Современные тенденции произнесения фрикативных согласных в британском варианте английского языка

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 81'-355=111 Ю. Л. Герасимова
соискатель каф. фонетики английского языка ФГПН МГЛУ- e-mail: julleoger@mail. ru
СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ПРОИЗНЕСЕНИЯ ФРИКАТИВНЫХ СОГЛАСНЫХ В БРИТАНСКОМ ВАРИАНТЕ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА
В статье рассматриваются некоторые современные тенденции произнесения согласных в английском языке, в частности анализируются особенности щелевых фрикативных согласных в речи мужчин — носителей произносительного стандарта (Received Pronunciation). Предлагается теоретическое и практическое обоснование обнаруженных тенденций в звучании щелевых фрикативных согласных в слитной речи.
Ключевые слова: акустика- спектр звука- щелевой фрикативный согласный- коартикуляция- оглушение- элизия.
Guerassimova Ju. L.
Postgraduate Student, Department of English Phonetics, Faculty of Humanities and Applied Sciences, MSLU- e-mail: julleoger@mail. ru
PRESENT-DAY TENDENCIES OF FRICATIVE CONSONANTS PRONUNCIATION IN BRITISH ENGLISH
The present study investigates some modern English pronunciation tendencies and focuses on peculiarities of noise fricative sounds in RP native male speech. Both a theoretical background and some acoustic data on the fricative sounds under analysis are presented.
Key words: acoustics- sound spectrum- fricative noise consonant- coarticulation- devoicing- elision.
В последние десятилетия как отечественные, так и зарубежные лингвисты уделяют большое внимание происходящим в языке изменениям — главным образом потому, что речь молодежи заметно отличается от привычной «корректной» речи людей старшего возраста с высшим образованием, олицетворяющих собой эталон, на который принято равняться. Изменения отмечаются на всех речевых уровнях -лексическом, грамматическом, — но более всего заметны на фонетическом уровне и, безусловно, оказывают влияние на состояние его произносительной нормы [6].
Язык служит в первую очередь средством общения, главными задачами которого являются обеспечение полного взаимопонимания между членами данного сообщества и консолидации говорящего на нем населения. Этой задаче, несомненно, служит относительная стабильность и неизменность языковой системы. По справедливому замечанию российского лингвиста М. В. Панова «общение состоится, если все говорящие имеют одну и ту же знаковую систему, и чем ее одинаковость выше, тем лучше для общения» [7, с. 41].
Из определения нормы, данного в Лингвистическом энциклопедическом словаре под редакцией В. Н. Ярцевой, следует, что «норма — это не только относительно стабильный … но и значительно дифференцированный комплекс языковых средств, предполагающий сохранение целого ряда вариантов.» [4, с. 337]. Таким образом, не следует воспринимать язык как нечто постоянное, устойчивое, стабильное и неизменное, и языковая вариативность является лучшим тому подтверждением.
В языке обнаруживается действие двух противоборствующих сил: с одной стороны, стремление к сохранению и целостности существующей системы, с другой — к преобразованию и обновлению ее инвентаря. С точки зрения философии позитивизма система остается до тех пор неизменной и стабильной, пока она способна давать ответы на заданные ей извне вопросы, как только это условие оказывается неудовлетворительным, на смену существующей системе приходит новая. Данное явление отчетливо наблюдается на примере языковой системы, и особенно ярко это отражается на ее произносительном уровне1.
Источником многих изменений, как показывает история, часто оказывается не относящееся к привилегированным слоям население (например, безэрный тип произношения до XVIII в. не был характерен принятому стандартному произношению, а, скорее, являлся чертой кокни) [28]. На определенном этапе эволюции языковой системы данный признак укоренился в качестве нормативного и позже был кодифицирован в произносительных словарях. Подобным образом изменения, происходящие в современном разговорном английском языке, как th-fronting (продвижение вперед /9/, результатом которого оказывается смена межзубного (дентального) губно-зубным /f в начальной и конечной позициях, например в словах thin, bath) — dh-fronting (замена
1 Примером может служить изменение состава согласных в ранненовоан-глийский период (XVII-XVIII вв.) — возникновение новой фонемы /3/ - как звонкого коррелята /J7 [2, с. 90].
звонкого /9/ губно-зубным /v/, особенно в срединной интервокальной позиции, например в словах mother, brother, bother) — dh-stopping1 (характерная черта кокни, правда, по мнению Уэллза, находящаяся на стадии вымирания) [21] и некоторые другие «отклонения от нормы» могут отразиться на состоянии консонантной системы английского языка.
Следует отметить, что весьма затруднительно с точностью указать причины подобных преобразований, так как они находятся под воздействием как интра-, так и экстралингвистических факторов. С одной стороны, по мнению А. Мартине, лингвистические изменения происходят в результате стремления к экономии усилий. С данным тезисом перекликается убеждение Е. Д. Поливанова, что причиной изменения оказывается «человеческая лень», а также общее изменение темпа и ритма жизни, что неизменно сказывается на качестве речи, причем социальная мобильность играет здесь немаловажную роль. С другой стороны (в качестве внутриязыковых факторов), лингвисты рассматривают изменение состава различительных признаков фонемы, снижение фонемной нагрузки в речевом потоке и, как следствие, ее постепенное исчезновение [5- 8]2.
Ученые полагают, что фонема представляет собой некий код, в рамках которого располагаются акустические варианты данной фонемы, — аллофоны, причем эта вариативность определяется ее положением в связной речи, т. е. обусловлена контекстом, в котором та или иная фонема употребляется. Многие исследования речевого потока сводились к тому, что при говорении производимые звуки как бы перекрывают друг друга. Речь идет о коартикуляции (coarticulation) -неотъемлемой части звучащей речи. Как правило, мы воспроизводим звуки достаточно быстро и практически параллельно, иначе нам потребовалось бы больше времени и усилий на проговаривание одного звука и на переход к артикуляции другого [18, с. 3].
В произнесении любого звука, в частности фрикативного (проточного), выделяют три стадии [1, с. 56- 16, с. 9]. Первая стадия — экскурсия (onset phase) — сопровождается движением активного артикулятора в направлении пассивного органа, причем активный орган (например, язык) может принимать определенную форму, нужную для произнесения того
1 Речь идет о замене зубных фрикативных /9/, /9/ зубными вариантами смычных /t/, /d/ соответственно [14, с. 175].
2 См. также [7].
или иного звука, например образовывать желобок посередине языка для /s/ или становиться чашеобразным (вогнутым) для /J7. Вторая стадия -выдержка (medial phase), во время которой артикуляторы фиксируются в некотором положении. Третья стадия — рекурсия (offset phase), в течение которой после прохождения воздушной струи артикуляторы расходятся и занимают положение, необходимое для произнесения следующего звука, либо возвращаются в исходное состояние. В связной речи подобное движение артикулирующих органов происходит постоянно, и переходы одних произносительных движений к другим практически невозможно разграничить: это не изолированные звуки, а определенная звуковая последовательность, в которой одни артикуляционные жесты подстраиваются под другие [11, с. 28].
Исследователи полагают, что одной из возможных причин коар-тикуляции является принцип наименьшего усилия. С одной стороны, задача говорящего состоит в быстрой и эффективной передаче определенной информации слушающему, а с другой — в сохранении точности артикуляции, достаточной для совершения коммуникации. Другая вероятная причина кроется в двигательных возможностях некоторых артикуляторов, например назализация гласных является следствием их соседства с носовыми согласными и объясняется малоподвижностью мягкого нёба, которое в таких словах, как moon, moan, noon, nan1 и др., остается опущенным, не успевая подняться после произнесения носового и сохраняя это положение для артикуляции следующего за гласным другого носового2 [1, с. 94−100- 27, с. 23].
Как правило, выделяют два вида коартикуляции — инерционную и упреждающую. В первом случае предшествующий звук влияет на последующий. Например, в словах sweat, fry, thwart это может проявляться в потере звонкости аппроксимантов 7w7, /г/ под влиянием глухих щелевых /s/, /f/, /9/ или же в сдвиге места артикуляции одного звука под влиянием другого в таких словах, как thread, thrift, вместо заальвеолярного варианта произносится альвеолярный /г/ под влиянием дентального /9/ [1- 17]. Правда, для английского языка больше
1 Ср., например, в слове mad назальность затрагивает рекурсию и частично выдержку гласного [27, с. 45−46].
2 Здесь, возможно, и происходит перекрытие каждого из трех этапов произнесения звука: рекурсия первого носового согласного перекрывается экскурсией следующего за ним гласного, а экскурсия конечного согласного накладывается на рекурсию предыдущего гласного.
характерен упреждающий тип коартикуляции, суть которого состоит во влиянии последующего звука на предыдущий. Примером упреждающей коартикуляции может служить оглушение звонких щелевых под влиянием следующего за ним глухого смычного /t/ в сочетаниях I have to, he just seemsto know- в сочетании with thanks — замещение звонкого зубного щелевого /9/ глухим его вариантом /9/ [17, с. 299−300].
Следует отметить, что данная тенденция в целом характерна для британского стандартного произношения и затрагивает, в частности, позиции фрикативных согласных на стыке или при скоплении согласных в слове. Так, при быстром темпе речи происходит ассимиляция зубных щелевых /9, 9/ с альвеолярными щелевыми /s, z/ в таких словосочетаниях, как I loathe swimming /ai '-lauz vswimip/, Is there ['-iz za]. Другим примером зависимости согласных от фонетического контекста является смещение места артикуляции альвеолярного свистящего /s, z/ в сторону альвеолярно-палатального шипящего /J& quot-, 3/ соответственно: в словосочетаниях nice shoes, cruise ship. Возможной причиной перехода /s/ & gt- /J7 в словах s/j/trawberries, s/j/tring, s/J/train является заальвеолярный характер /г/, который «сдвигает» место артикуляции /s/ [17, с. 196, 199, 302].
В современной разговорной речи часто происходит слияние сибилянтов /s, z/ с /j/, что приводит к возникновению альвеолярно-палатальных щелевых /J& quot-, 3/ вместо свистящих, а степень фрикации в этом случае оказывается более продолжительной, например: accuse you, miss you [17]1.
Элизию также считают одним из случаев коартикуляции, которая заключается в выпадении одного или более звуков, особенно на стыке согласных при быстром темпе речи, например в словах months /mAns/, clothes /klauz/ происходит выпадение дентальных /9, 9/2. Опущение /h/ в начальной позиции в таких словах, как hammer /'-жтэ/ вместо /Ъжтэ/, herb /з: Ъ/ вместо /Ьз: Ъ/, historic [i'-storik] вместо [hi'-storik], hotel [au'-tel] вместо [hau'-tel], по мнению К. Мэйр (Ch. Mair), на данном этапе развития языка вполне закономерно и связано с ослаблением фонетической нагрузки, а сохранение его в языке — одна из черт, которая отличает
1 Произношение, правда, не всегда зависит от темпа речи и от условий коммуникации, а, скорее, является результатом случайного проявления того или иного коартикуляционного процесса, ср.: [17, с. 310].
2 Некоторые исследователи полагают, что происходит не выпадение /9/, /9/, а, скорее, сдвиг места их артикуляции к соответствующим /s/, /z/ в результате ассимиляции в безударной позиции [17, с. 196].
речь представителей привилегированного сословия от просторечия [23, с. 159]. Согласно опросу, проведенному в 1998 г. и зафиксированному Дж. С. Уэллзом в Longman Pronunciation Dictionary, 94% населения не опускает /h/. Исключение составляют случаи, в которых слову с /h/ в инициальной позиции предшествует неопределенный артикль an [22, с. 362]. Как справедливо отмечает К. С. Куликова, данный процесс не противоречит фонотактическим правилам английского языка, что свидетельствует о его естественности. Причем элизия /h/ объясняется не только фонетическим окружением, но и желанием говорящего «избежать речевой избыточности» [1, с. 102−103- 17, с. 196- 3, с. 103−113].
Разнообразие произносительных вариантов согласных во многом объясняется, как уже отмечалось ранее, качеством соседствующего с ними гласного (переднего или заднего ряда), влияние которого оказывается настолько большим, что может произойти сдвиг места их артикуляции. Таким образом, во время произнесения согласный, в частности щелевой, после которого следует заднеязычный или переднеязычный гласный, сдвигается вперед или отодвигается назад (zoo — zeal, soon -seen, shoe — sheen). Поэтому при исследовании звуковой волны целесообразно рассматривать ту ее часть, которая находится вне контекстуального влияния, а именно, стадию выдержки (срединную часть) звукового сигнала, а не переходный период (transitional period) от согласного к следующему за ним гласному [18, с. 3, 22, 9, с. 38- 16, с. 81].
Традиционно английские щелевые согласные описываются с точки зрения места их артикуляции и работы голосовых связок. Механизм образования фрикативных согласных заключается в сближении активного и пассивного органов речи, в последующем образовании щели (сужения), сквозь которую проходит воздушная струя. Щель, являющаяся источником возникновения шумового компонента проточных согласных, может быть между [11- 17- 16- 19- 20- 26]:
— верхними зубами и нижней губой (губно-зубные /f/, /v/), причем воздушная струя проходит также между зубами верхней челюсти-
— языком и зубами1 (зубные /9/, /9/) —
1 При произнесении /9/, /9/ язык либо приближается к верхним зубам, либо оказывается между зубами верхней и нижней челюсти (отсюда и название «межзубный»). Последний вариант больше характерен для американского варианта произношения английского языка. Причем, по мнению П. Стре-венса (P. Strevens), на качество звука влияет и форма зубов [26, с. 134].
— языком и альвеолами (альвеолярные /s/, /z/) —
— языком и границей альвеол с твердым нёбом (альвеолярно-палатальные /J/, /3/) —
— суженными голосовыми связками [h]1.
У шумных проточных согласных качество образуемой щели может быть различным в зависимости от: места их образования- степени сближения артикуляторов- области, «охваченной» сужением- формой щели (круглощелевые /s, z/ и плоскощелевые /f, v, 9, 9, J, 3, h/) [1, с. 66- 12, с. 33−37- 26, с. 132]. Данные параметры оказывают значительное влияние на качество слышимого нами звука, причем его вариации являются следствием не только физиологических особенностей человеческого организма (например, длины голосового тракта, его ширины, что, в свою очередь, вызывает различие по гендерному признаку), но и связаны с аэродинамической характеристикой его полостей [10- 19]. Отличительной чертой фрикативных как подкласса согласных является наличие шумового компонента (sustained noisy signal). Спектр фрикативного шума определяется местом сужения и объемом и формой полостей, лежащих до и после щели. В связи с этим весьма справедливо деление фрикативных, предложенное К. Шейдл (Ch. Shadle), на «obstacle fricatives» (фрикативные с преградой) и «non-obstacle fricatives» (фрикативные вне преграды) [24]. Примером первых являются сибилянты /s/, /z/, /J& quot-/, /3/, в которых возникновение фрикативного шума связано с тем, что воздушная струя на большой скорости ударяется о преграду (верхние зубы), лежащую перед местом сужения, которая (струя) затем «продавливается» сквозь щель, образуемую артикуляторами. Это объясняет значительную интенсивность фрикативного шума и его концентрацию на более высоких частотах спектра. Так, для альвеолярных /s/, /z/ характерно расположение шумового компонента в рамках 3600−8000 Гц, для палатально-альвеолярных — 2000−7000 Гц [17, с. 190−191- 18, с. 99−105]. Амплитудные показатели спектра щелевых /s/, /z/ выше, чем у /J/, /3/, так как, во-первых, у /s/, /z/ длина голосового тракта, по которому проходит воздушная струя, длиннее,
1 Природа звука /h/ неоднозначна: некоторую сложность вызывает определение места возникновения вихрей в воздушной струе. Некоторые исследователи полагают, что источником является ларинкс, другие же указывают на то, что воздушный поток проходит по всему суженному голосовому тракту [26].
а резонирующая полость, лежащая после сужения, короче, чем у щелевых 7J7, 7з7, что и приводит к высоким показателям интенсивности свистящих сибилянтов. В щелевых согласных второго типа (non-obstacle), таких как 797, 757 и 7f7, 7v7, возникновение шумового компонента относится к месту максимального сближения артикуля-торов и характеризуется более равномерным его распределением на спектре — 1400−8000 Гц — для 797, 757 и 1500−7000 Гц — для 7f7, 7W [17- 18]. Диффузность спектральной картины зубных и губно-зубных фрикативных согласных объясняется отсутствием резонирующей полости. По акустическим же характеристикам они довольно схожи между собой (ср.: рис. 1−4)1, поэтому неудивительно, что в лондонском просторечии (popular London Speech) обнаруживается тенденция заменять зубные губно-зубными, например в слове throw [frau] вместо [Grau], something ['-sAmfig] вместо ['-элшвщ] [17, с. 196].
Тем не менее в произносительном стандарте английского языка (Received Pronunciation) особенностей артикуляции губно-зубных щелевых не наблюдается2, пожалуй, за исключением их оглушения в абсолютном конце слова перед глухим согласным следующего слова (например, have to, prove to, cease to) либо их полной элизии в словах, находящихся в безударном положении (should have done [|ud av dлn]). Правда, во фразе she s gorgeous и в словосочетании save [seif] the libraries происходит оглушение фрикативных 7z7 и 7v7 несмотря на следующие за ними звонкие согласные 7g7 и 757, однако звонкость 7z7 сохраняется во фразе she'-s looking. В словосочетании improve it полнозвучность звонкого фрикативного 7v7 сохраняется, так как она поддерживается гласной в начале следующего слова. По мнению П. Ладефогеда и К. Джонсона, в абсолютном конце качество звонкого фрикативного изменяется на последней стадии своего звучания, например, в словах ooze, maze на стадии рекурсии сибилянт 7z7 слышится как глухой его коррелят — 7s7 [20, с. 66].
1 Здесь и далее для исследования были использованы записи монологической спонтанной речи Shoo Rayner (www. youtube. com), Luke Thompson (www. teacherluke. co. uk), проанализированные с помощью программы Praat.
2 В некоторых областях Англии, в частности на юго-востоке, замещение /f/ звонким коррелятом в таких словах, как fox, family, объясняется историей развития английского языка.
0. 163 092 219 0. 281 337 198
0. 5061
Time (s)
Рис. 1. Спектрограмма фразы It'-s a future (границы спектра фрикативного звука /f/ обозначены пунктирными линиями, длительность звучания /f/ = 0,114 с)
0. 483 363 577 0. 142 917 968
104
0. 461
Time (s)
Рис. 2. Спектрограмма фразы you'-re feeling (границы спектра фрикативного звука /f/ обозначены пунктирными линиями, длительность звучания /f/ = 0,097 с)
0
0
0
0. 866 787 311 0. 231 097 089
Time (s)
Рис 3. Спектрограмма слова authorities (границы звучания фрикативного /9/ обозначены пунктирными линиями, длительность звучания /9/ составляет = 0,143 с)
Time (s)
Рис. 4. Спектрограмма Instinctively you think (границы звучания фрикативного /9/ обозначены пунктирными линиями, длительность звучания /9/ составляет = 0,097 с)
Немаловажным представляется деление фрикативных согласных на «звонкий / глухой» (подобная дифференциация согласных связана с работой голосовых связок). Как было доказано М. А. Дерр (М. А. Бегг) и Д. Массаро (Б. МаББаго), фрикативный шум глухого согласного превосходит его длительность у звонкого коррелята и составляет примерно от 200 до 380 мс. Длительность же звучания звонкого коррелята — от 100 до 180 мс (причем длительность глухого /б/, вне зависимости от его позиции в слове — начальной или конечной, -превосходит этот параметр у /г/)1- на длительность шумного согласного влияет частота основного тона предшествующей гласной, а с ее изменением меняется и длительность самого согласного [15, с. 52].
Интересно, что спектры одного и того же фрикативного согласного у разных информантов могут сильно отличаться друг от друга, что, в свою очередь, осложняет объективное представление его акустических характеристик, а выведение среднестатистических формантных показателей данного фрикативного согласного становится довольно сложным2. Поэтому неудивительно, что представленные в статье данные спектрограмм фрикативных согласных несколько отличаются от результатов М. Дерр и Д. Массаро. Причина, скорее всего, заключается в том, что в основном изучение звуков, в частности фрикативных, базируется на изолированно прочитанных списках слов (например, [15- 24- 25- 26]), а «живая» речь как таковая остается за рамками исследований. Материалом для акустического исследования в данной статье послужили видеозаписи высокого разрешения спонтанной монологической речи двух мужчин среднего возраста (40−60 лет). Отбор осуществлялся в соответствии с определением их как носителей общепринятого стандарта английского языка (ЯР). В данной статье внимание сосредоточено на анализе фрикативных согласных (звонких и глухих) в монологической спонтанной речи, главным образом, с точки зрения длительности и степени звонкости их звучания. Так, максимальная длительность фрикативного согласного /б/ в интервокальном положении в предударной позиции оказалась равной ~ 0,159 с, а минимальная продолжительность его звучания составила — 0,106 с (см. рис. 5−9).
1 См. [15, с. 51- 17, с. 189−190].
2 Ср. [24- 25].
0. 326 480 498 0. 485 692 746

0 0. 706
Time (s)
Рис. 5. Спектрограмма слова messy
(границы спектра глухого фрикативного звука /s/ обозначены пунктирными
линиями, продолжительность звучания /s/ = 0,159 с)
0,90 447 822 0,232 353 774 104
& gt-, о Я
3
0 0. 9979
Time (s)
Рис. 6. Спектрограмма слова decide (границы спектра глухого фрикативного звука /s/ обозначены пунктирными линиями, продолжительность звучания /s/ = 0,142 с)
0
0. 806 024 823 0. 21 056 324
Time (s)
Рис. 7. Спектрограмма слова discussion (границы спектра глухого фрикативного звука /s/ обозначены пунктирными линиями, продолжительность звучания /s/ = 0,130 с)
0,1 354 613 0,2 827 581
Time (s)
Рис. 8. Спектрограмма слова instinctively (границы спектра глухого фрикативного звука /s/ обозначены пунктирными линиями, продолжительность звучания /s/ = 0,147 с)
0,901 165 0,1 966 159
104 I I
Time (s)
Рис. 9. Спектрограмма слова dislocated (спектр глухого фрикативного звука /s/ обозначен пунктирными линиями, продолжительность звучания /s/ = 0,107 с)
0. 326 017 182 0. 508 888 869
Time (s)
Рис. 10. Спектрограмма слова reason (границы спектра звонкого фрикативного звука /z/ обозначены пунктирными линиями, продолжительность звучания /z/ = 0,182 с)
0. 165 683 321 0. 259 964 562
Time (s)
Рис. 11. Спектрограмма слова teasy (границы спектра звонкого фрикативного звука /z/ обозначены пунктирными линиями,
продолжительность звучания /z/ = 0,094 с) 0,31 981 848 0,39 959 229
Time (s)
Рис. 12. Спектрограмма слова music (границы спектра звонкого фрикативного звука /z/ обозначены пунктирными линиями, продолжительность звучания /z/ = 0,080 с)
0,14 414 179 0,20 346 744
0−1-'--'--
0 0. 7122
Time (s)
Рис. 13. Спектрограмма слова husband (границы спектра звонкого фрикативного звука /z/ обозначены пунктирными линиями, продолжительность звучания /z/ = 0,059 с)
В отношении звонкого коррелята свистящего сибилянта в слове reason звучание /z/ удлиняется за счет следующего за ним носового сонанта /п/, при произнесении которого резонирует носовая полость, причем фрикативный шум звонкого фрикативного согласного не прекращается с экскурсией носового. Напротив, в словах teasy и music длительность звучания /z/ резко сокращается — примерно в два раза (см. рис. 10−13). Таким образом, зафиксированная длительность звонкого /z/ составляет 0,182 мс, а минимальное его звучание — 0,059 с.
По справедливому замечанию Л. В. Щербы, звонкие согласные отличает более слабый ротовый шум: «Если во время произношения этих звуков приставить тыл руки ко рту, то окажется, что струя воздуха при глухих значительно энергичнее, чем при звонких» [13, с. 59−60]. При произнесении фрикативных согласных /f, 9, s, J7 мускульное напряжение гораздо выше и сила выталкиваемой воздушной струи больше, чем при артикуляции их звонких коррелятов — /v, 9, z, 3/ (соответственно выделяют сильные и слабые по силе артикуляции). Звонкие шумные, как было указано выше, отличает присутствие голосового тона за счет вибрации голосовых связок, хотя
в начальной и в конечной позициях они частично (а иногда и полностью) могут оглушаться в речевом потоке. По мнению Й. Ферхофе-на р& quot-. УегЬоеуеп) и др. [29, с. 2070], оглушение происходит в большей степени у тех согласных, место артикуляции которых находится в задней части ротовой полости, и в меньшей степени — в передней ее части. Таким образом, сначала оглушаются велярные согласные, затем альвеолярные и в самую последнюю очередь — губно-зубные. Скорее всего, чем дальше в ротовой полости расположено место фри-кации, тем быстрее происходит уравнивание давления, возникающего ниже и выше складок голосовой щели, что и объясняет меньшую тенденцию к оглушению звонких фрикативных /у/, /5/ по сравнению со звонким сибилянтом /г/.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Бурая Е. А., Галочкина И. Е., Шевченко Т. И. Фонетика современного английского языка. Теоретический курс. — 4-е изд. — М.: Издательский центр «Академия», 2014. — 288 с.
2. Иванова И. П., Чахоян Л. П. История английского языка: учебник. — М.: Высшая школа, 1976. — 319 с.: илл.
3. Куликова К. С. Вариативность структуры сочетаний согласных на стыках слов в английском языке (экспериментально-фонетическое исследование): дис. … канд. филол. наук. — М., 2011. — 175 с.
4. Лингвистический энциклопедический словарь / гл. ред. В. Н. Ярцева. -М.: Советская энциклопедия, 1990. — 685 с.: илл.
5. Мартине А. Механизмы фонетических изменений. Функция. Структура. Экономия. Просодия. Проблемы диахронической фонологии / пер. с фр. и предисл. А. А. Зализняка — под ред. и вступ. ст. В. А. Звегинцева. -2-е изд. — М.: КомКнига, 2006. — 264 с.
6. Медведева Т. В. Демократизация британского произносительного стандарта // Звучащая речь: теория и практика. — М.: МГЛУ, 2000. — С. 135 141. — (Сб. науч. тр. МГЛУ- вып. 453).
7. Панов М. В. О причинах фонетических изменений // Влияние социальных факторов на функционирование и развитие языка / отв. ред. Ю. Д. Деше-риев, Л. П. Крысин. — М., 1988. — С. 41−55.
8. Поливанов Е. Д. Лекции по введению в языкознание и общей фонетике / послесл. В. К. Журавлева и И. В. Журавлева. — 2-е изд., стереотип. — М.: Едиториал УРСС, 2004. — 112 с. — (Лингвистическое наследие XX века).
9. Потапова Р. К., Потапов В. В. Речевая коммуникация. От звука к высказыванию. — М.: Языки славянских культур, 2012. — 464 с.
10. Современные методы анализа звучащей речи / Шевченко Т. И. и др. — под общ. ред. Т. И. Шевченко: учеб. пособие для бакалавров, магистров, аспирантов, обучающихся по специальности направления «Лингвистика». — 2-е изд., испр. — Дубна: Феникс+, 2014. — 120 с.
11. Фланаган Дж. Л. Анализ, синтез и восприятие речи / пер. с англ. под ред. А. А. Пирогова. — М.: Связь, 1968. — 396 с.
12. Фонетика английского языка: Практический курс / Васильев В. А. и др. — под ред. Ж. Б. Верениновой. — М.: Высшая школа, 2009. — 373 с.: ил.
13. Щерба Л. В. Фонетика французского языка. Очерк французского произношения в сравнении с русским. — 4-е изд., испр. и расширенное. — М.: Изд-во лит-ры на иностранных языках, 1953. — 312 с.
14. Carr Ph. A Glossary of Phonology. — Edinburgh: Edinburgh University Press, 2008. — 206 p.
15. Derr M. A. & amp- Massaro D. W. The contribution of vowel duration, F0 contour, and frication duration as cues to the /juz/-/jus/ distinction // Perception & amp- Psychophysics. — 1980. — Vol. 27 (1). — P. 51−59.
16. Docherty G. J. An experimental phonetic study of the timing of voicing in English obstruents: Ph.D. diss. — Edinburgh: University of Edinburgh, 1989. — 489 p.
17. Gimson'-s Pronunciation of English / revised by A. Cruttenden. — 7th ed. — London: Hodder Education, 2008. — 362 + xviii p.
18. Harrington J., Cassidy St. Techniques in Speech Acoustics. — Dordrecht: Kluwer Academic Publishers, 1999. — 320 p.
19. Ladefoged P. Phonetic Data Analysis. An Introduction to Fieldwork and Instrumental Techniques. — Oxford: Blachwell Publishing Ltd., 2011. — 196 p.
20. Ladefoged P., Johnson K. A Course in Phonetics. — 6th ed. — Boston: Wadsworth Cengage Learning, 2011. — 324 p.
21. Linguistic Innovators: The English of Adolescents in London / Kerswill P. et al. — Swindon: ESRC, 2007 [Электронный ресурс]. — Режим доступа: www. esrc. ac. uk
22. Longman Pronunciation Dictionary / Wells, J. C. — Harlow, Edinburgh Gate: Pearson Education Ltd., 2000. — 870 p.
23. Mair Ch. Twentieth-Century English. History, Variation and Standardization. — Cambridge: Cambridge University Press, 2006. — 244 p.
24. Shadle Ch. H. The Acoustics of Fricative Consonants: Ph.D. diss. — Massachusetts: Massachusetts Institute of Technology — Cambridge: Research Laboratory of Electronics, 1985. — 194 p.
25. Shadle Ch. H., Proctor M. I. & amp- Iskarous K. An MRI Study of the Effect of Vowel Context on English Fricatives // Acoustics'-08 Proceedings. Paris, June 29 — July 4, 2008. — P. 5101−5106.
26. Strevens P. Spectra of Fricative Noise in Human Speech // Acoustic Phonetics. A course of basic readings / ed. by D. B. Fry. — Cambridge: Cambridge University Press, 1976. — P. 133−150.
27. Tatham M. & amp- Morton K. Speech Production and Perception. — Hampshire: Palgrave Macmillan, 2006. — 326 p.
28. TrudgillP. The Historical Sociolinguistics of Elite Accent Change: on Why RP is not Disappearing // Studia Anglica Posnaniensia. — 2008. — # 44. — P. 1−12.
29. Verhoeven J., Hirson A. & amp- Basavaraj K. The Devoicing of Fricatives in Southern British English // Proceedings of the 17th International Congress of Phonetic Sciences. Hong Kong, 17−21 August 2011 / Lee, W. -S. (ed.). — 2011. — P. 2070−2073.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой