Мирная конференция в Портсмуте и итоги русско-японской войны 1904-1905 гг. : современная англоязычная историография проблемы

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ИЗВЕСТИЯ
ПЕНЗЕНСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ПЕДАГОГИЧЕСКОГО УНИВЕРСИТЕТА имени В. Г. БЕЛИНСКОГО ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ № 27 2012
IZVESTIA
PENZENSKOGO GOSUDARSTVENNOGO PEDAGOGICHESKOGO UNIVERSITETA imeni V. G. BELINSKOGO HUMANITIES
№ 27 2012
УДК 930. 1(09)
мирная конференция в портсмуте и итоги русско-японской войны 1904−1905 гг.: современная англоязычная историография проблемы
© А. К. ДЯТЛОВА
Пензенский государственный педагогический университет им. В. Г. Белинского, кафедра отечественной истории и методики преподавания истории e-mail: lematin@list. ru
Дятлова А. К. — Мирная конференция в Портсмуте и итоги русско-японской войны 1904−1905 гг.: современная англоязычная историография проблемы // известия ПГПУ им. В. Г. Белинского. 2012. № 27. с. 613−616. -
В статье рассматриваются работы современных англоязычных исследователей, посвященных событиям русско-японской войны 1904−1905 гг. Особое внимание уделяется взгляду современных историков на проблемы мира, итогов Портсмутской конференции и результатов войны в целом.
Ключевые слова: Дальний Восток, русско-японская война, Портсмутский мирный договор, С. Ю. Витте, Николай
II, Теодор Рузвельт, Джордж Мейер.
Dyatlova А. К. — Portsmouth Peace Conference and the results of the Russo-Japanese War, 1904−1905: modern English-speaking historiography // Izv. Penz. gos. pedagog. univ. im. i V.G. Belinskogo. 2012. № 27. P. 613−616. -
The article deals with the works of modern English-speaking scientists, devoted to the Russo-Japanese War of 1904−1905. Special attention is given to the problems of peace, the results of Portsmouth Conference, the results of the war in general from the modern historians' point of view.
Keywords: Far East, the Russo-Japanese war, the Treaty of Portsmouth, S. Yu. Witte, Nicholas II, Theodore Roosevelt, George Meyer.
Портсмутский мирный договор является абсолютным и безусловным успехом российской дипломатии. Крах международного авторитета империи, тяжелые военные потери, подъём революции внутри страны, нежелание Николая «опуститься» до территориальных уступок и выплаты контрибуции — всё вместе создавали не слишком благоприятную обстановку для ведения переговоров о мире. Однако «благопристойный мир» всё же был заключен. Анализу причин этой дипломатической победы, рассмотрению самого договора и его последствий посвящено немало работ. однако и в настоящее время появляются исследования, целью которых является стремление понять, почему же при всех вышеперечисленных условиях мир был заключен на выгодных (в большей степени) для России условиях. В нашей работе мы обратимся к исследованиям современных англоязычных историков, рассмотрим те аспекты поставленной проблемы, на которые обращают внимание авторы сегодня.
Интерес для нас представляет работа профессора Сидни С. Харкейва (Sidney S. Harcave) «Count Sergei Witte and the twilight of imperial Russia: a biography» («Граф Сергей Витте и сумерки имперской России: биография»). Прежде всего, необходимо сказать несколько слов о самом авторе. Сидни Харкейв в
40-х годах XX века работал в качестве аналитика в области внешней политики в информационной службе зарубежного вещания и Управлении стратегических служб (прообраза ЦРУ). Позже он начал свою преподавательскую деятельность в университете Вайоминг (University of Wyoming), а затем в Университете Бин-гэмптом (Binghamton University). Профессор Харкейв читал курс новой истории Европы и России до своего ухода на заслуженный отдых в 1982 г. Однако он не прекратил свою работу. В 2004 г. вышла его последняя крупная работа «Count Sergei Witte and the twilight of imperial Russia: a biography», рассмотрению которой и посвящена данная статья.
В данной работе профессор Харкейв рассматривает историю Российской империи на рубеже XIX—XX вв. сквозь призму личности С. Ю. Витте. Показывая события, предшествующие мирной конференции в Портсмуте, сам ход ее работы, нельзя сказать, что автор предлагает абсолютно новый взгляд на проблему. По логике изложения материала автор во многом схож с Е. В. Тар-ле, А. В. Игнатьевым и другими представителями отечественной исторической науки. Однако, профессор Хар-кейв, учитывая его опыт аналитической работы, в своей книге очень интересно выстраивает цепочку фактов и приводит читателя к определенным выводам.
Например, глава, посвященная мирной конференции, изобилует многочисленными фактами и подробностями. Чтобы не утонуть в них, нам кажется более удобным выделить три основных момента, три главных личности, которым автор уделяет особое внимание: Витте, Рузвельт, Николай II.
Харкейв показывает Витте, постоянно работающим в трёх направлениях. Первое из них — организация займа. Витте — человек, всегда просчитывающий ходы вперед. Он прекрасно понимает, что России, истощенной войной и революцией, деньги просто необходимы, но в существующих условиях не просто получить займ. Поэтому автор вначале описывает встречу бывшего министра финансов с президентом Франции Лубэ и его премьером Рувье, а затем и с вице-президентом Национального Банка (National City Bank) Фрэнком Вандерлипом [1]. В обоих случаях отмечено, что положительный ответ о займе будет дан только при условии заключения мира. К сожалению, автор не раскрывает здесь причин, по которым обе страны, не участвующие в войне, так стремятся к миру. Кроме того, именно соображениями финансового характера Витте руководствуется так часто встречаясь с известным магнатом Дж. П. Морганом. Кстати, именно в этой работе так подробно раскрывается линия взаимоотношений Витте и Моргана и их обоюдная симпатия друг к другу, которая, к сожалению, не принесла реальной выгоды России.
Второе направление деятельности Витте — формирование положительного имиджа. Здесь автор в деталях описывает все действия первого уполномоченного, причем как успешные, так и не очень. Ко вторым можно отнести неоднократные встречи с лидерами еврейских общин в Соединенных Штатах. И вот здесь автор показывает неправильную оценку результатов со стороны Витте, которому так и не удалось склонить их на свою сторону. С другой стороны Харкейв показывает прекрасно организованную работу с прессой в течение всей работы конференции.
Третье направление — собственно переговоры. Здесь Сидни Харкейву удалось показать напряженность работы Витте и фактическое ведение переговоров с двумя сторонами. В этом контексте Витте у Хар-кейва — настоящий борец. Ему приходится не только сражаться с каждым пунктом предъявленных японцами условий, но и с требованиями царя. Ведя «войну на два фронта» Витте её с блеском выигрывает. И вот здесь автор показывает весь трагизм личности Витте: человек, сумевший добыть победу в столь тяжких условиях, теперь думает о том, что о нем думают при дворе, и что будущее приготовит ему теперь [2]. Вполне понятно, что, зная характер Николая и его окружения, перспективы были не самые радужные.
Стоит отметить отношение автора к личности Витте. Говоря о самом мирном договоре, Харкейв не может не отметить, что результатом его явилось значительное уменьшение влияния Российской империи на Дальнем Востоке. Между тем профессор говорит о том, что всё же сами условия оказались намного лучше для России, чем можно было ожидать. Будь на месте
первого уполномоченного Извольский, Муравьев или Нелидов, мир был бы заключен гораздо позднее и на более тяжелых условиях [3]. Таким образом, автор отмечает огромную роль Витте в успешном завершении дел.
Личности Николая II уделено не столь пристальное внимание, однако действия российского самодержца столько показательны, что автор не может обратиться к ним. Николай у Харкейва — слабохарактерный самодержец, вечно всего боящийся и вместе с тем бездумно уверенный в своей правоте, не умеющий видеть реальную ситуацию и не способный пойти на компромисс. Он не может сразу принять решения, всё у него происходит через долгие метания. Вместо того, чтобы еще до Цусимской катастрофы искать мира, царь всё еще надеяться на крупную победу. Вместо того, чтобы подписать мир как можно скорее, чтобы подавить революцию, царь желает войной поднять национальный дух. Вместо того, чтобы сразу назначить Витте первым уполномоченным, Николай долго пытается найти человека на эту должность. Кстати, говоря о процессе определения кандидата на должность первого уполномоченного, Харкейв очень ярко дает понять, что всё делалось так, лишь бы не Витте занял этот пост. Даже Муравьева он пытался пригласить главным образом потому, как пишет автор, что это был враг Витте. Автор хорошо показывает «битву» Витте и Николая II во время конференции. Яркой демонстрацией характера самодержца является описание его чувств и эмоций после заключения мира. Автору, на наш взгляд, кажется, что если бы не поздравления высокопоставленных чиновников со всех стран мира, Николай так бы и не смог оценить цену такой победы.
Третья ключевая фигура у Харкейва — Теодор Рузвельт (и Соединенные штаты, которые он в данном случае олицетворяет). В отличие от многих отечественных работ, этому человеку уделяется, по понятным причинам, огромное внимание. Президент Теодор Рузвельт выступает здесь как истинный миротворец. как нами уже было отмечено, к сожалению, Харкейв не выдает истинных причин такого политического благородства. Зато автор в подробностях описывает все церемонии, организованные принимающей стороной, многочисленные обеды, и т. п. Неподдельную заинтересованность в скорейшем заключении мира автор доказывает активным участием посла Соединенных Штатов в Петербурге Мейера. Харкейв акцентирует внимание на том, что именно Мейер по указанию президента сумел убедить Николая II согласиться с идеей раздела острова Сахалин [4]. Особая роль Соединенных штатов в лице Рузвельта становится в данной работе ключевой.
данная работа профессора Сидни С. Харкейва интересна по многим причинам. В ней, с одной стороны, нет предвзятости и штампов эпохи холодной войны (наличие которых могло бы быть объяснимо сферой деятельности автора в 40-е годы). Кроме того, автор использует как отечественные, так и зарубежные работы и источники, которые придают б льшую объективность содержанию. С другой стороны, несмотря
ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ > >>>>-
на тот факт, что работа в целом не противоречит сложившемуся видению проблемы в отечественной историографии, всё же некоторые акценты расставлены по-иному. Большее внимание уделяется, как уже было сказано выше, именно Соединенным Штатам как важнейшему компоненту в той системе взаимоотношений. Однако автор рассматривает этот аспект несколько половинчато. С одной стороны мы видим ту бурную активность, которую развивает президент Рузвельт, магнат Морган и другие, мы видим многочисленные обеды и церемонии, но с другой, мы не можем найти объяснения причин всему этому. Харкейв не ставит вопроса о том, зачем Америке всё это нужно и что она с этого получит. А играть роль миротворца и ничего с этого не иметь — не в правилах Соединенных Штатов.
Именно в этой связи особый интерес вызывает работа «Historical Dictionary of the Russo-Japanese War» (Исторический словарь русско-японской войны) профессора Ротема Коунера (Rotem Kowner). В статье, посвященной мирной конференции в Портсмуте он объясняет причины заинтересованности Соединенных Штатов в скорейшем окончании войны. Профессор коунер отмечает, что еще вначале войны симпатии президента Рузвельта были на стороне Японии, поскольку усиление России в дальневосточном регионе могло разрушить систему сдержек и противовесов, которую американцы пытались поддерживать в Восточной Азии. Теперь же Япония стала представлять такую угрозу [5]. До тех пор, пока обе стороны ослабляли друг друга в войне, американское правительство не предпринимало никаких мер. Но после того, как поражение России стало очевидным, Рузвельт начал действовать. Автор обращает внимание на то, что инициатива мирных переговоров возникла еще в феврале 1905 г. и принадлежала именно Рузвельту и послу Соединенных Штатов в России Мейеру [6]. Профессор Коунер, практически вслед за Сидни Харкейвом, отмечает, что соглашение о мире было достигнуто при значительном содействии Соединенных Штатов.
Еще одним исследователем данной темы, специалистом в области российской и советской внешней политики является Дэвид Маккензи (David Mackenzie), почетный профессор Университета Гринсборо Северной Каролины. В своей работе «Imperial Dreams/ Harsh Realities: Tsarist Russian Foreign Policy, 1815−1917» («Имперские мечты / Суровая реальность: Внешняя политика Царской России, 1815−1917») он несколько по-иному, в отличие от Сидни Харкейва, рассматривает указанную проблему.
Так, Дэвид Маккензи отводит особую роль императору Германии Вильгельму II. Профессор отмечает, что именно Вильгельм II, опасаясь того, что Россия станет жертвой революции, смог убедить николая II принять предложение президента Рузвельта сесть за стол переговоров [7]. Период, предшествующий самим переговорам автор не рассматривает. Маккензи, в отличие от Харкейва, не акцентирует внимание на многочисленных подробностях выбора первого уполномоченного, путешествия в Портсмут, вопросам займа и тем более особенностях американского гостеприим-
ства. Автора данной работы более беспокоит тот факт, какое значение оказал подписанный на определенных условиях Портсмутский мирный договор на дальнейшее развитие международных отношений.
Во-первых, Портсмутский мирный договор фактически лишал Россию всех ее бессмысленных [8] приобретений на Дальнем Востоке за последнее десятилетие. К слову сказать, автор всегда утверждал, что продвижение России на Восток к Тихому океану не отвечало реальным потребностям страны, поскольку не было средств даже для развития собственно российского Амурского региона, не говоря уже о продвижении в Манчжурию [9]. Собственно, поэтому Маккензи, говоря о причинах, побудивших царя пойти на мирные переговоры, именно фактический финансовый крах страны считает основным фактором.
Во-вторых, поражение России сильно ослабило франко-русский союз, что, в свою очередь, вселило уверенность Германии в собственные силы. Вместе с тем поражение России на море способствовало англорусскому сближению [10]. Таким образом, автор уже здесь объясняет причины именно такой группировки стран (Франция, Англия, Россия) накануне Первой мировой войны.
В-третьих, Дэвид Маккензи обращает особое внимание на то, что поражение России стало первой крупной победой азиатской державы над европейской страной, которая начала порывать престиж европейского империализма. Более глубокий анализ этой идеи дан в работе еще одного исследователя — Стивена Маркса.
Стивен Маркс (Steven Marks) является одним из крупнейших на сегодняшний день зарубежным специалистом по истории России и истории развития капитализма. Однако его работы малоизвестны в отечественной исторической науке и не имеют высокого индекса цитирования, хотя и представляют огромный интерес, поскольку в них отражается современное западное видение процессов, происходивших в конце XIX — начале XX вв. в нашей стране. Одна из его многочисленных статей под названием «„Браво, храбрый тигр Востока!“: русско-японская война и подъем национализма в Британском Египте и Индии» посвящена именно идее о том, как поражение России в войне отразилось на взаимоотношениях Азии и Европы.
как мы уже отмечали, в работе Маккензи показано, как происходили изменения в треугольнике взаимоотношений Россия-Англия-Япония в результате подписания мирного договора, ознаменовавшего новую расстановку сил на Дальнем Востоке. В работе профессора Маркса эти изменения объясняются. Маркс пишет, что слава русского оружия, связанная с ней русофобия 70−80х гг. XIX века, недооценка сил и претензий японского правительства, проблемы с колониями — все вместе это привело к тому, что Англия не смогла правильно оценить обстановку в регионе и в итоге потеряла над ним абсолютный контроль. В начале XX вв. британское правительство, и без того обеспокоенное происходящими процессами в индии, не могло спокойно наблюдать за активизацией россий-
ской внешней политикой на дальнем Востоке, в которой видело потенциальную угрозу своим интересам в регионе. Поскольку вести борьбу с Россией напрямую было не в интересах и не в духе Англии, ее правительство решило встать на сторону японии — страны, которая, с одной стороны была достаточно сильна, чтобы составить реальный противовес Российской империи в регионе, а с другой, не представляла серьезной угрозы для Британии. Как считает С. Маркс, главной задачей для Британии было остановить «русского медведя», но никто не верил в то, что Япония, которую считали слабейшей стороной [11], выйдет победителем. Однако британский кабинет, пристально следивший за ходом военных действий, упустил из виду тот факт, что у многих «покоренных» народов Россия олицетворяла Запад, а Япония — Восток [12]. Англия в качестве союзника Японии и соперника России в империалистической «большой игре» оказывала Японии военную помощь. Однако последствия японской победы для британских колониальных властей проявлялись со все большей очевидностью [13]. Поражение России «разбудило» британские колонии. Был опровержен миф о прочности британского (а, значит, европейского) империализма. Кроме того, Япония усилила свои позиции на дальнем Востоке и стала основным противником Англии в регионе. Теперь Британии нужна была Россия в качестве противовеса и, видимо, нового жандарма, правда, уже Азии.
Анализируя работы современных англоязычных исследователей данной проблемы, стоит отметить, что все исследователи обращают особое внимание на роль
Соединенных Штатов в процессе мирного урегулирования конфликта, а также тем последствиям, к которым привело поражение России как европейской державы перед лицом азиатской страны, вставшей на путь модернизации.
список литературы
1. Harcave S. Count Sergei Witte and the twilight of imperial Russia: a biography. New York: M.E. Sharp, Inc., 2004. PP. 145−147.
2. Ibid. P. 153.
3. Ibid. PP. 153−154.
4. Ibid. P. 151.
5. Kowner R. Historical dictionary of the Russo-Japanese
War. Lanham, Maryland, Toronto, Oxford: The
Scarecrow Press, Inc. P. 300.
6. Ibid. P. 300.
7. Mackenzie D. Imperial Dreams Harsh Realities: Tsarist Russian Foreign Policy, 1815−1917. Hardcourt Brace College Publishers, 1994. P. 149
8. Ibid. P. 149.
9. Ibid. P. 136.
10. Ibid. P. 150.
11. Маркс Г., Стивен ««Браво, храбрый тигр Востока!: русско-японская война и подъем национализма в Британском Египте и Индии» // Русский сборник. Исследования по истории России / ред. О. Айрапетов. М.: Модест Королев, 2007. Т. 4 С. 95.
12. Там же. С. 97.
13. Там же. С. 105.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой