Правовая характеристика апелляционного обжалования судебных постановлений

Тип работы:
Дипломная
Предмет:
Государство и право


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Введение

В любой области человеческой деятельности возможны ошибки. К сожалению, не составляют исключения в этом отношении и суды. Опасность ошибок в судебной работе обусловлена как сложностями выяснения действительных взаимоотношений лиц, участвующих в деле, так и сложностью правоприменения. Именно на устранение этих ошибок направлено рассмотрение дел судами апелляционной инстанции.

Существование в арбитражном и гражданском судопроизводстве РФ апелляции обусловлено тем, что данный институт является дополнительной гарантией справедливости судебного постановления и в наибольшей степени призван обеспечить защиту прав и интересов заинтересованных лиц, что соответствует принципам права развитого демократического государства, где права и свободы человека являются высшей ценностью.

Вместе с тем можно согласиться, что защита нарушенного права в апелляционном суде (в отличие, например, от кассационного) осуществляется медленнее из-за повторного рассмотрения дела. Однако, рассмотрение дела в апелляционной инстанции предоставляет и возможность лицам, участвующим в деле, ссылаться на новые факты, представлять новые доказательства (с ограничениями, установленными в ГПК РФ и АПК РФ), а апелляционному суду исследовать эти и представленные ранее доказательства и другие материалы дела и выносить в результате рассмотрения дела свое решение. К тому же апелляционный суд не всегда рассматривает все дело в целом. Если сторона обжаловала не все судебное решение в целом, а лишь его часть, с которой она не согласна, то только в этой части и происходит повторная проверка дела.

Таким образом, апелляционное обжалование имеет как свои преимущества в отношении других видов обжалования судебных постановлений, так и свои недостатки. Однако последние не могут оказать существенного влияния на общую положительную в целом характеристику данного института гражданского и арбитражного процесса.

Апелляция в арбитражном и гражданском процессе имеет одни и те же цели. Это пересмотр дела и исправление возможных ошибок в постановлениях суда первой инстанции до вступления его в законную силу для обеспечения защиты прав и законных интересов субъектов спорных отношений. Наряду с общностью процессуальных целей обращают на себя внимание и различия в нормативном регулировании соответствующей процедуры в АПК РФ и ГПК РФ.

Актуальность темы дипломного исследования обусловлена еще и тем, что с 1 января 2012 года вступили в действие существенные изменения по пересмотру гражданских дел в апелляционном производстве.

Цель работы изучение апелляционной инстанции в гражданском и арбитражном процессе.

Данная цель обусловила необходимость решения следующих задач:

— изучить процесс возникновения и развития института обжалования судебных постановлений в гражданском судопроизводстве;

— выделить основные этапы развития института обжалования судебных постановлений в Древнеримском и гражданском судопроизводстве;

— исследовать институт апелляционного обжалования судебных постановлений в российском гражданском процессе;

— выделить предпосылки апелляционного обжалования;

— рассмотреть пределы рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции;

— дать правовую характеристику апелляционного обжалования судебных постановлений;

— сравнить основные положения апелляционного обжалования в арбитражном и гражданском процессах.

Объектом настоящего исследования является совокупность общественных отношений, регулируемых нормами гражданского и арбитражного процессуального права, в связи с производством в суде апелляционной инстанции.

Предметом исследования выступают закономерности правовых институтов и входящих в них норм, относительно производства в апелляционной инстанции в судах общей юрисдикции и арбитражных судах.

В ходе исследования применялись общенаучные и частные методы познания и подходы: исторический, системный, сравнительный, логический и др.

Нормативной базой послужили международные правовые акты, Конституция Российской Федерации, действующее гражданское процессуальное, арбитражное процессуальное законодательство.

Теоретической основой исследования являются труды российских учёных по гражданскому и арбитражному процессуальному праву: Е. А. Борисовой, Е. В. Васьковского, Н. И. Газетдинова, В. В. Грязева, А. К. Рихтера, С. Симонян, Е. Л. Степановой и др.

Структура дипломной работы состоит из ведения, двух глав, заключения, списка использованных источников.

1. Возникновение и развитие института апелляционного обжалования судебных постановлений в гражданском судопроизводстве

1. 1 Этапы развития института апелляционного обжалования судебных постановлений в Древнеримском государстве и в гражданском судопроизводстве стран Западной Европы

апелляционный обжалование гражданский судопроизводство

На ранней стадии развития государства у всех культурных народов Европы суд был учреждением чисто народным и, притом, всегда публичным. Он пользовался полной самостоятельностью в своей деятельности в силу того, что центральная государственная власть сначала отсутствовала вообще, а затем была слаба, чтобы подчинить суд своей власти и контролировать его деятельность с помощью своих учреждений. Именно поэтому решения суда выносились в окончательной форме и не подлежали никакому обжалованию. Но позднее, с постепенным развитием и усилением централизованной государственной власти, которая стремилась подчинить своему контролю народные учреждения, суд также постепенно стал утрачивать свою самостоятельность. Последствием этого было возникновение права ревизии решений суда и других учреждений со стороны центральной власти и в связи с этим возникновение права членов общества обращаться к этой власти с жалобами на действие органов суда и управления.

Апелляционный способ обжалования в соответствии со своей сущностью «мог возникнуть тогда, года центральная государственная власть успела уже усилиться и окрепнуть на столько, что имела достаточно силы и возможности подчинить своему контролю народный суд или даже заменить его своими учреждениями, устроенными на основе иерархического подчинения, т. е. на основе системы подчинения низших судов судам высшим».

Данные общие положения находят своё подтверждение в истории развития государства и права Древнего Рима и государства и права народов Европы. В догосударственный период Рима для защиты нарушенного права применялись обычаи, по которым самым тяжёлым наказанием являлось исключение из рода. На смену обычаям пришло самоуправство или самозащита. Нередко прибегали и к кровной мести. Каждый, кто считал, что его право нарушено, расправлялся с обидчиками собственными силами и силами своей семьи. Самозащита была впоследствии закреплена в Законах XII таблиц, допускавшие такие меры, как самоличное воздействие кредитора на неисправного должника.

Первоначально апелляция принята была только для дел важнейших и только в интересах полноправных римских граждан. Каждый гражданин вплоть до момента исполнения приговора имел право остановить его своим словом: обжалую (provoco). Тогда дело поступало в народное собрание, и чиновник, постановивший решение, должен был защищать его. Апелляционное разбирательство проводилось не между сторонами, а между лицом, невольным решением, и чиновником, его постановившим.

В императорский период право требовать апелляционного пересмотра принадлежало сторонам, принесение жалобы приостанавливало исполнение приговора, высшей апелляционной инстанцией становился император, а непосредственно для апелляционного производства была учреждена канцелярия с особым порядком производства, при котором стороны для личных переговоров не допускались, суд, на решение которого заявлялось недовольство, обязан был изготовить для канцелярии особый по делу доклад, который сообщался сторона

С установлением римского государства защита нарушенных прав индивидуумов стала постепенно упорядочиваться. Сначала обращение спорящих сторон к государственным органам, прежде всего к царям, с просьбой рассудить спор и определить наказание — компенсацию, которую виновная сторона должна уплатить пострадавшему. Позднее распространился обычай, по которому цари исполняли роль судей в любом споре, возникшем в Риме. Они же заботились и об исполнении решения. «Так начал создаваться и развиваться гражданский процесс».

Самым древним видом гражданского процесса являлся легисакционный. Н отличался строгим формализмом, обрядовостью совершаемых сторонами действий. Вся совокупность ритуальных формул и жестов носила название «legisaction», поэтому сам процесс назывался легисакционным.

Данный процесс характеризовался также той особенностью, что в нём имелись две стадии судопроизводства: процесс «injure» и процесс «injudicio». В процессе «injure» участвовали стороны и судебной магистр (претор, префект, правители провинций). Магистр не осуществлял судебных функций, он только присутствовал при тех торжественных актах в процессе судопроизводства, которые совершали стороны. Его участие сводилось к тому, что он произносил известные реплики, формулы, которые полагались по установленному ритуалу. Что касается сторон, то они также совершали известные тождественные акты, предписанные правом. Сущность этих актов заключалась в том, что истец заявлял о своём праве, которое он желает осуществить против ответчика. Ответчик возражал против заявленного истца. Завершающим актом в стадии «injure» являлся litiscontestation или утверждение предмета спора перед свидетелями и направление спора судье для вынесения решения.

Если ответчик в стадии «injure» не соглашался с притязанием, заявленным истцом, но в установленной законом форме оспаривал его, то процесс переходил в другую стадию: начиналось производство «injudicio» или разрешение дела по существу.

Фактические доказательства правоты сторон разбирали судьи, которых избирали сами судьи стороны из числа предложенных магистром частных лиц, являющихся, как правило, сенаторами, позднее, со времени Гракхов, квесторами, а со времени Августа — гражданами, обладающими имуществом свыше 200 000 сестреций.

Решение, выносимое судом было безапелляционным, т. е. не допускалась возможность его обжалования.

Постепенно все эти судопроизводственные формы выходили из употребления, так как вследствие излишней мелочности тогдашних юристов, которые считались творцами права, дело было доведено до того, что малейшее отклонение от предписанных форм и обрядов влекло за собой проигрыш тяжбы.

Кроме того, система «legisactionis» с её сложной обрядовостью всё более не соответствовала уровню развития новых социально — экономических отношений. Деловая жизнь выдвигала всё новые и новые формы отношений, которые не могли быть уже втиснуты в узкие рамки старых торжественных актов.

В результате закона Эбуция и двух законов Юлия в Риме было введено судопроизводство посредством формул и таким образом установился формулярный процесс.

Сущность процессуальной перемены сводилась к тому, что производство «injure» состояло теперь не в произнесении сторонами основанных на законе легисакционных формул, причём претер был лишь пассивным свидетелем, но в составлении претером письменной формулы, содержавшей его указания присяжному о том, как надо решить спор.

Производство и в этом процессе сохраняло своё разделение на две стадии jusи judicium. Именно в этом состоя; обычный (ординарный) порядок производства.

Органом суда «injure» в Риме являлся претор, а в муниципиях — муниципальные магистраты. Органами суда были, по общему правилу, частные судьи, назначаемые претором.

Стадия «injure» заканчивалась составлением формулы и спор передавался на решение судьи. Судья, рассмотрев дело, мог как отказаться вынести решение (в случае неясности дела для себя), так и разрешить дело, вынеся решение по существу (sentential).

Решение судьи, независимо от того, было ли оно справедливо или нет, в формулярном процессе, как и в легисакционном, не могло быть обжаловано.

Однако уже в это время появляются первые чрезвычайные способы обжалования, направленные на отмену решения, посредством допущения восстановления в первоначальное положение.

Требование restitucoinintegmmпредъявлялось в срок до одного года со времени обнаружения нарушения. Так, решение могло быть отменено посредством эдикта претора или вышестоящего магистрата. Основаниями для такой отмены считались: угрозы и насилие, под влиянием которых судья решил дело (metus); обман, подлог, подкуп судьи (dolus); несовершеннолетие истца, если его неопытность дала возможность противнику выиграть дело (minoraetas); неявка в суд по уважительным причинам (absentia) и др. Во всех этих случаях за отменной решения мог последовать новый процесс.

Если судья нарушал формулу судопроизводства, то он отвечал в полной сумме иска за убытки, которые понес истец из-за недействительности решения.

Формулярный процесс являлся нормальным гражданским процессом не только в конце Республики, но и в течении всего периода существования принципата. Для него было характерным отсутствие судебных инстанций с разделением на высшие и низшие. С учреждением таких инстанций низшие суды становились бы подчиненными, получили бы значение переходной инстанции, в связи с чем был бы утерян авторитет безапелляционного суда. В этот период времени для римского гос-ва были характерны самостоятельность и равенство органов власти. С установлением Империи получает развитие экстраординарный процесс, не знающий разделения на стадии jusиjudicium.

Характерной чертой судопроизводства по гражданским делам этого периода является совмещение судебных и административных функций в руках административного органа, такого, например, как магистрат.

Прежние суды вследствие недоверия к ним императорской власти уступили место деятельности чиновников империи, на деленных определенным объёмом власти, между которыми установились отношения подчиненности и ранга, что позволяло обжаловать решения низшие инстанций в высшие вплоть до императора, являвшегося высшим должностным лицом лицом Римской Империи. В силу того, что в его лице были соединены все роды высшей гос-венной власти, он имел право вмешиваться в действия всех должностных лиц, находившихся в подчиненном к нему положении.

Императоры широко использовали это право, беря на себя непосредственное разбирательство некоторых дел, по тем или иным причинам привлекших их внимание или о которых просили заинтересованные лица.

Просьбы о таком вмешательстве, о рассмотрении обжалованного решения назывались апелляциями (appellationот appellare — призывать). Именно в это время, к концу III в., и возник институт обжалования в гражданском судопроизводстве в форме апелляции.

При императоре Августе решения судов могли обжаловаться городскому претору, начальнику преторианцев, а когда дело прошло все инстанции, то допускалась просьба к императору об отмене решения.

По указу императора Диоклетиана (294 г.) в римских провинциях судьями становятся сами правители провинций. Нижестоящей инстанцией были муниципальные магистраты, рассматривавшие менее важные дела. В связи с этим система подачи апелляций была следующей: на решение претора или других низших судей можно было апеллировать к магистрату. На решения низших провинциальных судов апелляция подавалась правителям провинций; на решения правителей провинций — высшим имперским чиновникам. Подавать такие апелляции можно было неоднократно. Но позднее, в период царствования императора Юстиниана неоднократная подача апелляций по одному и тому же делу.

Во времена императоров Диоклетиана и Константина к апелляционной жалобе, поданной императору, прилагались libellirefutatori (просьба с опровергающими решения доводами) и докладная записка судьи в оправдание вынесенного им решения. Император, рассмотрев переданные ему материалы, постановлял свое решение.

Апелляционное производство, вначале довольно беспорядочное, постепенно получило определенную организацию. Сове окончательное оформление и закрепление как средство обжалования судебных решений апелляция поучила в период царствования императора Юстиниана (527−565 гг.).

В это время были определены сроки для заявления об апелляции и для пересылки дела в высшую инстанцию. Несогласие с вынесенным решением можно было объявить устно и у судьи сразу после вынесения решения или в десятидневный срок в письменной форме. Апелляционная жалоба, подаваемая императору, должна было оплачиваться определенной апелляционной суммой. Апелляционная сумма не вносилась, если апелляция подавалась в какую-либо другую высшую инстанцию. Подача апелляционной жалобы приостанавливала исполнение решения.

Возникновение и совершенствование апелляционного обжалования привело к необходимости развития канцелярской формы делопроизводства (это обусловливалось тем, что устную речь невозможно было передавать по инстанциям, и почти все происходящие в суде заносилось в судебный протокол.)

За неравномерную апелляцию были установлены санкции, выражавшиеся в ссылке на срок до двух лет и конфискация половины имущества.

В этот период времени изменяется процедура рассмотрения апелляционной жалобы. Если раньше император выносил свое решение только на основании присланных ему письменных объяснений судьи и заинтересованных лиц, т. е. на основании материалов дела, бывших на рассмотрении суда низшей инстанции, то при Юстиниане имело место совершенно новое производство по делу, с представлением сторонами дополнительных доказательств и их исследованием непосредственно в судебном заседании (judiciumnovum).

В свою очередь существование системы апелляций привело к определенным осложнениям: во-первых, к более медленному судопроизводству и, во-вторых, к его дороговизне, поскольку были введены судебные пошлины. Однако эти осложнения нисколько не умаляли общего значения апелляции как средства достижения справедливого и законного судебного разрешения возникшего спора.

Апелляционный порядок обжалования явился одним из важных элементов римского права, определивших роль этого права в истории мировой юриспруденции.

Возникнувв Древнеримском государстве, институт апелляции продолжил свое существование и получил дальнейшее развитие в гражданском процессуальном законодательстве и судопроизводстве Европейских стран.

С падением римской Империи под натиском германских племен институт апелляции в судопроизводстве Западной Европы исчез и вновь возник позднее, после того, как в этом регионе сложились централизованные гос-ва.

В Германии нормы римского права рецепировались только в конце XIV-начале XV в. До этого времени существовало и развивалось право национальное, право обычное.

Только после рецепции римского права в Европе в гражданскомпроцессуальном праве был восстановлен правовой институт апелляции.

Несомненно, апелляция Древнеримского гос-ва и апелляция в странах Западное Европы отличались друг от друга, несмотря на столь же несомненное сходство, благодаря влиянию римского права в целом на судопроизводстве европейских стран и, в частности, на институт апелляции. Весь ход исторического процесса обусловливает это сходство и различие потому что европейские национальные юристы руководствовались девизом, который ярко сформулировал немецкий профессор права Иеринг (1818−1892 гг.): — «через римское право, но вперед, дальше его».

1.2 Институт апелляционного обжалования судебных постановлений в российском гражданском процессе

«Апелляция есть одно из позднейших явлений в жизни каждого народа», — утверждал русский ученый-процессуалист Х1Х века Ф. М. Дмитриев. Такое мнение подтверждается историей возникновения и развития института обжалования судебных постановлений и института апелляционного обжалования.

История возникновения и развития апелляционного обжалования в российском государстве позволяет выделить определённые этапы этого развития.

Первый этап может называться «безапелляционным» и исчисляется с момента появления первых правовых актов (XI в.) и до момента издания первых Судебников (конец XV в.). Данный период характеризуется отсутствием какой бы то ни шло возможности обжаловать решение судьи.

Второй этап связан с появлением вообще возможностью обжалования судебного решения и возможности апелляционного обжалования в частности. Этот этап можно датировать концом XV в. — второй половиной XIX в. — времени действия Судебников 1497 г., 1559 г., Соборного Уложения 1649 г. Указов Петра I, Учреждения о губерниях 1755 г., правовых актов первой половины XIX в. Вплоть до 1864 г. — момента принятия Устава гражданского судопроизводства.

Третий этап (1864−1917 гг.) — время действия Устава гражданского судопроизводства, в котором вопросы апелляционного обжалования судебных постановлений были наиболее чётко урегулированы по сравнению с ранее действовавшими правовыми актами российского государства.

Четвёртый этап (1917−1991 гг.) — период, когда апелляционное обжалование было передано забвению.

Пятый этап (1991 г. — по настоящее время) — период начала судебной реформы в Российской Федерации, принятая Конституция Р Ф, АПК РФ, Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации», работы над проектом ГПК РФ — время, когда право апелляционного обжалования закреплено в АПК РФ, кассационное производство в гражданском процессе приобрело апелляционные черты, активно обсуждается вопрос о возможности о необходимости закрепления апелляционного обжалования судебных постановлений в ГПК РФ.

В Древней Руси, так же как и в странах Западной Европы той эпохи, суд был учреждением чисто народным и вполне самостоятельным не только до учреждением чисто народным и вполне самостоятельным не только до утверждения княжеской власти, но и после этого, так как власть суда хотя и перешла к князьям и была осуществляема через посредство посылаемых ими посадников и тиунов, но в тоже время не была отнята у народа, княжеские посадники и тиуны могли отправлять суд не иначе, как при непеременном участии выборных земских людей, совместный суд которых пользовался такой же пол ной самостоятельностью, как и прежний, чисто народный суд.

Такая судебная система предполагала только одну инстанцию и о существовании института обжалования судебных решений, тем более апелляции, не могло быть и речи.

В Новгороде существовало право уничтожения решения нижних судов в случае их обжалования. Это право принадлежало «только Вечу по делам мирским и Новгородскому архиепископу по делам духовного ведомства. Вече, усмотрев неправду в суде посадника или других судей, сменяло их с согласия Великого Князя». В данном случае, по всей видимости, имело место обжалования действий судьи, обвинение его в несправедливости, а не обжалование решения как такового.

До появления Новгородской судной грамоты суды на Руси были самостоятельными и независимыми, и о существовании института обжалования судебных решений, а тем более апелляции не могло быть и речи. Новгородская судная грамота впервые упоминает об институте доклада, который был своеобразным способом переноса дела, рассмотрения и разрешения его в другом суде (ст. ст. 6, 20, 26, 28, 45), но производство по докладу, как верно отмечали ряд ученых, нельзя было назвать способом обжалования, поскольку оно представляло производство в двух стадиях одного процесса. В период издания Судебника 1497 года имел место и перенос дела по инициативе одной из сторон процесса. Если кто-либо из тяжущихся находил решение, вынесенное судьей, несправедливым, то он мог обратиться с жалобой уже в высшую инстанцию, которая выносила новое решение. Если судьи высшей инстанции находили, что производство по делу было неполным и неясным, они выносили решение «дать суд с головы», т. е. назначить новое рассмотрение дела.

Соборное уложение 1649 года различало общие и частные жалобы. Дальнейшее развитие и совершенствование апелляционного производства происходило в период царствования Петра I. Его Указом от 15 июля 1719 года было предписано, чтобы низшие суды были «под правлением» высших, а высшие суды в каждой губернии должны были подчиняться государственной Коллегии Юстиции. Запрещалось подавать жалобы и прошения в высшие суды, минуя суды низшей инстанции. Последствиями справедливой апелляции были штрафы, налагаемы на судей низшей инстанции. Указом от 8 февраля 1722 года были утверждены инстанции судов и порядок подачи апелляционных жалоб.

Апелляционное производство получило дальнейшее развитие в последующем законодательстве, где оно постепенно совершенствовалось, в частности, определялись требования к содержанию апелляционной жалобы. Указ о губерниях 1755 года ввел в действие такое понятие, как залог правой апелляции. Указом Екатерины II в 1762 году было постановлено, что проситель должен подать апелляционную жалобу в суд II инстанции в течение годового срока, а если он находится за границей, то в течение 2х лет. Для приостановления исполнения решения низшего суда необходимо было подать апелляционную жалобу в течение 1 месяца, если проситель находится в другом городе — 4 месяца. По своему содержанию апелляционное производство XVIII — середины XIX (1864 г.) было ревизионным.

В дореформенном процессе (до 1864 г.) существовала длинная лестница судебных инстанций. Судебная реформа 1864 года значительно изменила судебную систему, упорядочив её и установив принцип двух инстанций, что означало бы возможность рассмотрения дела по существу только в двух инстанциях. Первой инстанцией были мировые и окружные суды. Второй инстанцией были апелляционные суды. В качестве чрезвычайного порядка обжалования вступивших в силу законных решений в Гражданский кассационный департамент Сената. На формирование института кассационного производства в России большое влияние оказало французское законодательство. И апелляционный и кассационный суды были связаны рамками жалобы. «Они проверяют только ту часть решения, которая обжалована, проверяют только те нарушения, на которые указано жалобщиком, проверяют решение только в отношении тех лиц, которые подали жалобу».

Устав гражданского судопроизводства 1864 года закрепил институты апелляционного и кассационного обжалования судебных постановлений, из которых основным является институт апелляций.

В конце XIX — начале XX века был подготовлен проект новой редакции Устава гражданского судопроизводства, который предусматривал ряд изменений в действующий Устав. Институт апелляции предлагалось в проекте новой редакции Устава гражданского судопроизводства сохранить в полной его неприкосновенности, внеся изменения лишь в отдельные нормы. Однако история распорядилась иначе.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что в России апелляционное обжалование прошло длительный путь развития, который был прерван в 1917 г. Возвращение к апелляционному обжалованию в арбитражном процессе и интерес к самой идее апелляционного обжалования может свидетельствовать о новом этапе развития апелляции в России.

Разработка и принятие новых процессуальных законов — составная часть концепции совершенствования законодательства РФ о судебной системе и одно из основных направлений реализации концепции судебной реформы.

В настоящее время стало очевидно, что полномочия суда апелляционной инстанции превосходят объем полномочий суда кассационной и надзорной судебных инстанций. Апелляция является важной гарантией реализации права на судебную защиту.

В российской судебной системе не существовало специального звена, занимающегося исключительно апелляционным процессом. Еще в 2000 г., до принятия Федерального конституционного закона «О внесении изменений и дополнений в Федеральный конституционный закон «Об арбитражных судах в Российской Федерации», изменившего систему арбитражных судов, среди российских процессуалистов бытовало мнение о необходимости выделения апелляционной инстанции из общей системы арбитражных судов, кроме того, резко критиковалась существующая система.

Из всего изложенного можно сделать вывод о том, что существование в гражданском производстве Российской Федерации института апелляции необходимо.

С введением института апелляционного обжалования контроль судов второй инстанции за деятельностью судов первой инстанции стал более эффективным. Но он не ограничен только проверкой законности и обоснованности решения, так как может исследовать заново все обстоятельства дела на основе новой оценки доказательств.

2. Правовая характеристика апелляционного обжалования судебных постановлений

2.1 Институт апелляции в гражданском процессе. Предпосылки апелляционного обжалования

Принятие Федерального закона от 9 декабря 2010 г. № 353-ФЗ «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» (далее — Закон) ознаменовало самое масштабное реформирование гражданского процессуального законодательства со времени принятия Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Новеллы ГПК РФ обнаруживают системное изменение подхода законодателя к регулированию институтов апелляционного, кассационного и надзорного производства в гражданском процессе, требуют дальнейшего теоретического осмысления и позитивного комментирования.

Одним из наиболее существенных нововведений, предусмотренных Законом, стало установление единого апелляционного способа обжалования судебных постановлений, не вступивших в законную силу.

Указанное нововведение стало ожидаемой реализацией инициатив создания апелляционных инстанций в судах общей юрисдикции, изложенных в Послании Президента Российской Федерации Д. А. Медведева Федеральному Собранию Российской Федерации от 12 ноября 2009 г. Необходимость унификации способов обжалования судебных постановлений, не вступивших в законную силу, — давно и широко обсуждаемая в литературе тема. Значительное сходство кассационного и апелляционного производства по ГПК РФ до упомянутых изменений проявлялось в общности стоящих перед ними задач, объектов, субъектов обжалования и собственно порядка судопроизводства. Обоснованность существования в российском гражданском процессе двух способов обжалования и проверки не вступивших в законную силу постановлений суда со множеством практически аналогичных свойств вызывала серьезные сомнения. Признание того факта, что в соответствии с традиционными (как зарубежными, так и дореволюционными российскими) представлениями о сущности данных видов производств в суде второй инстанции кассационная инстанция фактически действовала по правилам неполной апелляции, делало практически нелогичным их сосуществование. И серьезность этой проблемы лишь усиливалась тем обстоятельством, что наличие апелляции в качестве способа обжалования и проверки решений и определений мировых судей, а кассационного — в качестве способа обжалования и проверки постановлений федеральных судов общей юрисдикции — не соответствует конституционному принципу равенства всех перед законом и судом (ст. 19 Конституции РФ). Поэтому в целом значимость введения единого способа обжалования судебных постановлений, не вступивших в законную силу, невозможно переоценить с точки зрения как укрепления гарантий прав лиц в гражданском судопроизводстве, так и формальной юридической техники.

Далее следует остановиться на сущностной характеристике апелляционного производства по гл. 39 ГПК РФ в редакции Закона. Исходя из положений упомянутой главы, можно заключить, что апелляционное производство совмещает в себе черты полной и неполной апелляции. Согласно абз. 2 ч. 1 ст. 327 ГПК РФ суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК РФ. Наиболее выраженным свойством полной апелляции является отсутствие полномочия суда апелляционной инстанции вернуть дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции (ст. 328 ГПК РФ). Поскольку ст. 327 ГПК РФ прямо не оговаривает, что неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием для его рассмотрения судом апелляционной инстанции, можно сделать вывод о применении в данном случае общих правил производства в суде первой инстанции, что также характерно для полной апелляции. При этом дополнительные доказательства принимаются судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него (абз. 2 ч. 1. ст. 327.1 ГПК РФ), в суде апелляционной инстанции не применяется ряд правил производства в суде первой инстанции (ч. 6 ст. 327 ГПК РФ), что является наиболее существенным признаком апелляции неполной.

Выбор законодателем смешанной модели апелляции, характерной также для арбитражного процесса, олицетворяет, на наш взгляд, стремление обеспечить практическую реализацию изменений, предусмотренных Законом, с оптимальными финансовыми затратами. Учет географических особенностей нашей страны, уровень доходов населения, развитость транспортной и иной инфраструктуры, полагаем, делают такое решение оправданным на данном этапе. Ведь классическая полная апелляция предполагает не только личное присутствие в судебном заседании суда второй инстанции, но и предоставление любых новых доказательств, что в связи с отдаленностью такого суда влечет дополнительные расходы лиц, а также в еще большей степени увеличивает возможность отложения дела и увеличение сроков его рассмотрения. Регламентация же пределов рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции (абз. 1 ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ) вкупе с ограничениями в предоставлении дополнительных доказательств способствует решению задачи своевременного рассмотрения и разрешения гражданских дел. Кроме того, полное повторное рассмотрение дела по существу по правилам классической полной апелляции с учетом коллегиальности (кроме районных судов) рассмотрения потребовало бы и больших затрат на обеспечение судейского корпуса и финансирование материально-технической базы апелляционных инстанций. При этом, однако, предусмотренная законом модель апелляции обнаруживает все же преобладание вышеупомянутых свойств полной апелляции, в наибольшей степени, на наш взгляд, способствующих защите прав граждан и решению другой задачи гражданского судопроизводства — правильного рассмотрения и разрешения дела, стремление в обеспечении практического действия которых проявляется и в предусмотренном Федеральным конституционным законом от 7 февраля 2011 г. № 1-ФКЗ «О судах общей юрисдикции в Российской Федерации» создании в составе судов уровня субъектов Российской Федерации постоянных судебных присутствий, расположенных вне места постоянного пребывания суда (ч. 3 ст. 24).

Очевидно, что рассмотрение дел в качестве суда второй инстанции по правилам смешанной апелляции с преобладанием свойств полной апелляции не может быть обеспечено единственным на целый субъект Российской Федерации судом.

Поэтому вопрос о приближении правосудия к населению в первую очередь, как нам представляется, в свете нужд полной апелляции был решен вышеобозначенным способом. И хотя порядок организации и деятельности данных постоянных судебных присутствий (кадровое обеспечение, вопросы руководства, реализации полномочий суда уровня субъекта) остается до принятия соответствующего федерального закона до конца неясным, налицо намерение гарантировать эффективную работу в том числе суда апелляционной инстанции на региональном уровне.

Таким образом, полагаем, что избранная в Законе смешанная модель апелляции, сочетающая черты неполной и полной апелляции с преобладанием последних, может быть названа в полной мере компромиссным, но в сложившихся условиях оптимальным решением проблемы эффективного функционирования второй инстанции в судах общей юрисдикции.

Постатейная же характеристика изменений, коснувшихся гл. 39 ГПК РФ, представляется не столь однозначной. В первую очередь внимание на себя обращает наименование главы 39 ГПК РФ: «Производство в суде апелляционной инстанции». Стройное единообразие в наименовании глав 39, 41 и 41.1 ГПК РФ в случае с апелляционным производством напрямую противоречит содержанию этого способа обжалования и проверки судебных постановлений, включающего не только производство в суде апелляционной инстанции, но и производство в суде, принявшем решение. Важнейшие действия суда первой инстанции по приему (ст. 321, 325 ГПК РФ), возвращению (ст. 324 ГПК РФ), оставлению без движения апелляционной жалобы (ст. 323 ГПК РФ), представления, отправлению ее копий лицам, участвующим в деле, приему возражений относительно жалобы, представления и направлению по истечении срока обжалования дела с апелляционной жалобой, представлением и поступившими возражениями в суд апелляционной инстанции (ст. 325 ГПК РФ) являются неотъемлемой частью апелляционного производства, при этом в буквальном смысле слова не осуществляются в суде апелляционной инстанции. Несоответствие наименования главы ее содержанию не может быть объяснено ни с формально-юридической точки зрения, ни с точки зрения повышения внимания и ответственности суда первой инстанции на этапе, обеспечивающем право на судебную защиту в суде второй инстанции.

Далее ч. 3 ст. 320 ГПК РФ, в редакции Закона, предусматривает право на подачу апелляционной жалобы лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и обязанностях которых был разрешен судом. Право так называемых неучастников обжаловать решение суда, как подчеркивается в литературе, в апелляционном порядке лишает указанных лиц первой судебной инстанции, так как апелляция лишена права вернуть дело на новое рассмотрение. Невозможным для лиц, не привлеченных к участию в деле, становится и обжалование постановления апелляционной инстанции во вторую инстанцию, так как определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия (ч. 5 ст. 329 ГПК РФ). Кроме того, правило ч. 3 ст. 320 ГПК РФ выглядит противоречиво по отношению к положениям ч. 6 ст. 327 ГПК РФ, не допускающей в ходе производства в суде апелляционной инстанции замену ненадлежащего ответчика, привлечение к участию в деле третьих лиц. То есть в первом случае изменение субъектного состава заинтересованных лиц в апелляции допускается, а в другом нет. Исходя из общих представлений о неизменности всех элементов требования в суде второй инстанции, при котором лишь им может быть реализована проверочная функция (если бы изменения были приняты во внимание судом первой инстанции, возможно, он бы принял иное решение), нововведение ч. 3 ст. 320 ГПК РФ, допускающее в процесс в суде апелляционной инстанции новых лиц, также не представляется удачным.

Говоря о нормах ст. 321 ГПК РФ, в редакции Закона, регулирующих порядок и сроки подачи апелляционных жалобы, представления, необходимо отметить позитивные изменения в части решения вопроса о судьбе жалобы, представления, поступивших непосредственно в апелляционную инстанцию. Закреплено выработанное теорией и практикой правило о направлении в данном случае апелляционной жалобы, представления в суд, вынесший решение, для дальнейших действий в соответствии со ст. 325 ГПК РФ. Что же касается увеличения срока апелляционного обжалования до месяца, то оно обосновано с учетом удаленности судов второй инстанции, хотя, как уже упоминалось, и планируется повышение их территориальной и иной доступности посредством создания постоянных судебных присутствий судов уровня субъекта Российской Федерации. Месячный срок вполне достаточен и для решения острой практической проблемы несвоевременного получения решения суда. Кроме того, более длительный срок апелляционного обжалования создает большие возможности как для подготовки жалобы, представления, так и для подготовки к участию в деле, что для апелляции с учетом ее специфики более актуально, чем для иных видов пересмотра, для которых в силу прямого указания закона неявка лиц, участвующих в деле, не является препятствием к рассмотрению дела (ч. 2 ст. 385 ГПК РФ и абз. 2 ч. 2 ст. 391. 10 ГПК РФ).

Обращает на себя внимание и отсутствие в гл. 39 ГПК РФ, в редакции Закона, последствий подачи апелляционной жалобы, представления при отсутствии предпосылок права на ее предъявление, а именно лицом, не имеющим права подачи жалобы, и в отношении судебного постановления, не подлежащего обжалованию в апелляционном порядке. Указанные обстоятельства, исходя из сущности, относятся именно к предпосылкам права обжалования, на что неоднократно обращалось внимание в литературе. Поэтому адекватной реакцией суда на отсутствие названных предпосылок был бы отказ в приеме жалобы, представления. Частично данное мнение разделялось и Верховным Судом Российской Федерации в п. 2 Постановления Пленума от 24 июня 2008 г. № 12, указавшим на необходимость отказа в принятии кассационной жалобы, представления, поданных лицами, не имеющими права на их подачу. Новеллы ГПК РФ устанавливают аналогичное основание уже не для отказа в приеме, а для возвращения кассационной (п. 2 ч. 1 ст. 379.1 ГПК РФ) и надзорной (п. 2 ч. 1 ст. 391.4 ГПК РФ) жалобы, представления. Что, вероятно, поддерживает иную, последовательно отраженную, к примеру, в АПК РФ, позицию о принципиальной возможности изменения ситуации отсутствия предпосылок права на обжалование, в случае которой право на подачу жалобы вновь сохраняется. При этом, однако, не учитывается сам характер этих изменений, ведь и отказ в принятии жалобы, представления не исключает их подачу надлежащим субъектом и в отношении подлежащего обжалованию судебного постановления (кстати, тот же АПК РФ в качестве основания возвращения жалобы, представления называет обе эти предпосылки). В любом случае полагаем, что отсутствие в нормах гл. 39 ГПК РФ положений о действиях суда первой инстанции при поступлении апелляционной жалобы, представления, по крайней мере от лица, не имеющего права на ее подачу, является неоправданным. Фактически заставляет работать «вхолостую» судебную систему, а с учетом правил явки в суд апелляционной инстанции заинтересованных лиц влечет серьезное нарушение их прав.

По-прежнему при регулировании действий суда первой инстанции после получения апелляционных жалобы, представления ст. 325 ГПК РФ, в редакции Закона, не указывает на сроки направления лицам, участвующим в деле, копии жалобы, представления и приложенных к ним документов. От установления указанного срока, причем краткого, напрямую зависит реализация иными лицами, участвующими в деле, своего права на подачу возражений относительно жалобы, представления. Речь идет и о времени, достаточном для подготовки к участию в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции. Тем более что в гл. 39 ГПК РФ отсутствуют указания на необходимость назначения времени рассмотрения апелляционных жалобы, представления в судебном заседании суда апелляционной инстанции с учетом того, чтобы лица, участвующие в деле, имели возможность явиться на заседание, как это сделано для кассационного производства (ч. 1 ст. 385 ГПК РФ). Возможно, в условиях увеличения срока на апелляционное обжалование до месяца острота этого вопроса несколько снижается, но не снижается потребность в надлежащем обеспечении прав заинтересованных лиц.

При общем повышенном внимании к соблюдению сроков судопроизводства установление четкого срока направления копии апелляционной жалобы, представления и приложенных к ним документов лицам, участвующим в деле, видится целесообразным.

В целом переоценить значение новой редакции ст. 327 ГПК РФ и введения ст. 327.1 ГПК РФ, устанавливающих порядок и пределы рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, трудно. Необходимость отдельного, не ограничивающегося ссылкой на правила производства в суде первой инстанции, регулирования порядка рассмотрения дела судом второй инстанции связана с ограничением применения правил первой инстанции в суде апелляционной инстанции, продиктованных проверочной функцией вышестоящего суда, которая, в свою очередь, реализуется лишь в определенных пределах. Сомнения возникают лишь по поводу нормы ч. 5 ст. 330 ГПК РФ, очевидно относящейся к порядку рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, но размещенной в статье, предусматривающей основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции. При установлении судом апелляционной инстанции нарушений процессуальных норм, влекущих отмену решения суда в любом случае, он рассматривает дело по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК РФ. Наличие оснований, влекущих безусловную отмену решения, свидетельствует о незаконности всех без исключения действий суда первой инстанции, исправить которые возможно только путем полного, нового рассмотрения дела без изъятий апелляционного производства. Осуществление же этой функции самим апелляционным судом связано с отсутствием права у апелляционной инстанции направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Последовательность норм гл. 39 ГПК РФ в этом отношении выглядит логично. Но порождает закономерный вопрос о дальнейшей судьбе решения суда апелляционной инстанции, принятого в таком порядке. Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия (ч. 5 ст. 329 ГПК РФ), соответственно в рассматриваемом случае лица, участвующие в деле, будут лишены права обжалования решения суда в ординарном порядке. Фактически единственного для них решения, которое может быть обжаловано по существу заявленных требований. Указанную ситуацию невозможно оставить без разрешения, так же как невозможно отрицать факт, что решением суда апелляционной инстанции, принятым по правилам производства в суде первой инстанции, может быть не удовлетворено хотя бы одно лицо, участвующее в деле. В данном случае все же более приемлемым видится допущение направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, что, как уже упоминалось, в некоторой степени нарушит логику правового регулирования апелляционного производства, однако в большей степени будет соответствовать правам заинтересованных лиц и не усложнит, не запутает процесс, как это неизбежно было бы при втором варианте решения обозначенной проблемы — допущении апелляционного обжалования самого апелляционного определения.

Не может быть оставлен без внимания и установленный Законом порядок обжалования определений суда первой инстанции, который в своем роде уникален для современного гражданского процесса.

Срок для подачи частной жалобы на определения суда первой инстанции, не вступившие в законную силу, сокращен по сравнению со сроком обжалования решений до пятнадцати дней (ст. 332 ГПК РФ).

Частная жалоба, представление прокурора на определение суда первой инстанции, за исключением определений о приостановлении производства по делу, о прекращении производства по делу, об оставлении заявления без рассмотрения, рассматриваются без извещения лиц, участвующих в деле (ч. 2 ст. 333 ГПК РФ). Указанные меры, безусловно, способствуют своевременному рассмотрению и разрешению гражданских дел, предотвращают злоупотребления со стороны лиц, участвующих в деле. Но установление любых, тем более столь серьезных, ограничений должно быть не просто оправдано, но и детально проработано. Чего в данном случае не удалось достичь. Так, введение фактически несудопроизводственного (без извещения лиц, участвующих в деле) порядка рассмотрения частных жалоб и представлений не коснулось лишь трех вышеперечисленных определений суда первой инстанции. Иные же пресекательные определения, выносимые во многом по тождественным основаниям (об отказе в принятии искового заявления, о возвращении искового заявления, об оставлении искового заявления без движения) и в равной мере исключающие возможность дальнейшего движения дела, будут рассматриваться без участия заинтересованных лиц. Объяснить с этой точки зрения список исключений ч. 2 ст. 333 ГПК РФ крайне трудно. Можно пойти и далее и сделать вывод о несоответствии порядка рассмотрения частных жалоб, представлений без извещения лиц, участвующих в деле, сущности апелляционного производства его демократическим началам, которые и послужили его установлению в качестве единого порядка производства в суде второй инстанции. По своей природе указанный порядок вообще не относится ни к одному из существующих видов пересмотра судебных постановлений, и дальше всего он стоит именно от апелляционного производства. Учитывая вышеизложенные практические обоснования, а также загруженность апелляционных инстанций и их отдаленность, компромиссное решение проблемы возможно только при смещении законодательных акцентов в правовом регулировании обжалования определений суда первой инстанции. Исключением должно стать применение, а не неприменение этого порядка в отношении отдельных определений.

В завершение хочется заметить, что принятие Закона решило массу крайне важных и актуальных проблем производства в суде второй инстанции, что в целом, несомненно, позитивно отразится на практике апелляционного производства. Процесс же совершенствования законодательства — явление, имманентно присущее его развитию, в котором позитивная критика и теоретическое осмысление его норм призваны играть стимулирующую роль.

2. 2 Доказательства в гражданском апелляционном производстве. Разбирательство дел и полномочия суда апелляционной инстанции

Федеральный закон от 9 декабря 2010 г. № 353-ФЗ «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» в целом сохранил в прежнем виде полномочия суда апелляционной инстанции, введя одно новое — оставление апелляционной жалобы, представления без рассмотрения по существу, если они поданы по истечении срока апелляционного обжалования и не решен вопрос о восстановлении этого срока. Данные полномочия указывают на то, что законодатель окончательно ввел в судебную правоприменительную практику институт полной апелляции, который не подразумевает направление дела судом апелляционной инстанции на новое рассмотрение.

Начиная с 2012 г. суд апелляционной инстанции, выявив хотя бы одно из оснований ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, обязан выносить определение о переходе к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных гл. 39 ГПК РФ. Эти основания традиционны, среди них принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, что означает, что при подаче апелляционной жалобы лицом, не привлеченным к участию в деле, права которого предположительно нарушены состоявшимся правоприменительным актом, суд автоматически переходит в режим работы полной апелляции. Последнее выражается в том, что после объяснений лица, подавшего апелляционную жалобу, или прокурора, если им принесено апелляционное представление, и других лиц, участвующих в деле, их представителей суд апелляционной инстанции без наличия соответствующих ходатайств оглашает имеющиеся в деле и вновь представленные доказательства. Здесь нет надобности следовать требованиям ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ о том, что новое или дополнительное доказательство представляется в вышестоящий суд, если только лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по независящим от него причинам, и суд признает эти причины уважительными.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой