Системообразующие характеристики музыкальных инструментов тюркских народов Центральной Азии

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Искусство. Искусствоведение


Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 78. 022 (51)
ББК 85. 315.3 (5)
У 84
Утегалиева С. И.
Кандидат искусствоведения, профессор кафедры музыковедения и композиции Казахской национальной консерватории им. Курмангазы, e-mail: sa_u@mail. ru
Системообразующие характеристики музыкальных инструментов тюркских народов Центральной Азии
(Рецензирована)
Аннотация:
Рассматривается музыкальный инструментарий (МИ) тюркских народов Центральной Азии (ЦА) во взаимосвязи с окружающей природой и хозяйственно-культурными типами, а также в контексте сходства и различий. Показано, что у тюрков указанного региона складывается общий корпус музыкальных инструментов, отличающийся разнообразием и уникальностью, очевидно его влияние на развитие азиатского и европейского музыкального инструментария в целом. Установлено, что теоретические и практические знания о МИ тюркских народов, в том числе Центральной Азии, необходимо использовать и в системе современного музыкального образования, на наш взгляд, на всем пространстве СНГ.
Ключевые слова:
Музыкальный инструментарий, хордофоны, музыкально-акустические системы, хозяйственно-культурные типы, музыкальная тюркология, идиофоны, аэрофоны.
Utegaliyeva S.I.
Candidate of Art Criticism, Professor of Department of Musicology and Composition, Kazakh National Conservatory named after Kurmangaza, e-mail: sa_u@mail. ru
Musical instruments of Central Asian Turkic peoples
Abstract:
Musical instruments of Central Asian Turkic peoples are considered: in relationship with the natural environment and economic-cultural types (1) and in the context of the similarities and differences (2). There is a common set of musical instruments, which is characterized by diversity and uniqueness. It is obvious that it influences the development of Asian and European musical instruments in general. This material about Turkic musical instruments should be used actively in the learning process.
Keywords:
Musical instruments, chordophones, musical and acoustical systems, economic-cultural types, musical turkology, idiophones, aerophones.
В данной работе музыкальный инструментарий (МИ) тюрков Центральной Азии рассмотрен в двух аспектах: во взаимосвязи с окружающей природой и
хозяйственно-культурными типами, а также в свете сходства и различий, формирования общего корпуса. Выбор данного региона обусловлен тем, что здесь расселена
большая часть тюркского этноса (алтайцы, тувинцы, хакасы, отчасти якуты, а также кыргызы, казахи, уйгуры, узбеки, туркмены, каракалпаки), способная репрезентировать его музыкальную культуру в целом.
В изучении МИ тюрков центрально-азиатского региона автор ориентируется на известную систематику музыкальных инструментов, разработанную Э. Хорнбостелем и К. Заксом. Согласно последней музыкальные инструменты делятся на 4 группы: идиофоны (самозвучащие), мембранофоны (ударные), хордофоны (струнные) и аэрофоны (духовые) [1: 235 236]. Все они представлены в МИ тюрков указанного региона. Особое значение приобретают труды по музыкальному инструментарию вообще и тюрков Центральной Азии, в частности исследования по народной инструментальной музыке региона [2- 3- 4- 5]. В сравнительном плане привлекаются материалы по МИ тюрков Передней Азии и Евразии [6- 7], а также изыскания автора, посвященные изучению музыкальных инструментов, в том числе хордофо-нов Центральной Азии [8].
Обращение к МИ тюркских народов центрально-азиатского региона предполагает использование сравнительно-типологического, сравнительно-исторического и системно-этнофонического [2: 35] методов.
Разумеется, функционирование МИ представляет собой сложную картину. Наблюдаются две встречные тенденции: с одной стороны, музыкальные инструменты способны мигрировать, и их бытование не зависит от национальной принадлежности или государственных границ. В ряде случаев формируется определенный тип инструмента, встречающийся у разных народов. Таковы, например, двухструнные смычковые и щипковые хордофоны, получившие распространение на территории Центральной и Передней Азии (дутар, танбур) и даже Евразии (кыл-кобыз, домбра).
С другой, специфика музыкального
инструментария тюрков во многом определяется их региональной принадлежностью, культурным окружением. Отметим близость МИ отдельных тюркских и иранских (узбеки и таджики) или тюркских и монгольских (тувинцы и монголы) народов. Приводимые положения не претендуют на полноту и носят предварительный характер.
Общая природно-климатическая среда обитания тюрков — горно-степные районы Центральной Азии, где создались объективные условия для формирования длинных (в степи) и коротких (в горах) звуковых сигналов [9: 240].
Производство музыкальных инструментов Центральной Азии тесно связано с окружающим природным (растительным и животным) миром, а также с двумя хозяйственно-культурными типами (ХКТ), получившими развитие в регионе с древних времен. Речь идет о скотоводстве и земледелии, а также соответствующих им образах жизни — кочевом и оседлом/полуоседлом. В изготовлении музыкальных инструментов используются натуральные материалы: растения, кустарники, дерево (позже металл), кости, кожа, жилы птиц, животных и других млекопитающих, во многом определившие специфику их звучания. Так, из полого стебля курая, а ныне из дерева и металла (латуни) изготавливается открытая продольная флейта, бытующая у башкир с тем же названием, казахов (сыбызгы), узбеков (сибизик), кыргы-зов (чоор), алтайцев (шоор). Из тростника (камыша) производили и такие духовые инструменты, как най (поперечная флейта), камыс сырнай (камышовая дудка), кос сыр-най, кошнай (парные дудки).
Ранние образцы аэрофонов и иди-офонов сделаны из костей птиц и животных. У кочевых узбеков т.н. гажир най (вид продольной флейты) изготавливался «из костей крыльев степного орла гаджир (гажир)» [3: 57]. У них сохранился и костяной вид варгана под названием суяк-чанг-кобуз, выполненный из ребер верблюди-
цы [3: 99]. В настоящее время популярны деревянные и металлические виды варгана, имеющие у разных тюркских народов сходные названия: кулузун-хомус (тув.), жыгач-комуз (кырг.), а также хомус (якут.), демир-хомус (тув.), темир-комуз (кырг), шан-кобыз (каз.), темир чанг-кобуз (узб.), копаз (туркм.), кубыз (тат., башк.).
В МИ тюрков Центральной Азии широко представлена группа хордофо-нов — простых (наличие только резонатор-ного корпуса) и составных (корпус и шейка/гриф, образующие единое целое). Составные хордофоны (смычковые и щипковые) встречаются с долбленым и клееным (ребристым) корпусом. В их производстве у алтайцев используется кедр (тоб-шур — 2хструнный щипковый), кыргызов, казахов — сосна, тянь-шанская ель (кыл-кобыз- ранние виды домбры, комуз — трёхструнная щипковая лютня), клен, орех, береза, можжевельник, а также красное и черное дерево (современные виды хордо-фонов). У узбеков, каракалпаков, туркмен, азербайджанцев преобладают можжевельник (думбра / думбрак), тута (самое «поющее» дерево), абрикос, реже орех, бук (дутары, танбур — трёхструнный, саз — вось-миструнный, сетор и рубаб — многострунные плекторные лютни) [6: 123]. Сосна, клен, орех, шелковица, абрикос, тутовое дерево в той или мере определяют специфику тембра кыл-кобыза, домбры, дутара, танбура, сетора, рубаба.
Звуковая окраска хордофонов зависит и от деки, а также струн, их видов. Традиционно на многих хордофонах, как и на мембранофонах, натягивается кожаная (верблюжья, коровья, овечья, оленья, осетринная) дека. Она придает звучанию струнного инструмента специфический, несколько гнусавый, иногда грудной оттенки (кыл-кобыз, рубабы). Деревянная дека стала использоваться позже (еловая — на казахской, тутовая — на узбекской домбрах).
На хордофонах тюркских народов ЦА используются струны разного качества. Они дифференцированы нами на
«живые», органические, изготовленные из натуральных материалов (волосяные, кишечные, шелковые), «неживые», неорганические (металлические), а также искусственные, синтетические (кетгут, полимеры), созданные человеком [10: 65−66]. Внутренний состав натуральных струн предопределяет ориентацию не только на физико-акустические, но и биофизические законы.
Особое значение имеет взаимодействие перечисленных «компонентов» между собой: сорта дерева, качества деки и струн. Сочетания клена и ели или верблюжьей кожи и конского волоса считаются одними из лучших в производстве как казахской домбры, так и кыл-кобыза..
В результате складываются целые музыкально-акустические (они же — музыкально-слуховые) системы, имеющие свою природно-географическую и этнокультурную, принадлежность.
У тюрков Центральной Азии сложился корпус музыкальных инструментов, который можно назвать общим. Его наличие, с одной стороны, сближает тюркские музыкальные культуры, демонстрируя их родство. С другой, позволяет утверждать, что ранние виды инструментов (варганы, продольные флейты, простые и составные хордофоны с волосяными струнами), включая горловое пение, представленные у тюрков Южной Сибири, являются общим достоянием всего тюркского этноса.
Так, игра на варгане весьма популярна не только в Сибири и Поволжье, но и в Казахстане, республиках Средней Азии (преимущественно женская традиция). Тем не менее, именно у якутов хо-мус — один из ведущих инструментов. Импровизации на нем отличаются особой сложностью и виртуозностью.
Пастушеская флейта типа курая любима и популярна у казахов (сыбызгы), узбеков (курай), туркмен (тюйдюк), алтайцев (шоор) и других тюркских народов. И все же этот инструмент у башкир
выступает своеобразным «национальным символом» [7: 80]. Более сложные виды духовых — сурнай/зурна (гобой), ка-мыс сырнай, буламан, а также кос сырнай, кошнай (кларнеты с одной и двумя трубками), карнай (трубы) встречаются у казахов, узбеков, уйгуров.
Большие и малые литавры сохранились у казахов (дауылпаз, шындаул), кыр-гызов (добулбас), узбеков (чиндаул), уйгуров (тевилваз), туркмен (тебил). Если у восточных тюрков активно бытуют односторонние рамные барабаны с рукояткой типа бубна (дунгурга, алт. дунгур, тув.), то у западных — те же виды без рукоятки (дойра, узб., дап., уйг. ,).
Среди простых щипковых хордофо-нов получил распространение так называемый чатхан (разновидность цитры), имеющий древнетюркское происхождение. Он известен разным тюркским народам (же-тыген — у казахов, чадаган — у тувинцев, а также ятга — у монголов). Традиции игры на нем особенно развиты у хакасов.
Из большого числа шейковых лютен следует отметить смычковый кыл-кобыз -древнетюркский инструмент, представленный фактически под сходными названиями у каракалпаков (кыл-кобыз), узбеков (кобуз), кыргызов (кыл-кыяк), алтайцев (икили), тувинцев (игил), хакасов (ыых). Кыл-кобыз встречается в основном у кочевых, тогда как гиджак, кеманча — у полукочевых и оседлых тюрков (узбеков, туркмен, азербайджанцев). Вместе с тем, у казахов, кыргызов, узбеков, туркмен исполнительство на курае и хомусе не является определяющим. Скорее эти инструменты относятся к народной исполнительской традиции. Доминирующее же положение занимают струнные инструменты. Они используются как сольно, так и для сопровождения голоса.
Щипковые лютни (включая плек-торные) разнообразны по своим видам и формам. Несмотря на вариации инструментов, в каждом конкретном случае особое значение приобретает тот или иной
его вид. К примеру, домбра принадлежит к общетюркским, а по степени распространения — даже к евразийским лютням. Свое высшее выражение, на наш взгляд, она получила у казахов. В то же время, у соседних узбеков домбру относят к пастушеским (народным) музыкальным инструментам [3: 116]. Что касается других щипковых, то дутар в равной мере распространен у туркмен, узбеков и уйгуров, танбур — у узбеков и уйгуров, тар и саз
— у азербайджанцев, кашгарский рубаб
— у уйгуров. Такие лютни как дутар, ру-баб, саз, тар, а также созданные для них композиции (нередко инструментальные разделы из мугамов/мукамов/макомов), у восточных тюрков не встречаются.
Исследования музыкальных инструментов тюрков Центральной Азии и других регионов (Поволжья / Приура-лья, Кавказа, Анатолии) имеет теоретическое и практическое значение. Их результаты открывают новые перспективы в развитии такой области научного знания как музыкальная тюркология. Научный и практический материал, собранный по музыкальному инструментарию почти каждого тюркского народа, нуждается в обобщении и анализе, в проведения сравнительно-типологических и сравнительно-исторических изысканий. Вместе с тем, даже предварительное знакомство с ним (МИ) указывает на его уникальность и разнообразие. Здесь сохранились как автохтонные его виды (открытые продольные флейты: курай- мембранофоны: бубен, дойра- простые и составные хордофоны типа цитры, а также смычковые и щипковые — кыл-кобыз или тобшур, домбра, дутар и др.), так и заимствованные, впоследствии адаптированные к местным условиям (танбур, каш-гарский и афганский рубабы и др.). Речь идет о самостоятельной субсистеме, оказавшей влияние на МИ соседей — народов Китая, Индии, стран Ближнего Востока, а также Европы. Разумеется, его тщательному изучению как целостного явления
должно быть посвящено несколько фун- ной Азии, необходимо использовать и в
даментальных трудов. Тем не менее, тео- системе современного музыкального об-ретические и практические знания о МИ разования, на наш взгляд, на всем про-
тюркских народов, в том числе Централь- странстве СНГ.
Примечания:
1. Хорнбостель Э. М. фон, Закс К. Систематика музыкальных инструментов // Народные музыкальные инструменты и инструментальная музыка: сб. ст. и материалов: в 2 ч. Ч. 1. М.: Сов. композитор, 1987. С. 229−261.
2. Мациевский И. Народная инструментальная музыка как феномен культуры / науч. ред. С. И. Утегалиева. Алматы: Дайк-Пресс, 2007. 520 с.
3. Кароматов Ф. Узбекская инструментальная музыка. Наследие. Ташкент: ГИЛИ им. Г. Гуляма, 1972. 360 с.
4. Сузукей В. Тувинские традиционные музыкальные инструменты. Кызыл: НИИЯ-ЛиИ, 1989. 144 с.
5. Гуллыев Ш. Туркменская музыка (наследие): автореф. дис. … д-ра искусствоведения. Ташкент: Институт искусствознания им. Хамзы, 1998. 37 с.
6. Керим М. Азербайджанские музыкальные инструменты. Баку: Фонд Гейдара Алиева, 2010. 196 с.
7. Зелинский Р. Башкирская народная инструментальная музыка (проблемы формирования традиционного стиля): дис. д-ра искусствоведения. СПб., 2006. 443 с.
8. Утегалиева С. Хордофоны Центральной Азии. Алматы: Казакпарат, 2006. 120 с.
9. Утегалиева С. Звуковой мир музыки тюркоязычных народов // Вестник Адыгейского государственного университета. Сер. Филология и искусствоведение. Майкоп, 2010. Вып. 3 (63). С. 237−242.
10. Utegalieva S. Chordophones of Central Asia: A New Approach to its Classification // Asian Musicology. Seoul, 2004. Vol. 5. P. 55−84.
References:
1. Hornbostel E.M. von, Sachs K. Systematization of musical instruments // Folk musical instruments and instrumental music: coll. of art. and materials: in 2 parts. Part 1. M.: Sov. composer, 1987. P. 229−261.
2. Matsiyevsky I. Folk instrumental music as a culture phenomenon / ed. by S.I. Utegaliyeva. Almaty: Dayk-Press, 2007. 520 pp.
3. Karomatov F. Uzbek instrumental music. Heritage. Tashkent: GILI of G. Gulyam, 1972. 360 pp.
4. Suzukey V. Tuva traditional musical instruments. Kyzyl: NIIYaLiI, 1989. 144 pp.
5. Gullyev Sh. Turkmen music (heritage): Diss. abstract for the Dr. of Art Studies. Tashkent: Institute of Art Studies of Khamza, 1998. 37 pp.
6. Kerim M. Azerbaijan musical instruments. Baku: Geydar Aliyev'-s fund, 2010. 196 pp.
7. Zelinsky R. Bashkir folk instrumental music (the problems of formation of traditional style): Diss. abstract for the Dr. of Art Studies. SPb., 2006. 443 pp.
8. Utegaliyeva S. Chordophones of Central Asia. Almaty: Kazakparat, 2006. 120 pp.
9. Utegaliyeva S. The sound world of music of the Turkic people // Bulletin of the Adyghe State University. Ser. Philology and the Arts. Maikop, 2010. Iss. 3 (63). P. 237−242.
10. Utegalieva S. Chordophones of Central Asia: A New Approach to its Classification // Asian Musicology. Seoul, 2004. Vol. 5. P. 55−84.

Показать Свернуть
Заполнить форму текущей работой