Использование проективных тестов в изучении детско-родительских отношений российских и вьетнамских детей

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДк 159. 9. 07: 37. 018. 1
использование проективных тестов в изучении детско-родительских отношений российских и вьетнамских детей
Т. И. Комиссаренко, Ле Ван Кхуен
THE USE OF PROJECTIVE TESTS IN STUDYING THE PARENTS-CHILDREN RELATIONSHIP OF RUSSIA AND VIETNAMESE CHILDREN
T. I. Komissarenko, Le Van Khuyen
Работа посвящена изучению внутрисемейных отношений российских и вьетнамских детей с помощью проективных тестов. Результаты эмпирического исследования, полученные на 245 испытуемых, выявили особенности семейного воспитания и субъективное отношение ребенка к воспитательной системе, а также показали различные подходы к воспитанию детей в России и во Вьетнаме.
In this work, we studied family relations of Russian and Vietnamese children, using projective tests. The results of empirical research from 245 subjects received particular family upbringing and the child’s subjective attitude to the educational system. It showed the differences in Russian and Vietnamese children upbringing and explained some of the approaches to upbringing children in Russia and Vietnam.
Ключевые слова:
социальная адаптация, дезадаптация, внутрисемейное отношение, проективный тест, графическое изображение.
Keywords:
social adjustment, desadaptation, family relations, projective test, graphical tests.
Анализ рисунка семьи — один из самых распространенных методов, используемых в практике школьных психологов для изучения внутрисемейных отношений. Когда речь идет о методике «Рисунок семьи», Г. Т. Хоментаускас подчеркивает, что рисуночный метод для изучения внутрисемейных отношений позволяет «посмотреть на мир глазами детей» [1] и получить представление о субъективной оценке ребенком своего места в структуре внутрисемейных отношений. Через рисунок дети могут показать то, что им трудно высказывать своими словами. Язык рисунка более рельефно передает эмоциональное состояние ребенка и его взаимоотношения с другими членами семьи.
Исторически использование рисунка семьи связано с развитием проективной психологии, в частности, с подъемом интереса к рисуночным методикам, который особенно возрос после выхода в свет фундаментальных монографий К. Маховер [2] и Дж. Бак [3]. Рисуночные методики приобрели большую популярность среди психологов-практиков в 50−60-е гг
В различных странах приоритет в использовании рисуночных тестов связан с разными именами. Развернутая система анализа и интерпретации рисунка семьи
была впервые представлена в работе У. Вольфа [4]. Он давал детям задание: «Нарисуй свою семью». В рисунке автор анализировал: 1) последовательность изображения членов семьи, указывающую на значимость их роли в семье: ребенок начинает рисунок с более значимого лица и заканчивает менее значимым- 2) пространственное расположение членов семьи, являющееся, как считает автор, показателем их эмоциональной близости- 3) состав нарисованной семьи в сравнении с реальной- 4) отличия между графическими презентациями в форме, пропорциях, деталях, и, прежде всего, в величине. Таким образом, У. Вольф выделил те характеристики рисунка, которые позже будут составлять основную часть интерпретации у других авторов.
Развитие методики шло по двум направлениям: изменение инструкции к заданию (П. Грегер, Л. Корман и др.) и расширение диапазона интерпретируемых параметров рисунка (В. Хьюлс, Л. Корман и др.). «Рисунком семьи» пользовались многие российские исследователи и практики: А. И. Захаров, Е. Т. Соколова, В. С. Мухина, В. К. Лосева, А. Венгер, А. С. Спиваковская, Г. Т. Хоментаускаса, Т И. Комиссаренко и другие.
Существует множество модификаций применения теста и обработки результатов. Ребенка просят «нарисовать свою семью» (В. Хьюлс, Дж. Дилео), или «нарисовать семью» (Е. Хаммер), или «нарисовать всех членов своей семьи, занятых чем-либо» («Кинетический рисунок семьи» — Р. Бернс, С. Кауфман). Некоторые варианты предусматривают беседу после рисования по определенным вопросам и по содержанию рисунка (Л. Корман).
Разные авторы вносят свой вклад в разработку методики рисунка семьи, расширяя диапазон интерпретируемых параметров методики. В частности, У Халс [5] указывает на информативность презентации общего действия, взаимной ориентации фигур, ориентации фигур относительно зрителя, более широко интерпретирует различия в графических презентациях членов семьи, более детально анализирует процесс рисования (паузу, стирания, спонтанные комментарии и т. д.). Л. Корман [6] обращает внимание на графические характеристики рисунка, вводит серию вопросов, с помощью которых стремится: а) выяснить, какой смысл для ребенка имеют нарисованные объекты- б) выявить симпатии-антипатии ребенка по отношению к членам семьи- в) спровоцировать ребенка на открытое обсуждение его чувств. Р. Бернс и С. Кауфман [7] широко интерпретируют действия нарисованных членов семьи- как особую категорию, выделяют символическую презентацию чувств в семье, анализируют расположения людей в рисунке, которые указывают на особенности взаимоотношений. А. И. Захаров [8] как дополнительный субтест вводит задание нарисовать всех членов семьи и себя в четырех комнатах, расположенных в двух этажах. В. К. Лосева приводит 33 правила интерпретации рисунка [9]. Она также обращает внимание на процесс рисования, на подписи, которые делает ребенок рядом с персонажами. При интерпретации автор большое значение придает цветовым характеристикам рисунка, считая, что они несут информацию об общем эмоциональном восприятии семьи и о чувствах к отдельным членам семьи. Р. Ф. Беляускайте при анализе «Кинетического рисунка семьи» выделяет пять имптомокомплексов: благоприятную семейную ситуацию, тревожность, конфликтность в семье, чувство неполноценности, враждебность в семейной ситуации, по которым подсчитывается количество баллов [10]. Таким образом, исследователи пытались установить особенности рисунков, выстраивали не только качественные, но и количественные схемы интерпретации.
Изучая детско-родительские отношения, мы использовали вариант «кинетический» рисунок семьи для более глубокого изучения внутрисемейных отношений. Мы считаем, что этот вариант методики дает более значимую информацию о взаимодействиях членов семьи, чем статические рисунки. На практике мы убедились, что при рисовании статического рисунка семьи дети чаще всего рисуют стоящие рядом фигуры («портрет», «фотографию» семьи). Здесь никак не отражаются особенности коммуникаций. Поэтому мы просили испытуемых нарисовать членов своей семьи, занятых каким-либо делом. Существует немало различных систем интерпретации результатов теста «Рисунок семьи», мы пользуемся схемами, которые предложены Г. Т Хоментаускасом. Он считает нужным анализировать рисунок семьи по трем уровням. На первом уровне выделяется и интерпретируется обобщенная структура рисунка. На втором — дается интерпретация графических изображений отдельных членов семьи. Третий предполагает анализ процесса рисования [11].
В результате проведения данной методики, удалось выяснить, какие внутрисемейные взаимоотношения преобладают в тех или иных семьях, какое место в них определяет себе сам ребенок, степень принятия или непринятия ребенка и какого его отношение ко всем членам семьи. В результате данных, полученных при анализе вьетнамских и российских испытуемых, нам удалось составить более полную картину внутрисемейных отношений детей и их родителей и выявление этих отношений на социальную адаптацию младших школьников. На основе полученных данных были разработаны психолого-педагогические рекомендации для семей, с явно выраженными отклонениями во взаимоотношениях с собственными детьми.
Наше исследование проводилось на базе средней общеобразовательной школы № 282 г. Москвы и общеобразовательных начальных школ имени Ле Лоя и Ли Тхюнг Киета г. Хуэ (Вьетнам). В нем приняло участие 245 младших школьников в возрасте от 7 до 9 лет. Из них 119 российских и 126 вьетнамских младших школьников. В исследовании также приняло участие два школьных психолога.
В результате проведенного анализа было выделено восемь групп рисунков, в которых дети по-разному отражали своё взаимодействие с членами семьи (см. Диаграммы № 1 и № 2). Рассмотрим более подробно эти группы.
Диаграмма № 1 — Распределение типов рисунков в зависимости от семейного воспитания российских детей.
Диаграмма № 2 — Распределение типов рисунков в зависимости от семейного воспитания вьетнамских детей.
Таким образом, количество рисунков, которые отражают положительные эмоциональные отношения ребенка к родным в семье у вьетнамских детей оказалось несколько выше, чем у российских. По нашему мнению, это объясняется традиционной системой семейного воспитания, свидетельствующей о том, что во вьетнамских семьях все члены семьи очень заинтересованы в совместной работе и совместных действиях. В частности, как обычно, каждый день все члены семьи ужинают вместе, во время и после ужины они говорят друг с другом о работе или событиях, происходивших в течение дня, планах работы на завтра, отправляют своих детей делать домашние задания и т. д. Большинство вьетнамских семей яв -ляются полными и многопоколенными. Для них характерна устойчивость брака, который считается важным критерием для обеспечения семейного счастья. Эти уникальные характеристики вьетнамских семей и отражены в рисунках детей.
Во вторую группу мы отнесли испытуемых, которые не изобразили на рисунке своих матерей. Это отражает негативное отношение ребенка к матери, страх перед ней [12]. Например, Кирилл К. (8 лет, 3 месяца). Он начал рисунок со своего отца, затем нарисовал себя и младшую сестру. Он не рисовал мать. Он сказал, что его мать часто находится вдали от дома, не заботится о нем, по его мнению- он считает, что его мать отказалась от него.
Интересным для нас был тот факт, что количество таких рисунков у российских детей оказалось значительно выше, чем у вьетнамских. Из 119 российских испытуемых, принявших участие в исследовании, было 13 таких рисунков (10,9%), у 126 вьетнамских испытуемых таких рисунков было только 5 (4,0%).
К третьей группе мы отнесли испытуемых, на рисунках которых не был изображен отец. Невключение отца в состав семьи свидетельствует о негативном отношении испытуемого к нему- осознания ребенком его незначительный роли в воспитании, жестокости и агрессивности по отношению к ребенку [13- 14]. Это вызывает у последнего сильные, страховые реакции и нежелание изображать его в своем рисунке. Количество таких рисунков, в которых не изображен отец, у российских детей оказалось выше, чем у вьетнамских. Из 119 российских испытуемых, принявших участие в исследовании, таких рисунков было 23 (19,3%), у 126 вьетнамских испытуемых таких рисунков было 12 (9,5%). По-нашему мнению, отсутствие изображения отца в рисунке, с одной стороны, связано с защитной реакцией ребенка, а с другой — объясняется высоким процентом разводов в России. В частности, в 2009 году в России их было около 70%, в то время как во Вьетнаме количество разводов в 2011 году составляло около 2,6%).
К пятой группе было отнесли рисунки, на которых не были изображены сами испытуемые. Отказ от рисования себя характерен для детей, испытывающих негативное отношение к себе со стороны близких родственников, унижении их личности и зачастую моральные и физические наказания. У таких детей взрослые часто подавляют инициативу и стремление к достижению. Такие родители выражают свое недовольство ребенком, чрезмерно их критикуют и лишают их уверенности в себе. Невключение себя в рисунок семьи свидетельствует об отсутствии у испытуемого чувства общности с семьей [15- 16]. Из 119 российских испытуемых, принявших участие в исследовании, было 9 таких рисунков (7,6%), у 126 вьетнамских испытуемых их было 15 (11,9%).
Таким образом, количество рисунков, в которых ребенок не изобразил самого себя, у вьетнамских детей оказалось выше, чем у российских. По-нашему мнению,
это свидетельствует о том, что вьетнамские дети в условиях неблагоприятной семейной ситуации и отказе от них родителей, легче подвергаются негативным эмоциям, которые, в свою очередь, формируют у них комплекс неполноценности и неуверенности в себе. Например, Минь Н. В. (7 лет, 6 месяцев) в рисунке изображает всех членов семьи, кроме себя. Родители его постоянно ругают и наказывают, и в этом рисунке он ясно выражает свою ненужность и отверженность со стороны семьи.
К шестой группе мы отнесли рисунки, на которых испытуемые изобразили только самого себя. Такие рисунки свидетельствуют о наличии эгоцентричности в характере испытуемых и воспитании их по типу «маленький неудачник». Такой тип воспитания может, по-нашему мнению, сформировать у некоторых детей либо отсутствие самостоятельности, неуверенности в себе, инфантильность, либо чрезмерный эгоцентризм. Из 119 российских испытуемых, принявших участие в исследовании, было 12 таких рисунков (10,1%), у 126 вьетнамских испытуемых таких рисунков было 5 (4,0%). В целом, с точки зрения количества, существенные различия между российской и вьетнамской выборкой детей в этой группе незначительны.
В седьмую группу мы включили рисунки испытуемых, на которых реально существующие члены семьи были заменены другими вымышленными персонажами. Это показывает, что дети, имеющие отрицательные эмоциональные переживания, связанные с родителями, хотят заменить их другими, пусть даже вымышленными «персонажами» [17- 18]. В такую группу испытуемых попало 8 российских (6,7%) и 12 вьетнамских детей (9,5%). В целом, с точки зрения количества, существенные различия между российской и вьетнамской выборкой незначительны и, в целом, независимо от национальности, все дети, испытывающие дефицит любви, могут быть отнесены к этой группе.
К восьмой группе мы отнесли рисунки испытуемых, на которых были изображены только неодушевленные предметы, что свидетельствует либо о формальном характере отношения ребенка к тесту, либо о скрытом неприятии детьми семейных взаимоотношений. Из 119 российских испытуемых, принявших участие в исследовании, было 5 таких рисунков (4,2%), среди 126 вьетнамских испытуемых — 7 (5,6%).
Таким образом, анализ методики «Рисунок семьи», проведённый как на российских, так и их вьетнамских детях, показал, что 87 рисунков (35,5%) из 245 испытуемых, принявших участие в исследовании, изобразили полную семью, где испытуемые заняты совместной деятельностью, что свидетельствует о благоприятных отношениях в семье. В то же время анализ рисунков свидетельствует, что 158 детей (64,5%) из 245 испытуемых, принявших участие в исследовании, выразили в своих рисунках неблагоприятные внутрисемейные отношения. В частности, это отразилось в отсутствии на рисунках матери, самого ребенка, замены реально существующих членов семьи, либо предметами, либо другими, не существующими персонажами, что свидетельствует о неблагоприятных отношениях в семье.
Важно отметить, что одновременно существуют серьезные различия в количестве между российскими и вьетнамскими детьми для некоторых групп рисунков, которые изображают неблагоприятные семейные отношения. Количество детей, которые изобразили отсутствие отца или матери и других членов семьи, на рисунках у российских детей значительно больше (54,4%), чем у вьетнамских (24,6%), что свидетельствует о большем неблагополучии в российской системе воспитания,
чем во вьетнамской. По-нашему мнению, это можно объяснить тем, что во Вьетнаме количество разводов незначительно и многопоколенность воспитательных функций делает семью более крепкой и стабильной. Такая семья субъективно воспринимается ребенком как надёжный опыт его жизни. В сознании большинства вьетнамских людей прочность внутрисемейных отношений считается важным критерием карьерного роста человека и создания собственной счастливой семьи. Эти уникальные характеристики вьетнамских семей и отражены в рисунках детей.
Таким образом, результаты диагностической методики «Рисунок семьи», полученные на российской и вьетнамской выборке испытуемых, позволили не только установить определенные отношения в семьях, но и выявить некоторые причины, влияющие на социальную неадаптацию детей. Такими причинами являются нарушения отношений с матерью, отцом, жестокость по отношению к ребенку, унижение его личностных качеств и достоинств, вызывающих трудности в адаптации с социальной средой.
ПРИМЕЧАНИЯ:
1. Хоментаускас Г. Т. Использование детского рисунка для исследования внутрисемейных отношений. Вопросы психологии, №. 1, 1986. — С. 165−171.
2. Machover K. Personality projection in the drawing of the human figure. Springfield, III, 1949. — 181 p.
3. Buck J. N. The H-T-P technique. A qualitative and quantitative scoring manuel // J. Clin. Psychol. Monograph Supplement. 1948. № 5. 120 p.
4. Wolff W The personality of the preschool child. — L., 1947. — 341 p.
5. Hulse W С. Child conflict expressed through family drawings // J. Proj. Tech. 1952. V 16. — P. 66−79.
6. Хоментаускас Г. Т. Указ. соч.
7. Burns R C., Kaufman S. H. Actions, styles and symbols in kinetic family drawings: An interpretative manual. N. Y., L., 1972. — 320 p.
8. Захаров А. И. Лечение неврозов у детей // Гарбузов В. И., Захаров А. И., Исаев Д. Н. Неврозы у детей и их лечение. Л., 1977. — С. 192−264.
9. Лосева В. К. Рисуем семью: Диагностика семейных отношений. М.: А. П. О., 1995. — 40 c.
10. Беляускайте Р. Ф. Рисуночные пробы как средство диагностики развития личности ребенка // Диагностическая и коррекционная работа школьного психолога. — М., 1987. — С. 67−80.
11. Хоментаускас Г. Т Указ. соч.
12. Дилео Дж., Детский рисунок: диагностика и интерпретация // Пер. с англ. Е. Фатюшиной. М., Апрель Пресс, Психотерапия, 2009. — С. 131−146.
13. Дилео Дж. Указ. соч.
14. Венгер А. Л. Психологические рисуночные тесты: Иллюстрированное руководство. М., ВЛАДОС-Пресс, 2007. — С. 116−141.
15. Дилео Дж. Указ. соч.
16. Венгер А. Л. Указ. соч.
17. Дилео Дж. Указ. соч.
18. Венгер А. Л. Указ. соч.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой