Стратегический синергизм и синергетика

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Кибернетика


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

В.В. ЮДИН,
С.А. ЩЕГОЛЕВА
Стратегический синергизм и синергетика
Предпринята попытка установить междисциплинарные связи между двумя направлениями синергизма. Ставится ударение на анализе именно корпоративного синергизма с некоторыми встречными замечаниями от синергетики Пригожина-Хакена.
В совершенно разных науках на протяжении почти 40 лет существуют, казалось бы одни и те же категории. Еще в 1896 г. понятие, аналогичное синергии, ввел Шеррингтон в области нейрофизиологии. Подобная категория встречается в теории локомоторных реакций. С 1960-х гг. стратегический синергизм начал развиваться в бизнесе и менеджменте. Приблизительно в этот же период благодаря трудам И. Р. Пригожина и его единомышленников оформилась теория диссипативных структур [9, 15]. В первой половине 70-х гг. с легкой руки Г. Хакена в обиход вошло слово синергетика для обозначения некоторого комплекса естественно-математических наук о процессах самоорганизации в неравновесных условиях в различных средах, системах [18]. Если обратиться к словарю этой области знания, то синергетика означает некоторое кооперативное, коллективное действие простейших модулей системы, совершаемое ею для достижения некоторой цели. В задачу настоящей статьи входит проведение своеобразного междисциплинарного исследования различных форм синергизма в корпоративном бизнесе, с одной стороны, и классической синергетики с ее понятийным аппаратом и достаточно хорошо развитыми математическими методами — с другой. Интересен вопрос: существует ли между этими очень далекими направлениями какая-либо корреляция? По крайней мере, в большинстве публикаций эти линии развития синергизма проходят различные стадии и с первого взгляда являются параллелями. Особую остроту приобретает в междисциплинарном исследовании вопрос о взаимопереносимости понятий, методов, методик синергизма. Конечно, есть работы, особенно экономического профиля, или по моделям эволюции компаний, в которых применяются некоторые синергетические методы в духе Пригожина-Хакена. Здесь особую роль играет подход, берущий начало в трудах Дж. Николиса [10]. Речь идет об эволюционном аспекте синергетики. Например Г. Хакен делает ударение на иерархически сложных системах, которыми является любая развитая компания, фирма, не говоря уже об интернациональных мегакомплексах. Чтобы как-то конкретизировать рассмотрение этого во-
проса, обратимся к широко распространенной книге «Стратегический синергизм» [5]. Что касается синергетики и теории диссипативных структур, то обращает на себя внимание большое количество посвященных им монографий, периодических изданий [8] и всевозможных конференций. В частности, хотелось бы отметить труды Международной научно-технической конференции, посвященной памяти Ильи Пригожина, которая проведена на базе Уфимского нефтяного государственного университета 20−22 октября 2004 г. [16]. В томе I конференции «Прикладная синергетика-11» в начале дана подробная информация и полный библиографический перечень работ Пригожина с соавторами. Это уникальное издание поможет восстановить генезис творчества столь выдающегося ученого ХХ в., каким является И. Пригожин. Его супериндивидуальность в ученом мире, по нашему мнению, заключается в том, что он основал не просто отрасль знания или направление в науке, он фактически стал автором второго синтетического импульса, который объединил многие науки в метанауку об эволюции сложных, рефлексивных, целенаправленных систем.
В ряде крупных разделов науки и в теории высшего менеджмента наступает ситуация, когда удается выразить всю «соль» системной методологии в лозунговой форме. В начале 70-х гг. в теории диссипативных структур И. Пригожина был такой импульсивный концентратор — лозунг «Порядок из шума». Аналогичная «формула синергизма» у редакторов сборника «Стратегический синергизм» — 2+2=5! И тут же прямо на обложке фраза, гораздо глубже формулы: «…как создается положительный кумулятивный эффект». С точки зрения теории диссипативных структур и синергетики мы бы расшифровали эту фразу как наличие в системе положительной обратной связи. Обычно при этом имеют в виду некоторую активную среду, которая может выступать как усилитель флуктуации, приводя к макроскопической цепной реакции, каскаду бифуркаций. Но это не весь синергизм.
В кибернетике, теории управления, классической физической кинетике главной категорией является отрицательная обратная связь. С точки зрения теории фазовых переходов [11] материнская фаза в состоянии подавить дочернюю флуктуацию, которая носит характер подкритической. Отрицательная обратная связь — это такое управление, которое хотя бы в итерационном алгоритме способно компенсировать возникшие нарушения. В системном подходе [13] за этим стоит принцип Ле Шателье -Брауна.
Формулу 2+2 (а мы бы написали: «Не меньше 4»), мы трактуем как сугубо организационное следствие объединения системы в суперсистему. В духе «Тектологии» А. Богданова под организацией разумно понимать такое объединение подсистем, в том числе и разнородных, при котором, во-первых, нарушается принцип аддитивности действия, а во-вторых, действие суперсистемы превосходит сумму действий подсистем. Организация как раз и выгодна в борьбе за жизнеустойчивость коалиции, ансамбля подсистем. Организация — это усилитель парциальных действий подсистем, без их непосредственной инициации, без прямого экстенсивного наращивания составляющих действий. Далеко не всякая хорошая организация может обладать синергизмом. Что такое синергизм, при ка-
ких условиях возникает корпоративный синергизм, можно ли им управлять, предсказывать, генерировать по желанию конструктора? Можно ли его тиражировать и, наконец, можно ли ему научиться?
Почти все статьи сборника «Стратегический синергизм» [5] (мы имеем в виду основополагающие работы И. Ансоффа [1], Х. Итами [3], М. Портера [14], Р. Кантера [4] и др.) в той или иной мере начинаются с авторских определений синергизма в бизнесе, менеджменте. Анализируются различные виды синергизма, например портфельный, комплементарный, товарный и прочие. Надо отметить, что первоначальный смысл синергии во всех этих видах авторских определений сохраняется. Обычно синергию определяют как кооперативное, коллективное, согласованное, когерентное действие всех составляющих суперсистемы. Это общее когерентное функционирование направлено на достижение некой глобальной цели, порой вопреки частным целям фирм, бизнес-единиц, дивизионов.
Важно, чтобы синергетические стратегии действия суперсистемы подчинялись минимаксному критерию. Ансамбль корпораций, фирм, бизнес-единиц, пронзенный синергией, приводил бы к высокой и выгодной (для суперсистемы) агрессии на рыночном поле при минимуме различного вида издержек в цепочках создания ценностей. Кстати, последнее высказывание у многих авторов этого сборника как бы всегда стоит за кадром, хотя сама категория ценности и ее отношение к стратегическим синергиям не обсуждается. Просто автоматически предполагается наличие значительной положительной корреляции между этими категориями.
Синергия — это творческая флуктуация, вспышка пассионарности Высшего Менеджера, ставшая парадигмой для ансамбля бизнес-единиц корпорации и системно реализуемая его штабом, командой единомышленников и профессионалов.
Кто же такой Высший Менеджер, этот гуру, автор, генератор синергизма? Каковы его черты, хотя бы некоторые?
Во-первых это один человек. У синергии нет соавторов. Это бесспорно стратег-системщик, это синтетик, способный понимать и разговаривать на одном языке с толпой специалистов. Они его принимают за своего. Консультанты ему нужны вовсе не для того, чтобы сформировать поле выбора и остановиться на одном из предлагаемых решений. Даже эвристический выбор — это вообще не его задача. Мнения и предложения специалистов-консультантов важны, но они составляют для него всего лишь почву, на которой и возникает синергия. Кстати, это почва, как правило, соткана из противоречивых мнений, рекомендаций, порой пересекаемых, с признаками сильной размытости, диффузности и неполноты предложений. Вот на этом шуме «мнений», предложений экспертов по выходу из кризиса и может возникнуть авторская синтетическая флуктуация — гипотеза по выходу на новую ступень успешного функционирования компании. Будучи сформулирована в лозунговых формах, она становится Верой корпорации везде и всюду и во всем. Стратег-менеджер сделал свое дело, а вот штаб, управление должны дружно, согласовано и многопрофильно продвигать его Открытие.
К чему приведет синергизм, реализованный этими подразделениями? Ситуация, конечно, рисковая, она вовсе не гарантирует автоматического успеха на рыночном пространстве. Вот здесь надо развивать теории оценки, прогноза рисковых стратегий, необходимо управлять и предвидеть степень риска в случае еще большей катастрофы даже после удачного исхода.
Вообще, гуру-идея иногда выглядит достаточно примитивно, порой смешна с точки зрения специалистов. Когда она сформулирована, рождена, она всем как бы понятна. Эту идею почти каждый из бригады экспертов, членов консилиума имел в виду, но. Тут большой риск, что появятся соавторы, превосходящие автора. Но чего у синергии не отнимешь — она выглядит несколько странно!
Какие же черты синергизма видят гуру успешного бизнеса, суперконсультанты по различным проблемным стратегиям, специалисты-анти-кризисники и прогнозисты рыночной деятельности корпоративного уровня?
Анализ корпоративного синергизма начнем со статьи И. Ансоффа [1]. Оставим в стороне несколько математических формул, касающихся нормы- возврата инвестиций и других аспектов менеджмента. Автор выделяет следующие виды синергизма: торговый, операционный, инвестиционный и управленческий. Далее в статье строится некоторая табличноматричная структура для оценки синергизма выделенных уровней. Затем восстанавливается конкурентный профиль и профиль компетенции. И все это вместе служит основой синергетического выбора. Редакторы сборника, реферируя эту статью основоположника синергизма, подчеркивают горизонтальный характер синергии. Правда, весь сборник в целом старательно обходит проблемы вертикальной интеграции, видимо, считая этот аспект отрицательным для синергизма. Уже из этого можно сделать рабочий вывод, о том что достижение синергии не может происходить командным, административным способом.
Теперь кратко проанализируем статью Х. Итами [3]. Лейтмотив работы — невидимые активы (мы их будем называть виртуальными), которые в отличие от внешних факторов синергизма, по мнению автора, наиболее существенны: они обеспечивают эффект безбилетника. Автор отмечает три свойства возникновения синергизма. Тут, кстати, надо особо подчеркнуть, что невидимые активы Х. Итами носят сугубо информационный характер, и отсюда:
— информация может использоваться одновременно рядом отделов, дивизионов и бизнес-единиц корпорации-
— информация, например, о ноу-хау не изнашивается-
— новый рыночный продукт может создаваться комбинаторным способом.
На наш взгляд, в статье содержатся противоречивые суждения. С одной стороны, виртуальные активы могут использоваться многократно и одновременно всеми участниками, с другой — синергетический эффект долгосрочен и не поддается копированию. Свои рассуждения Х. Итами сопровождает некоторыми графовыми моделями представления ресурсных соответствий и комбинаторных выгод. Вполне очевиден синергизм
от портфельного и комплементарного эффекта. Он обобщает данные аспекты до динамической версии, включая временной фактор. Последний играет огромную роль в динамическом синергизме. Как утверждает Х. Итами, секрет корпоративного роста — достижение динамического синергизма за счет использования виртуальных активов. С позиций междисциплинарных связей корпоративного синергизма и синергетики, в динамическом синергизме мы видим некоторый важный момент, связанный с понятием когерентного состояния и «сверхтекучих» форм функционирования сложных систем. Для любого алгоритма функционирования крайне важно соблюдение временного расписания последовательности действий парциальных операторов. В этом случае синергизм бы означал строгую согласованность, «фазовую синхронизацию» всех этапов вычислимого алгоритма. В определенной мере это является обобщением свойства когерентности. Только не надо путать когерентность с синхронизацией. Синхронизующие ритмы всегда лежат в основе функционирования сложных систем, но когерентность синергии к ним не сводится.
По нашему мнению, очень любопытна концепция временного и периодического дисбаланса. Как говорят успешные менеджеры, «рассредоточивайте компанию, но не будьте опрометчивы». Эти два аспекта можно прокомментировать, в соответствии с логикой, следующим образом: баланс надо нарушать. Дисбаланс Итами — это в некоторой мере феномен динамического хаоса [6, 12], хорошо известный в нелинейной динамике [8]. Динамический хаос, в отличие от шума, является конструктивным. Порядок, организация, синергия возникает не из шума, а из динамического хаоса. Категория шума предполагает в своей основе асимптотически мощный коллектив, состоящий из независимых объектов, подсистем. Парциальные вклады каждого участника энергетически соразмерны. А в целом общая энергия ограничена сверху. Функция распределения для подсистем может быть в принципе любая, а вот функция суперсистемы в таком случае будет нормальной, гауссовской. Это хорошо известные выводы из центральной предельной теоремы (ЦПТ) [17]. Важно подчеркнуть, что шумовая «организация» осуществляется за счет процессов перемешивания [6], в основе которых лежит принцип детального равновесия.
Динамический хаос появляется в совершенно других ансамблевых ситуациях. Как правило, число степеней свободы даже очень простой системы является весьма небольшим, а вот функциональное поведение ее может выглядеть как броуновская траектория. Существенно детерминированная система с малым числом степеней свободы может вести себя непредсказуемо, квазистохастично. Причем в самой системе не содержится никаких «зачатков шума». «Вина» возлагается на нелинейность самой системы. И, наконец, принцип «рассредоточивайся, но не сильно» -это не что иное, как закон рассеивания и интеграции усилий, богатства в сложной иерархической системе [20]. Это так называемая статистика Ципфа-Парето-Мандельброта (ЦПМ) [19]. Центральная предельная теорема по отношению к классу ЦПМ-статистик — это совсем другой аспект в современной теории вероятностей и теории случайных процессов [2, 17]. Для нас важно лишь то, что в таких статистиках, распределениях су-
ществуют затянутые, тяжелые хвосты, которые соответствуют катастрофическим ситуациям, событиям [7]. Даже выражение «статистика экстремальных значений» звучит немного странно. Хотя статистика существует, особенно если ее продолжить в область катастрофических явлений [7]. По крайней мере, изучать такие реальные редко встречаемые эффекты, в том числе и синергизм, нельзя с помощью операций фильтрации, усреднения. Поэтому в настоящее время синергизм в глазах рядовых менеджеров напоминает искусство и выглядит как очевидное чудо.
В этих и работах, рассмотренных далее, как бы за кадром остается прямое исследование технологических, управленческих цепочек создания ценностей. Нетрудно привести много примеров, когда ноу-хау, технологии, изобретения с течением времени теряют свою ценность и порой становятся тривиальными. Всякая информация подвержена старению, и уж если стараться избежать этого, то она должна превращаться в другие эффекты ноу-хау, технологии, вызывая бифуркационные каскады [8−10, 15]. Многие другие авторы этого сборника считают при анализе взаимосвязи бизнес-единиц, что цепочка создания ценностей бизнеса — отправной пункт по оценке потенциала материальных и нематериальных взаимосвязей, а также конкурентных взаимодействий. Об этом как раз и говорит в своей статье Майул Портер [14].
В 80-х гг. М. Портер заявил в одной из своих статей: «. управление взаимосвязями между подразделениями, бизнес-единицами — суть стратегии корпоративного уровня» [14].
А корпоративный инновационный гуру Р. Кантер утверждает: «Единственным оправданием существования диверсифицированных компаний является достижение синергетических состояний, что обеспечивается определенными типами корпоративных культур и стимулами обобществления знаний и навыков между компаниями» [4].
Антисинергизм — такое явление, когда специализированные узкопрофильные организации в своих рыночных нишах функционируют весьма успешно. У них нет необходимости в достижении синергетического состояния с кем-либо объединяться и кого-либо поглощать. Есть примеры комплексификаций неродственных диверсификаторов, которые также удачны на рынке. Таким компаниям не нужно добиваться синергетического состояния интегративными способами, хотя в общем случае корпоративная стратегия должна базироваться на синтезе горизонтальных и вертикальных связей. Авторы отдают себе отчет, что их «синергизм» не является обязательным свойством любой диверсифицированной компании. Все же они считают, что создание синергетических бизнес-организаций и есть задача стратегических менеджеров. Насколько можно судить из беглого перечня 4-х частей книги [5], синергетический менеджмент, хотя и достаточно широко используется последние 40 лет, но твердой уверенности, что рыночная эффективность достигнута благодаря этому синергизму, нет.
Надо заметить, что реализация «горизонтального синергизма» является трудоемкой операцией в административно-организационном плане, и к тому же она рисковая: может получиться, что 2+2 будет меньше 4. М. Портер утверждает: «Глобальная конфигурация координации сможет
обнаружить конкурентные преимущества в любом звене цепочки создания ценности и преодолеть препятствующие их использованию организационные барьеры» [14]. Именно он заговорил впервые о новых организационных формах — горизонтальной организации, горизонтальной культуре и т. д.
Но что препятствует «внедрению» синергизма? Одним из факторов являются высокие барьеры между бизнес-единицами или дивизионами. Как правило, последние имеют узко специализированные профили рыночных ниш. Там действуют свои специфические технологии в широком смысле слова, которые плохо восприимчивы к результатам «соседних» структур. Обычно более высокие инстанции в корпорациях видят нужду в обобществлении знаний, навыков, технологий и их распространении в специализированных подразделениях. Однако последние в них не заинтересованы. Вот тут и возникает одна из трудных задач в неадминистративных методах преодоления административных барьеров. Нужны новые управляющие алгоритмы, различные методы стимулирования обобществления, привития общей корпоративной культуры. Главное в том, что глобальный выигрыш от альянса дивизионов может быть достаточно высоким, но вот частные цели этих бизнес-единиц могут пострадать.
Здесь важно подчеркнуть, что в достижении синергизма нет прямых директивных методов управления. Акценты расставляются на различных стимулах, поощрениях, повышении профессиональной культуры, развитии корпоративной философии. На наш взгляд, все это связано с горизонтальностью синергии, о которой говорят авторы [5]. По их мнению, горизонтальным синергиям наиболее соответствуют транснациональные компании, которые представляют собой интегральную сеть дивизионов, национальных филиалов и т. д. Здесь главной задачей является разработка организационных мощностей для осуществления «горизонтального синергизма». Сложность заключается в том, что эти организационные мощности не могут быть чисто административными и регулироваться приказами свыше.
С нашей точки зрения, удивительно, что концепция стратегического синергизма, развиваемая в корпоративной науке, ни в какой мере не опирается на труды И. Пригожина, Г. Хакена и других выдающихся си-нергетиков [8−10, 15, 18]. От такой физической синергетики в эффекте корпоративного синергизма почти ничего нет. Правда есть указание на некий кумулятивный усилительный эффект от организации, построения диверсифицированных фирм. Например, казалось бы весьма уместным в корпоративной синергетике появление такой категории, как когерентное состояние. Также немаловажно осознание чисто кибернетического принципа: общий выигрыш в целом глобальной структуры может приводить к неэффективному действию частей, подразделений с их точки зрения. Более того, эти частные цели не имеют права на внешнее проявление. В определенной мере это указывает на то, что в теоретических аспектах синергетики Пригожина — Хакена есть своеобразная теория относительности. На наш взгляд, надо было бы постараться внести концепцию физического синергизма в корпоративный синергизм. Так, не была выделена роль положительной обратной связи, которая используется в ряде экономических
работ в последнее время. Конечно, сама положительная обратная связь в чистом виде разрушительна, поскольку она вызывает лавинообразный, кумулятивный эффект. В этом плане синергетическая система — это усилитель флуктуаций. Спонтанно происходит выход на макроуровень микроскопической энергичной флуктуации. Так устанавливаются «сверхтекучие» состояния. Конечно, концепция устойчивости синергизма авторами затрагивается, но можно говорить об эволюционных аспектах синергетических систем в смысле Дж. Николиса из брюссельской школы теории диссипативных структур [8−10].
Это замечание касается довольно старого подхода в исследовании сложных систем, который базируется на кибернетических принципах. Когда-то развивались работы по кибернетическим заводам, фирмам, но сейчас от них не осталось и следа. Полезно вспомнить закон необходимого разнообразия Уильяма Росса Эшби. Конечно, есть много интерпретаций этого принципа. Но мы бы его применяли к проблемам борьбы, задачам управления конкурирующих организаций. Например, такой вопрос: каким уровнем разнообразия должен обладать управляющий орган, чтобы подчинить ту или иную сложную систему? В этом законе, по нашему мнению, содержатся гносеологические принципы, касающиеся проблем познаваемости сложных систем другой системой и т. д. Но мы бы хотели сказать нечто другое, отталкиваясь от «Тектологии» А. А. Богданова. Именно он впервые на вербальном уровне в своих трех книгах исследовал, что такое организация, какие типы организации существуют и как реализовать организационную структуру того или иного типа. С этих позиций, нам кажется, что формула 2+2=5 не есть синергетическая, а она является синонимом организационной системы.
Пусть имеется ансамбль, множество независимых систем, каждая из которых обладает некоторым действием. Подчеркнем, что эти системы совсем не нуждаются друг в друге и у них нет никаких внутренних причин какой-либо агрегации, интеграции. Уже этот момент указывает на некоторую внешнюю привнесенность организующего начала. Отсюда будет следовать сильная или слабая отторгаемость интегрирующих усилий независимыми системами. Кстати, принцип отторгаемости любого воздействия на систему, по крайней мере, на начальных этапах взаимодействия, является универсальной реакцией любой системы, если она борется за свою выживаемость во враждебной среде. В химии, физике этот принцип известен как принцип Ле-Шателье — Брауна, в макроэкономике это принцип Самуэльсона и т. д. Построение организаций с этих позиций является противоречивым действием с точки зрения самих функционирующих подсистем.
Вот теперь можно попытаться определить, что такое организация. Под организацией мы будем понимать такой способ объединения множества систем в суперсистему, когда ее супердействие будет превосходить сумму действия подсистем. Для количественной меры степени неаддитивности можно ввести характеристику эффективности организации, имея в виду своеобразный КПД оргструктуры, под которым следует понимать отношение объединенного действия суперсистемы к простой сумме парциальных действий подсистем. В методическом плане важно
подчеркнуть, что организация нарушает принцип аддитивности действия. Именно это факт и выражает формула 2+2=5. Превышение супердействия над суммарным действием подсистем не стоило бы считать синергизмом, а это является выражением организационных мер. Синергизм надстраивается над организационными структурами. Типов организационных структур много, но не все они синергичны. Авторам бы следовало написать формулу 2+2 больше-меньше = 5. Ясно, что могут существовать и деструктивные организации, и тавтологичные, и прогрессирующие. Но тогда за этим тянется вопрос эволюции организационной структуры. Как мы уже упоминали, Г. Хакен в 1973−74 гг. слово синергия заимствовал у нейрофизиологов и специалистов по теории локомоторных реакций. Давать определение первичных понятий — рискованное занятие. И этим с удовольствием всегда занимаются философы. Нам же нужны рабочие определения, которые должны быть достаточно конструктивны (это главное) и обладать некоторым общим восприятием у слушателей. Мы понимаем под синергией некий элементарный модуль, действующий согласованно, когерентно, с некоторой целью. Важно подчеркнуть: модуль не атом. И хотя он элементарный, но состоит из некоторого числа частей, структурно связанных между собой. Это элементарная организация модуля, ведущая к согласованным действиям частей в своих интересах и позволяющая реализовать общую цель функционирования модуля. Нетрудно видеть, что формула 2+2=5 весьма далека даже от такой трактовки синергизма.
Но вернемся к старому закону кибернетики о необходимом разнообразии. В разные времена этот закон имел много интерпретаций. Мы его будем трактовать в проблематике — каким потенциалом должен обладать управляющий орган, чтобы эффективно воздействовать на подчиненные дивизионы или структурные единицы сложной компании. Каждая система в своей эволюции, проходя ее различные стадии, генерирует разнообразие. Очевидно, что всякое разнообразие характеризуется своей экстенсивной координатой — объемом произведенного разнообразия и дуальной, сопряженной с ней интенсивной координатой. Последняя описывает скорость генерации разнообразия какой-либо системы, а с точки зрения термодинамической аналогии теории систем — это аналог температуры. Тем самым та компания навяжет свою стратегию другой компании, если она производит большее количество разнообразия с высокой «температурой». Если эти характеристики сильно превосходят «встречное» разнообразие, то та система попадает в «рабство».
Однако не стоит забывать, что даже при учете ресурсных и пространственно-временных ограничений эволюция разнообразия приведет к релаксации, диссипации синергетического потенциала. А это, в свою очередь, наряду с внутренней дивергентностью приведет к этапу слома «радостных» ожиданий. Синергия почувствует потолок в производстве разнообразия. Экстенсивные этапы завершены. Сформировалось фундаментальное ограничение на максимальное количество ресурса, которое в состоянии переварить новая компания с «дальнодействующей» философией. Этот потолок по количеству производимого разнообразия является емкостью данного комплекса фирм, объединенного синергией пассио-
нарности. Эта созревшая фирма выходит на стационарный уровень воспроизводства разнообразия. Важно подчеркнуть, что генерация разнообразия происходит постоянно. При этом часть разнообразия диссипирует, а другая часть порождается, обеспечивая в целом некоторый баланс количества разнообразия.
Генерация разнообразия — это квазистохастический процесс воспроизводства — деградации разнообразия, происходящий с некоторой тактовой частотой. Всегда в генерации разнообразия наблюдаются ритмы, автоколебания, автоволны. Нетрудно частотам этих автопроцессов регулярности дать термодинамическую интерпретацию в температурных терминах. Более успешная компания имеет более высокую температуру бизнес-процесса. В ней постоянно и согласованно работают управленческие и производственные процессы. В таких компаниях, как говорится, «жизнь бьет ключом». Высокая, интенсивная ритмика синхронизующих процессов — необходимое условие успешного проникновения компаний на рынок инноваций и формирования «своей» конкурентоспособной ниши. Однако, если идеологический и философский потенциал недостаточны для компенсации внутренних напряжений и дивергентности, то может произойти системный спад и разрушение новой компании уже на этой стадии эволюции. В методологическом плане наиболее важным пунктом является то обстоятельство, что категория разнообразия несет не только субстанциональную значимость, но и еще обладает существенным акци-дентальным аспектом.
Литература
1. Ансофф И. Синергизм и деловые способности компании / И. Ан-софф, Э. Кемпбелл, К. С. Лачс // Стратегический синергизм. СПб.: Питер, 2004. С. 36−58.
2. Гихман И. И. Теория случайных процессов / И. И. Гихман, А. В. Скороход. — М.: Наука, 1971. Т. 1. — 664 с.
3. Итами Х. Невидимые активы / Х. Итами, Э. Кемпбелл, К. С. Лачс // Стратегический синергизм. СПб.: Питер, 2004. С. 59−85.
4. Кантер Р. М. Поиск и достижение синергизма / Р. М. Кантер, Э. Кемпбелл, К. С. Лачс // Стратегический синергизм. Спб.: Питер, 2004. -
С. 182−215.
5. Кемпбелл Э. Стратегический синергизм / Э. Кемпбелл, К. С. Лачс. -СПб.: Питер, 2004. — 416 с.
6. Кузнецов С. П. Динамический хаос / С. П. Кузнецов — М.: Изд-во физ. -мат. лит., 2001. — 296 с.
7. Малинецкий Г. Г. Синергетика и прогноз бедствий, катастроф / Г. Г. Малинецкий, А. В. Подлазов, М. В. Кузнецов // Прикладная синергетика-11: сб. научн. трудов Междунар. науч. -техн. конф. Уфа, 2004. Т. I. С. 73−104.
8. Малинецкий Г. Г. Современные проблемы нелинейной динамики / Г. Г. Малинецкий, А. Б. Потапов. — М.: Эдиториал УРСС, 2000. — 336 с.
9. Николис Г. Познание сложного / Г. Николис, И. Пригожин. — М.: Мир, 1990. — 244 с.
10. Николис Дж. Динамика иерархических систем. Эволюционное представление / Дж. Николис. — М.: Мир, 1989. — 488 с.
11. Олемской А. И. Теория пространственно-временной эволюции неравновесной термодинамической системы / А. И. Олемской, И. В. Коплык // Успехи физических наук. 1995. Т. 165, № 10. С. 11 051 144.
12. Петерс Э. Хаос и порядок на рынках капитала / Э. Петерс. — М.: Мир, 2000. — 130 с.
13. Пирумов В. С. Стратегия выживания социума. Системный подход в исследовании проблем геополитики и безопасности / В. С. Пирумов.
— М.: Дружба народов, 2003. — 544 с.
14. Портер М. Взаимосвязи бизнес-единиц / М. Портер, Э. Кемпбелл, К. С. Лачс // Стратегический синергизм. СПб.: Питер, 2004. С. 103−136.
15. Пригожин И. Порядок из хаоса. Новый диалог с природой / И. При-гожин, И. Стенгерс. — М.: Едиториал УРСС, 2003. — 312 с.
16. Прикладная синергетика-1: сб. научн. трудов Международной на-уч. -техн. конф. — Уфа: Изд-во УГНТУ, 2004. — Т. 1. — 211 с.
17. Феллер В. Введение в теорию вероятностей и ее приложения / В. Фел-лер. — М.: Мир, 1984. Т. 2. — 752 с.
18. Хакен Г. Синергетика / Г. Хакен. — М.: Мир, 1980. — 404 с.
19. Щеголева С. А. Статистика ЦПМ и анализ Парето / С. А. Щеголева // Вестник ДВГАЭУ. 2002. № 3. С. 56−64.
20. Юдин В. В. Информодинамика сетевых структур. Вероятность. Древесные графы. Фракталы / В. В. Юдин, Е. А. Любченко, Т. А. Писаренко. — Владивосток: Изд-во ДВГУ, 2003. — 244 с.
© Юдин В. В., Щеголева С. А., 2006 г.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой