Мотивация при внутриличностном конфликте: о разработке и применении модели анализа ТАТ-историй в диагностике мотивационно-личностных особенностей руководит

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Р. М. Айсина
Мотивация при внутриличностном конфликте: о разработке и применении модели анализа ТАТ-историй в диагностике мотивационно-личностных особенностей руководителей
? п
О о
ш ш
гп & quot-О
& gt- гп
ЕМ ИН
а Н И
Д т
т ?
а & quot-О Т
сг т
ТМ
ТИ
Ш А
С
Айсина Римма Михайловна — преподаватель кафедры общей психологии и психологии труда Российского государственного социального университета.
Занимается консультированием коммерческих предприятий по вопросам мотивации персонала, аттестации кадров, корпоративного обучения, развития организационной культуры.
С 2001 года проводит авторские тренинги и бизнес-семинары по темам: «Эффективный секретарь: психологические аспекты профессионального успеха" — «Технологии подбора и оценки персонала», «Искусство переговоров».
Одним из направлений исследований в психологии мотивации является изучение мотива достижения и отражающих его содержание мотивационных тенденций: стремления к успеху и избегания (боязни) неудачи [14- 16- 17]. Особую актуальность проблема мотивационной направленности личности в области достижений приобретает в контексте психологии профессиональной деятельности. Адекватная диагностика личностных особенностей, связанных с целе-полаганием, особенно важна в отношении руководящих работников разных уровней управленческой иерархии: как топ-менеджеров, так и менеджеров среднего звена. Личная эффективность руководителя предполагает высокую самооценку и высокий уровень притязаний в сочетании с разумной критичностью по отношению к самому себе и способностью корректировать программу деятельности в соответствии с меняющейся ситуацией. Указанное сочетание качеств, по мнению ряда исследователей [4- 9- 14], напрямую связано с преобладанием в структуре личности мотива к достижению успеха.
Однако подобная параллель представляется нам не столь однозначной. Генез мотивационных предпочтений личности в области достижений достаточно сложен. Существенную, а возможно, и ведущую роль здесь играет эмоциональный опыт, полученный в детстве в родительской семье, а также опыт ранней социализации [1- 2- 5- 11- 12- 13- 15]. Качество взаимоотношений со значимыми другими в этот период во многом определяет личностную компетентность индивида, цельность или противоречивость, конфликтность образа собственного «Я», то есть уровень зрелости компонентов самосознания.
Так, гармоничные детско-родительские отношения и успешная адаптация ребенка к требованиям, предъявляемым социумом, формируют самсознание, структура которого отличается высокой степенью интеграции и дифференциации его компонентов, что обуславливает реалистичность и самооценки, и уровня притязаний. Позитивное самоотношение, адекватная оценка собственных способностей и свойств позволяют в этом случае осуществлять выбор задач оптимальной степени сложности и, как следствие, достигать высоких результатов в деятельности.
Стрессогенный опыт детства, прежде всего, предъявление к ребенку жестких требований, авторитарное давление со стороны значимых фигур, обесценивание любых его достижений формируют, напротив, конфликтную структуру самосознания и хрупкость его компонентов. Рассогласование уровней самооценки и притязаний, недостаток позитивного самоотношения и высокая тревожность могут в этом случае выступать источником постоянных сомнений в личностной компетентности и эффективности, что, в свою очередь, приводит к низкой инициативности в деятельности, неопределенности целевых установок, снижает способность к самостоятельному принятию решений [4- 9- 17].
Если учесть значимость обозначенной выше проблемы взаимосвязи мотивационной направленности личности в области достижений и эффективности деятельности руководителя, возникает необходимость поиска диагностических инструментов и процедур, с помощью которых можно определить индивидуальные различия в области мотивации достижения. На сегодняшний день известно множество разнообразных методик, направленных на измерение данного личностного конструкта [8- 14- 16- 17]. К сожалению, подавляющее большинство из них предполагает ситуативное понимание мотивационных тенденций, связанных со стремлением к успеху или избеганием повреждений. Они обращены к актуальным поведенческим стратегиям индивида, тогда как предпосылки выбора того или иного стиля взаимодействия, руководства, принятия решений и ответственности остаются вне зоны осознания и оценки. Таким образом, снижается возможность прогнозирования поведения в нестандартных ситуациях, отсутствует дифференциация мотивов по их силе и глубине, возникают сложности в оценке искренности объекта диагностики.
В нашей работе мы предприняли попытку разработки и апробации диагностического инструмента, с помощью которого мотивация достижения успеха и избегания неудач может быть изучена более детально и глубоко. Для диагностики мотивационных особенностей личности в области достижения мы использовали проективную методику Thematic Apperception Test (TAT) [8- 18]. По обозначенным выше причинам, мы изначально отказались от применения любого рода опросников и сделали осознанный выбор в пользу ТАТ, так как целевая направленность нашего исследования предполагает выход на уровень внут-риличностной проблематики, детальное изучение которой посредством опросника невозможно. К тому же, в пользу Тематического апперцептивного теста говорил тот факт, что он изначально создавался как метод, с помощью которого можно выявить доминантные побуждения (мотивы) личности, а также латентные потребности, тенденции, эмоции, отношения и конфликты.
Мы использовали таблицы первой серии из классического набора ТАТ, представляющего собой аналог оригинального набора, выпущенного Гарвардской Клиникой Психологии в 1936 году. Мы остановили свой выбор на таблицах первой серии в силу того, что, по замыслу Г. Мюррея, именно они более полно отражают именно публичный пласт личности [18], а следовательно, и те особенности мотивационной сферы, которые связаны с различными установками в области достижения.
Все использованные нами таблицы ТАТ можно разделить на две группы:
1) таблицы, представляющие классические ситуации межличностного взаимодействия людей обоих полов всех возрастных групп-
2) таблицы с одним персонажем, переживающим то или иное эмоциональное состояние.
Подобный набор эффективно стимулирует воображение испытуемого, позволяя ему в зависимости от
особенностей его самосознания, жизненного опыта, актуальных и латентных потребностей и доминирующих переживаний интерпретировать различным образом каждую из представленных ситуаций. Таблицы предъявлялись испытуемым одна за другой в соответствии с порядковой нумерацией. Всего каждому испытуемому было предъявлено десять таблиц.
Инструкция, которую мы давали испытуемым, представляет собой модификацию одного из вариантов (вариант, А — для подростков и взрослых со средним и выше уровнем интеллекта) оригинальной инструкции Г. Мюррея и звучит следующим образом: «Я собираюсь показать Вам несколько картинок по очереди. Мне хотелось бы, чтобы, посмотрев на каждую из них, Вы придумали бы как можно более волнующий рассказ. Пожалуйста, расскажите, что предшествовало событиям, изображенным на картинке, что происходит в данный момент, что чувствуют герои и о чем думают, а также что произойдет с ними потом. У Вас пятьдесят минут на десять картинок. Постарайтесь уделить каждой из них примерно по пять минут. Вот первая картинка».
Мы попытались представить инструкцию более нейтральной, отказавшись от подачи ТАТ как теста на интеллект. Мы исходили при этом из парадигмы проективных методов исследования, основанной на взглядах Л. Френка, Д. Рапапорта, К. Бремона и др. и разработанной в отечественной психологии Е. Т. Соколовой [8- 10]. Согласно данной парадигме, ТАТ рассматриваются как «экран», на котором испытуемый неосознанно отображает присущие ему типы и шаблоны поведения. При этом, чем больше свободы будет представлено испытуемому в ситуации тестирования, тем больше значимой информации удастся получить исследователю.
Анализируя ТАТ-истории, мы руководствовались, в первую очередь, словами Е. Т. Соколовой о том, что, «приписывая персонажу рассказа определенную логику поведения, испытуемый если и не реализует прямо свою собственную — ту, которой он пользуется в реальной жизни, то, во всяком случае, использует ту,
которая для него потенциально возможна"1. Отсюда следует, что некоторые способы достижения определенных результатов, которыми пользуются персонажи ТАТ-историй, потенциально возможны для их автора в условиях его реальной жизни. Эта идея была положена нами в основу модели анализа протоколов ТАТ.
Апробация представленной далее модели диагностики, основанной на контент-анализе ТАТ-историй, проводилась в процессе аттестационных мероприятий в одном из московских информационных холдингов. В процедуре тестирования с помощью Тематического апперцептивного теста приняли участие десять человек (четыре мужчины и шесть женщин) — управленческая команда Холдинга в полном составе.
Мотив и мотивация (или их эквиваленты — потребности, побуждения и т. п.) напрямую не наблюдаемы и тем самым недоступны непосредственному познанию. В качестве объяснительных понятий они являются своего рода гипотетическими конструктами, в силу чего не могут быть подвергнуты измерительным процедурам. Для удобства проведения расчетов по протоколам ТАТ мы выразили мотивацию достижения успеха и избегания неудач через операциональные конструкты — своего рода мотивационные переменные, с помощью которых можно провести количественную обработку связанного с мотивацией содержания текста. Всего нами предложено шесть переменных: три отражающих содержание мотива достижения, и три — мотива избегания неудач:
1. wishAch2 — желание достичь-
2. actAch3 — действие, направленное на достижение-
3. Ach — факт достижения-
4. wishAv4 — желание избежать-
5. actAv — действие, направленное на избегание-
6. Av — факт избегания.
Используемый нами подход к обработке текста ТАТ-историй, с одной стороны, является традиционным способом измерения уровня выраженности изучаемых мотивов у каждого испытуемого (Д. Мак-Клелланд и Х. Хекхаузен проводили операции такого же рода [14- 17]), но, с другой стороны, предлагаемые нами операциональные конструкты отличаются от переменных, используемых в работах названных ученых. По нашему мнению, такие категории, как «похвала (критика) окружающих" — «позитивное (негативное) эмоциональное состояние, связанное с успехом (неудачей)" — «оказываемая извне поддержка, усиливающая активность" — «препятствия в окружении и индивидуальные недостатки, способные блокировать активность» не соотносятся напрямую с мотивацией, являются оценочными категориями и в большей степени подвержены субъективизму интерпретирующего их исследователя, чем те переменные, которые предлагаются нами. Необходимо также отметить, что мы расширили сами понятия мотива достижения успеха и избегания неудач, внеся в область исследований не только мотивацию определенных видов деятельности (activity), но и мотивацию достижения и избегания в широком смысле слова.
Мы не проводим процедуру сложения переменных, выделенных в мотиве достижения и избегания, хотя Д. Мак-Клелланд и Х. Хекхаузен, посвятившие этим видам мотивации большую часть своих исследований, поступали именно так, являясь приверженцами очень распространенного (особенно в американской психологии) направления, представители которого склонны работать с проективными методами теми же способами, что и с бланковыми [14]. Мы более тяготеем к другому подходу, опираясь на процедуру «клинического эксперимента», и исходим из принципов патопсихологического исследования и проективной парадигмы исследования личности, разработанной в отечественной психологии [8- 11].
Понятие «суммы мотивационных компонентов» предполагает суммирование разноплановых переменных по линейной шкале, тогда как они образуют по крайней мере трехмерное пространство, в котором операции сложения осей определены быть не могут. Исходя из этих соображений, мы решили отдифференцировать различные мотивационные компоненты (желания, действия и факта достижения (избегания) в качестве отдельных переменных, предполагая, что при простом их сложении они будут нивелировать друг друга [6- 7].
В таблице 1 представлены выделенные нами категории содержания, соотносимые с каждым из предложенных операциональных конструктов.
В качестве примера приведем подробный анализ нескольких ТАТ-историй.
I. Испытуемый GS — директор по рекламе и PR.
Таблица 1.
Такой школьник сидит с грустным видом. Что это? Книга, что ли, перед ним? Сидит и чего-то учит. Он сидит, читает, что-то учит. … Вообще, не хочется ему это делать! Приходится! Наверное (скорее всего), что-то задали ему. Сложное и, главное, нелюбимое.
Соколова Е. Т. Мотивация и восприятие в норме и патологии. М., 1976. C. 37. От англ. «wish» (желание) и «achievement» (достижение). От англ. «act» (действие) и «achievement» (достижение). От англ. «avoidance» (избегание).
1
Название конструкта Категории содержания Примеры из протоколов испытуемых
1 2 3
wishACfl Разного рода стремления, желания и намерения персонажа ТАТ-истории позитивно разрешить создавшуюся ситуацию, не уходя от необходимости принятия решения и взятия на себя ответственности, а также желание победить в споре- удержать уходящего близкого человека- стремление добиться успеха и работе, учебе, воспитании детей- стремление к личностному росту вообще и т. п. «Он не любит мать ребенка, но хочет жить с ней, воспитывая сьгиа. Ему дорого то, что она может его понять и простить». (Испытуемый ОЙ, таблица 10).
wi shAV Опасения, сомнения, неуверенность в намерениях персонажа- равнодушие к выполняемой деятельности, пассивное принятие неблагополучной для него ситуации, нежелание разобраться в конфликте, «оставить все как есть» и т. п. «Мать читает своей дочери, уже такой достаточно взрослой девочке, книгу. … 1 [о девочка думает совсем об ином, наверное … ей уже не очень интересно то, что говорит ей мать, что она ей советует». (Испытуемая Си, таблица 7).
actACH Любые поступки, направленные на достижение успеха в учебе, работе и других видах деятельности- активный поиск персонажем выхода из конфликта (исключая пассивное принятие или уход из ситуации) — активную позицию в межличностных отношениях (стремление завязать знакомство, войти к конт акт'- с другим (и) персонажам (и) и т. п. «Она повзрослела, выросла, стала жить самостоятельно. Стала создавать свой дом. У нее появилась семья, появился муж, появились дети». (Испытуемый таблица 3).
] 2 3
actAV Любые поступки персонажа, направленные на уход из ситуации (конфликтной, спорной, неоднозначной), как бы этот уход не был мотивирован. «Эта женщина открыла дверь или закрывает ее от чего-то, что ее испугало. … Все-таки я думаю, что открыла, испугалась и схватилась рукой за портал, искала какую-то опору». (Испытуемый КЕ, таблица 3).
ACH Достижение положительного результата в любого рода деятельности- победа в спорс, убеждение других в своей правоте- сохранение отношений, которым угрожал разрыв (брак, дружеские или любовные отношения) или факт создания таких отношений: и подобные перечисленным события ТАТ-историй. «Ну, и думаю, что девочка прообижается, в конце концов, отложит куклу и, может быть, они с матерью договорятся до чего-то и перестанут обижаться». (Испытуемая АС, таблица 6).
AV Случаи потери персонажем друга, партнера, ребенка, другого значимого человека (смерть, разлука, отсутствие эмпатин со стороны любого персонажа) — поражения и неудач в профессиональной деятельности- уход из ситуации или выраженный отказ от ее разрешения. «Они все-таки расстанутся, потому что, мне кажется, есть семья и у того, и у другого, и все равно она останется в свосй ссмьс, а он в своей, то есть они не будут больше вместе». (Испытуемая 1С, таблица 6).
Таблица 1. Содержание операциональных переменных, связанных с мотивацией достижения успеха (избегания неудач)
Фраза «не хочется ему это делать» и сопровождающие ее эмоционально окрашенные уточнения позволяют обозначить данный фрагмент текста как содержащий конструкт «wishAv». Здесь налицо недовольство персонажа деятельностью, которой он вынужден заниматься («…что-то задали ему. Сложное и, главное, нелюбимое»).
Вот он и сидит, мучается, пытается сосредоточиться. Ну… Да, нет, вроде получается… Вот. Ну, в общем-то, такая задумчивость, сосредоточенность у парня. И озабоченность.
Что будет дальше? Ну, завтра ему придется, пожалуй, идти со всем с этим, что он там приготовил к уроку… Это его, пожалуй, больше всего смутило и озаботило… Как он там это вспомнит (то, что сейчас он выучил).
Однако мальчик «сидит, мучается, пытается сосредоточиться», то есть прилагает усилия, чтобы справиться со сложным и нелюбимым заданием. Его активные попытки, стремление подготовиться к уроку мы обозначаем как «actAch». Далее по тексту мы видим, что мальчику удается выучить урок («Ach»). Таким образом, проанализированная ТАТ-история содержит три мотивационные переменные: две, связанные с достижением («actAch» и «Ach») и одну, связанную с избеганием («wishAv»).
II. Испытуемый SV — директор по продажам.
Таблица 8.
Молодой студент, проходя обучение в институте, должен пройти все. Поэтому, когда он поступил в институт, он думал, что у него будет белый халат и, в общем-то, достаточно чистая работа,… работа с людьми.
Желание студента работать с людьми, надежду на «чистую работу» можно обозначить как & lt-^1^Ь|АсЬ|». Персонаж истории хочет быть врачом, однако в силу юности и неопытности видит в своей будущей профессии только привлекательные стороны, имеет о ней лишь поверхностное представление.
Однако ему приходилось во время занятий проходить через все: приходилось проходить через пато-анатомические вскрытия, приходилось проходить через анатомичку, приходилось резать крыс, делать то, что ему скажут. Он не совсем понимал, зачем он это делает, зачем это ему нужно. Однако у него была гордость. Вот… Гордость, что он является студентом-медиком, что он будет врачом, что он сможет помогать людям, что он будет просто дарить добро.
Здесь мы также можем выделить фразу, соотносимую с «желанием достичь»: молодой человек сохраняет стремление стать хорошим врачом, хотя и не совсем понимает, зачем нужны все те неприятные процедуры, которые ему приходится проходить на этом пути. Выполнение героем истории всего, что необходимо в процессе обучения (посещение анатомички, опыты с крысами) позволяет обозначить эти действия как «айАс!|».
Однако тот снобизм, который у него был с детства, не давал ему полностью раскрепоститься. Он считал, что часть работы для него — чистая, часть работы — грязную — должны делать другие люди на него. Находясь на очередном патологоанатомическом исследовании… женщины, которая былауби-та, он просто не мог понять, зачем он, желая стать врачом, не патологоанатомом, а врачом, связанным с другими дисциплинами, он решает для себя тот нюанс, что же все-таки он здесь делает. Что все это скучно, и те люди, которые проводят с таким самозабвением это исследование, свою работу, что же они делают, зачем это надо? Это грязная работа. Он в стороне от этой работы. Это слишком для него грязно, тяжело и совершенно ему не нужно. Он где-то в другом ракурсе, в другом луче света, он достаточно гениален и никогда не прикоснется к этому всему, никогда не будет это делать.
В этом отрывке налицо желание избегать «грязной работы», выполнение которой персонаж считает ниже своего достоинства («^1^!^»).
Однако через некоторое время, закончив институт и попав, как он считал, не по его знанию — он попал по распределению в обычную районную больницу, ему пришлось все равно этим заниматься и вот то, от чего он так отторгался, на него свалилось очень большим бременем.
Окончание института и начало профессиональной деятельности, с какими бы трудностями и переживаниями не были они сопряжены, мы, следуя нашей модели анализа, относим к «факту достижения» («АСН»).
Он не смог работать, он ушел из медицины. Он стал заниматься совсем другим … другой специальностью. … Полностью сменил профессию, сменил жизнь, потому что он подумал, то есть понял, что слишком грязная для него эта работа, все это дело не для него: он слишком чист.
Здесь мы выделяем «действия по избеганию» («actAv») — персонаж истории поменял специальность и образ жизни — и «факт избегания» («^»): «не смог работать, ушел из медицины».
III. Испытуемый К Е -директор по информационным технологиям.
Таблица 6.
Скорее всего, это мать и ее сын взрослый. Мать, поскольку она пожилая женщина, скорее всего, находится почти постоянно дома, занимается хозяйством, а сын работает в какой-то конторе, возможно, даже в банке. Женщина смотрит в окно… как бы… Видимо, ситуация все-таки… ну, такая… А, я вижу, мужчина держит в руках шляпу, как бы барьер защитный образуется… вот… ссутулился… Ну, очень часто люди, когда им сообщают какую-нибудь неприятную новость, они ссутуливаются… Видно, что у него шея как бы уменьшилась в длине… вот… Он смотрит вниз… Ну, не знаю… Конечно, я не могу ни по чему предположить, что его уволили, но какие-то неприятности по службе у него явно есть. Причем, мать их принимает тоже близко к сердцу, у нее руки тоже как бы сцеплены, она смотрит в окно… Пожилые люди, когда они думают о чем-то таком, трагичном, что ли, они очень часто смотрят в окно, на небо смотрят… Ну, не знаю, насколько это оправдывает предположение… Может, они к Богу так взывают… Не знаю, но я думаю, что, судя по верхней одежде, он с работы пришел недавно, или еще откуда-нибудь.
Представленный рассказ относится к числу тех ТАТ-историй, в которых, несмотря на их достаточно большой объем, можно выделить (в лучшем случае) только одну мотивационную переменную. Рассматриваемая история изобилует уточнениями, пояснениями, неполными фразами, отвлеченными размышлениями (этим отличаются рассказы ее автора и по другим таблицам), в то время как ее содержательный аспект выражен слабо. Мотивационным содержанием наполнена лишь заключительная фраза истории:
Скорее всего, она его посадит просто, покормит, потому что все-таки вряд ли он на работе в таком состоянии ел… Ну и попробует как-то его утешить.
Она соответствует переменной «actAch», так как один из персонажей — пожилая женщина — делает попытку изменить существующую ситуацию.
Среди рассказов испытуемых мы отметили несколько историй, которые, на наш взгляд, не содержат ни одного из интересующих нас мотивационных параметров. Это ТАТ-истории по таблицам 3, 7, 8 испытуемого KE, а также по таблицам 3, 6, 9 испытуемого SL.
В процессе апробации предлагаемой модели было проанализировано сто ТАТ-историй. Истории каждого испытуемого, как об этом уже было сказано выше, содержат разное число мотивационных переменных. При этом их количество сильно варьирует в зависимости от длины истории по конкретной таблице. Как и при подсчете формальных показателей в тесте Rorschach5, чтобы привести полученные количественные данные к единой (относительной) размерности, нами была использована следующая формула: Х- X — относительная величина переменной в конкретном — * ]qqo/0 где тексте испытуемого по одной таблице-
«Xi — мотивационная переменная, выделенная в конкретном
J^Xi тексте испытуемого по одной таблице-
¦ - сумма всех мотивационных переменных, выделенных в отдельном тексте испытуемого по данной таблице.
Полученные результаты представлены в таблице 2.
Код испытуемого Должность Пол Возраст ЛСН (%) WACH (%) АСТЛСН (%) AV (%) WAV (%.) ACTAV (%)
UX директор по маркетингу Жен. 25 24.6 24.6 8.2 22.9 8.2 1 1. 5
GS директор по рекламе и Р Р Муж. 31 32.4 23.5 20.6 11.7 8.8 2. 9
SV директор по продажам Муж. 27 18.9 15,5 25.9 15.5 13.8 10. 3
RM директор по персоналу Жен, 25 26.5 29,4 14.7 8.8 17.6 2. 9
AG директор по работе с регионами Жен. 25 20.6 26.5 17.6 23.5 11.8 0. 0
AL финансовый директор Жен. 26 20.0 36.0 0.0 16.0 16.0 12. 0
IG административный директор Жен, 20 16.6 33,3 16, 7 16. 7 16.7 0. 0
SL пице-пречидент Муж, 34 19.0 52,4 9,5 9.5 9,5 0. 0
KE директор по информационным технологиям Муж. 24 20.0 10,0 70.0 0.0 0,0 0. 0
GJ директор по развитию Жен. 27 5.3 10.5 21.1 21.0 21.1 21. 1
Таблица 2. Результаты обработки протоколов ТАТ-историй (%)
По результатам, представленным в таблице 2, можно видеть, что, как мы и предполагали, далеко не всегда какой-то из двух изучаемых нами мотивов (достижения успеха или избегания неудач) является явно доминирующим. Так как нас интересовало, в первую очередь, соотношение различных мотивационных компонентов, рассмотрим их наиболее интересные сочетания.
Только у двух испытуемых — GS и KE- можно видеть выраженное преобладание переменных одной направленности — связанных с достижением, хотя даже их мотивационные профили нельзя назвать однозначными. Почти все другие испытуемые демонстрируют весьма интересные сочетания компонентов разной направленности. Так, в профиле испытуемой AG при достаточно ровном сочетание мотивационных переменных, связанных с достижением («wishACH» — 26 процентов, «actACH» — 18 процентов, «ACH» — 21 процентов), присутствует конфликтное сочетание компонентов мотива избегания неудач: «wishAV» — 12 процентов, AV — 24 процентов, при том, что «actAV» — действия, направленные на избегание — отсутствуют.
5 Белый Б. И. Тест Роршаха. Практика и теория. СПб., 1992.
Для ТАТ-историй испытуемого SL характерно преобладание «желания достичь» («^^АСН» — около 52 процентов) — тогда как показатель по «факту достижения» («АСН») — средний (около 19 процентов), а по «действиям, направленным на достижение» («айАСН»), еще более низкий — 9,5 процента. Вместе с тем, при наличии «желания избегать» и «факта избегания» (по 9,5 процента каждый показатель), «действия, направленные на избегания» в его ТАТ-историях отсутствуют.
В ТАТ-историях испытуемой GJ «фактов достижения» очень мало (около 5 процентов), тогда как «желание достичь» составляет около 10 процентов, а «действия, направленные на достижение» — около 21 процента. Мотив избегания также присутствует в ее рассказах, причем показатель каждой переменной, связанной с этим мотивом, составляет примерно 21 процент.
Полученные результаты являются достаточно интересным и, безусловно, богатым материалом для построения интерпретаций относительно личностных особенностей испытуемых. Вместе с тем, сделанные на их основании заключения и прогнозы, в том числе и связанные с профессиональной эффективностью, все же будут носить гипотетический характер. В связи с этим в процессе нашей диагностической работы с членами управленческой команды мы столкнулись с необходимостью введения в процесс диагностики еще одного — вспомогательного — инструмента.
Напомним, что приоритетной задачей нашего исследования являлся поиск особенностей отражения внутриличностного конфликта в структуре мотивационной сферы личности, а именно, взаимосвязей между особенностями самосознания, целостностью определяющих его компонентов и мотивационными тенденциями в области достижений.
Психологические исследования констатируют, что одним из наиболее ярких маркеров пролонгированного внутреннего конфликта, который заключается в рассогласовании уровней самооценки и притязания, является устойчивый эмоциональный дискомфорт, прежде всего, высокая хроническая тревожность [4- 9- 12- 14]. На этом основании мы сочли полезным дополнить диагностическую процедуру измерением данной характеристики эмоционального состояния. Мы остановили свой выбор на «Шкале самооценки реактивной и личностной тревожности» (ШРЛТ) Ч. Д. Спилбергера в адаптации Ю. Л. Ханина.
Споры о том, допустимо ли связывать между собой прямые (опросники) и проективные методы исследования ведутся в психологической науке до сих пор. Однако большинство исследователей склоняются к мнению об эффективности и целесообразности подобного сочетания. Так, например, Г. Олпорт подчеркивал значение совместного применения прямого и проективного методов, поскольку это позволяет лучше интерпретировать данные, полученные при помощи проективных методик [14]. В настоящее время такой комплексный метод получил широкое распространение и особенно часто используется в патопсихологической диагностике [10- 11]. Таким образом, предлагаемая нами экспериментальная схема позволяет рассчитывать на получение достоверных и значимых результатов.
Показатели тревожности членов управленческой команды, ранее принимавших участие в проективной диагностике, приведены в таблице 3. Из результатов, представленных в данной таблице, следует, что четверо из десяти испытуемых — ОХ, RM, AL и GJ — имеют очень высокие показатели ЛТ (соответственно 60, 62, 65, 57 баллов соответственно) — из них трое — ОХ, AL и GJ — имеют также очень высокие показатели РТ (57, 65, 58 баллов соответственно). Высокий уровень РТ демонстрируют еще двое испытуемых — GS и SV (53 и 50 баллов соответственно), хотя их личностную тревожность можно оценить как умеренную (41 и 34 балла соответственно). Испытуемая ^ по результатам тестирования имеет средние показатели ЛТ (44) и РТ (33), что позволяет говорить об умеренной личностной и реактивной тревожности. Испытуемый SL демонстрирует умеренную реактивную тревожность (39 баллов), тогда как значение его личностной тревожности можно считать высоким (46 баллов). Испытуемые К Е и AG имеют средние показатели ЛТ (34 и 33 балла соответственно) и низкие показатели РТ (по 30 баллов каждый).
Код испыуемого Должность Пол Возраст Р Т ЛТ
ОХ директор по маркетингу Жен. 25 57 60
оя директор по рекламе и РГ& lt- Муж. 31 53 41
директор по продажам Муж. 27 50 34
Р_М директор по персоналу Жен. 25 44 62
Ав директор по работе с регионами Жен. 25 30 33
АЬ финансовый директор Жен. 26 49 65
ю адм и н истрати вный директор Жен. 20 33 44
БЬ випе-ггреэилент Муж. 34 39 46
КЕ директор по информационным технологиям Муж. 24 ЗО 34
ОД директор по рачкш ию Жен. 27 58 57
Таблица 3. Показатели Л Т и РТ членов управленческой команды
Поиск статистически значимых взаимосвязей выделенных мотивационных компонентов с личностной и реактивной тревожностью осуществлялся нами с помощью метода ранговой корреляции Спирмена. Результаты корреляционного анализа представлены в таблице 4.
Как видно из таблицы 4, мы получили две значимые корреляции:
• положительную — между переменными РТ и «actAv» (rs = 0. 868, при r = 0. 001) —
• отрицательную — между переменными ЛТ и «actAch» (rs = -0. 729, при r = 0. 017).
Первая корреляционная связь (между переменными РТ и «actAv») представляется достаточно очевидной: высокая реактивная тревожность (РТ) предполагают массивные защитные действия, направленные на выход из неблагоприятной ситуации (как способ совладания с тревожностью). Данный тезис мы также можем считать подтверждением адекватности предложенного нами метода текстового анализа: ситуация эмоционального стресса, приводящего к повышению реактивной тревожности, предполагает повышение активности поиска выхода их угрожающей ситуации, что диагностируется по рассказам ТАТ. Человек, находящийся в эмоционально-стрессовой ситуации (следствием чего является высокая реактивная тревожность), будет, прежде всего, искать способы освободиться от состояния высокой эмоциональной напряженности, а не размышлять о путях позитивного разрешения конфликта. На наш взгляд, в состоянии высокой реактивной тревожности на действия по избеганию будут мотивированы и индивиды, доминирующей мотивацией которых в нормальных условиях (вне эмоционального стресса) является мотивация достижения успеха. Таким образом, мы склонны рассматривать мотивацию к действиям по избеганию не в качестве характерной особенности исключительно «избегающих» (avoidant) личностей, а как универсальное следствие фрустрирующей ситуации.
Вторая корреляционная связь (между переменными ЛТ и «actAch») представляется менее однозначной и при интерпретации выводит на базовые, глубинные слои личности. Чем меньше базовая, личностная тревожность, тем больше действенных мотивационных компонентов («actAch») отражено в тексте. То есть свобода от базовой тревожности открывает путь к реализации мотива достижения (по крайней мере, к действиям в этом направлении). С другой стороны, отсутствие тревожности (чувства опасности) часто сопровождает маниакальные или гипоманиакальные состояния с характерным для них ощущением вседозволенности, склонностью к неоправданному риску, импульсивностью. На поведенческом уровне это предполагает массу действий по достижению хаотичного характера, что часто приводит к печальным последствиям и, безусловно, недопустимо в деятельности руководителя.
Совокупность полученных нами результатов подтверждает необходимость отказа от тезиса, согласно которому индивиды с высоким уровнем потребности в достижении однозначно рассматриваются как наиболее эффективные и результативные, в частности, в профессиональной деятельности. Не следует игнорировать их слабые стороны: в погоне за результатом и стремлении достичь его любой ценой качество может отходить на второй план, а личный успех быть предпочтительнее корпоративного. Желание избежать неудачи, в свою очередь, а также действия, направленные на его осуществление, не являются безусловно негативными характеристиками личности. Осторожность, прагматизм, умение отказаться от рискованного проекта и иллюзорной возможности получить сверхвысокую прибыль, предотвратив тем самым серьезные финансовые потери, — все эти качества предполагают выраженное присутствие в мо-тивационной сфере тенденций к избеганию повреждений.
Поэтому, на наш взгляд, большее значение для профессиональной эффективности, особенно в тех случаях, когда речь идет о руководящих работниках, имеет осознанность личностью собственных мотивов, определяющих направление и стиль деятельности. В этом случае даже актуальное присутствие конфликтных мотивационных тенденций не является критичным и проблема может быть решена посредством обоснованного выбора в пользу тех или иных предпочтений. Если же конфликт протекает на глубинном, бессознательном уровне, он может выступать пусковым механизмом для возникновения нарушений уже в межличностных взаимодействиях: с коллегами, партнерами и подчиненными.
Переменные Выборка Коэффициент Спирмена fr,) Уровень значимости (р)
РТ& amp-АСН% 10 -0. 009 0,979
PT& amp-WACH% 10 -0. 255 0. 476
FT& amp-ACTАСН% 10 -0. 103 0. 776
PT& amp-AWo 10 0. 255 0. 476
РТ& amp- WA V% 10 0. 212 0. 555
PT& amp-ACTAV% 10 0. S68 0. 001
ЛТ& amp-АСН% 10 0. 082 0. 821
JIT& amp-WACH% 10 0. 443 0. 198
JI T& amp-AC TA CH % 10 -0. 729 0. 016
JIT& amp-AV% 10 -0. 030 0. 933
JIT& amp-WAV% 10 0. 401 0. 250
J1T& amp-ACTAV% 10 0. 588 0. 073
Таблица 4. Соотношение показателей тревожности и мотивации достижения успеха (избегания неудач)
1. Айсина Р. М., Дедкова В. Н., Хачатурова Е. В. Социализация и адаптация детей раннего возраста // Ре-
бенок в детском саду. 2003. № 6. С. 46−50.
2. Банников Г. С. Роль личностных особенностей в формировании структуры депрессии и реакций дезадап-
тации. Автореф. дис. … канд. мед. наук. М., 1998. С. 21.
3. Белый Б. И. Тест Роршаха. Практика и теория. СПб., 1992.
4. Бороздина Л. В., Залученова Е. А. Увеличение индекса тревожности при расхождении уровней самооцен-
ки и притязаний // Вопросы психологии. 1993. № 1.
5. Кадыров И. М. Взаимодействие когнитивных и аффективных компонентов в структуре самосознания:
на модели невротических расстройств. Автореф. дис. … канд. психол. наук. М., 1990. С. 24.
6. Коньков С. А., Соколова Е. Т. Рождение языка самовыражения (опыт анализа вербальных репрезентаций
самосознания) // Московский психотерапевтический журнал. 1994. № 3.
7. Коньков С. А. Субъективная репрезентация самосознания// Вестник Московского государственного уни-
верситета. Серия 14. Психология. 1996. № 1. С. 21−30.
8. Леонтьев Д. А. Тематический апперцептивный тест. М., 2000.
9. Рейковский Я. Экспериментальная психология эмоций. М., 1979.
10. Соколова Е. Т. Мотивация и восприятие в норме и патологии. М., 1976.
11. Соколова Е. Т., Николаева В. В. Особенности личности при пограничных расстройствах и соматических заболеваниях. М., 1995.
12. Столин В. В. Самосознание личности. М., 1983 С. 388.
13. Фрейд З. Лекции по введению в психоанализ. М., 1989.
14. Хекхаузен Х. Мотивация и деятельность. М., 1986. Т. 1. С. 423.
15. Хорни К. Наши внутренние конфликты. М., 2000. С. 560.
16. Cloninger R. A systematic method for clinical description and classification of personality variants // Arch. Gen. Psychiatry. 1987. V. 44. P. 573−588.
17. McClelland D. C. Human Motuvation. Cambridge, 1987.
18. Murray Henry A. et al. Thematic Apperception Test. Manual. Cambridge: Harvard University Press, 1991.
? П
О О
Ш Ш
m & quot-О
& gt-
m Т
ЬЕ
er m
тм
ТИ
s
ш А
l=

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой