Особенности расследования групповых и организованных преступлений

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ОГЛАВЛЕНИЕ

  • Введение 3
  • ГЛАВА I ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В РОССИИ 6
  • ГЛАВА II. УСТАНОВЛЕНИЕ УЧАСТНИКОВ ОРГАНИЗОВАННОГО ПРЕСТУПНОГО ФОРМИРОВАНИЯ 15
    • § 1. Использование общих закономерностей расследования преступлений, совершенных организованными преступными формированиями. 15
    • § 2. Типичные следственные ситуации, возникающие при выявлении и доказывании вины участников организованных преступных формирований. 35
  • ГЛАВА III. ОСОБЕННОСТИ ТАКТИКИ ДОПРОСА ПРИ РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОВЕРШЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМИ ФОРМИРОВАНИЯМИ 55
  • ЗАКЛЮЧЕНИЕ 80
  • СПИСОК ИСТОЧНИКОВ 81
    • Приложение 1 86

Введение

В настоящее время преступность в России, в том числе и организованная, приобрела масштабы, угрожающие безопасности общества и государства. Так, в 2001 г. выявлено более 33,5 тыс. преступлений, совершенных членами организованных преступных групп и преступных сообществ. Пресечена деятельность 16,5 тыс. лидеров и активных участников организованных групп, изобличенных в совершении 29,2 тыс. тяжких и особо тяжких преступлений См.: Основные результаты оперативно-служебной деятельности органов внутренних дел // Вестник МВД России. -- 2002. -- № 2(61). -- С. 102.

В исследованиях ученых, криминологов и криминалистов за последние годы, отмечается, что изменились характер и масштабы организованной преступности. Эта информация подтверждается статистическими данными См.: Приложение 1. Продолжается процесс укрупнения и роста уровня организованности преступных формирований, существующих продолжительное время и прекращающих свою деятельность лишь в результате разоблачения.

Важность научных изысканий по проблеме преступлений, совершенных организованными преступными формированиями, объясняется не только высоким удельным весом подобных деяний в общей структуре преступности, но и особенностями их расследования.

Изучение следственной практики выявило наличие больших трудностей при расследовании таких дел. Это связано и с тем, что для деятельности значительной части организованных преступных формирований характерен рост профессионализма. Достаточно надежная защищенность этих формирований обусловлена безопасностью среды, в которой они развиваются, внешними и внутренними мерами самозащиты, предпринимаемыми ими (конспирация, запугивание и подкуп свидетелей и потерпевших, определение линии поведения участников преступных формирований на случай задержания, подготовка ложного алиби, контрнаблюдение за деятельностью правоохранительных органов, воздействие на их представителей и т. п.).

Для успешного расследования деятельности организованных преступных формирований нужна кропотливая работа следователя по изучению механизма образования формирования, времени и масштабов его деятельности, по установлению всех членов преступного формирования и фактов совершенных им преступлений, роли каждого лица, в том числе организаторов преступлений и других соучастников, не являющихся непосредственными исполнителями конкретного преступления. Однако на практике следователи не всегда эффективно справляются с этими задачами. Органы следствия и дознания в ходе раскрытия и расследования преступлений, совершенных организованными преступными формированиями, допускают ошибки: направляют усилия только на получение доказательств совершения преступления конкретным лицом; не всегда выясняют его место в преступном формировании и причины, приведшие в него; выявляют исполнителей, непосредственно участвовавших в совершении преступления, и не устанавливают лиц, выполняющих организационно-обеспечивающие функции, и т. д. Это приводит к тому, что организаторы преступления нередко признаются пособниками или подстрекателями либо вообще уходят от ответственности и продолжают целенаправленную криминальную деятельность.

В настоящей работе рассматриваются проблемы установления участников организованного преступного формирования и тактики допроса подозреваемых, обвиняемых и иных лиц на стадии предварительного расследования.

Целью настоящей дипломной работы является исследование вопросов использования специальных методов расследования преступлений, направленных на борьбу именно с групповыми преступлениями, а также преступлениями, совершенными организованными преступными формированиями, тактике допроса в бесконфликтной и конфликтной ситуациях при раскрытии и расследовании таких преступлений, которые возможно продуктивно применять в деятельности следственных органов.

Задачи:

1. Исследование исторических аспектов возникновения организованной преступности в России.

2. Анализ общих закономерностей расследования организованных преступлений, при возникновении типичных следственных ситуаций.

3. Изучение особенностей тактики допроса при расследовании преступлений, совершенных преступными формированиями.

При написании настоящей дипломной работы были использованы труды следующих ученых-правоведов: Gilinskiy Y., Kostjukovsky Y., Гуров А., Терешенок А., Абадинский Г., Т. А. Седовой, А. А. Эксархопуло, Шурухнов Н. Г., Шурухнов Н. Г., Быков В. М., Мазунин Я. М. Белкин Р.С., Закатов А. А., Добрович А. В., Ратинов А. Р., Джекебаев У. С., Вайсберг Л. М., Лавров В. П., С. В. Дьякова, Цветков С. И., Емельянов А. С., Борисов И. Н., Гесснер Р., Херцог У., Беккариа Ч., Пинто О., Голованов В. Н., Якушин С. Ю., Селиванов Н. А., Любичев С. Г., Онучин А. П., Китаев И. И., Быков В. М., Волков В. В., Соловьев А. Б., Васильев А. Н., Глазырин Ф. В., Гаврилов А. К., и других. ГЛАВА I ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ВОЗНИКНОВЕНИЯ ОРГАНИЗОВАННОЙ ПРЕСТУПНОСТИ В РОССИИ

Наличие организованной преступности в России как проблема официально признано в 1989 году на II Съезде народных депутатов СССР. Это отнюдь не значит, что организованная преступность появилась в России в это время. Долгие годы проблема замалчивалась, что само по себе способствовало росту и развитию явления.

История организованной преступности уходит своими корнями в дореволюционную Россию. Для России взяточничество и мздоимство, злоупотребление служебным положением, нарушение закона должностными лицами — дело распространённое и даже обычное. Не упомянуть здесь об этом невозможно, так как коррупция всегда являлась важнейшим инструментом организованной преступности. Среди первых коррупционеров фигуры государственных чиновников, приближенных к высочайшим особам — Меньшиков, Юсупов, Апраксин и др.

Конечно, говорить о преступных организациях и сообществах пока не приходится, но расположение российских чиновников, властных структур, правительства к разного рода «вознаграждениям» нельзя не учитывать — это традиция.

Преступные организации известны в России с ХV-XVI вв., воровские традиции и сленг («блатная феня») — с ХVIII в. Gilinskiy Y., Kostjukovsky Y. From Thievish Artel to Criminal Corporation: The History of Organised Crime in Russia. In: C. Fijnaut, L. Paoli (Eds.) Organised Crime in Europe: Concepts, Patterns and Control Policies in European Union and Beyond. Springer, 2004. Vol. 4, pp. 181−202 Первоначальной организационной формой преступных групп была воровская артель. Это соответствовало традиционной форме трудовых объединений в России — артели. Неслучайно много веков спустя советская власть использовала название (да и некоторые организационные принципы) для трудовых объединений в различных сферах негосударственного сектора экономики: «сельскохозяйственная артель», «рыболовецкая артель», «промысловая артель».

Собственно преступный мир в дореволюционной России развивался характерными для всего мира путями. Уже к концу XVII, началу XVIII века в России складывается (пока стихийно) своеобразная корпорация бродяг. В XIX веке эти нищие, промышлявшие мелким воровством и попрошайничеством, представляют собой довольно многочисленную группу преступников.

Бродяги никогда не были самыми преуспевающими преступниками, однако, всегда пользовались уважением «коллег», а слово «бродяга» имеет дополнительное значение — друг, приятель.

Группа преступников, занимавшаяся грабежами, убийствами была наименее уважаема в преступном мире. Вообще, необходимо отметить, что жизнь человека всегда считалась даром божьим, и совершить убийство разрешалось только в самом крайнем случае (защита близких или своей жизни, достоинства).

Большие изменения произошли в преступном мире после революции 1917 г. Воровская элита была частично уничтожена, частично эмигрировала. Преступники с квалификацией попроще поддались соблазнам безнаказанных грабежей, налётов, мародерства, столь характерных для периода Гражданской войны. Основная форма организованной преступности в эти годы — банда. Банды орудовали и в городах и в сельской местности. Крупные города России захлебнулись в крови криминального террора. После 1917 г. преступные организации в России действовали в основном в виде банд, совершавших вооруженные нападения на граждан и учреждения (например, известные в свое время в Петрограде банды Леньки Пантелеева, «черная кошка» и др.). С 30-х гг. формируется криминальное сообщество «воров в законе», которое со значительными изменениями (менее строгий «воровской закон», утрата былых позиций вне пенитенциарных учреждений, «зоны» и др.) существует до сих пор. «Воры в законе» имели общую кассу — «общак», в которую отчислялся определенный процент от награбленного. Об этой уникальной форме преступной организации известно сегодня, пожалуй, не менее чем о сицилийской мафии. Гуров А. Профессиональная преступность: прошлое и настоящее. М., 1990; Гуров А. Красная мафия; Гуров А., Рябинин В. Исповедь вора в законе. М., 1995; Подлесских Г., Терешенок А. Воры в законе: бросок к власти. М., 1994; Разинкин В. С. «Воры в законе» и преступные кланы. М., 1995; Сидоров А. Великие битвы уголовного мира: История профессиональной преступности Советской России. В 2-х кн., Ростов-на-Дону, 1999; Чалидзе В. Уголовная Россия. М., 1990; и др.

В преступном мире складывается ситуация резкого соперничества «воров», «жиганов» (поднявшиеся на волне бандитизма), «бывших» (бывшие офицеры армии, «деклассированный элемент» и т. п.).

Во второй половине 30-х годов специалисты правоохранительных органов осознают опасность клана «воров в законе». Руководством начинает проводиться политика непримиримой борьбы с ними, прежде всего в местах лишения свободы. Администрацией тюрем и лагерей использовались такие способы как дискредитация — распространение ложных, порочащих авторитет вора, слухов. Власти поддерживали те категории заключенных, которые вступали в конфликт с ворами, вплоть до организации убийств. В системе управления лагерей создаются специальные тюрьмы с особо строгим режимом содержания («крытки»), впоследствии получившие название «Белые лебеди». По замыслу администрации, туда должны были свозиться «воры в законе» для перевоспитания, в том числе, путем «прессовки» (террора).

Еще большую неразбериху в преступный мир привнесла Великая Отечественная война. По «воровским понятиям» воевать с оружием в руках за государство было нельзя. Тем не менее, многие преступники пошли на нарушение этого табу при условии последующего освобождения и снятия судимости. В результате обмана со стороны властных структур или совершения новых преступлений большинство из них вновь оказались «на зоне», но «прощения» им уже не было. Появилась новая неуважаемая каста — «автоматчики». На фоне жесточайших столкновений идейных врагов в местах лишения свободы, возникли многочисленные банды «по беспределу». «Беспредел» — означает высшую степень несправедливости, неподчинения «воровским законам», произвол и т. п.

Единый институт воров распался. Многие бывшие «авторитеты» не выдержали такого прессинга, и пошли на сотрудничество с официальной властью, другие избрали этот путь, стремясь избежать репрессий. Отступники не могли получить прощения. Ситуация приняла вид крайне жесткого противостояния. Появляется новая категория «ссученных» (или «польских воров» — воры, изменившие воровскому закону). Начинается продолжительная и кровавая «сучья война». Разные авторы приводят различные временные границы этих событий. Приблизительные, сроки «сучьей войны» — послевоенные годы — середина 60-х гг. «Ссученные воры» или, попросту «суки» активно поддерживались администрацией колоний. Против воров предпринимались акции физического уничтожения, распространения ложной информации, «прессования» (напр., посадки в камеру к «ссученным») и др. Государство объявило настоящую войну клану воров.

Очень сложно сказать, кто же вышел победителем из этих войн. «Воры» старой формации были слишком консервативны в своих «понятиях», подвергались сильному прессингу со стороны государства. «Новые воры» делали большую ставку на насилие, нарушали «воровской закон». Так или иначе, «воры» к началу 70-х почти исчезли. И «возрождение» этого клана пришлось уже на 70−80 годы.

Другой стороной преступного мира были «белые воротнички» (от white collar crime, по выражению Э. Сатерленда (E. Sutherland)). С самых первых лет Советской власти экономика, как ни напрягалось народное хозяйство, не могла удовлетворить потребность граждан в товарах первой необходимости (дефицит). После смерти Сталина, на волне хрущевской «оттепели» появляются первые подпольные дельцы — «цеховики». В цехах, прежде всего системы промкооперации, наряду с легальной деятельностью нелегально изготовлялась продукция для населения — одежда, обувь и др., постоянный дефицит которой был присущ государственной экономике; позднее такие цеха или целые предприятия государственного сектора экономики все в больших масштабах производили «левую» продукцию из «сэкономленного», а точнее — похищенного сырья.

«Теневая» экономика в развитых зарубежных странах в основном занималась предоставлением товаров и услуг, запрещённых законом. В СССР же, «теневики» наряду с этими услугами, занимались производством «ширпотреба» (от полиэтиленовых пакетов до сборки автомобилей). Авторитеты уголовного мира «курировали» «цеховиков» — охраняли от грабежей и вымогательств, обеспечивали безопасность совершения сделок, просто шантажировали, заставляя делиться (деньги шли на поддержку заключенных, их семей, развитие преступного бизнеса). Название «цеховики» идет от «цехов» — подпольных предприятий (иногда довольно крупных фабрик, заводов), производивших товары народного потребления.

К концу 60-х, в начале 70-х прогремели дела — «первые ласточки», свидетельствующие о наличии хорошо отлаженной и четко функционирующей организованной преступности в СССР. Первая бандитская группировка (вооруженная автоматическим оружием) «Тяп-ляп» (Казань), первые «рэкетиры» — группировка Монгола, а с другой стороны: «Океан» (специализированный магазин в Москве), хищения лимонной кислоты и фальсификация спиртных напитков, дело Цецхладзе (фальсификация аджики), раскрытие крупных хищений и злоупотреблений в Елисеевском гастрономе в Москве, аферы и крупные хищения в строительных организациях, занимавшихся прокладкой и асфальтированием дорог в Черноземье и др. Многие уголовные дела выявили разветвленные и хорошо организованные цепочки преступных связей, уходящие в самые высокие эшелоны власти. Некоторые высокопоставленные «беловоротничковые» преступники занимали крупные посты в министерствах (вплоть до министра), правительстве.

В конце 60-х, начале 70-х годов лидеры «теневой» экономики были серьезно озабочены нарастающим «беспределом». Неорганизованные банды вымогателей, грабителей ставили под сомнение рентабельность «цехов», угрожали безопасности их функционирования. Организованным преступным сообществам «теневая» экономика приносила стабильный и существенный доход в обороте средств, «отмывке» денег, внедрении в легальную экономику. В середине 70-х годов состоялся всесоюзный съезд «воров в законе» и представителей руководящего звена «цеховиков». На этом съезде был оговорен твердый процент (10% с прибыли), подлежащий отчислению «цеховиками» в «общак» (общая касса преступных сообществ). С этого момента начался отсчет «цивилизованного» рэкета.

В 70-е — 80-е гг. идет активный процесс сращивания «цеховиков», теневой экономики и сообщества «воров в законе», а также коррумпированных властных структур (вплоть до первых секретарей ЦК коммунистических партий союзных республик, ОК и ГК КПСС) и правоохранительных органов — «зонтика» «. Горбачевская «перестройка» с ее легализацией частной собственности, частной предпринимательской деятельности позволила владельцам подпольных капиталов, а также партийно-государственной номенклатуре первыми захватить новое экономическое поле. Сплав старых «воров в законе», «теневиков», коррумпированных чиновников и новой генерации криминального мира — «бандитов» или «спортсменов» раздвоился: большая часть ушла со своими капиталами, криминальными и полукриминальными связями и нравами в легальный бизнес, меньшая часть образовала преступные организации с традиционными видами деятельности: продажа наркотиков и оружия, рэкет, контроль над игорным бизнесом и проституцией и т. п. Абадинский Г. Организованная преступность. СПб., 2002.

.

В преступном мире в начале 90-х годов произошло очередное обострение отношений. Молодые преступники («спортсмены») отказывались принять аскетический «воровской» образ жизни, не признавали авторитет преступников старой формации. В 1993 — 1995 гг. последовала серия громких убийств лидеров криминального мира по обе стороны баррикады, что дало повод говорить о войне поколений. К 1996 — 1997 гг. ситуация заметно «успокоилась». Дело в том, что преступники старой школы пользуются несоизмеримо большим авторитетом в местах заключения, обладают большим опытом и багажом связей. За плечами старого поколения огромный опыт организации преступной деятельности. Криминальные лидеры «старого» и «нового» поколений всё чаще идут на сотрудничество.

Организованная преступность аккумулирует огромные денежные средства, являющиеся универсальным инструментом для проникновения в легальные социальные институты. Организованные преступные сообщества всегда имели «общаки». «Общак» — касса и фонд. Из этих денег идёт «грев» на «зоны» (поддержка заключенных, обеспечение наркотиками, алкоголем, подкуп администрации и т. п.) и помощь семьям осужденных, на них покупаются оружие, наркотики, но эти же деньги являются и оборотным капиталом — они вкладываются в бизнес. На сегодняшний день «общаки» могут иметь вид банков, фондов, заниматься инвестициями и т. п. Возможность отмывать, оборачивать, конвертировать, контролировать огромные финансовые потоки выводит криминал на новую ступень функционирования — контроль над экономикой и, иногда опосредованно, а иногда и впрямую — над политикой. Выдвижение своих депутатов, лоббирующих те или иные решения правительства, принимающих те или иные законодательные акты даёт организованным преступным сообществам необходимую свободу. Они становятся тем механизмом, который определяет направление развития общества.

В 90-х годах начинается широкое интегрирование российской организованной преступности в общемировую систему. В результате ликвидации «железного занавеса», возможности бесконтрольно использовать денежные средства преступники обрели подвижность. Уже в 70-х годах в США (Евсей Агрон) и некоторых странах Западной Европы отмечалась повышающаяся активность «русских» криминальных сообществ. К середине 90-х этот факт стал очевидным. Новая волна эмигрантов, «деловые» поездки, возникновение нового коммерческого класса («челноки»), туризм — широко экспортировали преступность в страны ближнего и дальнего зарубежья. Венгрия и Чехия становятся привлекательными для вложения средств и ведения легального и полулегального бизнеса (отмывание денег), Польша — территория транзита нелегальных партий оружия, похищенных автомобилей, наркотиков и т. п., один из крупнейших производителей синтетических наркотиков в Европе (в 1996/97 гг. — второе место после Нидерландов).

Традиционными сферами «русской» организованной преступности являются — наркобизнес, организация проституции, операции с цветными и редкоземельными металлами, незаконная продажа оружия, бизнес в сфере краж и организации переправки и продажи краденых автомобилей, контрабанда произведений искусства. Многие лидеры преступного мира стали жителями (с полной сменой гражданства или двойным гражданством) зарубежья. Большая часть преступного мира Одессы, Ростова, Киева, Кишинева, значительная часть из Москвы, Санкт-Петербурга, других крупных городов бывшего СССР, теперь пополнила организованный преступный мир Израиля, США, Германии, других стран.

Российская организованная преступность является на сегодня самой быстрорастущей «отраслью» экономики. Преступные сообщества внедряются, прежде всего, в те сферы социальной жизни, где государственные институты по тем или иным причинам функционируют неэффективно или не работают вообще. Так организованная преступность выполняет функции арбитража, суда, охраны, налоговых и законодательных органов и другие.

После смерти Сталина, на волне хрущевской «оттепели» появляются первые подпольные дельцы — «цеховики». В цехах, прежде всего системы промкооперации, наряду с легальной деятельностью нелегально изготовлялась продукция для населения — одежда, обувь и др., постоянный дефицит которой был присущ государственной экономике; позднее такие цеха или целые предприятия государственного сектора экономики все в больших масштабах производили «левую» продукцию из «сэкономленного», а точнее — похищенного сырья. ГЛАВА II. УСТАНОВЛЕНИЕ УЧАСТНИКОВ ОРГАНИЗОВАННОГО ПРЕСТУПНОГО ФОРМИРОВАНИЯ

§ 1. Использование общих закономерностей расследования преступлений, совершенных организованными преступными формированиями.

В настоящее время, появление в условиях резких социально-экономических перемен зна-чительного количества преступных структур вызвало необходимость выявления и доказывания по уголовным делам новых обстоятельств, в частности, отражающих связи между исполнителем и организатором, между организатором и пособниками. Решение указанной задачи услож-няется тем, что в подобных случаях трудно доказывать обстоятельства, относящиеся не только к субъективной, но и к объективной стороне пре-ступления. В отличие от действий исполнителей преступления действия организаторов не так очевидны, хотя значительное число обстоятельств, обусловливающих их привлечение к уголовной ответственности, указаны в УК Р Ф Криминалистика: Учебник / Под ред. А. Г. Филлипова. — 3-е изд., перераб. и доп. — М.: Спарк, 2004. — 750 с., С. 720

.

Преступление признается совершенным организованной груп-пой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объеди-нившихся для совершения одного или нескольких преступлений (ч. 3 ст. 35 УК РФ). Об устойчивости группы может свидетельст-вовать, в частности, предварительное планирование преступных действий, уточнение и конкретизация деталей преступного посяга-тельства или письменное изображение его основных элементов, подготовка средств реализации преступного умысла, подбор и вер-бовка соучастников, обеспечение мер по сокрытию преступления, подчинение групповой дисциплине и указаниям организатора груп-пы и т. п.

Следует отметить, что ни в одном из исследованных нами толковых и юридических словарях, не встречается самостоятельного определения группы лиц по предварительному сговору, преступного сообщества, а существуют лишь ссылки на уголовный Кодекс Р Ф.

Термины «организованная преступная группа», «крими-нальная группа» и иные словосочетания, содержащие опре-деление различных преступных формирований, отражают, прежде всего, факт многочисленности их состава.

В соответствии с ныне действующим уголовным законом Российской Федерации (ст. 33 УК РФ) совершаемая ими пре-ступная деятельность должна рассматриваться как соучастие в преступлении, где наряду с исполнителем могут быть так-же организаторы, подстрекатели и пособники Криминалистика: Учебник / Под ред. Т. А. Седовой, А. А. Эксархопуло. — СПб.: Издательство «Лань», 2001. — 928с., ил. — (Учебники для вузов. Специальная литература). С. 893.

По уровню согласованности преступной деятельности кри-минальные группы подразделяются на следующие виды:

1) простая или случайная преступная группа, состоящая из двух или большего количества исполнителей, совершив-шая преступление без предварительного сговора; преступная группа типа компании, в которой участвуют лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления;

организованная преступная группа, имеющая устойчивый состав лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений;

преступное сообщество, которым является наиболее сплоченная организованная преступная группа или их объединение, созданное для совершения тяжких или наиболее тяжких преступлений.

Современная судебно-следственная практика и уголовная статистика свиде-тельствуют, что организованные преступные группы занима-ются совершением самых разнообразных видов преступлений, начиная от убийств и до тривиальных карманных краж. Вме-сте с тем анализ их преступной деятельности позволяет выде-лить в ней три основных направления, или «ветви»:

· корыстно-насильственные, или общеуголовные, преступ-ления;

· экономические преступления;

· уголовно-политизированные преступные деяния Криминалистика: Учебник / Под ред. Т. А. Седовой, А. А. Эксархопуло. — СПб.: Издательство «Лань», 2001. — 928с., ил. — (Учебники для вузов. Специальная литература). С. 897.

К числу наиболее характерных корыстно-насильственных преступлений, совершаемых организованными преступными группами, относятся бандитизм и разбой. Кроме этого, организованные преступные груп-пы совершают и такие корыстно-насильственные преступле-ния, как квартирные кражи, похищения автомашин, захват заложников, наркобизнес, порнобизнес, наемные убийства, кражи произведений искусства, занимаются нелегальным игорным бизнесом, содержат притоны и т. д. Криминалистика: Учебник / Под ред. Т. А. Седовой, А. А. Эксархопуло. — СПб.: Издательство «Лань», 2001. — 928с., ил. — (Учебники для вузов. Специальная литература). С. 898. Наряду с этим организованные преступные группы нимаются рэкетом (от англ. racke) или крупным вымогательством.

По способу совер-шения преступления нередко можно судить о том, кто его совершил, и в частности, совершено ли оно преступни-ком-одиночкой или действует организованная преступная группа.

К числу наиболее характерных признаков криминальной деятельности организованных преступных групп относятся:

· выбор объекта и предмета преступного посягательства;

· подготовленность преступного деяния;

· механизм непосредственной преступной деятельности;

· способ сокрытия следов преступления.

Правильный и своевременный анализ признаков крими-нальной деятельности организованных преступных групп по-зволяет устанавливать и изобличать весьма опасные преступ-ные сообщества.

Трудность расследования преступлений, совершенных организованными преступлений вызывает-ся рядом обстоятельств, и в том числе связанных с особенно-стями совершения ими преступных деяний, тяжестью соде-янного, опасностью последствий, уровнем организованности и сплоченности, свойствами психологии преступников.

Организованная преступная деятельность характеризуется сле-дующими основными признаками:

а) насильственным характером;

б) жестокостью и использованием любых средств для достижения поставленной цели;

в) высоким уровнем технической оснащенности и вооруженности;

г) наличием значительных денежных и матери-альных средств;

д) соблюдением определенной иерархии и неофициальных норм поведения (в преступных группировках культивируется воровская идеология применительно не только к криминальному, но и к нормальному образу жизни, оправдывающая преступную);

с) созданием системы внутренней и внешней безопасно-сти;

з) реализацией контрмер на усилия правоохранительных орга-нов по пресечению организованной преступной деятельности;

ж) наличием преступных связей за пределами Российского государст-ва и т. п. Шурухнов Н. Г. Криминалистика: Учебник. — М.: Изд-во Эксмо, 2005. — 720 с. — (Российское юридическое образование).

В организованных преступных группах действует особая дисциплина, вырабатываются свои нормы поведения, господ-ствует антисоциальная ценностная ориентация. Нарушители существующих правил поведения нередко подвергаются пре-следованиям и даже расправам (причем даже со стороны собственных «собратьев»). «…иной раз едет их 11 человек вместе бухать к боссу на дачу, вместе пьют, смеются и каждый знает, что вернется их только 10, но неизвестно кому будет отдана команда на убийство» Телепередача Пиманова «Человек и закон» от 13. 09. 07 г. о деле «Медведковской преступной группировке в Москве»

Важным, представляется охарактеризовать личность участнико организованных преступных групп. Криминальная среда постоянно изменя-ется и поэтому характеристика личности участников органи-зованных преступных групп ограничена рассмотрением толь-ко наиболее важных признаков.

1. Возраст. Раскрытие и расследование преступлений, со-вершенных организованными преступными группами, пока-зывает, что в состав этих криминальных формирований вхо-дят лица различного возраста, начиная от подростков и до пожилых людей старше 55−60 лет. Но чаще членами органи-зованных преступных групп являются лица наиболее дееспо-собного возраста от 20−24 до 35−38 лет. Лидерами и руково-дителями преступных группировок могут являться лица бо-лее пожилые.

Особую опасность представляет вовлечение в криминаль-ную деятельность организованных преступных групп несо-вершеннолетних.

2. Пол. Большинство членов организованных преступных групп являются лицами мужского пола. Это вызвано осо-бенностью содержания преступной деятельности, которая предъявляет к ее субъектам повышенные психические и физические требования. Тем не менее женщины составляют более 11−13%.

3. Рецидив. Среди членов организованных преступных групп часто встречаются лица, уже привлекавшиеся к уголовной ответственности за ранее совершенные преступления и не прекратившие преступную деятельность. Число таких учас-тников криминальных сообществ неуклонно возрастает, и увеличивается их влияние на формирование преступных групп, а также на содержание преступной деятельности. Систематическое совершение преступлений формирует осо-бые криминальные знания, умения и навыки, в результате чего преступная деятельность превращается в профессио-нальное занятие. Немалое воровское «мастерство» проявля-ют преступники при совершении карманных краж, мошен-ничества, фальшивомонетничества и других уголовно нака-зуемых деяний. Приобретение этого «мастерства» связано с передачей преступных знаний, умений и навыков в процессе своеобразного обучения более опытными преступниками молодых, только начинающих преступную деятельность. Иногда криминальное обучение носит узко направленный характер, и приводит к выработке «специалистов» в какой-то одной области преступной деятельности. Поэтому члены организованных преступных групп часто являются преступ-никами-профессионалами. Они ведут особый образ жизни, имеют криминальную атрибутику. Довольно часто такие лица не занимаются официальной трудовой деятельностью, а если и работают, то главным образом для прикрытия своей преступной деятельности. У них поддерживаются от-ношения на уровне криминальной среды и особенно внутри своей организованной преступной группы. В процессе обще-ния проявляются и утверждаются традиции криминальной среды, воровские «законы», используются преступный жар-гон, уголовные клички, содержащие значительную инфор-мацию о личности профессионального преступника, и т. д.

С возрастанием рецидива расширяется и укрепляется суб-культура преступной среды, включающая неформальные нор-мы поведения, особые отношения и криминальную диффе-ренциацию участников организованных преступных групп. Все большее влияние в криминальной среде приобретают лица, прошедшие «тюремную школу». Среди них выделяют-ся «воры в законе», «авторитеты» и др. Криминалистика: Учебник / Под ред. Т. А. Седовой, А. А. Эксархопуло. — СПб.: Издательство «Лань», 2001. — 928с., ил. — (Учебники для вузов. Специальная литература). С. 901. Но в настоящее время наметилась тенденция на переквалификацию организованных преступных групп из «отморозков», занимающихся «выколачиванием» денег в солидных бизнесменов представительного вида, занимающихся своей деятельностью под прикрытием различных частных охранных предприятий, ОАО, АО и т. д. «…современные бандиты сменили треники и барсетки на дорогие костюмы и дипломаты» Телепередача Пиманова «Человек и закон» от 13. 09. 07 г. о деле «Медведковской преступной группировке в Москве» К тому же, например, в той же известной «медведковской» преступной группировке, с приходом нового поколения лидеров, стали появляться и новые понятия. Так, факт наличия судимости у лица скорее говорил о том, что человек «попался» органам следствия и дознания и состоит у них на учете, его легче вычислить и вновь привлечь к уголовной ответственности, чем ранее не судимого. Именно поэтому состав все той же «медведковской» преступной группировки в основном состоял из лиц, не имеющих судимость.

К числу основных качеств, присущих современным лидерам ор-ганизованной деятельности и их ближайшему окружению, относят-ся: умение быстро ориентироваться и принимать решения в слож-ных ситуациях; предприимчивость; коммуникабельность; хорошие умственные способности и волевые качества; умение держать слово; решительность в действиях; физическая сила; преступно-про-фессиональный опыт; знание внешних и внутренних условий функ-ционирования преступного сообщества; умение обеспечить конспи-ративность подготавливаемых и совершаемых преступлений и др.

В преступных формированиях выделяются следующие типы лидеров: вдохновители; лидеры-организаторы; лидеры смешанного типа, а также лидеры, деятельность которых характеризуется боль-шой степенью активности при совершении преступлений и руково-дстве усилиями других соучастников, лидеры, которые не только руководят непосредственным совершением преступлений, но и проявляют активную деятельность по созданию преступных групп и организации их функционирования Шурухнов Н. Г. Криминалистика: Учебник. — М.: Изд-во Эксмо, 2005. — 720 с. — (Российское юридическое образование), С. 459.

Следует отметить, что целесообразно отличать организованную преступную деятельность как социально-правовое явление и саму организованную преступную деятельность как часть понятия «организованная преступность». С этих позиций, группа, банда, организация, сообщество -- все это формы организованной преступной деятельности. Конкретными же действиями -- проявлениями организованной преступности -- выступают создание организованной преступной группы, банды, преступного сообщества и т. п., руководство ими, участие в них, подготовка и исполнение конкретных преступлений, сокрытие следов и другие меры противодействия раскрытию и расследованию преступлений.

Деятельность следователей и оперативных работников, связанная с раскрытием, расследованием и предупреждением преступлений, совершенных организованными преступными формированиями, имеет ряд особенностей Быков В. М. Особенности расследования групповых преступлений. -- Ташкент, 1980; Опарин И. В. Особенности доказывания по делам, совершаемым организованной преступной группой. -- М., 1992; Куликов В. И. Основы криминалистической теории организованной преступной деятельности. -- Ульяновск, 1999; и др. Специфика заключается в тактических, процессуальных и организационно-технических аспектах расследования, поскольку следствие производится по факту групповой деятельности.

В.М. Быков одним из первых в криминалистической литературе предпринял попытку сформулировать и обосновать общие закономерности методики расследования групповых преступлений Быков В. М. Криминалистическая характеристика преступных групп. -- Ташкент, 1986. -- С. 59−70. Проанализировав содержание закономерностей, изучаемых криминалистической методикой, он объединил их в систему, состоящую из трех групп (которые можно отнести и к расследованию преступлений, совершаемых организованными преступными формированиями):

1) Закономерности, которые обуславливают особенности доказывания по уголовным делам о групповых преступлениях;

2) Закономерности, определяющие организацию расследования групповых преступлений;

3) Закономерности, основанные на особенностях поведения членов преступных групп во время следствия и определяющие тактику расследования групповых преступлений Быков В. М. Проблемы расследования групповых преступлений: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. -- М., 1992. -- С. 19.

К закономерностям первой группы В. М. Быков относит:

а) множественность источников доказательств по групповым делам;

б) взаимозависимость и взаимосвязь в доказывании вины соучастников;

в) зависимость определения роли каждого соучастника группового преступления и индивидуализации их вины;

г) принципиальную возможность установления всех преступных событий, всей преступной деятельности группы в процессе расследования (По статистике, 31,5% осужденных за совершение групповых преступлений, показывают, что основной причиной того, что часть преступлений, совершенных ими, осталась нераскрытой, является: неопытность следователя, 15,7 -- неопытность оперативного работника, 13,7% -- нежелание следователя расследовать даже те эпизоды преступной деятельности, о совершении которых ему было известно) Мазунин Я. М. Установление участников организованного преступного формирования и тактические основы допроса на стадии предварительного расследования: Монография / Под науч. ред. проф. В. К. Гавло. -- Омск: Омская академия МВД России, 2003. -- С. 137.

.

Закономерности методики расследования преступлений, совершаемых организованными преступными формированиями, второй группы:

а) высокая трудоемкость расследования;

б) необходимость в одновременном проведении серии одноименных следственных действий, особенно на первоначальном этапе расследования;

в) принятие специальных мер и приемов, направленных на преодоление противодействия со стороны преступной группы в установлении истины по делу.

Наибольший интерес для практики расследования преступлений, совершаемых организованными преступными формированиями, в частности для тактики допроса, по нашему мнению, представляют закономерности третьей группы, определяющие поведение обвиняемых на следствии по групповым делам и методику их расследования, основанные на психологии организованных преступных групп, социально-психологических закономерностях их формирования, к которым относятся:

а) неопределенность поведения и показаний одного соучастника для другого;

б) наличие противоречий в интересах обвиняемых, а иногда и конфликтов между ними;

в) ориентирование каждого обвиняемого в поведении на следствии и показаниях на интересы всего формирования;

г) возможность использования конформизма членов преступного формирования для изменения их позиции по делу и показаний.

Разумеется, что не все закономерности проявляются одновременно и равнозначно: одни -- в большей степени, другие -- в меньшей, а некоторые могут быть вовсе не обнаружены. В связи с этим Р. С. Белкин отмечает: «…ситуационность процесса возникновения доказательств обусловливается тем, что управляющие этим процессом закономерности проявляются (что вообще присуще проявлению объективных закономерностей), как тенденция. Степень осуществления этой тенденции зависит от конкретной обстановки» Белкин Р. С. Курс советской криминалистики. -- М., 1977. -- Т. 1. -- С. 40.

Особенности расследования дел о преступлениях, совершаемых организованными преступными формированиями, обусловлены прежде всего тем, что каждый участник преступного формированиями по-разному ведет себя на следствии и против каждого соучастника имеется различный объем доказательств. Неопределенность поведения соучастников преступления, совершенного организованным преступным формированием, с точки зрения психологии, объясняется тем, что на каждого из них во время следствия влияют различные факторы, взаимодействующие и приводящие к определенному результату. Такие факторы, как наличие у следователя веских доказательств, уличающих кого-нибудь из членов преступной группы (91,0%); боязнь обвиняемого «опоздать» с дачей правдивых показаний по делу, поскольку другой соучастник может дать их первым и выставить остальных обвиняемых перед следователем в невыгодном свете (65,0%); нежелание отвечать за всю преступную деятельность формирования, в первую очередь, в тех случаях, когда обвиняемый не участвовал в совершенных тяжких преступлениях или играл в них второстепенную роль (89,0%), зачастую приводят обвиняемых к даче правдивых показаний в отношении своих действий и действий других членов преступного формирования Данные получены в результате опроса следователей и оперативных работников г. Новокузнецка, специализирующихся на расследовании групповых преступлений.

Указанные факторы предопределяют избирательность использования тактических приемов как при доказывании причастности обвиняемых к преступлениям, так и при сборе информации о формировании, выявлении межличностных отношений и пр. Если одни факторы побуждают обвиняемого к даче правдивых показаний, то другие (давление со стороны организатора, страх перед более строгим наказанием за преступление, совершенное формированием, боязнь осуждения и последующей мести со стороны членов преступного формирования, желание действовать в соответствии с заранее обусловленной линией поведения на следствии и т. п.), напротив, являются причинами того, что обвиняемый не говорит правды, отрицает и свою вину, и вину других соучастников, скрывает преступную деятельность формирования, не выдает его организатора или берет всю вину на себя и т. д. В связи с последним обстоятельством необходимы определенные тактические приемы для выделения в структуре группы организатора и второстепенных участников. При их установлении требуется особый подход к выбору тактических приемов при производстве следственных действий, получении данных, доказывающих вину обвиняемых. И те, и другие тактические приемы взаимосвязаны, применяются не обособленно, а в комплексе -- один из приемов может переходить в другой, составляя в совокупности единый тактический рисунок Закатов А. А. Психологические особенности тактики производства следственных действий с участием несовершеннолетних. -- Волгоград, 1979. -- С. 25.

Выбор тактических приемов, применяемых при допросе, зависит также от степени психологической сплоченности соучастников, числа совершенных преступлений и их тяжести, количества членов группы. При малой численности формирования соучастники могут долго не признавать вину, так как имели возможность более тщательно договориться друг с другом о способах противодействия расследованию. Такое формирование, как правило, более сплоченное. Действия следователя в данном случае направляются в первую очередь на создание системы доказательств, не зависящей от признания вины лицами, совершившими преступление. Чем крупнее формирование, тем слабее уверенность соучастников друг в друге, что вызывает непоследовательность поведения обвиняемых. Они неоднократно меняют свои показания, то признавая себя виновными и уличая других соучастников, то отрицая вину и утверждая, что оговорили других и себя. Это подтверждается проведенным исследованием, когда по 47,3% изученных уголовных дел обвиняемые меняли свои показания во время предварительного следствия (15,6% -- неоднократно) Мазунин Я. М. Установление участников организованного преступного формирования и тактические основы допроса на стадии предварительного расследования: Монография / Под науч. ред. проф. В. К. Гавло. -- Омск: Омская академия МВД России, 2003. -- 228 с. С 13.

Неопределенность поведения обвиняемых в значительной степени обусловливается дефицитом информации о поведении других соучастников, когда никто точно не знает о позиции, занимаемой каждым обвиняемым, какие показания он дает о себе и соучастниках. Умелое использование этого обстоятельства увеличивает некоторые тактические возможности для следователя при допросе.

Одна из важных закономерностей третьей группы, используемых при допросе, -- «наличие противоречий в интересах обвиняемых, а иногда и конфликтов между членами преступной группы» Быков В. М. Криминалистическая характеристика преступных групп. -- С. 68. По мнению А. В. Добровича, «изучение примитивных человеческих групп привело исследователей к выводу, что здесь имеет место иерархия, сходная в какой-то степени с иерархией животных. Внутригрупповые роли распределяются известным, раз и навсегда данным образом. В группе есть субъект „альфа“ -- Главарь; за ним следует субъект „бета“ -- Авторитет; все прочие ранжированы на субъектов „гамма“ -- Ведомых и субъектов „омега“ -- Забитых» Добрович А. В. Воспитателю о психологии и психогигиене общения. -- М., 1987. -- С. 133. Им же сформулированы нормы поведения, или неписаные правила, присущие группе и которым обязаны следовать и Главарь, и самый маломощный из Забитых: правила унижения, рангового соответствия, отпора, силы, выдвижения, гонения, «козла отпущения», убытка, незаинтересованности, соблазна, послабления, круговой поруки, нормальности См.: Там же С. 137−142.

Иерархическое построение формирования и нормы поведения в различных формированиях, в зависимости от уровня организации и направления деятельности, проявляются в большей или меньшей степени, зачастую очень тесно переплетаются между собой, создавая напряженность в формировании, что умело применяется организаторами при управлении формированием. «Главарь пользуется преимущественным правом присвоения любых благ и правом безнаказанной агрессивности. Иногда это субъект, превосходящий других физической силой, но все же не объем мышц, а властность, смелость и исключительная свирепость удерживают его в примитивной группе. Он умен тем особым умом, который принято называть хитростью. Хитрость позволяет ему умело, подчас с блеском планировать и направлять акции (обычно противоправные), которые осуществляются группой… Та же хитрость дает ему умение вовремя убирать или стравливать между собой потенциальных соперников -- претендентов на главенство в группе. Вот почему ему совсем не обязательно быть сильнее всех физически: того, кому трудно загородить дорогу, полагаясь на собственные кулаки, он без труда покарает чужими руками. По сигналу Ведомые проучат всякого, кто ему неугоден в группе"См.: Там же С. 133−134.

Результаты исследований показали, что очень часто у лица, идентифицированного в качестве организатора (лидера), уровень интеллектуального развития ниже среднего для данного формирования. Причина этого, по-видимому, кроется в том, что человек с более высоким уровнем интеллектуального развития чувствительнее к значимым факторам окружающей среды и, принимая решение, учитывает множество различных моментов. Человек, интеллектуально менее развитый, но практичный, может принять решение, опираясь на меньшее количество факторов и не исчерпав всей имеющейся информации. Таким образом, он обеспечивает -- и это особенно важно -- чувство безопасности и стабильности другим членам формирования, которые могут быть более нервными и беспокойными. Создавая эмоциональную стабильность, организатор стремится окружить себя людьми, нуждающимися в его руководстве, поддержке, на которых он может положиться.

Для любого преступного формирования характерно наличие конфликтов, порою скрытых и ничем не проявляющихся до определенного времени, не осознаваемых многими членами формированиями. Это объективная закономерность. Наиболее часто встречающимися основаниями для возникновения конфликтов и напряженности в преступном формировании, как следует из изученных автором уголовных дел, являются:

-- роль и место членов формирования в подготовке и совершении преступлений (4,5%);

-- степень приближенности к лидеру (11,7%);

-- реализация похищенного, доля каждого в распределении доходов (17,5%);

-- неприязненные отношения между отдельными членами формирования, вызванные личными мотивами: обидой, ревностью, местью и т. д. (35,8%);

-- претензии отдельных членов на лидерство (6,8%);

-- недовольство действиями организатора, установленным уровнем внутригрупповой дисциплины, ущемлением «прав» некоторых членов, попытками избавиться от неугодных (31,6%);

-- атмосфера подозрительности в формировании (35,4%);

-- негативное отношение к действиям отдельных членов формирования, выходящим за рамки групповых интересов, например, индивидуальному совершению преступлений или других правонарушений в личных целях, особенностям поведения, привлекающим внимание правоохранительных органов и ставящим под угрозу безопасность группы (28,7%).

В связи с этим одним из главных направлений деятельности следователя и оперативных работников должен стать раскол формирования. Последнее, как правило, не представляет собой, безусловно устойчивого целого. Отношения внутри формирования характеризуются неровностью, а при разоблачении они носят более сложный характер: каждый член формирования стремится показать себя с лучшей стороны, опасается соучастников, которые могут дать правдивые показания. В качестве тактического приема следователь может использовать противоречия между интересами обвиняемых, явные и скрытые конфликты между соучастниками путем подчеркивания противоречий и разжигания конфликта между ними Быков В. М. Проблемы разработки методики расследования групповых преступлений // Проблемы групповой и рецидивной преступности. -- Омск, 1981. -- С. 150.

По мнению А. Р. Ратинова, «для преодоления противодействия следователю необходимо в совершенстве владеть техникой психологической борьбы, чтобы, применяя лишь те методы, которыми допустимо пользоваться в процессе расследования, успешно противостоять уловкам заинтересованных лиц. Этого можно достичь разжиганием конфликта между соучастниками преступления» Ратинов А. Р. Судебная психология для следователей. -- М., 1967. -- С. 161. Умелое использование противоречий и конфликтов между соучастниками, как правило, обеспечивает получение от них правдивых показаний о преступной деятельности всего формирования.

При этом необходимо учитывать и такую закономерность, как ориентирование каждого подозреваемого на интересы всего преступного формирования, являющегося для него референтным. В психологии под референтной группой понимается «реальная или условная социальная общность, с которой индивид соотносит себя как с эталоном, на нормы ценности и оценки которой он ориентируется в своем поведении и самооценке» Психология: Учебник / Под ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского. -- М., 1990. -- С. 86. Зачастую именно интересы, взгляды, нормы поведения, оценки и ценности преступного формирования предопределяют позицию его членов на предварительном следствии, вызывая отказ от дачи правдивых показаний даже при наличии у следователя достаточных доказательств. По результатам исследования, отказ от дачи правдивых показаний в 53,7% вызван предварительной договоренностью о поведении на следствии, в 3% -- боязнью осуждения со стороны знакомых, в 0,7% -- страхом перед другими соучастниками.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой