Направление «Бундзинга» в Японии.
Роль китайской традиции

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Искусство. Искусствоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Чердакова Ольга Игоревна
НАПРАВЛЕНИЕ & quot-БУНДЗИНГА"- В ЯПОНИИ. РОЛЬ КИТАЙСКОЙ ТРАДИЦИИ
Статья посвящена особенностям становления и развития японского направления & quot-бундзинга"-, сформировавшегося в конце XVII века в Японии на основе китайских традиций & quot-вэньжэньхуа"-. Основная задача исследования — проследить эстетические и художественные особенности & quot-бундзинга"-, а также определить значение этого направления в японской живописи. Адрес статьи: www. gramota. net/materials/372 014/11 -1M8. html
Источник
Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики
Тамбов: Грамота, 2014. № 11 (49): в 2-х ч. Ч. I. C. 190−192. ISSN 1997−292X.
Адрес журнала: www. gramota. net/editions/3. html
Содержание данного номера журнала: www. gramota. net/mate rials/3/2014/11−1/
© Издательство & quot-Грамота"-
Информация о возможности публикации статей в журнале размещена на Интернет сайте издательства: www. gramota. net Вопросы, связанные с публикациями научных материалов, редакция просит направлять на адрес: hist@gramota. net
УДК 75. 03 Искусствоведение
Статья посвящена особенностям становления и развития японского направления «бундзинга», сформировавшегося в конце XVII века в Японии на основе китайских традиций «вэньжэньхуа». Основная задача исследования — проследить эстетические и художественные особенности «бундзинга», а также определить значение этого направления в японской живописи.
Ключевые слова и фразы: «бундзинга" — «нанга" — «вэньжэньхуа" — японская живопись- китайская традиция. Чердакова Ольга Игоревна
Санкт-Петербургский государственный академический институт живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина kipriniada@mail. ru
НАПРАВЛЕНИЕ «БУНДЗИНГА» В ЯПОНИИ. РОЛЬ КИТАЙСКОЙ ТРАДИЦИИ®
Китайская и японская живопись общепризнана в мировом искусстве. Тем не менее, такое направление как «бундзинга» все еще остается малоизученной областью в истории зарубежного и особенно отечественного искусствознания.
Задача данной статьи — раскрыть художественные и эстетические особенности «бундзинга», позволяющие рассматривать этот вид искусства как сложное художественное явление, занимающее важное место в дальневосточной живописи.
С XVII века в японском обществе сложилась определенная система ценностей с общей ориентацией на китайскую культуру. Изучение китайской литературы, живописи и философии считалось престижным. В основе образования было изучение классической китайской литературы, поэзии, каллиграфии, живописи и музыки. Конфуцианство приобрело статус официальной идеологии с оттенком национальных особенностей. К этому времени, к периоду Эдо (1603−1868 гг.), в живописи уже сложились разнообразные стили, формы и техники. Чаще всего живописные произведения имели форму свитков горизонтального и вертикального форматов, но также могли быть исполнены на альбомных листах, веерах или ширмах. В изобразительном искусстве сложилось два главных направления: континентальное, привнесенное из Китая, и чисто японское (ямато-э, школа Кано, Тоса Римпа) [2, с. 50].
В Японии на рубеже XVII—XVIII вв. новые декоративные и жанровые оттенки приобретают произведения, выполненные в традиции монохромной живописи тушью и отвечающие духовным потребностям образованных кругов. Поэты-живописцы Мацуо Басе, Секадо, Кероку, Сампу создают эскизные аккомпанементы к коротким стихотворениям хайкай в виде лаконичных, лирических монохромных композиций рисунка и каллиграфии — хайга. Продолжающая традиции хайга киотская школа «бундзинга» (нанга) была созвучна передовым устремлениям времени своим противоборством нарастающей помпезности придворного искусства [Там же, с. 55]. В основе эстетических и во многом художественных принципов мастеров «бундзинга» -идеалы «вэньжэньхуа», или эрудитов. Стиль живописи «бундзинга» (^ЛШ — где «бун» — литература, «дзин» — человек, люди, «га» — картина, рисунок) [6, с. 46], или «нанга» («южная школа»), возник в середине периода Эдо в Японии под влиянием китайской живописи «вэньжэньхуа». Зарубежные авторы обозначают это направление как «literati», т. е. «литераторы», или «эрудиты» [8, p. 10]. Художники «бундзинга», вдохновленные китайской культурой, особенно ценили живопись династий Юань (1280−1367 гг.), Мин (1368−1644 гг.) и Цин (1644−1911 гг.). Этот стиль возник как отрицание академических стилей японских школ Кано и Тоса с их крупномасштабными композициями и виртуозным демонстрированием техники письма и выдвигал на первый план экспромт, наитие, сиюминутное настроение художника [5, с. 7].
Как считает С. Н. Соколов-Ремизов, «основные, -опорные& quot- положения китайской живописи -ютеллектуалов& quot- находят яркое, окрашенное индивидуальными талантами развитие в творчестве мастеров -бундзинга& quot-» [4, с. 20].
Первоначально японских художников «бундзинга» в рамках традиции «вэньжэньхуа» рассматривали как любителей, а художников «нанга» — как профессионалов, которые взаимодействовали между собой, формируя не только стиль живописи и поэзии, но и целый стиль жизни. «Бундзинга» и «нанга» в настоящее время употребляются как синонимы. Мастера «бундзинга» подчеркивали, что именно живопись наиболее значительно раскрывала высоту личности и поэтический темперамент, свободу от сдержанной техники. «Их работы были свободными по технике исполнения и с ярко выраженной экспрессией, часто с приятной (радостной) или забавной атмосферой» [2, с. 87].
С. Н. Соколов-Ремизов точно характеризует появление «бундзинга»: «это был, с одной стороны, естественный уход от замкнутости предшествующих периодов, проявление интереса к своеобразию искусства Китая, а с другой стороны — как интерес к содержательности, интеллектуальной насыщенности, гуманистической направленности живописи -бундзинга& quot- в ее идеальном -новаторско-оппозиционном& quot- качестве» [3, с. 45].
По японской традиции наследования должностей только чиновники-самураи могли оставаться художниками-любителями. Многие из лучших представителей японской школы «бундзинга» жили за счет продажи картин, в отличие от мастеров «вэньжэньхуа». В рамках школы «эрудитов» можно выделить тех мастеров, которые
(r) Чердакова О. И., 2014
ISSN 1997−292X
№ 11 (49) 2014, часть 1
191
стремились сохранить стиль жизни и живописную традицию, характерные для китайских художников «вэнь-жэньхуа», и тех, кто синтезировал различные традиции, техники и стили как китайских, так и японских мастеров.
Художники «бундзинга» — это и поэты, и музыканты, люди высокоразвитые интеллектуально и эстетически [1, с. 29]. Мастера-эрудиты находились в оппозиции к традиционной, академической школе живописи и из пренебрежения к ее строгим требованиям с гордостью называли себя «дилетантами», они не сразу определяли свое настоящее призвание в каком-либо виде искусства. Зачастую в молодости они начинали как поэты и как музыканты и только к зрелым годам всецело посвящали себя живописи [9, p. 12].
Свобода творчества многих художников «бундзинга» проявилась и в том, что не было строго регламентированного стиля, подобно художественным школам Кано и Тоса. По крайней мере, к XVIII веку не произошло закрепления какого-либо отдельного канонического стиля за мастерами-эрудитами [Ibidem]. Некоторые теоретики «бундзинга», такие как Куваяма Гекусю (1746−1799 гг.), относили художников, работавших в традиции дзэнской живописи и школы Римпа, к «Южной» школе (нанга) не столько на основании их стиля, а за счет обширных познаний в области культуры и свободы художественного выбора. Японские художники понимали, что эстетика китайских «эрудитов» основана на тех художественных задачах, которые они перед собой ставили, а не на конкретном стиле, стране или происхождении [7, p. 67].
Художественно-эстетические принципы мастеров «вэньжэньхуа» легли в основу творческой доктрины «бундзинга». Союз живописи, поэзии и каллиграфии стал основополагающим в их творчестве.
Позже некоторые критики (Э. Феноллоса, Д. Кахилл) утверждали, что японские первооткрыватели живописи «вэньжэньхуа» не смогли полностью понять дух китайских «ученых-художников», обращая внимание на то, что такие мастера, как Янагидзава Киэн (1706−1758 гг.) и Ёса Бусон (1716−1784 гг.) позволяли себе свободно экспериментировать с классическим жанрами «цветы и птицы» и «горы-воды» [11, p. 10].
Традиционными жанрами японской живописи «бундзинга» стали: пейзаж, жанр «цветы и птицы» и «четыре благородных растения», несущие определенную символику, выполненные чаще всего в традиции монохромной живописи тушью. Высший смысл их творчества состоял в поисках таких видимых глазу форм предмета, которые передавали бы его внутренний, потаенный смысл, великую гармонию, одушевлявшую все вокруг.
В пейзажах мастеров «бундзинга» горы возвышаются одна за другой, а на ширмах природа простирается вширь: здесь пышная листва деревьев и кружево бамбуковых рощ начинает играть большую роль, чем горы, которые пропадают в белизне неба. Несмотря на влияние Китая, национальная, родная действительность все чаще привлекает художников: среди величественных пейзажей находит себе место и клочок рисового поля, на котором едва помещается работающий крестьянин, маленький дворик со стариком, который собирается поить свою лошадь. Особенно любят художники широко раскрывать окна и двери домов, чтобы показать жизнь внутри: у одного окна собралась компания стариков в оживленной беседе, в другом — видна фигурка женщины, готовящей чай. На других свитках изображен натюрморт: в пустой комнате на столике большой чайник, круглая коробочка для чая, пепельница из срезанного ствола бамбука- у раскрытых дверей на крыльце — соломенный мешок с углем. На многостворчатых парных ширмах появляется новая тема: паломничество монахов — одни поднимаются верхом, другие идут пешком [1].
Художники круга «бундзинга» часто украшают пространство свитка или ширмы текстами своих поэтических произведений, написанных каллиграфически. В этом снова сказывается влияние китайских художников «вэньжэньхуа». Среди произведений «бундзинга» встречаются не только свитки, но и отдельные листы, книги, в которых тексты играют главную роль и занимают большое место, а изображения являются не столько иллюстрациями к ним, сколько созвучными им по образу и манере легкими набросками, будь то изображение из животного или растительного царства, человека, группы людей или натюрморта.
Творчество первого поколения направления «бундзинга» — Гиона Нанкая (1677−1751 гг.), Сакаки Хякусэна (1697−1752 гг.), Янагидзава Киэна (1706−1758 гг.) зачастую ориентировано на имитирование китайских гравюр [10, p. 179]. Гион Нанкай полностью воплотил в жизнь китайские представления об «эрудите». Будучи конфуцианским ученым и чиновником, он считался лучшим поэтом того времени, пишущим по-китайски, владел различными стилями и почерками каллиграфии (gyosho, sosho) и часто обращался к характерным для «бундзинга» живописным темам: пейзаж, бамбук, цветущая слива, орхидея. Сакаки Хякусэн писал стихи в японской традиции хайку, как в японском, так и в китайском стиле, проявлял высокое мастерство владения кистью и глубокое художественное понимание различных техник конца периода династии Мин и Цин. Он был художником-профессионалом, обладавшим большой творческой смелостью и большим потенциалом [Ibidem].
Мастера направления «бундзинга» прекрасно понимали, что китайские теоретики «вэньжэньхуа» проводили четкую границу между художниками-профессионалами, работавшими по непосредственному заказу храма, императорского двора или частных лиц (так называемая «Северная» школа), и учеными-художниками, любителями, которые писали свои картины для того, чтобы порадовать себя и своих друзей («Южная» школа, или нанга) [7, p. 88].
Смысл творчества мастеров «бундзинга» — поиск потаенного смысла, идеи. В композициях появляются тексты поэтических произведений, написанных каллиграфически. Союз живописи, поэзии и каллиграфии стал основополагающим принципом направления японских «эрудитов». И если первое поколение художников-интеллектуалов Гион Нанкай, Сакаки Хякусэн и Янагисава Киэн чаще скорее копировало китайскую школу, чем создавало новое и индивидуальное, то следующие за ними художники «бундзинга» показали свой стиль, свой творческий подход. Расцвет школы «южной живописи» наблюдался во второй половине XVIII — начале XIX в. и был отмечен творчеством таких крупных художников, как Икэ, но Тайга (1723−1776 гг.), Ёса Бусон (1717−1783 гг.), Тани Бунте (1763−1840 гг.), Таномура Тикудэн (1777−1835 гг.)
и Ватанабэ Кадзан (1793−1841 гг.), Томиока Тэссай (1837−1924 гг.), Урагами Гекудо (1745−1820 гг.), которые продемонстрировали новый этап изысканной, интеллектуальной живописи.
Художники «бундзинга» придают особое значение высоте человеческих качеств, душевному облику художника как важнейшему условию творчества и главнейшему компоненту образной структуры произведений.
Список литературы
1. Бубнова В. Д. О японском искусстве. Россия — Япония. На путях взаимопонимания культур. М.: Издательство ЛКИ, 2009.
2. Виноградова Н. А. Искусство Японии. М.: Изобр. иск., 1985. 114 с.
3. Соколов-Ремизов С. Н. Гармония мироздания. Японский художник Томиока Тэссай (1837−1924). М.: Прогресс-Традиция, 2005. 247 с.
4. Соколов-Ремизов С. Н. Живопись и каллиграфия Китая и Японии на стыке тысячелетий в аспекте футурологиче-ских предположений: между прошлым и будущим. Изд-е 2-е, испр. М.: Книж. дом «ЛИБРОКОМ», 2009. 256 с.
5. Японская гравюра и живопись / сост. А. В. Савельева. СПб. — М.: ООО СЗКЭО «Кристалл" — Оникс, 2007. 318 с.
6. Японско-русский словарь иероглифов. М.: Русский язык- Медиа, 2007. 410 с.
7. Addiss S. Tall Mountains and Flowing Waters. The Arts of Uragami Gyokudo. Honolulu: University of Hawaii Press, 1987. 208 p.
8. Berry P., Morioka M. Literati Modern: Bunjinga from Late Edo to Twentieth-Century Japan. Honolulu: Honolulu Academy of Arts, 2009. 367 p.
9. Bunjinga no kindai Tessai to sono shiyutachi. Kyoto: Kokuritsu Kindai Bijutsukan, 1998. 243 p.
10. Rathbun W. J. Treasures of Japanese Art. A Thousand Cranes. Seattle: Seattle Art Museum, 1987. 239 p.
11. Rosenfield J. M. Buson Yosa. Mynah Birds and Flying Rocks: Word and Image in the Art of Yosa Buson // Franklin D. Murphy Lectures, XVIII. Lawrence: Spencer Museum of Art, University of Kansas, 2004. Р. 3−14.
TREND & quot-BUNDZINGA"- IN JAPAN. ROLE OF THE CHINESE TRADITION
Cherdakova Ol'-ga Igorevna
I. E. Repin St. -Petersburg State Academic Institute for Painting, Sculpture and Architecture
kipriniada@mail. ru
The article is devoted to the features of the formation and development of the Japanese trend -bundzinga& quot- that formed at the end of the XVII century in Japan on the basis of the Chinese traditions -venzhenhua& quot-. The main objective of the study is to trace the aesthetic and artistic features of -bundzinga& quot- as well as to determine the significance of this trend in the Japanese painting.
Key words and phrases: -bundzinga& quot-- -ranga& quot-- -venzhenhua& quot-- the Japanese painting- the Chinese tradition.
УДК 355. 48(470. 324) Исторические науки и археология
В статье раскрывается подготовка немецкого командования ко второму генеральному наступлению вермахта на советско-германском фронте летом 1942 г., в котором большая роль отводилась применению танков. В исследовании анализируется трофейный немецкий документ «Опыт боевых действий на Востоке. Танки и мотопехота», составленный Отделом боевой подготовки Генерального штаба сухопутных войск фашистской Германии по итогам оборонительных и наступательных боев частей вермахта в районе Харькова в мае-июне 1942 г. и посвященный наставлениям по взаимодействию между танковыми и мотопехотными соединениями.
Ключевые слова и фразы: Великая Отечественная война- советско-германский фронт- Красная Армия- вермахт- немецкое командование- боевые действия- танки- мотопехота.
Шендриков Евгений Александрович, к.и.н., доцент
Воронежский государственный аграрный университет имени императора Петра I generals78@mail. ru
«ЕСЛИ РУССКИЕ ТАНКОВЫЕ СОЕДИНЕНИЯ НАСТУПАЮТ, ТО ОНИ ВСКОРЕ РАСПАДАЮТСЯ НА ОТДЕЛЬНЫЕ ГРУППЫ… «: НЕМЕЦКОЕ КОМАНДОВАНИЕ ОБ ОПЫТЕ БОЕВОГО ПРИМЕНЕНИЯ ТАНКОВ И МОТОПЕХОТЫ НА СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОМ ФРОНТЕ В 1942 Г. ®
В 1942 г. части Красной Армии и вермахта вступили в новую стадию противоборства. После поражения под Москвой и провала плана «молниеносной войны» против СССР положение фашистской Германии ухудшилось. Но она по-прежнему обладала огромными силами и ресурсами для продолжения преступной войны. К весне 1942 г. немецко-фашистская армия закрепилась на новых рубежах. При этом войска ее центральной группировки находились в 150 км от советской столицы. Проведя чрезвычайные мероприятия по мобилизации
(r) Шендриков Е. А., 2014

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой