Особенности становления многопартийности в современной России

Тип работы:
Контрольная
Предмет:
Политология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Содержание

Введение

§ 1. Особенности партогенеза в современной России

§ 2. Становление партийной системы с доминированием одной

партии

§ 3. Феномен современной «партии власти»

Заключение

Введение

Актуальность темы исследования. В современных демократических государствах партии являются теми участниками политического процесса, которые связывают государство и гражданское общество и непосредственно выражают политические интересы различных групп населения.

Партии возникли в результате закономерного развития гражданского общества, став впоследствии инструментом политической социализации и мобилизации. Зачастую от выполнения партиями данных изначальных функций зависит качество функционирования других институтов представительной демократии — общенационального парламента, региональных законодательных органов, местного самоуправления.

Согласно части 3 статьи 13 Конституции Российской Федерации в современной России «признаются политическое многообразие, многопартийность». Вместе с тем существование политического плюрализма предполагает конкуренцию, однако реальная конкуренция на политической арене практически отсутствует. И, несомненно, отсутствие сильной оппозиции показывает, насколько серьезен этот вопрос на сегодняшний день.

Степень научной разработанности проблемы. Вопросы формирования и тенденций развития политических партий в России постоянно находятся в центре внимания современных исследователей. Данной проблематике посвящены работы В. Я. Гельмана, М. Н. Грачева, С. Е. Заславского, Ю. В. Ирхина, Ю. Г. Коргунюка, Е. Ю. Мелешкиной, Г. М. Михалевой, С. Н. Пшизовой и других авторов. Однако анализ состояния российской многопартийности и перспектив ее трансформации не утрачивают своей актуальности.

Данная работа представляет собой попытку ответить на вопрос о том, возможно ли перерождение существующего относительно демократического политического режима в более авторитарный посредством дальнейшего укрепления так называемой «партии власти» при отсутствии реальной конкуренции на политической арене.

Объектом данного исследования выступает развитие многопартийности России.

Предмет исследования — основные факторы, влияющие на формирование неконкурентной партийной системы.

Целью исследования является изучение особенностей становления многопартийности в современной России.

Достижение поставленной цели исследования предполагает решение следующих задач:

? проанализировать особенности партогенеза в России в конце 80-х — начале 90-х гг. ;

? выявить тенденции становления партийной системы с доминирующей партией;

? раскрыть сущность современной «партии власти».

Теоретико-методологическую основу исследования составляют общенаучные методы анализа и синтеза в сочетании с конкретно-историческим методом, позволяющие выявить особенности генезиса, становления и развития исследуемого объекта. Сопоставление и сравнение точек зрения разных авторов на проблему партогенеза и трансформацию российской партийной системы обусловили обращение к компаративистскому методу исследования.

Практическая значимость исследования состоит в обобщении представлений о тенденциях развития российской партийной системы с целью последующего изучения возможных путей ее дальнейшей трансформации.

§ 1. Особенности партогенеза в современной России

Современные политические партии, по мнению известного французского исследователя М. Дюверже, — это те организации, которые появились в эпоху становления всеобщего избирательного права в качестве одного из способов легитимации власти и расширения прав парламента. М. Дюверже делит происхождение партий на два типа: внешнее и внутреннее. Под внутренним возникновением партий он понимает фракции, созданные на базе парламента. Следовательно, под внешним началом он подразумевает деятельность различных политизированных клубов, кружков, которые образовались вне парламента См.: Дюверже М. Политические партии. М., 2000. С. 23−24..

Если сравнить историю возникновения партий в Западной Европе и в современной России, то обнаружатся коренные отличия.

Прежде всего, это касается временных рамок. На протяжении долгого времени в Европе процесс дифференциации и стратификации социума шел наряду с развитием политических форм. Впоследствии партии успешно вклинились в этот процесс на определенном этапе, вследствие чего часть населения получила посредством выборов право политического участия См.: Пшизова С. Н. Какую партийную систему воспримет наше общество? // Полис. 1998. № 4. С. 101−102..

Как констатирует Г. М. Михалёва: «История становления европейских партий включает в себя четыре основные стадии: период партий элитных, имевших характер кружков (примерно до 1918 г.), период с 1918 г. до примерно конца 1950-х гг. — время массовых партий; начиная с конца 1950 — начала 1960-х гг. появляются народные партии; и, наконец, в конце 1970-х гг. наступает период профессионализированных партий избирателей (картельных)» Михалева Г. М. Институт партий: европейская история и российский опыт многопартийности // Вестник РГГУ. 2008. № 1. С. 119. Таким образом, в Европе партогенез имел эволюционный характер. Постепенное и плавное развитие способствовало устойчивости партийных систем как политических институтов.

Партийное строительство в России началось позже, в конце XIX — начале XX вв. Впоследствии оно было прервано в советскую эпоху, когда на протяжении более 70 лет существовала только одна партия. Этот срок был настолько долгим, что возрождение старого партийного порядка было практически невозможным. И поэтому можно сделать вывод, что современные партии не имеют ничего общего с дореволюционными в плане преемственности организационных структур и лишь отдельных случаях пытаются воспроизвести прежние идейные ориентации.

Нынешней многопартийности в России предшествовало появление неформальных объединений в 60−80-е гг. ХХ в. Сначала такого рода группы образовывались не столько по политическим мотивам, а скорее по правозащитным. В такие группы, прежде всего, входили представители интеллигенции, которые негативно относились к существовавшему тогда строю, считая его недемократическим и даже тоталитарным.

Деятельность таких диссидентских групп не была и не могла привести к каким-либо значимым практическим достижениям. Это связано, во-первых, с их крайне слабой консолидацией, во-вторых — с невозможностью оказать действительное влияние на политику.

Но с 1987 г. происходит потепление политического климата в стране, начинается масштабная демократизация общества. Именно с этого периода наблюдаются тенденции к развитию многопартийности. Впоследствии из тех некоторых протопартийных структур, которые образовались к тому времени, и возникли впоследствии первые российские политические партии.

Историю современной многопартийности в России принято подразделять на шесть периодов: 1) массовое развитие неформальных организаций (1986−1988 гг.); 2) период действия «народных фронтов» и появление протопартийных структур (1988−1989 гг.); 3) «начальная волна» партиеобразования (1990−1991 гг.); 4) «вторая волна» партиеобразования (1991−1993 гг.); 5) коренная ломка существовавшей системы протопартий (1993−1995 гг.); 6) период после выборов во II Государственную Думу (с конца 1995 г.) См.: Коргунюк Ю.Г., Заславский С. Е. Российская многопартийность: становление, функционирование, развитие. М., 1996. С. 34−35.

Период с 1990 по 1991 гг. был ознаменован институционализацией прототопартий в политические партии. При этом базой для создания партий являлись в основном неформальные политические кружки, а не организации «народных фронтов». Важно также отметить, что в этот период партии пытались определить свои идейные ориентиры, чтобы занять достойную нишу в политическом спектре. Как отмечают Ю. Г. Коргунюк и С. Е. Заславский: «Значительное число политических партий в этот период в качестве политической основы избрали определенные идейные течения: социал-демократизм, либерализм, патриотизм (этнократизм), экологизм и т. д.» Там же. С. 37−38.

Как констатируют М. Н. Грачев и Ю. В. Ирхин: «С принятием новой редакции статьи 6 Конституции СССР (1990 г.) и вступлением в силу с 1 января 1991 г. Закона СССР „Об общественных объединениях“ политические партии получили официальное право на свое существование и деятельность» Грачев М.Н., Ирхин Ю. В. Актуальные проблемы политической науки. М., 1996. С. 77−78. Прежним неформальным объединениям был открыт доступ к участию в политическом процессе и, следовательно, у них появилась возможность бороться за власть законными методами.

Однако период долгого существования однопартийности породил на первом этапе трансформации протопартийных организаций своего рода «антипартийный эффект». Поскольку иного опыта просто не существовало, возникавшие организации зачастую копировали принципы деятельности КПСС, сложившиеся в условиях отсутствия политической конкуренции, что, несомненно, не подходило для настоящей многопартийной системы. Этим можно объяснить тот факт, что многие партии, образовавшиеся в тот период, отличались своей неразвитостью, отсутствием консолидации и нередко не выполняли необходимые функции Михалева Г. М. Эволюция административных партий в современной России // Вестник РГГУ. 2009. № 1. С. 93.

Таким образом, спецификой генезиса партий в современной России можно считать его скоротечность. Если в Западной Европе данный процесс шел десятилетиями, то в России он занял всего несколько лет, и поэтому его можно охарактеризовать как революционный, причем «проскочивший» целый этап: практически сразу после своего возникновения партии, минуя стадию массовых, стремились стать профессионализированными. Однако такая быстротечность не стала залогом качества результата: ведь именно из-за того, что становление европейских партий было постепенным, эволюционным, стало возможно их функционирование в качестве одного из необходимых и при этом признанных и пользующихся доверием элементов демократии. В России в силу стремительности процесса партогенеза это не произошло.

§ 2. Становление партийной системы с доминированием одной партии

К моменту первых в постсоветской России парламентских выборов на конкурентной основе — выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации в декабре 1993 г. партии в силу скоротечности партогенеза не успели стать необходимым элементом политической системы, играющим роль связующего звена между государством и развивающимся гражданским обществом. Более того, как отмечает Г. М. Михалева, в период двух избирательных циклов (1993−1995 гг.) они стали утрачивать начавшие формироваться функции представительства интересов общества и превращались в механизм самоорганизации элит и сохранения статус-кво за правящей номенклатурой Михалева Г. М. Когда был выбран путь? (Российские партии в ходе двух электоральных циклов, 1993−2000 гг.) // Полис. 2009. № 2. C. 164.

В первом электоральном цикле 1993 г. принимала участие только одна полностью правительственная партия — Партия российского единства и согласия, возглавлявшаяся С. М. Шахраем. Еще одним проектом стала партия «Выбор России» (лидер — Е.Т. Гайдар), которая только частично контролировалась Кремлем. Это был первый опыт на пути создания «партии власти», при этом результаты выборов оказались весьма скромными: 5,5% и 6,7% соответственно Михалева Г. М. Эволюция административных партий… С. 96−97. Главной причиной того, что партии, созданные правительством, не получили должной поддержки у электората, можно считать скептицизм и недоверие элит по отношению к партийному инструменту. Следует также отметить и пока еще неумелое использование так называемого «административного ресурса».

Второй электоральный цикл наметил новые тенденции в развитии партий. На базе прежних избирательных объединений стали появляться новые коллективные акторы: «Демократический выбор России» (июнь 1994 г.), Общественно-политическое объединение «ЯБЛОКО» (январь 1995 г.). В этот период возникает идея внедрения двухпартийной системы по примеру США, причем ставилась задача сделать такие партии подконтрольными власти. В этих целях для участия в выборах депутатов Государственной Думы второго созыва, намеченных на декабрь 1995 г., были созданы две протопартии: правоцентристское движение «Наш дом — Россия» (НДР, В.С. Черномырдин) и левоцентристский «Избирательный блок Ивана Рыбкина». Однако итоги и этих выборов также нельзя назвать успешными с точки зрения реализации проектов «партий власти» — 10,13% у НДР и чуть более 1% у «Избирательного блока Ивана Рыбкина» См.: Грачев М. Н. Всероссийское общественно-политическое движение «Наш дом — Россия» // Кто есть что: Политическая Россия 1995−1996. М., 1996. С. 25; Грачев М. Н. Избирательный блок Ивана Рыбкина // Там же. С. 56. Тем не менее, инструмент создания «зависимой партии», используемый правящей элитой, продемонстрировал свою эффективность.

К третьему электоральному циклу в избирательное законодательство были внесены поправки, в соответствии с которым в выборах могли принимать участие политические партии, политические объединения и политические движения. Однако поскольку партии по-прежнему не являлись единственными участниками избирательного процесса, это служило тормозом их развития. Также немаловажным фактором неразвитости партий являются различия в избирательных системах субъектов федерации. При этом все более существенным в этот период становится отношение партий к правящему режиму, а их идеологическая маркировка отступает на второй план.

В канун думских выборов 1999 г. появляется совершенно новая протопартия, опирающаяся на административные структуры в регионах — Межрегиональное движение «Единство», целями создания которого были: 1) отнять голоса у другого избирательного блока — «Отечество — Вся Россия»; 2) в случае успеха на выборах в Государственную Думу развернуть президентскую кампанию В. В. Путина. Поддержка новой «партии власти» была найдена в лице экономически зависимых от центра субъектов федерации (всего за создание «Единства» подписались 39 регионов) Михалева Г. М. Когда был выбран путь? C. 165.

По результатам выборов депутатов Государственной Думы третьего созыва Межрегиональное движение «Единство» получило поддержку 23,32%, а «Отечество — Вся Россия» — 13,33% Парламентские выборы в России: год 1999. Избирательные объединения и блоки, их лидеры и программные документы, результаты выборов / Сост.: М. Н. Грачев. — М., 2000. С. 260. Тем самым утвердилась тенденция к установлению партийной системы с доминированием одной проправительственной партии, наглядно проявившаяся в последующие электоральные циклы.

В целом можно сделать вывод, что партии в России в 90-е гг. не смогли стать тем институтом, который представлял бы интересы различных социальных групп. В этой связи возникает логичный вопрос о том, какие факторы препятствовали развитию партий? На наш взгляд, они таковы.

Во-первых, процесс партогенеза в России начался значительно позже, чем в других странах, шел слишком быстрыми темпами и носил во многом хаотичный характер. Это, разумеется, не могло отразиться на качестве партийного строительства.

Во-вторых, появлению партий не предшествовали социетальные размежевания и расколы, на базе которых сложились классические партии в странах Западной Европы.

В-третьих, изначально партии в России создавались не как институты демократии, а как мобилизационные инструменты по примеру КПСС, что не подходило к условиям партийного плюрализма. По существу, главной функцией российских партий является не представительство разнообразных общественных интересов или посредничество между государством и гражданским обществом, а самоорганизация элитных групп. Именно такое искажение изначальных функций вело к становлению так называемой «дефектной демократии».

§ 3. Феномен современной «партии власти»

Система с доминированием одной партии появилась тогда, когда, как справедливо подчеркивает Е. Ю. Мелешкина, «правящие группы… стремились использовать или специально создать политические партии для закрепления своего монопольного положения у власти, в первую очередь, путем доминирующего положения в законодательных органах» Мелешкина Е. Ю. Доминирование по-русски или мировой феномен? // Политическая наука. 2006. № 1. С. 141.

Действительно, на протяжении 90-х годов правительство безуспешно пыталось внедрить в Государственную Думу «зависимую партию» с целью создать парламент, подконтрольный исполнительной власти. Созданные в тот период протопартии не смогли в полной мере оправдать ожидания ни власти, ни избирателей. По причине того, что постсоветское общество во многом тяготело к старым традициям, весьма заметную роль в Государственной Думе тех лет играла правопреемница КПСС — КПРФ. Поскольку оппозиционный парламент мог блокировать решения, необходимые исполнительной власти, потребность в «зависимой партии» возрастала от созыва к созыву.

Примечательным событием на пути решения данной задачи следует считать 2001 год, когда в результате слияния движений «Единство», «Отечество» и «Вся Россия» образовалась политическая партия «Единая Россия».

Как отмечает российский исследователь В. Я. Гельман: «Российская партийная политика в 2000-е годы развивалась под влиянием двух взаимосвязанных тенденций: нарастающего доминирования „партии власти“ в центре и регионах и продолжающегося упадка (если не полного вымирания) оппозиции всех направлений» Гельман В. Я. Политические партии в России: от конкуренции — к иерархии // Полис. 2008. № 5. С. 135. Номенклатура, сделав ставку на эту партию, не прогадала. Во всяком случае, доминирование этой партии в течение десяти с лишним лет о многом говорит.

Для предотвращения возможной конкуренции был принят Федеральный закон от 11. 07. 2001 № 95-ФЗ «О политических партиях». С одной стороны, данный закон был призван укрепить положение партий, становившихся единственными участниками избирательного процесса. Но с другой стороны, достаточно жесткие требования, предъявляемые как к созданию новых партий, так и деятельности существующих, сделало невозможным функционирование независимых политических сил. Закон был выгоден только крупным партиям, которые уже имели определенную социальную базу и относительно постоянный электорат. Фактически данный закон законсервировал партийную систему в состоянии недостаточного развития.

Итак, что же послужило причиной становления партийной системы с доминированием одной партии?

Во-первых, следует согласиться с Е. Ю. Мелешкиной в том, что такого рода системы появляются тогда, когда «традиционные социальные отношения широко распространены, а структуры гражданского общества слабы или находятся в зачаточном состоянии… В условиях неразвитости гражданского общества государство вынуждено курировать процесс развития общества. Но при этом возникает риск контролировать протекание этого процесса» Мелешкина Е.Ю. Указ. соч. С. 147.

Во-вторых, возникновение такой партии можно объяснить несовершенством действующих механизмов разделения властей и системы «сдержек и противовесов», что способствует концентрации власти.

В-третьих, правительство формируется президентом без учета партийного представительства в парламенте, что также не способствует развитии партий.

В-четвертых, принятие закона «О политических партиях» де-факто стало препятствием для создания и официальной регистрации новых партий.

Вместе с тем, как показывает политическая практика, доминирование одной партии характерно не только для России. Оно возникает в тех условиях, когда перед государством стоят нерешенные «задачи национальной интеграции, социально-экономической модернизации, строительства современного государства, формирования гражданского общества, включения широких масс населения в политическую жизнь». Поэтому для стран так называемого «модернизационного ядра», в которых гражданское общество находится на стадии развития, неизбежно становление системы с доминированием одной партии. В разные времена такого рода процессы происходили в таких странах, как Мексика, Польша, Венгрия и т. д. См.: Там же. С. 147.

Опираясь на идеи классика партологии Д. Сартори, Е. Ю. Мелешкина предлагает выделить три типа партийных систем с доминированием одной партии: предоминантная, доминантная и авторитарная доминантная. Российский случай она относит к доминантной авторитарной системе, отмечая, что для господства «Единой России» используются недемократические методы См.: Там же. С. 158.

В последнее время наблюдаются тенденция к тому, что современная «партия власти» в ее нынешнем состоянии перестает отвечать политическим интересам и потребностям правящей группы. В частности, это проявляется в попытке создать новое общественно-политическое объединение «Общенародный российский фронт», напрямую ориентированное на действующего Президента Российской Федерации. В этой связи возникает предположение, что сменяемость «партий власти» вновь приобретает циклический характер.

В 2012 году на законодательном уровне были существенно смягчены требования к юридической регистрации новых политических партий. Однако это пока не привело к каким-либо заметным изменениям характера и сущности партийной системы, сложившейся в предшествующее десятилетие. Как отметил М. Н. Грачев в своем докладе на состоявшейся в РГГУ 18 апреля 2014 г. Всероссийской научной конференции «Политические партии и их институциональная среда: новации, традиции, тенденции», очевидным недостатком происходящих в последние полтора года изменений является создание «дублеров» уже существующих партий: «Гражданская платформа» выступает конкурентом РПР-ПАРНАС, «Правое дело», провозгласившее в ноябре 2012 г. «национал-патриотический уклон» становится своего рода «дублером» ЛДПР, а созданная в марте 2014 г. «Объединенная коммунистическая партия» явно стремится «потеснить» КПРФ. Подобное положение дел, несомненно, способствует сохранению правящей партией своих преимуществ См.: Грачев М.Н. Трансформация российской партийной системы (вторая половина 1990-х — середина 2010-х гг.) // Всероссийская научная конференция «Политические партии и их институциональная среда: новации, традиции, тенденции». Москва, РГГУ, 18 апреля 2014 г. Программа. М., 2014. С. 6 (текст доклада готовится к публикации). С данным выводом трудно не согласиться — независимо от того, какую форму и какое название примет «партия власти», не имеющая реальных конкурентов на фоне возникшей конкуренции между старыми и новыми партиями.

Заключение

Спецификой партогенеза в современной России можно считать его скоротечность: если в странах Западной Европы данный процесс шел десятилетиями, то в России он занял всего несколько лет. Однако это не стало залогом качественного развития партийной системы. Скорее, наоборот: партии не смогли стать действенными консолидирующими институтами демократии, поскольку их главной функцией, по сути, является не представительство интересов различных слоев общества, а самоорганизация элитных групп.

По существу, с появлением доминирующей «партии власти» принцип разделения властей приобретает большей частью условный характер, а выборы фактически становятся показателем степени лояльности граждан к существующему режиму.

Недавнее законодательное смягчение требований к юридической регистрации политических партий не привело к каким-либо заметным изменениям характера и сущности сложившейся партийной системы. Возникающие новые партии вступают в конкуренцию с уже существующими оппозиционными партиями, тем самым ослабляя как их, так и себя, что способствует укреплению положения правящей партии. По этой причине есть основания утверждать, что, по крайней мере, в обозримом будущем в России сохранится партийная система с доминирующей «партией власти».

партогенез власть неконкурентный

Список литературы

1. Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12. 12. 1993) (с учетом поправок, внесенных Законами Российской Федерации о поправках к Конституции Российской Федерации от 30. 12. 2008 № 6-ФКЗ, от 30. 12. 2008 № 7-ФКЗ, от 05. 02. 2014 № 2-ФКЗ) // Собрание законодательства Российской Федерации. — 2014. — № 15. — Ст. 1691.

2. Федеральный закон от 11. 07. 2001 № 95-ФЗ «О политических партиях» // Собрание законодательства Российской Федерации. — 2001. — № 29. — Ст. 2950.

3. Федеральный закон от 02. 04. 2012 № 28-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон „О политических партиях“» // Собрание законодательства Российской Федерации. — 2012. — № 15. — Ст. 1721.

4. Всероссийская научная конференция «Политические партии и их институциональная среда: новации, традиции, тенденции». Москва, РГГУ, 18 апреля 2014 г. Программа. М.: РГГУ, 2014.

5. Гаман-Голутвина, О. В. Российские партии на выборах: картель «хватай-всех» / О. В. Гаман-Голутвина // Полис. — 2004. — № 1. — С. 22−25.

6. Гельман, В. Я. Политические партии в России: от конкуренции — к иерархии / В. Я. Гельман // Полис. — 2008. — № 5. — С. 135−152.

7. Грачев, М. Н. Актуальные проблемы политической науки / М. Н. Грачев, Ю. В. Ирхин. — М.: Экономическая демократия, 1996. — 188 с.

8. Грачев, М. Н. Всероссийское общественно-политическое движение «Наш дом — Россия» / М. Н. Грачев // Кто есть что: Политическая Россия 1995−1996 / Научн. ред.: д. и. н., проф. В. Г. Гельбрас. — М.: Министерство экономики Российской Федерации; Институт микроэкономики; Центр социально-политического анализа, 1996. — С. 21−25.

9. Грачев, М. Н. Избирательный блок Ивана Рыбкина / М. Н. Грачев // Кто есть что: Политическая Россия 1995−1996 / Научн. ред.: д.и.н., проф. Гельбрас В. Г. — М.: Министерство экономики Российской Федерации; Институт микроэкономики; Центр социально-политического анализа, 1996. — С. 46−56.

10. Дюверже, М. Политические партии / М. Дюверже. — М.: Академический Проект, 2000. — 538 с.

11. Коргунюк, Ю. Г. Российская многопартийность: становление, функционирование, развитие / Ю. Г. Коргунюк, С. Е. Заславский. — М.: Фонд ИНДЕМ, 1996. — 240 с.

12. Мелешкина, Е. Ю. Доминирование по-русски или мировой феномен? / Е. Ю. Мелешкина // Политическая наука. — 2006. — № 1. — С. 135−161.

13. Михалева, Г. М. Институт партий: европейская история и российский опыт многопартийности / Г. М. Михалева // Вестник РГГУ. — 2008. — № 1. — С. 118−140.

14. Михалева, Г. М. Когда был выбран путь? (Российские партии в ходе двух электоральных циклов 1993—2000 гг.) / Г. М. Михалева // Полис. — 2009. — № 2. — С. 163−185.

15. Михалева, Г. М. Эволюция административных партий в современной России / Г. М. Михалева // Вестник РГГУ.- 2009. — № 1. — С. 118−112.

16. Парламентские выборы в России: год 1999. Избирательные объединения и блоки, их лидеры и программные документы, результаты выборов / Сост.: М. Н. Грачев. — М.: НОУ МЭЛИ, 2000. — 292 с.

17. Партийная организация и партийная конкуренция в «недодемократических» режимах / под ред. Ю. Г. Коргунюка, Е. Ю. Мелешкиной, О. Б. Подвинцева и Я. Ю. Шашковой. — М.: Российская ассоциация политической науки (РАПН); Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2012. — 300 с.

18. Пшизова, С. Н. Какую партийную систему воспримет наше общество? / С. Н. Пшизова // Полис. — 1998. — № 4. — С. 101−113.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой