Супермаркет как модель современной культуры

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Культура и искусство


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

КУЛЬТУРОЛОГИЯ
УДК 791. 12(44):159. 964. 2
Н. О. Осипова
СУПЕРМАРКЕТ КАК МОДЕЛЬ СОВРЕМЕННОЙ КУЛЬТУРЫ
Статья рассматривает одну из тенденций глоба-лизационного процесса, связанную с интеграцией социально-экономических и культурных процессов в системе общества потребления. Представлены наиболее репрезентативные аспекты этой тенденции: с одной стороны, внедрение искусства в технологии супермаркетов, с другой — инкорпорация знаковой системы и технологий супермаркета в различные сферы культуры.
The article deals with one of the trends of globalization process, i.e. the integration of socio-economic and cultural processes in the system of consumer society. The author demonstrates one of the most representative aspects of this trend: on the one hand, the application of art in supermarket technology, and, on the other hand, the realization of supermarket sign systems and technology in various spheres of culture.
Ключевые слова: супермаркет, общество потребления, культурный консьюмеризм, мифологема, артконтекст.
Keywords: supermarket, consumer society, cultural consumerism, a mythology, artkontekst.
Появившиеся в 30-х гг. прошлого века супер-и гипермаркеты ознаменовали собой не только начало новой эпохи в жизни социума — эпохи общества потребления, но и во многом определили значительно позднее замеченное и описанное новое пространство культуры, которое постепенно приобрело черты, свойственные обществу потребления в целом, что позволяет говорить и о культуре эпохи потребления. Об этом достаточно много написано в связи с «промискуитетом» (Ж. Бодрийяр), массовизацией (А. Костина, А. Флиер), «шоуизацией» и «эксгибиционизмом» (К. Акопян) культуры на всех её уровнях.
В социокультурном и семиотическом аспектах исследования М. Фезерстоуна, Ж. Бодрийяра, Д. Лиона, С. Майлза, Дж. Ритцера, Дж. Сибру-ка, М. Уэльбека, Р. Сеннетта и других [1] содержат глубокий анализ символической функции потребления, которое стало воплощением символического обмена, являющегося не столько обменом товарами, сколько обменом символами и зна-
© Осипова Н. О., 2010
ками. По Ж. Бодрийяру, товар превращается в предмет потребления, лишь превратившись предварительно в знак, и только став знаком, он вступает в зону символического обмена. Своеобразными «зонами» подобного обмена, по мнению Дж. Ритцера [2], становятся рестораны фастфуда, кредитные карты, супермаркеты, сетевое пространство Интернета. Да и понятие супер- (или гипер-) маркета уже настолько прочно вошло в культурологический лексикон, что стало свободно сочетаться с самыми разными сферами, в том числе и такими, например, как образование и религия.
Постмодернистский дискурс, «снявший» в своё время грань между элитарным и массовым, высоким и низким, искусством и «неискусством», «упившись» иронией по поводу агонизирующего европейского интеллекта и вдоволь наигравшись ситуацией «все на продажу» (уравняв в правах банку с кетчупом и новейшие западные технологии), обозначил основной вектор развития всех характеристик культуры в информационном обществе постпостмодернистского толка. В свое время А. Моль, характеризуя признаки «мозаичной культуры» [3], определял ее как разрозненные отрывки, объединенные случайными, ассоциативными связями, которые не образуют целостности, но сами по себе обладают определенной концептуальностью и понятийностью. В этой ситуации сугубо утилитарный, на первый взгляд, супермаркет (позже гипермаркет, шопинг-молл, торгово-развлекательный центр) стал классической иллюстрацией мозаичности массовой культуры во всех её проявлениях.
Сегодня уже ни у кого не вызывает возражений, что модель супермаркета лежит в основе интернет-пространства, образования, культуры, СМИ и др. Основные задачи, которые решает маркетинговая сфера супермаркета или гипер-маркета, перемещаются и в сферу культуры. Это задачи «втягивания», «распределения и удерживания» [4]. В процессе «втягивания» задействованы эмоциональная мотивация, реклама, дизайн, музыка, аромадизайн и т. д. Распределение и удерживание покупателя достигаются через систему ссылок (по принципу постмодернистской гипертекстуальности, которая позволяет переходить от одного товара или полки к другому, от продовольственных отделов к развлекательным, от точки фаст-фуда — к кинозалу [5]), особое пространственное решение (лабиринтовая мо-
дель), принцип «децентрации» (разброс товаров, принадлежащих к одному ряду, по разным местам) — все это заставляет покупателя пройти через ненужные ему отделы и по ходу совершить незапланированную покупку.
Одним из первых на это обратил внимание Ж. Бодрийяр [6] еще в 1970-х гг. Рассуждая о т. н. «параллельных структурах», он назвал основные признаки культуры постиндустриального общества, сближающие ее с «глобальным супермаркетом» («Drug-store»): регулярная смена ассортимента (культурных объектов), что позволяет регулировать пристрастия и вкусы потребителей- координация динамики спроса и предложения (количество продаж означает степень значимости культурного продукта) — учет обратной связи, т. е. ориентация на изменение спроса. В условиях производства и потребления массовой культуры именно потребитель определяет перечень талантов, ассоциируя их с лидерами продаж: «В условиях, когда основная творческая активность перемещается в лагерь аудитории, актуальным становится лозунг: искусство есть все, что мы воспринимаем как искусство» [7].
В этом контексте даже архитектура подчиняется поставленным обществом требованиям: внешней привлекательности, новизне, соотношению цены и качества. В своей эстетике она все больше тяготеет к принципу «этажерки», глянцевым поверхностям, разноформатным подвижным конструкциям (мода на подвижные перегородки в оформлении интерьеров квартир), что позволяет добиться многомерности пространства и его изменчивости. Эти конструкции не могут иметь какое-либо самостоятельное значение, не могут создавать какую-либо атмосферу. Они также не могут обладать ни красотой, ни поэтичностью, ни вообще какими бы то ни было индивидуальными особенностями. Только так, в отсутствии характерных и неизменных свойств они смогут принять в себя бесконечный наплыв преходящего [8].
Супермаркет являет собой образец современного воплощения мифологемы рая, обладающего сакральными функциями: обособленностью от городского пространства, изобильной избыточностью, подчеркнуто стилизованными дизайнерскими решениями, наличием всего, что нужно для жизни, специфическими названиями — «Глобус», «Седьмой континент», «Магия вкуса», «Золотая подкова» и др. Сегодня гипермаркеты и моллы -обиталище кинозалов, игровых площадок, банков, ателье, салонов красоты, кафе с домашней кухней, искусственных катков и прочих удовольствий, среди которых современный человек может удовлетворить все свои потребности: совершить покупку, провести свой культурный досуг, завести знакомых, усовершенствовать свой внешний вид… Многие магазины оснащены детскими
зонами, где под присмотром педагога-аниматора ребёнок проводит время, пока его родители занимаются шоппингом [9].
Можно говорить о том, что супермаркеты стали центрами культурной жизни, наделяясь практически всеми функциями культуры — культовыми, идеологическими, просветительскими, рекреационными, заменяя музеи, театры, храмы… Художественный дизайн витрин и интерьеров супермаркетов максимально приближает их к художественным галереям и музеям, где, в свою очередь, произведения искусства тоже рассматриваются как товар, «культурный продукт». И вот уже культура перестает выполнять функции отбора ценностей и их распределения, вынужденная подчиниться законам общества потребления в спросе и предложении. Товар в культуре рассматривается уже как стиль жизни, бренд, символ. Культура становится важным сектором хозяйства — как в сфере маркетинга, рекламы, так и при производстве и оформлении «продукта». Да и сам процесс потребления дематериализуется — потребляются не материальные качества продукта, а образы, ассоциации, эмоции, формируя полифункциональность рынка с его многоканальностью и многообразием вкусовых и эстетических характеристик. Это особенно выразительно проявляется в наши дни, когда ги-пермаркеты и шоппинг-моллы частично переделываются в бизнес-центры или торгово-развле-кательные центры, открывая на своих территориях банки, отели, клубы, галереи, кинотеатры, тем самым вводя индустрию потребления в своеобразный артконтекст.
Ж. Бодрийяр довольно точно описал символический смысл этого симбиоза: «Если большой магазин дает ярмарочное зрелище товаров, драг-стор предлагает утонченный концерт потребления, все „искусство“ которого состоит как раз в том, чтобы играть на двусмысленности знака в предметах и превращать их статус полезного товара в игру & quot-окружения"-, распространенную на всех неокультуру, где нет больше различия между высшим сортом бакалеи и галереей живописи.» [10].
Драгсторы (или моллы, как их сейчас называют), о которых пишет Бодрийяр, представляют не различные категории товаров, а сочетание знаков всех категорий благ. Культурный центр там становится составной частью коммерческого центра. Одновременно товар (одежда, бакалея, ресторан и т. д.) там культурориентирован, являя собой статус удовольствия и модель всех благ одновременно и представляя некий аналог постмодернистского коллажа (или каталога, или клипа). Да и сама культура давно уже воссоздает в своем пространстве идеологию супермаркета, предлагая максимальное количество услуг — от книжных
магазинов и музейных шопов до интернет-кафе и даже первоклассных ресторанов.
В качестве примера можно привести проект «Супермаркет», осуществленный в середине 1990-х гг. довольно элитарным издательством Ad Маг§ теш и сети супермаркетов «Седьмой континент». Издательство стало информационным спонсором серии книг современной художественной прозы под названием «Супершагке1». Свой проект издательство позиционировало следующим образом (приведем эту позицию полностью): «…Сегодня, когда литературе приходится бороться за своего читателя с другими формами современных нарративов — кино, Интернетом и музыкой- когда любое произведение искусства становится всего лишь товаром, культурным продуктом, нуждающимся не столько в заинтересованном читателе, сколько в упаковке, рекламе и прочих маркетинговых операциях- когда сама идея высокого искусства, казалось бы, безвозвратно дискредитирована, литература оказалась в резервации. Но где находится эта резервация и где вообще место литературы сегодня?
Наш ответ — в супермаркете. Супермаркет -это не просто принцип классификации товаров, но модель современного мира, новая всемирная библиотека, бесконечный лабиринт, с одной стороны, до краев переполненный информацией, с другой — анонимное и чистое пространство, гулкая пустота, в которой только и может быть сегодня услышано художественное слово. В нашей серии, как в настоящем супермаркете, будет представлена современная литература всех видов и направлений. Главный критерий отбора текстов -качественная сюжетная проза, открытая современной внелитературной реальности» [11].
В рамках этого проекта издательство выпустило указанные выше сборник эссе М. Уэльбека «Мир как супермаркет», книгу Дж. Сибрука «КоЬго'-^ Культура маркетинга. Маркетинг культуры». На книгах серии красовался логотип «Седьмого континента», планировалась презентация проекта в одном из магазинов. Так, в пересечении границ между элитарным и массовым постмодерн доходит до неразличения повседневной и художественной практики. Парадокс ситуации заключался в том, что в качестве маркетинговой цензуры выступила пиар-служба супермаркета, которая посчитала, что изданные книги не соответствовали основной стратегии магазина, и закрыла проект.
В последнее время в структуру супермаркетов все чаще проникает искусство, в частности специально подобранная музыка, включающая не только известные классические и популярные мелодии, но и специально написанную музыку для супермаркетов, учитывающую исследования психологов, специально занимающихся пробле-
мами «покупательского транса». Еще в середине XX в. в супермаркетах и ресторанах появилась так называемая «функциональная музыка», призванная «правильно» оформить пространство и таким образом увеличить оборот розничных сетей. В США роль поставщика музыкального материала для супермаркетов играла компания Muzak Ltd. Сегодня слово muzak на английском сленге означает пренебрежительное название музыки, которая навязывается извне.
В формате новой функциональной стратегии музыки работают и довольно известные современные музыканты и композиторы. Так, в 1983 г. Ж. -М. Жарр стал автором нового альбома «Musique pour Supermarche» (выпущенного позже под названием «Zoolook»), созданного для специальной выставки. Альбом объединяет аналоговый синтез с этнической и вокальной музыкой. «Zoolook» представляет семплы и слова на различных языках земного шара, предназначенные для создания разнообразного диапазона звуков и эффектов. Как полагают специалисты, с помощью специального музыкального гипноза становится возможным программировать клиента на покупку. Проведенные исследования [12] позволяют сделать вывод о зависимости качества и количества покупок от темпа и стиля мелодии. Целый ряд радиостанций специально работает с крупными супермаркетами. Переключаясь с одной программы на другую, магазин воздействует на клиентов именно той возрастной и социальной группы, которая заполняет торговый зал.
По данным социологических опросов, в торговых центрах утром используется динамичная, ритмичная музыка для людей, направляющихся на работу- днем, когда магазин заполняют домохозяйки, звучат популярные мелодии. В конце рабочего дня, когда в магазин приходят солидные деловые люди, звучат классические мелодии, снимающие стресс и настраивающие на покупки.
Лучше же всего, по мнению специалистов аудиобрендинга, люди совершают покупки при звуках плавного джаза, легкой инструментальной музыки, чередующейся с известными англоязычными хитами или шлягерами отечественной эстрады.
В последние годы музыкальный контекст супермаркета формируется и на отечественном рынке. Так, петербургская промокомпания «Светлая музыка» (рук. И. Бортнюк) с 2001 г. занимается организацией и проведением концертов и музыкальных фестивалей, проектов связанных с музыкой для бизнеса, event-менеджментом, разработкой нестандартных рекламных кампаний. «Светлая музыка» претендует на представление новейших тенденций и течений мировой прогрессивной музыки, формирование требовательного и утонченного музыкального вкуса.
В то же время, кроме организации собственно концертов лучших отечественных и зарубежных исполнителей, «Светлая музыка» ориентируется на деловые круги, бизнес-центры. Среди наиболее известных проектов компании — не только Фестиваль актуальных искусств северных стран «Nordbeat» (2006), но и Международный гастрономический фестиваль «Food & amp- Fun», фестиваль «Музыка Афиши», организация музыкальных мероприятий в супермаркетах и др. А руководство торгового центра «ПИК» (Санкт-Петербург) предложило И. Бортнюку самому подобрать репертуар фильмов для торгово-развлекательного комплекса высшего класса, уже одно знакомство с сайтом которого (с наличием виртуального тура, продуманностью стиля) свидетельствует о коллективной работе не только дизайнеров, но и искусствоведов (см.: http: //www. tk-pik. ru/3dtour. html).
Помимо музыки супермаркет стал площадкой и для изобразительных форм искусства. Еще в 60-х Энди Уорхол говорил, что высшей оценкой его достижений стала бы выставка в супермаркете. Его творчество — тому доказательство. В супермаркетах проводятся выставки-продажи работ современных художников. Вход в магазины оформляется скульптурами и современными инсталляциями- в некоторых западных супермаркетах существуют мини-музеи и мини-ярмарки современного искусства.
Своеобразным символом «художественно-товарного креатива» стали т. н. multiples, идея которых в 60-х гг. XX в. принадлежала художникам Д. Споерри и К. Герстнеру, основавшим издательство Edition MAT (Multiplication d'-art transformable) для распространения живописи и графики (причем не копий оригиналов, а самих оригиналов) серийного производства, которые и получили название multiples, вполне отражающее принцип реализации произведения искусства как товара. В связи с относительно низкими ценами среднестатистический покупатель приобретает тиражированный оригинал, понемногу приобщаясь и к артрынку в целом. Практика продаж multiples в супермаркетах, принося огромные доходы, доказала перспективность подобного рода товарооборота художественных произведений.
Подобные коммерческие «находки» с успехом реализуются и на отечественном рынке. В октябре 2008 г. в крупном торговом центре «Питер-Радуга» (Санкт-Петербург) состоялась выставка современного искусства «Арт-Радуга», созданного специально для публичного пространства такого типа, каким является гипермаркет. Организатором выставки стала молодая художница Ольга Житлина, собравшая на огромных площадках «супермаркета» молодых художников из США, Европы и России, проявивших интерес к этому эксперименту. Во многом этому способствовала и
необычная, современная архитектура торгового центра, выделяющая его из однообразного ландшафта жилого района. Торговый центр был символом общества, метафорой искусства как продукта потребления. Не случайно центральное место в пространстве этого проекта заняла скульптура немецко-французского художника Яна Фор-манна, созданная из продуктовых тележек — эмблемы классического супермаркета.
В основных своих параметрах выставка стала вариацией аналогичного крупномасштабного выставочного проекта под названием «Shopping» (2003), который, собирая огромные очереди, явился демонстрацией тезиса о том, что настоящий музей сегодня — это супермаркет. Идея выставки принадлежала директору франкфуртского музея Schirn-Kunsthalle (одному из лучших выставочных центров Европы) Максу Холляйну, представителю нового поколения музейно-выставоч-ных менеджеров, экономисту, историку искусства, литератору.
Основная концепция выставки заключалась в том, что консьюмеризм, доведенный до крайности, утрачивал свое прямое содержание, превращаясь в чистый символ и становясь предметом искусства, иллюстрируя тезис Г. Дебора о том, что «культура, ставшая всецело товарной, также должна стать ведущим товаром зрелищного общества» [13].
Это с успехом иллюстрировал каталог выставки примерами из искусства XX в. — от французского фотографа Эжена Атже до Энди Уор-хола, от витрин и манекенов сюрреалистов до гигантских скульптур К. Ольденбурга, от кофточек и трусиков до кусков мяса и рыбных деликатесов. Как остроумно заметил один из журналистов, перефразируя фразу Уорхола «Закрой сегодня универмаг, открой его столетие спустя, и ты получишь музей современного искусства», можно сегодня «проделать и обратную операцию: запереть музей современного искусства, чтобы через некоторое время, открыв его, обнаружить сплошной супермаркет» [14]. Сам же Макс Холляйн прокомментировал концепцию выставки следующим образом: «Шопинг не является больше удовлетворением насущных потребностей — но основным времяпрепровождением и важнейшей частью общественной жизни. Универмаги и музеи имеют много общего: сама идея универмага возникла из идеи музеи. Во многом они будут еще более схожи, так как оба придают объекту особую ауру — через выбор и презентацию» [15].
Реализуя эту идею, таиландский художник Сураси Кусолвонг представил в качестве экспоната ярмарку дешевой азиатской продукции «Все по 1 i», расположив её на выходе из международного аэропорта. При этом окна самого выставочного зала были стилизованы под витрины
с манекенами, цены на билеты ассоциировались с маркетинговыми стратегиями психологического прессинга (6,99 и 29,99 i). Главным же экспонатом стал основной символ общества потребления — продовольственная тележка, представленная как в виде золотой модели, выполненной С. Флери, так и в виде эффектно упакованного товарного образца.
Художник Гийом Бийл в рамках выставки создал инсталляцию «Новый супермаркет», соорудив в музее настоящий универсам: полки с ценниками, заставленные настоящими соками и консервами, вином и фруктами, колбасой и сыром. Один из экспонатов воссоздавал аптеку в формате супермаркета. Ироничные комментаторы отмечали, что «сила искусства оказалась столь велика, что посетители вели себя на выставке как в настоящем магазине. Вдохновившись отсутствием камер видеонаблюдения, они тащили что могли — от подсолнечного масла и маргарина до шампуней и газет. Утраченные фрагменты гигантского натюрморта приходилось восполнять каждый день» [16].
Одновременно в магазинах известной немецкой сети супермаркетов Aldi, которые известны сравнительно низкими ценами, развернулась продажа оттисков знаменитых немецких художников с их подписью за 12,99 евро. В целом предлагалось 140 000 работ, которые были мгновенно распроданы, а «пресс-служба Aldi мало чего могла рассказать о мотивации продажи современного искусства рядом со сладким перцем и туалетной бумагой. Единственное, что официально сообщалось, — для руководства сети магазинов не существовало ни малейшей разницы между спецпродажами пижам и произведений искусства» [17].
Еще одной технологией супермаркетного типа репрезентации искусства стали действа перфор-мансного типа. Таков, например, проект фонда «Современный город» (Москва), представивший в октябре 2008 г. «интерактивное действо» группы «ФНО» из Петербурга под названием «Безумие в супермаркете». Довольно сложно определить жанр этого представления, созданного молодыми художницами Н. Першиной и О. Егоровой.
«Безумие в супермаркете» создано по результатам социологических исследований, проведенных в супермаркетах. На протяжении нескольких месяцев художники вместе с социологами изучали особенности коммерческого дискурса. По их словам, главное, что их интересовало, — это «романтические отношения в эпоху тотальной консьюмеризации». Работая с реальными людьми и их семьями, они фиксировали самые болезненные психологические аспекты консьюмерин-га, акцентируя на них внимание. В «Безумии в супермаркете» художники спрашивали посетителей торгового центра о цели их посещения, о
том, назначают ли они здесь романтические свидания, почему они это делают, как много времени они проводят здесь, нравится ли им проводить здесь время, насколько хорошо это место для семейного отдыха или же, напротив, для первого знакомства и т. д.
Одновременно в супермаркете художниками был снят фильм, включавший синтез танца, кино, эстетику «двойного видения», что напоминало попеременно мюзикл и мрачный абсурд, где предметы, товары, коробки, одежда и другие символы навязанных желаний оживают и ведут диалоги с персонажами.
Практически аналогичный проект под названием «Love in supermarket» был представлен летом 2010 г. в Москве Театром танца Игуан из Санкт-Петербурга. Он игрался прямо в торговых центрах города — вначале с целью маркетинговых исследований о том, что движет людьми при покупке товаров. Это была попытка использовать театральный опыт в изучении социальных изменений в обществе эпохи потребления. Танцевальный дуэт представлял собой столкновение двух типов отношений — романтического и прагматического. Что происходит с отношениями мужчины и женщины? Как сообразуется зависимость от покупок с индивидуальной свободой? — вот вопросы, волнующие персонажей этого действа, скользящих в танце среди витрин и размахивающих пластиковыми пакетами.
Приведенные примеры свидетельствуют о том, что логика развития современной культуры все активнее встраивается в структурно-семантическую модель супермаркета и становится отраслью экономики. «Продвижение» продукта (каким бы он ни был — образовательным, художественным, строительным и т. д.) вызывает необходимость создания соответствующих маркетинговых технологий, использующих возможности СМИ, рекламы, смежных коммуникативных сфер. Это, по-видимому, объективный процесс, связанный с противоположными факторами: глобализацией, с одной стороны, и тенденцией к «мозаичности», «ка-лейдоскопичности», «кусочно-линейной» структуре социокультурных процессов — с другой.
В качестве иллюстрации этого положения отметим прошедшую в апреле 2010 г. в Лондоне международную конференцию «Духовный супермаркет. Религиозный плюрализм и глобализация в XXI столетии». Проводили ее британская и итальянская организации, объединяющие специалистов по изучению новых религий из всех стран мира. Как следует уже из названия симпозиума и его материалов, речь идет о ситуации, когда на сформировавшемся рынке религиозных предпочтений постепенно утрачивается роль «монополистов», представленных традиционными религиями, — человечество поставлено перед систе-
мой выбора товара духовного: на «витрине» этого супермаркета выставленные в результате закона о свободе вероисповедания многочисленные направления, учения, секты на любой вкус, вступающие в конкурентную борьбу за потребителя.
С прагматичными перспективами использования на рынке труда связан и вектор развития университетского образования, которое все больше становится способом «получения профессии», нежели формирования интеллигенции и интеллектуальной элиты общества. Образование трансформируется в возмездную потребительскую услугу, приобретаемую в массовых масштабах на рыночных основаниях. Эту тенденцию, также связанную с формированием общества потребления, обозначили в свое время теоретики постмодернизма: «Такое отношение поставщиков и пользователей знания к самому знанию стремится и будет стремиться перенять форму отношения, которое производители и потребители товаров имеют с этими последними, т. е. стоимостную форму (forme valeur). Знание производится и будет производиться для того, чтобы быть проданным, оно потребляется и будет потребляться, чтобы обрести стоимость в новом продукте, и в обоих этих случаях, чтобы быть обмененным» [18].
В контексте этого высказывания Ж. -Ф. Лио-тара университеты приобретают статус предприятий, где студенты являются «клиентами» образовательного супермаркета (не случайно все чаще мелькает в прессе сочетание «образовательный продукт», «образовательные услуги», «рынок труда»). Субъектом потребления выступает индивид, принимающий решение о покупке услуги, исходя из своих представлений как о личных потребностях, так и о перспективах на рынке труда. При этом, на наш взгляд, как и в классической стратегии супермаркета, налицо парадокс: с одной стороны, образование, становясь товаром, становится доступным для всех в силу своей коммерциализации, с другой — эта доступность иллюзорная (в силу сокращения бюджетных мест, высокой стоимости, слабой школьной подготовки и т. д.), так как далеко не все в состоянии купить этот «продукт». Что же касается углубленного знания, способности к рефлексии, широте и критичности мышления, то они уже не являются целью образования, так как университеты обязаны функционировать быстро, поверхностно, приноравливаясь к актуальным требованиям рынка труда. С этой целью вырабатываются так называемые «модули», «дидактические единицы», в которые эти самые знания должны «упаковываться» и в таком унифицированном виде «выбрасываться» на рынок. С целью интенсификации этого процесса оказывается целесообразным в рыночном отношении объединение
университетов (как целесообразно было и объединение супермаркетов в пространстве шоп-пинг-молла), что, собственно, и демонстрирует проводимая сегодня образовательная политика.
Каковы же тенденции в динамике обозначенных процессов? Западная практика свидетельствует, что судьба многих шоппинг-моллов связана с исчерпанностью функций (по крайней мере в крупных странах) — огромные помещения пустуют, здания перестраиваются под жилые секторы, хостелы, зоны отдыха. Во многом это объясняется продолжающимся стремительным развитием информационного пространства Интернета, которое стремительно втягивает в свою сферу не только торговлю, но и культуру, образование, медицину, индустрию развлечений, банковскую сферу. Но это уже отдельная тема для размышлений…
Примечания
1. Сибрук Дж. Nobrow: Культура маркетинга. Маркетинг культуры. М.: Ad Marginem, 2005- Уэльбек М. Мир как супермаркет. М.: Ad Marginem, 2004- Сен-нетт Р. Падение публичного человека. М., 2003.
2. Ритцер Дж. Современные социологические теории. 5-е изд. СПб., 2002.
3. Моль А. Социодинамика культуры. М., 1973 (1995).
4. См. об этом подробнее: Тихонова С. В. Средства потребления и глобализация жизни // Власть. 2008. № 6. С. 68−72.
5. Подобное же «зонирование» пространства характерно и для модели современных кинотеатров, которые именуются «торгово-развлекательными центрами».
6. Бодрийяр Ж. Общество потребления. Его мифы и структуры. М., 2006.
7. Лотман Ю. М. Семиосфера. СПб., 2000. С. 251.
8. Уэльбек М. Указ. соч. С. 58.
9. См.: Корнев Вяч. Энциклопедия современных вещей // Первовестник: сб. произведений молодых авторов. Красноярск, 2009. С. 199−205.
10. Бодрийяр Ж. Общество потребления… URL: http: //lib. rus. ec/b/153 916. fb2
11. Серии издательства «Ad marginem». URL: http: // www. club366. ru/publishers/admarginem/series. shtml
12. Окунева Д, Гаврилов В. Покупки как по нотам // Новые известия. 2005. 23 дек.
13. Дебор Ги. Общество спектакля. М., 2000. С. 104.
14. Искусство из супермаркета // Коммерсантъ-Деньги. 2003. 27 янв. См. также: Мокроусов А. Искусство шоппинга и шоппинг искусства // Критическая масса. 2004. № 1. URL: http: // magazines. russ. ru/ km/2004/1/mok15/html
15. Там же.
16. Там же.
17. Фриммель С. Современное искусство. Живопись. Настоящее. Дешевое. URL: http: //localhost/C:/ Users/admin/Desktop/Xудожественный%20журнал%2−0-%20Современное%20искусство. %20Живопись. %20Настоящее. %20Дешевое. htm
18. Лиотар Ж. -Ф. Постмодернистское состояние: доклад о знании URL: http: //Pedsovet. org/forum/ index. php

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой