Ономастический анализ языков

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Иностранные языки и языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Введение

Название — это народное поэтическое оформление страны. Они говорят о характере народа, его истории, его склонностях и особенностях быта.

К. Паустовский

Одним из значительных пластов лексического фонда любого языка являются имена собственные (ИС). Без них невозможна человеческая коммуникация.

ИС участвуют во всех сферах жизни человека. Грамотное владение ономастическими знаниями способствует успешному овладению языком, адекватному участию в межкультурной коммуникации, владению техникой перевода, раскрытию содержания произведения, пониманию смысла текста и многое другое.

Географические названия — свидетельства исторических условий эпох. Историки, лингвисты, археологи, этнографы, географы все чаще обращаются к помощи топонимики. Ведь она связана с исторической географией. По географическим названиям судят о прошлых миграциях населения, о контактах разных стран между собой, о древних ареалах этносов. В свою очередь без знания конкретных исторических ситуаций, совпадающих со временем зарождения топонимов трудно правильно понять их первичное содержание.

Целью данного исследования является выявление лингвокультурологических особенностей топонимов на материале двух языков.

Исходя из поставленной цели, в работе намечается решение следующих задач:

изучить библиографический материал по теме;

рассмотреть этимологию и семантику топонимов;

провести сравнительно-сопоставительный анализ;

Объектом данного исследования следует полагать систему ИС с присущей ей национально-культурной спецификой.

Предметом данной работы является топоним, содержащий национально-культурный компонент.

Методы: сравнительный и сопоставительный в синхронии и диахронии, метод моделирования.

Принципы: лексико-семантический, аналитический и лексико-синтаксический.

Практическая значимость работы. Материалы и выводы работы могут быть использованы в качестве методических указаний для филологических отделений, при чтении курса по лексикологии и ономастики.

Актуальность: Ономастика — раздел языкознания, изучающий собственные имена, историю их возникновения и преобразования в результате длительного употребления в языке — источнике или в связи с заимствованием в другие языки, как одно из ведущих направлений национально — языковой политики в республике приобретает не только научный — практическое, культурно-историческое, но и общественное — значение. Ономастические исследования помогают выявлять пути миграций и места былого расселения различных народов, языковые и культурные контакты, более древнее состояние языков и соотношение их диалектов. Топонимия (особенно гидронимия) зачастую является единственным источником информации об исчезнувших языках и народах, а ее раздел — урбанонимы — определяют историю их развития, установление названий внутри городских объектов (улица Казахстан, базар «Алтай»).

Новизна данной работы заключается в том, что впервые на структурно-семантическом уровне был проведен сравнительно-сопоставительный анализ топонимов в казахском и английском языках, на примере топонимов Казахстана и США.

1. Объем и содержание ономастического пространства

язык топоним лингвокульторологический ономастика

Вопрос о границе между нарицательной и ономастической лексикой — это вопрос о специфике онимов, о степени ее выраженности в разных видах ИС, об ономастическом центре и периферии, о переходе нарицательных имен в собственные и собственных в нарицательные.

В современной науке существуют две точки зрения:

граница между нарицательными и собственными именами не абсолютная (Л.А. Булаховский, В. А. Никонова, А. А. Белецкий, И. Н. Ковалик и др.);

эта граница абсолютна, поскольку никаких «промежуточных явлений между собственными и нарицательными именами не существует» (Ю.А. Карпенко).

Это справедливо как для синхронного, так и генетического (диахронического) плана. Можно привести сотни ИС, о которых трудно сказать, состоялся ли их переход в ИС или еще нет. Семь дорог, Елочки, Солнечная полянка и подобное — о местах, где сходятся «семь дорог», «растут елочки», где всегда имеется освещенная «солнцем полянка». И дело здесь не в отсутствии контекста, а в том, что слово находится как бы на полпути от его прежнего качества к новому.

Исследование названий окружающей нас действительности, принципов номинации и деления вещей на реальные и нереальные, сопоставление различных культур, различные классификации всех реалий (начиная с древних времен) позволили исследователям выделить понятие «ономастическое пространство».

В.Н. Топоров в работе «О палийской топономастике», определяя объем ономастического пространства пали (древнеиндийского) включает в него названия географических объектов (как естественных, так и искусственных) сооружений разного типа, отдельных предметов (украшения, оружие, регалии, музыкальные инструменты), разных точек или отрезков времени (дни, эпохи, праздники и т. д.), текстов и их частей, жанров, доктрин и т. д.; названия, относящиеся к объектам, понимаемым как индивидуальные, личности (люди, боги, демоны, духи, животные и даже растения и т. д.) и как объединения личностей по профессиональному, конфессиональному, расовому, кастовому, возрастному и т. п. признакам; названия титулов, прозвища и т. д. при этом, отмечает В. Н. Топоров топономастическое пространство пали было открыто относительно конкретных и целых классов названий в случае, если они занимали соответствующее место в системе ценностей буддистского мировоззрения. Особенностью палийской ономастики является то, что «свойство быть ИС распространяется на весьма широкую область названий предметов и явлений, которые обычно или весьма часто в других языках не становятся ИС или становятся лишь в особых случаях». Причина превращения в ИС названия любой вещи — связь с высшими авторитетами в мире буддийских представлений, с Буддой и Каноном, в первую очередь. В своей работе В. Н. Топоров использует два термина — топономастическое пространство и ономастическое пространство, которые, как нам кажется, автор употребил как синонимичные друг другу [1].

А.В. Суперанская в самом общем виде полагает, что «совокупность всех ИС, употребляющихся данным социумом в определенную историческую эпоху, составляет ономастическое пространство, объем и характер его связан с составом объектов, ономастизируемых данным языковым коллективом в тот или иной период» [2].

О.Г. Молчанова, анализируя топонимику Горного Алтая, высказывает аналогичную точку зрения: топонимикой какой-то территории в цельном виде представляющий собой набор определенных страт: разноязычных и разновременных составляет ономастическое пространство [3].

В.Д. Бондалетов считает, что «Ввиду исторической мировоззренческой и национально-этнической специфики ономастических представлений есть необходимость употреблять термин «ономастическое пространство» в двух смыслах: как общелингвистическую категорию, т. е. как систему ономастических единиц, служащих для специального (более конкретного, индивидуализированного) выделения предметов действительности (реальных и воображаемых); как категорию определенного языка в той или иной период его истории.

Е.А. Керимбаев считает правомерным поставить знак равенства между терминами ономастическое пространство и ономастикой, последний, в свою очередь и определяется как совокупность ИС, т. е. репертуар ИС данного этноса, данного социума для данного периода; то же что онимия.

Исследуя онтологическое и ментальное бытие топонимической системы на материале русской топонимики Барнаула, Л. М. Дмитриева относительно ономастического пространства одного села заключает, что онимическое пространство — это комплект ИС всех классов, употребляемых в языке и речи для именования объектов определенной территории. По этой причине онимическое пространство одного села отражает и общие тенденции развития онимии одного региона в целом, и своеобразие функционирования имен в пределах данной конкретной микросистемы, а также фиксирует особенности формирования языковой картины мира данного региона. Помимо этого, автор отмечает, что «в это пространство входят не только ИС как таковые, но и парадигматические и синтагматические связи, а также восприятие их носителями языковой системы».

Ядром ономастического пространства являются, по единому мнению исследователей, антропонимы, околоядерное пространство занимают зоонимы, теонимы, мифонимы), тяготеют к ядру топонимы, космонимы, астронимы, поскольку почти все географические и космические объекты, вовлеченные в сферу деятельности человека имеют ИС. Периферийное положение в ономастическом пространстве отведено прочим разрядам ИС (фалеронимам, эргонимам, товаронимам и т. д.).

/

/

Ономастическое пространство в целом представляет собой ономастическую картину мира, детерминированную миропониманием, мироощущением определенного этноса, и является фрагментом языковой картины мира.

2. Топонимика как раздел ономастики в аспекте языка и культуры

Итак, топонимы — это разряд ИС, который включает в себя собственные имена природных или созданных человеком объектов на земле. Топонимия подразделяется на такие виды, как гидроним, ороним, ойконим, урбаконим, спемоним, дромоним, ареоним, дримоним и т. д. Объекты, за которыми закреплено то или иное название четко зафиксированы в определенном регионе, любой топоним, выполняя номинативную функцию, указывает, называет объект. Помимо этого, многие названия несут в себе дополнительные значения, связанные с характеристикой объекта, идеологической и эмоциональной окрашенностью имени. Топонимикой конкретной территории складывается исторически. В нем сохраняются топонимы предыдущих эпох, поэтому топонимию сравнивают со «слоеным пирогом», каждый пласт которого относится к данной исторической эпохе, определенной исторической народности, существовавшей на данной территории. Однако не все топонимы одинаково могут характеризоваться с этой точки зрения. Прежде всего нужно говорить о названиях географических объектов (гидронимах, аренонимах, оронимах). В топонимических системах находят отражение языковые контакты. Топонимы изучает специальный раздел ономастики — топонимика.

Общие признаки топонимов: все виды топонимов объединены общим признаком — способностью именовать любой географический объект.

Топонимы дифференцируются в зависимости от того, какой объект они называют. Выделяются названия, именующие следующие объекты:

гидрографические (реки, озера, моря, океаны, ручьи, колодцы, каналы);

орографические (объекты положительного и отрицательного рельефа земной поверхности);

флористические (названия лесных массивов, растительного мира);

любые пути сообщения (наземного, водного, подземного, воздушного);

любое поселение (города, села);

любой внутригородской топографический объект;

любой объект официального / административного деления (территория, область, район);

любой объект природного подземного образования (пещеры, подземные ручьи, озера, колодцы, водопады и др.).

Все виды топонимов связаны между собой системными связями и по своей семантической словообразовательной, морфологической структуре соответствуют той системе, в которую они входят:

в образовании географических названий разных народов наблюдаются определенные закономерности, которые продиктованы языковой системой, в которой они существуют;

топонимы отражают окружающую действительность, в зависимости от мировидения и мировосприятия, коллектива, который дает эти имена;

топонимы заключают в себе информацию, обусловленную ценностными ориентациями человека;

содержание топонимов обусловлено историческими, социальными, географическими и другими экстралингвистическими факторами;

топонимы являются национально-маркированными знаками языка;

топонимы занимают ядерно-периферийное положение в ономастическом пространстве (т.е. названия имеют все объекты, вовлеченные в поле зрения человека и важные для его ориентации в пространстве);

основной фонд национального топонимикона в большинстве случаев составляют названия родного языка;

топонимическая система пополняется за счет имен-неологизмов и имен заимствований;

топонимы подразделяются на макротопонимы (широко известные) и микротопонимы (известные в пределах только одной территории) [4]

Семантические модели топонимов выявляются в ходе лексико-семантической классификации, на основе которой выявляются лексемы, участвующие в образовании тех или иных топонимов, выделяются наиболее частотные и раритетные основы, которые составляют универсальный и специфический характер национальных топонимических систем.

Существующие классификации различных топонимических систем основаны на делении топонимов на два крупных класса: топонимы, отражающие явления природы, и топонимы, отражающие связь «человек-природа». Первый класс несет опосредованную характеристику связи явлений природы с практической деятельностью человека. Второй класс отражает и непосредственную связь с жизнедеятельностью человека [5]. «Данная классификация достаточно полно включает все возможные характеристики объектов, заключенные в географических названиях, но она и достаточно условна, поскольку не все виды топонимов вписываются в эту классификацию. Нужно помнить о том, что каждый вид топонимов классифицирует разные типы географических объектов.

1. Топонимы, отражающие явления природы, могут включать в себя лексемы (основы) со следующей семантикой:

— размер объекта (форма, длина, ширина…);

1) расположение объекта в пространстве, направление объекта; 2) качественные характеристики объекта (температурные, вкусовые, цветовые); 3) характеристики флоры и фауны местности, на которой расположен объект; 4) неорганический мир местности (полезные ископаемые, строительный материал); 5) рельеф местности;

различные явления природы и др.

2. Топонимы, отражающие связь «человек-природа», объединяют названия географических объектов, основу которых образуют лексемы, обозначающие реалии материальной и духовной культуры социума (человека):

— именования людей (антропонимы, этнонимы, генонимы, именования
людей по социальному положению);

1) названия производственно-хозяйственных ценностей (стоянки жителей, сооружений, предметы быта); 2) анатомические термины; 3) лексемы, отражающие духовную культуры человека (анимистические верования, почитание духов местности, религиозные и мифологические представления); 4) различные исторические события и др.

В многочисленных топонимических исследованиях представлен богатый материал, который позволяет сделать вывод о том, что в образовании топонимов принимают участие самые разные части речи. Топонимы могут. быть представлены как одним словом (простые: производные и непроизводные; сложные и составные), так и словосочетанием (конструкции с сочинительными, подчинительными и предикативными отношениями), а также предложением как отмечает Суперанская А. В., для индоевропейских языков характерны предикативные сочетания, тогда как восточным языкам свойственны все три типа [2. 2].

С точки зрения словообразования топонимы могут быть образованы разными способами: лексико-семантическим (односоставные безаффиксные образования на топонимическом уровне); лексико-синтаксическим (словосочетания, иногда целые предложения в функции топонимов); морфологическим (сложение основ).

При определении образования топонима тем или иным способом возникают трудности, которые связаны, прежде всего, с его принадлежностью к тому или иному языку. Топоним — это единица языка, которая образуется по моделям и при помощи словообразовательных средств создающего языка. В определенный историко-хронологическии период топонимы могут быть заимствованы и полностью адаптированы языком-реципиентом.

Так, считается, что русскими топонимами являются те, которые функционируют на территории России и в русских топосистемах других территорий, если они соответствуют следующим критериям: 1) образованы на базе русских основ при помощи русских словообразовательных аффиксов (Усть-Каменогорск, Быструха); 2) созданы от нерусских по происхождению основ по русским словообразовательным моделям (Большенарымское водохранилище, Маралиха); 3) нерусские по происхождению, но адаптированные фонетической и грамматической системой русского языка (каз. Алматы — рус. Алма-Ата, каз. Жінішке — рус. Жинишке); 4) кальки, полукальки (каз. А? су — рус. — Белая, каз. ?лкентеректі - рус. Большая Теректа).

Для выяснения основы того или иного топонима необходимо привлечение экстралингвистических сведений о нем.

Определение объекта и предмета, цели и задач ономастики, ее приоритетных направлений и аспектов исследования показывает, что ономастика органически входит в систему лингвистических научных дисциплин. Прежде всего нужно отметить, что ИС — это лексические единицы языка, поэтому они изучаются лингвистическими методами и «информация каждого имени „добывается“ с помощью лингвистических средств» [6].

А язык в свою очередь теснейшим образом связан с культурой: он прорастает в нее, развивается в ней и выражает ее [7].

Необходимо помнить, что ИС выполняют много большую, социально значимую роль с культурным развитием народа. Они обладают лексическим фоном, информативны, заключают в себе социокультурные возможности. Следует исходить из того, что ИС, прежде всего, являются языковыми знаками картины мира, создаваемым определенным народом в определенный исторический период. Следует, что каждый народ имеет свою культуру, и посредством таких слов как ИС, она отражается.

Одни слои лексики обусловлены социальными и культурными факторами более очевидно, другие — менее очевидно. Если национально-культурное содержание представляет собой ядро фразеологических единиц, то в именах собственных оно является своего рода коннотацией.

Имена собственные (ИС) также являются языковой категорией, содержащей культурно-историческую информацию о народе, образе его мышления, традициях, обычаях и т. д. В некоторых языках, например, в английском большинство имен собственных так изменяются и они все также являются носителями исторической информации. В казахском языке в связи с реформами, изменением строя и идеологии проявляется тенденция к изменению названий (ИС).

Итак, культура проникает в эти знаки через ассоциативно-образные основания их семантики и интерпретируется через выявление связи образов со стереотипами, эталонами, символами, прототипическими ситуациями и другими знаками национальной культуры. Именно система образов, закрепленных в семантике национального языка, является зоной сосредоточения культурной информации в естественном языке.

Таким образом, соотнесения с тем или иным культурным кодом составляет содержание культурно-национальной коннотации.

Таким образом, нужно различать случаи, когда языковые единицы сами играют роль культурных стереотипов и случая, когда они называют предметы культуры. ИС как раз относятся к первому случаю, то есть к одному из культурных стереотипов, так как они играют роль безэквивалентных единиц, а следовательно они являются реалией, отражающей культуру, видение мира народа.

3. Лингвокультурологическая специфика топонимов в казахском языке (на примере топонимов Казахстана)

Изучение природы ИС, выявление их особенностей, раскрытие их семантики, анализ словообразовательной структуры ИС разных народов, разной территориальной локализации привели исследователей к мысли о том, что ИС не только историчны, но и глубоко национальны. Следовательно, истоки положения о лингвокультурологической специфике ИС нужно искать в национальной культуре народа. В этом плане понятие «национально культурная специфика применительно к ИС подразумевает тесное единство мировидения и мировосприятия народа с духовной, социальной и материальной культурой, а также их отражение в семантике ИС. Разновременные и разноязычные топонимы, локализованные на определенной территории, например, Казахстана, и используемые в определенном языковом социуме, функционально принадлежат конкретному (например казахскому) лингвокультурному сообществу и составляют его топонимическую систему.

Для того, чтобы говорить о национально-культурной специфике ИС, необходимо иметь определенное основание. Таким основанием может служить образность, лежащая в основе именования конкретных денотатов, и лексический фон, то есть совокупность знаний и информации, относящейся к названному объекту. Те представления (знаки, символы, мифологемы и др.), которые вкладывает человек в ИС, имеются в его сознании и детерминированы мышлением и теми витальными обстоятельствами, в которых он живет.

В.Г. Костомаров и Е. М. Верещагин отмечают: «национально-культурный компонент свойствен ИС, пожалуй, в большей степени, чем аппелятивам» [8].

Как известно образование географических названий Казахстана тесно связано с его общественным строем, социально-экономическими преобразованиями, а также с ростом населения.

Типы географических названий связаны с природно-физической и территориально-административной географией. В связи с этим географические названия обычно подразделяются на:

гидрографические: названия океанов, рек, озер, водоемов, морей;

орографические: названия гор, высот, пиков, хребтов, равнин и т. д. ;

микротопонимы: названия покосов, болот, кочек, а также населенных пунктов, деревень и т. д. ;

астионимы (собственные имя города).

Среди топосистем республики Казахстан выделяются названия монголо-калмыцкого, арабо-иранского и русского происхождения [9].

В структурной системе топонимов Казахстана, как и в топонимии других тюркоязычных народов наряду с собственными географическими названиями существуют географические нарицательные имена (аппелятивы) или индикаторы. Эти индикаторы, выступая в качестве одного из компонентов образуют составные географические названия. К числу таких индикаторов относят следующие: асу — перевал; ?ырат — озеро (Алаколь, Маркаколь); ой — впадина; сай — овраг (А?сай); ?зен — река.

Так при помощи этих слов часто образуются географические названия, например: Акколь, Акшасор, А? сай, ?ызылсу, Актау, Актобе, Ба? сай и др.

В образовании топонимов также принимают участие числительные: Джетысу, Ушбас, То? ыс, Мынкуды?, Бескарагай, Екибастуз.

Нехарактерными для топонимов являются уменьшительно-ласкательные и уважительно-почитательные формы. Не присущи топонимам категории прозвищ, псевдонимов, характерные для антропосистемы, а также образование производных форм, когда от одного корня можно образовать несколько имен: Тле — Тлемис, Тлеуке, Тленда и т. д.

Общим для топонимов и антропонимов является наличие имен нарицательных в качестве атрибута. Однако место их расположения и структурные модели образования неодинаковы. В личных именах атрибут расположен после определяемого слова, например: Кобланды батыр, Есет батыр и т. д.

В топонимах атрибуты стоят перед определяемым: Жа? сы Алаколь, Кунгей Алатау, ?арасу, Кенбулак и т. д.

Среди топонимов типа существительных выделяются суффиксальные топонимы: чаще всего это русские географические названия на-ский, — ка, — ово, — ева, — иха, образованные от русской же основы: Андреевский, Белоусовка, Ог-нёво, Мироновка, Лаптиха, Никольское и т. д. Наряду с этим, наблюдается образование топонимов от казахской основы с русскими суффиксами: Ерназарово, Абаевка, Казталовка, Усть-Таловка.

Собственно казахские именные топонимы бывают бессуффиксальными: Джанибек, Тулеген, Жиенбай, Аманжол, Кылышбай, Макат, Кулсары, Ералы (В Еурьевкой области — ныне Актауской).

Характерной моделью казахской топонимии являются образования сложных существительных из двух, трех или более компонентов:

трехкомпонентные: Жанибексай, Коныратбай и др;

производные: Жанибексай, Коныратбай и др. ;

образование из двух самостоятельных лексем: Жанибек Шалкар, Кожан Шенкел, Ажибек Карасу и т. д.

Наиболее специфический тип, свойственный Казахстану и другим тюркским языкам — это наличие глагольной формы в топонимии: б? p?ан — повернуться, демикпе — учащенно дышать + окончание — пе, еспе — грести, тескен-су — пробившаяся вода, Жез? аз?ан — место добычи меди и др.

Следует отметить и наличие изафетной формы, некоторые употребляются без аффикса притяжательной категории: Абылай тау — Гора Абылая, Курманкол — озеро Курмана и др. Иногда они употребляются с суффиксом притяжательное категории: Ташкенбай Сазы, Сырым Коли, Жантай Соры и др. В изафетных формах: Чапаев ауданы, Турген совхозы, Ертіс ауданы и т. д. конечно же нет этой принадлежности.

Для Казахстана характерны микротопонимы, образованные от имен феодалов, баев, владевших пастбищами, горами, реками, озерами. Эти микротопонимы состоят исключительно из антропонимов и этнонимов (зимовки). Антропонимы нашей эпохи подразделяются на:

топонимы образованные от фамилий вождей, деятелей компартий: Лениногорск, Киров, Ауданы, Фрунзе ауданы и др.; 2) топонимы от имен и фамилий ученых, деятелей культуры: Ш. Уали-ханов совхозы, И Алтынсарин. Атында? ы институтты и т. д.; 3) топонимы от имен и фамилий поэтов, писателей: Абай, Джамбул, Ауэзов и т. д.; 4) топонимы от имен героев гражданской и отечественной войны: Амангельды ауданы; Ораз Жандосов совхозы, Толеген Тохтаров аттында? ы совхоз и т. д.

Интересна этимология некоторых топонимов, образованных от этнонимов. В частности неясно происхождение этнотопонимов: Таргын, Тархан, Курдай, Кобланды, Алпамыс.

Таким образом, в качестве систематизации топонимов Казахстана можно привесит следующую семантическую классификацию: 1) топонимы, обозначающие характерные черты местности рельефа, что продиктовано видом хозяйствования казахов (скотоводство); 2) топонимы, связанные с растительным миром (облегчает скотоводу выбор пастбища); 3) топонимы, связанные с животным миром; 4) топонимы, передающие внешние признаки качества, свойства географических объектов; 5) топонимы, образованные в связи с какими-либо событиями; 6) антротопонимичные топонимы (образованные от имен выдающихся людей);

В настоящее время в Казахстане появилась тенденция к изменению географических названий, например, г. Гурьев — ныне Актау, то есть переименование антротопонима в топоним, обозначающий местность; Алма-Ата — ныне Алматы, то есть Алма-Ата — это русифицированное название и обозначает отец яблок, а сейчас — яблочный, Акмола — ныне Астана. Мы полагаем, что это связано с изменением общественного строя, экономической ситуацией и конечно мышлением народа.

Как уже было сказано выше, топоним — это лексическая единица, следовательно, нельзя оставить без внимания и словообразование казахских топонимов, которые также имеют свои особенности.

Итак, можно предположить следующую структуру их словообразования: 1) топонимы, образованные при помощи нарицательных имен в качестве атрибута Карасу, Куний Алатау; 2) суффиксальные топонимы на — ский, — ка, — иск, — обо, — ево, — иха и т. д. (Белоусовка, Крутиха, Миралюбовка и т. д.); 3) образование топонима от казахской основы плюс русский суффикс (Абаевка, Бескарагайский район…); 4) двух, трехкомпонентные топонимы (сложное существительное, производное из двух самостоятельных частей); 5) наличие глагольной формы в топонимии (характерно для казахского и других тюркских языков) — Жезказган — место добычи меди и др.; 6) наличие изафетной формы (без суффикса притяжательности или с ним). Абылай-тау — гора Абалая, Ертіс ауданы.

4. Лингвокульторологическая специфика топонимов в Английском языке (на примере топонимов США)

По структруе американские топонимы можно подразделить на следующие типы: простые, производные, двусловные, трехсловные, четырех и пяти компонентные составные.

К простым топонимам можно отнести различные образования от сочетаний испанских слов с определенным артиклем мужском или женского рода в единственном и множественном числе: El Ve rano, El Rio, El Monte, El Dorado (которое часто встречается в написании как одно слово, например, Eldorado в Техасе и Иллинойс) El Casco, El Prado, La Habro, La Canada, Los Banos, Los Olives, Los Angeles. Хотя внешне здесь в наличие два компонента, в действительности названия подобного рода воспринимаются как простые. Аналогично положение с топонимами, Включающими в себя компонент saint. Присоединяясь к имени, он подвергается полной десемантизации и создает единый целостный комплекс, что находит часто своё подтверждение в орфографии St: St Ann, St An-drews, St Anthony, St Louis, St Simons.

В современном английском языке есть значительное количество как исконных, так и заимствованных аффиксов. Однако сейчас не для всех из них характерно употребление в качестве словообразующих элементов. По замечанию В. В. Виноградова, аффиксы, потерявшие свое значение, ставшие не продуктивными и воспринимающиеся лишь как приметы той или иной части речи, перестают быть аффиксами и лишь потенциально сохраняют свойство выделимости (Виноградов, 1952: 120). В связи с этим возникает проблема определение живого аффикса и его признаков. По мнению П. М. Каращука, аффиксам присущи следующие признаки:

1. Присоединяясь к производящей основе, аффикс должен выражать определенное значение;

2. Аффикс должен легко выделяться как словообразующий элемент, а производящая основа при отделении данного аффикса должна обладать способностью употребляться в языке без аффикса;

3. Аффикс должен употребляться для образования новых слов от основ иного языкового происхождения;

4. Аффикс должен обладать определенной частотностью; чем больше образований он дает, тем он продуктивнее;

5. Живой аффикс должен давать новообразование (Каращук, 1977: 31−32)

Эти характеристики применимы и к живым топонимическим суффиксам. Как правило, они употребляются для образования только названий населенных пунктов, и в связи со своей массовой повторяемостью четко воспринимаются как имеющие значение указателей вида объекта. Они ясно выделяются в составе названий как конечные морфемы и обладают способностью создавать значительное число топонимов.

Основная масса американских топонимов-словосочетаний этого типа представляет собой двухсловные атрибутивные конструкции, значительную роль в построении которых играют географические термины. Порядок компонентов, как правило, тот же, что и порядок слов в атрибутивной синтагме — определение плюс определяемое. Географический термин находится в постпозиции. Первый компонент может выполнять либо описательную, ограничительную, либо характеризующую функцию. Выделяются следующие конструкции:

1. Модель «прилагательное + существительное» Great Swamp, Long Beach, Clear Stream, Deep River, Miry Run.

2. Модель «существительное + существительное»: Cedar Branch, Cedar Bridge, Cedar Creek, Cedar Island.

3. Модель «имя собственное + существительное». В данной модели в качестве первого компонента могут выступать как имена собственные личные, так и географические названия: Alexandra Valley, Agnew Meadow, Cumbreland Swamp, Burlington Road. Нередко в роли первого компонента выступает заимствованное (испанское, индейское, французское) имя собственное: Manasquan Bridge, Manahawk-in Creek, Westecunk Creek, Nahockqua Creek, Lafayette County, Lafayette Parish.

4. Модель «существительное + имя собственное». По этой модели образуются как ойконимы, так и названия физико-географических объектов. Число существительных, которые могут стоять в препозиции к определяемому компоненту словосочетания ограничено такими темы, как Fort, Lake, Point, Port, Cape, Mount. Необходимо отметить, что необычная форма этих топонимов оказывает определенное воздействие на их функционирование. Инверсионный порядок компонентов, когда определяемый находится в препозиции, влечет перенесение на него смысловой нагрузки, и семантическая наполненность термина становится более значительной и ощутимой для носителей языка: Camp Kohler, Camp Kearney, Camp Pendleton, Camp McQuaide.

5. Модель «имя собственное в притежательном падеже + существительное»: Barneys Gut, Borden’s Run, Carvels Brook, Chambers Bridge, Sopers Landing, Toms River (Tom < Thomas Luker, имя первого поселенца и строителя моста через реку). Широкое распространение генитивных моделей может быть объяснено тем, что первоначально они выражали одно из важнейших топонимических значений — указание принадлежности.

6. Модель «причастие настоящего времени + существительное»: Stinking Water, Wading River, Wading Run, Clamming Creek.

7. Модель «причастие прошедшего времени + существительное»: Cut Bank, Lost Lake, Lost River, Burnt River, Ragged Island.

8. Модель «существительное / прилагательное + имя собственное / географическое»

9. Модель «числительное + существительное». Здесь выделяются две подгруппы: 1) «количественное числительное + существительное во множественном числе»: Five Points, Three Rivers, Four Corners. 2) «порядковое числительное + существительное»: First Crossing, Second Garrote, Second Lake, Fifth Avenue, 125th Street.

Топонимы, состоящие из трех или более слов, возникают в том случае, если определяющий или определяемый компонент представляет, в свою очередь, развернутое словосочетание. Чаще всего это относится к определяемому компоненту. Определяемый компонент выражен обычно существительным — географическим термином. Трехсловные топонимы можно подразделить на две подгруппы: а) вновь создаваемое названия и б) топонимы, образованные на основе готовых наименований. К первой подгруппе относятся топонимы, образованные по модели «количественное числительное + существительное + существительное»: Eighteen Mile Beach, Four Mile Branch, Eight Mile Branch, Nine Mile Branch, Five Mile River (по определению американских топонистов «помильного столба» — Steward, 1954). Ср. так же название Six Run Creek, Eleven Point River. Вторая подгруппа представлена моделями:

1. «Прилагательное + существительное + существительное»: Blue Mountain Lake, Sunny Side Gardens. В данных примерах сочетания blue mountain, sunny side, sunny brook и др., самостоятельно функционирующие в топонимии как единое целое, в свою очередь определяют слова lake, gardens, manor и др.

2. «Существительное + существительное +существительное»: Oak Neck Park, Cedar Lown Estates. Определяющие словосочетания в этой модели так же представляют собой заимствованные названия: Oak Neck, Pine Lake и.т.д.

3. «Прилагательное + существительное/имя собственное + существительное». В данной модели определяемый компонент представляет собой развернутое словосочетание — топоним: Great Sloop Creek, Old Barnegat Beach, Little Sloop Creek. Определенное распространение имеет и вариант этой модели со своеобразном инверсионном порядке компонентов, когда определяющий компонент (чаще всего указывающий на географическое положение именуемого объекта) оказывается в постпозиции: Brookville Lots South, Mincola Park North, Westbury Park West.

Четырех — и пятикомпонентные составные топонимы представляют собой не многочисленную группу. Как правило, они образуются путем присоединения добавочных определений к готовым названиям: Little Egg Barbour Bay, Little Egg

Barbour Inlet, Main Branch Tomes River. Здесь так же часто встречаются предложные словосочетания, где предлоги используются в своем прямом значении, т. е. служат указателями месторасположения географических объектов: ойконимы: Hillside Ter-race-at-Albertson, Lakeville Estates-at-East Meadow, Park Villa on the Hills и т. д.

Заключение

язык топоним лингвокульторологический ономастика

Определение объекта и предмета, целей и задач ономастики, ее приоритетных направлений и аспектов исследования показывает, что ономастика органически входит в систему лингвистических научных дисциплин. Прежде всего, нужно отметить, что ИС — это лексические единицы языка, потому, что они изучаются лингвистическими методами и «информация каждого имени „добывается“ с помощью лингвистических средств» [10].

Потребность в ИС возникает при наличии многих однотипных объектов и необходимости их индивидуального разграничения. Основной функцией ИС в языке является номинативная функция, которая отлична от основной функции имени нарицательного: «Вместо того, чтобы просто обозначать, как все имена нарицательные, собственное имя называет». На чем основано такое разграничение? ИС, называя, индивидуализирует объект, в то время как имя нарицательное и такие его категории, как термин или номенклатурный знак, называя, не индивидуализирует (а всего лишь выделяют вид из рода).

Необходимо помнить, что ИС выполняют много большую, социально значимую роль и соотносимы с культурным развитием народа. Они обладают лексическим фоном, информативны, заключают в себе социально-культурные возможности. Следует исходить из того, что ИС, прежде всего, являются языковыми знаками картины мира, создаваемым определенным народом в определенный исторический период. Из этого следует, что каждый народ имеет свою культуру, и посредством таких слов как ИС, в частности, топонимов она отражается в языке. А язык в свою очередь теснейшим образом связан с культурой: он прорастает в нее, развивается в ней и выражает ее [11]. На топонимии неразрывности и единства языка и культуры в широком смысле этого слова основывалось неогумбольдианство и как ее ответвление — известная школа Сепира-Уорфа, которые постулировали значительную зависимость мышления от языка. Позднее неогумбольдианец П. Вейсгербер утверждал, что язык — это «промежуточный мир» между мышлением и действительностью. Культура формирует и организует мысль языковой личности, формирует и языковые категории и концепты. Языковые знаки способны выполнять функцию «языка» культур, что выражается в способности языка отображать социально-культурную ментальность его носителей.

К одним из таких языковых знаков следует относить топонимы, которые являются носителями культурно-исторической информации. Более того они относятся к безэквивалентным единицам, так как они непереводимы, а следовательно содержат в себе национально-культурный компонент, который выявляется посредством семантического анализа и сравнения словообразовательных структур.

Рассматривая семантику и сравнивая словообразовательные структуры топонимов в казахском и английском языках мы пришли к выводу, что их основное сходство лежит в словообразовании, так как любые географические названия состоят из слов, а любые слова подчиняются языковым законам данного языка. Различия в семантике обусловлены образом жизни, природными богатствами, культурой и мышлением народа.

Завершая работу, хотелось бы отметить, что большинство семантических групп топонимов отражает информацию о характере и признаках объекта, к которому относится топоним. Однако даже при очень широком понимании «характера» и «признака» существуют топонимы, неподходящие под эту рубрику. Таковы, например, топонимы-посвящения или топонимы, отражающие принадлежность объекта к определенному лицу, названия по имени первого поселенца, названия поселений по характеру или прозвищу его жителей. Эти топонимы несут свою особую информации, как правило, связанную с историей народа. А язык и история, в свою очередь, неотделимы друг от друга.

Список литературы

[1] Топоров В. Н. Трубачев О.Н. Лингвистический анализ гидронимов Верхнего Поднепровья. — М., 1962. — 242 с.

[2] Суперанская А. В. Общая теория имени собственного // Философские науки. — М, 1973. — 302 с.

[3] Молчанова О. Т. Топонимия Горного Алтая // Наука. — М., 1969. — 231 с.

[4] Белецкий А. А. Лексикология и теория языкознания (ономастика). — Киев, 1972. — 232 с.

[5]. Никонов В. А. Введение в топонимику // Наука. — М., 1965. — 175 с.

[6] Джанузаков Т. Очерк казахской ономастики — Алма-Ата: Наука, 1982. — 176 с.

[7] Егоров А. Г. Развитие национальных художественных культур // Коммунист. — 1969. — № 1. — 134 с.

[8] Верещагин Е. М., Костомаров В. Г. Лингвостранаведческая теория слова // Русс. яз. — М., 1980. — 352 с.

[9] Абдрахманов А. Некоторые вопросы топонимики Казахстана: АКД. Алма-Ата, 1954. — 190 с.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой