Свод законов Российской империи.
Место и роль в развитии юридической техники и систематизации законодательства в России в XIX — начале XX века

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

нительных документов, необходимых для рассмотрения данного законопроекта: заключения Правительства Р Ф, официального отзыва Верховного Суда Р Ф, решения законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта РФ и др. 3
В ранее действовавшем Регламенте Верховного Совета Р Ф и Регламенте Государственной Думы первого созыва предусматривалось также представление криминологической экспертизы проекта нормативного правового акта и составление прогноза социальных и экономических последствий его реализации. Ксожалению, в последующем эти требования были сняты как излишние. На наш взгляд, внося законопроект в законодательный орган, его авторы должны четко представлять себе последствия его реализации и взять на себя публичную ответственность за эти последствия. Равным образом, каждый законопроект должен получить объективную научную оценку с точки зрения его влияния
на криминогенную обстановку, что особенно актуально в свете современных требований по борьбе с коррупцией. Очевидное снижение уровня требований к законодательным инициативам всовремен-ном Регламенте Государственной Думы — негативная тенденция в российском законотворчестве, не способствующая повышению его социальной эффективности.
Примечания
1. См.: Российская юридическая энциклопедия / Под общ. ред. А. Я. Сухарева. — М., 1999. — С. 1099.
2. См.: Соколов М. В подражание европейским братьям // Известия. — 2007. — 27 сентября.
3. См.: Постановление Государственной Думы от 22 января 1998 г. № 2134−11 ГД «О Регламенте Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» // СЗ РФ. — 1998. — № 7. — Ст. 801 (с послед. изм. и доп.).
СВ. Кодаи
Кодан Сергей Владимирович -доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист Российской Федерации, заведующий кафедрой теории и истории государства и права Уральской академии государственной службы
Свод законов Российской Империи. Место и роль в развитии юридической техники и систематизации законодательства в России в XIX — начале XX века
Издание Свода законов Российской империи в 1832 г. стало знаменательнейшим событием в правовом развитии РоссииХ1Хстолетия. Сводза-конов разрешил важнейшую политико-правовую проблему наведения порядка в законодательном массиве страны, которая еще с начала XVIII века находилась в центре внимания верховной государственной власти и для решения которой принимались многочисленные организационные меры и задействовалисьзначительные финансовые ресурсы. В результате был создан уникальный для своего времени и не знающих аналогов даже в современных правовых системах акт систематизации законодательства. Свод законов Российской империи — история его создания, переизданий и значение в правовом развитии России — дает пример активного участия государства в решении проблемы упорядочения законов, показывает развитие систематизационной юридической техники в России. Изучение исторического опыта его создания весьма актуально и в свете реализации Указа Президента Р Ф от 6 февраля 1995 г. «О подготовке к изданию Свода Законов Российской Федерации», который оп-
ределил задачу подготовки и издания Свода Законов Российской Федерации и затянувшаяся реализация которого не способствует упорядочению законодательного массива страны и повышению эффективности правотворческой и правоприменительной деятельности1.
Данная статья преследует следующие задачи:
1) показать место и роль систематизации узаконений и создания Свода законов в юридической политике Российского государства- 2) охарактеризовать концептуальные подходы М. М. Сперанского к созданию Свода законов- 3) кратко осветить организацию и содержание работ по созданию Свода законов- 4) проанализировать Свод законов Российской империи как акт систематизации законодательства Российской империи- 5) обозначить основные направления влияния Свода законов на развитие правовой системы России.
Проблема систематизации законодательства на протяжении XVIII — первой четверти XIX века стала серьезным препятствием в развитии российской государственно-правовой системы и определилась в качестве одного приоритетных направ-
лений в юридической политике Российского государства как его властно-управленческой деятельности, направленное развитие юридической сферы государственной деятельности. Стремление российской власти купорядочению законодательства четко просматривается на протяжении всего XVIII столетия. Оно шло параллельно с постепенным усилением опоры верховной власти на закон как основное средство в управлении социальными процессами. Обращая внимание на эту мировую тенденцию и ее проявление в развитии права вообще и российского в частности, Н. М. Коркунов подчеркивал, что «с течением времени законодательство, все расширяясь, подчиняет себе одну за другой все отрасли права, становясь… общей господствующей формой положительного права, а обычай и судебная практика низводятся до положения подчиненных, второстепенных, составляющих как бы исключение источников права», а рост количества узаконений «выделить собственно действующие законы"2. Первая четверть XIX века стала новым этапом в правительственных попытках преодолеть хаос в законодательстве — была налажена работа Комиссии составления законов, созданы ряд проектов кодифицированных законодательных актов (проекты Гражданского, Торгового и Уголовного уложения и Устава уголовного судопроизводства). Но в силу недостаточного развития техники и практики создания кодифицированных актов, ряда политических проблем эти проекты не получили силу законов. Но именно в это время четко обозначились требующие решения проблемы систематизации российскихузако-нений3.
Александр I, а затем и Николай I объявляли при вступлении на престол о своем желании обеспе-читьзаконность и ограничить произвол различного рода властей. Но юридическая практика неизменно сталкивалась с тем, что никто не мог назвать количество действующих узаконений, ручаться в достоверности того или иного правового акта, на основе которого решались дела в высших государственных учреждениях, не говоря уже о присутственных местах отдаленных губерний. Так, например, при составлении Полного собрания законов Российской империи было собрано свыше 53тыс. «узаконений», хотя при дальнейшей проверке выяснилось, что их было около 30 тыс., то есть действующими считалось почти в два раза больше так называемых «законов». Именно эту проблему и предстояло решить М. М. Сперанскому. Его огромный опыт реформатора и государственного деятеля, ведущая роль и личное деятельное участие в работе Комиссии по составлению законов и созданию проектов общероссийских кодексов, личное написание различного рода проектов официальных документов создали возможности для решения проблемы упорядочения узаконений. Без преувеличения можно сказать, что создание и издание Свода законов осуществилось благодаря таланту правоведа и огромному личному труду юриста — систематизатора законов М. М. Сперанского.
Итак, проблема наведения порядка в законодательном массиве России, определившаяся еще в царствование Петра I и прошедшая красной нитью через всю политику в юридической сфере деятельности всех правителей, осознавалась представителями верховной власти как приоритетная. И хотя в первой четверти XIX века задачу решить не удалось, был накоплен опыт, обозначены направления работы и появились знающие «законовед-цы», способныеупорядочитьзаконодательный массив страны. Именно это сочетание стремления власти к порядку в законодательстве и наличия небольшого слоя юристов, способных решить проблему, позволило к началу 1830-х гг. разрубить «гордиев узел» проблемы преодоления хаоса в российском законодательстве и обеспечения законности в деятельности государственного аппарата4.
М. М. Сперанский выстроил концепцию систематизации российского законодательства, в которой Свод законов занимал центральное место. В январе 1826 г. он представил Николаю I две записки — «Краткое историческое обозрение комиссии составления законов» и «Предположения к окончательному составлению законов» — с конкретными предложениями продолжить работу по систематизации узаконений. Он проанализировал причины неудач всех предыдущих законодательных комиссий и предложил общий план поэтапной систематизации российского законодательства. По мнению Сперанского, необходимо было разобрать весь накопившийся законодательный массив страны, начав с хронологической инкорпорации российских узаконений. Результатом этого первого этапа должно было стать Полное собрание законов Российской империи. Следующим этапом должна была стать тематическая инкорпорация государством законодательства России на уровне Свода законов, отдельные части которого бы (на уровне тематической, отраслевой консоли-дации)объединили бы отраслевое законодательство. При этом давалось общее понятие свода — «Свод есть соединение законов, существующих по какой-либо части, расположенное в известном порядке». На этой основе должен был базироваться третий, завершающий этап систематизации отраслевого законодательства — его кодификация в виде уложений (государственного, гражданского, уголовного и т. д.). Дополнительно предлагалось создать комментарии к действующему законодательству и учебники по праву для подготовки юристов — «учебные книги"5.
Предложения были восприняты положительно императором Николаем I, который и «остановил свой выбор на Своде законов существующих с исключением всего недействующего, но без всяких изменений в существе их"6. Император также выделил вопросы систематизации узаконения в сферу личного руководства, создав для проведения работ по упорядочению законодательства в составе Собственной е.и.в. канцелярии 31 января 1826 г. специальное II Отделение,
в задачи которого входило упорядочение узаконений. В ходе деятельности данного учреждения и практического воплощения замыслов по созданию Полного собрания законов и Свода законов М. М. Сперанский разработал, проработал и воплотил в жизнь свои концептуальные подходы к созданию актов систематизации законодательства. В концентрированном виде они были изложены им в 1833 г. в «Обозрении исторических сведений о Своде законов» — теоретико-практическом руководстве и первом учебнике по своду7. На основе изученных материалов можно реконструировать программу создания Свода законов М. М. Сперанского и выделитьее основные исходные составляющие.
М. М. Сперанский, прежде всего, определил политико-управленческие задачи создания Свода законов — «главные причины, по коим решено было, прежде всего, приступить к составлению Свода как к делу, необходимому в настоящем, и как к основанию постепенных усовершений в будущем», анализ которых был сделан на основе изучения и обобщения деятельности систематизационных учреждений с начала XVIII века. При этом Сперанский обращается кавторитету известного английского философа и юриста Ф. Бэкона, труды которого были хорошо известны в России и подчеркивает: ««Когда законы, — говорит канцлер Бэкон, — нарастая одни над другими, умножатся до такого количества или придут в такое смешение, что представится необходимым сделать им в самом существе их разбор и устроить их в другой лучший и удобнейший состав, то да будет сие первым делом, важнейшим подвигом законодательства». Сей совет, начертанный, очевидно, для Англии, столько же, и еще более, может быть приложен к отечеству нашему"8. Круг задач, решение которых было связанно с систематизацией законодательства, Сперанский обозначил втрех плоскостях.
Первая задача — повысить качество и эффективность законотворческой и правоприменительной деятельности, и ее решение Сперанский ставил в прямую зависимость от упорядоченности узаконений. Он отмечает, что «там, где законы не приведены в один состав… всегда есть опасность, исправляя один закон, неожиданно и сверх чаяния изменить или ослабить другой- там каждое пояснение и дополнение, составляя отдельный закон, по необходимости умножает их число и затрудняет точность исполнения». Не менее важным он видел значение Свода законов и в правоприменительной практике и необходимости обеспечения в ней режима законности, и обращает внимание на то, что «настоящее наше законодательство состоит из 35 000 актов. Около половины из них, быв или отменены, или ограничены позднейшими актами, или составляя одно повторение, принадлежат к истории. Сей избыток тяготит, затрудняет бесчисленными ссылками и справками настоящее делопроизводство, ставя производителей в необходимость вместо одного, двух или трех
решительных указов выписывать и приводить десять совершенно ненужных и вместе с тем открывая пространное поле подбору указов и ябеде. Свод, очищая законы от сей смеси, отсекая все повторения, тем самым ставит делопроизводство на истинном его пути, и если не может истребить вовсе ябеды, то, по крайней мере, может значительно стеснить и уменьшить ее"9.
Вторая задача — обеспечить официальной правовой информацией государственные структуры и подданных, и ее решение Сперанский ставил в прямую зависимость от государства, которое должно было создать Свод законов и представить для реализации правовых предписаний обобщающие и доступные носители сведений о них. При этом он считал невозможным восполнить недостатки информационного обеспечения частными систематизациями и подчеркивал, что их «главные недостатки… суть: неполнота в их содержания, и неверность в тексте и в показаниях времени, когда состоялись указы"10. Требовалось создание актов систематизации узаконений исключительно на официальном уровне.
Третья задача — создание базы для проведения правовых исследований и подготовки специалистов, связанныхвсвоейдеятельности с правом (юристов и госслужащих). По мнению Сперанского, «трудность в законоведении» не будет преодолена, если «законы не будут прежде приведены в правильный состав». Без этого «нельзя нам ожидать ученого законоведения. Основание его лежит на правильном составе самых законов. Оно начнется в полном его значении с изданием Свода. Тогда только можно будет помышлять об учебных и ученых книгах и твердом образовании нашего юношества в отечественных законах"11.
Именно эта триада определенных М. М. Сперанским задач, решаемых посредством издания Свода законов, и легла в основу всей практической деятельности по созданию данного акта систематизации законодательства. Он выступил и в качестве создателя основ юридической техники в части упорядочения законодательного массива страны.
М. М. Сперанский теоретически обосновал выбор типа Свода законов. Он сделал это на основе анализа известных в истории развития западноевропейских и отечественной правовых систем шести видов сводов как актов упорядочения узаконений. При этом он апеллировал к западноевропейскому опыту упорядочения законов и авторитету римского права и подчеркивал, что в Европе «все почти государства, при самом вступлении их на чреду настоящего образования, получили богатое наследство: римские законы» и «действие сих законов на западе Европы никогда не пресекалось», а «законодательство стояло уже несколько столетий на твердом и обширном основании свода Юстинианова и на сем-то основании строили новое здание… Таким образом, прежде нежели родились нужды и случаи, законы к разрешению их были уже готовы, и законы, вы-
соким знанием придуманные, долголетним опытом испытанные и веками утвержденные. Оставалось только их познать и черпать по мере нужд и случаев из глубокого, неиссякаемого их источника». Сперанский обращается к главным кодификациям в римском праве — Феодосия II в первой половине V века и Юстиниана в первой половине VI века, с которыми он был прекрасно знаком по европейской и русской литературе — по работам Л. А. Цветаева, В. Г. Кукольника, Н.Ф. Рождественского12. Оценка кодификации Юстиниана Сперанским заключалась в констатации, что «состав Юстинианов представляется в двух видах-
1) как свод прежних законов, 2) как закон новый по тем изменениям, кои в прежних законах отчасти самим Юстинианом… отчасти сочинителями свода по его дозволению были сделаны. Первый вид есть главный, ибо в нем заключается существо самого состава» как комплексного объединения действующих римских узаконений. Эта посылка и выступила в качестве общего концептуального подхода к созданию Свода общероссийских законов, а его «существо» Сперанский определяет так: «он должен быть Corpus juris, общим составом законов, и в сем понятии должен обнимать все части законодательства во всей их совокупности». Но при этом Сперанский при этом весьма справедливо подчеркивал, что хотя российское законодательно «не столь обширно, как в других государствах: то здесьдолжно принять в уважение, во-первых, что на этом поприще они предупредили нас многими веками, и, во-вторых, они, при самом вступлении их, получили… вековое наследство- мы, напротив, должны были все, или почти все производить собственными силами, и потому наше богатство есть не заимствованное, но свое собственное"13. Поэтому, по мнению Сперанского, Свод законов в России должен был быть объединением действующих узаконений российских и не заимствовать положений европейского законодательства, что присутствовало при создании проектов кодексов в первой четверти XIX века.
М. М. Сперанский выделил два уровня Сводов законов: 1) Сводзаконов Российской империи как свод общий (общегосударственный, общеимперский), положения которого распространялись бы на все территории страны), и 2) своды местных узаконений (источники партикулярного права), которые бы определяли изъятия из общеимперского законодательства и действовали в отношении жителей строго определенных локальных территорий. При этом он последовательно проводил идею создания единого правового пространства Российской империи с учетом особенностей правового развития отдельных народов. Еще в 1809 г. во «Введении к Уложению государственных законов» он указывал, что отдельные национальные регионы, присоединенные к России, «имеют особенное устройство с применением к ним общих государственных положений"14. В ходе работ над Сводом законов Сперанский
подчеркивал, что «есть законы, действующие вообще во всем пространстве империи, и есть законы местные, особенные, которых действие допускается только в некоторых областях ее. По этому положено в общем Своде соединить все законы первого рода, а законы второго рода, разобрав, соединить в двух Сводах особенных: один для губерний западных, другой для остзейских» (оттуда обозначение Свода законов российской империи как «общего»). При этом он указывает на значимость упорядочения узаконений на двух уровнях политико-правовой системы Российской империи — общегосударственном (имперском) и национальных регионов (местном) и отмечает, что «если многосложность законов затрудняет ход дел внутри империи, то трудность сия очевидно должна быть несравненно более в краях присоединенных, где законы российские непрестанно должно соглашать с законами местными, кои также раздробительны и разнообразны. Когда же, напротив, и общие и местные законы приведены будут в свои составы, тогда черта, их разделяющая, будет очевидна, случаи противоречия будут редки и удобно разрешаемы"15. По его инициативе начались работы во II Отделении над двумя сводами — остзейских и западных губерний, а также систематизация узаконений в госу-дарственно-автономистких образованиях — Великом княжестве Финляндском и Царстве Польском. Одновременно в планы Сперанского входило и создание сводов ведомственного законодательства — военного, морского, церковного и т. п., что должно было четко согласовать узаконения на межведомственном уровне и сделать его доступным для правоприменительной деятельности. Это позволило определить место и параметры Свода законов Российской империи как общегосударственного акта систематизации узаконений.
М. М. Сперанский разработал общие принципы составления Свода законов, в основу которых положил афоризмы английского философа и юриста Ф. Бэкона, которые от уровня философских умозаключений им были доведены до степени принципиальныхоснов и на которых базировалась организация и содержание систематизационных работ. При этом подчеркнем, что умозрительные построения Бэкона трансформировались в правила юридической техники и успешно реализовались на практике16. Анализ содержания концептуальных положений Сперанского относительно создания Свода законов позволяет свести их к следующим десяти правилам юридической техники создания свода:
1) Сводзаконовимеетсвоейцелью упорядочить действующихзаконодательный массив исделать его информационно доступным для государственныхор-ганов и подданных — «законы по возникающим делам и случаям необходимо прибавляются, то, дабы прекратив разнообразие и смешение в минувшем, предупредить его и в будущем, положено, по совершении Свода настоящего, устано-
вить постоянный порядок и на… последующее время" —
2) Сводзаконов выступает средством обеспечения единства правового пространства изаконностис учетом общегосударственных целей правового регулирования и особенностей правового развития отдельных национальных регионов империи — «есть законы, действующие вообще во всем пространстве империи, и есть законы местные, особенные, которых действие допускается только в некоторых областях ее», и поэтому «положено в общем Своде соединить все законы первого рода, а законы второго рода, разобрав, соединить в двух Сводах особенных: один для губерний западных, другой для остзейских" —
3) Сводзаконов носит официальный характер и должен составляться специально созданным для этого государственным органом под контролем высших органов государственного управления — этот «состав законов… должен быть утвержден надлежащей властью, дабы, подвидом законов старых, не вкрались законы новые» и «часть Свода по окончании ее представляема была на усмотрение государя императора и потом поступала в предназначенную ей ревизию… ревизии… мест управления к которым они принадлежат" —
4) Сводзаконов выступает в качестве акта систематизации исключительно действующих законов — «неупотребительнымизаконамисчитать только те, которые отменены силой других позднейших постановлений», а «из двух несходных между собой законов надлежит следовать позднейшему… ибо прежний считается отрешенным тем самым, что постановлен на место его другой" —
5) Сводзаконов не может выступать актом законотворчества и содержать в свои статьях новые правовые нормы, которых не содержались в систематизируемых узаконениях, — его статьи «обнимают только прошедшее и не определяют ничего в будущем» и в них «должно ограничиться тем, чтобы каждый закон представлен был так, как он есть в существе его, без перемены и исправления" —
6) Свод законов должен обеспечить получение обобщенной и сконцентрированной в его структурных элементахнормативно-правовой информации органами государственного управления и подданными — «исключить все повторения, и вместо многих постановлений, одно и тоже гласящих, принять в свод одно из них полнейшее" —
7) Сводзаконов не мог в результате проведения систематизации законодательного материала разрешать коллизионные ситуации, содержащиеся в ис-ходныхузаконениях, — он «переступил бы свои границы, если бы сочинители… принялись судить, который из двух противоречащих законов лучше» и «если бы несходство одной статьи с другой встретилось в одном и том же постановлении: то… одна только законодательная власть может его исправить" —
8) Сводзаконов должен максимально иадекватно воспроизводить в своихстатьяхнормативное содержание узаконений — «сохранитьтак, как она стоит
в тексте, — хотя бы иногда и можно было изложить ее и лучше и короче» и соблюдать правила: «статьи… которые основаны на одном действующем указе или постановлении, излагать теми самыми словами, какие стоят в тексте, без малейшего их изменения" — «статьи, которые составлены из двух или более указов, излагать словами указа главного, с присоединением из других тех слов, которые служат ему дополнением или пояснением" — «статьи, составленные из соображения многих Указов, излагать по… смыслу, какой они представляют в их совокупности" —
9) Сводзаконов должен в примечаниях к статьям иметь четкое указание на систематизируемые узаконения и акты их официальной публикации — «под каждой статьей обозначать с точностью те указы и постановления, из которых она составлена" —
10) Свод законов должен определить на офици-альномуровне систему законодательства и поддерживаться государственными органами всоответству-ющем состоянии путем ежегодного дополнения и периодического переиздания — «вновь исходящее было распределяемо в ежегодном его продолжении, и чтобы таким образом состав законов, единожды устроенный, сохраняем был всегда в полноте его и единстве».
М. М. Сперанский разработал систему общеимперского законодательства и определил структуру Свода законов, которые впервые ввели четкие теоретически проработанные критерии организации законодательства. Они представляли своеобразный «правовой классификатор» — схему расположения правового материала в Своде законов, позволяющую как выделить сферы правового регулирования, так и обеспечить поиск необходимых в реализации права правовых норм, представленных в статьяхсвода. Сперанский отмечал, что «в великой сложности сих отношений и законов, от них возникающих, необходимо нужно поставить главные их разделения» — «предметы законов». Он видел в «отношении людей, в обществе живущих», их двоякий характер: «каждое лицо имеет отношение ко всему государству, и все лица, в особенности, имеют отношения между собою». Сперанский подошел к «двум главным разделениям законов» с позиций деления права на публичное и частное, выделив при этом, что «законы государственные определяют отношения частных лиц к государству. Законы гражданские учреждают отношения частных лиц между ними. Отсюда два порядка законов: законы государственные и законы гражданские». Далее выделялись «разряды» как группы узаконений по предмету регулирования и методу воздействия, а затем их виды, исходя из регулятивной или охранительной направленности узаконений государственных и гражданских законов.
В первом порядке стоят «законы государственные», куда относились узаконения сферы публичного права, и среди которых Сперанский выделяет «два разряда законов… по различию их предметов и начал, на коих они утверждаются»: регулятивные и охранительные.
Исходя из того, что «законы первого разряда определяют существо союза государственного и прав, от него происходящих», он выделяет четыре предметных области регулируемых отношений:
1) «порядок, коим власть верховная образуется и действует в законодательстве и управлении" —
2) «органы сего действия суть установления" —
3) «средства, силы государственные, нарочито для сего действия предназначенные" — 4) поскольку в публичных отношениях «предполагается известная степень участия подданных», определяется и их сословный статус — «состояние». Затем он выделяет «четыре вида законов государственных» регулятивного характера: 1) «Законы Основные" —
2) «Учреждения" — 3) «Законы сил государственных" — 4) «Законы о состояниях».
Необходимо отметить, что Сперанский достаточно четко прорабатывает классификационные основы структуры каждого разряда и вида законов. Он исходит из того, что на первое место необходимо поставить «права и обязанности, возникающие из союза верховной власти и подданства», и «в составе сих прав первое место занимает власть законодательная и власть верховного правления», а «порядок, коим действует сия власть на подданных», и «составляет первый разряд законов государственных — Законы Основные». Во «второй разряд законов государственных» ставятся «Учреждения мест и властей, или Законы органические», поскольку «власть верховного правления не может всем управлять непосредственно, ей нужны органы». Третий «разряд законов государственных» — «Законы правительственных сил» включает «законы… экономические, финансовые и военные». Для того, чтобы «верховное правление содействовало расширению и преуспеянию сил государственных», в «четвертый разряд законов государственных» включаются «Законы государственного благоустройства» — «таковы суть законы об охранении нравственности и народном просвещении, об охранении народного здравия, об умножении и распределении населения, о промышленности, то есть о наилучшем направлении сил народного труда и тому подобное». Завершали государственные законы узаконения регулятивного характера — «Законы о состояниях», необходимость которых вытекала из того, что «в союзе государственном долг подданства лежит на всех подданных вообще и для всех равно обязателен, но участие их в составе учреждений и в составе сил правительственных, по различию способностей, не может быть для всех равным», что и определялось как «право состояний».
Во второй разряд были выделены «все законы, коими союз государственный и гражданский и права, от них возникающие, охраняются в их действии мерами общего государственного порядка» — «законы предохранительные», то есть охранительного характера: «Уставы Благочиния» и «Законы уголовные"17. Вторую группу составляли государственные законы материальные и процес-
суальные законы охранительного характера, которые обеспечивали требования «общего надзора за непременным исполнением законов» и «мер исправления и наказания в случае их нарушения»: «Законы полиции и Законы суда как исправительного, так и уголовного» — шестой и седьмой разряды «законов государственных».
Схема законов публично-правовой сферы представлена «в следующем порядке: I. Законы Основные. II. Законы Учредительные. III. Законы Правительственных Сил. IV. Законы Благоустройства. V Законы о Состояниях. VI. Законы Полиции. VII. Законы Исправительные и Уголовные».
«Законы гражданские», регулирующие сферу частноправовых отношений, М. М. Сперанский относил ко второй группе законов, сохраняя и здесь деление их по разрядам на регулятивные и охранительные. К первому разряду он причислял «все законы, коими определяются права гражданские, то есть, во-первых, законы, коимиустановляется порядок прав и обязанностей семейственных- во-вторых, законы, коими установляется порядок приобретения и укрепления прав в имуществах- в-третьих, порядок действия сих последних прав в особенном отношении их к государственному и частному кредиту, кторговле, к промышленности и проч.». Из этого определялись и «три вида гражданских законов: 1) Законы союзов семейственных. 2) Общие законы об имуществах», которые «означаются, по принятому обычаю, общим именем Законов гражданских», и «к ним присоединяются Законы межевые, коими определяется порядок развода границ владения. 3) Особенные законы об имуществах, означаемые по главной цели их под именем Законов государственного благоустройства или экономии». Ко второму разряду «гражданских законов», по мнению Сперанского, «принадлежат законы, коими охраняется действие прав мерами порядка гражданского, таковы суть: 1) Законы о порядке взысканий по делам бесспорным. 2) Законы судопроизводства общего гражданского и особенных: межевого и торгового. 3) Законы о мерах гражданских взысканий"(гражданско-процессуально-го характера), при этом «по тесной связи законов сего разряда с первым все они распределяются по своим местам между законами первого разряда"18.
Таким образом Сперанским была определены общие подходы к системе общегосударственного законодательства и его отраслевое построение.
Структура Свода законов, по мнению Сперанского, должна была строиться на несколько иных основаниях. Он считал, что было необходимо «соединить две цели: удобство употребления их при производстве дел и средства к систематическому их изучению, так чтобте же законные книги, а не две системы разные, были основанием и в отправлении дел, и в учебном образовании». Поэтому «порядок разделения законов, принятый в Своде, соображен в главных его началах с порядком учебного их разделения. Законы государ-
ственного первого разряда представляются в книгах I, II, III и IV, и каждый их вид занимает то самое место, какое в теории ему предназначено: за Основными законами следуют Законы установлений, затем Уставы управления государственных сил в двух книгах и потом Законы о состояниях», и лишь «некоторые… части Учреждений отделены от общего их состава в книге I и для практического удобства размещены в книге III вместе с Уставами». Далее Сперанский поясняет логику дальнейшего расположения узаконений и подчеркивает, что «за сим следовало бы приступить ко второму разряду законов государственных, к Уставам благочиния и Законам уголовным, но сии законы составляют общее охранение как союза государственного, так и союза гражданского». Поэтому «надлежало прежде изложить законы, определяющие союз гражданский, и, следовательно, после первого разряда законов государственных перейти к законам гражданским — книги V и VI». Сперанский при этом отмечает, что, «хотя законы сии делятся также на два разряда, но второй из них, содержащий в себе законы гражданского прав охранения, столько связан с первым, что отделить их без важных затруднений в практике невозможно, посему и распределены они в Своде между законами первого разряда, им соответствующими». Завершалась предложенная система расположения законодательного материала «законами государственными второго разряда, Законами Благочиния и Уголовными в книгах VII и VIII"19.
План построения Свода законов М. М. Сперанский определил на рассмотренных выше концептуальных основах построения системы законодательства и выстраивания свода как акта систематизации законодательства. Сводзаконов распределял нормативно-правовой материал на восемь «главных разрядов законов», получивших обозначение «книги», которые затем делились на тома, а тома на части — отдельные своды20. В итоге была принята следующая структура Свода законов (с коррективами она сохранялась до 1917 г.), которая включала 8 книг и 15 томов Свода законов — в современном понимании их можно рассматривать какотрасли законодательства:
— книга первая: Основные государственные законы, Учреждением об Императорской Фамилии (т. I, ч. 1), а также учреждения: центральные (т. I, ч. 2) и местные (т. II), уставы о службе государственной (т. III) —
— книга вторая: уставы о повинностях (т. IV) —
— книга третья: уставы казенного управления: о податях и пошлинах (т. V), устав таможенный (т. VI), уставы монетный, горный, о соли (т. VII), уставы лесной, оброчных статей, арендных старо-стинских имений (т. VIII) —
— книга четвертая: законы о состояниях (т. IX) —
— книга пятая: законы гражданские и межевые с законами о гражданском и межевом судопроиз-водствах (т. X) —
— книга шестая: законы государственного благоустройства: уставы кредитный, торговый, промышленности (т. XI), путей сообщения, строительный, пожарный, о городском и сельском хозяйстве, о благоустройстве в казенных селениях, о колониях иностранцев в империи (т. XII) —
— книга седьмая: законы благочиния (полицейские): уставы о народном продовольствии, об общественном призрении и врачебный (т. XIII), о паспортах и беглых, о предупреждении и пресечении преступлений, о содержащихся под стражей, о ссыльных (т. XIV) —
— книга восьмая: законы уголовные и уголовно-процессуальные (т. XV, кн. 1−2).
М. М. Сперанский проработал этапы создания Свода законов, которые предусматривали реализацию отдельных стадий, каждая из которых в свою очередь предусматривала проведение комплекса работ на основе определенных технико-юридических приемов и обеспечивала продвижение к намеченной цели. При этом впервые были на теоретическом и практическом уровне разведены основные виды упорядочения узаконений (учет, инкорпорация, консолидация и кодификация) и выделены организационные особенности подготовки Свода законов как особого акта систематизации законодательства. Все это делалось и корректировалось по мере самих систематизационных работ.
Сперанский выделил два этапа создания Свода законов.
Первый этап (подготовительный) включал две стадии, которые предусматривали следующую деятельность по упорядочению законодательного массива:
1) первая стадия — создание Полного собрания законов — состояла в подготовке и издании самостоятельного акта систематизации узаконений в виде хронологической инкорпорации, в который были включены исключительно акты нормативноправового характера (законы) вне зависимости от сохранения или утраты ими юридической силы. При этом были выделены две «эпохи», которые определили деление Полного собрания законов на два собрания: с Соборного уложения 1649 г. по окончание правления Александра I и с начала царствования Николая I с 12 декабря 1825 г., которое выполняло роль официальной публикации издаваемых узаконений, и «продолжать ежегодным изданием законов каждого минувшего года в течение последующего». Также были определены правила отбора именно нормативно-правового материала — законодательства и предписано «в составе Собрания вмещать по порядку времени все постановления, ко всегдашнему исполнению от верховной власти или именем ее от учрежденных ею мест и правительств изданные. При сем не допускать различия между законами ныне действующими и законами отмененными. Разбор таковой принадлежит не к Собранию, но к Своду». В отношении судебных решений следовали исключения
только в следующих случаях: если они носили характер судебных прецедентов, «коих сила распространена в самом их изложении на все случаи, им подобные», или, «быв вначале частными, приняты впоследствии примером и образцом других решений и таким образом сделались общими», а также если в них давалось толкование правовых норм — «решения частные, но в них сделано изъяснение закона общего, установлен точный смысл его и отвергнуты толкования, с разумом его несообразные». Сперанский четко развел место и роль Свода законов и Полного собрания законов: «Свод — как закон буквальный, как основание решений, а текст Собрания как руководство к лучшему и полнейшему закона разумению». Полное собрание законов, таким образом, выступало базой для отбора правового материала, необходимого для составления Свода законов21-
2) вторая стадия — составление Сводов исторических — предусматривала обозрение состояния законодательства в период 1649—1830 гг. путем подбора узаконений на основе общего плана и детализированной структуры самого Свода законов (книг, томов, разделов, глав и отделений) до уровня статей. Вначале законодательные акты «приискиваемы и отмечаемы были на особых выписках, без всякого различия действующих от недействующих, лишь бы они имели отношение к данному предмету», а затем проводился анализ законодательного материала путем сравнения «узаконений одного года с узаконениями другого» и их классификации на три группы: отменяющие, поясняющие или дополняющие ранее изданные законоположения. В итоге первые (отменяющие установленные положения узаконений) исключались, а вторые и третьи (поясняющие и дополняющие сохраняющие силу законоположения) «прилагаемы к первоначальному узаконению» и «таким образом составлялась история изменений закона», которая поднималась от уровня статей (первоначальной текстуальной единицы свода) до уровня его книг. При этом отправной точкой должны были по возможности выступать акты кодифицированного характера (уставы, учреждения, жалованные грамоты), которые отменяли ранее изданные узаконения и с них «во многих отделениях и даже в целых главах можно было начать сравнение… со времени ближайшего, и с сей точки идти к настоящему». А там, где это было невозможно, «надлежало восходить к самым первоначальным их источникам».
Интересное решение нашел Сперанский в коллизионных ситуациях — когда «прежние указы отменяются не словами, а только силою и смыслом указов новых», предлагая давать историческое толкование совокупности узаконений, так как, по его мнению, «открыть перемену нельзя иначе, как сравнив силу одного постановления с силою другого, а для сего необходимо нужно поставить их в связи исторической». Сперанский, таким образом, здесь создал технико-юридические приемы отбора действующих нормативно-правовых
актов для подготовки структурных элементов Свода законов22.
Второй этап (окончательный) включал четыре стадии, которые предусматривали следующую деятельность:
1) первая стадия — составление текста статей Свода законов — состояла в подготовке его статей, которые на основе «исторических изысканий и выписок достигали полноты и точности» и «принимали определенную форму законных правил». Основанием подборки узаконений и подготовки статей свода были рассмотренные выше принципы-правила его подготовки. Входе работ систематизаторы первоначально должны были «собранные и уже очищенные от посторонней смеси тексты закона распределить по своим местам в виде статей», из которых «составлялись отдельные своды», а затем провести работу, при которой «сии самые своды сравниваемы были между собою в их совокупности», устранялись повторения и коллизии и в результате давалось «сим отдельным частям надлежащее единство». Одновременно, при сохранении «главного плана» свода, должны были вноситься коррективы в «частные и подробные планы» отдельных частей (сводов) и проводилось их согласование между собой. При этом особо отмечался производный от консолидируемых узаконений содержательный характер статей самого свода, что определялось требованиями: излагать их «теми же самыми словами, как стоят в тексте», «словами главного указа с нужным из других дополнением» или «другими словами» при составлении теста свода «из многих указов», но исключительно «в полном, совокупном их смысле», и обозначать «под каждою статьею… источники, из коих она почерпнута», — «чтобы дать каждой статье Свода законную достоверность».
Обратим внимание и на то, что Сперанский, признавая за Сводом законов силу официального источника позитивного права, отводил ему роль производного от исходных узаконений носителя нормативно-правовой информации и допускал возможность коллизии его положений с содержанием консолидируемых законов. Вводя требования указывать ссылки на законодательные основы свода, он указывал, что «они нужны как верный путь к разуму закона, как способ к открытию причин его, как руководство к познанию истинного его смысла в случае сомнений- они нужны как лучшая система истолкований — система, основанная не на мнениях и выводах произвольных, но на простом сличении двух форм одного и того же закона: первообразной и производной. Они охраняют связь между сими двумя формами, связь, столь необходимую, что без нее расторгалось бы самое его единство». Этим особо подчеркивалась неразрывная связь двух источников права — первичных узаконений и Свода законов как производной формы изложениязаконодательныхактов. Исключение с точки зрения отсылок к исходным узаконения составляли лишь «переходные статьи», ко-
торые не содержали нормативные предписания, а лишь обеспечивали «необходимую связь статей между собою».
Одновременно при составлении статей свода должны были даваться примечания как в виде ссылок к отсылок к другим частям свода для обеспечения взаимосвязи его положений в целом, так и в виде тех, которые «излагают в кратких словах историю закона, когда она нужна к лучшему его уразумению, ссылаясьтакже на источники, из коих она почерпнута» и которые при издании свода в его текст включаться были не должны.
При подготовке использовался также бланкетный способ построения свода, и систематизаторы должны были подготовить к статьям свода приложения — «разные формы и табели, в производстве дел необходимые и законом утвержденные», и некоторые дополнительные нормативно-правовые документы (инструкции, правила и т. п.), в которых «изложены разные подробности» и которые «затемнили бы смысл главных статей, прервали бы связь между ними, если бы помещены были среди текста"23-
2) вторая стадия — ревизия и исправление Свода законов — состояла в создании и работе системы специальных ревизионных комитетов по проверке Свода законов в министерствах и главных управлениях в состав которых вводились служащие II Отделения и чиновники госучреждений. Целью деятельности комитетов была проверка свода на предмет соответствия его положений имеющемуся законодательному массиву — всесторонности представленных в своде действующих узаконений («положительно удостовериться в полноте их и точности») и соответствию статей свода их нормативной силе и содержанию («не приведено ли законов излишних, кои отменены последующими»). Порядок деятельности ревизионных комитетов (по подготовленному II Отделением проекту правил) определялся императором. По нему комитеты выступали временными учреждениями, в которых служащие II Отделения и чиновники в ходе дискуссии по той или иной проблеме могли обсудить и разрешить «возникающие вопросы объяснениями, справками и указаниями на законы», а затем исправить или подготовить новые статьи свода. Если же требовалось решение императора, то «вжурналы заседания и при всеподданнейших докладах представлялись на высочайшее усмотрение». В результате этой работы проводилась окончательная отработка положений свода24-
3) третья стадия — внесение дополнений и изменений в Сводзаконов — состояла во внесении изменений в свод в связи с изданием новых узаконений в период его подготовки. В процессе работы была бы определена верхняя граница консолидируемых узаконений — начало 1832 г. и должны были быть внесены изменения в план и содержание отдельных структурных элементов свода25-
4) четвертая стадия — создание указателей к Своду законов -завершала работу над сводом и
заключалась в составлении «пособий к практическому свода употреблению». Они включали: общее оглавление свода по книгам, томам, отраслевым сводам, частям главам и отделениям- хронологический указатель, в котором «по порядку времени означены числами все указы, в своде приводимые, и против каждого отмечены статьи свода, им соответствующие, так, что как по статье Свода можно легко найти указ, из коего она составлена, так и обратно, по указу легко найти статью Свода», а «переход от одного порядка к другому становится весьма удобным, и все выгоды памяти и навыка сохраняются в их силе и действии"26- предметный указатель, который позволял по ключевым словам найти соответствующие им положения свода.
Итак, М. М. Сперанский, основываясь на данных европейской и отечественной юридической науки, их и собственном опыте работ по упорядочению узаконений, выстроил собственную оригинальную концепцию создания Свода законов. Отталкиваясь от практических потребностей и решаемых входе работ проблем, он смог разработатьтехнико-юри-дические приемы, которая позволили организовать и провести комплекс работ по подготовке и изданию уникального для своего времени акта систематизации действующего законодательства.
Политическая воли монарха к созданию Свода законов Российской империи четко обозначилась уже в начале царствования Николая I, который 31 января 1826 г. после доклада М. М. Сперанского о состоянии дел решил «принять дело Свода в собственное свое непосредственное ведение» и выступил в качестве «главного руководителя», что означало выделение наведения порядка в узаконениях в число приоритетных политико-правовых задач императора.
При этом заметим, что именно личные качества и требовательность Николая I, считавшего законностьосновой деятельности государственного аппарата и стремившегося устроить государство на основе дисциплины и порядка, определили успешный ход проведения систематизационных работ. «Я желаю положить в основу государственного строя и управления всю силу и строгость зако-нов"27, — подчеркнул император в разговоре со своим бывшим преподавателем права М.А. Балу-гьянским 13 декабря 1825 г. И эта принципиальная позиция монарха нашла отражение в его постоянном контроле за ходом систематизационных работ, по поводу которого Сперанский подчеркивал: «…успехи их поверялись подробными отчетами, еженедельно восходившими в мемориях на высочайшее усмотрение. Сия непрерывность монаршего внимания и твердой воли могла одна обеспечить и удостоверить и начало и конец дела после столетнего его колебания. Каждая часть Свода по окончании ее представляема была на усмотрение государя императора и потом поступала в предназначенную ей ревизию, порядком… означенным"28.
В самом же создании Свода законов, в работах над ним Николай I решил опереться на М. М. Сперанского и М. А. Балугьянского — наиболее авторитетных и известных своими знаниями «законо-ведцев» с опытом кодификационных работ в Комиссии составления законов29.
Начальником II Отделения был назначен М.А. Ба-лугьянский, а фактически им стал М. М. Сперанский, который не получил в отделении никакой официальной должности (еще шло следствие по делу декабристов и не была выяснена степень его участия в деятельности «злоумышленных обществ»), но на которого были возложены управление всеми делами и доклады о ходе работ. В отделении были также сосредоточены лучшие столичные «законоведцы» — В. Е. Клоков, А. П. Куницын, К. И. Арсеньев, К. Г. Репинский, М. Г. Плисов, М. А. Корф и другие, которые и занимались подготовкой свода30.
Подготовительные работы по созданию Свода законов проводились параллельно с созданием Полного собрания законов Российской империи, после завершения работ над которым была создана полная законодательная база и для самого Свода. В 1826 г. шло составление Исторических сводов и подборка узаконений для соответствующих разделов самого Свода законов, планы которых готовил Сперанский. Но работа над историческими обзорами законодательства была обширной и задерживала общий ход работ, поэтому было решено отказаться от ее проведения в полном объеме и ограничиться подборками всех узаконений в хронологическом порядке без оценки сохранения ими юридической силы. В полном объеме были выполнены лишь обзоры развития гражданского иуголовного права. Так, например, Исторические обозрения уголовных законов расчленялись на законы материальные и процессуальные. Материальные узаконения распадались на шесть разделов: о преступлениях и наказаниях вообще, о преступлениях государственных, про-тивтишины и благосостояния государства, против прав личных, против собственности. По соответствующим разделам были распределены и уголовно-процессуальные узаконения. В итоге чиновниками II Отделения было проработано почти 36 тыс. узаконений, которые были выстроены в хронологическом порядке, разобраны по предметам правового регулирования, сравнены на предмет сохранения юридической силы и подготовлены для консолидации втекстах статейуже непосредственно самого Свода законов31.
Непосредственное создание текста статей Свода законов базировалось на материалах Полного собрания законов и Исторических сводов или под-борокузаконений. Подготовленные тексты статей по мере готовности распределялись по соответствующим структурным единицам разделов свода, устранялись повторы и проводилось согласование между положениями свода.
Работы шли весьма интенсивно. Создание свода замыкалось непосредственно на его «глав-
ном двигателе» — М. М. Сперанском. Он почти постоянно присутствовал во II Отделении, следил за ходом занятий и каждый день с 7 часов вечера принимал старших редакторов отделения (ответственных за разделы свода) и в присутствии М. А. Балугьянского прорабатывал вначале историческое обозрение, а затем тексты статей свода. Сперанский лично редактировал все статьи Свода законов, а часто и переписывал их. При этом заметим, что это были тысячи листов рукописного текста, которые во время работы вылились в 36 статей и 6 тыс. документов в качестве приложений к статьям. Далее, с апреля 1828 г. началось рассмотрение готовых разделов свода в Ревизионных комитетах при министерствах и главных управлениях, которые в период работы по май 1832 г. обсудили статьи и представили около 2 000 замечаний, 500 из которых были приняты Сперанским и на основе которых были скорректированы положения свода. Все работы были завершены в начале 1832 г.
Издание текста Свода законов началось в 1832 г., и в том же году было напечатано первое издание Свода законов, получившее по данному году обозначение «Свод законов российской империи 1832 г.». К концу 1832 г. свод, заключавший в себе действующие узаконения (по 1 января 1832 г.), был отпечатан тиражом 1200 экземпляров. Составляющие свод отдельные статьи (число их в первом издании было 36 000, а с приложениями — 42 198) расположены в систематическом, а нехронологическом порядке. Сводзаконов изд. 1832 г. делился на восемь главных разделов и состоял из 15 томов32.
Санкционирование Свода законов верховной властью началось с того, что в конце 1832 г. он был передан по указанию Николая I на рассмотрение законосовещательного учреждения — в Государственный совет. 19 января 1833 г. император открыл заседание и выступил с речью, в которой прежде всего подчеркнул что решена главная задача упорядочения узаконений — «составить из всех многочисленных указов свод тех узаконений, которые действительную силу имеют», которая позволит заняться дальнейшим развитием законодательства — «когда сделается известным, что мы имеем и в чем могут состоять недостатки», можно «приступить к усовершенствованию и дополнению законов». Труд М. М. Сперанского был оценен высшей государственной наградой — орденом св. Андрея Первозванного, ленту которого одел на него монарх (позднее чиновники II Отделения также получили награды). Рассмотрение и одобрение Свода законов Государственным советом было оформлено его журналом (протоколом заседания), утвержденным царем, и на его основе был подготовлен проект манифест об утверждении свода и порядке его введения в дей-
ствие33.
Обнародование Свода законов было связано с тем, что манифест Николая I от 31 января 1833 г. как особо торжественный правовой акт (манифе-
сты издавались по поводу наиболее значимых событий и объявлялись населению во всех церквях и на площадях городов) объявил о том, что он еще «в самом начале царствования нашего, признав необходимым привести отечественные наши законы в ясность и твердый порядок» повелел «собрать и издать их в полном их составе и потом из сего общего состава, отделив одни действующие ныне в империи нашей законы, соединить их в правильный и единообразный Свод и изложить их в точной их силе, без всякого в существе их изменения, на том самом основании, какое еще в 1700 г. положено было Петром Великим». Монарх констатировал, что это намерение исполнено — «все законы, начиная от Уложения 1649 г. по 1 января 1832 г. в течение 183 лет изданные и при разнообразных изменениях времени сохранившие поныне силу их и действие, быв разобраны по родам их и отделены от всего, что силою последующих узаконений отменено, все, исключая постановлений военных и морских и некоторых других, ниже сего поименованных, сведены в единообразный состав, соединены в одно целое, распределены в книги по главным предметам дел правительственных и судебных». В манифесте подчеркивалось решение главных задач создания Свода законов — удовлетворены «первые, существенные нужды государства: правосудие и порядок управления», а также «сим удостоверяется сила и действие законов в настоящем и полагается твердое основание к постепенному их усовер-шению в будущем» и «сим исполняются желания предков наших, в течение ста двадцати шести лет почти непрерывно продолжавшиеся». Особо обращалось внимание и на то, что установленная Сводом система законодательства должна сохраняться — «все, что после 1 января 1832 г. состоялось или что по общему движению законодательства впредь состоится, будет по порядку тех же книг и с указанием на их статьи распределяемо в ежегодном Свода продолжении, и таким образом состав законов, единожды устроенный, сохранится всегда в полноте его и единстве». По существующему порядку обнародования в России источников права Сводзаконов («законные книги») препровождался в Правительствующий сенат для обнародования и направления в центральные и местные правительственные учреждения для изучения и использования с 1 января 1835 г. в правоприменительной деятельности34.
Правила вступления в юридическую силу Свода законов были установлены манифестом от 31 января 1833 г. 35 Сводзаконов:
— вступал в юридическую силу — «имеет вос-приятьзаконную свою силу» — с 1 января 1835 г., что создавало возможность ознакомления с ним государственных служащих и подданных-
— должен был применяться при решении всех юридических дел, что должно было «состоять в приложении и приведении статей его в делах правительственных и судебных- и вследствие того во всех тех случаях, где прилагаются и приводятся
законы и где или составляются из них особые выписки, или же указуется токмо их содержание, вместо того прилагать, приводить и делать указания и ссылки на статьи Свода, делу приличные" —
— при его дополнении новыми узаконениями должен был применяться по правилу: «Все указы и постановления, после 1 января 1832 г. состоявшиеся и в Свод не вошедшие, так как и те, кои впредь состоятся, доколе при ежегодном продолжении Свода не войдут они в состав его, приводить по числам их и означениям непосредственно. Приводить также непосредственно: 1) все местные законы, где они действуют, доколе по принятым для сего мерам не будут они составлены в особые Своды- 2) узаконения, принадлежащие к Управлению народного просвещения и государственного контроля, коихуставы по предназначенному в сих частях преобразованию не могли еще быть окончены-3)узаконения, кУправлению иностранных исповеданий принадлежащие-
— не должен был рассматриваться как акт законотворчества, поскольку"ничего не изменяет в силе и действии их, но приводит их только в единообразие и порядок" —
— при обнаружении недостатков в его содержании — «в случае неясности самого закона в существе его» или «недостатка или неполноты его» — опирался на прежний «порядок пояснения и дополнения… какой существовал доныне», но и не раскрывал его, и из предшествующего законодательства и основанных на них положений свода следовало, что свод толкуется и дополняется законодательной властью — императором.
Итак, в достаточно короткие сроки чиновниками II Отделения под руководством M.M. Сперанского и MA Балугьянского был проведен огромный объем систематизационных работ. Результатом их деятельности стало создание уникального в истории мировой юриспруденции акта систематизации законодательства — Свода законов Российской империи. Впервые в истории российского права были комплексно решены основные задачи создания официального носителя нормативно-правовой информации.
Правовая природа Свода законов Российской империи была связана с тем, что он выступал как результат юридической деятельности государства по упорядочению законодательного массива страны и представлял собой акт систематизации действующего общегосударственного законодательства России за период с 1б49 по 1B32 г. В результате проведенных работ была впервые создана принципиально новая в зарубежной и отечественной юриспруденции модель акта систематизации законодательства — Сводзаконов.
Для свода законов какакта систематизации законодательства были характерны следующие черты:
— являлся официальным изданием упорядоченного действующего общегосударственного (общеимперского) законодательства с повышенным уровнем официальности (был санкционирован императором)
и выступал как основной носитель правовой информации — источник позитивного права-
-формировался на основе предварительноймно-гоуровневой обработки законодательства — использовании в сочетании двух видов систематизации — консолидации и инкорпорации. Консолидация как вид систематизации законодательства была применена с целью устранения множественности узаконений, их унификации и упрощения использования законодательства в определенной сфере правового регулирования. В результате ее применения были созданы укрупненные обновленные (отредактированные) или новые тексты, в которых были изложены старые правовые регуляции (нормы права) и которые образовывали отдельные разделы Свода законов («главные разряды»). Они образовывали комплексное консолидированное образование (например, Законы о состояниях), или в их рамках выделялись соответствующие внутренние подразделения (например, в Уставах благочиния выделялись Уставы о цензуре), которые делились на разделы, главы, отделения, статьи, где текстуально излагались однородные блоки правовых норм. На базе этого консолидированного законодательства проводилась инкорпорация как операция по формированию Свода законов из составных частей (главные книги, разряды законов), которые выступали как отрасли законодательства и соответственно уже образовывали своеобразные «внутренние своды» — Свод Основных государственных законов, Свод законовосостоянияхидр., из которых свод состоял в целом-
— официально установил систему законодательства, которая позволяла обеспечить оперативный поиск действующего нормативно-правового материала в различных сферах государственной деятельности и правового регулирования, а также выступал в качестве своеобразного правового классификатора правового материала.
Сводзаконов Российской империи сточки зрения его юридической силы укладывался в рамки общей концепции соотношения изданных ранее узаконений, вошедших в Полное собрание законов Российской империи, и общего Свода законов с закреплением с за последним статуса источника права без изменения нормативного содержания изданных ранее узаконений, то есть с сохранением нормативной силы за ранее изданными законодательными актами в случае выявления противоречий между предшествующими Своду законами и самим Сводом. При коллизии положений, изданных ранее, и вошедших в Полное собрание законов Российской империи узаконений, с нормами, изложенными в статьях Свода законов Российской империи, высшую нормативную силу имели первые, для чего была использована система отсылок по регистрационным номерам и датам издания к актам, вошедшим в Полное собрание законов Российской империи36.
Итак, Сводзаконов Российской империи какакт систематизации законодательства представлял
собой сложную форму упорядочения официальной действующего законодательства с использованием приемовтематической отраслевой инкорпорации с внутриотраслевой консолидацией узаконений, объединенных в нем в единый текст без изменения нормативного содержания изданных ранее узаконений.
Свод законов Российской империи выступил комплексным, системообразующим для российской правовой системы актом. Это проявилось в том, что свод:
— устранил основные недостатки общегосударственного законодательного массива — позволил выявить и устранить в периодего подготовки пробелы и коллизии в правовом регулировании посредством внесения изменений в действующие и издания новых узаконений, ликвидировал множественность законодательных актов и конкретизировал правовое регулирование-
— практически положил начало созданию отечественной юридической техники — унифицировал юридическую терминологию, выстроил ряд юридических конструкций, позволил отработать приемы систематизации узаконений-
— позволил оценить состояние и возможности дальнейшего развития законодательства, образуя промежуточное звено между текущим законотворчеством и кодификацией — образованием сводных кодифицированных актов по основным отраслям законодательства. Это весьма показательно с точки зрения создания первого в истории России «наказательного кодекса» — Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. (действовал с определенными редакциями до 1917 г.), а затем уголовного кодекса — Уголовного уложения 1903 г., проекта Гражданского уложения, создания правовых актов реформ 1860-х гг. и т. п. -
— обеспечивал в целом устойчивую систему законодательства Российской империи, хотя структура Свода законов к началу XX века несколько устарела в связи с развитием системы права и законодательства-
— выступил важным средством обеспечения законности в стране, поскольку достаточно детальная и содержательная регламентация общественных отношений в самых различных сферах правого регулирования, содержащаяся в Своде законов, в условиях достаточно низкой правовой подготовленности большинства российского чиновничества должна было способствовать обеспечению их служебного поведения в установленных законодательством рамках-
— предоставил государственным служащим и подданным необходимую для использования нормативно-правовую базу, снабженную поисковыми системами (хронологическим и тематическим указателем) —
— создал базу для развития юридической науки и образования, то есть возможность всестороннего исследования российского позитивного
права и использования полученных результатов в подготовке юристов для различных сфер юридической деятельности на основе систематизированного и информационно доступного действующего законодательства.
Особо следует заметить и то, что была организована система оперативного внесения изменений в содержание Свода законов. В целях периодического отражения состояния законодательства в определенный момент предполагалось выпускать Продолжения к Своду законов, а также переиздавать весь Свод через каждые десять лет. После издания Свода законов российской империи в 1832 г. (15 томов, более 42 тыс. статей) было организовано издание Продолжений к Своду законов Российской империи, которое содержало новые редакции изданного Свода с учетом новых изданных узаконений. В течение восьми лет (1832−1840) вышло шесть Продолжений кСводу законов. Второе издание Свода законов было осуществлено через десять лет после первого издания — в 1842 г. Обилие законов XVIII—XIX вв.еков, а также принципы систематизации в Своде привели к тому, что общий объем Свода значительно возрос, число статей в нем в полтора раза превысило первое издание. В Своде законов изд. 1842 г. имелось 52 328 статей в тексте и около 7 040 в приложениях (всего до 59 400 статей). Число томов Свода осталось прежнее — пятнадцать. В 1857 г. по той же схеме Свод был переиздан в третий раз, количество статей в его пятнадцати томах приблизилось к 90 000. Это было последнее полное переиздание Свода законов Российской империи. В последующие годы переиздавались лишь отдельные тома Свода37.
Итак, издание Свода законов Российской империи выступило в качестве своеобразного «узлового звена», обеспечившего практическое проведение правовой реформы. В ходе создания Свода законов было произведено определение системы законодательства Российской империи и его структуры — отраслевого и институционального деления системы законодательств, а также выделение общегосударственного и местного уровней узаконений, что позволяло на основе разработанной схемы классифицировать положения законодательных актов и обеспечить информационно-поисковые возможности ориентации в законодательном массиве страны, способствовало, как и систематизация законодательства, развитию юридического образования и правоведения.
Подводя итог рассмотренным вопросам, можно сделать вывод, что проведенная систематизация законодательства и издание Свода законов явились существенным прорывом в правовом развитии России. Это создало условия для дальнейшего совершенствования правового регулирования отношений в стране, возможность для дальнейшего его упорядочивания, а также повысило уровень законности в деятельности государственных учреждений и правоприменительной практике, состави-
ло основу изучения российского права в юридических учебных заведениях и оказало значительное влияние на развитие и становление русской юридической науки и образования. В результате систематизационных работ в развитии юридической техники определилось и получило развитие направление, связанное с упорядочением законодательства. Отечественный опыт развития юридической техники может быть использован и в создании Свода законов Российской Федерации.
Примечания
1. См.: указы Президента Р Ф: от 6 февраля 1995 г. «О подготовке к изданию Свода Законов РФ» (СЗ РФ. — 1995. — № 7. — Ст. 509) — «О мерах по повышению эффективности работы, связанной с формированием Свода законов Российской Федерации» (СЗ РФ. — 1898. — № 7. — Ст. 829).
2. Коркунов Н. М. Лекции по общей теории права. — СПб., 2003. — С. 362.
3. См.: Майков П. М. Комиссии составления законов при императорах Павле I и Александре I //Журнал Министерства юстиции. — 1905. — № 7, 9, 10- Гальперин Г. Б. Основные направления в области кодификации русского права в начале XIX в. (1801−1802 гг.) // Вестник ЛГУ. — Сер. экономики, философии и права. — 1960. — № 5- Кодан С. В. Поиски путей систематизации гражданского законодательства России в первой четверти XIX в. / С. В. Кодан, Р. С. Тараборин. — Екатеринбург, 2001- Они же. Несостоявшаяся попытка кодификации гражданского России в первой четверти XIX в. Проект Гражданского уложения Российской империи. — Екатеринбург, 2002.
4. См. более подробно: Кодан С. В. Юридическая политика Российского государства в 1800—1850-е гг.: деятели, идеи, институты. — Екатеринбург, 2005.
5. См.: СперанскийМ.М. Краткое историческое обозрение комиссии составления законов Предположения к окончательному составлению законов // Русская старина. — 1876. — № 2. — С. 435. См. более подробно анализ указанных записок М. М. Сперанского в кн.: Кодан С. В. М. М. Сперанский и систематизация законодательства в России // Советское государство и право. — 1989. — № 6.
6. Бычков А. Ф. К 50-летию II отделения Собственной е.и.в. канцелярии // Русская старина. — 1876. — № 2. — С. 431.
7. Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов. Составлено из актов, хранящихся в II отделении Собственной его Императорского Величества канцелярии. — СПб., 1833. Данное сочинение цитируется по кн.: Сперанский М. М. Руководство к познанию законов. — СПб., 2002. См. также: Кодан С. В. Проекты преобразований политико-правовой системы России М. М. Сперанского. — Екатеринбург, 2003- Кодан С. В. Свод законов Российской империи / С. В. Кодан, С. А. Налимов. — Екатеринбург, 2007 (в данной статье использован ряд материалов данной работы).
8. Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов. — С. 146, 151- См. также: Бэкон Ф. О достоинстве и преумножении наук. Трактат о всеобщей справедливости, или об источниках права, в
одной главе, в форме афоризмов // Бэкон Ф. Сочинения: В 2 т. — М., 1971. — Т. 1.
9. Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов… — С. 148−149.
10. Там же. — С. 126−141.
11. Там же. — С. 150−151.
12. См.: Цветаев Л. Начертание римского гражданского права. — Изд. 2-е. — М., 1824- Учебная книга римского гражданского права. — М., 1834. — Ч. 1−2- Кукольник В. Руководство к преподаванию римского права. — СПб., 1821. — Ч. 1−2- Рождественский Н. Римское гражданское право. — СПб., 1829 -1830. — Т. ! — М.
13. Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов… — С. 142−145.
14. Сперанский М. М. Введение к Уложению государственных законов // Сперанский М. М. Проекты и записки. — М. -Л., 1961. — С. 191.
15. Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов. — С. 148, 153, 172.
16. См.: Бэкон Ф. О достоинстве и преумножении наук. Трактат о всеобщей справедливости, или об источниках права, в одной главе, в форме афоризмов. — Афоризмы № 60−63- Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов… — С. 151 — 153, 172 (далее на с. 165−170, если не указано иное, цитируется это сочинение).
17. См.: Сперанский М. М. Введение к Уложению государственных законов. — С. 144−145- Он же. Обозрение исторических сведений о Своде законов… — С. 154−155- Он же. Руководство к познанию законов. — С. 56−58-.
18. Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов. — С. 150−157.
19. Там же. — С. 156 -158.
20. См.: Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов… — С. 154−157- Он же. Руководство к познанию законов. — СПб., 2002. — С. 56−58.
21. См.: Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов… — С. 158−165- Он же. Предисловие к Полному собранию законов Российской империи // Полное собрание законов Российской империи. — СПб., 1830. — Т. 1. — С. 1 -28. См. также: ШебановА.Ф. Полное собрание законов Российской империи (из истории систематизации законодательства в России) // Труды ВЮЗИ. — М., 1970- Он же. Из опыта создания Полного Собрания законов и Свода законов в дореволюционной России // Правоведение. — 1967. — № 2- Кодан С. В. Полное собрание законов Российской империи (к 175-летию издания) // Российский юридический журнал. — 2006. — № 1.
22. См.: Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов… — С. 166 -167.
23. Там же. — С. 167−168.
24. Там же. — С. 168−171.
25. Там же. — С. 171.
26. Там же. — С. 171 — 172.
27. Император Николай Первый. — М., 2002. — С. 86.
28. Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов… — С. 172.
29. См.: Корф М. А. Жизнь графа Сперанского. — СПб., 1861. — Т. 1−2-
30. См.: Корф М. А. Указ. соч.- Чибиряев С. А. Великий русский реформатор. Жизнь, деятельность, политические взгляды М. М. Сперанского. — М., 1989- Том-синов В. А. Светило русской бюрократии. Исторический портрет М. М. Сперанского. — М., 1991- Он же. Сперанский. — М., 2006- Морозов В. И. Государственноправовые взгляды М. М. Сперанского. — СПб., 1999- Кодан С. В. Божьей милостью Чиновник. М. М. Сперанский и Российское государство. — Екатеринбург, 2001- Косачевская Е. М. Михаил Андреевич Балугьянский и Петербургский университет первой четверти XIX в. — Л., 1971- и др.
31. См.: Майков П. М. О Своде законов Российской империи. — М., 2006. — С. 34−39- РГИА, ф. 1251, оп. 1, д. 158, л. 339.
32. Сперанский М. М. Обозрение исторических сведений о Своде законов… — С. 167−171.
33. Корф М. А. Указ. соч. — С. 73- Государственный совет. 1801 -1901. — С. 57- Майков П. М. Указ. соч. — С. 40−45.
34. ПСЗ II. — Т. 8. — Отд. 1. — № 5947.
35. См. там же.
36. См.: Пиголкин А. С. Понятие и формы систематизации законодательства // Систематизация законодательства в Российской Федерации. — СПб., 2003- Кодан С. В. Акты систематизации законодательства в системе источников права // Истоки и источники права. Очерки. — СПб., 2006.
37. См.: ПСЗ II. — Т. XVIII. — № 16 584- Майков П. М. Указ. соч. — С. 40−41- Коркунов Н. М. Значение Свода законов // Коркунов Н. М. Сборник статей. — СПб., 1898. — С. 77−96- Корево Н. Н. Об изданиях законов Российской империи. 1830 -1899. — СПб., 1900- Рыбаков Ю. Я. Своды законов Российской Империи первой половины XIX века // Проблемы источниковедения СССР и специальных исторических дисциплин. — М., 1984- Кодан С. В. Проекты преобразований политико-правой системы М. М. Сперанского. — С. 134−152.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой