О влиянии византийской культуры на политико-правовое пространство Киевской Руси и Болгарии

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

6'-2014
Пробелы в российском законодательстве
2.4. О ВЛИЯНИИ ВИЗАНТИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ НА ПОЛИТИКОПРАВОВОЕ ПРОСТРАНСТВО КИЕВСКОЙ РУСИ И БОЛГАРИИ
Бондаренко Юлия Викторовна, канд. юрид. наук. Должность: старший преподаватель. Место работы: Уфимский юридический институт МВД России. Подразделение: кафедра истории и теории государства и права. E-mail: Jy. lia @mail. ru
Аннотация
Задача: Автором была предпринята попытка выявления общих закономерностей и особенностей процесса возникновения и развития древнерусской и болгарской государственности в контексте влияния византийской культуры на политико-правовое пространство Киевской Руси и Болгарии.
Модель: Методологическую основу исследования составляет комплекс общенаучных методов, таких как анализ, синтез, сравнение, абстрагирование- и специальных методов — исторический, системноструктурный, сравнительно -правовой.
Выводы: Посредством вовлечения в орбиту политического влияния Византийской империи христианская культура была инкорпорирована во все социально-значимые сферы жизнедеятельности восточных славян, что предопределило генетическую связь формирующегося геополитического и правового пространства средневековой Руси и Болгарии с ценностями православной ветви христианской культуры.
Рамки исследования / возможность последующего использования результатов научной работы: Содержание работы может служить основой для дальнейшей научной разработке обозначенной проблематики. Данная работа ориентирована на профессорско-преподавательский состав юридических вузов, адъюнктов, аспирантов, соискателей, слушателей и студентов, интересующихся вопросами истории государства и права России и зарубежных стран.
Ключевые слова: христианство, церковь, канонические право, византийская культура, Киевская Русь, Болгария.
ON THE INFLUENCE OF BYZANTINE CULTURE ON POLITICAL AND LEGAL SPACE OF KIEVAN RUS AND BULGARIA
Bondarenko Yulia Victorovna, PhD at law. Position: senior lecturer. Place of employment: Ufa law institute of MIA Russia. Department: history and theory of state and law chair. Email: Jy. lia @mail. ru
Annotation
The author has attempted to identify common patterns and characteristics of the process of the emergence and development of ancient Russian and Bulgarian statehood in the context of the influence of Byzantine culture on the political and legal pro-space Kievan Rus and Bulgaria.
Through involvement in the orbit of political influence of Byzantium Empire-Christian culture has been incorporated into all socially important spheres of the Eastern Slavs, which determined the genetic relationship of the emerging geopolitical and legal space of medieval Russia and Bulgaria to the values of the Orthodox branch of the Christian culture.
The methodological basis of the study of complex scientific methods, such as analysis, synthesis, comparison, abstraction- and special methods — historical, systematic and structural, rather-legal.
The paper can serve as a basis for further scientific development of the designated issues. This work is focused on the faculty of law schools, adjuncts, graduate students, applicants, students and students interested in the history of the state and law of Russia and foreign countries. Keywords: christianity, church, canonic law, Byzantine culture, Kievan Rus, Bulgaria.
Обращаясь к истокам русской и болгарской государственности мы имеем возможность говорить о схожести происходивших на их территории политических процессов, определявшихся как общими закономерностями, присущими раннефеодальным обществам на начальном этапе своего развития, так, в равной степени, и вовлеченностью в византийское христианское пространство.
Период христианизации является одним из важнейших и определяющих в дальнейшем развитии как Руси, так болгарского государства. Христианство было принято Болгарией в 864−865 гг. в правление князя Бориса уже на завершающей стадии объединения различных этнических групп, в то время как Русь находилась более раннем этапе складывания политикотерриториальной общности у славян. Крещение Руси произойдет почти столетием позже в 988 г. в правление князя Владимира. Можно говорить о том, что в принятии данных решений оба правителя руководствовались схожими мотивами: в контексте военнополитических потребностей формирующихся в IX—X вв.еках на славянских землях властных структур новая религия должна была выступить интегрирующей силой в политике централизации управления, служить идеологическим костяком в формирующемся соционормативном пространстве. Данный аспект был важен как для полиэтнической Руси, представлявшей собой фактически конфедерацию племен, так и для Болгарского государства, развивавшегося в условиях сосуществования и постепенного взаимопроникновения двух культур — славян и протоболгар. Одновременно отказ от язычества позволял наладить отношения славянским государствам с цивилизованными европейскими странами и способствовать укреплению их политического статуса на международной арене.
С падением Рима византийские правители унаследовали имперские амбиции. Политика Константинополя была направлена на восстановление территорий, утраченных под натиском варварских племен, все более теснивших границы Византии в процессе освоения жизненного пространства.
Однако удерживать лишь силой оружия свои позиции константинопольским басилевсам уже не представлялось возможным и в достижении своих политических целей правители Константинополя обращаются к иным средствам достижения желаемого. Византия прежде всего была заинтересована в христианизации своих языческих соседей, что позволило бы ей вовлечь славянские государства в орбиту своих политических интересов и обрести в их лице более надежных военных союзников.
Если в отношении Руси можно говорить о достаточно давнем «тесном» соседстве, связывавшем ее в торговых и военных отношениях с Византией, то Болгарское государство фактически вырастало на землях, представлявших предмет территориальных притязаний Константинополя. А потому болгарским правителям
44
О ВЛИЯНИИ ВИЗАНТИЙСКОЙ КУЛЬТУРЫ
Бондаренко Ю. В.
приходилось постоянно лавировать в условиях хрупкого равновесия на внешнеполитической арене между Византией с одной стороны и франкскими королями -с другой, отстаивая свои интересы. Стремление к независимости и упрочению внутригосударственного единства на фоне постоянного соперничества с Византией сопровождалось вполне оправданным препятствием болгарских ханов проникновению на балканские земли христианской культуры, видевших в этом потенциальную угрозу своей власти. Политика гонения на христиан прежде всего как возможных приверженцев империи характерна как для правления хана Омуртага (814−831 гг.), так и его преемника Мала-мира (831−836 гг.) [5, с. 54]. Однако вскоре политика гонений сменяется на противоположную. Перед ханами задача стояла прежняя — усиление централизованной власти и внутренняя консолидация общества, однако изменились некоторые условия задачи. С одной стороны, включение новых территорий, населенных значительным количеством приверженцев христианской религии потребовало большей лояльности в вопросах религиозной политики, так как в противном случае это грозило достижением обратного от желаемого результата. С другой стороны, изменились и внешнеполитические условия. В 863 году зыбкое равновесие было нарушено: Борис потерпел поражение от византийского императора и был вынужден принять христианство в знак примирения.
Вплоть до XV века русская церковь иерархически была подчинена Константинопольской.
Несмотря на насильственный вариант христианизации Болгарии последнее слово в этом вопросе осталось за ее правителем, который в условиях развернувшегося соперничества между византийским императором и Папой Римским, не желавшим уступать свои позиции на Балканах сделал окончательный выбор в пользу Константинополя. В 870 г. на Вселенском соборе во главе болгарской церкви был поставлен архиепископ, рукоположенный Константинопольским патриархом, что означало утверждение верховенства Византийской церкви.
Как и князь Владимир, болгарский правитель руководствовался прежде всего выбором той модели построения государственно-церковных отношений, которая в большей степени отвечала их интересам: следуя византийской традиции, новообразованная церковь включалась в структуру государства, признавая верховенство власти князя, которому должны повиноваться все, в том числе и церковная иерархия.
Но уже начиная с самого хана Бориса (в крещении -царь Михаил) все последующие болгарские правители вели целенаправленную политику, направленную на утверждение в Болгарии патриархии, не желая в вопросах церковного устройства принимать зависимость церковной организации от Константинополя. И в отдельные периоды истории им это удавалось. В 879 880 гг. церковный собор согласился признать автоке-фальность болгарской церкви. Еще в правление Симеона (893−927 гг.) и Петра (927−970 гг.) болгарская церковь сохраняла свою самостоятельность. Однако уже в 1018 г. Болгария в результате неудачных войн вплоть до 1186 г. попала под власть Византии, в результате и была уничтожена и болгарская патриархия, вновь восстановлена лишь в XIII веке и просуществовав до конца XIV века.
Продолжая соперничать с Византией как на поле брани, так и в вопросе определения статуса своей церкви, Болгария одновременно активно впитывала
византийскую культуру. Христианство постепенно стало приобретать доминирующее значение, что уже отвечало потребностям нового времени. Преимущественно была заимствована и внутрицерковная организация.
При этом, сравнивая развитие государственноцерковных отношений в Болгарском царстве и Киевском княжестве, можно говорить, что складывающиеся на Руси взаимоотношения между государством и церковью в большей степени соответствовали принципу «гармоничной симфонии». Следуя византийским традициям, русский князь являлся покровителем церкви. Разграничив светскую и церковную юрисдикцию, княжеские уставы практически не затрагивали внутрицерковную жизнь, а касались исключительно сферы взаимоотношений между церковью и государством. Церковь в этом плане обладала большей степенью самостоятельности. В то время как в Болгарии церковь фактически находилась в полной власти царей, в том числе и рукополагавших своих верховных церковных иерархов.
Приятие языческими государствами христианской веры повлекло за собой проникновение христианских норм в правовое поле Киевской Руси и Болгарского царства. И здесь, в контексте весьма серьезных изменений самых различных сторон общественной жизни, мы видим общие черты той корреляции обычного права, которую оно необходимо претерпевает под воздействием более высоко развитий византийской христианской цивилизации. Однако степень влияния византийского законодательства на национальные источники права была достаточно различна.
Знакомство Руси с византийской правовой культурой также произошло еще в дохристианскую эпоху, о чем свидетельствуют договора славян с греками 907, 911, 945 гг. Однако совсем другой масштаб приобретает проникновение византийской правовой культуры с принятием христианства. С определением в юрисдикцию церкви целой области общественных отношений, прежде всего брачно-семейных (преимущественно неимущественного характера), отчасти уголовно-
правовой (преступления против нравственности, церкви, языческие обряды) произошло закономерное обращение к источникам византийского канонического права, ярким примером которых, получивших широкое распространение у славянских народов, стали номоканоны — своды церковно-гражданского права Византии.
В славянском переводе номоканоны имели хождение на Руси в виде Кормчей книги, в состав которых вошел и весьма интересный для нас источник права — так называемый «Закон судный людем Царя Константина Великого» или Судебник царя Константина [2, с. 275]. Данный памятник тем более примечателен, так как многими учеными его составление приписывается не императору Константину, а болгарскому царю Симеону (893−927 гг.), а сам источник расценивается как более поздняя переработка некоторых византийских и древнееврейских законов славянскими (болгарскими и русскими) юристами [3, с. 115]. Не касаясь разрешения спорного вопроса о его происхождении, так или иначе «Закон судный людем» можно рассматривать как некую точку соприкосновения византийского, болгарского и древнерусского правового пространств. Данный памятник права имел широкое хождение на Руси и оказал влияние на Русскую Правду, что доказывается, по мнению С. В. Юшкова, дошедшими до нас несколькими его редакциями [9, с. 226].
45
6'-2014
Пробелы в российском законодательстве
Вместе с тем, оценивая объем правового заимствования, можно констатировать большую избирательность отечественного законодателя, нежели болгарского, в вопросах рецепирования. И если в сфере регулирования брачно-семейных отношений, что
относилось непосредственно к юрисдикции церкви, применение норм византийского права носило весьма активный характер, то в сфере правовой регламентации других сфер правоотношений, отнесенных к княжеской юрисдикции, заимствование было весьма ограниченно — власть предпочитала пользоваться собственными установлениями, укорененными в обычном праве. На Руси рецепирование в большей степени коррелировалось местными обычаями. Весьма показателен в этом отношении различия в сложившейся на раннем этапе в сфере уголовного права: в отличие от Болгарии, отечественный законодатель совершенно не воспринял византийскую систему наказаний, заменив жестокие санкции (казнь, членовредительные наказания) привычными для русского права штрафами в совокупности с церковными санкциями.
Рассматривая характер и масштаб влияния христианства на право можно говорить прежде всего об интегрирующем значении христианства, которое проявлялось двояко: прежде всего способствовало формирование единого правового пространства в пределах государства, и во-вторых, будучи «практически универсальной формой культуры…» [8, с. 4], являло собой действенный канал проникновения византийского наследия, в том числе и правого. Христианизация и Руси, и Болгарии растянулась на достаточно длительный срок, но постепенно христианская культура была инкорпорирована во все социально-значимые сферы жизнедеятельности восточных славян, приобщая еще вчера языческие государства к богатейшей мировой культуре. И посредником в этом процессе в обоих случаях становится Византия, что предопределяет генетическую связь формирующегося геополитического и правового пространства с ценностями православной ветви христианской культуры.
Список литературы:
1. Бондаренко Ю. В. История становления и развития канонического права в период раннего христианства и эпохи Вселенских Соборов // Пробелы в российском законодательстве. 2011. № 6. С. 291−294.
2. Бондаренко Ю. В. К проблеме рецепции византийского права в древнерусском законодательстве // Пробелы в российском законодательстве. 2010. № 4. С. 274−276.
3. Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории русского права. — Ростов-на-Дону: Феникс, 1995. — 640 с.
4. Гриднев А. Н. Роль византийского права в формировании древнерусской государственности // Пробелы в российском законодательстве. 2009. № 3. С. 207 209.
5. Литаврин Г. Г. Краткая история Болгарии. С древнейших времен до наших дней. — М.: Наука, 1987. -568 с.
6. Мотин С. В. И. С. Аксаков о праве, свободе слова и цензурном законодательстве // Пробелы в российском законодательстве. 2010. № 4. С. 277−280.
7. Филипос К. Филипу. Първата българска държава и византийската ойкуменическа империя (681−852). -София: Университетско издателство Св. Климент Ох-ридски, 2012. — 149 с.
8. Щапов Я. Н. Византийское и южнославянское правовое наследие на Руси в XI—XIII вв. — М.: Наука, 1978. — 291 с.
9. Юшков С. В. Общественно-политический строй и право Киевского государства. — М.: Изд-во юридической литературы, 1949. — 544 с.
Рецензия
на научную статью «О влиянии византийской культуры на политико-правовое пространство Киевской Руси и Болгарии» Бондаренко Ю. В., старшего преподавателя кафедры истории и теории государства и права Уфимского юридического института МВД России, кандидата юридических наук
Обращение автора к рассматриваемой проблематике представляет определенный интерес с точки зрения предпринятой попытки сравнительного анализа процесса влияния византийской культуры на формирование политических и правовых институтов раннефеодальных государств Руси и Болгарии в процессе их христианизации.
История России и Болгарии на протяжении уже более тысячи лет генетически связана с православием. Рассматривая христианство как социокультурное явление, мы можем говорить о многовекторной направленности его воздействия на различные сферы жизнедеятельности общества. И прежде всего восточное христианство являлось важным фактором, воздействующим на процесс становления государственности. Автор подчеркивает интегрирующее значение христианства как в контексте государственного строительства, так и в создании определенной общности правового пространства, обусловленной частичной рецепцией византийского правового наследия. В этой связи в работе прослеживается характер влияния христианства на раннефеодальное право Киевской Руси и Болгарии через призму соотношения церковного и государственного правовых начал.
Статья имеет научное и культурологическое значение и способствует более полному восприятию и оценке христианских ценностей, объективно значимых для исследования процесса формирования как отечественной культуры, так и политико-правовой культуры Болгарии. Автором проанализирован значительный объем научной литературы, как российских, так и зарубежных специалистов в области истории государства и права.
Статья Ю. В. Бондаренко отвечает как по содержанию, так и по форме требованиям, предъявляемым к научным изданиям, и рекомендуется для публикации в открытой печати.
Заместитель начальника кафедры истории и теории государства и права УЮИ МВД России, кандидат юридических наук, доцент С.В. Мотин
46

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой