Особенности формирования и функционирования англо-русских представлений в XVI–XVII вв

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
История


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Введение

Актуальность темы исследования. Тема взаимодействия культур в отечественной исторической науке на современном этапе развития становится все более востребованной. Это связано прежде всего с тем, что Россия активно пытается включиться в европейские и общемировые процессы. В связи с развитием глобализации актуализируется проблема сохранения идентичности культур, этнических, национальных и конфессиональных групп. В результате столкновения образов жизни, традиций, обычаев растет количество конфликтов, нередко приводящих к унижению достоинства, ущемлению интересов, а в некоторых случаях возникают дискриминация и угроза потери этнического и национального самосознания.

Наука и общество ставят перед собой задачи поиска эффективных механизмов решения данных проблем в духе толерантности. В обществе признаются открытость, заинтересованность в культурных различиях. Основными направлениями работы в данном русле становятся признание культурного многообразия и развитие способности конструктивно разрешать разногласия. Человечество стремится к признанию равенства партнёров, отказу от доминирования и насилия, готовности принять другого таким, какой он есть.

Современное общество стремится к осознанию того, что стереотипы по отношению к чужим культурам возникают из-за отсутствия достаточных знаний о других народах, этнических и национальных культурах и традициях. Благодаря работам исследователей гуманитарных научных направлений появились реальные возможности понять механизмы, функции, причины формирования стереотипных образов, а, следовательно, составить наиболее полные и объективные представления друг о друге. Кроме того общественные и научные организации активно поддерживают концепцию мультикультурализма, которая способствует сохранению, воспроизводству и развитию культурного наследия различных этнических групп, содействует диалогу между этническими группами средствами культуры и искусства.

Показателем подобных процессов служат и совместные действия в рамках межкультурного взаимодействия по организации дней национальных республик, краев, областей и национальных округов; национальных фестивалей; международных конференций, семинаров, проектов. В последнее десятилетие в России каждый год объявляется годом какой-либо страны (2007 год стал для России Годом Китая, 2009 г. был объявлен Годом Болгарии, 2010 — год Франции в России и России во Франции, 2011 г. — Год Италии и Испании).

Однако недостаточно исследовать и до конца понять устойчивое представление народов в отношении друг друга в его современной трактовке. Важно проследить его истоки и причины его укоренения в сознании народов на протяжении нескольких периодов истории. Раскрытие данной темы на основе широкой источниковой базы русского и английского происхождения XVI—XVII вв. позволит определить механизм формирования и функционирования этнических представлений.

Историографический анализ. Всю литературу, посвященную нашей теме, мы разбили на две большие группы. К первой группе относятся исследования, затрагивающие двусторонние отношения Англии и России, представления англичан и русских друг о друге. Вторая группа — это исследования теоретического характера, которые вводят в курс проблем имагологии. Анализ работ последней группы предпринят в первой главе См.: Глава 1.

Весь комплекс литературы, знакомящий с взаимоотношениями англичан и русских можно сгруппировать по проблемно-хронологическому принципу с условным выделением трех периодов историографии проблемы: дореволюционный (до 1917 г.), советский (1917−1991 гг.) и постсоветский (современный) с 1991 г.

Толчком для изучения сочинений иностранцев о Русском государстве послужили работы Н. М. Карамзина «История государства Российского», С. М. Соловьева «История России с древнейших времен», В. О. Ключевского «Русская история. Полный курс лекций» Карамзин Н. М. История государства Российского. М., 1829; Соловьев С. М. История России с древнейших времен. Кн. IV-VI. Т. 7−13. М.: Мысль, 1992; Ключевский В. курс русской истории. Т. II — III. М.: Мысль, 1988. В своих трудах историки широко использовали сочинения иностранцев (в том числе свидетельства англичан). Эти работы отличает общий характер и богатство фактического материала.

Специальное исследование, посвященное взаимоотношениям России и Англии, появилось у ординарного академика по части технологии Иосифа Христиановича Гамеля Гамель И. Х. Англичане в России в XVI и XVII столетиях. СПб.: Типография Императорской Академии Наук, 1865. Несмотря на то, что он являлся автором многочисленных работ по истории техники, ученый подробно изучил дипломатические, экономические и культурные контакты между Англией и Россией. Большое значение исследователь придавал деятельности отдельных англичан в Русском государстве. Вывод об отсутствии у Англии политических интересов в отношении России был принят и продолжен Федором Федоровичем Мартенсом Мартенс Ф. Россия и Англия в продолжение XVI и XVII веков // Русская мысль. — 1891. — Февраль. — Т. 2- С. 1 — 36. российским юристом-международником. В своей работе «Россия и Англия…» он последовательно излагал историю англо-русских отношений с середины XVI до конца XVII столетия. Мартенс пришел к выводу, что в выстраивании взаимных отношений Англией двигали коммерческие интересы.

Активная исследовательская деятельность историков привела к появлению трудов, рассматривающих сочинения иностранцев в качестве ценных исторических источников. Классической работой по изучению иностранных записок о России является сочинение Василия Осиповича Ключевского Ключевский В. О. Сказания о Московском государстве. — М., 1916. В «Сказаниях…» были заложены основные теоретические положения, касавшиеся методики изучения и использования записок иностранцев о России XVI—XVII вв. Историк справедливо полагал, что заметки иноземцев не могли дать объяснения многим явлениям российской действительности и оценить их объективно.

Выпускник петербургской Духовной академии Лев Павлович Рущинский в своей магистерской диссертации подробно останавливался на проблемах религиозности русских глазами иностранцев Рущинский Л. П. Религиозный быт русских по сведениям иностранных писателей XVI и XVII веков. М.: Издание Общества истории и Древностей Российских при Московском университете, 1871. Несмотря на свое духовное образование, автор пытался выявить степень достоверности и эвристическую значимость европейских источников. Вывод историка сводился к тому, что иностранные гости в бoльшей степени сообщали сведения о внешней стороне религиозного быта и церковной жизни.

Историки советского периода продолжили исследования развития русско-английских отношений в XVI—XVII вв. Работы советских ученых отличала критическая направленность, что позволило объективно взглянуть на отношения России и Англии Лихачев Д. С. Повести русских послов как памятники литературы// Путешествия русских послов XVI — XVII вв. Статейные списки. — Москва-Ленинград: Изд. Академии Наук СССР, 1954. — 319 — 346.; Новицкий Г. Введение // Иностранные путешественники о России. Английские путешественники в Московском государстве в XVI веке. М.: Соцэкгиз,. С. 7−22. Заметный вклад в изучение русско-английских связей в XVI в. внес тбилисский историк Н. Т. Накашидзе Накашидзе Н. Т. Русско-английские отношения во второй половине XVI. Тбилиси: Изд. Тбилисское Г У, 1955. Его работа богата фактическим материалом, подробно освещена история Московской компании, торгово-предпринимательская деятельность англичан в России.

До 1970-х гг. работы советских историков в основном затрагивали проблемы экономических и дипломатических отношений Англии и России, большое значение придавалось идеологической и политической «правильности» выводов, сделанных авторами, независимо от темы, метода и содержания исследования. Образа России и русских по запискам, мемуарам и воспоминаниям иностранцев советские историки фактически не затрагивали.

Одним из первых советских историков, кто обратился к преставлениям иностранцев о русских, стал Михаил Антонович Алпатов Алпатов М. А. Русская историческая мысль и Западная Европа XII—XVII вв. М.: Наука, 1973. Он рассматривал сочинения иностранцев как неотъемлемый источник по истории нашей страны. М. А. Алпатов дал общую характеристику сочинениям иностранцев о Русском государстве XVI—XVII вв., оставил небольшие сведения об их жизни и деятельности в России. Заметим, что автор подчеркивал двойственный характер записок иностранцев. С одной стороны, это были записи современников и очевидцев событий, с другой — их авторы преследовали свои личные цели и, исходя из них, описывали увиденное.

Вторая волна интереса к запискам иностранцев наблюдается с 1980-х гг. Именно в это время появляются публикации записок, воспоминаний, мемуаров иностранных путешественников и дипломатов с XIV по XX вв. Эти сборники снабжены тщательными предисловиями, комментариями и примечаниями Горсей Дж. Записки о России XVI — начало XVII вв. / Под ред. В. Л. Янина; Пер. и сост. А. А. Севастьяновой. — М.: МГУ, 1990; Россия XV — XVII вв. глазами иностранцев / Подгот. текстов, вступ. статья и коммент. Ю. В. Лимонова. — Л.: Лениздат, 1986. Россия XVI в. Воспоминания иностранцев / Пер. с англ. И. Белозерской, Ю. Готье. Пер. с нем. И. Анонимова, И. Полосина. — Смоленск: Русич, 2003 и др.

Актуальной темой в этот период стала тема, затрагивающая проблемы посольского этикета в зарубежной и отечественной традициях. Леонид Абрамович Юзефович Юзефович Л. А. «Как посольских обычаях ведется…». Русский посольский обычай к XV — начала XVII вв. М.: Международные отношения, 1988; Юзефович Л. А. Русский дипломатический обычай // Международная жизнь. 1988. Авг. С. 113−127. подробно описал существующий порядок ведения русской дипломатической службы на протяжении XV—XVII вв. Сообщая о правилах поведения послов, ведении переговоров, оформлении дипломатических документов, посольском церемониале, ученый опирался на источники иностранного и русского происхождения.

На современном этапе развития отечественной исторической науки ученые более тщательно стали подходить к исследованию взаимоотношений России и Англии в XVI — XVII вв. Андрей Борисович Соколов в своей монографии Соколов А. Б. Навстречу друг другу: Россия и Англия в XVI — XVII вв. Ярославль: Верх. -Волж. кн. изд., 1992. подробно осветил двусторонние связи, опираясь на труды предшественников, источники русско-английского происхождения, официальные документы рассматриваемого периода.

Наибольшего внимания заслуживают исследования Татьяны Леонидовны Лабутиной Лабутина Т. Л. Англичане в допетровской России. — СПб.: Алетейя, 2011. — 272 с.; Лабутина Т. Л. Зарождение англомании и англофильства в России // Вопросы истории. 2008. № 2. С. 34 — 43; Лабутина Т. Л. Представления британцев о русском народе в XVI — XVII вв. // Вопросы истории, 2009. № 8. С. 13−25; Лабутина Т. Л. Допетровская Россия глазами британцев // Вопросы истории, 2009. № 5. С. 24−37 и др. Автор проводит тщательный анализ английских сочинений, служивших в XVI—XVII вв.ека источниками информации о Московском государстве, и описывает комплекс представлений о России, существовавших в Англии на протяжении этого времени. Уровень знаний о Московии у англичан изменялся в зависимости от интенсивности контактов (дипломатических, торговых, культурных). Историк рассматривает те области жизни русских, которые в наибольшей степени подверглись критике англичан: систему властных отношений, религиозность, быт, культуру, а также само население. Лабутина приходит к выводу, что зачастую образ России и русских в сознании большинства англичан XVI—XVII вв. складывался из негативных представлений. Причины отчужденности англичан и русских автор видит в психологических, языковых, политических, географических преградах, возникавших в процессе взаимообщения. Отметим, что Т. Л. Лабутина не анализирует представления русских об англичанах.

Интерес современных исследователей вызывают культурные связи и дипломатический этикет Англии и России Прокофьева Н. Е. Русско-английские культурные связи. Особенности дипломатического этикета второй половины XVI века // Вестник Новгородского государственного университета, 2000. — № 16. [электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. admin. novsu. ac. ru/uni/vestnik. nsf/all/18C69FF4B0C4B463C3256AC00021480C/$file/Prokophieva. pdf (дата обращения 20. 04. 2012); Семенов И. «Живые поминки. Охотничьи подарки в посольском обычае Кремля // Родина. 2008. № 9. С. 109−116; Семенов И. «Оленей бити и зайцев травити» // Родина. 2008. № 8. С. 126−132. Семенов И. Посольский обычай Кремля // Родина. 2009. № 11. С. 88−91 и др. В работах московского историка-медиевиста Ольги Владимировны Дмитриевой Дмитриева О. В. «Новая бюрократия» при дворе Елизаветы I Тюдор // Двор монарха в средневековой Европе: явление, модель, среда / Под ред. Н. А. Качатурян. Вып. I. М.; СПб.: Алетейя, 2001. — С. 137−148; Дмитриева О. Пурпурная герань из Московии. Оксфордские интеллектуалы и Россия на рубеже XVI — XVII веков // Родина. 2003. № 5−6. С. 22−28; Дмитриева О. Английское зеркало для московской красавицы // Родина. 1996. № 3. С. 45−49. особое внимание уделяется изучению культурной составляющей англо-русских контактов в XVI—XVII вв. Отдельная статья исследовательницы, посвящена оценкам русских женщин англичанами в XVI в. В работе над дипломной работой также был использован труд Дмитриевой обобщающего характера по политической истории Англии.

Тему британского военного присутствия в России XVII в. разрабатывает воронежский историк Олег Владимирович Скобелкин Скобелкин О. Странствующие искатели приключений. Британцы под знаменами московского царя // Родина. — 2003. — № 5−6. — С. 18−21. Им собран и обобщен материал о британских военных на русской службе в период Смутного времени, раскрыты неизвестные эпизоды истории России начала XVII в.

Проблема изучения сочинений иностранцев о Московии неоднократно ставилась на международных и всероссийских конференциях и круглых столах. на тему «Россия и Запад: диалог культур», проводимых в конце XX — начале XXI вв. Ряд статей об этом опубликован в серии сборников «Россия и мир глазами друг друга: из истории взаимовосприятия» Россия и мир глазами друг друга: из истории взаимовосприятия. Сб. ст. Вып. 1. / Отв. ред. А. В. Голубев. М.: ИРИ РАН, 2000; Россия и мир глазами друг друга: из истории взаимовосприятия. Сб. ст. Вып. 2. / Отв. ред. А. В. Голубев. М.: ИРИ РАН, 2002; Россия и мир глазами друг друга: из истории взаимовосприятия. Сб. ст. Вып. 3. / Отв. ред. А. В. Голубев. М.: ИРИ РАН, 2006 и др.

Таким образом, анализ литературы, посвященной взаимным контактам России и Англии, свидетельствует о том, что представления англичан и русских друг о друге не стали предметом специального исследования. Работы исследователей в большей степени затрагивают представления англичан о русских, в то время как понимание русскими англичан остается без должного внимания. В связи с этим, представляется, что предпочтение более широкого, комплексного подхода к данной теме будет способствовать раскрытию новых страниц истории англо-русского культурного взаимообщения.

Объектом исследования являются русско-английские отношения и связи XVI—XVII вв.

Предметом дипломной работы выступают этнокультурные стереотипы англичан и русских друг о друге, возникавшие в ходе политического, экономического и культурного взаимодействия.

Цель нашего исследования состоит в выявлении особенностей английских и русских представлений друг о друге в XVI—XVII вв.еках.

Для достижения поставленной цели предполагается решить следующие задачи:

1) выявить предмет, задачи, методологические принципы имагологии как отрасли научного знания;

2) определить этапы возникновения и развития русско-английских отношений в XVI — XVII вв. и дать им характеристику;

3) сравнить взаимные представления англичан и русских о посольском обычае и властных отношениях;

4) сравнить взаимные представления англичан и русских о повседневности и религиозной жизни.

Методы исследования. Исследование проблемы осуществлялось с помощью общенаучных принципов: научности, историзма, достоверности, объективности. В первую очередь автор руководствовался принципом научности как главным принципом общенаучного анализа и историко-теоретического исследования. Критериями этого принципа стали такие составляющие как объективность, всесторонность, независимость в оценке и критике. В числе общенаучных и конкретно исторических методов применяются: анализ, синтез, типология, классификация и систематизация. Также использовались проблемно-хронологический, историко-генетический и сравнительно-исторические методы.

Отличительной особенность выпускной квалификационной работы стало использование историко-антропологического подхода. Его преимуществом является разработка методов реконструкции стереотипов сознания, заложенных в культурной традиции и нашедшей выражение в нарративных источниках. Этот подход позволяет нам всестороннее разобрать процесс взаимодействия России и Англии глазами участников этих отношений, которые стремились непременно описать поведение, обычаи, ценности, верования всех социальных групп, независимо от их положения в общественной иерархии.

Источниковый анализ. Наша работа строится на комплексе письменных исторических источников, которые можно разделить на две большие группы: источники английского происхождения и источники русского происхождения XVI — XVII веков.

Сочинения англичан различны по форме изложения: заметки, очерки, мемуары, дневники, письма, трактаты английских купцов (Х. Уиллоби, Р. Ченслер. Дж. Горсей), дипломатов (Дж. Флетчер, А. Дженкинсон, Г. Бреретон, Т. Смит), литераторов (Дж. Турбервилль), специалистов, состоявших на государевой службе («Неизвестный англичанин», С. Коллинз, П. Гордон).

Многие иностранцы после знакомства с далекой Московией оставляли свои впечатления от увиденного в путевых заметках (или в путевых очерках), где фиксировали формы жизни, обычаи и нравы русских. Сюжет очерка отражал последовательность событий, происшествий и встреч автора во время его путешествия. Автор стремился рассказать о тех впечатлениях, которые он считал наиболее важными и интересными. Что именно автор мог посчитать важным и интересным, зависело от его замысла, который обычно формировался во время путешествия.

Хью Уиллоби1 Уиллоби Хью. Путешествие Хью Уиллоби // Иностранные путешественники о России. Английские путешественники в Московском государстве в XVI в./ Вступ. Статья Г. Новицкого. Пер. с анг. Ю. В. Готье. М.: Соцэкгиз, 1937. С. 32−46. (неизвестно?1554) — английский полярный мореплаватель. Возглавлял торговую экспедицию, отправленную 10 мая 1553 года английским королём Эдуардом VI на поиски Северо-Восточного прохода. В своем сочинении он подробно изложил Устав и инструкцию, разработанную для общества «купцов-предпринимателей».

Ричард Ченслер Ченслер Р. Книга о великом и могущественном царе России и князе Московском // Россия XVIв. Воспоминания иностранцев. Смоленск: Русич, 2003. С. 431−455. (неизвестно-1556) был одним из членов английской торговой компании (главным штурманом экспедиции), которая искала самостоятельный путь в Индию. В своем сочинении оставил положительные оценки Русского государства. Ченслер касался географии русских земель, торговли, ремесел; описал прием у Ивана Грозного, затронул тему военного дела, судопроизводства и церковной жизни. Однако автору не удалось завершить свой отчет, англичанин погиб во время кораблекрушения в 1556 годе у берегов Шотландии. Незаконченный отчет о первом плавании Р. Ченслера впоследствии обработал его спутник Климент Адамс.

Первым полномочным послом Англии в России стал Антоний Дженкинсон (1529−1610) Дженкинсон А. Путешествие из Лондона в Москву (1557 — 1558) // Иностранные путешественники о России. Английские путешественники в Московском государстве в XVI в./ Вступ. статья Г. Новицкого. Пер. с анг. Ю. В. Готье. М.: Соцэкгиз, 1937. С. 66−80. Он четырежды побывал в России (с 1557 по 1571 гг.) в качестве посла английских государей и представителя Московской компании, заслужил уважительно отношение со стороны московского государя. Свои путешествия оставил в виде довольно кратких заметок, где подробно описал плавание вдоль Мурманского берега, оставил сведения о городах России, нравах людей, обычаях. В своем сочинении подробно изложил царский прием.

Малоприятные оценки и замечания о Московии оставил Джорж Турбервилль (1540?-1610?) Турбервилль Дж. Стихотворные послания памфлеты из России XVI в. Приложение II. // Джером Горсей. Записки о России XVI — начала XVII вв. — М.: МГУ, 1990. — С. 245 — 269. Турбервилль состоял на королевской юридической службе, а его служба в посольстве Томаса Рандольфа являлась, скорее всего, попыткой поправить свое материальное положение. Посольство продолжалось год (1568−1569), из которого более полугода прошло в тягостных ожиданиях царской аудиенции. Условия содержания напоминали домашний арест. Возмущенный таким приемом англичанин негативно отозвался о стране и населении. В своих стихотворных посланий-памфлетов автор стремился осмеять, предать позору явления и отдельные стороны жизни русских. Источниками информации для поэта могли быть сами англичане, служившие в Московии, а также собственные наблюдения. Маловероятно, что он пользовался устными и письменными свидетельствами, так как знание им русского языка вызывает сомнение.

В ноябре 1588 года в Россию в качестве посланника английской королевы Елизаветы I к царю Федору Ивановичу прибыл Джильс Флетчер (неизвестно-1610 г.). Ему было поручено вести переговоры с московским правительством по поводу расширения привилегий английской торговой компании в Москве. Однако миссия его не увенчалась успехом, и летом 1589 года Флетчер покинул Россию, немало раздраженный против московского правительства. Следы этого раздражения сказались и на его книге. При описании Московии англичанин опирался как на собственные впечатления, так и на факты, которые узнавал случайно Рогожкин Н. М. Иностранные дипломаты о России XVI—XVII вв. // Проезжая по Москвии… М.: Международные отношения, 1991. С. 8. Несмотря на то, что иностранец в своем сочинении оставил богатые сведения о государственном управлении, царской власти, судопроизводстве, налогообложении, военном деле, церковном устройстве Русского государства, а также о повседневности русских, зачастую Флетчер их утрировал и намеренно искажал.

Один из участников конфликта русского правительства с «Московской компанией» Джером Горсей Горсей, Дж. Записки о России XVI — начало XVII вв. / Под ред. В. Л. Янина; пер. и сост. А. А. Севастьяновой. М.: МГУ. 1990. (1550−1626) также оставил свои воспоминания о пребывании в Русском государстве. В отличие от своих соотечественников он достаточно долго жил в Москве — с 1573 по 1591 гг., поэтому должен был обладать более точной информацией о стране и ее народе. В Москву Горсей попал как агент «Московской компании», а в 1580 году возглавил Московскую контору компании. Позже он стал посредником в ведении переговоров между Англией и Россией и даже пользовался почетом Ивана Грозного. Но жалобы купцов «Московской компании» подорвали авторитет англичанина в обоих государствах, где он вел дипломатические миссииСевастьянова А. А. Джером Горсей и его сочинения о России // Джером Горсей. Записки о России XVI — начало XVII вв. М.: МГУ. 1990. С. 11. Он оставил три самостоятельных сочинения о России и несколько писем. Самое значительно произведение «Путешествие сэра Джерома Горсея» автор писал на протяжении почти двух десятилетий, неоднократно возвращаясь к редактированию уже подготовленного материала. Записки привлекают к себе как свидетельства очевидца и осведомленного наблюдателя, однако в них очень немного достоверных сведений о Русском государстве. Причина этого заключалась в том, что цель сочинения состояла только в оправдании автором собственной неблаговидной деятельности в России.

Свидетелем Смуты стал английский посол Томас Смит Смит Т. Сэра Томаса Смита путешествие и пребывание в России [электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. vostlit. info/Texts/rus10/Tomas_Smith/framepred. htm (дата обращения 14. 04. 2012)., в России он находился в период с 1604—1605 гг. Его сочинение вышло в свет сразу после возвращения посольства Смита из России в 1605 г. в Лондон. Томас Смит принимал деятельное участие в тогдашних торговых предприятиях англичан и состоял членом, а потом и правителем двух больших торговых компаний. Хотя рассказ ведется в первом лице, исследователи считают, что написан он лицом, совсем не входившим в состав посольской свиты. Кто был действительно автором «Путешествия» до сих пор неизвестно, но по некоторым данным им был английский драматург Джордж Уилкинсон.

Широкое распространение в Англии в XVI — начале XVII вв. получили записки британских наемников. Такие свидетельства британских военных, как например, «Описание России Неизвестного англичанина служившего зиму 1557 — 1558 годов при царском дворе сочинение» Описание России Неизвестного англичанина, служившего зиму 1557−1558 годов при царском дворе [электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. vashaktiv. ru/texts/n/neizv_angl. php (дата обращения 14. 04. 2012).

Генри Бреретона как и Томас Смит стал свидетелем Смуты, в России он пробыл с 1605 по 1612 гг. Бреретон Г. Известия о нынешних бедах России, происходивших во время последней воны [электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. vostlit. info/Texts/rus6/Brereton/frametext1. htm. Его сочинение отражает взгляд просвещенного англичанина на события в России. У очерка Бреретона в отличие от предшественников (Д. Флетчера и Д. Горсея) нет практической направленности, у него другой жанрообразующий фактор: он написан для занимательного чтения высших аристократов, в частности, для фаворита Якова I государственного секретаря Роберта Карра.

О состоянии России оставил сообщения Патрик Гордон (1635−1699), который находился на государевой службе при Алексее Михайловиче с 1661 г. Свое повествование автор вел регулярно, на протяжении всей своей жизни, окончено 31 декабря 1698 года Гордон П. Дневник, 1659−1667 / Перевод, статья, примеч. Д. Г. Федосова; Отв. ред. М. Р. Рыженков. М.: Наука, 2003. Дневник Гордона — один из важных источников русской истории конца XVII века. Англичанин был не только очевидцем, но, в основном, и участником описываемых событий. Сочинение отличается точностью и большой объективностью; форма изложения сухая, документальная, с обилием мелких подробностей.

Оставил оценки и замечания о русском царе и его подданных медика Алексея Михайловича Самуэля Коллинза (1619−1670) Коллинз С. Нынешнее состояние России, изложенное в письме к другу в Лондоне. Сочинение Самуэля Коллинса, который девять лет провел при Дворе московском и был врачом царя Алексея Михайловича. С. 187−230. [электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. gumer. info/bibliotek_Buks/History/kollins/01. php (дата обращения 15. 04. 2012)., при царском дворе он прослужил с 1659 по 1666 гг. Это не систематическое сочинение, а письмо к другу, изданное уже после его смерти. Сведения Коллинза занимают важное место среди иностранных источников о состоянии русского общества в XVII столетии и содержит в себе целый ряд интересных сведений. Благодаря своему положению и образованию автор мог много наблюдать, а полученные и записанные знания о быте, культуре, нравах русских отличаются некоторой точностью.

Источниковой базой данного исследования послужили также документы, собранные дореволюционным историком Ю. В. Толстым и опубликованные им в сборнике «Первые сорок лет сношений между Россией и Англиею» Первые сорок лет сношений между Россией и Англией. 1553−1593. Грамоты, собранные, переписанные и изданные Юрием Толстым. СПб., 1875. Большую часть этого собрания составляют царские грамоты и официальная дипломатическая переписка королевы Елизаветы I с русскими правителями.

В качестве источников русского происхождения по указанной проблеме стали статейные списки русских послов. В них давали ответ, по каким статьям (вопросам) велись переговоры и как исполнялся этикет посольского приема. В статейных списках сообщались время и место, куда направлялось посольство, по чьему указу. Обязательным было описание всего маршрута. Послы описывали церемониал приема, ход переговоров, передавали речи участников переговоров, а в заключении указывали обратный путь домой Прокофьева Н. И. Вступительная статья// Записки русских путешественников XVI — XVII вв. М.: Советская Россия, 1988. С. 6. Статейные списки прежде всего являются памятниками деловой письменности и отличаются в этом смысле высокой степенью достоверности Лихачев Д. С. Повести русских послов как памятники литературы // Путешествия русских послов XVI — XVII вв. Статейные списки. М. -Л.: Изд. Академии Наук СССР, 1954. С. 321.

В нашей работе привлечены отчет русского посла в Англии в 1582—1583 гг. Ф. А. Писемского, списки посольства Г. И. Микулина 1600−1601 гг. и Василия Михайлова, посетившего Англию накануне смуты 1688 г. Посольство Федора Андреевича Писемского Писемский Ф. А. Статейный список // Путешествие русских послов XVI—XVII вв. Статейные списки. М. -Л.: Изд. Академия Наук СССР, 1954. С. 100−155. (неизвестно-1591) было вызвано сложной международной обстановкой, в которой оказалось Русское государство после окончания Ливонской войны. В Англии ему пришлось преодолеть значительные дипломатические трудности. Сведения, которые оставил русский посол, отличаются деловым характером и точностью. Писемский практически не обращал внимание на явления и области, не входивших в круг его обязательств Лихачев Д. С. Повести русских послов как памятники литературы// Путешествия русских послов XVI — XVII вв. Статейные списки. — Москва-Ленинград: Изд. Академии Наук СССР, 1954. — С. 330.

Посольство Григория Микулина (XVI-начало XVII века) Микулин Г. И. Статейный список // Путешествия русских послов XVI — XVII вв. Статейные списки/ Ответ. ред. Д. С. Лихачев. — М. -Л.: Изд. Академия Наук СССР, 1954. С. 156−205; относится ко времени правления Бориса Годунова. Ему предписывалось выяснить, действительно ли Англия оказывала помощь «турецкому султану» «людьми и казною», и призвать королеву к христианской солидарности. Посольство русского посла оказалось как никогда удачным Лихачев Д. С. Указ. соч. С. 330. Находясь в Лондоне, Микулин несколько раз встречался с королевой и английскими министрами. Он знакомился с жизнью не только Лондонского двора, но и британской столицы, посещал различные празднества и гулянья, ему организовали охоту в заповедных королевских лесах.

Василий Михайлов Михайлов В. Статейный список [электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. vostlit. info/Texts/Dokumenty/Engl/XVII/1680−1700/Michajlov_V/stat_spisok_1688. phtml? id=4897 (дата обращения 15. 04. 2012). посетил Лондон в 1686 г. В своем статейном списке посол описал внутриполитическую обстановку в Англии. Имеющаяся в Посольском приказе информация была доступна Михайлову и подготовила его к восприятию того, что происходило в Англии.

Существенно дополняет наше представление о восприятии иностранцев русскими памятник смеховой литературы XVII в. «Лечебник на Иноземцев» Лечебник на иноземцев // Русская демократическая сатира XVII века. М.; Л.: Изд. Академия Наук ССР, 1954. С. 122−123. Лечебниками назывались рукописные книги медицинского содержания. По сути дела, «Лечебник» является пародией — передразниванием врачебных предписаний, которые давали иностранные доктора и своего рода ответом на них, о чем говорит и его полное название: «Лечебник выдан от русских людей, как лечить иноземцов и ихъ земель людей, зело пристойныя лекарства от различных вещей и дражащих».

Работа состоит из введения, четырех глав, заключения, списка источников и литературы.

Глава 1. Проблемы имагологии в современной историографии

Обращаясь к таким словосочетаниям, как «образ страны», «образ правителя», «образ народа», мы вступаем в область научного направления имагологии (imago (от лат.) — образ, подобие), которое стало складываться в мировой историографии в конце 1960-х — начале 1970-х гг. Эта отрасль знаний, активно развивающаяся в настоящее время, занимается изучением этнических представлений в рамках межкультурных коммуникаций. Ее своеобразие заключается в том, что она обращает внимание на особенности формирования и функционирования образа того или иного государства (или народа). Возникновению имагологии способствовал целый спектр научных дисциплин, к ним относятся — политология, культурология, этнология, психология, литературоведение, история и ряд других гуманитарных дисциплин.

В современной исторической науке нет единого понимания имагологии. Литературовед А. Р. Ощепков определяет ее как сферу исследований в разных гуманитарных дисциплинах, занимающуюся изучением образа «чужого» (чужой страны, народа и т. д.) в общественном, культурном и литературном сознании той или иной страны, эпохи Ощепков А. Р. Имагология // Французская литература от истоков до начала Новейшего периода [электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. litdefrance. ru/199/1217 (дата обращения 25. 02. 2012). Она направлена на исследование устойчивых образов (имиджей) чужого, другого (по этнической, культурной и языковой принадлежностям), отраженных в литературных текстах. Алексей Романович отмечает, что некоторые исследователи смотрят на эту отрасль научного знания с позиции культурологии и социологии. В своих исследованиях они обращают внимание на представления участников культурного диалога друг о друге. Кроме того А. Р. Ощепков выделяет группу исследователей, которые рассматривают имагологию с практической точки зрения как «технологию создания имиджей» Там же.

С.А. Мезин относит имагологию к одному из разделов исторической науки, который изучает представления народов друг о друге. Эти представления отражаются в общественном сознании той или иной страны на определенном историческом этапе Мезин С. А. Стереотипы в европейской общественной мысли XVIII в // Вопросы истории. 2002. № 10. С. 148−157. Филолог В. Б. Земсков уверен, что эта отрасль научного знания устремлена к обобщению и выработке общих примеров восприятия и представлений о других в пространстве своей и других культур Земсков В. Б. Образ России на переломе времен // «Новые Российские гуманитарные знания» [электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. nrgumis. ru/articles/article_full. php? aid=37 (дата обращения 25. 02. 2012).

Л.П. Репина в своей монографии «Историческая наука на рубеже XX — XXI вв.: социальные теории и историографическая практика» говорит об «исторической имагологии». Под ней автор понимает научное направление, занимающееся конкретно-историческим анализом культурных стереотипов, коллективных представлений народов друг о друге, этнических и национальных стереотипов, путей их формирования, способов функционирования и процессов трансформации в контексте отношений «мы они», «свой — чужой» Репина Л. П. Диалог культур в контексте истории и в историческом познании // Историческая наука на рубеже XX — XXI вв.: социальные теории и историографическая практика. М., 2011. С. 251. Кроме того исследовательница отмечает, что данное научное направление за последние десятилетия освоило историко-антропологический, социально-психологический и культурологический подходы, накопило значительный объем знаний и расширило исследовательское пространство Там же. С. 252.

Теоретически осмысляя накопленный опыт новой отрасли исторического знания, она выделяет важные методологические принципы имагологических исследований:

1) необходимость учета психологической составляющей процесса формирования этнических представлений как смеси правды и вымысла в отношении «чужого»;

2) принцип отражения в образе другого народов сущностных черт собственной коллективной психологии. Отражение собственных ценностей и представлений о самих себе через отрицание негативных черт, приписываемых «другим»;

3) принцип сочетания синхронического и дихронического подходов в историческом анализе коллективных представлений с выявлением происходящих в них изменений. Ставится вопрос о том, какие факторы влияют на процесс создания положительных и отрицательных представлений о другом;

4) понимание необходимости дифференцированного подхода к взаимоотражениям народов в разных социальных группах Репина Л. Н. Указ. соч. С. 252−253.

Таким образом, имагология — это междисциплинарная отрасль научного знания. Она работает с особой разновидностью культурно-общественного сознания, т. е. с особой формой мировосприятия. Исследователи этого направления занимаются изучением образов по этническим, культурным, языковым отличиям на определенном историческом этапе.

На современном этапе развития в рамках имагологии стали появляться новые направления, например, потестарная имагология или культурная иконография. Предметом изучения первого направления стали образы власти. В нашей стране в рамках этого направления работает московский историк-медиевист Михаил Анатольевич Бойцов. В своем исследовании «Потестарная имагология Средневековья…» Бойцов М. А. Потестарная имагология Средневековья как область междисциплинарных исследований [электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. hist. msu. ru/Labs/UkrBel/bojcov. htm (дата обращения 21. 12. 2011). он отмечает, что для историка, который занимается этой проблемой, на первый план в исследованиях должен выдвигаться коммуникативный аспект власти, т. е. особое общение, в результате которого подтверждается или оспаривается правомерность существующего порядка Там же. Главным для исследователей этого направления является изучение систем образов, которые участвуют в установлении отношений господства и подчинения, в приобретении и удержании власти. Кроме того внимание обращено на то, как системы образов способствуют выстраиванию связей между различными группами элит, с одной стороны, и между господствующими и подвластными слоями общества, с другой Там же.

Основоположником культурной иконографии Культурная иконография («imagerie culturelle») -- от франц. «imagerie» -- производство картинок, гравюр; совокупность образов; обработка, техника получения изображений. является французский ученый Даниель-Анри Пажо. Цель данного направления — изучить сложный механизм формирования имиджей, образов «чужого» под воздействием политических, исторических, социокультурных и прочих факторов. Исследования в этой области смогут обеспечить сближение компаративистики с культурной антропологией и историей идей. Предполагается, что изучение образа «другого» в литературе не должны отделяться от исследования ментальных структур (культурных моделей, ценностных систем, свойственных изучаемой культурно-исторической эпохе), задающих писателю критерии отбора материала и принципы создания образа «чужого». В этом случае рассмотрение образов чужих стран и народов будет проходить в широком историко-культурном контексте Ощепков А. Р. Указ. соч.

Предметом изучения имагологии являются отличные друг от друга формообразующие механизмы, имеющие различный диапазон действия: стереотипы, имиджи, образы. Многие исследователи не разделяют этих понятий, однако они отличаются друг от друга своей природой. В сумме же стереотипы, имиджи и образы создают картину мира другой страны, народа, а точнее было бы сказать их картины мира, так как эти картины отличаются в зависимости от того, с помощью каких инструментов они создаются. Из сопоставления этих картин мира можно составить и некий общий образ этих других, который будет основываться на устойчивых рядах стереотипов, образов, понятий, символических объектах, знаковых сюжетах, персонажах, мотивах и т. п.

Стереотип самое устойчивое средство формирования картины мира другого. Однако изучение этого предмета имагологии невозможно без использования достижений других наук — социологии, психологии, истории, философии, культурологии, этнологии и др. Те науки, которые работают с проблемой возникновения и функционирования стереотипов, дают ему самые различные определения и рассматривают его с различных сторон.

Впервые понятие «стереотип» было введено в науку американским политологом и социологом У. Липпманом. В 1922 г. в книге «Общественное мнение» он использовал термин «социальный стереотип», определяя его как принятый в исторической общности образец восприятия, фильтрации, интерпретации информации при распознавании и узнавании окружающего мира, основанный на предшествующем социальном опыте Липпман У. Общественное мнение. М., 2004. С. 93−114. Это определение обладает значительным познавательным потенциалом для социологов и социальных психологов. Культурологи А. С. Кармин и Е. С. Новикова понимают под стереотипом упрощенное, зачастую искаженное, представление о каком-либо социальном объекте (группе, явлении, поведении и т. д.), которое характерно для обыденного сознания и устойчиво держится в нем Кармин А. С, Новикова Е. С. Культурология. — СПб., 2005 [электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. piter. com/attachment. php? barcode=978 594 723 733&at=exc&n=0 (дата обращения 21. 02. 2012).

Эти два определения очень близки друг другу, так как они описывают стереотип как характерное явление обыденного сознания, основанного на стремлении человека свести разнообразие мира к немногим определенным категориям и, тем самым, облегчить себе восприятие, понимание и оценку окружающего мира. Сами стереотипы настойчиво передаются из поколения в поколение, поэтому часто воспринимаются как данность и реальность.

К этим определениям также можно отнести определение филолога В. З. Демьянкова. О стереотипе он говорит как о «стандартном мнении о социальных группах или об отдельных лицах как представителях этих групп» Демьянков В. З. Стереотип // Когнитивные аспекты лексиографии лексиографии [электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. infolex. ru/Cs23. html (21. 02. 2012). Однако для Демьянкова стереотип есть не «логическая форма суждения», а «упрощенная и обобщенная форма», которая эмоционально (выд. — Е.К.) окрашивает свойства и установки определенных лиц Там же.

Историк Н. М. Рогожкин под стереотипом понимает устойчивые во времени и пространстве представления одного народа о другом Рогожкин Н. М. Иностранные дипломаты о России XVI — XVII вв. // Проезжая по Московии (Россия XVI — XVII вв. глазами дипломатов). М., 1991. С. 3. А. В. Сергеева в своей исследовательской работе «Русские: стереотипы, поведения, традиции, ментальность», опираясь на данные историков, этнографов, психологов, дает похожее определение этнокультурным стереотипам. О них она говорит как об обобщенных представлениях о поведении и манерах какого-либо народа Сергеева А. В. Русские: стереотипы, поведения, традиции, ментальность. М., 2004. С. 81.

Этнический стереотип, являясь одной из форм социального стереотипа, обладает всеми свойствами последнего и отличается лишь содержательно. Наиболее полное и подробное его определение дает Ю. Чернявская, которая под этническим стереотипом понимает упрощенный, схематизированный, эмоционально окрашенный и чрезвычайно устойчивый образ какого-либо этноса, с легкостью распространяемый на всех его представителей Чернявская Ю. Народная культура и национальные традиции, 1999. электронный ресурс] - Режим доступа: http: //www. gumer. info/bibliotek_Buks/Culture/Chern/index. php (дата обращения (18. 03. 2012). В содержании этнического стереотипа, как правило, зафиксированы оценочные суждения о моральных, умственных, физических качествах, присущих представителям различных этнических общностей.

Несмотря на все многообразие определений стереотипа, у исследователей нет однозначного взгляда на его природу и сущность. Одни находят, что стереотип общественного сознания всегда специально организован и функционирует на основе какого-то определенного социального опыта, и он зависит от задач социализации, а не от стихии чувственной природы восприятия. Другие в формировании стереотипа придают большое значение чувственному опыту.

Обобщая все сказанное выше, можно отметить ряд общих черт, которыми наделяют стереотип. Стереотип — упрощенное, обобщенное, схематизированное, эмоционально окрашенное симпатиями и антипатиями представление о каком-либо народе и его поведении, которое легко распространяется на каждого отдельного представителя. Стереотипные представления сохраняют свою устойчивость на протяжении длительного времени, так как опираются на опыт предыдущих поколений. Помимо этого они историчны и изменчивы, так как в результате межкультурного общения стереотипы изменяются в пределах каждой новой эпохи и в историческом процессе.

Важнейшей составляющей этнического стереотипа является этнический образ, т. е., образ типичной личности данного этноса. Чернявская отмечает, что образ отражает собирательное представление членов какого-либо народа о себе (интраобраз) или о членах другого народа (экстраобраз) Чернявская Ю. Указ. соч. «Немецкая аккуратность», «французская галантность», «китайские церемонии» — в этих образах воплощаются распространенные этнокультурные стереотипы.

Этнические стереотипы можно разделить на автостереотипы и гетеростереотипы. Автостереотипы отражают представления, мнения, суждения людей о собственном народе. Обычно они содержат положительные оценки. Гетеростереотипы — оценки и суждения, выносимые о других народах предстателями данной этнической общности. Они могут быть не только положительными, но и отрицательными, в зависимости от взаимодействия с данным народом и его восприятием. Оба вида этнокультурных стереотипов складываются и укореняются в обществе в качестве общеизвестных традиционных взглядов Кармин А. С., Новикова Е. С. Указ. Соч.

Автостереотипы формируют общие нормативы поведения, которым должен следовать человек как представитель своего народа (я должен быть похож на «свой» народ). Это способствует объединению и самоутверждению данного этноса. Но в таком случае они не только наделяют себя положительными качествами, а в какой-то мере идеализируют себя. Возникает чувство превосходства над другими Галимова Я. Д. Образ Японии в Советском обществе (сер. 1960-х — сер. 1980-х гг) // Российская история. 2010. № 5. С. 91. Позитивные характеристики народа есть необходимое условие для его выживания в данных социально-географических условиях (трудолюбие, храбрость, взаимопомощь и т. п.). Автостереотип заключает в себе психические особенности, через которые люди стремятся к самооправданию недостатков своего образа жизни Кармин А. С., Новикова Е. С. Указ. соч.

Гетеростереотипы нередко служат источником национальных предрассудков и предубеждений. Встречаясь с представителями чужого народа, люди имеют естественную склонность воспринимать их поведение с позиций своей культуры, «мерить их на свой аршин». Непонимание их языка, символики, жестов, мимики ведет к искаженному истолкованию смысла их действий, что легко может породить целый ряд негативных чувств Там же.

Наделение отрицательными и «сверхъестественными» качествами чужих встречается в условиях социально-политической напряженности. Чаще всего, это способствует формированию страха и даже ненависти по отношению к иностранцам Кринко Е. Ф. Образы противника в массовом самосознании Советского общества в 1941 — 1945 годах // Российская история. 2010. № 5. С. 74.

Американский ученый У. Липпман выделяет две основные функции возникновения социальных стереотипов:

1) Принцип экономии усилий. Он свойственен для повседневного мышления человека, где люди не реагируют каждый раз на новые факты и явления, а лишь подводят под уже существующие Липпман У. Указ. соч. С. 104.

2) Защита групповых ценностей. Стереотипы становятся защитниками своих традиций, и посягательство на них воспринимается как покушение на собственную культуру Там же. С. 107−114.

Еще одну функцию возникновения стереотипов выделяют Ю. Чернявская Чернявская Ю. Указ. соч., С. В. Оболенская Оболенская С. В. Германия глазами русских путешественников 1813 // Одиссей. М.: Наука, 1993. С. 82. — функцию самооправдания. Негативно окрашенные высказывания служат для оправдания собственных традиций и ценностей, увеличения значимости их над «чужими», а своя культура в таком случае рассматривается как нечто привычное и удобное.

Среди факторов, влияющих на формирование стереотипов, В. Б. Земсков выделил природно-географический, религиозно-конфессиональный, историко-культурный, уровень развития экономики, бытовой культуры, обычаи и т. д. Земсков В. Б. Указ. соч. Значительное место в восприятии того или иного государства (народа) играют природно-географические (или топологические) факторы: близость, пограничность, дальность. Близость и пограничность усиливает остроту восприятия «других», даже соседей, близких по своим корням (например, восприятие России в Польше или Польши в России). Другой народ негативно воспринимается из-за конфессиональных различий, различий в уровне культурного развития и т. п.

К факторам, влияющим на формирование стереотипов, можно отнести еще один, который выделяет М. А. Сорока, это личные или политические контакты Сорока М. Е. «Просвещенные мореплаватели»: англичане в восприятии русских до и во время Первой мировой войны // Российская история. 2010. № 5. С. 49., когда образ «другого» складывается задолго до реальной встречи с «чужим». Однако позже эти впечатления дополняются и развиваются сведениями, полученными из книг и от других людей Репина Л. П. Указ. соч. С. 257. В результате установления более близких и более органических контактов между странами изменяется восприятие их друг другом, негативный образ «другого» преодолевается Дмитриев М. В. Пушкарева Н.Л. Русские и немцы: представления друг о друге // Вопросы истории. 1991. № 6. С. 203.

Различия в вербальных и в невербальных формах общения людей, принадлежащих к разным культурам, ведет к неверному истолкованию чувств, намерений, мотивов партнеров по общению. Культурные различия не ограничиваются только областью взаимодействия, но распространяются на традиционные интересы, ценности, нормы, правила, стандарты отношений, свойственные представителям конкретных народов Крысько В. Этническая психология. М., 2008. [элетронный ресурс] - Режим доступа: http: //www. gumer. info/bibliotek_Buks/Psihol/krusko/index. php (дата обращения 18. 03. 2012).

Отношение к представителям других культур во многом определяется понятием этноцентризма, когда «свои» обычаи и «свой» язык мыслятся единственно «правильными» и «верными». «Чужое» все отрицается как неприемлемое и греховное, а представитель данной общности воспринимается как существо опасное Белова О. Чужие среди своих // Родина. 2001. № 1. С. 166. «Другие» воспринимаются через призму собственных традиций и ценностей, а «чужое» выступает как способ познания «своего». Этот процесс является непременным условием для формирования целостной картины мира и одним из основных классификаторов самоидентификации Рогожкин Н. М. Указ. соч. С. 8.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой