Отклонение в поведении подростков.
Неформальные движения молодежи

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Социология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Уральский Государственный Университет Путей Сообщения

Кафедра социологии

Реферат

Тема:

Отклонение в поведении подростков. Неформальные движения молодежи

Выполнил: студент гр. ШС-313

Росихин В.Ф.

Проверил преподаватель:

Барковский А.В.

Содержание:

Введение

1. Понятие неформалов. «Неформалы, кто они?»

1.1 Экстернальная культура

1.2 Символика

1.3 Основные признаки неформалов

2. История неформального движения. Причины возникновения

3. Классификация неформалов

3.1 Асоциальные

3.2 Антисоциальные

3.3 Просоциальные

3.4 Неформалы художественной направленности

Заключение

Введение

Одна из актуальных отраслей современной социологии — социология молодежи. Особенно остро проблема молодежи и ее роли в общественной жизни стоит в постперестроечной России.

Системный кризис, затронувший социальную структуру общества с началом перестройки и усугубившийся в связи с распадом СССР и переходом к рыночной экономике, закономерно привел к смене социальных ориентиров, переоценке традиционных ценностей. Конкуренция на уровне массового сознания советских, национальных и так называемых «западных» ценностей не могла не привести население в состояние растерянности, непосредственным образом повлиявшее на ценностный мир молодежи, крайне противоречивый и хаотичный.

Системный кризис, затронувший социальную структуру общества с началом перестройки и усугубившийся в связи с распадом СССР и переходом к рыночной экономике, закономерно привел к смене социальных ориентиров, переоценке традиционных ценностей. Конкуренция на уровне массового сознания советских, национальных и так называемых «западных» ценностей не могла не привести население в состояние растерянности, непосредственным образом повлиявшее на ценностный мир молодежи, крайне противоречивый и хаотичный.

Современная российская культура находится в кризисном состоянии, как и само общество. С одной стороны, значимость культурного развития населения для успешной реализации социальных проектов и выхода из кризиса не в полной мере осознается органами управления, с другой--коммерциализация культурного процесса, все более заметней отходит от норм и ценностей «высокой» культуры к усредненным образцам агрессивной массовой культуры, наиболее явственно проявляющейся в электронных средствах массовой информации, также не может не отразиться на системе установок, ориентации и культурных идеалов молодого человека.

Социология молодежи как одна из отраслей социологического знания возродилась в годы хрущевской оттепели. На первых порах своего становления она опиралась на целый комплекс серьезных исследований, проведенных в 20-е годы.

Именно в этот период в ожесточенной полемике с догматическим восприятием мира были заложены основы социологии молодежи как более или менее самостоятельного направления исследований. Молодежь исследовалась с точки зрения жизненных планов, ценностных ориентации, мотивации поведения в самых разных сферах жизнедеятельности, от школьной скамьи до производства, в свободное от учебы и работы время, в повседневной бытовой жизни и жизни коллективов.

В 80-е годы значительно расширяются направления исследований, в них включаются новые авторы и коллективы. Возникает возможность проведения сравнительного анализа проблем молодежи в разных регионах.

Социология молодежи -- отрасль социологической науки, изучающая молодежь как социальную общность, особенности социализации и воспитания вступающих в жизнь поколений, процесс социальной преемственности и унаследования молодежью знаний и опыта от старших поколений, особенности образа жизни молодежи, формирование ее жизненных планов и ценностных ориентаций, в том числе профессиональных, социальную мобильность, выполнение социальных ролей различными группами молодежи.

1. Понятие «НЕФОРМАЛЫ»

Понятие «неформалы», «неформалы» — кто они?

Ответы на эти вопросы неоднозначны, как неоднозначны и неоднородны сами неформальные объединения. К тому же, бурная политическая жизнь заставляет изменяться самодеятельные формирования, причем эти изменения зачастую касаются не только форм и методов их деятельности, но и провозглашаемый целей. ФОРМАЛЬНОЙ обычно называют социальную группу, обладающую юридическим статусом, являющуюся частью социального института, организации, где положение отдельных членов строго регламентировано официальными правилами и законами. А неформальные организации и объединения ничего этого не имеют.

Неформальные объединения — это явление массовое. Ради каких только интересов не объединяются люди и дети, подростки и молодежь, взрослые и даже убеленные сединами старики? Число таких объединений измеряется десятками тысяч, а количество их участников — миллионами. В зависимости от того, какие интересы людей положены в основу объединения, возникают и различные типы объединений. В последнее время в крупных городах страны, ища возможности реализации своих потребностей, и не всегда находя их в рамках существующих организаций, молодежь стала объединяться в так называемые «неформальные» группировки, которые было бы правильнее назвать «самодеятельными любительскими объединениями молодежи».

Отношение к ним неоднозначное. В зависимости от направленности они могут быть как дополнением организованных коллективов, так и их антиподами. Члены самодеятельных объединений борются за сохранение окружающей среды от загрязнения и уничтожения, спасают памятники культуры, безвозмездно помогают реставрировать их, заботятся об инвалидах и престарелых людях, по-своему борются с коррупцией. Стихийно возникающие молодежные группы именуют то неформальными, то любительскими, то самодеятельными.

Наиболее адекватным представляется термин «самодеятельное движение». И вот почему: во-первых, все они формируются на принципе добровольности и являются организационно самостоятельными; во-вторых, в большинстве своем они заняты каким-то определенным видом деятельности в расчете на реальную отдачу. Вот почему употреблявшийся первоначально термин «неформалы» является не совсем точным и может быть использован только лишь относительно таких групп и объединений, как «Хиппи», «Панки», «Металлисты» и прочие другие группировки. Им характерен, чаще всего, спонтанный, неорганизованный, нестабильный характер.

«Любителями» же по традиции называют людей, посвятивших себя творчеству в непрофессиональной форме, будь то сценическое или изобразительное искусство, коллекционирование, изобретательство, общественная деятельность. Поэтому термин «самодеятельные организации» по отношению к таким объединениям представляется более оптимальным и может быть отнесен ко всем видам и направлениям молодежной активности. Говоря о самодеятельных объединениях и их взаимной связи с государственными и общественными институтами, необходимо отметить три ситуации по их значимости:

1. Сотрудничество.

2. Оппонирование и критика.

3. Оппозиция и борьба.

Все эти три функции органически взаимосвязаны и не могут быть искусственно отменены.

1.1 Экстернальная культура

Экстернальные культуры существовали и существуют в разных обществах.

Экстернальные культуры аккумулируют определенные нормы и символику. Если основная культура — это те нормы и символы, которые задают основной принцип упорядочения данного общества, то в экстернальные стекается все, что осталось вне основного мира — самоописания общества.

Существует баланс двух подсистем общества: контркультура немыслима и не существует без официального общества. Они взаимодополнительны и связаны. Это одно целое. Для такого рода выпавших культур можно предложить термин «экстернальные» (от лат. «externus"-чужой). Сообщества типа «Системы» действительно отчуждены от общества, хотя и неотделимы от него.

Сфера экстернальной культуры включает, собственно, множество разных субкультур: например криминальную, богемную, наркомафию, и.т.д. Они экстернальны в той мере, в какой их внутренние ценности противопоставлены так называемым «общепринятым». Их объединяет то, что все они — локальные коммуникативные системы, расположенные вне рамок основной сети (той, что определяет государственное устройство).

Если представить общество в целом как иерархию взаимосвязанных позиций (статусов), то «Система» окажется между позиций, то есть вне общества. Не случайно общественным мнением и научной традицией она относится к сфере андеграунда (от англ. «undeground» — подполье), контр-культуры, или в отечественном лексиконе было популярно еще словечко «неформалы». Все эти определения указывают на внеположенность, для которой характерны приставки «контр-», «под-»,"не-". Ясно, что речь идет о чем-то противостоящем («контр-»), не видимом и скрытном (под-), неоформленном. Эта локализация вне структур общества вполне согласуется и с собственно «Системным» мировосприятием.

Необходимо дать характеристику «Системы», хотя бы самую общую, что бы можно было представить, о чем идет речь. Но сделать это оказывается непросто. Привычных черт сообщества здесь, кажется, нет. Сама «Система» категорически отвергает попытки свести ее к какой-либо социальной схеме.

Типичный пример ее самоопределения — отрывок из статьи А. Мадисона — очень старого (олдового) хиппи из Талина:

«Движение, а его несравненно правильней было бы назвать сдвигом, не выставило ни громоздких лидеров, облаченных в пуленепробиваемую харизму, не породило организаций, объявивших священную войну всем и уж, конечно, в особенности друг другу за право курировать нетленные мощи ортодоксии, наконец, не подвело под эту несуществующую ортодоксию никакой специальной хипповской философии, идеологии или религии. Вместо идеологии с самого начала были заземлены идеалы, формирующиеся достаточно просто — мир и любовь».

Действительно, «Систему» нельзя определить ни как организацию или партию, ни как общину или политическое (идейное, религиозное) движение.

Вне общества

Существует способ определения сообщества через его место в социальной структуре. Что касается «Системы», то ее типичный представитель находится в промежутке между позициями социальной структуры.

В «Системе» к кому не подойди, «промежуточный» считает себя художником, среди друзей известен как художник, а работает в котельной кочегаром; поэт (дворник), философ (бродяга без определенного места жительства). Здесь таких большинство. Статус в собственных глазах не совпадает со статусом в глазах общества. Принимаемые нормы и ценности иные, нежели предписанные обществом. Система, объединяющая таких людей, оказывается в результате сообществом, находящимся в промежутках социальной структуры, вне ее. Процитируем еще раз упоминавшегося уже Мадисона, раз уж он сам взял на себя роль хипповского историографа и теоретика: «Хиппизм, заявляет он, не вступает во взаимоотношения с конституцией, его неуправляемые владения начинаются там, где нет и в помине границ государственных. Эти владения повсюду, где горит огонь творящей независимости».

Все без исключения неформалы настаивают на своей непринадлежности к обществу, или иначе — независимости. Это — важная черта «Системного» самосознания. В. Тернер, говоря об общинах западных хиппи, отнес их к «лиминальным сообществам», то есть возникающим и существующим в промежуточных областях социальных структур (от лат. «лимен» — порог). Здесь собираются «лиминальные» личности, лица с неопределенным статусом, находящиеся в процессе перехода или выпавшие из общества.

Откуда же и почему появляются «выпавшие» люди? Здесь два направления. Первое: в этом выпавшем, неопределенном, «подвешенном» состоянии человек оказывается в период перехода с позиции одной на позицию другой социальной структуры. Потом он, как правило, находит свое постоянное место, обретает постоянный статус, входит в социум и покидает сферу контркультуры. Такие рассуждения заложены в основе концепций В. Тернера, Т. Парсонса, Л. Фойера.

По Парсону, например, причина протеста молодежи и ее противостояния миру взрослых — «нетерпение» занять места отцов в социальной структуре. А они некоторое время еще остаются заняты. Но дело кончается втиранием нового поколения в ту же структуру и, следовательно, ее воспроизводством. Второе направление объясняет появление выпавших людей сдвигами в самом обществе. У М. Мид это выглядит так: «Молодежь приходит, взрослея, уже не в тот мир, к которому ее готовили в процессе социализации. Опыт старших не годится. Молодых готовили к занятию одних позиций в социальной структуре, а структура уже другая, тех позиций в ней нет».

Новое поколение ступает в пустоту. Не они выходят из имеющейся социальной структуры (как у Парсона или Тернера), а сама структура ускользает из-под их ног. Здесь и начинается бурный рост молодежных сообществ отталкивающих от себя мир взрослых, их ненужный опыт. И результат пребывания в лоне контркультуры здесь уже другой: не встраивание в прежнюю структуру, а строительство новой. В ценностной сфере смена культурной парадигмы: ценности контркультуры «всплывают» и ложатся в основу организации «большого» общества. А прежние ценности опускаются в подземный мир контркультур. На самом деле эти два направления не отвергают друг друга, а дополняют. Речь идет просто о разных периодах в жизни общества, или его разных состояниях. В стабильные периоды и в традиционных обществах (изучавшихся Тернером) выпавшие люди — это действительно те, кто в данный момент, но временно, находится в процессе перехода. В конце концов, они входят в общество, там устраиваются, обретают статус.

В периоды перемен выпавшими становятся в той или иной мере значительные прослойки. Иногда это задевает чуть ли не каждого. Не все уходят в хиппи, но многие проходят через контркультурное состояние (попадают в зону действий контркультуры).

Ни одна «Система» не может охватить все без остатка. Неизбежно что-то из нее выпадает. Это остатки прежних мифов, ростки нового, информация, проникающая от чужих и не вписывающаяся в основной мир. Все это оседает в сфере экстернальной культуры.

Неопределенность и самоорганизация: и так, «Система» — пример сообщества, куда стекаются выпавшие из социальной структуры. Эти люди не имеют определенного положения, прочной позиции — их статус неопределен. Состояние неопределенности играет особую роль в процессах самоорганизации.

Сфера неопределенности — те социальные пустоты, где мы можем наблюдать процессы зарождения структур сообществ, превращение бесструктурного состояния в структурное, т. е. самоорганизации.

Множество людей, предоставленных самим себе, взаимодействуя, формируют схожие коммуникативные структуры. Л. Самойлов, профессиональный археолог, волею судеб оказался в исправительно-трудовом лагере. Он заметил, что в среде заключенных складываются неофициальные сообщества со своей иерархией и символикой. Самойлова поразило их сходство с первобытными обществами, иногда вплоть до мелочей:

«Я увидел — пишет он, и опознал в лагерной жизни целый ряд экзотических явлений, которые до того много лет изучал профессионально по литературе, явлений, характеризующих первобытное общество»!

Для первобытного общества характерны обряды инициаций — посвящения подростков в ранг взрослых, обряды, состоящие из жестоких испытаний.

У уголовников это «прописка». Для первобытного общества характерны различные «табу». Абсолютное соответствие этому находим в лагерных нормах определяющих, что «западло»… Но главное сходство — структурное:

Схожая структура известна в армейских подразделениях под названием «дедовщина». То же и в молодежной среде больших городов. Например, когда в Ленинграде появились металлисты, у них сложилась трехслойная иерархия: четко выраженная элита во главе с общепризнанным лидером по кличке «Монах», основная масса металлистов, группировавшихся вокруг элиты, и наконец — случайные посетители, забредавшие в то кафе, где они собирались, послушать «металлическую» музыку. Эти последние не считались настоящими металлистами, оставаясь в статусе «гопников», то есть ни в чем не разбирающихся, чужих. Именно «исключенные» сообщества демонстрируют закономерности самоорганизации в наиболее чистом виде. Здесь минимум внешних влияний, от которых исключенное сообщество отгорожено коммуникативным барьером. В обычном же коллективе трудно выделить те процессы, которые идут в самом сообществе спонтанно, то есть относятся собственно к самоорганизации.

1.2 Поле символики

Символ

А. м. греч. сокращенье, перечень, полная власть символ правосудия. Кулак символ самовластия. Треугольник символ св. Троицы.

Б. (от греческого symbolon — знак, опознавательная примета),

1) в науке (логике, математике и др.) то же, что знак.

2) В искусстве характеристика художественного образа с точки зрения его осмысленности, выражения им некой художественной идеи. В отличие от аллегории, смысл символа неотделим от его образной структуры и отличается неисчерпаемой многозначностью своего содержания.

В. Греч. слово to sumbolon (sun — с, boloV — бросание, метание; sumballein — совместно нескольким лицам бросать что-либо, напр. рыбакам сети при ловле рыбы) позже стало означать у греков всякий вещественный знак, имевший условное тайное значение для известной группы лиц, напр. для поклонников Цереры, Цибелы, Митры. Тот или иной знак (sumbolon) служил также отличием корпораций, цехов, разных партий- государственных, общественных или религиозных. Слово «С.» в житейской речи заменило более древнее слово shma (знак, знамя, цель, небесное знамение). Еще позже в Греции sumbolon называли то, что на Западе наз. lagritio — номер или билет на получение бесплатно или по уменьшенной цене хлеба из казенных складов или от щедрых богачей, а также перстни.

Существует еще другой способ определения (или представления) сообщества, кроме как через его локализацию в социальной структуре: через символику. Именно так обычно происходит на уровне обыденного сознания или журналистской практики. Пытаясь выяснить, кто такие «хиппи» (или панки и проч.), мы прежде всего описываем их знаки.

А. Петров в статье «Пришельцы» в «Учительской газете» изображает тусовку волосатых:

«Лохматые, в залатанной и сильно потертой одежде, иногда босые, с холщовыми торбами и рюкзаками, расшитыми цветами и исписанными антивоенными лозунгами, с гитарами и флейтами парни и девушки прохаживаются по скверу, сидят на скамейках, на лапах бронзовых львов, поддерживающих фонари, прямо на траве. Оживленно беседуют, поют в одиночку и хором, закусывают, покуривают»…

Автор передает как бы непосредственное впечатление, просто указывая на явление: «вот оно». Указание здесь — способ введения понятия (вместо аналитического определения).

Если присмотреться, то оказывается, что это «непосредственное впечатление» на самом деле целенаправленно вычленяет из наблюдаемой реальности символику тусовочного общества. Практически все, что упоминает А. Петров, служит у волосатых опознавательными знаками «своих». Здесь символика внешности: лохматая прическа, потертая одежда, самодельные сумки и.т.п. Затем графическая символика: вышитые цветы (след Цветочной революции, породившей первых хиппи), антивоенные лозунги, типа:" Любите, а не воюйте"! — знак важнейшей ценности этой среды — пацифизма, ненасилия.

Поведение, описанное в приведенном пассаже: неторопливые прогулки, свободное музицирование, вообще преувеличенная непринужденность — то же знак. Это все форма, а не содержание общения. То есть первыми в глаза бросаются знаки принадлежности к сообществу. И именно их описывают, желая это сообщество представить. И действительно, наличие особой символики, расцениваемой как «своя», есть уже безусловный знак существования коммуникативного поля, некоего социального образования.

А. Коэн, например, вообще определяет сообщество, как поле символики: «Реальность сообщества в восприятии людей, — пишет он, — заключается в их принадлежности… к общему полю символов». И далее: «Восприятие и понимание людьми их сообщества… сводится к ориентации по отношению к его символизму». Наличие своей символики создает возможность образования общности, поскольку обеспечивает средство коммуникации. Символ — оболочка, в которую упаковывается «своя» информация. В таком виде она отличима от чужой, а следовательно, возникает разница в плотности коммуникативных связей внутри той сферы, где действует символ и вне ее. Это и есть сгущение контактов, на базе которого формируются социальные структуры.

Насколько это справедливо для Системы? Сложилось ли на базе ее символики социальное образование? Как уже говорилось, Систему нельзя назвать в полном смысле группировкой: в ее недрах постоянно идут перегруппирования, исчезают одни объединения и формируются новые. Люди переходят из группы в группу. Это, скорее, некая среда общения. Тем не менее, Систему можно рассматривать как сообщество, поскольку присутствуют такие признаки, как общий язык (сленг и символика), сеть коммуникаций — личные связи, поверхностные знакомства (лица на тусовке примелькались так, что уже подсознательно узнаешь «своих»).

Есть общие нормы и ценности, а также модели поведения и формы взаимоотношений. Присутствует и Системное самосознание, которое выражается, в частности, в самоназваниях. Их есть несколько. «Системными» или «системщиками» ее представители называют себя редко, да и то с иронией. Чаще всего — «пипл» (от англ. «people» — люди, народ). Иногда просто люди:

«Мне один человек вчера сказал… «, — понимать надо так, что именно Системный сказал.

Сленг и символика составляют основу внутренней коммуникативной среды Системы, отделяя ее от внешнего мира. При этом символика системы чрезвычайно эклетична, в ее фонде можно встретить символы, пришедшие из разных религиозных групп (например, от кришнаитов или баптистов), молодежных и рок течений (атрибуты панк-рока или тяжелого метала), а также различных общественно-политических движений: пацифизма, анархизма, коммунизма и проч.

Система обладает особенностью впитывать чужую символику и, перекодируя, включать в свой фонд. Надо различать носителей одной и той же символики, принадлежащих к Системе и не принадлежащих к ней. Например, есть панки в Системе, тусующиеся вместе с хиппи, и панковские группировки вне ее. Точно так же есть Системные и несистемные металлисты, буддисты, битломаны и проч.

Итак, наличие общей сети коммуникаций с обслуживающим ее собственным языком, а также общего самосознания, норм и ценностей позволяет говорить о Системе как о сообществе (еще не зная его структуры).

Традиция

Но особенно существенно для нас, что в рамках этого сообщества сложилась своя традиция, основная главным образом на устных механизмах передачи. Каждый два-три года в Системе сменяются «поколения» на арену выходит новая когорта молодежи. Люди меняются, а традиции Системы остаются: воспроизводятся те же основные нормы отношений и ценности, такие как «свобода», «любовь» (в кавычках, потому что этим понятиям предается особый, Системный смысл); новички осваивают сленг и используют Системные символы, так что внешне они мало чем отличаются от своих предшественников. Воспроизводятся фольклорные формы: поговорки, анекдоты, частушки, легенды, и предания. Таким образом, мы имеем здесь традицию, способную к самовоспроизводству. Существует не только система коммуникативных связей на синхронном уровне, но и диахронные каналы коммуникации. Носители традиции определяют ее возраст примерно в два десятка лет: двадцатилетие торжественно праздновалось 1 июня 1987 г. Это точка отсчета, конечно, мифологическая (считается, что первое июня 1667 года первые хиппи вышли в Москве на Пушкинской площади на улицу и призвали отказаться от насилия):

«Они, — рассказывает один из олодовых хиппи вышли, и сказали: Вот мы — представители этого движения, это будет система ценностей и система людей». Тогда возникло слово «Система». Не случайно выбрана и дата — День защиты детей: «Было, — продолжал тот же олодовый, — сказано: Живите как дети, в мире, спокойствия, не гонитесь за призрачными ценностями… Просто приход был человечеству дан, что бы могли остановиться и задуматься, куда мы идем… «Живите как дети» — это суть системного мировосприятия, и многое в ее символике связанно с образами детства. «Поколения» здесь меняются через два- три, иногда четыре года. С приходом каждого из них Системная традиция пополняется новой символикой. Каждое поколение приходит как новая волна: в начале были хиппи, они составляли ядро Системы — теперь их последователей чаще называют волосатыми или «хайрастые» (от англ. hair-волосы); пришли панки, потом металлисты, затем люберы (и др., отмеченные так же символикой уходящего Советского Союза). Каждая волна приносит свои атрибуты.

Вначале она обычно враждует с системой: первые панки терроризировали волосатых, первые металлисты волосатых и панков. Затем начинаются контакты, постепенно обнаруживается, что Система впитала символику новой волны: в ней появились свои панки, металлисты и прочие. Таким образом, представляется возможность наблюдать процесс восприятия традицией и новаций, а также другие процессы, связанные с трансляцией традиции.

В «большой» (например, племенной или общинной) традиции, где период смены поколения составляет 25−30 лет, наблюдения такого рода процессов потребовало бы времени, сопоставимого с жизнью исследователя.

В Системе же все происходит намного быстрее. Это делает Систему удобной моделью для наблюдения закономерностей общества и пополнения традиций, хотя мы отдаем себе отсчет в некоторой условности ее аналогий с привычными объектами этнографического исследования. Они сопоставимы в той мере, в какой одна коммуникативная система вообще может быть сопоставлена с другой. Так или иначе, есть общие закономерности в способах диахронной передаче информации. Обнаруживаются коммуникативные структуры, ответственные за сохранение и передачу кода сообщества; есть основания полагать, что они во многом схожи в разных средах. самодеятельный объединение неформальный экстернальный

1.3 Основные признаки неформалов

1) Неформальные коллективы не имеют официального статуса

2) Слабо выраженная внутренняя структура

3) Большинство объединений имеет слабо выраженные интересы

4) Слабые внутренние связи

5) Очень сложно выделить лидера

6) Не имеют программы деятельности

7) Действуют по инициативе небольшой группы со стороны

8) Представляют альтернативу государственным структурам

9) Очень тяжело поддаются упорядоченной классификации

2. История неформального движения. Причины возникновения

За период с 88 по 93−94 год количество неформальных объединений выросло с 8% до 38% т. е. в три раза. К неформалам можно отнести средневековых Вагантов, Скоморохов, Дворян, Первые дружинники.

1) Волна неформалитета после революционные годы. Контр культурные группировки молодежи

2) Волна 60-е годы. Период Хрущевской оттепели. Это первые симптомы разложения административно-командной системы. (Художники, Барды, Стиляги).

3) Волна. 1986 год. Существование неформальных групп было признано официально. Неформалов стали определять по различным соматическим средствам (одежда, сленг, значковая атрибутика, манеры, мораль и.т.д.), с помощью которых молодые отгораживались от взрослого сообщества, отстаивая свое право на внутреннюю жизнь.

Причины возникновения.

1) Вызов обществу, протест.

2) Вызов семье, непонимание в семье.

3) Нежелание быть как все.

4) Желание утвердится в новой среде.

5) Привлечь к себе внимание.

6) Не развитая сфера организации досуга для молодежи в стране.

7) Копирование западных структур, течений, культуры.

8) Религиозные идейные убеждения.

9) Дань моде.

10) Отсутствие цели в жизни.

11) Влияние криминальных структур, хулиганство.

12) Возрастные увлечения.

История

Неформальные объединения (вопреки распространенному мнению) не является изобретением наших дней. Они имеют богатую историю. Разумеется, современные самодеятельные формирования существенно отличаются от своих предшественников. Однако, чтобы понять природу сегодняшних неформалов, обратимся к истории их появления.

Немного истории. Различные объединения людей с общими взглядами на природу, искусство, с общим типом поведения известны с глубокой древности. Достаточно вспомнить многочисленные философские школы античности, рыцарские ордена, литературные и художественные школы средневековья, клубы нового времени и т. д. Людям всегда было свойственно стремление к объединению. «Только в коллективе, — писали К. Маркс и Ф. Энгельс, — индивид получает средства, дающие ему возможность всестороннего развития своих задатков, и, следовательно, только в коллективе возможна личная свобода».

В дореволюционной России насчитывались сотни различных обществ, клубов, ассоциаций, созданных по различным признакам на основе добровольности участия. Однако подавляющее их большинство имело замкнутый, кастовый характер. В тоже время, например, появление и существование многочисленных рабочих кружков, создававшихся по инициативе самих рабочих, ярко свидетельствовало об их стремлении удовлетворить свои социальные и культурные запросы. Уже в первые годы советской власти появились принципиально новые общественные организации, собравшие в своих рядах миллионы сторонников нового строя и ставившие целью активное участи в строительстве социалистического государства. Так, одно из конкретных форм борьбы с неграмотностью населения стало созданное по инициативе В. И. Ленина общество «Долой неграмотность». (ОДН), которое существовало с 1923 по 1936 г. В числе первых 93 членов общества были В. И. Ленин, Н. К. Крупская, А. В. Луначарский и другие видные деятели молодого советского государства. Подобные организации имелись на Украине, Грузии и в других союзных республиках.

В 1923 году появилось добровольное общество «Друг детей», которое работало под рукодством детской комиссии при ВЦИК, возглавлявшейся Ф. Э. Дзержинским. Деятельность общества, проходившее под лозунгом «Все на помощь детям!», прекратилось в начале 30-х годов, когда было в основном покончено с детской беспризорностью и бездомностью. В 1922 году была создана Международная организация помощи борцам революции (МОПР) — прообраз советского фонда мира, сформировавшегося в 1961 году.

Кроме названных в стране действовали десятки других общественных формирований: Союз обществ Красного Креста и Красного Полумесяца СССР, ОСВОД, общество «Долой преступность», Всесоюзное противоалкогольное общество, Всесоюзное общество изобретателей и другие.

В первые годы советской власти стали возникать многочисленные творческие объединения. В 1918 году были созданы Всероссийский союз рабочих писателей, Всероссийский союз писателей и Всероссийский союз поэтов. В 1919 году организовалась вольная философская ассоциация, среди членов-учредителей которой были А. Белый, А. Блок, В. Мейерхольд.

Этот процесс продолжался и в двадцатые годы. За период 1920—1925 гг. в стране возникали десятки литературных групп объединявших сотни и тысячи поэтов и писателей: «Октябрь», «Левый фронт искусства», «Перевал», «Молодая гвардия» и другие. Появилось множество футуристических группировок («Искусство коммуны», Дальневосточное «Творчество», Украинский «Асканфут»).

Выражая свое отношение к различным литературным течения и группам, ЦК РКП (б) в 1925 году подчеркивал, что «партия должна высказываться за свободное соревнование различных группировок и течений в данной области. Всякое иное решение вопроса было бы казнено — бюрократическим псевдорешением. Точно также недопустима декретом или партийным постановлением легализованное литерарно-издательское дело какой-либо группы или литературной организации».

В послереволюционный период возникли благоприятные условия и для создания ряда новых художественных объединений. Самым крупным из них явилось Ассоциация художников революционной России, в которую вошли художники-реалисты. Кроме того, тогда же сформировались Общества станковистов, Общество московских художников и другие.

Среди музыкальных организаций и групп, образовавшихся в двадцатых годах, следует прежде всего отметить Ассоциацию современной музыки, в которую входили А. Александров, Д. Шостакович, Н. Мясковский и другие. В 1923 году была организована Российская Ассоциация пролетарских музыкантов (РАПМ), в 1925 году — Производственный коллектив студентов- композиторов Московской консерватории («ПРОКОЛЛ») и ряд других. Быстрое расширение сети различных объединений в первые после революционные годы позволяло надеется на их дальнейшее бурное развитие. Однако путь, который прошли самодеятельные общественные формирования, оказался отнюдь не безоблачным. Во второй половине двадцатых годов начался процесс консолидации деятелей искусства и литературы: группы и течения начали сливаться в более крупные формирования на принципах единой политической платформы. Так, например, возникли Федерация советских писателей (1925 год) и Федерация советских художников (1927 год). Одновременно происходил процесс распада многих литературно-художественных объединений. В 1929—1931 гг. из культурной жизни общества исчезли Литературный центр конструктивистов «ЛЦК», литературные группы «Октябрь», «Перевал» и другие.

Окончательно подобные объединения прекратили свое существование после принятия постановления ЦК ВКП (б) «О перестройке литературных организаций» (апрель 1932 г). в соответствии с которым были ликвидированы группировки и созданы единые творческие союзы писателей, архитекторов, художников. Постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 10 июля 1932 года было принято «Положение о добровольных обществах и их союзах», лишившие многие общественные организации их статуса и тем самым способствовавшие их ликвидации (этот документ и по сей день является единственным в котором даны характеристики и признаки общественных организаций).

После принятия этих решений на протяжении более чем двух десятилетий новые общественные организации, не считая спортивных, в стране практически не создавались. Исключение составил лишь Советский комитет защиты мира (1949 год).

Затем наступил период так называемой «хрущевской оттепели». Так в 1956 году были созданы такие общественные организации, как Ассоциация содействия ООН в СССР, Комитет молодежных организаций СССР, Комитет советских женщин и т. д. Годы застоя были застойными и для общественных объединений. Тогда появились только три общественные организации:

Советский комитет за европейскую безопасность и сотрудничество 1971 год, Всесоюзное агентство по авторским правам 1973 год и Всесоюзное добровольное общество любителей книги 1974 год. Такова вкратце история самодеятельных общественных формирований. Она позволяет сделать некоторые выводы.

Не трудно заметить, что бурное развитие различных объединений совпадает с периодами расширения демократии. Отсюда следует принципиальный вывод о том, что уровень демократизации общества в немалой степени определяется количеством добровольных формирований, степенью активности их участников. В свою очередь отсюда следует и другой вывод: появление современных неформалов не есть результат чьей-то злой воли, оно вполне закономерно. Более того можно смело предположить, что по мере дальнейшего расширения демократии число неформальных образований и их участников будут возрастать.

Появление современных неформалов

Вначале отметим, что большинство добровольных общественных формирований перестало отражать интересы своих членов. Увеличение числа и численности общественных организаций сопровождалось ростом пассивной части рядовых членов, которые ограничивали свое участие в работе того или иного общества уплатой членских взносов. Вопросы политики обществ, порядок расходования ими денежных средств, представительство в партийных и советских органах все меньше зависили от основной массы членов обществ и все больше сосредотачивались в руках соответствующих аппаратов и послушных им правлений. Именно эти обстоятельства в немалой степени способствовали бурному развитию различных альтернативных самодеятельных формирований, члены которых, ставили перед собой задачи, созвучные целям ряда обществ, действовали более динамично, гораздо активнее, завоевывая все большую популярность у различных слоев населения.

Главным, определяющим фактором их развития, несомненно, стали процессы демократизации и гласности, которые не только пробудили к активной деятельности миллионы людей, но и поставили перед ними новые задачи. Решение этих задач в рамках прежних общественных формирований было либо затруднительно, либо просто невозможно, и, как следствие, появились новые самодеятельные объединения.

И наконец, сыграло свою роль снятие ряда неоправданных ограничений на объединения граждан. Результатом всего этого закономерно явился бурный рост числа самодеятельных общественных формирований и повышение активности их участников.

Сегодня снова, как и в первые послереволюционные годы, активная жизненная позиция миллионов советских людей стала выражаться в конкретных организационных формах, а главное стала воплощаться в их реальных делах. Об этом я и собираюсь рассказать. Но прежде познакомимся поближе с различными типами неформальных объединений.

В начале скажем несколько слов о главном объекте нашего внимания- о современных неформальных объединениях, т. е. добровольных самодеятельных формированиях, возникших по инициативе «снизу» и выражающих самые разнообразные интересы входящих в них людей. Они весьма неоднородны и отличаются друг от друга социальной и политической направленностью, организационной структурой, масштабами деятельности.

Что бы дать какую-то более или менее упорядоченную картину таких формирований, можно разделить их на политизированные и не политеризированные. Одни из них действительно не имеют политической направленности. У других она едва заметна, и они лишь эпизодически, в силу каких-то определенных обстоятельств, выходят на политические вопросы, которые тем не менее не составляют основу их деятельности. Третьи же заняты непосредственно политическими проблемами.

Но и в рамках такого условного деления на не политизированные и политизированные самодеятельные общественные формирования — есть необходимость ввести необходимые разграничения. Учитывая, что характер деятельности, ее ценность для нашей страны даже у многочисленных формирований первой группы различны, мы познакомимся не только с теми, деятельность которых приносит большую или меньшую пользу людям, но и с формированиями, которые имеют явно ассоциальную направленность.

Что же касается политизированных самодеятельных общественных формирований, то большинство их стремится путем развития демократических институтов, формирования правового государства и тому подобными средствами улучшить, усовершенствовать политическую систему нашего общества, не меняя ее фундаментальных основ. Но есть среди них объединения, заведомо ставящие целью изменения существующего строя. Таким образом, во второй группе можно более или менее определенно выделить социально-прогрессивный и ассоциальные, антисоциалистические формирования.

3. Классификация «неформалов»

Непризнанные или не признающие? Такой вопрос нередко встает, когда заходит речь о весьма специфическом типе неформальных объединений — о неофициальных самодеятельных объединений, или, как иногда говорят, «неофициалах». Напомню, что к таким объединениям мы относим стихийно образующиеся компании (главным образом подростков и молодых людей). На основе общественного интереса, увлечения, вида досуговой деятельности, подражание выбранному типу поведения («фанаты», «хиппи», «панки», «рокеры», «металлисты» и т. д. Их появление в конце 70-х в начале 80-х годов в какой-то степени напоминает молодежный бунт против бюрократического механизма, действовавшего в тот период. Это был своего рода протест части молодежи против формализма в общественных организациях, неудовлетворительную организацию досуга, однако это процесс принял искаженные, зачастую социально опасные формы.

Объединения неформалов нигде не зарегистрированы, своего устава или положения не имеют. Условия членства в них неоговорены, численность группировок колеблица.

Однако неформалы существуют. Они могут успешно вписываться в процесс демократизации общества, а могут стать дестабилизирующим фактором, выступая с позиций голого критиканства и открытого противостояния правоохранительным органам и органам власти. Рассмотрим некоторые из них, с моей точки зрения типичных объединений такого рода.

3.1 Асоциальные

Асоциальные — стоят в стороне от социальных проблем, но не представляют угрозу общества. В основном выполняют рекриационные функции. Примеры: панки девиз «живем здесь, сейчас и сегодня», мажоры — это люди которые проповедуют теорию хайлайфизма «высокий уровень жизни» — это люди которые умеют зарабатывать деньги, их привлекает западный образ жизни. Среди мажоров американцы, фины; рокоббили — это поклонники рок-н-ролла — девиз «сочетание изящества со свободным поведением» рокеры, хиппи, системы.

Эти молодые люди часто привлекают внимание прохожих. Кто экстравагантной прической, кто разрисованной джинсовой курткой, кто серьгой в ухе, а порой и не одной. Они стоят около входов в популярные молодежные кафе, толпятся у входа в метро, сидят на газонах городских скверов, слоняются с отрешенным видом по улицам городов. Себя они называют «пиплами», «хайрастами» и считают себя свободными людьми, независимыми от родителей и общества. Это их «система». Взгляды «системных» на жизнь во многом помогают понять позицию неформалов в целом.

Заметим что желание пооригинальничать, которым грешат многие юноши и девушки, имеет свою историю. Многие, похоже, давно забыли, а молодежь 80-х, наверное, никогда не знало о том, что французский поэт Шарль Бодлер красил волосы в фиолетовый цвет. Однако это не мешало ему писать прекрасные стихи.

Принципиальный антиэстетизм был взят в начале 20-го века на вооружение русскими футуристами. Предлагая в своем манифесте «бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и прочих с парохода современности», В. Хлебников, В. Маяковский, Д. Бурлюк и А. Крученых сознательно бросали грубый вызов общества и господшествовавшему в то время литературному течению — символизму. В. Каменский вспоминал: «Вот они все трое появляются в переполненной, гудящей от голосов аудитории политехнического музея, садятся за стол с двадцатью стаканами горячего чая: Маяковский в цилиндре на затылке и желтой кофте, Бурлюк в сюртуке, с расписанным лицом, Каменский — с желтыми нашивками на пиджаке и нарисованном на лбу аэропланом… Аудитория шумит, орет, свистит, хлопает в ладоши — ей весело. Полиция в растерянности».

У людей старшего поколения претензии оригинальничающих молодых людей, их потуги на «новизну» вызывают усмешку.

Что же сегодня побуждает молодежь объединяться в формирования типа «системы»?

Причин немало. Нужно отметить что молодежь всегда и везде стремится к общению со сверстниками бежит от душевного одиночества, а его испытывают многие, проживая в отдельных квартирах с непонимающими их, как они считают, родителями. Для многих противопоставление себя, своего «Я» взрослым — нормальное явление. Протест который они выражают, может быть пассивным, через внешнее, скорее показное демонстративное отрицание существующего порядка, отказ от соблюдения принятых в обществе правил. Именно это исповедует «система». Есть и агрессивные формы протеста, выражающиеся в эпатаже, граничащим с хулиганством, а иногда переходящим в него.

3.2 Антисоциальные

Антисоциальные — ярко выраженный агрессивный характер, стремление утвердить себя за счет других, нравственная глухота.

Однако действия описанных выше групп блекнут по сравнению с «деятельностью» молодежных «банд».

«Банды» — это объединения (чаще всего подростков) по территориальному признаку. Город делится «бандами» на зоны влияния. На «своей» территории члены банды являются хозяевами, с появляющимися «чужаками» (особенно из другой банды) расправляются крайне жестоко.

В «бандах» свои законы, свои нравы. «Законом» является подчинение вожаку и выполнение поручений банды. Процветает культ силы, ценится умение драться, но, скажем, защитить «свою» девушку во многих бандах считается позором. Любовь не признается существует только партнерство со «своими девчонками».

«Травка» — наркотики — которые курят. «Прикидка» — элементарный грабеж: к модно одетому подростку (юноше или девушке) подходит группа и просит «дать поносить» на время куртку, кроссовки и т. д. можно отказать, но большинство дает поносить. Самым страшным является «счетчик», когда к одному из подростков, как правило из другой группы или просто нейтральному называют сумму денег которую он должен добыть. Для внешнего приличия можно попросить «в долг». С этого момента включается «счетчик». Каждый просроченный день увеличивает сумму долга на определенный процент. Время работы счетчика ограничено. Расправа с не снявшим «счетчик» жестока — от избиения до убийства.

Все «банды» вооружены, в том числе огнестрельным оружием. Оружие пускается в ход без долгих размышлений. «Банды» не только враждуют друг с другом, но и осуществляют террор в отношении нейтральных подростков. Последние вынуждены становиться «данниками» «банды» либо вступать в нее. В ответ на действие «банд» и для борьбы с ними «нейтральная молодежь» создает собственное неофициальное объединение: «Ганимед» в Алма-Ате, ОАД (отряд активного действия) в Ленинграде и д.р. понять молодых людей входящих в эти объединения, можно — они хотят обеспечить свою безопасность. Но, действуя по принципу «сила силу ломит», они и сами не редко преступают закон.

Мальчики со свастикой

Думаю не все знают, что среди нас есть те, кто сегодня кричит: «Хайль Гитлер!», носит свастику и для защиты своих «идеалов» использует вполне фашистские методы.

Вы ошибаетесь, если думаете, что речь идет о доживающих свой век «ветеранах» вермахта или СС. Это и не молодые недоумки, которые готовы нацепить любую побрякушку, лишь бы она была необычной и блестела. Они родились много лет спустя после так дорого доставшейся нам победы над фашизмом, они наши современники, называющие себя фашистами, действующие как фашисты и гордящиеся этим.

Узнать этих ребят в черном не так трудно: черные шинели или куртки, черные рубашки, черные брюки, черные сапоги. Одежда пошита по образцу формы офицеров «третьего рейха». У многих на лацкане куртки или пиджака, на фуражке свастика. Приветствуют друг друга возгласами «Хайль!», «Хайль Гитлер!». в качестве псевдонимов выбирают немецкие имена: Ганс, Пауль, Эльза и т. п. Себя называют «фашиками», «фашистами», «наци», «нацистами», «Национальным фронтом» и относят к последователям Адольфа Гитлера. Он — «теоретик» их движение. Некоторые знакомы с отдельными высказываниями и произведениями Ницше и Шпенглера. Для большинства же «теоретической» основой служит небогатый набор нацистских догм: существуют «высшая раса» и «недочеловеки»; большинство «недочеловеков» надо уничтожить, а остальных превратить в рабов; прав тот. Кто сильней, и т. д.

Ни свои взгляды, ни свои цели «фашики» не скрывают.

Вот так. У гестаповца «папаши Мюллера» есть достойные ученики, которые в проявлении «врожденного качества человека» — жестокости, пожалуй, превзошли своих учителей.

1.3 Просоциальные

Просоциальные неформальные клубы или объединения — это социально-положительные, приносят пользу обществу. Эти объединения приносят пользу обществу, и решают социальные проблемы культурно-защитного характера (защита памятников, памятников архитектуры, реставрация храмов, решают экологические проблемы).

Зеленые — называют себя различные, существующие почти повсеместно объединения объединения экологической направленности, активность и популярность которых неуклонно растет.

Их задачи и цели

Среди наиболее острых проблем, проблема охраны окружающей среды занимает не последнее место. За ее решение и взялись «зеленые». Экологические последствия строительных проектов, размещение и эксплуатация крупных предприятий без учета их влияния на природу и здоровье людей. Различные общественные комитеты, группы, секции развернули борьбу за удаление таких предприятий из городов или их закрытие.

Первый такой комитет по защите озера Байкал был создан в 1967 году. В него вошли представители творческой интелегенции. Во многом благодаря общественным движениям был отклонен «проект века» по переброске вод северных рек в Среднюю Азию. Активисты неформальных групп собрали сотни тысяч подписей под ходатайством об отмене этого проекта. Такое же решение было принято по поводу проектирования и строительства АЭС в Краснодарском крае.

Численность экологических неформальных объединений, как правило, невелика: от 10−15 до 70−100 человек. Неоднороден их социальные и возрастной состав. Свою малочисленность экологические группы с лихвой компенсируют активностью, которая привлекает к ним большие массы людей, выступающих в поддержку различных природоохранных инициатив.

Так же к просоциальным неформальным объединениям относятся объединения защиты памятников, памятников архитектуры, общество охраны зверей, общество охраны лесов Амазонки.

3.4 Неформалы художественной направленности

Говорят, у каждого поколения своя музыка. Ели это положение верно, то возникает вопрос: музыкой какого поколения является рок.

Рок исполнители пели о проблемах, волновавших бунтующую молодежь: о нарушении гражданских прав обездоленных, о расовых предрассудках и преследовании инакомыслящих, о необходимости социальных реформ, о расширении антивоенного движения в связи с агрессией США во Вьетнаме и о многом другом. Их слушали, их понимали, им подпевали. Одну из самых популярных песен ансамбля «ХУ» «мое поколение» подпевал весь зал. «Завтра может не наступить!» — повторяли за Дженис Джоплен американские парни, которых посылали умирать во Вьетнам. Рок — исполнители пели о том, что было близко и понятно их слушателям.

Я уже рассказывал о самодеятельных рок музыкантах, нашедших для своей деятельности те или иные организационные формы. Не меньшей популярностью у молодежи пользуются самодеятельные художники. Однако с ними дело обстоит не так уж благополучно.

Москвичи и гости столицы привыкли к выставкам-продажам картин самодеятельных художников на Арбате, в Измайловском парке. Ленинградцы имеют возможность видеть аналогичную выставку на Невском проспекте рядом с екатерининским садиком. Есть подобные выставки в других городах. Существуют они вполне официально, но позволяют решить незначительную часть проблем, стоящих перед этим видом самодеятельного творчества. А строго говоря, только одну предоставление молодым художникам возможности выставлять и продавать свои картины. Круг проблем, которые они не решают, достаточно широк. Прежде всего к ним следует отнести отсутствие единого центра, который мог бы стать для самодеятельных художников своеобразной творческой мастерской. Назрела необходимость в установлении отсутствующей до сих пор тесной связи между самодеятельными художниками и местными организациями союза художников. Такое содружество позволило бы существенно обогатить искусство самодеятельных художников, повысить их профессиональный уровень, способствовало бы выявлению более ярких талантов, дарований. Не решен вопрос с информированием общественности о деятельности самодеятельных художников, не проводится обсуждение их картин, разрабатываемых ими направлений творчества. Наконец, выставки хорошо смотрятся в летнее время, но производят крайне жалкое впечатление зимой: крыши над головой (в буквальном смысле) самодеятельные художники не имеют.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой