Деструктивность как граница религиозной свободы

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Философия


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Международный Научный Институт & quot-Educatio"- I (8), 2015
117
ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ
ситета Рупрехта-Карла [Электронный ресурс] - Режим доступа — dissercat. com>-… otvetstvennosti… tekhnogennoi… gansa.
4. Латур Б. Когда вещи дают сдачи: возможный вклад «Исследований науки» в общественные науки. -Вестник МГУ. Сер. «Философия». — 2003. — № 3.
5. Пирожков В. В. Обсуждение книги В. С. Степина «Цивилизация и культура». Материалы круглого
стола // Вопросы философии. — 2013. — № 12. — С. 347.
6. Петров Ю. В. Антропологический образ философии. — Томск: НТЛ, 1998. — 448 с.
7. Черникова И. В. Философия и история науки. -Томск: НТЛ, 2011. — 388 с.
ДЕСТРУКТИВНОСТЬ КАК ГРАНИЦА РЕЛИГИОЗНОЙ СВОБОДЫ
Лобазова Ольга Федоровна
доктор философ. наук, профессор Российского государственного, социального университета (Москва)
DESTRUCTIVE AS THE BOUNDARY RELIGIOUS FREEDOM
Lobazova Olga Fedorovna, Doctor of Philosophy sciences, professor of the Russian State, Social University (Moscow)
АННОТАЦИЯ
Религиозная свобода — одна из ценностей современного общества, имеет предел распространения. Этот предел определен характером вероучения. Существенные признаки религиозной деструктивности являются основанием для ограничения деятельности некоторых объединений.
ABSTRACT
Religious freedom — one of the values of modern society, has a limit distribution. This limit is determined by the nature of faith. The essential features of religious destructiveness are grounds for restricting the activities of certain associations.
Ключевые слова: секта, культ, религиозная деструктивность.
Key words: sect, cult, religious destructiveness.
В конце XX века общество встретилось с явлением, принципиально отличным от прежних форм религиозной жизни. Его основное отличие не столько в заявках на новое вероучение, сколько в тоталитарно-деструктивном характере деятельности с использованием современных методов воздействия на личность, в маскировке меркантильной сущности духовной риторикой и в исключительно агрессивном прозелитизме.
Религиозные организации, общины и группы встречают в большинстве случаев терпимое отношение к своей деятельности — признание свободы убеждений, вероисповеданий, терпимое отношение к инакомыслию уже стало нормой для поведения большинства членов общества. И только вопиющие факты несоответствия религиозной практики законам и ценностям общества вызывают реакцию со стороны общественности, что и приводит к вмешательству властей. При этом требуется расследование, сбор доказательств, судебное разбирательство, опыта в которых российская правовая система пока так и не обрела.
Дела с участием религиозных организаций тянутся очень долго, привлекают много внимания прессы, что лишает рассмотрение необходимой степени объективности, превращает обсуждение в идеологический и мировоззренческий, а значит неразрешимый, спор.
Тем не менее, это не означает, что антиобщественные проявления со стороны религиозных объединений не должны подвергаться правовому разбирательству, а обществу и отдельным людям не нужно реагировать на эти проявления и защищаться от их негативного влияния. Речь идет о том, насколько сложно в условиях так непросто достигнутой религиозной свободы объективно, справедливо и тактично решить вопрос о том, где находится граница этой свободы. То, что она существует, это очевидно и для светского общества, и для церковного народа. Подтверждением тому служит практически консолидированная
позиция руководства традиционных для российского общества религиозных организаций (православия, ислама, буддизма, иудаизма) относительно деятельности новых религиозных объединений.
«Часто под религиозной личиной осуществляется деятельность совершенно далекая от религиозных целей», — заявил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл[9] в ходе встречи с общественностью Архангельска, отвечая на вопрос о возможности введения наказания за нанесение личности в результате сектантской деятельности психологического ущерба и вреда здоровью. Разрушительные последствия воздействия некоторых объединений, декларирующих себя исключительно религиозными организациями, остро ощущаются обществом, но действенные меры по предотвращению или нейтрализации их влияния так пока и не выработаны. В российском обществе пока нет целостной системы правовых, экономических, мировоззренческих и культурных рычагов противодействия негативным влияниям антигуманных идеологических систем, лукаво именующих себя религиозными. В настоящее время практически вся оказываемая людям помощь исходит из одного источника — от организаций Русской Православной церкви. Государственная система социальной помощи и поддержки, а также негосударственные социальные организации пока не в состоянии оказывать эффективное противодействие религиозной деструктивности. Это обусловлено тем, что в общественном сознании нет пока даже единого мнения о том, что с полным основанием считать религиозной деструктивностью. Именно поэтому научный анализ сущности и форм религиозной деструктивности, выработка методологических основ для дальнейшего совершенствования специфических методов социальной работы с лицами, пострадавшими от деструктивных религиозных культов, становятся весьма актуальными.
Международный Научный Институт & quot-Educatio"- I (8), 2015
118
ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ
Говоря о деструктивных религиозных культах, мы должны на время абстрагироваться от наличия какой-либо ереси по отношению к традиционным религиям. Ереси, то есть отклонение от стержня господствующей религии, всегда были и будут, вследствие того, что люди отличаются индивидуальным мышлением, собственными представлениями и переживаниями святого или запредельного. Далеко не всякая группа лиц, исповедующих такую ересь, подходит под понятие деструктивного религиозного культа.
В современном общественном сознании зачастую происходит смешение терминов «секта», «тоталитарная секта», «культ», «деструктивный религиозный культ», «новое/нетрадиционное религиозное движение». Чаще всего для наименования организаций и объединений, вызывающих превентивные опасения или уже подтвердивших свой злокачественный характер, пользуются термином «секта». Эти организации порой не являются в строгом смысле сектами или культами, иногда вообще не являются откровенно религиозными, но всегда, по общему мнению, дестабилизируют обстановку в обществе.
Изначально слово «секта» было нейтральным термином для описания отдельных, обособленных политических, философских и религиозных групп. В этом смысле ранняя христианская церковь подпадала под это понятие, поскольку являла собой обособленное религиозное сообщество, противопоставляемое её членами традиционным религиям языческого общества. Название «секта» по отношению к церкви на самых ранних этапах применялось и самими христианами. Однако впоследствии, при появлении обособленных еретических групп внутри самого христианства, слово «секта» уже для самих христиан стало обозначать сообщество или ложное учение, обособившееся от кафолической церкви и её учения. В англоязычной терминологии понятию секта соответствуют термины «sect» (этот термин характерен для Европы) и «cult» (наиболее распространён в Америке и Великобритании). В последнее время вместо терминов «секта» и «культ» часто используется понятие New Religious Movement (NRM). В то же время в английском языке слово «sect» также применяется по отношению к традиционным направлениям многих религий (например, основных течений индуизма, ислама или христианства). Иногда встречается аналогичное употребление и в российской науке [6].
Итак, секта — это термин, используемый, во-первых, для обозначения религиозной группы, отделившейся от основного религиозного направления. Основанием для такого подхода является традиционное понимание термина и явления, им обозначенного, характерное для российского общественного сознания. Например, по мнению А. Л. Дворкина, секта — это закрытая религиозная группа, противопоставляющая себя основной культурообразующей религиозной общине (или основным общинам) страны или региона [1]. Во-вторых, в некоторых источниках понятие «секта» трактуется шире — как любая группа (религиозная или нерелигиозная, отделившаяся или новая), имеющая своё учение и свою практику, отличные от господствующей церкви или идеологии. И для первого, и для второго смысла термина «секта» свойственно априорное неодобрительное отношение к явлению, которое усиливается присоединением определений, имеющих научный оттенок — например, «тоталитарная», «деструктивная», «антигуманистическая», «некрофильская», и опре-
делений, имеющих публицистическую окраску — например, «секта-убийца», «бесчеловечная», и даже «людоедская».
Термин «деструктивные» или «тоталитарные» секты введены в оборот А. Л. Дворкиным, предположительно в 1993 году. Часть специалистов указывает на неоднозначность данного термина и его вариативное применение [2] в современной науке и публицистике. По их мнению, из-за его неоднозначности, он может быть использован для достижения определенных (и вполне нелицеприятных) целей в идеологической борьбе [8, 3]. Тем не менее, даже без прилагательного «тоталитарная», термин «секта» на уровне массового и обыденного сознания широко используется для обозначения организации, вызывающей у общества (или у его части) подозрение в асоциальной направленности ее деятельности.
Современная наука, в отличие от СМИ, использует обоснованные дефиниции, что позволяет приходить на определенных этапах к неким согласованным утверждениям. Но в отношении данных терминов этого согласования пока не произошло, дискуссия продолжается. Некоторые исследователи предпочитают не употреблять термины «тоталитарные секты» или «деструктивные религиозные культы», используя для обозначения объединений, оказывающих негативное влияние на людей, привычный термин «секта» без каких-либо добавочных определений. С точки зрения, например как религиоведения[11], так и юриспруденции[10], термин «секта» является основным для определения особенного типа религиозных объединений, а добавление в термин определения «тоталитарная» или «деструктивная», только уточняет характер объединения, но не говорит о выделении иного типа религиозных объединений.
Существует также мнение о том, что секта и культ — это самостоятельные типы религиозных объединений, внутри которых существуют как подвиды тоталитарные секты и деструктивные культы. Так, Ф. Кондратьев считает, что в социальном аспекте сектой можно назвать организацию или группу лиц, замкнувшихся в своих узких интересах (в том числе культовых), не совпадающих с интересами общества, или безразличных, или противоречащих им. Он указывает на то, что термин «секта» в данном понимании не полностью совпадает и с понятием «деструктивный религиозный культ». К последним, по его мнению, не в полной мере подходит и обычный смысл понятия «культ», поскольку современные деструктивные религиозные культы — это особая разновидность культов, отличающихся «разрушительностью по отношению к естественному гармоническому состоянию личности: духовному, психическому и физическому (внутренняя деструктивность), а также к созидательным традициям и нормам, сложившимся социальным структурам, культуре, вероисповеданиям, порядку и обществу в целом (внешняя деструктивность). Такие культы противоположны созидательным традиционным вероучениям, хотя зачастую и имеют некоторое поверхностное внешнее сходство (на чем спекулируют борцы за равноправие всяких вероиспо-веданий)"[5].
Деструктивные религиозные культы — это группы людей, отличающихся чрезвычайной преданностью какой-либо личности и неэтично применяющих манипуля-тивные методики убеждения и контроля. Примерами таких методик служат: изоляция от бывших друзей и семьи, доведение до истощения, использование специальных
Международный Научный Институт & quot-Educatio"- I (8), 2015
119
ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ
способов повышения внушаемости и рабского повиновения, мощное групповое давление, управление информационным потоком, нивелирование индивидуальности и критического умения правильно оценивать ситуацию и свою роль в ней, стимулирование полной зависимости от группы, страха перед уходом из нее. Все это предназначенью для достижения целей групповых лидеров в ущерб адептам, их семьям и обществу.
Обычно, люди присоединяются к культам не потому, что они делают разумный выбор, а потому, что их обманули. Этот процесс является обольщением, а не свободным выбором, сделанным на основе необходимой и достаточной информации. Процесс присоединения к культам соответствует психотехнологии формирования DDD синдрома, который был одним из объяснений того, что в США принято называть «промыванием мозгов». DDD синдром (deception, dependency, dread — обман, зависимость, страх) соответственно состоит в сокрытии действительных целей культа, в камуфлировании первоначальной «бомбардировкой любовью» последующей жесткой эксплуатации, в подавлении собственной личности с полным подчинением культу и в страхе как главном инструменте манипулирования, основанным на постоянно поддерживаемом чувстве вины.
В связи с множественностью характеристик деструктивных религиозных культов исследователи предлагают несколько вариантов их классификации. Например, деструктивные религиозные культы предлагается классифицировать по типам религиозного руководства[4]: 1) харизматические культы, возникновение и деятельность которых связаны с появлением тех или иных провидцев, пророков и т. п.- 2) авторитарные культы, руководство которых опирается на многолетние традиции, обычаи, связанные с происхождением, генеалогией «вождей" — 3) иерархические культы, или культы церковного типа- члены этих организаций подчиняются руководству не в силу личных заслуг руководителей, а в результате убеждения в том, что те получили свои посты на основании устава организации- 4) теократические культы, которые стремятся к созданию религиозно-теократической организации- к этому типу можно отнести организацию свидетелей Иеговы и др.
Предлагается классифицировать деструктивные религиозные культы по критерию длительности присутствия в российском обществе — на традиционные и нетрадиционные (новообразования)[12]. Относительно традиционными для России, в этом случае, называют баптистов, адвентистов, лютеран, пятидесятников. Традиционно эти объединения были распространены в определенных этнических группах — среди немцев, поляков, литовцев и др. Однако (и, по мнению авторов типологии, это главный признак их деструктивности) сегодня эти организации заняты активной прозелитической деятельностью среди православных. Автор работы считает, что не все религиозные организации, упомянутые в данном перечне, являются действительно деструктивными, а некоторые из них даже не могут быть определены как религиозные культы, поскольку являются церквями (лютеране) и деноминациями (баптисты).
В следующей классификации применен критерий характера объединяющей идеи. В этом варианте все деструктивные религиозные движения разделены на псевдохристианские, культы нового откровения, оккультные, сатанинские [12]. В приведенной классификации также
наблюдается смешение разных типов религиозных организаций — деноминаций, сект и собственно культов.
Более точно определены черты объединений, которые можно назвать культами, и, в связи с этим, более широкий спектр культов представлен в классификации С. Хассена, который полагает, что существует четыре типа культов: религиозные культы, политические культы, коммерческие культы, культы массовой психотерапии [13, с. 49−54]. В данном случае к культам отнесены разнонаправленные по ближайшим целям и способам ее достижения объединения, добивающиеся обладания неким «благом» в осознанной отстраненности от жизни остального общества. Как видим, данная классификация до предела расширяет спектр объединений, которые могут быть признаны культами. В основе такого взгляда лежит утверждение Э. Фромма о том, что религия — это любая система взглядов и действий, которой придерживается какая-то группа людей и которая дает индивиду систему ориентации и объект поклонения. Но и в рамках столь широкого понимания культов Хассен признает существование религиозных культов, а, поскольку, для него все культы носят деструктивный характер, то речь идет о деструктивных религиозных культах.
Некоторым образом подобный подход реализован в отечественной практике. Примером этого является классификация объединений деструктивного характера, предложенная специалистами Информационно-консультационного центра имени Свмч. Иринея Лионского [14]. Она выглядит следующим образом: 1) «секты — убийцы» — объединения некрофильской ориентации- 2) «долгожители» -традиционные для России объединения- 3) «послевоенная эклектика» — нетрадиционные для России объединения- 4) псевдоиндуистские- 5) псевдобиблейские- 6) постсоветские- 7) псевдобуддийские- 8) оккультные- 9) искажение православия и околоправославные секты- 10) коммерческие объединения деструктивного характера- 11) псевдо педагогические объединения- 12) псевдо целительские объединения- 13) психокульты- 14) другие категории.
Включая в данную классификацию религиозные и квазирелигиозные (в приведенной классификации это пункты 10 — 14) объединения, что сближает данную позицию с теорией С. Хассена, сотрудники Центра, по традиции российского дискурса, классифицируют мормонов, иеговистов и ряд других объединений в качестве культов. Деструктивный характер вероучения и культовой (и внекультовой) практики данных религиозных объединений очевиден для общества, особенно в сравнении с традиционными проправославными представлениями и культурными стереотипами, но, тем не менее, данные объединения, по мнению автора работы, не являются «культами» в строгом смысле научного термина.
Подводя промежуточный итог, можно отметить, что все упомянутые классификации разделяют на группы некое целое, под которым понимаются деструктивные объединения вообще. То есть, подвергаются анализу все объединения, наносящие, в понимании создателей классификаций, вред развитию российского общества. По мнению автора работы, такой подход имеет право на существование, поскольку основной целью современного этапа является ограждение людей от опасности десоциализации и личностной дезориентации.
Тем не менее, только некоторые объединения, отнесенные к разряду деструктивных, могут быть причис-
Международный Научный Институт & quot-Educatio"- I (8), 2015
120
ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ
лены к типу религиозных культов. Эти объединения обладают рядом устойчивых признаков, отличающих их от всех других религиозных организаций — церкви, деноминации и даже секты в классическом понимании термина. Эти признаки, прежде всего, отражают методы вовлечения человека в религиозное (или квазирелигиозное) объединение и способы его удержания в составе этой группы, которые кардинально меняют содержание сознания человека и механизмы его мышления, делая проблемным и даже невозможным его полноценное участие в общественных процессах и социальных связях.
Автор фундаментальных исследований деструктивных религиозных культов Роберт Джей Лифтон [7] описал восемь элементов культовой методики, применяемой для воздействия на личность. Эти элементы при одновременном и систематическом использовании приводят к «катастрофическому изменению самосознания». Восемь критериев Лифтона, по которым можно опознать деструктивный религиозный культ, выглядят так: средовой контроль- мистическое манипулирование- требование чистоты- культ исповеди- священная наука- передёргивание языка- доктрина выше личности- разделённое существование. Эта «психотехнология» стала характерным методом деятельности в деструктивных религиозных культах. В некоторых деструктивных организациях применяются методы прямого гипнотического и скрытого внушения, нейролингвистического программирования, трансцендентальных медитаций. Таким образом, по теории Лифтона, в основе «психотехнологий» деструктивных религиозных культов лежит «гуризм» в сочетании с методиками образования DDD-синдрома.
Стивен Хассен называет другой перечень признаков, доказывающих деструктивность объединения: авторитарное лидерство, обман и деструктивный контроль со-знания[13, с. 47−48]. При этом он отмечает, что для стороннего наблюдателя иногда явными становятся неосновные признаки деструктивных религиозных культов, к которым он относит одинаковый внешний облик членов группы, одинаковое поведение членов группы, наличие необычного объекта поклонения, необычность занятий членов группы. Такими признаками, по его мнению, может обладать совершенно лояльное объединение, в котором собрались люди с очень высокой или, наоборот, низкой степенью креативности. Основными же признаками деструктивных религиозных культов, по утверждению Хассена, является то, что для привлечения новых членов группы прибегают к обману, для удержания новых членов группы используют методы контроля сознания, и все члены группы находятся в зависимости от лидера, у них подорвана воля.
Содержание вероучений и религиозная практика деструктивных религиозных культов весьма вариативны. Общее число культов резко увеличилось в канун нового тысячелетия (по данным Теда Дэниелса, возглавляющего «Институт слежения за наступлением нового тысячелетия», в США сейчас практикуют 1200 «крупных пророков, не считая множества более мелких»). Собственно неокультовых организаций в США насчитывается несколько тысяч, в России — пока гораздо меньше, но их число быстро растет и уже перевалило за тысячу. После принятия нового Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» деструктивные религиозные культы стали уходить в подполье или переименовы-
вать свою деятельность, маскируясь под просветительские, гуманитарные, спортивные и т. п. организации, сохраняя при этом свою сущность.
В основном в культовых новообразованиях в целом, и в деструктивных религиозных культах в частности, преобладает эклектика из различных ересей, иногда несовместимых, но неизменно претендующих на древние корни. В других случаях даже не скрывается факт изобретения собственной религии именно для добывания денег. Важно отметить и эзотерический характер новых культов: для нижних уровней адептов существует одна «правда», для верхних — другая- руководство же обладает тайной, скрытой от всех. Некоторые бывшие адепты деструктивных религиозных культов, достигшие в них высокого положения, отмечают, что по мере служебного продвижения и приближения к тайнам руководства они убеждались, что «идейности» становилось все меньше за счет преобладания экономических, политических и других, отнюдь не духовных, интересов. Доход новых культовых организаций (по некоторым данным средств массовой информации) может достигать миллиона долларов в день. Это, кстати, позволяет иметь сеть ангажированных политиков, юристов, журналистов, экспертов психологов и психиатров для защиты от попыток противодействия деструктивной активности деструктивных религиозных культов.
Современные культовые образования в отличие от сект прошлых времен сочетают в себе стремление к максимальной материальной выгоде и гладкого приспособления к социальным реалиям. Их религиозная «духовность» — лишь ширма, которой они прикрывают свою коммерческую и политическую деятельность. Учитывая, что статус религиозной организации освобождает ее от налогообложения и дает другие выгоды, некоторые культы называют свою деятельность именно религиозной, хотя таковой по существу не являются (по мнению специалистов-религио-ведов и по данным судебных определений).
Итак, подводя итог, можно сказать, что мы выходим на некое обобщающее определение: деструктивные религиозные культы — это группы людей, объединившихся на основе веры в истинность определенной (чаще всего — противоречащей основам традиционных религий) идеи, придерживающихся особенных (нередко — экзальтированных или крайне оригинальных) канонов и правил культовой деятельности, отличающихся чрезвычайной (до фанатизма) преданностью какой-либо личности (руководителя или создателя объединения), и руководство которых неэтично применяет манипулятивные методики убеждения и контроля сознания и поведения членов этих групп. Главная задача таких объединений состоит в поддержании среди своих последователей способами манипуляции, обмана, гипноза измененного состояния сознания, которое порождает чувство избранничества и изоляции от остального общества. Сущность деструктивных религиозных культов проявляется, прежде всего, в реализации антигуманными методами стремлений организаторов объединений к власти и материальному обогащению за счет эксплуатации тяги людей к духовному обновлению, за счет прямого обмана и нарушения основных прав личности, а также ущемления прав и интересов общества.
Можно сказать, что современные деструктивные религиозные культы — это культы, использующие «духовную», мистическую лексику для прикрытия методов тоталитарного воздействия на личность с целью ее деструкции
Международный Научный Институт & quot-Educatio"- I (8), 2015
ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ
121
и последующего использования в собственного интересах.
Религиозная свобода — это возможность выбрать вероучение и проповедующую его религиозную организацию, жить в соответствии с принципами своей религии, отправлять религиозный культ, не нанося вред себе и обществу, или не ущемляя права и свобод других людей. Свобода в любых сферах сопряжена с ответственностью, служащей границей этой свободы. В данном случае, границей свободы выбирать и исповедовать вероучение является характер доктрины и практики объединения.
Список литературы
1. Дворкин А. Л. Сектоведение. Тоталитарные секты. Опыт систематического исследования. — М.: Христианская библиотека, 2007.
2. Кантеров И. Я. Как классифицировать религиозные
организации / Режим доступа: http: // news.
invictory. org /issue6847. html.
3. Кантеров И. Я. Религиозные меньшинства как объект серьезного изучения, а не стигматизации. — Независимый психиатрический журнал. — М., 2004. -№ 4. / Режим доступа: http: //www. npar. ru/journal /2004/4/minorities. htm.
4. Классификация сект // Пси-фактор / Режим доступа: http: //psyfactor. org/sekta9. htm.
5. Кондратьев Ф. Современные культовые новообразования («секты») как психо лого-психиатрическая проблема. / Режим доступа: http: //www. gumer. info /bogoslov_Buks/sekta/kondr/index. php.
6. Конь Р. М. Введение в сектоведение / Режим доступа: http: www. nds. nne. ru/pdf/sects. pdf.
7. Лифтон Р. Д. Реформирование мышления и психология тоталитаризма. — Нью-Йорк, 1961.
8. Ничик В. И. «Тоталитарные секты» — миф или реальность? / Режим доступа: http: //www. manwb. ru /articles/world_today/tolerance/TotalSect_VINichik.
9. Признаки секты / Миссионерско-апологетический проект «К истине» / Режим доступа: http: //k-istine. ru/sects/sectssigns. htm.
10. Секта / Большой юридический словарь. 3-е изд., доп. и перераб. / Под ред. проф. А. Я. Сухарева. -М.: ИНФРА-М, 2007. — Том. VI.
11. Секта религиозная / Религиоведение: Энциклопедический словарь — М.: Академический Проект, 2006.
12. Сектовед. ру // Режим доступа: http: //sektoved. ru/.
13. Хассен С. Освобождение от психологического насилия. — СПб.: Еврознак, 2001.
14. Центр религиоведческих исследований во имя Свя-щенномученика Иринея Лионского // Режим доступа: http: //www. iriney. ru/.
СИНЕРГЕТИЧЕСКИЙ ПОДХОД К ИССЛЕДОВАНИЮ ИНФОРМАЦИОННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ
Мельник Александр Викторович
канд. филос. наук, доцент Уральского государственного горного университета, г. Екатеринбург
SYNERGETIC APPROACH TO THE STUDY OF INFORMATION SECURITY
Melnik Alexander, Candidate of Philosophical Sciences (PhD), associate professor of the Ural State Mining University, Ekaterinburg
АННОТАЦИЯ
В статье анализируется сущность информационной безопасности с помощью синергетического метода познания. Этот метод является эффективным в решении проблемы информационной безопасности современных социальных систем, которые характеризуются своей неравновесностью и открытостью. Целостность информационного содержания системы в условиях нелинейной среды наиболее оптимально обеспечивается благодаря самоорганизации. ABSTRACT
The article examines the nature of information security via a synergistic method of learning. This method is effective in solving the problem of information security of modern social systems, which are characterized by their nonequilibrium and openness. The integrity of the information content of the system in terms of the nonlinear medium optimally ensured through self-organization.
Ключевые слова: Информационная безопасность- синергетика- самоорганизация- открытая система- устойчивость.
Keywords: Information security- synergetic- self-organization- open system- stability.
В условиях возрастания информационной нагрузки на социальные системы обостряется потребность в безопасности. Её теоретическое обоснование и формирование более совершенных моделей требует участия исследователей из различных сфер научного знания. Междисциплинарный характер проблемы безопасности выводит само понятие «безопасность» на общенаучный уровень. В информационном аспекте данное понятие широко используется в социально-гуманитарных и технических науках. Основанием для их сближения по вопросу информационной безопасности выступает системный подход, который предполагает определенную модификацию в части применения его к сложным, открытым системам, в результате
чего возникает возможность для синергетического анализа. Он позволяет наиболее целостно и продуктивно изучать информационную составляющую безопасности самоорганизующихся систем.
Синергетика как феномен постнеклассической науки заключает в себе значительный эвристический потенциал описания сложных, нелинейных процессов социотехнической реальности, представленной в образе сети. Для осмысления сетевых структур различного уровня сложности средствами синергетики необходимо обращение к её категориальному аппарату и установлению связей между понятиями в соответствии с предметом

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой