Особенности пути формирования и развития профессиональной европейской социальной модели в ХХ веке

Тип работы:
Курсовая
Предмет:
Социология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

Введение

Глава 1. Европейская социальная модель ХХ века: содержание и перспективы

1.1 Основные модели социальной поддержки населения в современном мире. «Американская» и «европейская» модели социальной работы: общие и отличительные черты

1.2 Содержание и перспективы германской (континентальной) модели

1.3 Содержание и перспективы английской модели

1.4 Содержание и перспективы скандинавской модели

Глава 2. Особенности пути формирования и развития профессиональной европейской социальной модели в 20 веке

2.1 Подготовка «платформы» европейской социальной модели — начало нового этапа в развитии социальной помощи в послевоенный период

2.2 «Евроскептицизм» и основания для оптимизма

2.3 Движущие силы европейской социальной модели

2.4 Перспективы использования опыта ЕСМ вне границ ЕС

Заключение

Список литературы

Введение

Европейская модель социальной работы функционирующая в большинстве стран Западной Европы (Германия, Англия, США, Австрия, Италия) по целому ряду позиций близка к скандинавской универсальной модели. Система социального обеспечения и социальной работы является неотъемлемой частью любого современного общества. Точнее, ее можно было бы назвать даже критерием развития современного общества. Наиболее развитые страны современного мира прошли длительный путь социальных конфликтов, которые порой оборачивались подлинными катастрофами; сама социальная катастрофа революции и гражданской войны являлась единственным фактором прогресса трансформация, которую претерпели развитые страны в Новейшее время, позволила значительно снизить уровень интенсивности классового конфликта и открыла — хотя бы гипотетически — возможность ненасильственной эволюции общества. Снижение уровня классовой напряженности во многом стало возможным благодаря развитию системы социальной работы и социального обеспечения, которые наряду с общими тенденциями общественно-экономического развития способствовали нивелированию контрастов социальной стратификации.

Реалии начала ХХ века способствовали более быстрому, чем в прежнее время темпу развития системы социальной работы. Этому способствовали, как ни странно, не тенденции мирного и эволюционного развития капиталистического общества, а, наоборот, те аспекты его существования, которые свидетельствовали о тенденциях кризисных и потенциально даже катастрофических.

Во-первых, большее внимание на проблемы бедности заставляло обратить на себя набирающее силу рабочее и социалистическое революционное движение. Социальная работа, ставшая ранее особой профессией, относящейся к тому же, к довольно престижным видам деятельности, стала вызывать интерес у некоторых общественно-политических течений.

В европейском контексте социальная работа в странах Западной Европы оказалась в авангарде: с государственно регулируемым социальным обеспечением, устойчивой структурой оплаты труда, интегрированная в аппарат государственного социального управления и имеющая независимую профессиональную организацию. И не последнюю роль в этом сыграли именно катастрофические события истории начала ХХ века.

В сегодняшнем динамичном мире международное сотрудничество становится все более широким, охватывает самые различные области и обретает новые формы. Экономические и политические факторы перешагивают государственные границы, складываются крупные региональные и межгосударственные образования. Они обладают качественно новыми чертами, позволяющими вписаться в глобальный мир. Модернизирующееся общество использует различные модели своего развития, позволяющие найти свою нишу и пользоваться преимуществами этого мира. Будущее современной Европы, неотъемлемой частью которой является Россия, во многом определяется политикой и развитием Европейского Союза, мощного наднационального объединения, представляющего собой новый тип экономически и политически регулируемой структуры.

Итак, развитие в рамках интеграции позволило Европе превратиться в высокоразвитую, централизованно управляемую зону, где достигнуты социальная и экономическая стабильность, сформирован международный рынок труда, работают наднациональные институты управления. Опыт развития европейских стран показывает, что деятельность демократических институтов, а также необходимые политические изменения будут успешными лишь в том случае, если они будут сопровождаться экономически прогрессом, ощутимым благодаря повышению жизненного уровня населения, и сделают политические преобразования приемлемыми для самых широких его слоев. Привлекательность Е С связана, в первую очередь, с ощущением стабильности, которое испытывают народы, став членами этого наднационального объединения. Речь идет об экономической стабильности и о социальной защищенности. Накопленный богатый и показательный опыт движения к объединенной Европе, распространение интеграционных процессов вглубь и вширь подвели ЕС к необходимости особого внимания к социальному измерению. ЕС приступил к созданию новой концепции социального мира и строительству социального пространства. В основе такой концепции лежит менталитет и социальное поведение различных групп общества, достижение консенсуса и сбалансирование их интересов, а также урегулирование отношений человека и общества в целом. Сегодня Е С видит залог стабильного развития в создании и реализации перспективной социальной модели и проведении единой общеевропейской социальной политики, учитывающей вызовы меняющегося мира. Подводя промежуточный итог, отметим, что характерной чертой этого этапа развития социальной работы в развитых западных странах стало стремление сделать этот вид общественной деятельности делом общегосударственным. Социальная работа стала рассматриваться в качестве действенного средства преодоления кризисных ситуаций в жизни общества в целом. В тоже время, в достаточной мере эффективным ее результаты еще не были: масштабы социальных катастроф, становившиеся толчками для ее развития были слишком велики. В этот момент еще не наступило время, когда социальное обеспечение перейдет из разряда одного из средств реакции на кризис в иное качество — станет частью слаженной системы социальной политики, направленной на то, чтобы сделать такого рода кризисы и катастрофы принципиально невозможными.

Цель исследования:

Определить основные предпосылки и особенности пути формирования и развития профессиональной европейской социальной модели в 20 веке.

Задачи исследования:

1. Реконструировать событийную канву становления социальной работы в связи с развитием социальной политики, общественно-политических и экономических процессов;

2. Выявить ключевые моменты в сегодняшнем функционировании системы социальной работы в Европе и установить характеристику взаимоотношений с историческими предпосылками;

3. Проанализировать теоретические концепции социальной работы.

Объект исследования:

Европейская модель социальной работы в 20 веке и процесс становления социальной работы в зарубежных странах.

Предмет исследования:

Предметом исследования в свете этого выступают социальные процессы, оказавшие влияние на становление европейской модели социальной работы

Методы исследования:

— Теоретический метод (выделение и рассмотрение отдельных сторон, признаков, особенностей, теоретический анализ).

В первой главе раскрывается общее содержание европейской социальной модели, дается характеристика содержанию и перспективе основным европейским социальным моделям, а также проводится сравнительная характеристика между «Американской» и «Европейской» моделью социальной работы.

Во второй главе дается содержательная информация о пути формирования и развития профессиональной европейской социальной модели в 20 веке также говорится о подготовки «платформы» европейской социальной модели, особое внимание уделяется перспективе использования опыта ЕСМ вне границ ЕС и уделяется внимание движущим силам европейской социальной модели.

Глава 1. Европейская социальная модель ХХ века: содержание и перспективы

В ведущих странах Европы сложились эффективные и надежные национальные системы социальной защиты, которые явились результатом как борьбы левых сил и профсоюзов, так и целенаправленных действий правительств. Немаловажную роль сыграла международная обстановка, когда каждая из сложившихся на континенте политических систем стремилась доказать свою жизнеспособность и социальную привлекательность. Европейская социальная модель, предложенная Западом, должна была еще раз продемонстрировать преимущества капитализма над социализмом. Таким образом, Европейская социальная модель явилась одновременно плодом завоеваний массовых организаций трудящихся и превентивной политики предпринимателей и государств. Большинство населения воспользовалось социальными достижениями, предусмотренными Европейской социальной моделью. На западе континента удалось создать многочисленный средний класс, к которому причисляют себя сегодня две трети граждан Сообщества. Пошедшие на определенные уступки правящие круги старались представить достаточно высокий уровень жизни населения как неотъемлемую характеристику «цивилизованного капитализма». Это был их продуманный стратегический выбор. Последовательность такого курса привела к несомненному положительному результату. По сути, приступая к строительству интегрированного Сообщества, государства Западной Европы взяли на себя обязательство не только обеспечить безопасность своих граждан, что было главным мотивом после Второй мировой войны, достичь равновесия между экономическим ростом и социальной справедливостью, но и продемонстрировали намерение сохранять традиционные европейские ценности укреплять европейскую идентичность [15; с. 34].

Исторические и культурные традиции европейских государств, их экономические достижения сделали возможной разработку Европейской социальной модели в ее теперешнем виде. Именно ей надлежало обеспечить эффективное функционирование экономики и справедливость в распределении общественного богатства. И сегодня Европа продолжает следовать по этому пути, приступив вслед за успешной экономической интеграцией к интеграции социальной. Конечно, Европейская социальная модель пока несовершенна. Она нуждается в дальнейшей разработке и реформировании. Однако, основные принципы, на которые она опирается, и цели, к которым стремится, имеют несомненную ценность для любой страны, стремящейся к экономическому росту и социальному прогрессу. Может ли быть полезен нам европейский опыт и приемлема ли Европейская социальная модель для российского общества? Принципы, на которых она основана, объективно неоспоримы. Она на деле доказала свою жизнеспособность и притягательность. Однако закладывалась и развивалась она в условиях, которых в России нет. Нам еще предстоит дотягиваться до исходного экономического уровня, с которого стартовала Европейская социальная модель. Более того, далеко не все идеи, заключенные в ЕСМ, могут быть у нас использованы. Говорить просто об «экспорте» ЕСМ не приходится. Россия имеет возможность извлекать уроки из европейского опыта. Так достижение нового социального контракта между государством, бизнес-сообществом и гражданским обществом — задача, зафиксированная в Европейской социальной модели, актуальна и для нас. Конечно, каждая страна имеет свои особенности развития, традиции, свои национальные интересы. Но все живут по объективным историческим законам и в условиях глобализации оказываются перед необходимостью решать сходные проблемы, связанные с обеспечением интересов человека, охраной его достоинства, условиями жизни и труда, социальной защитой. В целом же можно делать вывод о том, что Европейская социальная модель предлагает социальную архитектуру современного общества и варианты его развития, пожалуй, наиболее отвечающие вызовам XXI века [15; c. 112].

1.1 Основные модели социальной поддержки населения в современном мире. «Американская» и «европейская» модели социальной работы: общие и отличительные черты

Системы государственной социальной поддержки в каждой стране складывались с учетом исторических условий и, несмотря на схожесть и однотипность решаемых задач, имеют различия в подходах, методах и организационном оформлении. В Европе и США во второй половине ХХ века возникают во многом схожие модели социальной работы. Главная черта, роднящая эти модели — их общая экономическая основа в виде системы социального страхования. Различия между моделями, принятыми в Европе и в США имеют как правило региональный характер или обусловлены некоторыми особенностями исторического опыта того или иного государства.

Модель социальной работы, функционирующая современных Соединенных Штатах Америки, вместе европейской относится к одному, западноатлантическому, виду социальной защиты. Их характеризует преобладание либеральной направленности в социальной политике. Однако, в отличие от европейской, американская модель не предполагает столь активного влияния государства на социальную сферу и соответствующего участия в социальной защите. Кроме того, приоритетное место в организации социальной работы здесь отводится не муниципалитетам, а благотворительным и некоммерческим (ассоциативным) организациям. Все это позволяет определять американскую систему социальной защиты как либерально-ассоциативную [13; c. 56].

Американской модели социальной работы свойственна система признаков. К числу важнейших из них следует отнести:

— наличие сильного либерального компонента в социальной политике;

— преобладающее значение ассоциативных организаций в сфере социальной помощи и поддержки при финансовой поддержке со стороны государственных структур;

— важная роль страховых механизмов социальной защиты;

— децентрализация системы социальной работы.

Сильная либеральная составляющая американской социальной политики проявляется в коммерциализации сферы социального обслуживания, наличии значительного частного рынка страхования, в действиях, ограничивающих помощь государства на рынке труда (рестриктивная политика), в меньшем охвате населения социальными гарантиями и пособиями, чем в странах Западной Европы. В США большое число частных агентств задействовано в социальной работе и широко распространена практика платных социальных услуг. Более того, на принципах коммерциализации здесь строится деятельность очень многих социальных учреждений. По данным ряда исследователей 80% американских домов для нетрудоспособных приносят прибыль концернам, которые ими владеют. В зависимости от величины выплаты в частных пансионатах для инвалидов и престарелых предоставляются услуги различного уровня. Состоятельные клиенты проживают в роскошных условиях с многочисленным обслуживающим персоналом, а малообеспеченные лица получают минимум услуг, живя с несколькими жильцами в одной комнате. В США возрастает число социальных услуг, которые становятся платными. Наряду с социальными учреждениями, обслуживающими нетрудоспособных, на платной основе действуют службы, помогающие детям в получении образования, в их реабилитации после насилия и других случаях. Такие службы работают также с молодежью, склонной к наркомании, помогают в решении семейных конфликтов. Коммерциализация социальной работы не только инициируется, но и поддерживается государственными органами США. Для стимулирования деятельности частных учреждений и социальных агентств федеральное правительство периодически предоставляет целевые субсидии, реализуемые на уровне штатов в виде конкретных социальных программ. Государственные органы сохраняют за собой право выдачи лицензий частным социальным службам и контролируют соответствие уровня их услуг нормативным требованиям [13; c. 60].

Широкое развитие в США получила и система личных пенсионных счетов. Размеры ежегодных взносов здесь ограничены верхним пределом в 2 тысячи долларов. Средства со счета нельзя снять до достижения 59,5 лет, а после достижения 79,5 лет счет закрывается в обязательном порядке. За 11 лет с середины 1980-х по середину 1990-х годов накопления на этих счетах выросли с 200 до 1347 миллиардов долларов, что также способствовало значительному росту инвестиций в экономику страны. Благодаря участию в частных пенсионных системах многие американцы обеспечивают себя не одной государственной, а двумя дополнительными пенсиями (частной по месту работы и частной индивидуальной путем открытия личного пенсионного счета), что позволяет им уверенно смотреть в будущее.

Курс на коммерциализацию сферы социальных услуг, развитие самообеспечения дополняется в сфере занятости жесткой рестриктивной политикой на рынке труда. Она проявляется в крайне малом сроке выплаты пособий по безработице (6 месяцев), относительно небольшом размере самого пособия, дифференцированного по разным штатам. Кроме того, около четверти американских рабочих вообще не были охвачены страхованием по безработице. В случае закрытия предприятия им приходилось обращаться за поддержкой в государственные органы вспомоществования, призванные оказывать хотя бы минимальную социальную помощь. Ограничивая размеры бюджетного финансирования, направляемого на решение проблем трудоустройства, государственные структуры США стимулируют участие в этом деле частных корпораций. Они, получая от государства налоговые и иные льготы для трудоустройства социально уязвимых групп населения, расширяют найм на работу лиц с ограниченной трудоспособностью, трудоустраивают длительно незанятых, внедряют гибкие графики работы, расширяют программы подготовки и переподготовки персонала и другие. Однако далеко не всегда такая политика стимулирования частных компаний компенсирует снижение участия самого государства в организации и финансировании деятельности в сфере занятости. Рестриктивные меры оборачиваются обострением некоторых проблем на рынке труда. Так, в течение довольно длительного времени в США не удается существенно снизить уровень молодежной безработицы. В конце 90-х годах он составлял 16−17%, а среди чернокожих американцев 16−19 лет — 32% при общем уровне безработицы по стране в 5−6%. Серьезной проблемой остается трудоустройство отдельных категорий инвалидов. Сегодня в мире лишь США имеют такую разветвленную сеть ассоциативных организаций, охватывающих столь большое число людей. Различные объединения добровольческих групп, клубов, общинных коллективов, благотворительных структур составляют некоммерческий сектор смешанной и многоукладной экономики этой страны. В реальной жизни он активно взаимодействует с рыночным и государственным секторами, что проявляется в государственном финансировании специальных программ, в помощи ассоциациям многих ведущих американских компаний. Интересно, что в 1990-е — начале 2000-х годах в общем объеме помощи со стороны компаний значительное место занял добровольческий труд их служащих, используемый преимущественно на тех территориях (в общинах), где фирмы размещают свое производство. Соотношение денежных пожертвований и добровольческих услуг, оказываемых работникам [2; c. 110].

В 1980-е годы такое соотношение выражалось в цифрах 80 к 20'. В некоммерческий сектор в той или иной степени вовлечено около 100 миллионов американцев, в том числе свыше 8 миллионов — оплачиваемые работники. По данным российского ученого А. А. Шлихтера, специально исследовавшего эту проблему, число некоммерческих организаций всех типов составляло в США на рубеже ХХ — XXI веков более 1,5 миллионов, из которых 22 тысяч — общенациональные структуры. В указанном секторе функционирует в настоящее время более 60% общего числа агентств социального обслуживания, действующих в стране. Следовательно, именно здесь сосредоточено очень много социальных работников. На профессиональном уровне они оказывают помощь и в медицинских учреждениях, большинство которых входит в тот же некоммерческий сектор (более 70% больниц общего профиля).

Отличительной чертой американской модели социальной работы является децентрализация системы социальной помощи. А это значит, что реальная организационная деятельность по обеспечению социальных федеральных программ осуществляется непосредственно на уровне штатов и муниципалитетов. Именно здесь, во взаимодействии с органами общественного самоуправления, проводят основную работу и многочисленные ассоциативные организации. Власти штатов, например, осуществляют доплату к федеральной пенсии по старости, а местные самоуправления устанавливают скидки на проезд в городском транспорте для пожилых и инвалидов, которые, как правило, составляют 50% стоимости билета. Процесс децентрализации американской системы социальной поддержки предполагает осуществление ряда социальных программ на основе паритетного принципа их финансирования федеральным центром, органами власти штатов и муниципальными органами самоуправления.

Так, действующая модель социальной защищенности населения в США является очень гибкой, хотя и весьма сложной. Ее особенность, бросающаяся в глаза с первого взгляда и отличие от большинства европейских моделей — децентрализация [13; c. 64]. Система социального обеспечения состоит из разного рода социальных программ, регламентированных либо федеральным законодательством, либо законодательством штата, либо федеральными государственными органами и органами управления штата. Государственная система социального обеспечения базируется на двух основных формах: социальном страховании и государственном вспомоществовании, которые различаются друг от друга по источникам финансирования. Выплаты социального страхования производятся из страховых фондов, образуемых за счет налогов на социальное страхование, которые взимаются и с трудящихся, и с предпринимателями. Государственное вспомоществование осуществляется за счет ассигнований из средств государственного бюджета. В 1935 был принят «Закон о социальном страховании» с этого времени началась выплата пенсии по старости, пособия по безработице. Социальное законодательство европейских стран отличается от американского более высокой степенью участия государства в определении направлений, планировании, финансировании и проведении в жизнь социальной политики. При этом следует подчеркнуть значительную роль в предоставлении социальных услуг местных органов самоуправления, и, наконец, больший охват населения различными социальными услугами и видами помощи [19; c. 66].

Европейская модель социальной защиты в послевоенные годы и вплоть до наших дней базируется на теории государства всеобщего благосостояния. В ее основе лежит концепция «естественных прав» человека. К этому времени европейские страны накопили достаточный экономический потенциал, чтобы обеспечить прожиточный минимум населения. Государство, в соответствии с кейнсианской моделью активного вмешательства в экономику, проводит интервенцию и в социальной сфере, базируясь на идеях государства всеобщего благосостояния. Основные постулаты данной теории: создать примерно одинаковые стартовые возможности для реализации жизненных планов, обеспечить достойный уровень жизни, стремиться к нарастанию социального равенства и справедливости, Государство всеобщего благосостояния формирует развитую систему социальной помощи всем гражданам, обеспечивает доступность медицинских, образовательных, психологических, юридических и других жизненно важных услуг. Представляется, что это различие имеет внешний по отношению к социальной работе характер. Дело здесь не столько в различии принципов социальной работы, сколько в различных традициях конструирования государственной власти. США с самого начала были государством федеративным. Большая же часть европейских стран — государства унитарные. «Децентрализация» в США и «централизация» в Старом Свете противоположны друг другу лишь в очень относительном смысле. Тенденция к переходу все большего и большего количества функций социального обеспечения к представителям властей — факт характерный для всех развитых стран; другое дело, что организация этой власти может быть различной. Смысл происходящего в том, что социальная работа становится в глазах идеологов и правителей делом общегосударственной важности, которое нельзя отдать на откуп одной лишь благотворительности. Более фундаментально другое различие — в европейских странах повсеместно основой социального обеспечения является концепция государства всеобщего благосостояния.

1.2 Содержание и перспективы германской (континентальной) модели

Корпоративная модель социальной работы, функционирующая в большинстве стран континентальной Западной Европы (в Германии, Австрии, Франции, Италии и других государствах), по целому ряду позиций близка к скандинавской универсальной модели. Это, прежде всего, проявляется в такой общей особенности, как важная роль государства, его структур в организации и осуществлении социальной помощи. Однако между данными моделями имеются и различия, главное из которых заключается в разной степени значимости корпоративно-страховых выплат в социальном обеспечении. Корпоративная модель социальной защиты отличается от универсальной тем, что в условиях ее функционирования средства социальных фондов не подкрепляются широкомасштабным государственным субсидированием за счет налоговых поступлений. Они формируются преимущественно из страховых взносов трудящихся и предпринимателей, что сокращает финансовую базу для социальной защиты населения и, соответственно, уровень социальных пособий. Следовательно, важнейшую роль в корпоративной модели социальной защиты играет страховой принцип. Характерные признаки западноевропейской государственно-корпоративной модели социальной работы имеют системный характер. К их числу можно отнести:

— определяющее значение корпоративно-страхового механизма в сфере социальной защиты;

— наличие действенной системы государственной помощи и социальных гарантий;

— сочетание принципов централизации и децентрализации в оказании социальной поддержки;

— вспомогательную роль общественных и благотворительных (ассоциативных) организаций, частных агентств в оказании социальной помощи.

Важнейшее значение страхового механизма в корпоративной модели социальной защиты можно проследить на примерах пенсионного и медицинского обеспечения, функционирования системы страхования по безработице. Пенсионное обеспечение в Германии, Австралии, Франции, Италии, Греции и в большинстве других стран континентальной Западной Европы формировалось исторически на основе известной модели Бисмарка, где система обязательного социального страхования строится на солидарной взаимопомощи работодателей и работников [4; c. 55]. Расходы на пенсионное страхование в Германии занимают наибольший удельный вес в структуре социального бюджета страны. Их объем составляет около 30% всего социального бюджета. В течение трудовой жизни немцы отчисляют ежемесячно в систему обязательного пенсионного страхования рабочих и служащих 10% заработка, столько же перечисляют сюда и работодатели за своих сотрудников. Подлежащий страхованию доход ограничивается верхним пределом в 4300 евро в месяц (к началу 2000-х годов он составлял 6500 марок ежемесячно), сверх которого обязательное пенсионное страхование не допускается. Определенные дотационные взносы в пенсионный страховой бюджет вносит государство. Их размер в начале 2000-х годов составлял около 20% расходов страхового бюджета. Эти дотации рассчитываются с учетом тенденций и изменений заработной платы, а также относительной и абсолютной величины взносов. Они ослабляют риск, связанный с инфляционными процессами. Для защиты от конъюнктурных колебаний и для пополнения страховых средств государство может предоставлять страховым учреждениям беспроцентные краткосрочные кредиты. Система пенсионного обеспечения в Германии состоит из трех основных уровней: обязательное пенсионное страхование, пенсионное страхование на предприятии и частное пенсионное страхование. Широкий круг застрахованных лиц охватывает обязательное пенсионное страхование, являющееся наиболее крупной частью немецкой системы пенсионного обеспечения. Обязательному пенсионному страхованию подлежат такие категории населения, как рабочие, служащие, государственные чиновники, надомные работники, фермеры. Этот уровень пенсионного обеспечения распространяется не только на трудоспособных и занятых лиц, но и на группы людей, в силу определенных причин, не имеющих полноценных трудовых отношений в обществе (инвалидов, вдов, учащихся, безработных и т. д.). Они не могут выплачивать страховые взносы, но, тем не менее, являются участниками системы пенсионного страхования за счет действующего в Германии принципа солидарного перераспределения, действующего в рамках системы пенсионного обеспечения.

Пенсия по старости по обязательному пенсионному страхованию выплачивается мужчинам по достижении 65 лет. Мужчина может выйти на пенсию и в 63 года, но в таком случае срок выплаты страховых взносов, дающий право на получение пенсии, должен составлять не менее 35 лет. Пенсия по старости для женщин предоставляется по достижении 60 лет. В ходе пенсионной реформы, проводившейся в Германии в первой половине 90-х годов, произведено повышение возрастного ценза, необходимого для получения пенсионного обеспечения по старости. Общий возраст выхода на пенсию для мужчин и женщин составляет 48% от среднего заработка. Лицо, постоянно получавшее на протяжении не менее 45 лет участия в системе пенсионного страхования заработную плату, равную средней заработной плате в Германии, при выходе на пенсию вправе получать ежемесячную выплату равную 70% от чистого заработка. Так как средний заработок мужчин и женщин в Германии заметно разнится, то отличаются и размеры среднемесячной государственной пенсии: для мужчин — это 971 евро, а для женщин — 506 евро. Следует также добавить, что, по официальной статистике, 47,5% женщин-пенсионеров и 12,1% мужчин-пенсионеров получают менее 300 евро. В отличие от обычного обязательного пенсионного страхования рабочих и служащих, пенсионное страхование лиц свободных профессий (врачей, ветеринаров, адвокатов, нотариусов, архитекторов и др.) имеет в Германии свои особенности. Пенсионным обеспечением этих лиц занимаются объединяющие их профессиональные палаты, которые имеют самостоятельные страховые кассы. Финансирование пенсионного страхования производится в обязательном порядке за счет взносов, которые устанавливаются в зависимости от категории работников. Те из лиц свободных профессий, кто работают самостоятельно, платят повышенные страховые взносы. Соответственно выше и размер их пенсионного обеспечения.

Вторым уровнем системы пенсионного обеспечения в Германии является пенсионное страхование на предприятии. Эта форма защиты в старости носит вполне определенный корпоративный характер и не является обязательной. Предприятие само решает, будет ли оно предоставлять пенсии, часто называемые «пособием от фирм», а если да, то в каком объеме. Пенсионное страхование на предприятии охватывает рабочих и служащих, заключивших коллективные или индивидуальные договоры о предоставлении им пенсии, а также — в случае их смерти — членов семей. Система оформления таких пенсий может быть оговорена в тарифном соглашении между профсоюзами и ассоциациями работодателей. Пенсионное обеспечение на предприятии реализуется в различных формах, наиболее распространенной из которых является дополнительная пенсия, формирующаяся за счет добровольных взносов самих работников. Средний размер пенсии, предоставляемой от предприятий, составляет примерно четвертую часть от пенсий по обязательному пенсионному страхованию.

Третьим уровнем социальной защиты в старости является частное пенсионное страхование. Оно дает гражданам возможность получения социального обеспечения сверх предусмотренного системой обязательного страхования, а также является альтернативной формой страхования для лиц, не подлежащих обязательному пенсионному страхованию. Как дополнительное средство пополнения пенсионного содержания, частное страхование является добровольным. В данном случае с одной из частных страховых компаний заключается индивидуальный договор о пенсионном страховании. Основанием для обращения к системе частного страхования служит и невозможность страхования в рамках системы обязательного пенсионного страхования для лиц, чей доход превышает установленный законом предел. Как уже отмечалось, к началу 2000-х годов в Германии доход, подлежащий обязательному пенсионному страхованию, ограничивался верхним пределом в 6500 марок в месяц. В отличие от обязательного пенсионного страхования, взносы в частные страховые компании существенно выше, но выше и размер таких пенсий. Трехуровневая система пенсионного страхования в Германии выстроена преимущественно на распределительном принципе пенсионного обеспечения при наличии и определенных элементов накопительного характера.

Эффективность этой системы проявилась в ходе объединения с бывшей ГДР. Однако не следует ее идеализировать. Сохраняющиеся экономические и демографические сложности, характерные, кстати, для большинства индустриально развитых стран мира, могут привести к «замораживанию» на несколько лет нынешнего размера пенсий с соответствующим снижением их процентного соотношения к уровню средней заработной платы по стране. По некоторым прогнозам, размер пенсий по обязательному страхованию может снизиться в Германии к 2040 году с 48 до 40% от среднего заработка. Вероятно, вырастут и ежемесячные отчисления работников и работодателей в систему обязательного пенсионного страхования.

Однако даже эти возможные изменения не в состоянии подорвать потенциал германской пенсионной системы, являющейся одной из эффективных в мире. Финансирование обязательного медицинского страхования лиц, занятых трудовой деятельностью, осуществляется за счет взносов, уплачиваемых поровну немецкими работодателями и самими работниками. Сумма ежемесячного взноса может значительно различаться в зависимости от возможностей той или иной больничной кассы. Соответственно разным будет и уровень предоставляемых услуг. Ведь далеко не каждая больничная касса может оплатить лечение в роскошной частной клинике. Однако неизменной остается норма: к тому, что вносит в больничную кассу работающий по найму, столько же обязан перечислить и работодатель. В зависимости от больничной кассы величина взносов в систему обязательного медицинского страхования в Германии варьировалась в начале 2000-х годов в пределах от 10,5 до 13,5% дохода застрахованного лица. Люди, не имеющие собственных заработков и получающие денежные пособия или помощь (пенсию, пособие по безработице и др.), уплачивают страховые взносы в больничные кассы в меньшем размере (6 — 8% их дохода). И такой же размер ежемесячного страхового взноса вносит пенсионный фонд, а за безработных — Федеральное ведомство по труду. Лишь в одном случае — для поддержания материнства — определенные дотационные суммы перечисляет в больничные кассы государство.

1.3 Содержание и перспективы английской модели

Данная модель характеризуется минимальным участием государства в социальной сфере. Финансовую основу реализации социальных программ составляют в первую очередь частные сбережения и частное страхование, а не средства государственного бюджета. Государство берет на себя ответственность лишь за сохранение минимальных доходов всех граждан и за благополучие наименее слабых и обездоленных слоев населения. Однако оно максимально стимулирует создание и развитие в обществе различных форм негосударственного социального страхования и социальной поддержки, а также различных средств и способов получения и повышения гражданами своих доходов. Подобная модель социального государства характерна для США, Англии и Ирландии. Социальные программы строго индивидуализированы, и большинство из них приватизированы [6; c. 96]. Вместо равенства возможностей для всех групп нуждающихся введен принцип выборочной помощи отдельным категориям населения. К ним отнесены пенсионеры, инвалиды, больные и недееспособные лица, малооплачиваемые семьи с детьми, неполные семьи. В настоящее время пособия на детей выплачиваются всем детям до 16 лет, а также малообеспеченным семьям, но только в том случае, если семья является полной. Пособие выплачивают и после 16 лет, если ребенок учится в дневном колледже.

Социальные услуги.

Обязательное образование является бесплатным. Система здравоохранения также бесплатная. Однако недостаток средств и недостаточно развитая система платных медицинских услуг приводят к необходимости реформ в этой сфере. В ближайшие годы в Великобритании предполагается разработать проект развития системы платных медицинских услуг, что предусматривает широкие возможности для пациентов в выборе врачей и больниц.

1.4 Содержание и перспективы скандинавской модели

В модели социальной политики этого типа значительную часть расходов на социальные нужды берет на себя государство, и основным каналом перераспределения является бюджет. Государство несет основную ответственность за социальное благополучие своих граждан и является основным производителем социальных услуг. Услуги (образование, здравоохранение, забота о детях и престарелых и т. п.) в большинстве случаев организовываются муниципалитетами. Данная система действует через перераспределение (например, бюджет или социально-страховые фонды), и доля социальных расходов очень высока. Эта модель в той или иной мере воплощается в политике таких стран, как Швеция, Финляндия, Дания,

Норвегия.

Швеция: шведская модель.

Термин «шведская модель» появился в конце 60-х годов в связи с приобретением Швецией статуса государства, одного из самых развитых в социально-экономическом отношении. Именно в Швеции возникли и получили развитие понятия «политика полной занятости», «солидарная система зарплат». Основными целями шведской социальной политики являются полная занятость и выравнивание доходов. Осуществление целей идет через преднамеренное перераспределение доходов, прежде всего через налоговую и трансфертную политику, для чего были созданы специальные государственные и негосударственные институты. Универсальность модели выражается во всеобщности и общедоступности социальной защиты, которая распространяется на все население. Оказываемая помощь обеспечивает социальную защиту населения на уровне нормального жизненного стандарта. Социальное обеспечение находится на высоком уровне и предусматривает выплату пособий по безработице, детские пособия и ряд других. Пособия по безработице позволяют сохранить достойный уровень жизни в случае потери работы, а сокращение расходов на выплаты по безработице достигается за счет развитой системы служб трудоустройства. Дети, независимо от доходов родителей, получают ежемесячное пособие, которое выплачивается до 18 лет. Дополнительные пособия получают семьи с тремя и более детьми. В дополнение к услугам социального обеспечения действуют негосударственные организации, выполняющие различные виды социальной работы, например, защиту прав инвалидов [4; c. 102].

Социальные услуги.

Образование в Швеции охватывает все население и обеспечивает практически полную грамотность. Бесплатным является среднее и высшее образование, а также программы переквалификации и ряд других образовательных программ. Разнообразие форм обучения взрослого населения дает возможность непрерывного образования на протяжении всей жизни. Подготовка, переподготовка и повышение квалификации кадров при общедоступности образования значительно снижают уровень безработицы и отражают политику полной занятости населения. В самом законодательстве Швеции закреплено предоставление оплачиваемого учебного отпуска. Швеция вообще тратит на образование больше ВНП, чем любая другая страна, и занимает одно из ведущих мест по уровню грамотности. Расходы на образование окупаются, так как способствуют развитию поведенческой гибкости людей, их мобильности в меняющейся ситуации на рынке труда. Здравоохранение в Швеции доступно для всех граждан посредством всеобщего социального страхования независимо от доходов и уплачиваемых налогов. На сегодняшний день социальная модель в Швеции требует серьезного пересмотра в сторону либеральных реформ. К этому обязывает членство в ЕС, которое требует согласия с его основополагающими неолиберальными принципами и стандартами социального регулирования. Возникает вопрос о слишком высоких социальных издержках в Швеции по сравнению с другими членами ЕС, где расходы на социальную защиту значительно ниже. В целом ситуацию в области социальной защиты продолжают определять принципы солидарности и социальной справедливости.

Глава 2. Особенности пути формирования и развития профессиональной европейской социальной модели в 20 веке

В ведущих странах Европы сложились эффективные и надежные национальные системы социальной защиты, которые явились результатом как борьбы левых сил и профсоюзов, так и целенаправленных действий правительств. Немаловажную роль сыграла международная обстановка, когда каждая из сложившихся на континенте политических систем стремилась доказать свою жизнеспособность и социальную привлекательность. Европейская социальная модель, предложенная Западом, должна была еще раз продемонстрировать преимущества капитализма над социализмом. Таким образом, Европейская социальная модель явилась одновременно плодом завоеваний массовых организаций трудящихся и превентивной политики предпринимателей и государств. Большинство населения воспользовалось социальными достижениями, предусмотренными Европейской социальной моделью. На западе континента удалось создать многочисленный средний класс, к которому причисляют себя сегодня две трети граждан Сообщества. Пошедшие на определенные уступки правящие круги старались представить достаточно высокий уровень жизни населения как неотъемлемую характеристику «цивилизованного капитализма». Это был их продуманный стратегический выбор. Последовательность такого курса привела к несомненному положительному результату. По сути, приступая к строительству интегрированного Сообщества, государства Западной Европы взяли на себя обязательство не только обеспечить безопасность своих граждан, что было главным мотивом после Второй мировой войны, достичь равновесия между экономическим ростом и социальной справедливостью, но и продемонстрировали намерение сохранять традиционные европейские ценности укреплять европейскую идентичность. Исторические и культурные традиции европейских государств, их экономические достижения сделали возможной разработку Европейской социальной модели в ее теперешнем виде. Именно ей надлежало обеспечить эффективное функционирование экономики и справедливость в распределении общественного богатства. И сегодня Европа продолжает следовать по этому пути, приступив вслед за успешной экономической интеграцией к интеграции социальной [12; c. 55].

Социальная история Европы развивалась неоднозначно и непросто, через взлёты и падения, тяготение к сплочению и разобщённости. Роль социальной политики выступала как очевидная и особо значимая на переломных этапах интеграционного процесса, когда необходимым условием экономического и политического сплочения становилась социальная стабилизация. Три «славных десятилетия» в жизни европейцев (1950−1980 гг.) привели к серьёзным экономическим успехам. Вместе с тем в ведущих странах сложились эффективные и надёжные национальные системы социальной защиты. Немаловажную роль сыграла в этом международная обстановка, при которой каждая из сложившихся на континенте социально-политических систем стремилась доказать свою жизнеспособность и социальную привлекательность. Модель развития общества, предложенная Западом, должна была продемонстрировать преимущество капитализма над социализмом. Пошедшие на уступки правящие круги старались представить высокий уровень жизни как неотъемлемую характеристику «цивилизованного капитализма». Стандарты быта и потребления стали своего рода его витриной. Это был продуманный стратегический выбор. Последовательность такого курса привела к положительному результату и позволила говорить о Европейской социальной модели (ЕСМ). Традиции западноевропейских государств сделали возможной разработку такой модели на основе консенсуса. Строилась она на базе капитализма, определяемого, в отличие от американского и японского, как «солидарный» или «социальный». В основу модели был положен принцип совмещения экономической эффективности и социальной солидарности. При этом ЕСМ с самого начала не рассматривалась как застывшая схема, но постоянно совершенствовалась и дополнялась, отражая изменения, происходящие в обществе. Решение о разработке основ общей социальной политики было принято в кризисные — 70-ые годы прошлого века. И это было не случайно. Она должна была стать инструментом, стимулирующим такие функции Сообщества, как регулирование, управление и поддержка процессов, которые бы способствовали эффективному раскрытию и использованию общего экономического потенциала. Как показал последовавший ход событий, целеустремлённое проведение этого курса дало положительные результаты, подтвердив адекватность принципов, лежащих в основе Европейской социальной модели. Потребность в таких принципах ощущалась ещё в первые послевоенные годы, когда во многих западноевропейских странах возникло массовое движение за восстановление экономики и установление справедливого социального порядка. Путь к этой цели оказался длительным и тернистым.

Первоначально в правящих кругах практически всех западноевропейских стран недооценивалось значение социальной базы интеграции. Трудящееся население рассматривалось не как субъект, но как объект интеграционного процесса. Источником нестабильности служили также различия в уровнях социальной защиты и социального обеспечения в разных объединявшихся государствах. Некоторые из них не желали поступаться даже малой долей суверенитета и социальных показателей, игнорируя потребность в социальной интеграции на общеевропейском уровне. Вопрос о формировании общеевропейской социальной политики, которая должна была стать самостоятельным направлением, встал со всей остротой на повестку дня в 80-ые годы прошлого века. Реализация принятых тогда решений спустя непродолжительное время ощутимо сказалась на условиях жизни массовых категорий населения. Высокие стандарты социальной защиты обеспечивали приемлемый уровень быта и потребления. Важную роль в этой реализации сыграла борьба левых политических партий и профсоюзов. Однако она не дала бы столь значительных результатов, если бы не понимание влиятельной частью правящей элиты объективной необходимости социальной политики, стремление продемонстрировать привлекательность системы западноевропейского «цивилизованного капитализма» [7; c. 88].

Таким образом, изначально одной из первостепенных задач складывающейся Европейской социальной модели было стремление убедить население в превосходстве капитализма над социализмом. И это в значительной степени удалось. Определяющие черты модели, как и основные направления основанной на ней социальной политики, были сформулированы в ряде документов. В частности, в Хартии основных социальных прав трудящихся Сообщества 1989 г., дополненной в 2000 г. Хартией основных прав Европейского Союза, в текстах договоров о Евросоюзе, в проекте его Конституции, подписанном в 2004 г. в Риме, но встретившем трудности при ратификации отдельными государствами-членами, наконец, в одобренном на саммите 2007 г. Лиссабонском договоре о реформировании ЕС — своего рода «облегченном варианте» Конституции. На протяжении последних десятилетий был принят и введён в действие набор директив, регламентов и решений руководящих институтов Союза, касающихся социальной политики. Сегодня регион Европейского Союза является одним из самых продвинутых в плане социальной защиты населения. В государствах-членах ЕС сложился многочисленный средний класс, к которому ныне причисляют себя не менее двух третей граждан. На решение социальных вопросов тратятся значительные финансовые средства. Согласно подсчётам Евростата, на социальную защиту населения в Евросоюзе расходуется до 30% внутреннего валового продукта. Отдельные страны Сообщества тратят на эти цели ещё больше. Так, соответствующие затраты Швеции составляют около 59%.

Типы социальных систем, существующие в странах Евросоюза, отличаются друг от друга по организационной структуре и формам деятельности. У каждой из них есть свои особенности, обусловленные политической ситуацией, национальными традициями, менталитетом населения, уровнем развития экономики и социальной сферы. Однако всё это не противоречит их принадлежности к Европейской социальной модели. И, не упуская из виду национальные интересы, многочисленные социальные государства вносят свой вклад в её совершенствование. В частности, повсеместно рассматривается новый подход к участию населения в социально-экономическом развитии. Акцент с благотворительности и социальной поддержки, оказываемой наиболее ущемлённым группам населения, переносится на предоставление каждому члену общества возможности, как участвовать в создании общественного богатства, так и пользоваться его плодами.

Выработка новой стратегии в области социальной политики — убедительный показатель стремления найти адекватный ответ на вызовы ХХI века. В обобщённом виде этот ответ видится в том, что ключевым вопросом постиндустриальных обществ признаётся социальная ответственность участников экономической деятельности как держателей капитала, так и непосредственных производителей материальных благ. А ответственность за обеспечение социальной безопасности и стабильности возлагается в равной степени на государство, бизнес, гражданское общество и на отдельных граждан. При этом осознание социальной ответственности всеми субъектами политики надлежит рассматривать как важнейший фактор общественного развития в ХХI веке. Глобализация, как известно, не только создаёт дополнительные стимулы развития, но и влечёт за собой серьёзные негативные последствия. Ещё в 1995 г. на Всемирной встрече на высшем уровне, состоявшейся в Копенгагене и посвящённой социальным аспектам глобализации, были рассмотрены проблемы, обусловленные воздействием глобализации на социальные измерении. Участвовавшие в ней представители 186 стран признали необходимость включения социальных стратегий в экономическое планирование, указали на важность социального развития и выразили намерение поставить заботу о человеке в центр усилий по обеспечению устойчивого развития. В принятой на встрече декларации была подчеркнута значимость социального анализа и сформулированы десять обязательств, предусматривавших содействие социальному развитию и социальной справедливости, соблюдение международных стандартов труда, мобилизацию ресурсов развития на базе социальной ответственности всех составляющих сил общества. На специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН по вопросам социального развития (Женева, 2000 г.) подчёркивалось: «Проблема, которую, несомненно, придётся решать современному поколению, заключается в обеспечении гарантий того, чтобы человеческие и социальные ценности руководили ходом экономической глобализации» [2; c. 56].

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой