Платон и Аристотель: вклад античности в современное общество

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Философия


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Федеральное государственное образовательное учреждение

Санкт-Петербургский государственный аграрный университет

Кафедра философии и культурологи

Реферат

на тему:

Платон и Аристотель: вклад античности в развитии современного общества

Выполнил студент гр. 7214 Лисницкий Д. П.

Проверил к.ф.н., доцент Алябьева С. В.

Санкт-Петербург,

г. Пушкин, 2010

Содержание

Введение

I. Краткие биографии Платона и Аристотеля

II. Социальная обстановка времён Платона и Аристотеля и их философские позиции

III. Воззрения Платона и Аристотеля на устройство государства

IV. Платоновская академия

V. Аристотелевский ликей

VI. Значения работ Платона и Аристотеля в последующих эпохах

VII. Альтернативные сообщества, как аналог школ Платона и Аристотеля

Заключение

Список литературы

Введение

Значение трудов и деятельности античных философов, в частности Платона и Аристотеля, трудно недооценить в развитии не только философской мысли человечества, в построении принципов существования западной цивилизации, но и в нашей современной жизни: её техническом и информационном обеспечении. Их работы, проделанные в теоретическом направлении, а также применённые на практике принципы, можно увидеть и по сей день. Развитие многих научных школ более поздних периодов и современности основывается либо на прямую, либо косвенно на работах этих деятелей.

Многие черты платоновского идеального государства мы можем встретить в трудах и работах известных утопистов разных периодов развития философии, а сам, написанный Платоном диалог «Государство», является первой утопией. Но одно отличает его от утопии — это попытка реализовать идею в реальности. То же можно сказать и о его ученике — Аристотеле, который правда, более «приземлённей» рассматривал и анализировал модели государственного устройства. Этот опыт воодушевлял многих мыслителей и политических деятелей разных эпох на те действия, что корректировали ход истории и настроения умов. А разработка этих трудов и их воплощение невозможно было бы представить без создания неких обществ, которые объединены на основе этих идей. По всей деятельности этих философов можно сделать вывод, что они понимали значение преемственности в знаниях и, как следствие, привлечение и воспитание определённого кадрового потенциала. Именно в рамках кадровой подготовки и были созданы знаменитые платоновская академия и аристотелевский лицей, выпускники которых так же сыграли не малую роль в развитии цивилизаций.

Спектр трудов Платона и Аристотеля очень широк, поэтому объектом данной работы является только некоторые из тем, описанных ими и реализованных на практике касающиеся вопросов государственного строительства и кадровой подготовки. А так же в чем главные сходства и отличия двух моделей.

I. Краткие биографии Платона и Аристотеля Платон

Точная дата рождения Платона неизвестна. Следуя античным источникам, большинство исследователей полагает, что Платон родился в 428−427 годах до н. э. в Афинах или Эгине в разгар Пелопанесской войны между Афинами и Спартой. По античной традиции днём его рождения считается 7 таргелиона (21 мая), праздничный день, в который, по мифологическому преданию, на острове Делос родился бог Аполлон.

Платон родился в семье, имевшей аристократическое происхождение, род его отца, Аристона (465---424), восходил, согласно легендам, к последнему царю Аттики Кодру, а предком Периктионы, матери Платона, был афинский реформатор Солон. Также, согласно Диогену, Платон был зачат непорочно.

Первым учителем Платона был Кратил. Около 407 года познакомился с Сократом и стал одним из его учеников. Характерно, что Сократ является неизменным участником практически всех сочинений Платона, написанных в форме диалогов между историческими и иногда вымышленными персонажами.

После смерти Сократа в 399 г. до н.э. уехал в Мегару. По преданию, посетил Кирену и Египет в течение 399--389 годов. В 389 году отправился в Южную Италию и Сицилию, где общался с пифагорейцами. В 387 году Платон возвращается в Афины, где основывает собственную школу -- Платоновскую академию. По древним преданиям, Платон умер в день своего рождения в 347 году.

Аристотель

Аристотель (лат. Aristotle), древнегреческий ученый, философ, основатель Ликея, учитель Александра Македонского. Отец Аристотеля -- Никомах, был врачом при дворе македонских царей. Он дал сыну хорошее домашнее образование, знание античной медицины. Влияние отца сказалось на интересах Аристотеля, его занятиях анатомией.

В 367, в возрасте семнадцати лет, Аристотель отправился в Афины, где стал учеником Академии Платона. Через несколько лет Аристотель сам начал преподавать в Академии, стал полноправным членом содружества философов-платоников. В течение двадцати лет Аристотель работал вместе с Платоном, но был самостоятельным и независимо мыслящим ученым, критически относился к воззрениям своего учителя.

После смерти Платона в 347 Аристотель выходит из Академии и переселяется в город Атарней (Малая Азия), которым правил ученик Платона Гермий. После смерти Гермия в 344, Аристотель жил в Митилене на острове Лесбос, а в 343 македонский царь Филипп II пригласил ученого стать учителем своего сына Александра. После того как Александр взошел на престол, Аристотель в 335 вернулся в Афины, где основал собственную философскую школу.

Местом школы стал гимнасий неподалеку от храма Апполона Ликейского, поэтому школа Аристотеля получила название Ликей. Читать лекции Аристотель любил, прогуливаясь с учениками по дорожкам сада. Так появилось еще одно название Ликея -- перипатетическая школа (от перипато -- прогулка). Представители перипатетической школы помимо философии занимались и конкретными науками (историей, физикой, астрономией, географией).

В 323 после смерти Александра Македонского в Афинах начался антимакедонский мятеж. Аристотеля, как македонца, не оставили в покое. Его обвинили в религиозном непочитании, и он был вынужден покинуть Афины.

Последние месяцы жизни Аристотель провел на острове Эвбея.

В трудах Аристотеля отразился весь научный и духовный опыт Древней Греции, он стал эталоном мудрости, оказал неизгладимое влияние на ход развития человеческой мысли.

II. Социальная обстановка времен Платона и Аристотеля и их философские позиции

Мир Платона и Аристотеля — это мир крушения системы греческих городов полисов и возникновения империи Александра Македонского.

С этой точки зрения было бы интересно, изучая философские и политические взгляды Платона и Аристотеля, рассматривать мировоззрения этих философов не в законченном виде, а проследить за их развитием, за тем как бурные события общественной жизни в эпоху Платона и Аристотеля находили свое отражение в становлении их философских систем. Тем более, что свойственный этим двум философам, а особенно Платону, антидогматизм и особенный стиль в изложении взглядов позволяет не только ознакомиться с конечными результатами их творческих исканий, но и проследить за ходом их мыслей и рассуждений.

Вопрос о тысячелетней значимости Платона возникает у каждого, кто соприкоснулся с его мировоззрением и с художественным стилем его произведений. Платон — первый в Европе последовательный представитель объективного идеализма, основатель этой философии. Объективный идеализм Платона есть учение о самостоятельном существовании идей как общих и родовых понятий.

Платон является первым в Европе философом, заложившим основы объективного идеализма и разработавшим его в целостном виде.

Мир по Платону и не телесный космос, лишенный индивидуальности, и не отдельные материальные вещи, наполняющие Вселенную. Прекрасный, материальный космос, собравший множество единичностей в одно нераздельное целое, живет и дышит, весь наполнен бесконечными физическими силами, но зато он управляется законами, находящимися вне его, за его пределами. Это самые общие закономерности, по которым живет и развивается весь космос. Они составляют особый надкосмический мир и называются у Платона миром идей. Увидеть их можно не физическим зрением, а умственным, мысленно.

Идеи, управляющие Вселенной, первичны. Они определяют жизнь материального мира. Мир идей находится вне времени, он не живет, а пребывает, покоится в вечности. И самая высшая идея идей — это абстрактное благо, тождественное абсолютной красоте.

Платоновский идеализм потому и называется объективным, что он признаёт существование вполне реального, независимого от сознания человека, то есть объективного идеального бытия.

Основные философские принципы платонизма:

1. Идея вещи есть смысл вещи.

2. Идея вещи есть такая цельность всех отдельных частей и проявлений вещи, которая уже не делится на отдельные части данной вещи и представляет собою в сравнении с ними уже новое качество.

3. Идея вещи есть та общность составляющих её особенностей и единичностей, которая является законом для возникновения и получения этих единичных проявлений вещи.

4. Идея вещи невещественна.

5. Идея вещи обладает своим собственным и вполне самостоятельным существованием, она тоже есть особого рода идеальная вещь, или субстанция, которая в своем полном и совершенном виде существует только на небе или выше неба.

Однако, сильной стороной философии Платона, его положительным вкладом в историю философии менее всего является его объективный идеализм как мировоззрение.

Общее не остается у Платона лишь противостоящим единичному, оно осмысляет всякую единичность и трактует как принцип единичного, как закон проявления этого единичного, как модель его построения.

Платон создал теорию общего как закона для единичного, теорию необходимых и вечных закономерностей природы и общества, противостоящую их фактическому смешению и слепой нерасчленённости, противостоящую всякому донаучному пониманию. Именно эта сторона учения Платона об идеях в значительной мере обусловила его тысячелетнюю значимость в истории человеческой мысли.

Ученик Платона Аристотель, проведший в Академии 20 лет, вплоть до смерти Платона, развил и критически переосмыслил философию своего учителя. На путях художественного осмысления действительности Аристотелю пришлось столкнуться с тем искаженным пониманием Платона, что идеи резко противопоставлены миру вещей. На первый план выдвигались идеи вещей, существующие где-то в недосягаемых небесах, а вещи оказывались брошенными в мир без всякого их идейного наполнения. По мнению Аристотеля, в реальном бытии совершенно невозможно оторвать одно от другого и устанавливать резкое противопоставление вещей и идей. Таким образом, Аристотель сам не отрицал роли идей в осмыслении материального мира, но, становясь на путь критики крайнего идеализма, своё собственное учение об идеях пытался использовать исключительно ради чисто жизненных целей и ради понимания всей действительности как художественного произведения, пронизанного глубочайшим идейным смыслом.

Основные положения философии Аристотеля.

Если вещи действительно существуют, то необходимым образом существуют и идеи вещей; так что без идеи вещь не существует или сама вещь остается непознаваемой.

Нет принципиального отрыва идеи вещи от самой вещи.

Идея вещи находится внутри самой вещи.

Идея вещи, будучи чем-то единичным, как единична и сама вещь, в то же время является и обобщением всех частей вещи, является некой общностью.

Общность вещи обязательно существует и в каждой отдельной вещи, и существует каждый раз по-разному; но это значит, что общность вещи охватывает все её раздельные части и потому является целостностью вещи.

Целостность вещи, когда с удалением одной части вещи гибнет и вся вещь, есть организм вещи в отличие от механизма вещи, когда вещь остается целостной, несмотря ни на какое удаление отдельных её частей и замену их другими частями.

Организм есть такая целостность вещи, когда имеется одна или несколько таких частей, в которых целостность присутствует субстанционально.

Четырехпринципная структура всякой вещи, как организма:

1. Эйдос (идея, или форма) вещи является такой её сущностью, которая находится в ней самой, и без которой вообще нельзя понять, что такое данная вещь.

2. Материя вещи есть только ещё самая возможность её оформления и возможность эта — бесконечно разнообразная.

Эйдос вещи не есть её материя, а материя вещи не есть её эйдос. Материя есть только возможность осуществления эйдоса.

3. Если вещи движутся, а для движения должна существовать какая-нибудь определенная причина движения, то это значит, что необходимо признать некое самодвижение, некую причину, которая является причиной для самой же себя. В бытии имеется самодвижущая причина и эта самодвижность так или иначе, отражается и в реальной зависимости движения одной вещи от движения другой вещи.

4. Нельзя мыслить движение в абстрактном виде, то есть без того результата, который она дает. Движение вещи подразумевает цель движения — специфическую категорию вещи, которая не есть ни её форма, ни её материя, ни её причина.

Художественно-творческий первопринцип:

1. Художественная роль материи — материя не просто отсутствие всяких форм, но и бесконечная творческая возможность. Материя проявляет себя в виде тех или иных пространственных и временных форм.

2. Природа как произведение искусства — природные вещи и вся природа, взятая в целом, является той или иной смысловой картиной.

3. Душа есть не что иное, как принцип живого тела.

Душа — субстанция в качестве эйдоса физического тела, в потенции обладающего жизнью.

Художественно-творческий принцип в его завершении:

1. Подобно тому, как всякое материальное тело есть нечто, то есть является тем или иным эйдосом, и подобно тому, как эйдос живого тела есть принцип его жизни, то есть его душа, подобно этому и всякая душа, движущая телом в том или другом направлении, тоже имеет свой собственный эйдос, называемый Умом, так что душа есть энергия Ума.

2. Ум есть эйдос всех эйдосов.

3. Ум, несмотря на всю свою свободу от чувственной материи, содержит свою собственную чисто умственную материю, без которой он не был бы художественным произведением.

Аристотель выдвинул систему четырехпринципной структуры каждой вещи. Согласно этой системы, вещь есть во-первых, материя, во-вторых, форма, в-третьих, действующая причина, и, в-четвертых, определенная целесообразность, или каждая вещь есть овеществленная форма с причинно-целевым назначением.

Важно заметить, что четыре принципа, о которых говорит Аристотель, могут быть воплощены в вещи наиболее совершенным способом, и тогда они создают организм, не только устроенный целесообразно, но хорошо и даже прекрасно. Таким образом, наличие художественного произведения зависит от степени совершенства в целостном единстве четырех принципов. Если же степень их воплощения лишена меры, недостаточна или, наоборот, преизбыточна, то и организм отличается ущербностью, а, значит, он лишен художественности, красоты, пользы, целесообразности и являет собой пример чего-то плохого, неудачно сделанного, некрасивого, нецелесообразного. Всё многообразие вещественного мира основано на разных соотношениях эйдоса (формы, или идеи) и материи в их причинно-целевом воплощении. Вот почему четыре принципа могут наличествовать и в самой прекрасной вещи, и в самой безобразной. И там и здесь есть мера соотношения и каждый раз разная, иначе бы мир предстал как скучное однообразие одинаково сконструированных предметов. Это и есть художественно-творческий первопринцип философии Аристотеля.

Небывалый размах и расцвет философской мысли Платона и Аристотеля всегда соединялся у них с весьма активной политической деятельностью. Как истые греки, они были бесконечно преданы своим патриотическим интересам и всеми силами хотели сохранить Грецию именно периода её классики. Но уже тут им пришлось столкнуться с весьма суровой судьбой греческого классического полиса, быстро шедшего к своей неминуемой гибели.

Жизнь Платона, по крайней мере, на главных этапах, оказалась весьма трагической. Одно разочарование неизменно следовало за другим. Уже осуждение на смерть Сократа, по существу разрушило в нем веру в силу разумного убеждения, а между тем Платон всю жизнь старался убедить людей силой слова.

Платон был убежден, что существует абсолютная истина, и весь трагизм его положения заключается в том, что он верил в немедленное и всестороннее осуществление этой истины. Будучи именно реставратором погибшей старины, Платон хотел оставаться и фактически всегда оставался по преимуществу идеологом греческой классики давнего периода греко-персидских войн.

Платон всю жизнь проповедовал всеобщую гармонию, то есть был натурой, так сказать, аполлоновского типа. Когда Платон захотел очертить предмет своей эстетики, он назвал её ни больше ни меньше, как любовью. Платон считал, что только любовь к прекрасному открывает глаза на это прекрасное и что только понимаемое как любовь знание есть знание подлинное.

Гармония человеческой личности, человеческого общества и всей окружающей человека природы — вот постоянный и неизменный идеал Платона в течение всего его творческого пути.

Творчество античных философов Платона и Аристотеля представляет интерес ещё и потому, что они имели редкую возможность практически реализовывать свои философские системы. Платон приложил немало усилий в просвещении сиракузского тирана Дионисия Младшего, Аристотель имел большое влияние на императора Александра Македонского, был его учителем. Он и его ученики предлагали законодательные системы для новых греческих городов и колоний.

III. Воззрения Платона и Аристотеля на устройство государства

В своем сочинении «Государство» Платон строит модель исправленного и улучшенного человеческого общества.

Во главе идеального государства стоят философы, созерцатели чистых и вечных идей, которых защищают воины и которым все жизненные ресурсы доставляют свободные земледельцы и ремесленники.

Философы и воины не имеют никакой частной собственности и беспощадно караются за хранение золота и серебра. Собственность — привилегия крестьян и мастеровых, ибо она не мешает работать, будучи губительной для тех, кто предан высоким размышлениям. В этом государстве нет замкнутой семьи, отягощенной бытом.

Здесь совместные браки, и дети воспитываются на общественный счет, зная, что их общий родитель — само государство, которому люди преданы с малых лет. Из идеального города изгнаны размягчающие душу мелодии и песни. Здесь допускается только бодрая, воинственная музыка, душу укрепляющая. И воспитание направлено на укрепление ума и прекрасного тела.

Почтительный страх перед богами и законами, будто бы освещенными божественной волей, оказывается основой счастливого общества.

В идеальном государстве отсутствует возможность каких-либо изменений в общественной жизни, то есть всякий историзм.

Допускается переход из сословия земледельцев и ремесленников в сословие философов, если для этого найдутся природные данные у представителя «третьего» сословия.

Система политических взглядов изложена у Аристотеля более богато и развернуто, чем у Платона. В трудах Аристотеля можно найти описание около 420 существовавших в его время законодательных систем и государственных устройств. Аристотель, в отличии от Платона, не замыкается на построении какого-то наилучшего государственного устройства, а рассматривает основные принципы функционирования государства, описывая при этом несколько типов как положительных, так и отрицательных, по его мнению, государственных систем.

Изложим основные политические взгляды Аристотеля, которые обоснованы им в его работе «Политика».

Государство есть политическое общение.

Общение, естественным путем возникшее для удовлетворения повседневных надобностей, есть семья.

Государство принадлежит к тому, что существует по природе, как и человек есть по природе своей существо политическое.

Кто по природе своей принадлежит не самому себе, а другому и при этом все-таки человек, тот — раб.

В наилучшем государстве лучше, чтобы собственность была частной, а пользование ею — общим.

Государственное устройство — это распорядок в области организации государственных должностей вообще, и в первую очередь верховной власти.

Государственные устройства, имеющие в виду общую пользу, являются положительными, — это царская власть, власть немногих, но более чем одного — аристократия, власть большинства — полития.

Отклонения от указанных устройств: от царской власти — тирания, от аристократии — олигархия, от политии демократия.

Из всех видов государственного устройства, отклоняющихся от правильных, наихудшим будет тот, который оказывается отклонением от первоначального и самого божественного. Тирания, как наихудший из всех видов государственного устройства, отстоит далее всего от самой его сущности; к ней непосредственно примыкает олигархия, наиболее же умеренным из отклоняющихся видов демократия.

Правильное законодательство должно быть верховной властью, а должностные лица должны иметь решающее значение только в тех случаях, когда законы не в состоянии дать точный ответ.

Государство, состоящее преимущественно из людей среднего достатка, будет иметь и наилучший государственный строй. Законодатель должен при создании того или иного государственного устройства постоянно привлекать к себе средних граждан.

Во всяком государственном устройстве должны быть три основные части: законосовещательный орган, должности, судебные органы.

Причиной возмущений является неравенство.

Самым важным способом сохранения государственного строя является воспитание в духе соответствующего государственного устройства.

IV. Платоновская академия

В 388 г. до н.э. была основана Академия, — событие достопамятное, поскольку в Греции еще не было институтов подобного типа. Чтобы придать Академии прочный статус, ее представили как священное братство людей, почитающих Музы и Аполлона.

Цель школы состояла не в том, чтобы собирать знание для эрудиции, но в том, чтобы формировать через определенным образом организованное знание людей нового типа, способных обновить государство. В основе лежало убеждение, что знание облагораживает людей, а значит, через последних, общество и государство.

Ради этой цели Академия открыла двери личностям самой разнообразной формации и несовпадающих тенденций. В горизонте сократовских установок Платон читал лекции математикам, астрономам, медикам, провоцируя среди них творческие дискуссии. Евдокс из Книда, математик и астроном, весьма известный в свое время, подвергал критике даже теорию идей своего учителя.

В 90-е годы IV в. до н.э. Платон вплотную приступил к разработке концепции идеального государства, а в начале следующего десятилетия ему представилась и первая возможность обратить в свою веру, т. е. приобщить к своей теории, практического политика — сицилийского правителя Дионисия I, по приглашению которого он в 388 г. прибыл в Сиракузы. Опыт оказался неудачным: отношения между философом, проповедовавшим высокие истины, и самовластным тираном, знакомство которого с мудрецом было продиктовано всего лишь сиюминутной прихотью, не сложились — да и не могли сложиться — надлежащим образом. Раздраженный проповедью философа, тиран выслал его из Сицилии.

Более того, согласно популярной версии (которую не обязательно оспаривать), на обратном пути, по поручению Дионисия, спартанец Поллид, под присмотром которого Платон возвращался в Грецию, высадил философа на Эгине и, как обычного военнопленного, выставил его для продажи в рабство. К счастью для философа, он тогда уже пользовался известностью и уважением в греческом мире, и один из почитателей его мудрости Анникерид из Кирены, находившийся в то время на Эгине, выкупил его из плена и препроводил в Афины.

Позднее, при преемнике старшего Дионисия, Дионисии II, проявлявшем видимый интерес к философии, Платон еще дважды посещал Сиракузы (в 366 и 361−360 гг.), но и эти опыты с обращением нового сиракузского тирана на путь истины, завершились, как и следовало ожидать, полной неудачей. Несмотря на это, Платон, которому была ясна неспособность современного гражданского общества к преобразованию в желательном идеальном плане, до конца дней своих, как показывает позднейшее его сочинение «Законы», не терял надежды на реализацию своего замысла с помощью сильного единоличного правителя — тирана, способного, под влиянием мудрого наставника, увлечь своим примером или силою обратить общество на путь реформ.

Нечего и говорить, что такие расчеты и попытки водить дружбу с тиранами могли лишь скомпрометировать нравственную позицию философа, ни на иоту не подвигая дело реализации идеального политического проекта. К чести Платона и к выгоде античных интеллектуалов его практические устремления не исчерпывались одними лишь неудачными политическими экспериментами. Его энергии хватило и на другой и гораздо более плодотворный опыт на ниве образовательной и научной. Имеется в виду учреждение им вскоре после возвращения из первого путешествия в Сицилию, т. е. еще в те же 80-е годы, первой правильной философской школы и одновременно ученой корпорации — Академии.

Школа Платона получила свое название по месту своего расположения в роще со святилищем древнего аттического героя Академа (в северо-западном предместье Афин, примерно в километре с небольшим от городских стен и Дипилонских ворот). К тому времени здесь уже существовал гимнасий — помещение или, вернее, комплекс помещений, предназначенных для физических и интеллектуальных занятий. Собственно, первоначальное назначение гимнасиев, как показывает само название — физическое упражнение или место для таких упражнений, было служить физическому воспитанию свободных людей. В этом качестве гимнасий обычно располагал беговой дорожкой, квадратным портиком с открытым двором в центре для борьбы и других гимнастических упражнений и рядом вспомогательных помещений, включавших, в частности, место для омовений и пр. Портики в гимнасиях рано стали излюбленным местом встреч философов и риторов со своими учениками, и это привело к постепенному преобразованию гимнасиев из собственно спортивных школ в общеобразовательные центры (откуда и понятие гимназии в новейшее время), причем нередко они стали обзаводиться специальными залами для лекций и даже библиотеками.

Во времена Платона, во всяком случае, эта метаморфоза стала свершившимся фактом. Древний биограф Платона Диоген Лаэртский определенно свидетельствует о том, что по возвращении из первого путешествия в Сицилию философ избрал местом своих занятий Академию, «а это, — поясняет Диоген, — гимнасий в роще за городскими стенами. Новостью здесь, однако, было то, что философ прочно обосновался в Академии: он купил здесь участок земли, посвятил его Музам, богиням — покровительницам искусств и наук, и воздвиг в их честь специальное святилище, а кроме того, построил помещение для жилья и крытую галерею для занятий с учениками. Ибо то, что он устроил на этом новом священном участке, было именно училищем, точнее — высшей философской школой, обладавшей, помимо этого, качествами научной коллегии и религиозного союза.

Как обстояло с правами собственности в этом случае? Был ли Платон единственным и безраздельным собственником участка, посвященного Музам? На этот вопрос не так просто ответить. Дело в том, что, согласно одной из версий, излагаемых Диогеном Лаэртским относительно выкупа Платона из рабства, деньги для этого благого дела прислал также сицилийский почитатель философа, сородич Дионисия Старшего Дион, «но, — продолжает Диоген свое переложение, — Анникерид не взял их себе, а купил на них Платону садик в Академии». Чуть раньше в том же параграфе Диоген упоминал о том, что друзья философа в Афинах немедленно собрали и отослали Анникериду деньги в возмещение его затрат, «но он их отверг, заявив, что не одни друзья вправе заботиться о Платоне». Нельзя ли предположить, что собранный таким образом и оставшийся не востребованным фонд, куда могли войти пожертвования и местных друзей Платона, и чужеземных его почитателей, и был употреблен на приобретение участка в Академии? Из этого, однако, не обязательно заключать, что Платон не мог быть в таком случае собственником или, если угодно, реальным владельцем священного участка, и что последний был коллективным владением участвовавших в складчине друзей.

Впрочем, все эти предположения об обращении собранного друзьями совместного фонда на покупку участка в Академии строятся на очень шатком источниковом основании и потому остаются всего лишь предположениями, не более того. Ничто не мешает считать, что участок был куплен на собственные средства самим Платоном, и что он и являлся его владельцем без всяких околичностей. Но если так и было, то надо подчеркнуть великодушие Платона, сделавшего свое имение общим пристанищем друзей-философов. Конечно, содержание святилища и особенно школы требовало значительных расходов, если даже исключить практику совместных обедов, о которых ничего не известно. Между тем, как это следует из одной (cохранившейся в позднейшей передаче) реплики Дионисия Младшего из его письма к Спевсиппу, Платон, в отличие от своих преемников по руководству Академией, не взыскивал платы с учеников. Будучи не только сократиком, но еще и богатым человеком, он мог позволить себе такую роскошь, как, очевидно, и единоличное содержание своего училища.

Во всяком случае, нам ничего не известно — по крайней мере вначале — об обязательных взносах питомцев Академии, что, конечно, не должно исключать возможности получения Платоном всякого рода пожертвований и субсидий от добровольных спонсоров. Помимо названных выше случаев с Анникеридом и Дионом, традиция упоминает еще о даре сиракузского тирана Дионисия (неясно, впрочем, какого — Старшего или Младшего), презентовавшего афинскому философу поистине круглую сумму в 80 талантов. Да и позднейшие руководители школы (схолархи) нет-нет да и получали пожертвования от сильных мира сего, которым было лестно прослыть меценатами Академии или иного какого-либо известного научного центра. Так, по свидетельству Плутарха, сиракузянин Дион, живший во время изгнания в Афинах и приобретший здесь загородное имение, перед возвращением в Сицилию подарил его племяннику Платона и будущему схоларху Академии Спевсиппу. Позднее, по сообщению Диогена Лаэртского, Александр Великий прислал большой денежный дар третьему схоларху Академии Ксенократу. Впрочем, последний, отличаясь крайней независимостью, «отложил себе 3000 аттических драхм, а остальное отослал обратно, сказавши: «Царю нужно больше — ему больше народу кормить».

От материального основания Академии обратимся к ее живому составу. Об этом можно судить по перечню учеников Платона, который дается Диогеном Лаэртским в конце биографии философа. Приводимый здесь длинный ряд несомненно только наиболее известных учеников Платона может служить указанием на то, что количество слушателей в его школе могло быть весьма значительным, но сказать с определенностью, сколько их было в течение учебного года, невозможно. Кстати, трудно сказать, был ли точно определен срок обучения: одни могли ограничиваться обычными в таких случаях одним-двумя годами, а другие могли заниматься в Академии и более длительное время. Аристотель, например, оставался слушателем Платона 20 лет.

Что нам известно в точности — так это характерный, так сказать, космополитический состав слушателей Академии: как у Сократа, так и у Платона они являлись из самых разных уголков греческого мира — из самих Афин, из других городов Балканской Греции (из Опунта, Гераклеи Трахинской, Флиунта, Мантинеи), с далеких окраин (с северного побережья, из Амфиполя, Стагира, Эноса, Перинфа; из малоазийских городов Халкедона, Кизика, Лампсака, Скепсиса, Гераклеи Понтийской; из центра западных греков — Сиракуз). Среди них были не только мужчины, но и женщины; последних, впрочем, было немного (по именам известны Аксиофея из Флиунта и Ласфения из Мантинеи). Нам не известно, на каких условиях принимались ученики в школу Платона, но какие-то условия, надо думать, ставились, коль скоро возникала нужда в сплочении этой пестрой группы в спаянную общим духом корпорацию.

Что касается устроения самой жизни в Академии, то здесь также можно высказать одни лишь предположения. Местом жительства Платона и большинства последующих схолархов (известное исключение — Спевсипп) была сама Академия, т. е. какой-то возведенный еще основателем школы жилой дом. Ученики могли жить в городе, а могли и селиться в самой Академии, в каких-то легких специально для того возводимых строениях. Так было, в частности, при Полемоне, четвертом схолархе Академии. По словам Диогена, «жил он затворником в саду Академии, а ученики его селились вокруг, поставив себе хижины близ святилища Муз и крытой галереи». Относительно общих трапез у академиков, как уже было сказано, ничего не известно.

В остальном и самом главном жизнь в Академии была жизнью сообщества: вместе все посещали занятия, на которых слушали лекции наставников или присутствовали при проводимых ими беседах, вместе принимали участие в религиозных церемониях, связанных с культом особо чтимых божеств или почитанием памяти основателя школы, чья могила, находившаяся здесь же, в саду Академии, могла быть естественным культовым дополнением к святилищу Муз. Совместным характером, естественно, отличались и те дружеские пирушки, которые свершались в дни празднеств, после свершения жертвоприношений, или по другому какому-либо поводу, на счет схоларха или спонсора или же вскладчину.

Платоновская Академия являлась ученым, философским содружеством. Светский интерес и светские связи преобладали в этом сообществе, но оно не было лишено и религиозной окраски. Напомним, что Платон приобрел участок для своей школы в священной роще Академа, и что сам этот участок был посвящен Музам, почитание которых было своеобразной религиозной эгидой для нового содружества. Но важным было и почитание самого учредителя этого философского содружества — Платона — по тому, очевидно, типу, по какому обычно практиковалось почитание основателей религиозных сообществ.

Его участники-философы составляли своеобразную корпорацию, чем-то напоминавшую дорогую сердцу основоположника общину или коллегию (совет) мудрецов-философов, как они были представлены в составленных им проектах идеального государства. Своим особенным бытом и сокровенной наукой эта корпорация также была отгорожена от остального мира, но — в отличие от своих идеальных прототипов — она не правила этим миром. Тем не менее ограда, отделявшая Академию от прочего мира, не была совершенно непроницаема: и основатель школы, и его ученики и последователи нет-нет да и вступали в контакт с избранными представителями современного общества, в частности с сильными, энергичными политиками, пытаясь с их помощью реализовать свои проекты политического переустройства.

Мы уже упоминали о попытках Платона действовать в таком плане через сиракузских тиранов. Заметим, что в третьем путешествии в Сицилию его сопровождали двое ближайших учеников и будущих преемников — Спевсипп и Ксенократ. Позднее Академия будет возлагать свои надежды на сиракузского оппозиционера Диона. В бытность того в Афинах с ним водили дружбу и сам Платон, и его ученики — все тот же Спевсипп и Каллипп, в доме которого одно время жил сиракузский изгнанник. Этот Каллипп сопровождал Диона во время его вторжения в Сицилию (357 г.), однако, после свержения тирании, во время кратковременного правления Диона, стал инициатором новых интриг против своего друга и патрона. Устранив Диона, Каллипп сам утвердился в качестве правителя в Сиракузах (354 г.), но также только на короткое время, поскольку два годя спустя стал жертвою солдатского возмущения.

Вообще естественно, что из школы Платона, при этом ее стремлении влиять на государственную жизнь, могли выходить не только философы, но и опасные политические авантюристы. Помимо Каллиппа можно указать на Клеарха Гераклейского, который был слушателем и Исократа, и Платона, а по возвращении в Понт сделался тираном в собственном родном городе (364/3 г. до н.э.). Тем не менее, при некотором сходстве с политическим клубом, платоновская Академия с самого начала и до конца (а она просуществовала около 900 лет, до 529 г. н.э., когда была закрыта Юстинианом) оставалась по преимуществу научным и учебным центром, ученым сообществом, в котором справедливо видят прообраз Академий нового времени. Впрочем, таким образцом она стала уже в древности, в первую очередь для того направления, которое рано отпочковалось от нее и оформилось в самостоятельную философскую школу, — для перипатетиков.

V. Аристотелевский Ликей

Аристотель основал свою школу в северо-восточном предместье Афин, в так называемом Ликее — урочище Аполлона Ликейского, расположенном в полукилометре от городских стен. Здесь были роща и храм, посвященные названному божеству, а также существовавший с незапамятных времен гимнасий. Сооружение последнего одними приписывалось Писистрату, другими — Периклу. В IV в. этот гимнасий подвергся полной реконструкции, причем заново были сооружены палестра и окружавшие ее портики и разбит сад. Это произошло по инициативе выдающегося государственного деятеля Ликурга, стоявшего во главе финансового ведомства Афин в 338−326 гг., т. е. в то самое время, когда Аристотель открыл здесь свою школу.

Основанная Аристотелем школа, подобно платоновской Академии, получила свое наименование «Ликей» от той местности, где она располагалась. И точно так же, как в первом случае, само это слово пережило античность и в новое время стало использоваться (через латинскую форму Lyceum) для обозначения учебных заведений особого, повышенного типа (классических гимназий во Франции, привилегированных колледжей в старой России и пр.). Но у школы Аристотеля было и другое наименование — «Перипатос», а применительно к состоявшим в ней «перипатетики», поскольку, особенно на первых порах, пока слушателей было немного, ее основатель имел обыкновение проводить свои занятия, прогуливаясь в крытой галерее, примыкавшей к святилищу Аполлона Ликейского и специально приспособленной для такого времяпровождения.

Очевидно, как и Платон, Аристотель приобрел участок земли в районе Ликея и обустроил его для постоянного жительства и ведения занятий с группой учеников. То, что Стагирит был в Афинах метеком, не обязательно должно было помешать ему в приобретении земельного участка, поскольку, будучи влиятельным другом македонских царей, он мог получить от афинян награду, которая нередко предоставлялась заслуженным метекам, — право приобретать недвижимость в их городе. Обустройство школы, во всяком случае, было выполнено по образцу Платонова, ставшего, так сказать, типическим. Как и в Академии, участок для школы в Ликее был посвящен Музам, и соответственно центром его было святилище этих богинь с особо упоминаемым алтарем. К святилищу примыкали портики — главный, служивший прогулочным местом, и два других — малый и нижний; последний, согласно завещанию Феофраста, должен был быть украшен картинами, изображавшими контуры земли. На участке стояли статуи Аристотеля и его сына Никомаха, а также другие изваяния. По крайней мере часть участка являла собой сад, где располагались гробницы погребенных здесь схолархов (в частности, самого Феофраста). К саду со святилищем примыкали различные строения, предназначенные для проживания схоларха и какой-то части слушателей, для ученых занятий (включая помещения для библиотеки и различных научных коллекций), для разных служб.

Для ухода за святилищем и садом и выполнения различных необходимых работ содержался штат слуг — рабов и вольноотпущенников. В завещании Феофраста упомянуты доверенные слуги Помпил и Фрепт (-а?) которые еще раньше получили вольную, а теперь удостаиваются ценного денежного подарка (2000 драхм) и получают в собственность одну из рабынь, но при этом должны оставаться в Ликее и заботиться о святилище, саде, прогулочной галерее и гробнице хозяина. Тому же Помпилу как для собственного житья, так, возможно, и для обихода остающихся слушателей оставляется из домашней утвари столько, сколько сочтут нужным душеприказчики. Кроме того, из числа отпускаемых на волю рабов двое — Манес и Каллий — получают вольную при условии, что они еще четыре года будут продолжать работать в саду.

Говоря о материальном оснащении школы в Ликее, особо надо отметить библиотеку. Перипатетики проявляли особенную приверженность к книгам, и уже у Аристотеля, по единодушному свидетельству древности, было большое книжное собрание, которое он, перебираясь из Афин в Халкиду, передал вместе со школой Феофрасту. Последний, несомненно, умножил это собрание и, в свою очередь, завещал его Нелею, сыну Кориска (ученика Платона), из Скепсиса, возможно, исходя из того расчета, что тот станет его преемником по руководству школой. Однако новым схолархом стал другой ученик Феофраста — Стратон, а Нелей вместе с завещанными ему книгами вернулся на родину.

О дальнейшей судьбе книжного собрания Аристотеля и Феофраста древние авторы рассказывают по-разному. По одной версии, драгоценную коллекцию купил у Нелея египетский царь Птолемей II Филадельф, который присоединил ее к своей библиотеке в Александрии. По другой, ее приобрел у наследников Нелея (по-видимому, уже в начале I в. до н.э.) большой любитель книг Апелликон с Теоса. Он перевез ее в Афины и использовал для издания неизвестных сочинений Аристотеля. После смерти Апелликона Сулла, завладевший Афинами в 86 г. до н.э., вывез библиотеку Аристотеля и Феофраста в Рим, где грамматик Тираннион привел ее в порядок, после чего перипатетик Андроник Родосский по полученным от Тиранниона копиям осуществил новое издание трудов Стагирита.

Что касается внутреннего обихода перипатетиков, то, весьма вероятно, он строился по подобию Академии: совместные занятия и время от времени совместное же проведение праздничных церемоний (в частности, в честь тех же Муз), что сопровождалось обычными в таких случаях коллективными застольями. О практике последних прямо свидетельствует упоминание в завещании Стратона об утвари, покрывалах и чашах для совместной трапезы, оставляемых им своему преемнику Ликону. Где именно жили слушатели Ликея, сказать трудно. Наиболее близкие к схоларху ученики могли проживать вместе с ним в самом Ликее, но большая часть должна была сама искать себе пристанища в городе.

Между Ликеем и Академией были, конечно, не только сходства, но и отличия. К числу последних надо, по-видимому, отнести менее выраженное почитание основоположника — Аристотеля, о культе которого, даже в такой не слишком выраженной форме, как это было у академиков по отношению к Платону, говорить не приходится. Зато к числу сходств надо добавить наличие также и в Ликее устава занятий и общежития, составленного самим основателем школы в подражание уставу Ксенократа. Между прочим, содержался в этих правилах и такой, не слишком понятный пункт, «чтобы каждые десять дней назначать (нового) начальника. Разумеется, под этим последним нельзя понимать руководителя школы — схоларха, поскольку должность последнего обычно была пожизненной. Скорее всего, речь шла о неком сменяющемся помощнике схоларха, своего рода старосте

Школа была собственностью и содержалась самим схолархом. Необходимые для этого средства составлялись, вероятно, за счет гонораров, получаемых мэтром за свое преподавание, а также благодаря пожертвованиям и дарениям различных меценатов. Аристотель, несомненно, получал щедрые вознаграждения за услуги, которые он оказывал македонским царям Филиппу и Александру. Феофраст получал поддержку от утвердившегося позднее в Македонии Кассандра и его ставленника в Афинах Деметрия Фалерского, причем от последнего он получил в собственность какой-то сад. Под этим садом можно понимать тот самый участок в Ликее, где обосновалась школа перипатетиков (если держаться той точки зрения, что он не мог быть приобретен в собственность самим Аристотелем, коль скоро тот был метеком), или же, что нам самим кажется более вероятным, какой-то другой участок, который мог быть присоединен к первому, а мог остаться и отдельным имением Феофраста. Позднейшие схолархи также пользовались поддержкою знатных покровителей. Так, Стратон, бывший одно время наставником Птолемея II Филадельфа, получил от того 80 талантов, а Ликон пользовался попечением со стороны пергамских царей Эвмена I и Аттала I.

Не подлежит никакому сомнению, что руководители школы в Ликее были богатыми или, по крайней мере, состоятельными людьми. Однако надо подчеркнуть, что, владея и распоряжаясь значительной собственностью, они всегда строго различали ликейский комплекс и прочее свое имение. Первый был как бы условным их владением, он всегда оставался своеобразным майоратом и переходил как целое от одного руководителя школы к другому, тогда как прочие владения могли завещаться схолархами в обычном порядке, т. е. по своему свободному усмотрению разным близким людям.

Что касается самого Ликея, то его унаследование могло происходить по-разному. Школа могла быть передана схолархом своему преемнику по распоряжению, еще при жизни, или по завещанию. Так, Аристотель передал Ликей Феофрасту в связи с вынужденным своим отъездом из Афин в Халкиду.

Но во всех случаях школа сохранялась как общественное целое, как ученое сообщество со всем необходимым для его деятельности материальным обеспечением (сюда относились земельный участок, различные строения и утварь, библиотека и штат слуг).

Аристотель и его ученики сделали множество существенных наблюдений и открытий, которые оставили заметный след в истории многих наук и послужили фундаментом для дальнейших исследований. В этом им помогали образцы и данные, собранные в дальних походах Александра. Однако глава школы уделял все большее внимание фундаментальным философским проблемам. Большая часть из дошедших до нас философских произведений Аристотеля написана в этот период.

VI. Значения работ Платона и Аристотеля в последующих эпохах

платон аристотель философский государство

Есть поразительное сходство между положением католической церкви в средневековой Европе и высшего класса Платона. Средневековая церковь состояла из самосохраняющейся элиты, все члены которой получали знания по официальной философии. В принципе все мужчины, независимо от происхождения, имели право стать священниками (хотя женщины исключались). Также в принципе духовенство не имело семей. Под этим подразумевалось, что они должны больше заботиться о пастве, а не о своей личной жизни. Идеи Платона также повлияли на структуру правительства Соединенных Штатов. Многие члены американского Конституционного совета были знакомы с политическими идеями философа. Предполагалось, конечно, что Конституция США обеспечит способы выявления и оказания влияния на волю народа. Но она еще также была нацелена на то, чтобы выбирать самых мудрых, самых лучших людей для управления страной. Наряду с политическими теориями философа множество последователей появилось у его суждений по этике и метафизике. Платон стоит выше таких мыслителей, как Томас Джефферсон и Вольтер, поскольку их политические труды оказывают влияние на мир в течение лишь двух-трех веков, в то время как влияние Платона длится более двадцати трех веков.

Влияние Аристотеля на последующее развитие западной мысли было огромным. В древние и средние века его труды были переведены на латинский, сирийский, арабский, итальянский, французский, иврит, немецкий и английский. Поздние писатели -- греки изучали его работы и восхищались ими, точно так же, как византийские философы. Его труды оказали определяющее влияние на исламскую философию и в течение веков доминировали над европейской мыслью. Аверроэс, наверное, самый известный из всех арабских философов, попытался создать синтез из исламской теологии и аристотелевского рационализма. Маймонид, один из наиболее влиятельных средневековых еврейских мыслителей, добивался такого же синтеза с иудаизмом. Но самой известной работой и в этом отношении самой показательной была знаменитая «Сумма Теологии», написанная великим христианским ученым Фомой Аквинским. Средневековых ученых, которые попали под влияние идей Аристотеля, было так много, что их трудно даже перечислить.

Восхищение Аристотелем было так велико, что во времена средневековья оно граничило с идолопоклонством, а его труды становились, скорее, интеллектуальной смирительной рубашкой, сдерживающей научные исследования, нежели светочем, освещающим путь. Аристотель, который любил наблюдать и размышлять, без сомнения, не одобрил бы слепого поклонения последующих поколений по отношению к его трудам. Однако многие из его идей звучат удивительно современно, например: «Бедность -- источник революции и преступления» и «Все те, кто размышляет о том, как управлять родом человеческим, убеждены в том, что судьба верховной власти зависит от образованности молодых» (Во времена Аристотеля, разумеется, не было общественного образования).

Политика Аристотеля, части которой писались в разное время, была самым важным политическим текстом античности. Влияния Политики прослеживается у Цицерона, Боэция, Иоанна Дамаскина, Михаила Эфесского, Фомы Аквинского, Макиавелли, Гоббса, Локка, Монтескье, Руссо и других авторов.

VII. Альтернативные сообщества, как аналог школ Платона и Аристотеля

Всё выше сказанное, говорит о том, что академия Платона и ликеи Аристотеля были античными альтернативными существующему тогда обществу сообществами, которые занимались просвещением слоев населения и реализацией задуманных моделей построения общества. Происходило это как и через связи с властьимущими, так и через приобретение этой власти и рычагов воздействия выпускниками этих школ.

Аналоги таких альтернативных школ по подготовке кадров для управления государствами и даже цивилизациями существовали и существуют в последующих эпохах на разных континентах. Чаще всего такие сообщества организовывались на базе ВУЗов с инициативы студентов, горящих определёнными идеями, которые, как показывает, история так или иначе влияли на ход глобального исторического процесса.

Примеры таких альтернативных сообществ:

Самым известным таким примером в России был Царскосельский императорский лицей, который основывался Александром I, как альтернативное учебное заведение для подготовки высших управляющих чинов России в противовес тогда существовавшему морскому кадетскому корпусу (элитнейшее учебное заведение России на тот момент).

Императорский Царскосельский лицемй (с 1843 года -- Александровский лицемй) -- высшее учебное заведение в дореволюционной России, действовавшее в Царском Селе с 1811 по 1843 годы. В русской истории известно, в первую очередь, как школа, воспитавшая А. С. Пушкина и воспетая им.

Лицей был основан по распоряжению императора Александра I в 1810 году. Он предназначался для обучения дворянских детей. Программа была разработана М. М. Сперанским и ориентирована в первую очередь на подготовку государственных чиновников высших рангов. В лицей принимались дети 10−12 лет; прием осуществлялся каждые три года. Лицей был открыт 19 (31) октября 1811 года. Первоначально находился в ведении Министерства народного просвещения, в 1822 году переподчинен военному ведомству.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой