Современные тенденции рождаемости в Бурятии

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Демография


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

ГЕОГРАФИЯ
УДК 312.1 (574. 54) А.Г. Базарова
СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РОЖДАЕМОСТИ В БУРЯТИИ
В статье рассмотрены тенденции рождаемости в Бурятии за период 1990—2009 гг. Особое внимание уделено рассмотрению особенностей трансформации возрастной модели рождаемости, а также факторов современного роста рождаемости.
Ключевые слова: рождаемость, демографическая динамика, воспроизводство населения, трансформация модели рождаемости.
А^. Bazarova
MODERN FERTILITY TRENDS IN BURYATIA
The article observes the modern trends of fertility in Buryatia between 1990−2009. Special attention is payed to the peculiarities of transformation of age fertility model and factors offertifity growth in modern conditions.
Key words: fertility, demographical dynamics, reproduction of population, transformation of fertility model.
Бурятия, как и большинство национальных республик, занимает в демографической структуре страны положение региона, в котором относительно благополучные показатели естественного движения населения вследствие незавершенного демографического перехода сочетаются со значительным миграционным оттоком и опережающими темпами сокращения численности населения.
Население Бурятии за 1990−2001 гг. уменьшилось на 51 тыс. человек, т. е. на 4,9%, за 20 012 009 гг. еще на 36,3 тыс. человек (3,6%). Общие
потери населения составили 87,3 тыс. человек. Уменьшение общего прироста населения началось с 1986 г. Если за пятилетие 1981−1985 гг. население республики увеличилось на 67,3 тыс. чел. полностью за счет естественного прироста на фоне миграционной убыли, то в следующие пять лет 1986−1990 гг. общий прирост снизился более чем в два раза, составив 29,9 тысяч человек. Начавшееся с начала 1990-х гг. сокращение численности населения республики происходило под совокупным воздействием естественной и механической убыли (табл. 1).
Таблица 1
Динамика численности населения Бурятии за 1981−2008 гг.
Годы Прирост (убыль) населения, тыс. человек
общий естественный миграционный
1981−1985 67,3 67,5 -0,2
1986−1990 29,9 66,6 -36,7
1991−1995, 5 СП — 9,0 -12,5
1996−2000 -23,3 -3,6 -19,7
2001−2005 -27,7 -8,7 -20,5
2006−2008 — 3,3 6,3 — 9,6
Главным фактором сокращения численности населения Бурятии остается миграционный отток. За 2000−2008 гг. республика потеряла за счет естественной убыли 3,9 тыс. человек, за счет миграционной убыли — 33 тыс. человек. В последние годы в связи с уменьшением интенсивности механической убыли и положительными результатами естественного движения населения темпы общей убыли населения существенно сократились. Миграционный отток уменьшился с 2000 по 2008 г. в 1,5 раза, а естественный прирост компенсировал 75% миграционных потерь населения.
Для административно-территориальных единиц республики — муниципальных образований (районов) — характерна различная демографическая динамика. Для анализа роли естественного и механического движения в демографической динамике муниципальных образований Бурятии был применен графический метод, использованный в работе [1]. Распределение 22 муниципалитетов (районного уровня и г. Улан-Удэ и Се-веробайкальск) по 8 типам в зависимости от различных сочетаний факторов динамики населения представлено на рис. 1.
Рис. 1. Территориальные различия в демографической динамике в Бурятии
Сокращение населения с 2000 по 2008 г. произошло в 15 муниципальных образованиях: в 9-ти из них миграционный отток превысил естественный прирост, в 3-х — механическая убыль превышала естественную убыль и еще в одном муниципалитете естественная убыль превышала механическую убыль. В семи муниципалитетах республики население выросло: в 4-х из них главным фактором роста населения стал миграционный прирост, в 3-х — естественный прирост.
Для процессов воспроизводства населения республики во многом характерны те же черты, которые в целом присущи населению страны. Вместе с тем особенностью Бурятии является сочетание высокой рождаемости и низкой смертности как относительно российского уровня, так и относительно сибирских регионов.
Региональные особенности и тенденции воспроизводства населения в республике заключаются в большей инерционности демографических процессов в первой половине 1990-х гг. с последующим ускорением таких тенденций, как более интенсивная, чем в среднем по регионам Сибири отрицательная динамика населения, сравнительно резкий рост смертности и спад рождаемости во второй половине десятилетия.
В период экономического роста наблюдается преломление тенденций спада рождаемости и депопуляции, что объясняется наложением мероприятий государственной демографической политики по стимулированию рождаемости на повышательную демографическую волну, когда в репродуктивный возраст вступило относи-
тельно многочисленное поколение, рожденное в 1980-е гг. Для оценки эффективности реализации мероприятий государственной демографической политики по стимулированию рождаемости необходимо изучение тенденций и факторов современной динамики рождаемости, а также оценка роли факторов, обусловивших изменение уровня рождаемости последних лет.
Рождаемость как основной процесс воспроизводства населения характеризуется цикличнопоступательной динамикой с доминирующим трендом снижения и подвержена совокупному влиянию ряда демографических и социальноэкономических факторов. В 1990—2000 гг. общий коэффициент рождаемости в республике снизился с 18,4 до 11,6%о, достигнув минимальной отметки в 1997 г. — 11,0%.
В настоящее время региональные особенности динамики рождаемости в республике заключаются в более высоких, чем в среднем по стране и Сибирскому федеральному округу, темпах ее роста. Традиционное превышение уровня рождаемости в Бурятии относительно средних по стране и федеральному округу показателей происходит за счет более интенсивного ее роста в республике за последнее десятилетие (рис. 2).
В целом по России и по Сибири в 2007 г. по отношению к 2000 г. рост общего коэффициента рождаемости составил 120%, в Бурятии — 139%. В 2008 г. абсолютное число родившихся в республике составило 16 372 чел., что на 4718 чел. (на 40%) больше, чем в 2000 г. Абсолютное же число родившихся за периоды 2000−2003 гг. и 2005-
2008 гг. увеличилось на 10 237 человек. Такая динамика рождаемости обусловлена сравнительно благоприятной возрастной структурой и более высокими возрастными коэффициентами рождаемости. Так, в среднегодовой численности населения России за 2006 г. женщины репродук-
тивного возраста составляли 27,7%, в Бурятии -28,9% (в 2007 г. — 28,8%). Суммарные коэффициенты рождаемости составили в 2006 г. в России — 1,296- в Бурятии — 1,697 рождений на 1 женщину (в 2007 г. — 1,844).
Рис. 2. Динамика уровня рождаемости, чел. на 1000 населения
Поскольку динамика общего коэффициента рождаемости связана со сдвигами в возрастной структуре населения, этот показатель не отражает действительные изменения в интенсивности процесса рождаемости. Менее подвержен влиянию возрастной структуры населения суммарный коэффициент рождаемости (СКР). Он достигал бес-
Суммарный коэффицие
прецедентно низкого для республики уровня в
1999 г. — 1,420 (в России в том же году — 1,171, в Иркутской области — 1,255 в Читинской области — 1,437). Возросший за 2000−2007 гг. на четверть СКР тем не менее не достиг дореформенного уровня и все еще иллюстрирует суженный режим воспроизводства населения (табл. 2).
Таблица 2
рождаемости в Бурятии
Годы Число рождений на 1 женщину
Все население Г ородское население Сельское население
1990 2,494 2,098 3,370
1995 1,609 1,428 1,968
2000 1,478 1,259 1,879
2005 1,639 1,514 1,872
2007 1,844 1,645 2,155
2008* 2,021 — -
* рассчитано на основе предварительных данных о возрастных коэффициентах рождаемости
Замещение поколений обеспечивается на 96% (если принять за критическую величину СКР — 2,1 ребенка на одну женщину без учета брачного состояния) и 77,4% (если принять за критическую величину СКР — 2,6 ребенка на один эффективный брак).
Трансформация возрастной модели рождаемости за период 1985—2006 гг. выражается в сближении уровней рождаемости в разных возрастных группах за счет снижения ее в более молодых возрастных и роста в старших возрастных интервалах женского репродуктивного контингента (рис. 3). Максимальное снижение
рождаемости (на четверть) произошло у 20−29 и 30−34-летних женщин. Становится все менее выраженным максимум рождаемости в возрастной группе 20−24 года и происходит сдвиг ее в более старшие возрастные группы.
Если в 1995 г. показатель рождаемости в возрастной группе 25−29 лет составлял 60,7% и 26,7% от уровней рождаемости в возрастных группах 20−24 года и 30−34 года, то в 2006 г. эти показатели составили соответственно 80,1% и 45,6%. Наиболее резкая трансформация модели рождаемости произошла в 1990—1995 гг., когда снижение рождаемости во всех без исключения
возрастных группах было более резким, нежели в предыдущие и последующие пять лет. Возрастные коэффициенты в группе 20−24 года снизились на 34%- 25−29 лет — на 31%- 30−34 года — на 47%- 3539 лет — на 56%. Это снижение происходило за счет откладывания рождений вторых и третьих детей. После 1995 г. ситуация начала изменяться. У женщин моложе 25 лет показатели рождаемости
существенно снижались: у 16−19-летних на 35%, 20−24-летних на 15%. В то же время рождаемость возрастала в старших возрастных группах- у женщин 30−34 лет — на 29%- 35−39 лет — на 11%- 4549-летних — на 50%. Можно предположить, что это происходило за счет реализации отложенных в предыдущий период рождений.
------1985-------1990---------1995-------2000--------2006
16−49 лет из них 20−24 25−29 30−34 35−39 40−44 45−49
16−19
Рис. 3. Трансформация возрастной модели рождаемости в Бурятии
С 2000 по 2008 г. показатели рождаемости возросли во всех возрастных группах, за исключением самой старшей (рис. 4). Наибольшим
ростом рождаемости выделились в этот период 35−39-летние женщины — 215%, 40−44-летние -210% и 30−34-летние — 162%.
Рис. 4. Динамика возрастных коэффициентов рождаемости, % (2000 г. — 100%)
Последствием сдвига рождаемости в старшие возрастные группы становится сокращение репродуктивного периода и уменьшение вероятности следующих рождений и невозможности иметь детей, ухудшение состояния здоровья, в том числе репродуктивного, формирование и укрепление образа «бездетной» жизни.
Для выявления роли факторов, обусловивших изменение уровня рождаемости за 2003−2007 гг., рассмотрена динамика общего коэффициента рождаемости с помощью индексного метода по [2]. В таблице 3 приведены результаты расчетов структуры динамики общего коэффициента рождаемости в Бурятии с 2003 по 2007 г. Рост ро-
ждаемости 2003−2007 гг. обусловлен преимущественно улучшением возрастной структуры женского репродуктивного контингента, при незначительных его количественных изменениях. Незначительный вклад в рост общего коэффициента рождаемости в 2005—2007 гг. внесло собственно повышение рождаемости.
Так, в 2003—2005 гг. коэффициент рождаемости возрос незначительно — только на 3,7%. Этот рост был обусловлен исключительно результатом улучшения возрастной структуры внутри женского репродуктивного контингента на фоне некоторого его увеличения, в то время как рождаемость на самом деле понизилась (-0,9%). В
2005−2007 гг. общий коэффициент рождаемости увеличился на 15%. Главным фактором этого повышения стало продолжающееся улучшение возрастной структуры женского репродуктивно-
го контингента, несмотря на его сокращение. Дополнительный вклад в рост общего коэффициента рождаемости внесло собственно повышение рождаемости (на 0,7%).
Таблица 3
Компоненты изменения общего коэффициента рождаемости в Бурятии в 2003—2007 гг.
(в % к величине коэффициента в 2003, 2005 гг.)
Годы Изменение общего коэффициента рождаемости за период в том числе за счет изменения
доли женщин 1549 лет в населении возрастной структуры женского репродуктивного контингента возрастных коэффициентов рождаемости
2003−2005 3,7 0,4 3,9 -0,9
2005−2007 15 -0,3 14,7 0,7
В качестве показателя результативности предпринимаемых мер по стимулированию рождаемости рассмотрена динамика удельного веса рождений вторых, третьих и последующих детей в общем числе рождений. В настоящее время в общем числе родившихся
возрастает удельный вес, как первых, так и вторых, третьих и четвертых детей. Если в
2000 г. доля первых, вторых и третьих детей составляла соответственно 41,6, 24,4, 9,8%, то в 2007 г. соответственно 50,3, 33,8 и 11,7% (табл. 4).
Таблица 4
Удельный вес родившихся по порядку рождения, %
Годы
2000 2002 2005 2006 2007
Всего родившихся детей 100 100 100 100 100
Первый ребенок 41,6 41,2 44,2 54,2 50,3
Второй 24,4 22,5 24,4 31,4 33,8
Третий 7,2 6,3 7,7 9,9 11,7
Четвертый 2,3 1,9 1,7 2,6 2,9
Пятый и более 1,4 0,9 0,7 1,0 1,3
Не указавшие* 23,1 27,2 21,3 0,9 0,0
* в соответствии с ФЗ «Об актах гражданского состояния» от 15. 11. 1997 г. № 143-ФЗ
в бланке акта государственной регистрации рождения отменен пункт — «который по счету ребенок родился»
Таким образом, рост общего коэффициента рождаемости в последние годы тем не менее не достиг дореформенного уровня и связан с изменениями в возрастной структуре у населения, нежели с собственно ростом рождаемости. Увеличение удельного веса вторых и третьих детей в общем числе рождений на фоне трансформации возрастной модели рождаемости может свидетельствовать о двух взаимодополняющих тенденциях: во-первых, о реализации отложенных в период 1990-х годов рождений- во-вторых, о реализации намеченных установок на рождение вторых детей раньше первоначальных планов в ответ на меры демографической политики последних лет. То есть можно предположить, что в настоящее время имеет место сочетание компенсационного подъема рождаемости после резкого ее спада в кризисные 1990-е гг. и очередного таймингового сдвига (сдвига в ка-
лендаре рождений), когда кратковременный рост рождаемости вызывается действием конъюнктурных факторов (введением льгот и пособий для стимулирования рождаемости).
Закономерным следствием конъюнктурного роста рождаемости, как правило, становится резкий спад показателей рождаемости в условиях неизменности общепринятого размера семьи (одно-, двухдетная семья) и стабильности репродуктивных установок. Так, спад рождаемости 1990-х гг. рассматривается как следствие таймингового сдвига в 1980-е гг., когда часть семей реализовала свои репродуктивные установки раньше первоначальных планов под воздействием мер социально-демографической политики 1980-х гг. Исследователями показано, что сколько-нибудь значимого успеха этой политики, т. е. увеличения конечного числа рожденных детей, не произошло [3].
В настоящее время традиции многодетности, характерные для титульного населения региона, сменяются внутрисемейным регулированием с ориентацией на мало- и среднедетность и планированием количества и интервалов рождения детей, в силу глубокой укорененности семейных традиций более продолжительное время, нежели в стране сохранялись многодетный и среднедетный типы репродуктивного поведения. При этом распространение малодетной модели репродуктивного поведения происходило более быстрыми темпами в среде городского населения, а в этническом разрезе — русского населения. Наиболее быстро процесс сближения моделей репродуктивного поведения происходил в 1990-е гг. [4].
Дополнительные меры государственной и региональной демографической политики, целе-
вым ориентиром которой должна стать трехдетная семья, могут способствовать в определенной мере компенсации очередного снижения рождаемости в связи с уменьшением репродуктивного контингента населения и последствиями сдвига в календаре рождений.
Литература
1. Чуднова В. И., Кожуховская Н. Ф. Население Саянского ТПК (формирование и расселение). — Новосибирск: Наука, 1982.
2. Борисов В. А. Демократия. — М.: NOTA BENE, 2001.
3. Демографическая модернизация России, 1900−2000 / под ред. А. Г. Вишневского. — М.: Новое издательство, 2006.
4. Осинский И. И., Гылыкова Э. В. Бурятская городская семья на рубеже XX—XXI вв.еков. Социологический анализ. — Улан-Удэ: Изд-во БГУ, 2003.
Базарова Аюна Гармаевна — старший научный сотрудник Байкальского института природопользования- старший преподаватель кафедры экономической и социальной географии Бурятского государственного университета, 670 047, ул. Сахьяновой, 8, тел. 433 381, е-mail: doliin@mail. ru
BazarovaAyuna Garmaevna — senior researcher of the Baikal institute of nature management, Buryat State University, department of economic and social geography, senior teacher, 670 047, Sakhyanova str. 8, 433 381, e-mail: doliin@mail. ru
УДК 551. 44 Э.А. Батоцыренов
ПЕЩЕРЫ ГОРЫ САРБАДУЙ (Республика Бурятия)
В статье описаны новые пещеры Джидинского района на горе Сарбадуй. Данная статья будет интересна спелеологам, краеведам и специалистам в области рационального природопользования и туристического менеджмента.
Ключевые слова: пещеры, Джидинский район, памятник природы.
E.A. Batotsyrenov CAVES OF THE MOUNTAIN SARBADUI (the Republic of Buryatia)
New caves of Dzhidinsky district on the mountain Sarbadui are described in the article. The given article will be interesting for cave explorers, regional specialists and experts in the field of rational nature management and tourist management.
Key words: caves, Dzhidinsky district, nature sanctuaries.
Пещера — уникальная экосистема, которая формировалась десятки тысяч и миллионы лет. Во многом это еще не изведанная стезя, по сути, последние белые пятна в географии. Изучая пещеры, мы можем получить сведения о природе, климате в прошлом (палеогеография), обитателях пещер (спелеобиология), а также ценные сведения для палеонтологии и археологии. Кроме этого, многие пещеры Бурятии окутаны легендами, в годы репрессий они были местами паломничества, богослужения, с ними связаны тайны исчезновения многочисленных кладов. Все это представляет большой интерес для развития краеведения и туризма.
Необходимо отметить, что подземный мир весьма хрупок и подвержен любому воздействию. В таблице 1 мы приводим примеры негативных влияний на некоторые пещеры Байкальского региона.
Всегда существует опасность того, что случайные посетители нанесут ущерб легкоранимой пещерной экосистеме, поэтому среди спелеологов принято не давать точные координаты пещер.
Весной и осенью 2008 г. проводились поисковые спелеологические экспедиции в Джидинском районе в окрестностях горы Сарбадуй совместно со студентами АКТ БГСХА специальности «Ту-

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой