Использование массовых источников и устных преданий при реконструкции освоения лесостепного Заволжья в 1750-1760-е гг

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ИЗВЕСТИЯ
ПЕНЗЕНСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ПЕДАГОГИЧЕСКОГО УНИВЕРСИТЕТА имени В. Г. БЕЛИНСКОГО ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ № 27 2012
IZVESTIA
PENZENSKOGO GOSUDARSTVENNOGO PEDAGOGICHESKOGO UNIVERSITETA imeni V. G. BELINSKOGO HUMANITIES
№ 27 2012
УДК 947. 06(470. 43)+930. 2
ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МАССОВЫХ ИСТОЧНИКОВ И УСТНЫХ ПРЕДАНИЙ ПРИ РЕКОНСТРУКЦИИ ОСВОЕНИЯ ЛЕСОСТЕПНОГО ЗАВОЛЖЬЯ В 1750—1760-Е ГГ.
© л. М. АРТАМОНОВА Самарская государственная академия культуры и искусств, кафедра истории Отечества e-mail: smirnov195503@yandex. ru
Артамонова Л. М. — Использование массовых источников и устных преданий при реконструкции освоения лесостепного Заволжья в 1750—1760-е гг. // Известия ПГПУ им. В. Г. Белинского. 2012. № 27. С. 471−475. — Статья посвящена выявлению и анализу источников различного происхождения, позволяющих с наибольшей полнотой реконструировать заселение новых земель в Заволжье многонациональным российским крестьянством в середине XVIII в. Показана плодотворность сочетания фискально-статистических материалов (ревизские сказки), нарративов социально-политической направленности (наказы в Уложенную комиссию) и устных исторических преданий. Ключевые слова: Источниковедение истории России XVIII века, региональная история, народная колонизация юго-востока Европейской России.
Artamonova L. M. — Using mass sources and oral traditions for the reconstruction of the colonization of forest-steppe Transvolga region in the 1750−60s // Izv. Penz. gos. pedagog. univ. im. i V. G. Belinscogo. 2012. № 27. P. 471 475. — The article is devoted to the revelation and analysis of sources of various origins providing a more detailed settlement reconstruction and reclaiming of the new lands in Transvolga region by Russian peasantry in the middle of the XVIIIth century. Effectiveness of combining fiscal-statistical materials (census records), narratives of socio-political directivity (directives to Legislative Comission) and oral historical traditions is shown in the article.
Keywords: Source studies of Russia of the XVIIIth century, regional history, peoples colonization of south-east of European Russia.
Возможности изучения крестьянских наказов в Уложенную комиссию 1767−1768 гг. остаются еще до конца не исчерпанными. Об этом свидетельствуют работы последних лет, выявляющие всё новые стороны этого источника, в т. ч. в отношении обширных территорий и многонационального населения Поволжья [2] и Приуралья [4] с учетом их сословного разнообразия [1]. В настоящей статье ставится задача привлечения данного источника к реконструкции ранней истории селений на вновь осваиваемых землях Самарского Заволжья, которые географически связывают средневолжский и южноуральский регионы. В ходе работы над темой выявилась необходимость и плодотворность рассмотрения наказов в совокупности с ревизскими сказками, записками путешественников и другими письменными документами, а также с привлечением записей устных историко-топонимических преданий об основании этих селений.
Характерным для Заволжья является наказ пяти чувашских селений на северо-востоке нынешнего Шенталинского района Самарской области: Туар-ма, Салейкино, Ниж. Туарма, Четырла, Баландаево. Переселенцы в эти деревни по двум первым ревизиям
имели «жительство» в разных деревнях Симбирского уезда. они писали о времени и обстоятельствах своего перехода: «За распоселением около наших жительств разных чинов дворян и за недовольством пашенной земли и сенных покосов, приискав, купили мы землю в Казанском уезде по Ногайской дороге у татарина На-дыря Кулметева, коя земля ныне состоит в Оренбургской губернии, на которую по силе данного нам от казанской адмиралтейской конторы указа селение и землепашество имеем с прошлого 1747 года» [5. Л. 283]. Датировку исказила описка. Согласуясь с содержанием самого наказа и со сведениями других источников, в том числе приведенного ниже, следует читать «1757 года».
Схожие причины и обстоятельства перехода приведены в наказе чувашей соседних деревень Афонькиной и Сережкиной, у которых на прежних местах жительства «за умножением народа учинилась в той земле и в сенных покосах недовольствие». Это вынудило их купить «землю у служилого ж татарина Надыра Кулметева, жалованную деду ево Мякею Че-бакову» в Казанском уезде на Ногайской дороге, которая теперь «состоит в Оренбургской губернии», где
они и поселились «в прошлом 758-м году» [5. Л. 278 об. -279].
Расположенные к юго-востоку от перечисленных выше селений и выше по Большому Черемшану Каменка, Ст. Резяпкино, Клявлино, Ст. Семенкино были основаны также чувашами Симбирского уезда (в наказах упоминаются деревни Ст. Тимошкина, Утя-мышкина, Калмыкова, Мастрюкова, Исекеева, Арабу-зи, Мемезерова, Качкарлей, Неверкина, Ст. Чукалы) и Свияжского (из д. Нов. Тынчуриной), ушедшими от притеснений соседних помещиков И. А. Ахматова, П. А. Бекетова, Н. Н. Кудрявцева, И. Т. Бабарыкина, Р. К. Воронцова, С. Е. и И. Е. Кротковых и от малоземелья. Землю переселенцы Каменки «сняли на себя» у служилого татарина Казанского уезда Кулметя Чеба-кова, «которая земля была жалована предкам ево». За землю отдано было «в уплату» 160 руб. На эту землю от Чебакова было получено «верющее письмо», а от Камер-Коллегии — указ «о владении оной землей» [5. л. 288 и об. ]
упомянутый Кулметь Чебаков был отцом упоминавшегося выше Надыра Кулметева и приобретение земли каменскими чувашами у первого, вероятно, означает, что их покупка была совершена несколько раньше, чем такую же сделку совершили салейкинские или афонькинские жители. В отличие от каменцев и семенкинцев, жители Клявлина и Резяпкиной не успели получить «владенные указы», а сослались только на наличие «верющих писем» продавцов земли. Незавершенность оформления покупки указывает на то, что сделки по двум последним деревням были осуществлены несколько позже.
При этом характер пользования землей прежними хозяевами был различный. Татарин Надыровой волости Надыр уразметев продал чувашам Клявли-ной и Семенкиной свою «порозжую дикую землю». В Ст. Резяпкиной же «прежде жили Надыровой волости татара Резяп Ишмурзин, Анабердей Аитов, Ишпулда Миндагулов с товарыщи», у которых чуваши «сняли их отводную землю в вечное владение» за 150 руб. [5. л. 286 об., 290 об. ]
Начальное татарское население Ст. Резяпкиной появилось одновременно с устройством Новой Московской дороги из Казани в Оренбург, то есть в середине 1740-х гг. Переселенцы-татары сами поселились здесь недавно. Первым в списке продавцов стоит имя Резяпа Ишмурзина, вероятно, «заводчика» деревни, давшего ей свое имя.
Клявлино же получило название от «заводчика"-чуваша Клевле Чюрекеева, крещенного под именем Василия Иванова, выходца из д. Елаур Завального стана Симбирского уезда. Хотя точной даты переселения в эту деревню не указано, но вряд ли она далеко отстояла от 1762 года, так как «заводчику», по поданной тогда ревизской сказке, было всего 29 лет от роду [6. Л. 301−302 об. ]
По словам старожилов-чувашей, Аверкино и Ибряйкино, расположенные в южной части нынешнего Похвистневского района Самарской области, заселились в 1750-х гг. [3. С. 56−58] Ходоками и покупате-
лями земли для общинного пользования у башкирских тарханов были новокрещенные чуваши из Ядринского уезда Ендурай Исмекеев и Иван Степанов сын Ерен-дея. Они выбрали землю между реками Б. Кинель и Б. Толкай на 16,5 верст, по левому берегу Б. Кинеля на 18,5 верст, по реке Б. Толкай на 16 верст и, уплатив за нее башкирам 80 руб., получили грамоту, в которой говорилось, что отныне эта земля с лесным массивом, пятью лесными колками и озерами переходит к новокрещеным чувашам. Продажа и покупка земли была оформлена в башкирской деревне Ибриево в октябре 1753 г. Измерение площади земли производили на глаз.
Весной и летом 1754 г. на купленную землю прибыли чуваши из Нижегородской и Казанской губерний: из Ядринского уезда — 43 души м.п., из Цивиль-ского — 52, из Свияжского — 39, из Чебоксарского — 40. Прибыв на новое место, чуваши разделили купленную землю на 2 участка по Суходолу от Б. Кинеля на юг через леса, по безымянной речушке до реки Б. Толкай. После ориентировочной разметки земли между участками был брошен жребий. Его тянули Аерка (Аверка) Фединкин и Ибряй Избеков. Земля к западу от Суходола досталась Аерке, а к востоку от него — Ибряю.
По преданию, переселенцы поделили землю на участки, каждый из которых и становился деревней. Землю, доставшуюся Аерке, разделили на 4 части, в каждой из них возникло по деревне: Чекалинка, Малая Аерка, Средняя Аерка и Нижняя Аерка (Аверкино).
Число дворов, по преданию, в Средней Аверкине первоначально равнялось 21, а в Нижней Аверкине — 17. Эти цифры очень достоверны, учитывая количество душ, указанных в ревизских сказках 1762 года.
Первыми в Чекалинке поселились 4 двора. Позже сюда переселились еще несколько дворов из Малой Аерки. Малая Аерка тоже начинала свое существование с 4 дворов. Эти маленькие селения, видимо, из-за малочисленности жителей не были указаны в отдельных сказках. Их самостоятельное существование было оформлено уже в более позднее время.
На участке, доставшемся по жребию Ибряю Из-бекову, возникло, по преданию, первоначально также 4 деревни: Б. Ибряйкино (20 дворов), Рожествено (18), Ибряйкино (14), Скородумовка (5). Они известны как отдельные поселки по документам более позднего времени. Общее число дворов в совокупности вполне соответствует количеству ревизских душ по ревизским сказкам деревни Ибряйкиной 1763 года, которая тогда объединяла все 4 поселка.
В устном предании об основании вышеназванных деревень очень достоверными выглядят обстоятельства и дата переселения, места выхода чувашей. Не поддается проверке расселение их сразу восемью поселками. В марте 1767 г. были составлены наказы этих жителей в уложенную комиссию. Они были поданы, как и более ранние сказки 3-й ревизии, от «трех деревень, дву Аверкиных да … Ибрайкиной». В них подтверждается факт покупки земли «у тархан уфин-ского уезда» Сайтангула Томенеева, Асекея Алметева, Батыра Шарыпова и других, а также уточняется, что
земля была закреплена во владении чувашей «по отводу геодезии поручика Красильникова» и на нее «Оренбургскою губернскою канцеляриею и план сочинен». Стоимость покупки исчисляется в 100 руб. Переход датируется 1753 годом, местом выхода называются «разные уезды» Нижегородской губернии [5. Л. 294, 296 и об.] В последнюю тогда действительно входили такие уезды с преимущественно чувашским населением, как Ядринский и Курмышский.
Имена основателей этих деревень сохранились не только в предании, но и в ревизских сказках, где их именуют «заводчиками». Христианское имя Ибрая -Борис Алексеев, а Аверки (Аерки) — Аверьян Андреев. Вместе с последним назван и второй заводчик д. Верхней Аверкиной — Ерендей Ишукин (в крещении Иван Степанов) [6. Л. 654, 661]. Видимо, именно последний в предании неточно назван «сыном Ерендея» в качестве покупателя земли.
дошли до нашего времени и рассказы о возникновении селений Стюхино, Султангулово, Алешкино. Возникновение Стюхина отнесено рассказчиками к 1731−1743 гг., когда переселенцы-чуваши прибыли из деревни Стюхино Симбирского уезда, сохранив название своего прежнего места жительства. Часть чувашей прибыла сюда также из Верхней Туармы.
По преданию, одновременно со стюхинскими чувашами прибыли чуваши в Султангулово и мордва в Алексеевку (Алешкино) [3. С. 55]. Чуваши пришли из Нижегородской и Казанской губернии, мордва из Карсунского уезда (впоследствии оказавшегося в Симбирской губернии). Прибывшие купили землю у башкирских тарханов из деревни Султангулово по 31 коп. за дес. После они произвели раздел между собой по ныне существующей меже.
Купчую на землю подписали от мордвы из Алешкиной Алексей Назаров и Степан Иванов, от чувашей из Султангулово — Афанасий Эндреке (Андрикеев), Савелий Федоров, от стюхинцев — Хурай Залухин и Кузьма Григорьев, от владельцев земли — Кедргулла Бахметов со своей семьей. Подписывались по-русски и арабскими буквами, а неграмотные оставили отпечатки пальцев. Купчая крепость была заверена в Кар-суне в 1755 г.
Переселение было трудным. В пути голодали, 6олели и многие умирали. И на новом месте долгие годы приходилось жить в лачугах, землянках, страдая от недостатка еды и сельскохозяйственного инвентаря. Обработка земли первоначально велась примитивными способами.
В Султангулове поселилось сначала 11 дворов. Первыми прибыли сюда Афанасий Эндреке (Ан-дрикеев), Исей, Туйзар, Микитка, Вастирек, Сипек, Петерке, Иштерек. Первопоселенцами Алешкина (Алексеевки) были упоминавшиеся Алексей Назаров и Степан Иванов, а также Николай Максимов сын Алешкин с товарищами из д. Атяшкиной Карсун-ского уезда. Здесь было также 11 дворов. В рассказе ничего не говорится о татарских переселенцах, отмеченных по ревизии в Алешкине, но, возможно, они прибыли сюда позже.
Совместный наказ деревень Султангуловой и Стюхина в уложенную комиссию 1767 года называет, как и предание, местом совершения покупной сделки Карсунскую контору крепостных дел [5. Л. 284]. Среди продавцов земли, кроме одного, запомнившегося рассказчикам (в наказе его имя транскрибировано как На-дергула Бихметев), упоминаются в данном документе уже нам встречавшиеся Салтангул Томенеев и Башир (именно так он поименован здесь) Шарыпов с товарищами из «уфинского уезду Казанской дороги Кипчац-кой волости деревни Салтангуловой». Только названы они в наказе не башкирскими тарханами, а служилыми татарами. Видимо, различия между этими сословными и этническими группами были для чувашских переселенцев «Казанской губернии из разных уездов», как они обозначают свое прежнее место жительства в наказе, не очень существенны.
Наказ называет датой перехода на новое место жительства лето 1755 г., что соответствует дате покупки земли в устном рассказе. Заселение в более раннее время, то есть в 30−40-е гг. XVIII в., о чем говорилось в предании, не подтверждается письменными документами, ни наказом, ни ревизскими сказками.
Малоправдоподобным выглядит в еще одном сохранившемся предании удлинение времени существования села Староганькина. По записям местного старожила Тихонова, на эту землю между Б. Кинелем и Соком беглые чуваши впервые прибыли в 1710 г., до этого скрывавшиеся в лесах, где занимались охотой и сбором хмеля. Сначала сюда переселились из Карсун-ского уезда тогдашней Казанской губернии 3 хозяина: Канек, Питтепа и Эрхилл, за которыми пришли Сик-мет, Роман, Мукяк, Ипарий, Богдан, Чашун, Яргунька, Якушка, Тихон, Саюк, Кармай, Шестирек, Валис, Са-лапай Ильинке, Савчук. В деревне стало насчитываться 20 дворов. Владельцами земли были башкирские ханы Шарипов, Муртаза Арзаев и Кедргулла Бахме-тов, а купчая на землю была подписана Канеком. От его имени и пошло название Ганькино. Питтепа же хотел, чтобы деревня была названа его именем. до сего времени сохранились оба названия деревни — Старо-ганькино (официальное) и Питтепель, причем чуваши охотнее пользуются вторым. Если содержательная часть рассказа, записанного Тихоновым, не вызывает особых сомнений, то датировки выглядят малодостоверными. Якобы, прибыв в Ганькино в 1710 г., чуваши сначала арендовали землю на 12 лет, по истечении которых они продлили аренду еще на 25 лет, а в 1747 г. они купили землю с торгов, происходивших в самом Ганькино.
В наказе же жителей этой деревни в уложенную комиссию в 1767 г. совершенно однозначно и со всеми подробностями говорится о покупке земли и переселении только в 1753 г. Ее купили все у тех же людей, что продали тогда же землю стюхинским, аверкинским, ибряйкинским и прочим переселенцам, то есть «у тархан уфинского уезда Казанской дороги Кипчакской волости деревни Салтангуловой у Салтангула Тими-неева, Баширы Шарыпова, Емангула Килмеметева, Муртазы Рысаева с товарыщи». Сделка на землю была
оформлена в уфимской конторе крепостных дел, после чего «земля по указу Оренбургской губернской канцелярии обмежевана и грани поставлены по урочищам, как указы повелевают, при понятых сторонних людях и дан нам на ту землю план и опись» [5. Л. 276].
Серьезный аргумент в пользу датировки основания деревни по документам, а не по преданию состоит в том, что в ревизской сказке 1763 года прямо указан «заводчик», то есть основатель деревни, тот самый Каник (такая транскрипция чувашского имени дана здесь). При этом называется его чувашское прозвище (отчество?) Яшкин, а также христианское имя — Гаврила Степанов. Самым важным для датировки является указание на возраст заводчика — 57 лет, который, следовательно, родился в 1706 г., а потому никак не мог быть в 1710 г. первопоселенцем [6. Л. 436].
Впрочем, за исключением сомнительных дат и описания «долговременной аренды» земли, детали рассказа о переселении в Староганькино выглядят жизненно. однако время действия надо перенести с начала на середину XVIII в.
Также о сомнительно раннем заселении территории современного Похвистневского района говорится в предании о возникновении деревни Рысайкино. По рассказам старожилов, село было основано в 1713 г. «Заводчиком» стал чувашский крестьянин Рзи (Ры-сай) Ляков, бежавший в период насильственного крещения чуваш из села Большой Аксу Карсунского уезда. По его имени деревня и была названа Рзи Яль (Рысайкино). Рзи прибыл на эти места с тремя сыновьями (Ишпулаком, Рспаем и Рскалом) и купил за 40 руб. половину земли татарина Али Кутлугуша, отделившегося от своего старшего брата — бабая Кутлугуша. После к Рзи с сыновьями присоединились Васютка, Янюк, Кияк, Кидерметь, Шеменей, Гужай, Маняк, а в деревне стало 10 дворов. Рядом находилось (и находится до сих пор) татарское село, основанное Али Кутлугушем, которое называется Али Аул (Алькино). В нем было 9 дворов. Первоначально Рзи и Али землю не делили, а пользовались ею вместе. Чуваши из Рысайкино первоначально жили охотой и сбором даров леса, но в начале 1740-х гг. стали по примеру русских заниматься земледелием [3. С. 53−54].
В приведенном выше предании есть очевидные анахронизмы. Упоминание в нем о насильственном крещении чувашей скорее указывает на царствование Елизаветы Петровны (1741−1761), когда проводилась такая принудительная христианизация, чем на времена Петра Первого, правительству которого было не до подобных мероприятий. Стюхинские чуваши в своем наказе 1767 года жаловались, что жители Рысайкина «своим насильством отняли» земли по правому берегу р. Тергалы, уже отведенные стюхинцам в 1755 г. [5. Л. 284 об.] Эта жалоба подтверждает основание Ры-сайкина, если не позже, то примерно в одно время со Стюхиным. упоминаний о существовании здесь еще и татарской деревни Алькино (Кутлугушево, Али Аул) вообще не встречается в письменных документах начала и середины XVIII в., в том числе в ревизских сказках и наказах в уложенную комиссию.
Таким образом, за неподтверждением рассказов о более раннем заселении все самые старые селения на территории современного Похвистневского района появились, по документам и достоверным устным преданиям, в 1753—1755 гг. Продолжалось основание новых селений и в годы, ближайшие ко времени составления наказов. В 1767 г. саперкинские чуваши жаловались: «Назад тому года с четыре к вершине Черной речки по левую сторону поселилась, неизвестно по какому указу, деревня Вечканкина (современное Старое Веч-каново Исаклинского района Самарской области), в которой жительство имеют ясашные из мордвы новокрещены», которые у них «земли целое поле и сенных покосов немалое число силою» отняли [5. л. 290 об. ]
надо отметить, что земельные конфликты, случавшиеся в здешних краях, не имели этнической окраски. В том же году, например, стюхинские чуваши обвиняли в земельных захватах своих единоплеменников из Рысайкина и Староганькина, а ибряйкинские жители обижались на тех же башкирских тарханов, что продали чувашам землю, а потом не давали им пользоваться на ней лесом, звериными ловлями и местами сбора хмеля [5. Л. 284 об., 294 об. ]
Чаще всего земельные споры происходили по сословному признаку, а именно между государственными крестьянами и дворянами. Только на одного помещика Т. Ф. Куроедова имеются жалобы сразу в трех наказах в уложенную комиссию. у деревень Аверкиных он захватил земель и угодий «верст на семнат-цеть», у д. Ибряйкиной «версты на три», у деревень Кирюшкиной и Нуштайкиной «вокруг верст на оди-натцеть». у последних к тому же «верст на деветь» отнял земли подпоручик Пилюгин [5. Л. 293,294 об., 296 об. ]
Отголоски земельных конфликтов в наказах депутатам уложенной комиссии, судебных и межевых тяжбах, других делах позволяют установить даты и обстоятельства основания помещичьих селений, ревизские сказки которых до нас не дошли. Подавать же наказы в уложенную комиссию, как и избирать в нее депутатов крепостные крестьяне права не имели.
на основании наказов государственных крестьян выясняется, что практически одновременно и рядом с их деревнями появились в середине XVIII в. крепостные села Куроедово (ныне не сохранилось) и Пилюгино (в современной Оренбургской области). Тогда же обидчиком саперкинских чувашей оказался князь Дадиян, занявший часть их земель под угодья двух своих новых селений, Исаклов и Багряша (в современном Исаклинском районе) [5. Л. 301].
В 1762 г. С. Е. Кротков отнял у чувашей из Ста-роганькина их «купленной и ограненной земли с лесом и с сенными покосы … длиною пятнатцать верст», в том числе «распаханой … триста пятнатцать загонов, сена накошенова пятьсот стогов». на этой земле «ре-ченой помещик Кротков поселил … крестьян своих деревню дворов до тритцати» [5. Л. 276 об. 277]. Такое свидетельство о возникновении села Кротково в По-хвистневском районе сохранилось в наказе его чувашских соседей — современников тех событий. Правда,
этому свидетельству противоречит более позднее устное предание, согласно которому здесь, якобы, существовала башкирская деревня Асеево (Исекей) на земле тархана Асейки Ахметова, но эта земля указом Екатерины II была отдана Кроткову вместе с государственными крестьянами из центральных губерний, которых тот и переселил в Исекей, переименованный в Кротково [3. С. 62]. Детали этого предания письменными свидетельствами не подкрепляются, что вызывает сомнения в его достоверности в целом.
Несомненно, что как наказы в уложенную комиссию, так и историко-топонимические предания могут и должны быть использованы при исследовании истории заселения и освоения юго-востока Европейской России. При этом в каждом конкретном случае требуется учет условий появления документов или бытования устной традиции, обстоятельств ее записи,
тщательное сопоставление с иными источниками, особенно с ревизскими сказками.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Васильев И. М. Податное и военно-служилое население Башкирии по наказам в Уложенную комиссию 1767 г.: в 2 ч. Уфа, 2000.
2. Иванов А. Г. Запросы и предложения государственных крестьян Казанской губернии в Уложенную Комиссию 1767−1768 гг. // Проблемы российской и социальной истории. Самара, 2011.
3. Краеведческие записки. Куйбышев, 1971. Вып. 2.
4. Кулбахтин И. Н., Кулбахтин Н. М. Наказы народов Башкортостана в Уложенную комиссию 1767−1768 гг. Уфа, 2005.
5. Российский государственный архив древних актов (РГАДА). Ф. 342. Оп.1. Д. 109. Ч. 11.
6. РГАДА. Ф. 350. Оп.2. Д. 2454.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой