Методы контроля качества перевода и способы обнаружения ошибок при переводе исследовательских анкет

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы


Перевод и сопоставительная лингвистика. Выпуск № 11
МЕТОДЫ КОНТРОЛЯ КАЧЕСТВА ПЕРЕВОДА И СПОСОБЫ ОБНАРУЖЕНИЯ ОШИБОК ПРИ ПЕРЕВОДЕ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИХ АНКЕТ
С.В. Кудря
(г. Санкт-Петербург, Россия)
Аннотация. В статье приводится обзор методов контроля качества перевода и способов выявления переводческих ошибок при переводе исследовательских анкет для сопоставительных кросс-культурных исследований. На примерах демонстрируется неэффективность этих методов, делается попытка осмысления причин этой неэффективности.
Ключевые слова: исследовательская анкета- перевод- уровни эквивалентности- кросс-культурные исследования- методы контроля качества- поиск ошибок.
METHODS FOR QUALITY CONTROL AND DETECTION OF ERRORS IN TRANSLATION
OF SURVEY RESEARCH QUESTIONNAIRES
S.V. Koudria
(St. Petersburg, Russia)
Abstract. The article considers methods for quality control and ways to detect errors in translation of survey research questionnaires for cross-cultural studies. Examples show how inefficient these methods may be. The author tries to interpret the causes of the inefficiency of these methods.
Key words: survey research questionnaire- translation- levels of equivalence- cross-cultural research- methods for quality control- detection of errors.
Уже много десятилетий исследователи в самых разнообразных областях знания: в социологии, медицине, маркетинге, культурологии -пользуются анкетой как основным инструментом в своих исследованиях, и часто этот инструмент оказывается переводным. От качества перевода исследовательской анкеты напрямую зависит научность, обоснованность, надежность результатов исследования [13−12], особенно если исследование подразумевает сопоставление ответов респондентов из нескольких лингвокультур (например, межкультурные исследования ценностей, исследования качества жизни в медицине). Неудивительно поэтому, что именно в сфере перевода исследовательской анкеты для кросс-культурных исследований активно разрабатываются методы контроля качества перевода и поиска переводческих ошибок, далеко не всегда дающие, однако, желаемые результаты.
В настоящей статье мы приводим обзор этих методов и пытаемся установить причины их несостоятельности.
Уже много лет существует стандартизированная методология перевода исследовательских анкет, которая, с разными вариациями, применяется в добросовестных сопоставительных исследованиях, см. напр.: [6]. Эта методология
основана на том принципе, что количественное кросс-культурное исследование не может полагаться на интеллект и профессионализм одного человека [11], поэтому анкету переводит не один переводчик, а группа переводчиков. Кроме того, в создании текста переводной анкеты участвуют эксперты (напр., врачи, культурологи, психологи), а также носители языка перевода — потенциальные респонденты. Методологией подразумеваются следующие виды контроля качества: 1) обратный перевод (когда текст переведенной анкеты переводится обратно, на язык оригинала, с целью последующего сопоставления с оригиналом и выявления несоответствий) — 2) редактирование перевода экспертом (например, врачом или психологом) — 3) тестирование переводной анкеты методом т.н. ретроспективного протокола [7]: потенциальных респондентов-но-сителей языка перевода просят объяснить своими словами, как они понимают вопросы и варианты ответов переводной анкеты. В дальнейшем объяснения респондентов сравнивают с экспликациями смысла вопросов, предоставленными автором переводимой анкеты или заказчиком перевода. Считается, что следование этой методологии обеспечивает эмпирическое доказательство эквивалентности оригинала и перевода анкеты.
46
Эрратология: теория ошибок и переводческих несоответствий. Методика преподавания
В некоторых случаях для оценки качества перевода используют шкалы. Например, у У Л. Уанга [15] описана процедура параллельного тестирования переведенной анкеты на формальное соответствие (у Уанга использован термин «comparability of language») и на «схожесть возможных интерпретаций» (у Уанга — «similarity of interpretability»). В ходе тестирования две группы носителей языка оригинала сравнивали текст оригинала и обратного перевода. Первая группа оценивала, насколько каждый вопрос перевода соответствует оригиналу формально, на уровне «слов, фраз и предложений» [15, c. 316], а вторая группа носителей языка оценивала, способен ли переведенный вопрос вызвать такую ответную реакцию у респондента принимающей лингвокультуры, которая была бы схожа с реакцией респондента исходной лингвокультуры на вопрос оригинала. При этом оценивающие пользовались семиступенчатой шкалой схожести: от «extremely similar» («очень похожи» — перевод наш, С.К.) до «not at all similar» («совсем не похожи»).
В другом исследовании для оценки качества перевода были приглашены эксперты (работники здравоохранения), которые являлись носителями языка перевода и владели языком оригинала как вторым (уровень знания второго языка не указан). Они должны были оценить приемлемость («appropriateness») формулировок на языке перевода, пользуясь четырехступенчатой шкала Ликерта. В начале тестирования работникам здравоохранения была дана инструкция: «to consider the linguistic and cultural equivalencies of the translation» («оценивать лингвистическую и культурною эквивалентность перевода» — перевод наш, С.К.) [18, c. 310].
Наконец, непосредственно перед тем, как использовать переведенную анкету в исследовании, специалисты в области массовых опросов (survey researchers) тестируют т.н. «психометрическую» эквивалентность переведенной и исходной анкет. Под «психометрической эквивалентностью» понимают способность переводной и оригинальной анкеты собирать сопоставимые данные в разных лингвокультурах, и проверяется эта способность при помощи специальных статистических процедур (см. напр. [8]).
Очевидно, что все перечисленные выше методы контроля качества перевода нацелены на проверку эквивалентности на разных уровнях.
Так, при помощи обратного перевода контролируется эквивалентность на уровне слова (термины, обозначающие уровни эквивалентности заимствованы у В. Н. Комиссарова, [3]).
В ходе тестирования при участии потенциальных респондентов проверяется наличие ситуативной эквивалентности, т. е. сохранность в переводе указания на ситуацию, описанную в оригинале. Наконец, проверка способности переведенной анкеты функционировать в принимающей лингвокультуре так же, как в исходной — это контроль эквивалентности на уровне цели коммуникации.
Казалось бы, при таком тщательном отслеживании ошибок и при таком количестве участников качество перевода должно быть очень высоким. Однако это не всегда так, и функциональность текста далеко не всегда сохранена в переводе. Приведем примеры из русскоязычного опросного инструмента по качеству жизни Всемирной организации здравоохранения ВОЗ КЖ-100, которая переводилась с соблюдением многоступенчатой процедуры контроля качества перевода [10]:
Пример 1. «Насколько Вы удовлетворены той энергией, которой обладаете?» [2, F 2. 3] (Оригинал: «How satisfied are you with the energy that you have?» [15, F 2. 3])
Пример 2. «Чувствуете ли Вы себя счастливым от общения с членами своей семьи?» [2, F 13. 2] (Оригинал: «Doyoufeelhappy aboutyour relationship with yourfamily members?» [15, F 13. 2])
Прежде всего, мы видим нарушения естественности языка перевода. В приведенных примерах есть буквальные переводы английских колло-каций: «удовлетворены энергией», «энергией, которой обладаете», «с членами своей семьи». Эти буквализмы не соответствуют привычным для русского языка словоупотреблениям, что недопустимо в анкете как жанре, поскольку нарушение естественности нарушает, в конечном итоге, ясность и прозрачность формулировок. Анкета как жанр требует исключительно частотных коллокаций, ведь только привычные, клишированные языковые репрезентации могут обеспечивать унифицированную интерпретацию вопросов большим количеством респондентов [4].
Кроме того, в приведенных примерах есть и искажения на уровне описываемой ситуации. Очевидно, что английское «relationship» и русское
47

Перевод и сопоставительная лингвистика. Выпуск № 11
«общение» используются для описания разных видов деятельности, разных сфер опыта, и русский перевод здесь требует пересмотра. Искажением на уровне описываемой ситуацией является и пара «happy about» VS «счастливыми от». Английское выражение «to be happy about» означает эмоционально нейтральную положительную оценку: «If you are happy about a situation or an arrangement, you are satisfied with it» [19, c. 355−356]. Русское «счастлив от», помимо того что гораздо менее частотно, чем «happy about», не употребляется для выражения нейтральной положительной оценки- скорее, «счастлив от» используется в эмоциональных высказываниях, описывающих сильное субъективное переживание. В целом, видно, что перевод в примере 2 полностью нуждается в пересмотре: в русском вопросе описана совершенно иная ситуация, если сравнить с ситуацией, описанной в оригинале.
Мы полагаем, что в процедурах контроля качества перевода исследовательских анкет существуют серьезные упущения. Остановимся на некоторых из них.
Недочеты контроля качества методом обратного перевода подробно описаны Брислиным [9, c. 186]: во-первых, переводчики (как «прямые» так и «обратные») могут иметь предустановленные представления о том, как переводить слова, не имеющие полных эквивалентов (например, такие слова как «tiredness», «frustration», «happy», «satisfied» и т. п.). Например, по нашим наблюдениям, слово «tiredness» часто переводят в медицинских анкетах как «усталость», и это слово будет переведено обратно на английский язык как «tiredness», потому что «tiredness» -первое соответствие слову «усталость», которое можно найти в англо-русском словаре (напр. [18]). А наблюдения над функционированием слова «tiredness», показывают, что в английских медицинских анкетах оно, как правило, означает сонливость, а не усталость. Обратный перевод не регистрирует таких ошибок, дает ложноположительный результат. Вероятно, так случилось и со словом «happy» при переводе вопроса из примера 2.
Во-вторых, пишет Брислин, прямой перевод может содержать грубые нарушения норм сочетаемости слов и грамматических норм, привнесенные под воздействием языка оригинала, что полностью нейтрализуется в обратном переводе. Наконец, прямой перевод может содержать смысловые
ошибки, или быть просто непонятным, но обратный переводчик может восстановить смысл в обратном переводе. Все эти недостатки контроля качества методом обратного перевода, описанные еще в 70-е гг. XX века, отрицательно сказались на результатах перевода ВОЗ-КЖ-100, как видно из примеров 1 и 2.
Тестирование методом ретроспективного протокола вероятно также не всегда эффективно. Вряд ли носители русского языка интерпретировали «счастлив от» так же, как составители оригинальной анкеты интерпретировали «happy about». Тем не менее, эти формулировки сохранены в переводе, что, с нашей точки зрения, свидетельствует либо о недобросовестно проведенной процедуре тестирования формулировок при участии носителей языка, либо о приоритете эквивалентности на уровне слова над эквивалентностью на уровне описываемой ситуации.
Наконец, заметим, что разного рода оценки степени «схожести», «приемлемости» и т. п. выполняются экспертами в разных областях, носителями языка, но не лингвистами. Отсюда бессистемность этих методик, их оторванность от лингвистической теории и базовых положений теории перевода (это особенно очевидно, когда встречаешь ложные термины типа «лингвистическая эквивалентность» [18, с. 310]). С точки зрения переводоведения понятно, почему эти методы не дают даже удовлетворительных результатов: в совокупности, они имеют целью обеспечить эквивалентность на всех уровнях, что, как известно лингвистам и переводчикам, является редкостью, и даже, скорее, исключением в переводческой практике. Впрочем, и сами специалисты в области массовых опросов уже давно указывают на отсутствие единой теоретической базы для перевода опросных инструментов для кросс-культурных исследований [9−11−14].
Итак, очевидно, что существующие методы контроля качества перевода и выявления переводческих ошибок в анкетах для кросс-культурных исследований не всегда эффективны. Описанные методы не учитывают основных положений теории перевода, лингвистики текста и реалий переводческой практики. В связи с этим актуальными становятся контрастивные исследования анкеты как типа текста и разработка непротиворечивой лингвистической базы для контроля качества перевода анкеты.
48
Эрратология: теория ошибок и переводческих несоответствий. Методика преподавания
Список литературы:
1. Вежбицкая А. Понимание культур через посредство ключевых слов/Пер. с англ. А. Д. Шмелёва. — М.: Языки славянской культуры, 2001. — 288 с.
2. ВОЗ-КЖ 100. URL: http: //xn-7sbbaeiow bgqig8abjbc7acdh6a9czc6mla. xn--p1ai/downloads. php? download_id=27 (дата обращения: 06. 12. 2015)
3. Комиссаров В. Н. Современное переводоведение. — 2-е изд., испр. — М. 2011. — 408 с.
4. Кудря С. В. Дискурсные характеристики англоязычного медицинского опросного инструмента как типа текста: Автореф. дис. канд. филол. наук — С. Петербург, 2012. — 24 с.
5. Кудря С. В., Давтян Е. Н. Что измеряет шкала депрессии Бека? //Психиатрия и психофармакотерапия. Журнал им. П. Б. Ганнушкина. — 2013. -Т. 15 № 2. — С. 57−60.
6. Новик А. А., Ионова Т. И. Руководство по исследованию качества жизни в медицине. — М., 2007. — 320 с.
7. Садмен С., Брэдберн Н., Шварц Н. Как люди отвечают на вопросы. — М., 2003. — 304 с.
8. Панкратова А. А., Осин Е. Н., Люсин Д. В. Особенности эмоционального интеллекта у представителей российской и азербайджанской культур // Психологические исследования. — 2013. — Т. 6, № 31. С. 11. URL: http: //psystudy. ru (дата обращения: 05. 12. 2015).
9. Brislin R.W. Back-Translation for CrossCultural Research. //Journal of Cross-Cultural Psychology — 1970. -№ 1. — P. 185 -216.
10. Development ofthe World Health Organization WHOQOL-BREF Quality of Life Assessment. // Psychological Medicine. — 1998. — Vol. 28. № 3. — P. 551−558.
11. Esposito N. From Meaning to Meaning: The Influence of Translation Techniques on Non-English Focus Group Research. //Qualitative Health Research.
— 2001. — № 11. — P. 568−579.
12. Hahn E.A., Bode R.K., Du H., Cella D. Evaluating Linguistic Equivalence of Patient-reported Outcomes in a Cancer Clinical Trial. //Clinical Trials.
— 2006. — № 3 — P. 280−290.
13. Prieto A.J. A Method for Translation of Instruments into Other Languages. //Adult Education Quarterly. — 1992. -№ 43. — P. 1−14.
14. Solomon F.M., Eberl-Lefko A.C., Michaels M., Macario E., Tesauro G., Rowland J.H. Development of a Linguistically and Culturally Appropriate Booklet for Latino Cancer Survivors: Lessons Learned. //Health Promotion Practice. — 2005.
— № 6. — P. 405−413.
15. Wang W. -L., Lee H. -L., Fetzer S.J. Challenges and Strategies of Instrument Translation. //Western Journal of Nursing Research. — 2006. — № 28. — P. 310 -321.
16. WHOQOL-100. The 100 questions with response scales. — Geneva, 1995. URL: http: //www. who. int/healthinfo/survey/WHOQOL-100. pdf (дата обращения: 05. 12. 2015).
17. Yu D.S.F., Lee D.T.F., Woo J. Issues and Challenges of Instrument Translation. //Western Journal of Nursing Research. — 2004. -№ 26. — P. 307−320.
Словари:
18. Словарь ABBYY Lingvo URL: http: //www. lingvo-online. ru/ru (дата обращения: 05. 12. 2015).
19. Collins Cobuild Essential English Dictionary.
— London and Glasgow: Collins. — 1989. — c. 948.
49

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой