Экономическая социология одного города: пространство Волгограда (исторические штрихи к портрету города)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ


Узнать стоимость новой

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

СОЦИОЛОГИЯ
УДК 316. 7 ББК С 5
Н. В. Дулина, Н. А. Овчар
ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ ОДНОГО ГОРОДА:
ПРОСТРАНСТВО ВОЛГОГРАДА (исторические штрихи к портрету города)
Волгоградский государственный технический университет E-mail: dulina@vstu. ru, onadine@mail. ru
В статье рассматриваются теоретические основания экономической социологии, которые позволяют исследовать городское пространство в рамках данной научной дисциплины, интегрируя познавательные возможности истории, экономики и социологии.
Ключевые слова: город, экономическая социология, социокультурное пространство города, городское пространство.
N. V. Dulina, N. A. Ovchar
ECONOMIC SOCIOLOGY OF A CITY: SPACE OF VOLGOGRAD (historical touches to the portrait of the city)
Volgograd State Technical University
The article discusses the theoretical basis of economic sociology that let you explore the urban space within this scientific discipline, integrating cognitive possibilities of history, economics and sociology.
Keywords: city, economic sociology, sociocultural space of the city, the urban space.
Экономическая социология сегодня — одна из ключевых отраслей социологического знания. Разброс причин, объясняющих данное обстоятельство, в научных публикациях достаточно велик (от процессов глобализации до процессов глокализации), что свидетельствует о сложности самого предмета исследования экономической социологии, невозможности свести его к какой-то единой причине. Этим же во многом объясняется и позднее появление самой экономической социологии как научной дисциплины.
Появилась экономическая социология в эпоху капитализма, который, как известно, отличается от прочих экономических систем тем, что подчиняет себе все общество, делает экономику действительным базисом общества. Экономическая социология — это наука, основной задачей которой является выработка социологического представления о том, как организована экономическая жизнь, как она социально струк-
турирована и как воспроизводится [25, с. 9]. Экономическая социология — это та предметная область, которая соединяет экономику и социологию. На основные категории и характеристики самой экономической социологии ранее уже обращалось внимание [10]. Однако для более глубокого понимания современных социальноэкономических систем (одной из которых является город) необходимо обратить внимание на следующее.
История развития человечества дает основания полагать, что вся социология (наука об обществе как целостной системе) — это в определенном смысле экономическая социология, более того, историческая социология хозяйства, «в смысле соединения истории материального (хозяйственного) мира и ее социологического осмысления. Важно помнить при этом, что экономика состоит не только из отношений людей — это явно будет мало для понимания экономики, — но и из вещественных (материаль-
ных) структур, в которых и разворачивается экономическое действие» [25, с. 8]. Следовательно, только интеграция социологического, исторического и экономического подходов может дать объективное представление о том, что же такое экономическая социология.
Подход к пониманию сущности экономической социологии на основе соединения истории, социологии и экономики в свое время был предложен классиком социологии М. Вебером. Не случайно одно из важнейших сочинений его жизни, изданное посмертно в 1921 г., называется «Хозяйство и общество». Затем идея интеграции трех дисциплин была продолжена в научных изысканиях К. Поланьи (самая известная его монография называется «Великая трансформация: политические и экономические истоки нашего времени», 1944 г.). В современной России такую точку зрения поддерживает и развивает «ленинградская школа» экономической социологии, которая с 1984 года базировалась на кафедре прикладной социологии экономического факультета Ленинградского государственного университета, и лидером которой был профессор В. Я. Ельмеев.
Следует заметить, что количество авторов, разделяющих подход, основанный на необходимости соединения истории, социологии и экономики для анализа различных типов поселения, в отечественной практике вполне достаточное (см., напр., [3, 7, 11, 12, 21, 22] и др.), чтобы он (подход) имел право на существование.
На сегодняшний день в экономической социологии хорошо представлены разнообразные области исследования — социология рынков, социология денег, социология потребления и т. д., но до сих пор нет экономической социологии города. Видимо, отчасти это можно объяснить сложностью самого феномена города.
В истории человечества город может считаться парадоксальным образованием. Он появляется в истории как феномен с четко очерченными границами в физическом пространстве, но с течением времени оказывается устроенным куда более сложно, чем можно было бы предположить в начале. Город является местом концентрации власти и капитала, источником духовного влияния и инноваций, локусом пересечения разнообразных потоков (транспортных, денежных, информационных и т. д.). Капитализм как экономическая система также шагнул в мир из города.
Вместе с тем город очень сложно устроен внутри себя, и наложение внутри одного города
друг на друга разных пространств является неисчерпаемым источником все новых и новых теорий и исследований. Необходимость в рамках экономической социологии анализа пространства города одновременно в трех системах координат (исторических, социологических и экономических) еще более усложняет объект исследования. Становится понятно, что экономика (хозяйственная жизнь) любого города (в том числе и Волгограда) никак не отделяется от его культуры и искусства, истории и географии, общества и политики. Без них всякая возможная привлекательность города как-то теряется, стремительно приближаясь к бесконечно малой величине.
И еще одно предварительное замечание. Как исходный принимается тезис, обозначенный выше: вся социология — это в определенном смысле экономическая социология, более того, историческая социология хозяйства, в смысле соединения истории материального (хозяйственного) мира и ее социологического осмысления. Для понимания специфики города необходимо понять, что приводит в движение его историю, выявить механизмы главных исторических процессов. При оценке человечества в целом специалисты утверждают: «единственное, что может претендовать на роль движущей пружины истории, — это рост численности человечества. Иными словами, нет никаких других явных претендентов на роль ключевой переменной в истории, то есть достоверно измеряемой величины, которая могла бы быть значимой на всем ее протяжении» [13, с. 27]. Иначе говоря, численность населения того или иного города (поселения) — это один из показателей, свидетельствующий о состоянии хозяйства. Изменение численности населения города — это своеобразный отклик на изменяющиеся объективные условия, в том числе и на принятые управленческие решения хозяйствующих субъектов.
Принятие мысли о том, что человек и есть движущая сила истории, ее пружина, приводит к очень важному выводу: в основе решения проблем развития города должна лежать не доминирующая в настоящее время формула «город — в нем человек», а формула «человек — для него город» [23, с. 120].
Как же изменялась численность населения нашего города от момента его (города) зарождения до наших дней? Множество статистических данных, которые можно обнаружить в сборниках, на официальном сайте федераль-
ной службы государственной статистики или администрации региона вряд ли что-то значимое скажут об экономическом характере города, если не понимать масштаб измерений в исторических и социальных координатах. Попытки обозначить особенности Волгограда уже неоднократно предпринимались (см., напр., [8] и др.). Строго говоря, надо понять жителей города — кто они- откуда пришли и зачем- чего ждут от города- какие надежды связывают с ним? Тогда станет понятно, почему Волгоград и его жители сегодня живут так, а не иначе, и какое будущее у этого города-воина. Но следует иметь в виду, что хороший портрет отличает не фотографическое сходство (в данном случае точность статистических данных), а прежде всего идея, замысел автора, художника. Задача перед художником стоит сложная — не только самому увидеть, но уметь выделить, сделать понятными и доступными другим те особые черты, которые точно передают характер изображаемого объекта (человека, города и т. д.).
По данным федеральной службы государственной статистики на 1 января 2013 года, в городе проживало 1 018 830 человек (Волгоград -один из пятнадцати городов-миллиоников страны). На момент появления города Царицына в нем пребывало (не проживало, а именно пребывало) до полусотни стрельцов. Если же попытаться представить изменение численности населения города по годам, используя разные источники — от печатных до интернет-ресурсов (см., напр., [4−7, 15, 18−20] и др.), то получится следующая картина (см. табл.). Следует заметить, что историческая правда не всегда совпадает — разные источники приводят разные данные. Все зависит от того, кто и как считал, и насколько достоверны и объективны сами источники информации. Кроме того, следует иметь в виду, что официально по единой методике «Первая Всеобщая перепись населения Российской Империи» была проведена в 1897 году, была она однодневная, метод проведения: в городах — самоисчисление- на селе — опрос [14, с. 482]. А до этого (как, впрочем, порой, и сейчас), как умели, так и считали. Где-то посчитали верным считать только жителей: «В 1799 г. по свидетельству Георги, в городе было жителей, кроме казаков и милиции -1130» (см., напр., [15, с. 447] и др.), где-то сочли верным посчитать численность жителей, «включая населенные пункты, подчиненные администрации города» (см., напр., [5, с. 13] и др.), и т. д.
Необходимо напомнить, что в рамках рассуждений более важным представляется не подсчет абсолютных величин с точностью до тридцать пятого знака после запятой, а необходимость установить устойчивость фактов и постоянство их изменения как таковых, что дает возможность зафиксировать правило. Как отмечал М. Хайдеггер, «постоянство изменения, взятое в необходимости его протекания, есть закон».
Как свидетельствуют данные, приведенные в таблице, в эволюции города есть плавные и периоды скачкообразного увеличения численности жителей, есть и явные провалы. Комментарий некоторых из них.
История города начинается в годы укрепления и расцвета централизованного Российского государства, когда появилась необходимость обезопасить торговые и дипломатические пути по Волге — они были постоянно под угрозой крымчан и воровских ватажек. На это все время сетовали купцы и дипломаты, которые плыли из кавказских и восточных стран в Московское царство. Древняя летопись повествует, что к XVI веку запустевшая за время татарской неволи «русская земля освободися от ярма… нача обновлятися, яко от зимы и на тихую весну прилагатися» [19, с. 21]. Построенный в низовом Поволжье, вдали от внутренней России, и окруженный степными кочевниками, город долгое время был одним из самых важных стратегических пунктов, но и сам он (город) постоянно подвергался опасностям.
Численность населения Царицына — Сталинграда -Волгограда по годам, тыс. жителей
Год N Год N Год N
1636 0,4 1902 67,7 1986 981
1799 1,130 1914 100,8 1989 998,9
1811 3,8 1920 88,871 1992 1005
1840 4,4 1923 106,5 1996 1003,3
1847 4,805 1926 153,5 1998 1003
1856 7,2 1931 304,1 2000 993,4
1860 7,027 1939 445 2001 987,1
1861 6,7 1956 525 2003 1011,4
1863 8,4 1959 539,8 2005 999,1
1873 13,932 1962 649 2006 991,6
1880 26,976 1967 742 2007 986,4
1888 35,733 1970 817,6 2008 983,9
1889 37,526 1973 869 2010 979,6
1892 40,447 1976 900 2011 1021,2
1897 55,97 1979 928,7 2012 1018,7
1898 56,454 1982 956 2013 1018,83
Сторожевым (или городом-крепостью) Царицын оставался на протяжении всей своей истории — начиная с первых дней своего существования и почти вплоть до начала XIX века, когда, утратив значение военного города, он начал развиваться в торгово-промышленном отношении. Это развитие пошло особенно быстро со времени крестьянской реформы (1861 г.), с учреждением на Волге пароходства и с проведением железных дорог [15, с. 447]. Правда, уже в XX веке история, сделав очередной виток, повторилась, напомнив, что это все-таки город-крепость.
Уже с 1555 г., по указу Ивана Грозного, на острове, против устья реки Царицы, стали устраивать ежегодный караул. Стрельцы, военные люди приходили сюда из Астрахани или с воронежской засечной линии. Это отметил в 1579 г. англичанин Х. Барро: «на острове, названном Царицыном, русский царь держит в летнее время отряд из 50 стрельцов для охраны дороги» (см.: [15, с. 428]). «По основании крепости первые населенцы Царицына были казанцы и назывались пушкарями, казаками конными и пешими, а после некоторые из них названы бобылями, а далее купцами и мещанами. По взятии Азова несколько семейств из него переведены в Царицын» [15, с. 448].
В 1589 г. по указу царя Федора Ивановича воеводе Г. О. Засекину, там, где Волга наиболее близко подходила к Дону, на месте Переволоки, была построена деревянная Царицынская сторожевая крепость, которая и стала основой будущего города. Однако во время разливов Волги крепость оказывалась не боеспособной. Об уровне воды в Волге во время разлива можно судить по свидетельствам очевидцев: «Царицын разделяется на две части речкою Царицею, или лучше сказать оврагом, по дну которого протекает эта речка- в полую воду овраг бывает полон воды и через него переезжают на лодках, в межень он высыхает» [15, с. 427]. Поэтому после смутного времени начала XVII в., когда крепость была сожжена, ее решили перенести на крутой правый берег. Это, как полагают историки, могло произойти в 1615 г. при воеводе Михаиле Соловцове. Он стратегически правильно выбрал новое место для Царицынской крепости. Воевода учел, что теперь она будет хорошо защищена от степняков со всех сторон крутыми обрывами к Волге, к реке Царице и глубоким оврагом с западной стороны. Со стен крепости открывался далекий обзор степи и течения Волги. Анализ исторических
документов и научных публикаций (см. напр., [15, 17, 19, 20] и др.) свидетельствует, что город еще очень долго оставался сторожевой крепостью, видел Степана Разина и Емельяна Пугачева, А. В. Суворова, Петра I. Принимал город беглых крестьян и раскольников, которых в первой половине XVIII века было особенно много.
В рамках рассуждений авторы предлагают обратить внимание на другое. Если в дореформенный период, с 1802 по 1861 год, ежегодный прирост городского населения составлял в среднем 53 человека в год, то в пореформенный период, с 1862 по 1913 год, он составил 2495 человек в год. Население Царицына за период с 1861 по 1900 годы увеличилось почти в 17 раз! Быстрый рост населения происходил благодаря притоку рабочей силы в промышленность и на транспорт. По переписи 1897 года в городе проживало местных уроженцев 20 188 (36,6%), а приехавших их других мест на постоянное жительство — 34 998 человек (63,4%). Почти две трети населения Царицына составляли переселившиеся из других мест страны. В 1913 году в России городов с населением 100 тыс. человек было меньше трех десятков (29), Царицын входил в это число [16, с. 39].
И таких точек резкого увеличения численности жителей города можно обнаружить несколько, словно подтверждая однажды сказанное: «. быстрым ростом город обязан своему счастливому географическому положению на берегу низовой Волги, в месте соединения ее через посредством железных дорог с Доном и внутренними губерниями. Здесь образовался перегрузочный пункт.» [15, с. 447]. При этом резкое увеличение количества жителей всякий раз обеспечивалось за счет приезжих, за счет миграции. Однако нарастает ощущение, что все больше становится людей, которым не нравится жить в этом городе (см., напр., [2]). Неоднократно говорилось о том, что население Волгограда — это сложный конгломерат национальностей, культурных традиций, образов жизни. Сегодняшний волгоградец (особенно волгоградец старшего поколения) — это, как правило, горожанин в первом или втором поколении, приехавший в город из сельской местности в послевоенный период, во время строительства Волжской ГЭС или после распада СССР.
БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
1. Алексеева-Бескина, Т. И. Саморазвивающаяся система города и константы переходных процессов урбогене-за / Т. И. Алексеева-Бескина // Город в процессах истори-
ческих переходов. Теоретические аспекты и социокультурные характеристики. — М.: Наука, 2001. — С. 71−162.
2. Андреева, О. Челябинское величие: Большой город в поисках места на карте. Рейтинг городов — 2012 / О. Андреева // Русский репортер. — 2012. — 31 мая — 7 июня. — С. 20−28.
3. Веселов, Ю. В. Экономическая социология одного города: пространство Петербурга / Ю. В. Веселов // Журнал социологии и социальной антропологии. — 2009. — Том XII. — № 2. — С. 153−185.
4. География России: энциклопедический словарь / гл. ред. А. П. Горкин. — М.: Большая Российская энциклопедия, 1998. — С. 115−118.
5. Города и районы Волгоградской области — 2008 / Статистическое обозрение. — Волгоград: Территориальный орган Федеральной службы Государственной статистики по Волгоградской области, 2009. — 209 с.
6. Города России: энциклопедия / гл. ред. Г. М. Лаппо. -М.: Большая Российская энциклопедия, 1994. — С. 81−85.
7. Дулина, Н. В. Город в трансформирующемся обществе: методология и практика исследования / Н. В. Дулина- под общ. ред. З. Т. Голенковой / Волгогр. гос. техн. ун-т. — Волгоград: Волгоградское научное издательство, 2006. — 387 с.
8. Дулина, Н. В. Волгоград. Град обреченный… (К вопросу о необходимости сохранения прошлого для обретения будущего) / Н. В. Дулина, Н. А. Овчар // Ученые записки Таврического национального университета им. В. И. Вернадского. Серия «Философия. Культурология. Политология. Социология». — 2012. — № 4. — Т. 24(65). — С. 207−213.
9. Дулина, Н. В. Прикладное социологическое исследование как социальная технология / Н. В. Дулина, Н. А. Овчар // Известия ВолгГТУ: межвуз. сб. науч. ст. № 7(67) / ВолгГТУ. — Волгоград, 2010. — С. 47−51.
10. Дулина, Н. В. Экономическая социология: от истории к определению основных понятий / Н. В. Дулина, Н. А. Овчар // Известия ВолгГТУ: межвуз. сб. науч. ст. № 8(95) / ВолгГТУ. — Волгоград, 2012. — С. 87−91.
11. Каргаполова, Е. В. Социокультурный портрет Астраханской области: опыт социологического, экономического и политического анализа: монография / Е. В. Карга-полова, А. Ю. Арясова, Т. Ю. Гречкина, Л. А. Лебединце-ва, Ю. И. Убогович. — Волгоград: Волгоградское научное издательство, 2010. — 307 с.
12. Каргаполова, Е. В. Тридцатый регион: потенциал социального развития / Е. В. Каргаполова- под общ. на-учн. ред. Н. В. Дулиной. — Волгоград: Волгоградское научное издательство, 2011. — 376 с.
13. Малинецкий, Г. Выбор стратегии / Г. Малинецкий // Компьютерра. — 2003. — № ЗВ (З1З). — С. 2З-З1.
14. Медков, В. М. Демография: учебник / В. М. Мед-ков. — М.: ИНФРА-М, 2004. — Зб7 с.
1З. Минх, А. Н. Историко-географический словарь Саратовской губернии: Южные уезды Царицынский и Камышинский. Современная версия / под ред. И. О. Тюмен-цева- ФГОУ ВПО «Волгоградская академия государственной службы». — Волгоград: Изд-во ФГОУ ВПО ВАГС, 2010. — 568 с. — (Историко-культурное наследие Волгоградской области).
16. Мир и россияне в XX веке (Мир. Россия. Волгоград): учебная книга по истории / под общ. ред. Г. В. Орлова. — 2-е изд., дон. — Волгоград: Комитет, но печати и информации, 1999. — 44S с.
17. Мир и россияне в XX веке: учебная книга по истории / нод общ. ред. Г. В. Орлова. — 3-е изд., дон. — Волгоград: ГУ «Издатель», 2001. — З44 с.
15. Народная энциклопедия «Мой город». Волгоград (Волгоградская область) / [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http: //www. mojgorod. ru/volgograd_obl/volgograd
19. Орлов, Г. В. История родного края: Волгоградский регион (1589−2007): учебная книга / Г. В. Орлов. — Волгоград: Издатель, 2007. — 2SS с.
20. Отечественная история: россияне в мировой цивилизации / нод общ. ред. Г. В. Орлова. — З-е изд., изм. и дон. — Волгоград: Издатель, 200З. — б24 с.
21. Каргаполова, Е. В. Современный российский регион: оценка состояния и тенденции развития: монография / Е. В. Карганолова, Д. П. Ануфриев, А. Ю. Арясова, Л. В. Боронина, Е. С. Дегтярева, Н. В. Дулина, С. В. Кар-гаполов, Н. А. Овчар, В. В. Токарев. — Волгоград: Волгоградское научное издательство, 2012. — ^ с.
22. Социокультурный портрет Тюменской области: коллективная монография / под ред. Г. Ф. Ромашкиной, В. А. Юдашкина. — Тюмень: Издательство Тюменского государственного университета, 2011. — ЗЗб с.
23. Тощенко, Ж. Т. Социология: общий курс / Ж. Т. То-щенко. — 2-е изд., дон. и нерераб. — М.: Юрайт-М, 2001. -З27 с.
24. Хайдеггер, М. Время картины мира // Время и бытие. Статьи и Выступления / М. Xайдеггер- нер с нем. -М.: Республика, 1993. — С. 41-б2.
2З. Веселов, Ю. В. Экономическая социология: теория и история / Ю. В. Веселов, Е. В. Капусткина [и др.] - нод ред. Ю. В. Веселова и А. Л. Кашина. — СПб.: Нестор-Ис-тория, 2012. — 7б0 с.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой