать цены, работать себе в убыток. Что уменьшало возможность отдачи кредитов предприятиями.

Единственным, орудием воздействия центрального банка на денежный рынок была учетная ставка. Путем увеличения учетного процента центральный банк оберегал свой золотой запас от резких колебаний и изменений. Однако чрезмерное увеличение учетной ставки было двоякой мерой: удорожание кредита ставило на грань банкротства многие фирмы, которые при меньшем значении ставок по кредиту могли бы выходить хотя бы «в ноль».

Когда возникают сомнения в надежности банка, вкладчики изымают свои вклады, и, если этот процесс принимает массовый характер, банки не могут сразу вернуть все вклады. Если этот процесс задевает несколько банков, то процесс можно вернуть в прежнее русло, а в другом, негативном сценарии, можно привести к серьезному кризису.

Кризис 1857 — 1858 развился в результате спекулятивных действий: в США — на акции железнодорожных компаний и раздаваемые государством земельные участки; в Англии — на железные дороги и зерно; в странах европейского континента — на железные дороги и акции предприятий тяжелой промышленности. Увеличение денежной массы, которая поддерживала развитие и рост спекуляции, обеспечивалось: в США — притоком золота; в Англии — слияниями банков; на континенте — операциями крупных банков. Начало финансового кризиса можно отнести в США на август, в Англии — на сентябрь, на континенте — на ноябрь 1857 года. Приток ликвидных средств, который помог уменьшить последствия кризиса, а затем и преодолеть, произошел: в США — путем поступления денежной массы из Англии; в Англии — благодаря временной отмене банковского акта 1844 года, жестко ограничивавшего эмиссию банкнот Банком Англии; в Гамбурге — путем дополнительного поступления серебра.

В каждой стране кризис имел различные последствия, такие как: снижении производства, уменьшении объема продаж, увеличение безработицы.

Спусковым крючком начала упадка экономики стало событие, произошедшее в августе 1857 года: казначей одной конторы большого провинциального банка использовал ликвидные средства банка для спекуляций с ценными бумагами. Банк объявил себя банкротом. Никто не давал деньги в кредит под залог ценных бумаг, которые теряли цену «на глазах». Волна банкротств прокатилась по Америке, многие стали безработными. Осенью произошло падение курсов акций.

Правда, кризис не затянулся. Через четыре месяца банки возобновили платежи. Еще почти через год в ноябре 1858 года процентные ставки снизились до докризисного уровня.

Следующая фаза кризиса прокатилась по Великобритании. По данным статистики в 50-х годах 19 века наблюдался рост банковских вкладов, к 1857 году их количество выросло в пять раз по сравнению с данными десятилетней давности. Это значило, что сберегать стали люди средних заработков. Банки стали вкладывали эти деньги в ссуды, которые с каждым годом становились всё менее обеспеченными. И когда началось падение цен, многие фирмы и предприятия не смогли закрыть свои обязательства по векселям. Но это были «плохие» векселя, они выдавались без связи с реальным торговым оборотом. Так образовалась огромная структура заемного капитала, которая не была ничем обеспечена. И эта структура была «хрупкой», она могла разрушиться от любого негативного известия. И этим известием стала информация о банкротстве банка в США.

И история повторилась: начался отток золота из Банка Англии. Банк принял стандартные меры: в пару приемов повысив в несколько раз учетную ставку. Многие банки не могли, в связи с отсутствием финансов возвратить вкладчикам их вклады и обменивать свои банкноты на золото, которого почти не осталось. Через несколько дней кризис поразил Шотландию.

Финансовый кризис имел огромные последствия для промышленности и торговли. Промышленные компании сократили несколько десятков тысяч рабочих. В конце 1857 года ухудшилось положение в континентальных странах Европы, в большей степени в Германии, которая на тот момент не была целостным государством. Большинство германских земель кризис не «задел», но поразил торговые города Северной Германии. Там повторилась ситуация, которая была вначале кризиса в США и Англии.

Ситуацию «спасла» дополнительная финансовая помощь Германии со стороны Австрии. К середине 1858 года ситуация стабилизировалась. Во Франции падение курсов произошло параллельно с событиями в США и Англии.

Пережив кризис 1857—1858 годов, капитализм вступил в эру очередного интенсивного роста.

Кризис 1873 года

Кризис 1873 считается одним из крупнейших международных финансовых шоков в истории финансовой нестабильности. Симптомами нестабильности стали следующие события:

— кредитный бум в странах Латинской Америки по финансированию Англией и государствами континента строительства железных дорог;

— массовые спекуляции землями в Германии и Австрии, подогреваемые обязательством Франции выплатить золотое возмещение Пруссии после франко-прусской войны.

Спекулятивный бум в Германии и Австрии обвалился с крахом фондового рынка в Вене в мае 1873 г. Фондовые рынки Амстердама и Цюриха также испытали финансовые шоки.

В США банковский кризис начался в сентябре и встал в один ряд с потрясениями на фондовой бирже в Нью-Йорке. Этот случай имеет ряд важных особенностей, по сравнению с другими кризисами, предшествовавших этому.

Во-первых, биржевой кризис произошел до того, как показатель экономического развития достиг своей циклической вершины. Во-вторых, паника на бирже оказалась совершенно непредсказуемой, так как отсутствовало обычное предварительное повышение процентных ставок. Первоначальными признаками нестабильности стали финансовые трудности в железнодорожном секторе. 8 сентября 1873 г. Нью-йоркская компания, предоставлявшая крупные кредиты железным дорогам Миссури, Канзаса и Техаса, приостановила выплаты. Этот пример вскоре дополнился банкротством банка «Kenyon, Cox & Co», который должен был выплатить канадской южной железной дороге сумму в 1,5 млн. долларов, что в результате поставило последнюю в затруднительное положение. Однако ни один из описанных случаев не имел такого психологического значения как банкротство крупнейшего финансиста, президента железной дороги «Union Pacific» Джея Кука 18 сентября того же года. Под влиянием этого события биржи Соединенных штатов охватила паника, в результате чего цены на акции упали более чем на 7%, а день 18 сентября был назван «черным» четвергом. Мгновенно Четвертый Национальный банк и «Юнион Траст Компани» испытали набег вкладчиков и к 20 сентября оба этих учреждения объявили о своем банкротстве. В стране разразился крупномасштабный банковский кризис. В этот же день Нью-йоркская фондовая биржа приняла беспрецедентные меры и объявила о своем закрытии вплоть до 30 сентября. 20 сентября Клиринговая палата Нью-Йорка стала выпускать заемные сертификаты для своих банков-членов, а 24 сентября было принято решение приостановить расчеты в металлических монетах. На протяжении нескольких дней это решение реализовывалось по всей стране. Только к концу октября банки практически полностью восстановили обращение металлических денег. К ноябрю равновесие на биржах восстановилось, и страна встала на путь выхода из кризиса.

Кризис оказал серьезное влияние на страны Латинской Америки, а также экономику Европы через колебания мировых цен. Скачки от инфляции к дефляции в рассматриваемом периоде сократили экспорт, а соответственно, и налоговые доходы, т.к. налоги с торговли являлись основой налогообложения в Латинской Америке. Кроме того, удорожание обслуживания долга привело к новой волне дефолтов в этих странах.

Кризис 1890 г

Кульминацией кризиса стал кредитный бум, направившийся из Англии в Аргентину и Уругвай в результате финансирования строительства железных дорог и других объектов инфраструктуры. Большинство займов, подогреваемых денежной экспансией властей в аргентинские провинциальные банки, которые были финансово непрозрачными и неустойчивыми, в итоге оказались плохими. Приток иностранного капитала сопровождался надуванием спекулятивных пузырей в ценах на недвижимость. В конце 80-х годов пузыри лопнули, и цены на недвижимость упали более чем в два раза. В результате спекулятивной активности «Банко де ля Насион», который был одним из двух национальных банков Аргентины, не смог оплатить дивиденды, тем самым вызвав набег на всю банковскую систему страны.

Международный кризис разразился, когда Дом Бэрингов (крупнейший инвестиционный банк Лондона) 8 ноября 1890 г. объявил Банку Англии о своей неплатежеспособности. Банку Англии частично удалось предотвратить надвигавшуюся панику благодаря проведенной операции оп рекапитализации Бэрингов с помощью крупных финансовых институтов Лондона и временной отсрочки возвратов займов Банка Франции и Российского Центрального банка. Кризис все-таки распространился на Латинскую Америку, путем прекращения английского кредитования Аргентины, Бразилии и Уругвая.

Финансовый кризис имел серьезные последствия и для финансовых рынков США. 7 ноября, когда Банк Англии поднял свою дисконтную ставку с 5 до 6%, денежный рынок Нью-Йорка отреагировал незамедлительно. 10 ноября цены акции в Нью-Йорке резко упали, а одна из крупнейших компаний «Декер, Хоуэлл энд Ко», в которой участвовал Банк Северной Америки, объявила о своей несостоятельности. Реакцией Ассоциации Клиринговой Палаты стал выпуск своих сертификатов, однако эта операция не успела стать широко известной и банкротства продолжались. 11 ноября приостановила свою деятельность брокерская компания «Джей С. Валькот энд Ко» и Банк Северной Реки. Как только стало известно о выпуске сертификатов Клиринговой палаты, ситуация стабилизировалась. Но когда 15 ноября новости о банкротстве Бэрингов достигли США, акции на Нью-йоркской бирже вновь упали. Несмотря на мгновенно обанкротившиеся около тридцати брокерских фирм, общенациональной паники удалось избежать. В конце ноября стало известно, что Банк Англии и синдикат банкиров предоставили помощь в преодолении финансовой нестабильности на денежном рынке Лондона. Уолл-стрит сразу отреагировал, и цены акций стали расти. Банковская система США продолжала функционировать, и приостановки выплат металлических денег удалось избежать. Общая рецессия американской экономики продолжалась вплоть до мая 1891 г.

Кризис 1907 года

Этот кризис, охвативший девять стран, содержал в себе большое количество атрибутов ранних финансовых шоков. Толчком для данного кризиса послужило то, что в 1906 г. Банк Англии начал поднимать свою дисконтную ставку с 3,5% до 6% для преодоления утечки золота из страны. Эта операция в условиях тесной взаимосвязи денежных рынков двух стран привела к обратному потоку золота из США. В начале 1907 г. биржевая паника разразилась в Соединенных Штатах и деловая экономическая активность стала снижаться.

Однако кризис 1907 г. в США имел и ряд внутренних причин. Классическим среди них являются спекулятивно-криминальные операции бизнесменов, использовавших ресурсы коммерческих банков. Когда же 14 октября совместная компания этих олигархов потерпела неудачу, восемь связанных с ней банков оказались в затруднительном положении и обратились за помощью в Нью-йоркскую ассоциацию Клиринговой палаты. К 21 октября привела в порядок дела обратившихся банков, и казалось, что кризис миновал. Однако в тот же день стало известно, что президент «Никербокер Траст компании», третьей крупнейшей трастовой компании Нью-Йорка, был замешан в инвестициях олигархов. Недоверие к этой трастовой компании привело к отказу «Нэшионал Банк оф Коммерс» продолжать сотрудничество. На следующий день «Никербокер Траст Компани» обратилось за финансовой помощью в Нью-йоркскую ассоциацию, но та ответила отказом, что было их ошибкой.

23 октября вкладчики атаковали вторую крупнейшую трастовую компанию Нью-Йорка «Траст Компани оф Америка», а 24 октября и «Линкольн Траст Компани». Несмотря на то, что на этот раз Клиринговая палата предоставила финансовые ресурсы, помощь оказывалась слишком медленно и неэффективно. 24 октября началась паника на фондовом рынке. В целом с января по ноябрь индекс Доу-Джонса упал по промышленным акциям на 40%, по железнодорожным — на 33%.

Благодаря помощи компании «Джей Пи Морган» в размере 35 млн. долларов, направленной «Траст Компани оф Америка», банковский кризис в Нью-Йорке оказался под контролем. Тем не менее страх распространился по всем Соединенным Штатам, и провинциальные банки стали снимать огромные суммы со своих корреспондентских счетов банков Нью-Йорка. Только когда ситуация оказалась практически безнадежной для нью-йоркских банков, 26 октября Клиринговая палата наконец-то выпустила сертификаты. Однако операция была бесполезной. В конце октября держатели депозитов атаковали трастовые компании, а чуть позже этот набег вкладчиков распространился и коммерческие банки. Денежные запасы резко сокращались, банки приостановили выплаты наличностью, в результате экономика была повергнута в глубокую рецессию. Кризис удалось преодолеть лишь в декабре, а возобновление платежей в металлических монетах было осуществлено только в начале января 1908 г.

Кроме США кризис распространился во Францию и Италию.

Кризис 1914 года

Этот кризис был действительно «мировой». Из 21 государства в этот период 15 стран переживали валютный, банковский или двойной кризис.

Отличительной особенностью финансовой нестабильности 1914 г. является то, что в условиях Первой мировой войны и паники на основных биржах, угроза кризиса золотого стандарта нависла не над отдельной страной, а над всем мировым сообществом, что позволяет назвать этот кризис системным.

В этих условиях банки сократили количество своих краткосрочных кредитов, чтобы быть готовыми для отражения панической атаки населения по извлечению своих депозитов. Как следствие, рынок ссудных капиталов в Лондоне был лишен притока новых финансовых средств. Кредитно-финансовые учреждения всего города прекратили выдачу новых кредитов. В результате это привело к тому, что иностранные инвесторы не могли получать средства для осуществления своей деятельности в стерлингах. Долгосрочные кредиты также не выдавались. Единственным источником получения английской валюты была продажа ценных бумаг на Лондонской фондовой бирже, которая продолжала функционировать. Опасаясь обвала цен под давлением всеобщего избавления от ценных бумаг, фондовые биржи по всему миру стали закрываться. Международные расчеты в золоте могли в конце концов привести к мировому финансовому кризису, поэтому постепенно по всему миру стали вводиться эмбарго на золотые переводы.

В Нью-Йорке нестабильность на денежном рынке привела к массовому изъятию банками золота с корреспондентских счетов других банков. А поскольку главными корреспондентскими банками Нью-Йорка являлись банки Лондона, то отток золота, требовавший соответствующего эквивалента стерлингов, привел к колебаниям курса фунта к доллару. Взяв крупные кредиты в английских банках при первых признаках финансовой нестабильности, американские кредитные учреждения просто отказывались их возвращать в золоте, когда кризис стал набирать обороты. Объем задолженности на 1 сентября 1914 г. составил 100 млн. долларов в золоте.

Итогом кризиса 1914 г. стало введение в Великобритании запрета 5 декабря 1916 г. на чеканку золотых монет, а законодательный акт сделал операции купли-продажи золота незаконными. Фондовый рынок спекулянтов-быков, который действовал на повышение цен на золото и являлся главной характеристикой золотого стандарта, фактически прекратил свое существование. В свою очередь США ввели лицензирование экспорта золота в период с сентября 1917 г. по июнь 1918 г. Таким образом, конвертируемость банкнот и свободное международное движение золота было прекращено в обеих странах.

В США и Великобритании банковские потрясения удалось своевременно погасить интервенциями последних инстанций.

Кризис 1929—1933 гг.

Всеобщий характер экономического кризиса 1929−1933 гг. проявился в том, что он вовлек в свою орбиту все страны — большие и малые, развитые и отсталые (за исключением СССР, выпавшего из сферы действия мировой экономики). Его универсальность заключалась в том, что он охватил все отрасли капиталистического хозяйства. Материальный ущерб, нанесенный кризисом за 2−3 года, превысил экономический ущерб, причиненный человечеству первой мировой войной, и исчислялся сотнями миллиардов долларов. Общее сокращение промышленного производства составило, по одним данным, в среднем 38%, по другим — 62%. Объем сельскохозяйственной продукции уменьшился на треть, торговли — на две трети.

В наибольшей степени кризис поразил экономику США и Германии, в хозяйственной жизни которых господство мощных монополий было безраздельным. Экономический кризис во Франции и Италии по глубине был несколько меньше, но продолжительнее. Относительно небольшим оказалось падение производства в Англии. Однако волна инфляции заставила и США, и Англию отменить золотой стандарт фунта стерлингов и доллара. В результате обесценились валюты 56 государств.

Разорения и банкротства промышленных, торговых и финансовых предприятий и фирм в годы кризиса стали массовым явлением. Падение промышленного производства, закрытие десятков тысяч заводов, фабрик, шахт, хроническая недогрузка производственного аппарата — все это привело к колоссальному росту безработицы. В США в 1933 г. безработным был каждый третий рабочий, а в целом 16,9 млн. В Германии — 7,5 млн., в Англии — 3 млн., во Франции — более 2 млн. К этому следует добавить тех, кто работал неполный рабочий день или рабочую неделю с соответствующим сокращением зарплаты. Например, в США только 10% рабочих продолжали работать полный рабочий день. Реальная зарплата в США упала в среднем на 35%, во Франции — на 24%, в Германии — более, чем на 25%. Доходы американских фермеров во время кризиса сократились почти вдвое. За неуплату долгов и налогов были принудительно распроданы 897 тыс. фермерских хозяйств, что составляло более 14% от их общего числа. Во Франции объединения крупных землевладельцев скупали за бесценок не только сельскохозяйственную продукцию, но и целые хозяйства.

Пострадал и средний класс. Так, например, во Франции количество банкротств с 1930 по 1934 гг. выросло почти вдвое и достигло 16 317.

В историографии нет единой точки зрения на природу мирового экономического кризиса 1929−1933гг. Советская историческая наука видела истоки кризиса в общем кризисе капитализма, начавшемся в годы первой мировой войны, и безраздельном господстве монополий в экономике капиталистических стран.

Некоторые современные эксперты считают, что одной из причин Великой депрессии стала легкость получения кредитов. Например, можно было купить активы на заемные средства и наблюдать за тем, как этот рычаг произведет свое «магическое» действие, исходя при этом из абсолютной уверенности в том, что цены способны, только расти. Далеко не все ученые полагают, что существенной причиной кризиса стал обвал на биржах 1929 года. Некоторые исследователи винят в этом жесткую монетарную политику президента Гувера.

Недостаток экономических данных в конце 20-х гг. прошлого столетия какое-то время не позволял людям, уже живущим в условиях кризиса, составить истинное представление о масштабах катастрофы.

Если проводить параллель с сегодняшним днем, то эксперты отмечают, что экономика США находится только на пороге рецессии. Безработица пока в четыре раза меньше, чем восемьдесят лет назад, нет длинных очередей за тарелкой супа.

Тем не менее, начавшийся кризис демонстрирует непригодность традиционных подходов к решению социально-экономических проблем. Л. Жоффрин, редактор французской «Libеration», отмечает: «Можно было бы наблюдать за переполохом в банковском сообществе со смехом и даже с некоторым чувством удовлетворения, если бы на кону не стояли миллионы рабочих мест, не говоря уже об экономической стабильности на нашей планете». Президент Франции Н. Саркози заявил: «С невмешательством государства в экономику покончено. Всемогущий рынок, который всегда прав, закончился».

Особенно опасны, по мнению политологов, промежуточные периоды между президентствами в США. Со времени победы на первых выборах Ф. Рузвельта в ноябре 1932 г. до его инаугурации в марте 1933 г. экономика США продолжала ускоренное движение по нисходящей спирали.

Двухпартийная система — республиканцы-демократы, — оформившаяся в итоге гражданской войны, оказалась неспособной решать социально-экономические проблемы, выдвинутые кризисом 1929−1933 гг. Негативный опыт правления президента-республиканца Гувера убедительно доказал, что всякая значимая реформа требует общенационального подхода к проблеме, активного использования механизма федерального государства. Стержнем, вокруг которого началась под ударами экономического кризиса партийная перегруппировка, — стало усвоение принципов государственного решения социально-экономических проблем. Демократической партии пришлось сыграть основную роль в этом процессе. Экономический кризис 1929—1933 гг. и последовавшая за ним полоса бурных перемен, составивших «новый курс» президента Ф. Рузвельта, стали переломным периодом, который определил на десятилетия новую конфигурацию двухпартийного механизма в США.

Идея ответственности государства за благосостояние своих сограждан, появившаяся еще в ХIХ веке, в период мирового экономического кризиса стала превалирующей. В значительной степени почву для реформирования существовавшей системы создали широкие социальные движения, развернувшиеся в США в 30-х годах. Основными требованиями движения безработных были: введение государственной системы социального обеспечения, в том числе страхования по безработице; оказание немедленной помощи безработным со стороны федерального правительства, властей штатов и городских муниципалитетов; организация общественных работ со справедливой оплатой труда.

К началу 1932 г. армия полностью безработных в капиталистических странах превысила 26 млн. человек. В 15 развитых странах состоялось около 20 тыс. забастовок, в которых участвовало 10 млн. человек.

Победа демократа Рузвельта, выдвинувшего широкую программу реформ, на президентских выборах 1932 г. была проявлением социально-политических сдвигов, произошедших в американском обществе. Теоретической базой «нового курса» стали воззрения английского экономиста Д. М. Кейнса, одного из идеологов государственно-монополистического капитализма (ГМК). Важнейшая экономическая задача «нового курса» заключалась в том, чтобы путем энергичного вмешательства в процесс воспроизводства вывести экономику из кризиса. Политическая задача — методами социального маневрирования добиться ослабления социально-политической напряженности в стране. Решению этих задач способствовали закон о восстановлении промышленности (1933 г.); банковское законодательство (1933 — 1935 гг.), реформировавшее Федеральную резервную систему; закон о помощи фермерам (1933 г.); закон о справедливых условиях труда (1938 г.).

Для решения проблем безработицы были созданы Администрация общественных работ и Администрация чрезвычайной помощи безработным (фактически, игравшие роль министерств). Часто, за доллар в день и бесплатный обед (или за льготный проездной документ в общественном транспорте) безработные сажали деревья, копали канавы, закапывали канавы, убирали городские свалки и т. п. — главное, не бежали на баррикады. Создавались трудовые лагеря для безработной молодежи, которая в условиях кризиса всегда страдала больше других, т.к. отсутствие профессионального опыта не оставляло ей никаких шансов на рынке труда.

Принятие и реализация вышеуказанных законов происходили в острой борьбе с правой оппозицией, представленной, прежде всего монополистическими объединениями. Необходим был политический гений такого харизматического президента как Франклин Рузвельт, чтобы вывести страну из Великой депрессии.

Тем не менее, «новый курс» представлял собой своеобразный компромисс, а, значит, нес в себе определенные противоречия. Так, НИРА (закон о восстановлении промышленности) разрешал ассоциациям предпринимателей самим формулировать «кодексы честной конкуренции», а президент превращал эти кодексы в правовую норму. Естественно, что верхи корпораций создавали кодексы, в первую очередь, в угоду своим интересам. Аграрная реформа позволила воспользоваться государственными дотациями в гораздо большей степени собственникам крупных хозяйств, чем мелким и средним фермерам. Под действие законов о социальном страховании не подпадали сельскохозяйственные рабочие, госслужащие, прислуга. Низким, по тем временам, был уровень страховых выплат. Право на получение пособия сопровождалось множеством оговорок.

В 1935 г. в социальной политике «нового курса» происходит еще больший сдвиг влево: принимается закон о трудовых отношениях (закон Вагнера), в котором принцип регулируемых государством коллективных переговоров признавался в качестве лучшей модели трудовых отношений. Профсоюзные права официально провозглашались и защищались государством.

Усиление функций государства в экономических и социально-политических отношениях в период «нового курса» президента Рузвельта оказалось необратимым явлением и обеспечило не только благополучный выход из мирового экономического кризиса (в отличие от Германии), но и процветание страны на последующие десятилетия ХХ века. По сути дела, с подачи Рузвельта важнейшей функцией государства стала функция посредника между крупным капиталом и остальной частью общества, функция перераспределения налогов от сверхприбылей в пользу социально незащищенных и, просто, менее удачливых сограждан.

И, тем не менее, спустя 80 лет Америка вновь на пороге глубокого экономического кризиса. Специалисты пока говорят только об ипотечном кризисе, о финансовом кризисе.

Возможно, его последствия будут смягчены жестким регулированием хеджфондов и финансовых рынков, введением более строгих правил банковской отчетности, переосмысление архитектуры глобальной финансовой системы. Однако следует учесть, что в условиях «глобальной деревни» взаимозависимость всех участников мирового рынка значительно сильнее, чем в индустриальную эпоху. Она может измениться только в результате глобального экономического потрясения и формирования новой экономической и политической картины мира.

Кризис 1973 года

Марксисты полагали, что кризис вызван не простым перепроизводством, а противоречиями между производственными силами и общественными отношениями. Объемы производства превосходили возможности потребления, поскольку доходы трудящихся в период послевоенного восстановления оставались скромными. В то же время существование СССР, где экономическая конъюнктура в том виде, в каком она воспринималась в тот период, была совершенно иной, подтверждало, что этот «неизбежный» кризис связан со специфическими противоречиями капитализма и свидетельствует о его конце.

Сторонники длинных циклов воспринимали кризис как нормальный поворот конъюнктуры после роста, начавшегося в 1896 г.

Короткий и длинный циклы наложились друг на друга, а проблемы послевоенного восстановления усилили их воздействие.

Ортодоксальные неоклассики анализировали феномен как классический кризис. Его масштабность и глубину они объясняли тем, что он наступил после подъема, последовавшего за большой войной. При этом механизмы выравнивания предложения и спроса больше не действовали и не могли препятствовать кризису из-за сильного рабочего и профсоюзного движения. Неоклассики полагали, что подъем начался бы сам собой при условии восстановления бюджетного равновесия, освобождения рынков и дальнейшего падения заработной платы. Однако практика показала, что политика бюджетного равновесия 30-х годов усилила дефляцию — подъема не произошло, а кризис усилился.

Кейнсианская теория состояла в отказе от идеи, что экономическое равновесие устанавливается само по себе или благодаря только либеральной терапии. Кейнс в то же время не отрицал необходимости ни накопления капитала, ни восстановления прибыли. Он предлагал политику стимулирования со стороны государства, которая с течением времени восстанавливает реальную возможность покупки произведенных товаров, т. е. эффективный спрос. Финансируя общественные работы за счет бюджетного дефицита, государство поставляет капиталы для производства и средства для выплаты заработной платы, возрождая таким образом покупательную способность. Равновесие предложения и спроса возможно только при условии поглощения массового производства массовым потреблением.

Вмешательство государства должно, таким образом, стимулировать как потребление, так и производство.

В этих условиях вполне понятен оптимизм теоретиков: существует теория, предлагающая в случае неблагоприятной конъюнктуры испытанные и эффективные средства, делающие невозможным возвращение тяжелых общих кризисов, подобных кризису 30-х годов. Сама же теория получила статус доминирующей доктрины, которую преподают студентам-экономистам. Им объясняют, что кризисы представляют собой нормальное явление, которого можно избежать, сведя их к короткой рецессии с помощью кейнсианских «лекарств».

Именно в таком контексте разразился кризис 1973 г. Вначале он воспринимался как спровоцированная нефтяным шоком приостановка предшествующего роста, как «простой» энергетический кризис. Страны ОПЕК подняли цену барреля нефти в 4 раза, что немедленно отразилось на странах-потребителях нефти, спровоцировав падение темпов роста промышленного производства, рост безработицы и банкротств, что характерно для кризисов, т. е. вырисовывалась картина короткого классического кризиса.

Было обнаружено, что помимо чисто конъюнктурных моментов были несколько недооценены социальные феномены, имеющие серьезные последствия. В большинстве развитых стран социальные движения получили новое содержание. Они способствовали снижению рентабельности капитала, привели одновременно к отказу от массового типа потребления (разоблачение общества потребления), которое поддерживало рост на протяжении 30 лет, и от тейлористской системы организации труда. И хотя номинальная заработная плата действительно защищалась, инфляция росла, но в условиях кризиса она не стимулировала рост. Появился термин «стагфляция», обозначавший сочетание инфляции со стагнацией. «Простая рецессия» приняла масштабы настоящего длительного кризиса, что привело к пересмотру многих взглядов.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой