Особенности формирования образа ведущего информационно-аналитических программ социальной направленности

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Журналистика


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

Введение

1. Особенности жанра информационно-аналитических программ

1.1 Информационные и аналитические жанры тележурналистики

1.2 Становление жанра информационно-аналитических программ

2. Особенности формирования образа ведущего информационно-аналитических программ социальной направленности

2.1 «Времена» (Первый канал) с В. Познером

2.2 Программа «Вести недели» (канал «Россия»)

Заключение

Список используемой литературы

Введение

Современную систему средств массовой коммуникации, и телевидение в частности, отличает особая динамичность развития. Оно претерпело изменения по структуре и финансированию, расширилось его функциональное назначение. Эпоха «нового» телевидения началась в России в 1991 г., явившись результатом тех коренных преобразований, которые произошли в политике и экономике страны. Телевидение стало первым из всех средств массовой информации, перестроившим свою работу в соответствии с новыми требованиями. Новости из простого набора актуальных событий, произошедших за определенный промежуток времени, превратились в товар, требующий как конкурентоспособного уровня качества (новизны, оперативности, оригинальности и других факторов), так и яркой рекламы. Особым типом телепрограмм является информационно-аналитическая программа, в которой за определенный промежуток времени (неделя) представлена обобщенная, систематизированная информация и анализ произошедших событий, которые имеют общественно значимый интерес для зрительской аудитории. Подробно анализируя факты, выявляя причинно-следственные связи, информационно-аналитическая программа представляет зрителю событие таким, каким оно войдет в историю, составляет представление о мире сегодняшнем и о том, в какую сторону он может измениться завтра. Информационную политику канала зритель воспринимает через призму информационно-аналитических программ. Вопрос о том, кто имеет право обращаться к аудитории от своего имени, возник уже тогда, когда телевидение только начинало готовить своих собственных профессиональных творческих работников, ведь зрители сознательно или бессознательно отождествляют и персонифицируют воспринимаемую с телеэкрана информацию с тем человеком, который её передает. Тележурналист, выступающий перед обширной аудиторией, облекается огромной ответственностью: на него смотрит и его слушает почти вся страна, его слова могут оказать мощное воздействие на сознание людей, на их взгляды, понимание ими тех или иных явлений жизни. Следовательно, особое значение приобретают человеческие и профессиональные качества телеведущего, его способность вызвать полное доверие и уважение у зрителей, а также привлекать к конкретной информационно-аналитической программе.

В данной курсовой работе я попыталась рассмотреть образы ведущих информационно-аналитических программ, а так же особенности формирования образов.

В первой части данной работы мы рассмотрим особенности жанра информационно-аналитических программ, а так же становление этого жанра на телевидении.

Вторая часть курсовой посвящена двум федеральным каналам: «Вести недели» («Россия»), «Времени» (ОРТ).

1. Особенности жанра информационно-аналитических программ

1.1 Информационные и аналитические жанры тележурналистики

Становление и развитие, возникновение новых и отмирание старых жанров — процесс исторически неизбежный. Практика развития отечественного телевидения убеждает в несостоятельности какой-либо раз навсегда данной, застывшей жанровой схемы. «Телевидение, — пишет Э. Г. Багиров, — по самой своей природе постоянно соотносит, соизмеряет, сопоставляет такие системы жанров, которые вне телевидения функционируют (и изучаются) порознь, изолированно» [3, с. 188]. Развитие жанров телевидения — это еще и процесс освоения специфических изобразительных возможностей, предоставляемых творчеству техникой. Новые технические возможности зачастую приводят к появлению новых для телевидения жанров. Так, например, в таких «фирменных блюдах» программы «Намедни» с Л. Парфеновым, как монти-пайтон, интервью-клип активно использовались возможности монтажа. Монти-пайтон — это «вживление» анимированных образов в документальные кадры. Интервью-клип — короткое аудиовизуальное произведение, рассчитанное, прежде всего, на эмоциональное восприятие. И хотя «Намедни» прекратили свое существование, влияние программы на отечественное телевидение продолжается, т.к. концепции и приемы, разработанные в ней, сегодня используются многими журналистами" [5, с. 33]. Своей главной задачей разработчики передачи «Намедни» объявили создание «панорамы главных новостей недели, их экспресс-анализ, обсуждение, выявление причинно-следственных связей и тенденций». В этой задаче нет ничего неожиданного или революционного. Нетипичными для российского телевидения были методы предъявления информации, положенные в основу концепции программы, такие как сокращение времени сюжета, метафорически-образная трактовка событий, «овеществление» новости, повышенный интерес к деталям, нетипичным героям и нетипическим обстоятельствам.

Поскольку информационно-аналитические телевизионные программы с точки зрения жанровой специфики представляют собой синтез различных жанров информационной и аналитической публицистики, то представляется вполне целесообразным рассмотреть некоторые их особенности, определяющие художественное своеобразие данного типа программ. Одним из традиционных и в то же время весьма активно развивающихся является жанр репортажа, цель которого оперативно, динамично и достоверно рассказать «историю события», причем репортер выступает как свидетель или участник этого события. В телерепортаже телекамеры как бы наблюдают саму жизнь; а репортер смотрит на событие глазами телезрителя, так же, как и он, переживая волнение первой встречи с событием. Понятно, что в данном случае описательная функция осуществляется камерами, репортер же становится комментатором, анализирующим развивающееся действие. Репортаж телевизионный — это, используя известное выражение уже не в переносном, а в прямом смысле слова — «жизнь в формах самой жизни». Наблюдая процессы реальной действительности в их возникновении, становлении и развитии, репортер создает особое состояние сопричастности, психологического и эмоционального соучастия аудитории. Это состояние называют «эффектом присутствия», и его также следует считать одним из основных признаков жанра. «Эффект присутствия» возникает у аудитории не только вследствие восприятия зрительного образа настоящего, но и в результате усилий журналиста, ведущего репортаж. За исключением трансляций, телерепортаж несет на себе печать активного отношения журналиста к происходящему. См.: Багиров Э. Г., Борецкий Р. А, Юровский А. Я. Основы телевизионной журналистики: Учебное пособие — М.: Изд-во МГУ, 1987. — С. 188. Это жанр персонифицированный, явление личностной журналистики. Камеры, несущие поток изображений, выполняют функцию собственно информационную, репортер обращен к оценке, разъяснению событий. Итак, телевизионный репортаж — это показ события, происходящий в реальном времени и пространстве. В период становления репортажа (50-е годы) к этому жанру пытались отнести и «выступление репортера» с рассказом об имевшем место событии, и «коллективную беседу» свидетелей события, и «дискуссию за круглым столом»; пытались даже определить и «репортаж-лекцию», «репортаж-очерк», «репортаж-композицию». «Подобный, неправомерно расширительный подход к репортажу мешает обозначить сущность жанра, определить главное. Заблуждение состоит в том, что смешиваются два различных явления — репортаж как жанр и репортажный метод, широко используемый в публицистике; он может быть обнаружен едва ли не в любом из ее жанров, включая художественную публицистику» [4, с. 217]. Объект репортажа — реальное событие, динамичный, относительно законченный отрезок жизни, наиболее актуальный и существенный в цепи сходных явлений. Но предметом внимания может быть не только событие: репортаж может использовать событие как повод, толчок к развитию действия, в дальнейшем направляемого, организуемого репортером. Следовательно, объектом репортажа может быть как событие в целом (митинг, футбольный матч и т. п.), так и его часть (например, спуск судна на воду как повод для показа научно-технических достижений). Но событийность остается одним из существенных признаков жанра. Будучи информационным жанром, газетный или радиорепортаж, не оставляют места для авторского анализа. Такая возможность появляется лишь у телевизионного репортера благодаря изобразительно-описательной работе камер. См.: Борецкий Р. А., Цвик В. Л. Жанры телевизионной публицистики // В кн.: Телевизионная журналистика: Учебник. Под ред. Г. В. Кузнецова.- М., 1994. — С. 177. Однако что касается комментированного репортажа, то здесь уже активно действующей фигурой наряду с операторами, режиссером, звуковиками становится репортер. И хотя, как правило, на протяжении всей передачи он остается за кадром, хотя само событие предстает перед ним на экране монитора как результат режиссерско-операторского отбора, для зрителя именно репортер, как очевидец события, наиболее осведомлен в том, что происходит по ту сторону экрана. «Репортер — это „гид“ телезрителя, своим живым, образным словом, всесторонним знанием материала, своим эмоциональным отношением к явлениям и фактам действительности он помогает понять суть, смысл происходящего на экране» [2, с. 54]. «Главная творческая проблема в подготовке и проведении таких репортажей, — отмечают специалисты, — проблема сочетания изображения и слова. В передаче события по телевидению определяющим является само событие, последовательность его развития. Слово репортера, находящегося по другую сторону экрана, не организует, не ведет действие, а, наоборот, следует за ним. По сравнению с печатью или радиовещанием слово на экране меняет свою функцию, полностью отказываясь от описательности [3, с. 96]. Работа репортера, ведущего закадровый комментарий, сложна и ответственна. Он не может подобно газетчику размышлять над каждым словом, каждой фразой, затем перечитать свой материал, отредактировать, выправить его. Ведя передачу «по живому», он часто сталкивается с неожиданными ситуациями, находясь нередко в том же положении, что и зритель: так же изумляясь, так же волнуясь, так же «болея», как и сидящие у телевизоров. Вся подготовка к репортажу в подобных случаях сводится к сбору предварительных, но, по возможности, самых полных сведений о предстоящем событии. А задача — та же, что и у радиожурналиста или газетчика: искать и находить одно-единственное слово, сочетание слов, находить яркий запоминающийся образ, емкую, порой остроумную фразу. Проблемный репортаж возможен лишь при тщательной, всесторонней подготовке. Проблемный репортаж — явление отнюдь не однозначное, не одно плановое, которое можно было бы заключить в четко очерченные рамки формулы-определения. Да в этом и нет необходимости. Ведь стоит теоретическому анализу сойти с пути обогащения практики, как он неизбежно влечет к установлению канонов, которые есть не что иное, как кодификация ограничений. Как правило, проблемный репортаж посвящен сюжетам, не связанным с событием сегодняшнего дня. Немаловажным элементом рассматриваемых типов сюжетов является присутствие в них оценочного момента. Однако задача репортера состоит вовсе в том, чтобы донести до зрителя свою точку зрения на происходящее. Вместе с тем, отсутствие такого желания, установка лишь на изложение фактов — тоже неверна. В данном случае очень важна дозировка фактов и комментариев, а главное — форма преподнесения. Высшим пилотажем оценки происходящего можно считать «оценку через факт». Жанры телевизионной публицистики, в которых основным изобразительно-выразительным средством выступает слово, живая человеческая речь, а формой существования — диалог (общение), имеют очень большое значение для телевидения, поскольку коммуникативный процесс, выраженный преимущественно речью, представляет собой одну из основ телевидения как социальной системы. Наиболее концентрированно и полно сущностные признаки процесса межличностного общения на телеэкране проявляются в жанре интервью. Телевизионное интервью ушло еще дальше от газетной разновидности жанра, поскольку обогатилось весьма существенным качеством — зрелищностью. В силу аудиовизуального характера телевизионной коммуникации источником информации становится уже не только звучащая речь, ее ритмика, ее интонационная, эмоциональная окраска (как на радио), но и мимика, жест, все поведение собеседников. Именно зрелищностью объясняется особая достоверность и как следствие широкое распространение жанра интервью в телепрограммах.

Свойственная передачам этого жанра высокая степень импровизации (сохраняющаяся и в случае предварительной фиксации), а также невозможность что-либо переосмыслить, «отредактировать» живой диалог после его окончания предопределяет сложность создания телепередач в жанре интервью. Интервью — беседа, которую журналист с помощью системы вопросов стремится организовать так, чтобы интервьюируемый мог полно и логически последовательно раскрыть заданную тему. Поэтому именно в жанре интервью особое значение имеет определение композиции передачи. До выхода в эфир следует тщательно продумать и выстроить план основных вопросов, познакомив с ними (но в самых общих чертах) собеседника. Импровизация начнется в момент передачи. Но ее ход окажется закономерным, а не случайным лишь при условии тщательной доэфирной подготовки, не имеющей, однако, ничего общего с «запрограммированностью» поведения. По мнению, например, М. Максимовской, «жанр интервью — это вершина журналистики». «Каждый день в программу, — вспоминает она, — приходили не последние люди страны. Нужно обладать достаточной эрудицией, чтобы не выглядеть на их фоне идиотом, нужно уметь слушать. Нужно уметь задать правильные вопросы» [8, с. 2].

В определенном смысле интервьюер — представитель телезрителей; не опускаясь до уровня менее подготовленной их части, он всегда должен уметь в какой-то степени становиться на точку зрения тех зрителей, которым знаком предмет разговора, для более тесного контакта с ними. Ведь телезритель только видит и слышит, его участие в передаче — иллюзорное, пассивное: задать вопрос, вступить в беседу он не может. Поэтому от характера вопросов, от умелого их формулирования зависит успех интервью, зависит то, насколько глубоко постигнет зритель суть интервью, насколько оно удовлетворит его запросы, обогатит новым знанием. Характер вопросов, весь строй интервью, его композиция зависят не только от темы, но и от индивидуальных способностей участников передачи, от творческой манеры, «почерка» самого интервьюера, а также от вида интервью (информационное интервью, интервью-портрет, интервью-дискуссия). Опытный журналист всегда стремится обстоятельно познакомиться с теми, у кого ему придется брать интервью. Причем он старается узнать о своих собеседниках как можно больше: выясняет их интересы, наиболее яркие черты биографии, старается увидеть их в привычной обстановке — на работе, в окружении семьи, во время отдыха. Журналисту все это может подсказать конкретный ход, завязку интервью, поможет отыскать ключ к композиции всей передачи, а главное, путь к мыслям и сердцу человека, расположить его к себе. Наличие у журналиста своего языка, индивидуального стиля и характера ведения передачи не исключает необходимости определить некоторые общие закономерности, лежащие в основе всякого интервью, а именно общий характер вопросов, влияющий на композицию жанра. Телевизионное интервью — это, как правило, непринужденный, задушевный разговор, при котором вполне допустимы неожиданные, казалось бы, далекие от темы вопросы, различного рода лирические отступления, придающие беседе эмоциональную окраску. «Журналист всегда должен помнить, что в эфире, на глазах у миллионов зрителей, он работает с человеком, и если он — не объект для публичного разоблачения, то нельзя задевать личное достоинство человека, выставлять напоказ интимные стороны его жизни, используя положение «хозяина студии» [31. с. 32].

Особой разновидностью интервью является так называемое интервью-мнение, или проблемно-аналитическое интервью — диалог с целью всестороннего исследования важной проблемы, выявления мнения о ней авторитетного лица. Для этой формы экранного диалога характерно стремление к анализу и компетентной оценке социально значимых явлений. Эффект такой передачи, степень ее влияния на аудиторию прямо зависят, во-первых, от престижа лица, дающего интервью, и, во-вторых, от компетентности интервьюера, уровня его знаний, умения поставить проблему и разобраться в сути рассматриваемых вопросов. Интервью-мнение решает задачи, как правило, проблемные, исследовательские; значительная часть таких интервью выходит за границы информационной публицистики, переходя в публицистику аналитическую. В отличие от собственно информационных аналитические жанры, охватывая относительно большие отрезки времени, обобщают целые системы фактов. При этом основной объем сообщений аналитической публицистики составляет именно анализ, выводы, а не сообщения о самих фактах. Специфически аналитическим жанром телевизионный публицистики является беседа, представляющая собой диалогическую форму сообщения. По содержанию он очень часто носит характер дискуссии на темы, представляющие большой общественный интерес, — это темы политические, экономические, социальные, морально-этические, научные и т. п. Наличие конфликта, столкновения различных точек зрения; развитие мысли, движущейся, однако, по заранее намеченному в сценарии (или сценарном плане) руслу, и в результате — разрешение конфликта путем выбора наиболее убедительных аргументов; значительность проблематики; занимательность — все эти качества обусловливают действенность и популярность таких передач, а вместе с тем и сложность их осуществления. Отличаясь внешней статичностью, беседа обладает напряженной внутренней динамикой. В ней могут широко использоваться различные вспомогательные средства (пленка, фотографии, карты, рисунки, схемы и т. п.), но, конечно, только в качестве компонентов, дополняющих словесную аргументацию. Растущая распространенность жанра беседы-дискуссии вполне закономерна, ибо дискуссия — это процесс живой мысли, предполагающий ее рождение, развитие и движение к цели, к истине, на глазах у зрителя. Столкновение различных мнений, аргументаций включает зрителя в процесс исследования, активизируя интеллектуальную деятельность, преодолевая пассивность, характерную при восприятии готовых истин. Отсюда — и высокий познавательный потенциал жанра. Один из традиционных, устойчивых жанров аналитической публицистики — это обозрение, предметом которого являются общественные события, а целью — отыскание причинно-следственных связей, порой скрытых, трудноуловимых, выявление их значения и тенденций дальнейшего развития. Изобразительные средства, с помощью которых на экране решаются столь сложные задачи, весьма разнообразны. «Но поскольку в обозрении нередко прослеживаются процессы, развивающиеся на протяжении длительного отрезка времени, сталкиваются и сопоставляются в системе причинно-следственных отношений самые различные факты и явления, то зачастую становится необходимым использование не только оперативного материала информации, но и исторического, архивного (в том числе иконографического) материала, который компонуется в соответствии с логикой авторской мысли» [3, с. 153]. Считается, что обозрение меньше многих других жанров испытало влияние телевизионной специфики. Основная тому причина — словесно-логическая, вербальная, структура жанра, которая, по существу, сохраняется и на экране. Кроме того, решающее значение всегда имеет фигура обозревателя, как бы самим жанром выдвигаемая на передний план. Одним из распространенных аналитических жанров является комментарий, то есть компетентное, требующее специальных знаний толкование какого-либо актуального общественно-политического явления, важного события в культурной или научной жизни, технического изобретения, спортивного достижения и т. п. или группы фактов, событий, объединенных определенными тематическими или хронологическими рамками. Автором комментария, как правило, является максимально осведомленный в данной конкретной области авторитетный специалист, который высказывает не только свою точку зрения, но и выражает позицию авторов программы в целом. К тому же комментарию свойственна периодичность в рамках телевизионной программы; в качестве комментатора выступает обычно постоянный круг лиц, ведущих в программе данную тему. Комментарий локален по материалу, он касается единичного факта, события, новости, но иногда — представляет собой рассмотрение цепи взаимосвязанных событий. Комментарий относится к аналитической публицистике потому, что при широком охвате событий комментатор, следуя своей главной цели, освещает прежде всего фактическую сторону событий, прослеживает связи, имевшие место между ними. Таким образом, основу комментария как жанра составляет открытая авторская оценка, анализ. Подводя итог рассмотрению специфики информационных и аналитических жанров журналистики, следует отметить, во-первых, что развитие жанров тележурналистики — это живой, активный процесс. Его специфика для нашей страны во многом определяется традиционной ориентированностью журналиста на персонифицированную подачу материала, в то время как каноны западной журналистики требуют четкого отделения информации от мнения. Следовательно, стремление к синтезу информационных и аналитических жанров весьма типично для отечественных СМИ. Несомненно, большое влияние на эволюцию указанных жанров оказало как бурное развитие технических средств, совершенствующих изобразительные возможности телевидения, так и изменение потребностей и ожиданий зрительской аудитории. Наряду с тяготением к аналитическим жанрам, интересу к различным точкам зрения, у зрителей стали проявляться и ярко выраженные гедонистические тенденции: поиск разнообразной информации (не только социально-политического содержания), необычных и ярких форм ее преподнесения, подразумевающих не только не только информирование и анализ, но и развлечение.

1.2 Становление жанра информационно-аналитических программ

аналитический телевизионный имидж ведущий

Говоря о традициях отечественных СМИ, многие исследователи обычно останавливаются на склонности российской журналистики к анализу. «Аналитическая журналистика, — пишет В. Ф. Олешко, — традиционно наиболее сильная ветвь российской прессы, а стремление раскрывать причины, определять значимость, направление развития постоянно возникающих, поднимающихся на поверхность явлений, событий, исторически присуще российскому менталитету, традиционно проявляло себя в журналистской деятельности» [62, с. 84]. Если в России журналист обычно ориентирован больше на персонифицированную подачу материала, то каноны западной журналистики требуют четкого отделения информации от мнения, поэтому, к примеру, американский журналист свою главную задачу видит в информировании общественности, а не в высказывании своего мнения по какому-либо поводу. Причины этого на современном этапе развития средств массовой информации усматривают не только в исторически сложившихся предпочтениях отечественных журналистов, но и в изменениях российской ментальности. Дело в том, что с новой политико-экономической системой и новым общественным укладом появились новые ценности, которые зачастую чужды большинству людей по своей природе, в то время как ориентиры, которые сформировались под влиянием времени, «сдают» свои позиции. Отсюда — насущная необходимость не только в констатации тех или иных фактов, в информировании по поводу тех или иных событий, но и в их анализе. Вместе с тем, «некоторые принципы отечественной журналистики, — отмечает ранее упомянутый автор, — расходятся с традициями мировой журналистской практики. Допустим, иностранных заказчиков нередко не удовлетворяет уровень информации, которую предоставляют им российские информационные агентства. И здесь дело не только в особом менталитете русского сознания, склонного к рассуждению и рефлексии, сколько в нежелании профессионально осваивать опыт мировой журналистики» [62, с. 85]. Например, согласно профессиональным канонам мировой журналистской этики за квалифицированным комментарием по поводу социально, либо политически значимой информации журналист обязан обратиться к мнению экспертов, и лишь при невозможности получить его из компетентного источника может выступить с комментариями сам. Все сказанное в полной мере касается и специфики телевизионных информационно-аналитических программ. Необходимо отметить, что первые информационно-аналитические программы появились в Советском Союзе в начале 60-х годов, и на их появление повлиял ряд следующих факторов: расширилась зона охвата ТВ, увеличился объем вещания, телевидение стало цветным, произошли значительные качественные изменения программ. Именно в этот период развития советского телевидения происходит формирование его функций, жанров, закладываются тенденции развития документального и художественного телевещания. В декабре 1961 года впервые в эфир вышла еженедельная информационная программа «Эстафета новостей». Она представляла собой еженедельное обозрение текущих событий. Ведущими передачи были Ю. Фокин и Г. Кузнецов. «Эстафету новостей» можно назвать прообразом современного аналитического еженедельника. Творческим принципом передачи было провозглашено использование феномена непосредственности, и связанной с ним импровизационности. «Эстафета новостей» представляла зрительской аудитории людей, находившихся в то время в центре внимания всего советского народа. На первый план работники «Эстафеты» ставили личность журналиста, личность ведущего. В этой программе особенно ценилась персонификация сообщения. К середине 60-х популярность телепередачи пошла на спад. «Телевизионные новости» по мере своего развития отбирали у нее все больше и больше общественно значимой информации, которую мог бы сообщить (а прежде и сообщал) ведущий этой передачи" [77, с. 71]. Дело в том, что «Эстафета новостей» не ставила своей целью дать анализ общественной жизни общества, в то время как по сути своей (еженедельное обозрение) программа должна была стремиться к аналитичности, к более глубинному изучению процессов, происходящих в действительности. «Такова диалектика, — полагают авторы указанного учебника, — что „Эстафета“, в начале 60-х годов сыгравшая существенную роль в развитии телевидения, к концу десятилетия стала вчерашним днем тележурналистики, и именно в результате общего прогресса телевидения, которому на определенном этапе сама и способствовала» [77, с. 73].В 1970 году «Эстафета новостей» была закрыта. Создатели «Эстафеты новостей» не заменили свою первоначальную установку на сообщение новостей установкой на анализ и исследование взаимосвязей событий, тенденций их развития. В этом, по мнению историков телевидения, заключалась причина падения престижа программы и зрительского интереса к ней (1965г.), т.к. зачастую в программе дублировались новости, которые зритель уже мог видеть в других информационных передачах. Недостаточно глубокий анализ объясняется идеологической направленностью программы и объективно существовавшими условиями на советском телевидении. Тем не менее, программа стала событием в общественной жизни, оказывала влияние на общественное мнение. По этому параметру «Эстафету новостей» также можно считать прообразом современной информационно-аналитической программы. «Эстафета новостей» стала примером яркого журналистского мастерства ее ведущего: диктор советского телевидения становился комментатором. Тогда же, в начале 70-х гг., председатель Гостелерадио С. Г. Лапин выступил с заявлениями о том, что «нашему телевидению звезды не нужны». По его словам, советский диктор, журналист должен выражать официальную позицию и не должен отвлекать внимание своими индивидуальными качествами. Зачем нам нужны индивидуальности, говорил председатель Гостелерадио, когда диктор, комментатор, не более чем трансляторы партийных и правительственных решений. На советском телевидении «была проведена огромная комплексная работа по устранению индивидуальности, усилению типичности в раскрытии советского образа жизни. «Твое достоинство в посредственности. Чем ты безличнее, тем лучше воплощение. Умри в завизированном и предложенном тебе тексте» [22, с. 123], — прокомментировал эту ситуацию П. С. Гуревич. Пятнадцатилетний период (1970−1985 гг.) вошел в историю отечественного телевидения как этап стагнации. На телевидении стали использовать видеозапись, которая была удобна для цензурной правки: программы, идущие в прямом эфире, представляли опасность с точки зрения идеологии из-за их непредсказуемости. В этот период развивается учебное телевидение, научно-популярные, культурно-просветительские программы, возникает жанр телемемуаров. Что касается информационно-аналитического вещания, то оно находилось в застое. В этот период в эфире ЦТ выходит «Международная панорама» — воскресная информационно-аналитическая передача. Программа ставила перед собой задачу рассказать о важнейших политических событиях, произошедших в мире за семь дней: события недели — хроники, факты, комментарии. «Международная панорама» носила идеологический характер, была политизирована. Передача выходила в записи и представляла собой подборку кадров и комментарий ведущего. По форме программа больше напоминала беседу со зрителем, доверительный разговор и воспринималась, как своеобразный глоток свежего воздуха в информационном Я. Н. Засурский отмечает, что за последние несколько лет выявились три модели российской журналистики, каждая из которых имеет свои особенности. Во-первых, это журналистика периода перестройки и гласности. В середине 80-х годов наступили серьезные перемены в общественно-политической жизни страны. Вслед за этим начались перемены в работе средств массовой информации. КПСС во главе с Михаилом Горбачевым использовала СМИ для того, чтобы изменить существующий порядок и внедрить новые, демократические идеи. Пресса была инструментом перемен, и модель прессы как инструмента действовала во благо переменам. Но уже тогда обозначилась тенденция неповиновения журналистов этой официальной опеке. В противовес официозному «Времени» стали выходить в эфир ночные выпуски Телевизионной службы новостей, в которых работали молодые талантливые журналисты. Вся совокупность политических перемен, происшедших в нашей стране (гласность, закон о печати, отменяющий цензуру), раскрепостили телевизионных журналистов, в том числе и ведущих информационно-публицистических программ. В январе 1989 года на экранах Гостелерадио СССР появилась воскресная информационно-аналитическая программа «7 дней», ведущими которой были Э. Сагалаев и А. Тихомиров. Эти журналисты взяли на себя смелость высказывать свое собственное мнение по поводу событий минувшей недели. В марте 1990 года «7 дней» были запрещены. Причем, как пишет телекритик А. Вартанов, «запрещены с лицемерной ссылкой на нас, зрителей: будто бы это мы в массе своей потребовали вернуть на воскресный экран любимое нами «Время. «Так закончилась первая попытка обрести свою оригинальную еженедельную программу» [12, с. 7]. В то время многие журналисты продолжали отстаивать принцип партийности в эфире. Для тех, кто посмел этот принцип нарушить, наступили черные дни. Весной 1991 года, как альтернатива останкинскому телевидению, возникло телевидение России. Туда перешли наиболее демократически настроенные журналисты. Противоборство этих двух каналов продолжалось до конца 1991 года, до распада СССР. В мае 1991 года в эфир вышел первый выпуск программы «Вести», с которого началась история новой телекомпании ВГТРК — государственной структуры и рупора политики государства. Программа «своим символом выбрала летящую русскую тройку, как летящую в неизвестную страну. Программе была предназначена роль пропагандиста демократических идей. «Вести» обрели имидж независимых уже хотя бы потому, что стали первым источником информации, альтернативным официальному «Останкино». Именно программе «Вести» удалось разрушить информационную монополию Первого канала и его официозной программы «Время» — появление «Вестей» можно назвать «подлинным прорывом, нарушившим, казалось незыблемую монополию главной информационной программы страны. Программа возникла на оппозиционной волне и с момента выхода стала популярной среди либерально настроенной части нового российского общества. Вторая модель журналистики возникла в период развития демократических институтов (август 1991 года — начало 1996-го). В этот период СМИ пытались создать модель журналистики как «четвертой власти», то есть журналистики, которая противостоит давлению властей и выступает в качестве оппозиции по отношению к власти, журналистики, которая представляет собой независимую силу. В 1992 году начался бурный рост вещательных организаций на территории России. Необходимо подчеркнуть, что решающее значение в борьбе за внимание зрителя приобретает такое качество, как профессиональное мастерство создателей, авторов, ведущих телепередач. Новостные программы стали стремиться к большей объективности. Аналитическая публицистика вышла на качественно новый уровень развития. Появляются новые информационно-аналитические программы. В январе 1992 года на канале «Останкино» появляется информационно-аналитический еженедельник «Итоги» с Евгением Киселевым. Однако, на первом канале «Итоги» выходили недолго. В сентябре 1993 Киселев вместе со своей командой покинул «Останкино», а уже 10 октября того же года «Итоги» транслируются на канале НТВ. Одной из главных причин ухода Е. Киселева с канала «Останкино» называют нежелание ведущего «Итогов» подлаживаться под новое руководство первого канала. Третья попытка обрести свою оригинальную аналитическую программу была предпринята руководством «Останкино» в октябре 1993-го. Тогда, 17 октября, вышла в эфир еженедельная информационно-аналитическая программа «Воскресенье». «Был избран вариант философского осмысления событий, для чего как нельзя лучше подходил политический обозреватель телевидения С. Алексеев, долгие годы работавший корреспондентом в Индии, и в хорошем смысле пропитавшимся духом восточных философий», — пишет Л. Дмитриев. [24, с. 21]Впервые за всю историю существования аналитических программ, С. Алексеев предложил перейти от сугубо политизированной подачи новостей к более широкому, культурно-нравственному их осмыслению. Имидж С. Алексеева — это имидж спокойного, рассудительного, мудрого человека, он естественно ведет себя в кадре и не заискивает перед зрителем. Одна из характерных черт этого политического обозревателя в общении со зрителем — доверительная интонация. У Алексеева своя манера экранного переживания — сердечная, своя художественно-выразительная речевая пластика. Передача обрела большую популярность у зрительской аудитории, но «у начальства, перманентно пребывающего в хитросплетениях политических интриг, все названные выше качества … вскоре стали вызывать глухое раздражение. Какой-то из останкинских временщиков начал диктовать Алексееву, что и как ему освещать. Тот не выдержал и демонстративно распрощался с первым каналом» [12, с. 7]. Несомненно, что С. Алексеев — творческая личность, яркая индивидуальность на нашем экране. Несмотря на то, что на роль ведущего «Воскресенья» пробовали многих известных журналистов, так, как мастерски делал эту программу Алексеев, не смог сделать больше никто. Рейтинг передачи резко снизился, и вскоре «Воскресенье» прекратило свое существование. В апреле 1996 года в эфир вышли сразу две информационно- аналитические программы — «Зеркало» на канале РТР и «19. 59» на канале ОРТ. Обе передачи стали выходить в эфир в одно время — в 8 часов вечера за час до еженедельника «Итоги», транслировавшиеся по каналу НТВ. Таким образом, впервые в практике отечественного телевидения, прежде отличавшегося лояльностью каналов по отношению друг к другу, соперничество стало прямым и беспощадным. О его результатах можно говорить уже сегодня: «Зеркало» и «Итоги» существуют до сих пор, в то время как «19. 59» всего месяц продержалась в эфире. По мнению Я. Н. Засурского, одной из главных и основных причин провала передачи «19. 59» стали совершенно безликие ведущие. Их было четверо: один освещал вопросы политики, другой — экономики, третий говорил о криминале, четвертый советовал, как жить. Ведущие ходили по громадной, ярко оформленной студии, сообщая информацию стоя или на ходу. Их слова периодически сопровождались электронными эффектами и громкой музыкой. Можно предположить, что при таком количестве спецэффектов зрителю было трудно сосредоточиться и понять смысл сообщаемой информации. Соответственно, и зритель такой программы на определенное время отвлекается от повседневной суеты, чтобы вместе с ведущим осмыслить минувшую неделю. Но о каком спокойствии и о какой глубине можно говорить, когда не один, а четыре ведущих информационно-аналитической программы мечутся по студии, а их слова то и дело перекрывает музыка. «Создатели «19. 59» нарушили основной закон жанра: серьезную аналитическую программу построили по канонам развлекательного шоу. Что же касается ведущих, то здесь именно тот случай, когда бутафория и идеологические штампы мешают реализоваться творческой личности, журналисты просто не имели возможности проявить свои личностные качества. Не успев появиться на экране, программа сразу же вызвала раздражение у зрителей, а также массу разгромных отзывов со стороны прессы». [26, с. 65] В то же время на канале ТВ-6 появился информационно-аналитический еженедельник «Обозреватель», а спустя полгода на канале ОРТ — очередная аналитическая программа «Время» с ведущим Сергеем Доренко. Третья модель представляет собой журналистику политико-финансовой элиты. Новый этап в развитии государства и средств массовой информации наступил в 1996 году во время президентской кампании. С этого времени СМИ выступали в качестве инструмента борьбы на выборах. Средства массовой информации, в частности телевидение, настолько эффективно использовали выборные технологии для поддержки кандидатуры Бориса Ельцина, что он, еще в январе-феврале имея рейтинг популярности лишь 2−5%, одержал в июле 1996 неоспоримую победу. Когда весной и летом 1996 года, в ходе предвыборной борьбы, возникла реальная угроза «коммунистической реставрации» в стране, то демократически ориентированные журналисты (которых в России большинство), до того времени весьма критично настроенные по отношению к правящим кругам, стали все заметнее ее поддерживать. Стало ясно, что в сложившейся ситуации противостоять коммунистическим переменам сможет только действующий Президент. Существующие в тот период в России информационно-аналитические программы, пользующиеся особой популярностью и доверием у зрительской аудитории, стали вести одинаковую политику, суть которой можно свести к одному — у власти должен остаться Б. Ельцин. «Итоги» Евгения Киселева, которые до предвыборной кампании считались на отечественном телевидении эталоном объективности и независимости, стали еще более тенденциозными, чем откровенно проельцинское «Зеркало». Внешняя беспристрастность в подаче событий, которая всегда была характерной чертой творческой индивидуальности Евгения Киселева, сменилась явной приверженностью к лагерю ныне действующего Президента. Практически все информационные программы того времени содержали материалы, поддерживающие кандидатуру Ельцина на пост президента России. Журналисты сделали все возможное, чтобы к власти не пришел лидер коммунистов Геннадий Зюганов. Тогда руководитель ОРТ Сергей Благоволин признал в «Известиях», что «в данный момент он утверждает идеалы демократии «недемократическими способами», да и вообще «нынешняя предвыборная кампания не является демократической». В результате — социологами было зафиксировано беспрецедентное падение доверия к наиболее важным социальным институтам. «По данным январского опроса 1997 года, проведенного Институтом социально-политических исследований РАН, Президенту Р Ф не доверяют 73% опрошенных, средствам массовой информации — 60%». [71, с. 12]В тот период российские СМИ снова превратились снова в средства массовой информации и пропаганды. Раньше других вызревший как «группа интересов», финансовый капитал быстро оформился и как «группа влияния», укрепляющая свои позиции и в экономическом, и в политическом пространстве с помощью своих собственных СМИ. Лидерами «группы интересов» стали Владимир Гусинский (генеральный директор холдинга «Медиа-мост»), владеющий, кроме ряда печатных изданий и радиостанций, каналом НТВ, и Борис Березовский, контролирующий деятельность каналов ОРТ и ТВ-6. Сосредоточение СМИ в руках финансово-экономической элиты превратило работу средств массовой информации в механизм не только поддержки отвечающего интересам этой элиты политического режима, но и в механизм продвижения своих людей на важные посты институтов государственной власти. Хотя функция формирования общественного мнения, т. е. реализация пропагандистского воздействия на массы, присутствует в любом обществе, не стоит забывать, что одна из целей пропаганды — это манипуляция массовым сознанием, которая предполагает преднамеренное искажение происходящих событий. Иначе говоря: преднамеренное отклонение массового сознания зрительской аудитории от реальной действительности. Несколько иную типологизацию этапов развития в отечественной телевизионной журналистике жанра информационно-публицистических программ предлагает Е. В. Гострова, которая выделяет следующие периоды рассматриваемого процесса: зарождение жанра информационно-публицистических программ в 60-е годы прошлого века; период застоя (1970−1985 гг.); период перестройки (1985−1991 гг.) и постсоветский период. Указанный автор отмечает, что в последний период «в информационно-аналитическом вещании наблюдается тенденция на аполитичность, происходит персонификация программ — важным фактором становится роль ведущего как выразителя точки зрения телеканала, журналиста высокой квалификации, образ и манера подачи и анализа фактов которого влияет на выбор зрителей той или иной информационно-аналитической программы» [21, с. 12].

Вместе с тем, в это время наблюдается расширение рынка телевизионной информации в стране, у аудитории появляется выбор не столько телеканалов, сколько информационных программ, выходящих на этих каналах и представляющих свою точку зрения и трактовку происходящих событий. Произошел качественный и количественный рост. Информационно-аналитические программы становятся средством формирования общественного мнения; притом, что ведущие стараются сохранить имидж объективного обозревателя, объект исследования на каждом канале отличает форма подачи новостей, их последовательность, комментарий. Современные информационно-аналитические программы на федеральных каналах выходят в эфир примерно в одно и то же время. Этот факт позволяет зрителям, переключаясь с канала на канал, сопоставлять комментарии разных обозревателей и формировать свое собственное мнение о процессах, произошедших в стране и мире. Одной из новых тенденций, обозначившихся в развитии информационно-аналитических программ этого периода, стало появление синтетического жанра инфотейнмента. Первой программой на российском телевидении, которая рискнула сделать ставку на инфотейнмент, стала программа «Намедни» (2001−2004 гг.) Леонида Парфенова. Николай Картозия, шеф-редактор НТВ, в статье «Программа „Намедни“: русский инфотейнмент» отмечал, что при разработке концепции программы журналисты сознательно ориентировались на американский опыт. Итак, современные информационно-аналитические программы занимают особое место в системе вещания российских телевизионных каналов. Каждая программа имеет свою историю возникновения, пути формирования и развития, особые признаки и черты. Причинами появления информационных и информационно-аналитических программ на телевидении стали, во-первых, резко увеличившаяся потребность населения в информации (одна на всю страну информационная программа «Время» уже не могла справиться с этой задачей), во-вторых, зрители нуждались не просто в новостях, а в новостях комментированных, так как стремительные события начала 90-х гг. требовали разъяснений, и население часто не понимало, в чем суть происходящих изменений. В связи с этим только появившиеся еженедельные программы сразу завоевали широкую аудиторию. Кроме того, в этот период уровень доверия населения телевидению был очень высок. В-третьих, в появлении и развитии аналитического вещания были заинтересованы не только сами зрители, но и те, кто инициировал и руководил политическими и экономическими реформами в России. Руководство страны нуждалось в «рупоре» своих идей, оно стремилось оказывать влияние на население таким образом, чтобы заручиться поддержкой россиян. А этого эффективнее всего можно было достигнуть именно с помощью информационно-аналитических телепрограмм. В-четвертых, естественным образом возникшая конкуренция на рынке телепроизводства способствовала поиску наиболее приемлемых и популярных среди телезрителей форм подачи, обработки и интерпретации информации, что положительным образом сказалось на качестве информационно-аналитических программ на федеральных российских телеканалах и скорости их развития.

2. Особенности формирования образа ведущего информационно-аналитических программ социальной направленности

2.1 «Времена» (Первый канал) с В. Познером

Приступая к рассмотрению особенностей формирования имиджа ведущего информационно-аналитических программ на разных каналах отечественного телевидения, нельзя не обратить внимание на тот факт, что, согласно данным ВЦИОМ, на сегодняшний день только 14% населения России всерьез интересуются политикой. Приходится констатировать, что по сравнению с началом 1990-х годов зрители заметно потеряли интерес к политической жизни в стране. По словам руководителя аналитического отдела ВЦИОМ Леонтия Бызова, «43% населения интересуются политикой от случая к случаю. Это не тот контингент, который будет смотреть или слушать серьезные аналитические программы» [69, с. 1]. Как полагает известный политолог Г. Павловский, даже те, кто смотрит политические программы на телевидении, аполитичны. «Телепрограммы влияют на умы зрителей в меру того, что сами эти программы стали сильно деполитизированы, — сказал он „Газете. Ru“ — Это своеобразный fashion. Большинство людей не ждет эмоционального потрясения от политических программ и не ищет его там» [69, с. 2]. Телевидение стало в первую очередь поставщиком сюжетов — наша политическая жизнь стала подчиняться голливудским сюжетам в кинематографическом смысле этого слова, произошло, если можно так выразиться «огламуривание» политики. Действительно, очевидная утрата интереса к политике вообще, с периодическими его всплесками в период выборов в частности, способствовали тому, что наиболее привлекательными для зрительской аудитории стали не сами политические новости, а способ их подачи и личность телеведущего, воплощающего в себе лицо, образ представляемого им канала. Информационно-аналитическая программа «Времена» с Владимиром Познером выходят в эфир два раза в месяц по воскресеньям в 18. 00 (по московскому времени) на «Первом канале». Программа построена на полилоге, то есть обсуждении проблемы большим числом людей, что привносит в нее черты ток-шоу. Одно это уже придает программе элементы развлекательности, так как общение в прямом эфире предоставляет ведущему большие игровые возможности. Динамику его телепрограмме придают вкрапленные сюжеты, элементы новостной и аналитической журналистики, обзор событий за прошедшую неделю. Вместе с тем, несмотря на такую жанровую синтетичность программы ее можно отнести к информационно-аналитическим. Темы, поднимаемые Познером — готовящиеся реформы, коррупция, современные международные отношения России — безусловно, важны, но они могут не затронуть умы публики в условиях огромного информационного потока, перегруженности сознания современного человека (а в России эти явления еще и усугубляются деполитизацией значительной части населения). Сам Владимир Познер так сформулировал задачу программы: «Сегодня, когда я ехал на работу, я ехал на такси, и водитель спросил меня: вы тоже подвираете, как все, или правду говорите? Я сказал, что я стараюсь говорить правду, вообще стараюсь делать так, чтобы вы, вот зритель понимал, что происходит вокруг». «Времена» сочетают два вида общения — формально-ролевое и деловое. В передаче важен не только содержательный материал, являющийся предметом обсуждения (например, положение в Чечне), но и выражения лиц, позы, паузы. Что касается роли ведущего в студии, то, по мнению Г. С. Мельник, «основа общения журналиста со студийной аудиторией — эмпатия, проявляющаяся в прямых обращениях: «Вы заметили, что… «, «Помните, как… «, «Давайте подумаем вместе». В своих комментариях журналист 1Цит. по: Мельник Г. С. Указ. соч. — С. 170. ссылается на мнения других людей, что не исключает и собственной авторской позиции. В. Познер как профессионал никогда не заслоняет явно фигуры говорящих — участников передачи, не выпячивает демонстративно свою персону на первый план» [53, с. 171]. На самом деле, роль модератора, которую, по сути, принимает на себя В. Познер, является очень сложной и противоречивой, требуя, с одной стороны, нивелировать собственное личностное начало, а, с другой, — оставаться интересным для аудитории. «При полифонировании телевизионных дискуссий следует избавляться от «звездности» ведущего, — считает В. Г. Ященко. — Он не должен доминировать в диалоге. Его точка зрения имеет право быть выраженной, так же как и точка зрения других участников программы. Он «ведет», формирует программу установленным стилистическим образом, не навязывая при этом своего видения проблемы. Он постоянно генерирует ситуации, акцентирует внимание участников на полифонии, на точках пересечения различных идей и идеологий. Для этого ведущий-модератор должен обладать определенным «избытком видения». Если следовать этой рекомендации, то и героя телевизионной дискуссии нужно выбирать тщательно, чтобы он был «бескорыстным носителем идеи, идеалистом, не просто исповедующим некую идеологию, но и идущим на жертвы ради ее воплощения». [55, с. 237]. Но телевидение требует ярких персонажей с оригинальным мышлением и поведением, в противном случае теряется зрелищность. Модератор между тем — это «тот, кто оставил свое мнение за порогом студии, но остался живым, энергичным, интересным распорядителем дебатов». [46, с. 75] Какой бы служебной ни казалась роль модератора, одно лишь присутствие известного журналиста может менять сам характер передачи как для собеседников, так и для зрителей. Имидж ведущего программы «Времена» вариативен и зависит от обсуждаемой темы и статуса приглашенных гостей: в одной программе он может носить строгий костюм, в другой — джинсовую рубашку. Познер часто задает вопросы от лица обывателя, при этом его речь со стороны выглядит подчеркнуто спонтанной, «неприглаженной». «Вот, все-таки, интересное дело. Я отслужил в армии, я ищу работу, очевидно. Мне предлагают за 3800 быть милиционером. Я себе думаю: «3800 маловато, пойду в таксисты». Это же не то, что их связывают по рукам и ногам, и вот будешь получать 3800. Это я слышу уже много лет — им слишком мало платят. А я не верю, что если платить непорядочному, нечестному, склонному к преступлению человеку больше денег, он вдруг станет хорошим. Я в это не верю совершенно». Этот прием, с одной стороны, несколько упрощает ситуацию, сводит проблему к единичному примеру, с другой, за счет разговорности языка достигается легкость подачи информации, и как результат, человек не выключает телевизор только потому, что не сразу понимает сути явлений, о которых рассказывает ведущий. Возможно, именно вариативность имиджа ведущего, целенаправленно используемая как особый прием, отчасти повлияла на разнообразие и противоречивость тех личностных характеристик ведущего программы «Времена», которые отмечают в нем зрители. Так, например, участники фокус-группы (студенты факультетов журналистики Санкт-Петербургского и Якутского государственных университетов), изучавшие профессиональные приемы ведения беседы с помощью стоп-кадра, отметили положительные качества в работе В. Познера: остроумие; обаяние; интеллигентность; хорошая дикция; умеет слушать и услышать то, что ему нужно; тактичность; профессионализм; увлеченность; умение пользоваться ораторскими приемами. Однако при пристальном внимании к работе популярного ведущего программы «Времена» (ОРТ), были замечены недостатки: частое выражение собственного «Я»; манера держаться за подбородок; неформальный стиль в одежде; во время беседы слишком пристально смотрит на собеседника; говорит с некоторой растяжкой, затянувшейся паузой; очки на кончике носа; 1Цит. по: Мельник Г. С. Указ. соч. — С. 171. оказывает давление на аудиторию; размеренная жестикуляция. Любопытно отметить, что примерно такие же оппозиции в телевизионном имидже ведущего отмечает и известный критик А. Вартанов. «Временам» также свойственна интрига: в начале программы ставятся очень острые вопросы, привлекающие внимание зрителя. Если проводить аналогии с газетой, то эти вопросы выполняют в определенной степени функции газетного заголовка — так же аккумулируют содержание последующей беседы, так же выполняет экспрессивную функцию. «Вот в связи с этими событиями возникают вопросы: а благодаря кому победил в этой войне Советский Союз? Благодаря Сталину или, образно говоря, благодаря Василию Теркину, то есть русскому солдату? Благодаря мудрому руководству коммунистической партии или благодаря неслыханному героизму народа? Знаем ли мы, спустя 60 лет правду о войне? Готово ли общество к этой правде? Вообще нужна ли нам, правда?»

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой