Толерантная личность

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Психология


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 316. 647. 5- 159.9. 072- 159. 923- 316. 612- 316. 642. 3- 316. 643- 316. 455- 315. 34. 7- 316. 647. 8
Толерантная личность 1
Гордон У. Олпорт
Слово «толерантность» может показаться каким-то слабым. Когда мы говорим, что толерантны к головной боли, своей убогой квартирке или соседу, мы, конечно, не имеем в виду, что мы все это любим, мы просто стойко переносим это, несмотря на неприязнь. Терпение к новичкам в сообществе — всего лишь побочный эффект соблюдения приличий.
Однако термин имеет и более строгое значение. Мы говорим, что толерантный человек — это тот, кто одинаково дружелюбно настроен ко всем людям без исключения. Ему безразлична раса, цвет или вероисповедание. Он не просто терпит все это, он любит людей. Мы будем рассуждать именно о таком уровне толерантности. К сожалению, в английском языке нет более подходящего названия для дружелюбного и доверительного отношения одного человека к другому вне зависимости от групповой принадлежности каждого из них. Некоторые авторы предпочитают термин «демократическая личность» или «продуктивная личность». В ряде случаев эти термины могут быть релевантными, однако для наших целей они не подходят, так как
охватывают слишком широкую область. Они не помогут нам достичь нашей цели — этнических установок. В исследованиях обычно используют два метода. Метод лонгитюдного исследования позволяет проследить развитие необъективных установок начиная с самых ранних ступеней детского развития. С помощью метода срезов можно исследовать наличные паттерны и определить, как организованы и функционируют этнические установки в целостной личности в настоящий момент. Оба эти метода подходят для исследования толерантной личности. Но, к сожалению, исследование «хороших соседей» не дает таких богатых результатов, как исследование «плохих соседей». Делинквентное поведение привлекает внимание исследователей гораздо чаще, чем законопослушное. Болезнь интересует медика гораздо сильнее, чем здоровье. Патология фанатизма, как правило, гораздо интереснее для социальной науки, чем благотворный феномен толерантности (Heath, 1945- Sorokin, 1950). Поэтому неудивительно, что о толерантности мы знаем гораздо меньше, чем о предубежденности.
Гордон Уиллард Олпорт (1897−1967) американский психолог. Фактический создатель психологии личности как особой предметной области психологической науки.
1 Олпорт Г. Толерантная личность (глава из книги «Природа предубеждения») // Век толерантности: научно-публицистический вестник. — М., 2003. — Вып. 6.
Первые годы жизни
Большинство наших знаний о развитии толерантности получено в исследованиях предубежденности с применением контрольных групп. Обычная практика предполагает сравнение группы толерантных индивидов с группой интолерантных и последующее выяснение факторов, лежащих за такой дифференциацией. Нам представляется, что толерантные дети вырастают в семьях с принимающей атмосферой. Их любят и принимают вне зависимости от того, что и как они делают. Наказания в таких семьях не бывают слишком суровыми или непоследовательными, и ребенок не вынужден каждую минуту подавлять свои импульсы во избежание родительского гнева. В прошлом предубежденных детей, в отличие от толерантных, как правило, обнаруживается «угрожающая обстановка». Лейтмотивом жизни толерантных детей оказывается безопасность, а не угроза. В процессе самоосознавания ребенок приучается сопоставлять свою тягу к удовольствию с требованиями наличной ситуации и своим потенциалом развития. Он получает достаточно удовольствия без подавления других и чувства вины и не проецирует чувство вины на окружающих. Его ментальная и эмоциональная жизнь не расколота на сознание и бессознательное. Отношение к родителям у таких детей хорошо дифференцировано. Они воспринимают родителей настолько целостными, насколько могут, не опасаясь критики. В отличие от предубежденных детей, у них нет сочетания сознательной любви с бессознательной ненавистью. Их любящее и одновременно критичное отношение многогранно и открыто. Они принимают родителей такими, какие они есть, без страха перед их высшей властью. Высокая ментальная гибкость толерантной личности (даже в детстве) проявляется уже в том, что она не приемлет дихотомической логики. Такой человек едва ли согласится с тем, что «есть только два типа людей: сильные и слабые», или что «есть только один правильный способ делать что-либо». Он не разделяет окружающую действительность на «правильную» и «неправильную». Для него существуют оттенки серого. Он не проводит жесткой границы между гендерными ролями. Он не согласится с тем, что «девочки должны учиться только тем вещам, которые пригодятся в домашнем хозяйстве».
Во время учебы в школе и в последующие годы толерантные дети, в отличие от предубежденных, не требуют четких инструкций перед тем как приступить к выполнению задания. Они толерантны к неопределенности, и для них не обязательна определенная и структурированная ситуация. Они спокойно говорят «я не знаю» и ждут, пока сама жизнь не предложит ответ.
Устойчивость к фрустрации у таких людей относительно велика. Сталкиваясь с ограничениями, они не впадают в панику. Они чувствуют себя комфортно внутри своего эго и не испытывают потребности в экстернализации (проекции) конфликта вовне. Если все идет не так, нет необходимости обвинять других: можно нести ответственность самому, не впадая при этом в панику. Примерно так выглядят толерантные социальные установки. Несомненно, они уходят корнями в детство, в родительскую политику поощрений и наказаний, в семейную атмосферу. Однако было бы неверным не учитывать врожденные свойства темперамента, которые могут служить предпосылками формирования толерантных установок. Один студент написал:
«Сколько себя помню, я всегда любил все живое. Родители рассказывали мне, что в возрасте пяти лет я прибежал домой плача, потому что соседский мальчик „трясет природу“. Когда они выглянули в окно, оказалось, что мальчик собирает желуди. С тех пор и по сей день мне не нравится любое насилие. Я с детства научился не пялиться на хромых и слепых и помогать нуждающимся, и я думаю, что именно это помогло мне избежать формирования предубежденности по отношению к меньшинствам».
В этом случае сочетание врожденных качеств и обучения послужило формированию аффилиативного взгляда на жизнь. Подводя итог, мы отмечаем, что толерантность едва ли возникает по одной какой-то причине. Это результат многих сил, действующих в одном направлении. Чем больше таких сил (темперамент, атмосфера в семье, особое обучение со стороны родителей, разнообразный опыт, влияние школы и общества), тем более толерантной станет развивающаяся личность.
Виды толерантности
Толерантные люди различаются по тому, насколько их этнические уста-
новки бросаются в глаза. Для некоторых справедливость занимает заметное место в системе мотивации и оказывается превыше всего. Например, немецкие антифашисты. Они знали о гитлеровском расизме и сознавали свое место в борьбе с ним. Когда появилась угроза их жизни, они были вынуждены сделать свои убеждения заметными.
Некоторые люди вообще кажутся непричастными. Они с виду настолько демократичны, что для них что еврей, что нееврей, что обязанность, что свобода. Все люди равны: групповая принадлежность в большинстве случаев не имеет значения. Люди, не имеющие предубеждения против евреев, часто не могут отличить еврея от не-еврея по внешним признакам, в отличие от предубежденных людей, для которых этот вопрос имеет значение.
Можно утверждать, что толерантные люди — это те, у кого вообще нет этнических установок. Для них не важны групповые различия. Человек для них — просто человек. Однако такая благостная неосведомленность трудно достижима в нашем обществе, где человеческие отношения мыслятся в терминах касты и класса. Чем сильнее вы хотите относиться к негру просто как к человеку, тем большее значение будет иметь его раса. Социальная дискриминация придает значимость этническим установкам.
Помимо значимости установок толерантности для самого индивида необходимо остановиться на конформной толерантности и толерантности, обусловленной характером. В обществе, где этнические проблемы не поднимаются или они подчинены принципам толерантности, мы можем ожидать, что люди примут во внимание идею равенства. Такие люди исходят из групповых норм и являются конформистами. Толерантность как черта характера — позитивное личностное образование, которое так же, как и личностная предубежденность, имеет функциональную значимость в целостной личности. Толерантность как черта характера означает уважительное отношение ее носителя к людям самим по себе. Такое уважение приложимо к самым разным стилям жизни. Некоторые люди несут заряд любви и доброй воли. Другие ценят групповые различия с эстетической точки зрения и находят их интересными и стимулирующими. У третьих толерантность оказывается составной частью поли-
тического либерализма и прогрессивной философии. Для четвертых важнее всего чувство справедливости. У остальных отношение к разным группам связано с понятием интернациональной дружбы. Они сознают, что мирные отношения между представителями всех рас невозможны, пока к цветным по-разному относятся на их родине (LaFarge, 1950). Короче говоря, толерантность как черта характера вплетена в позитивный взгляд на мир.
Воинствующая и пассивная толерантность
Некоторые толерантные люди — борцы. Они ни за что не пройдут мимо нарушения чьих-либо прав. Они ин-толерантны к интолерантности. Иногда они объединяются в группы (например, Комитет Расового Равенства) и инспектируют рестораны, отели и другие общественные места на предмет расовой дискриминации. Они становятся шпионами, чтобы вывести на чистую воду агитаторов интолерант-ных профашистских организаций. Они всячески поддерживают легальные методы борьбы с расовой сегрегацией и принимают участие в деятельности соответствующих организаций. Они вступают в наиболее воинствующие реформистские объединения, их можно услышать на слушаниях и увидеть в составе пикетов, если только речь идет о гражданских правах.
Можем ли мы сказать, что такие ревнители идеи предубеждены? Иногда да, иногда нет. Среди них встречаются «расисты наоборот», которые могут ненавидеть белых южан столь же иррационально, как некоторые белые ненавидят негров. Предубежденность существует во всех тех случаях, когда есть иррациональная ненависть к группе людей, зловредность которых преувеличивается и генерализуется. С этой точки зрения некоторые реформаторы не менее предубеждены, чем те, с кем они борются.
Другие борцы, однако, способны к анализу ситуации. Если они считают, что отдельно взятая акция в специально отведенное время на особых законных основаниях может оказаться полезной для какой-нибудь группы, они обязательно ринутся в бой. Они сделают это на основании собственных реальных ценностей без стереотипизирования оппонента. Или они могут намеренно выставить напоказ свою приверженность обычаям и, рискуя подвергнуться остракизму, продемон-
стрировать дружелюбие по отношению к изгоям, опять-таки сообразуясь с реализацией своих собственных планов. К такой ситуации наша оппозиция неприменима. Сила убеждения здесь не та, что в случае предубежденности. Пытаясь провести различие между убеждениями и предубежденностью, мы можем сказать, что об убеждениях можно говорить без эмоций. Такой ответ нельзя считать удовлетворительным, хотя в нем есть доля правды. Убеждения лишены эмоций и основаны на преодолении реальных препятствий. Напротив, эмоции, стоящие за предубежденностью, размыты, генерализованы и соотнесены с нерелевантными объектами.
Либерализм и радикализм
Толерантный человек, будь он воинствующим или пассивным, склонен к либеральным политическим взглядам (корреляция около 0. 5) (Adinarayaniah, 1941- Adorno et al., 1950). Либерал, согласно используемой в исследованиях шкале, — это тот, кто критикует статус-кво и ждет прогрессивных социальных перемен. Радикализм в большинстве шкал представлен как крайняя степень этого же паттерна. Однако нам представляется, что существует принципиальная разница между либералом и экстремальным радикалом (например, коммунистом), противостоящим социальной системе в целом. Этнические установки радикала обычно вплетены в воинствующий протест против общества. Борьба с системой для него важнее, чем улучшение условий жизни меньшинств.
Мы допустили бы неточность, если бы сказали, что радикализм представляет собой крайнюю степень либерализма. Функциональная значимость этих двух паттернов может заметно различаться. Либерал может находиться в ладу с обществом и желать лишь большего уважения к бедным, больным или представителям меньшинств. Его цель — усовершенствование жизни. Радикал, напротив, является носителем негативистического взгляда на вещи. Он жаждет перевернуть все вверх дном, не очень заботясь о последствиях. Тот факт, что либерализм и радикализм коррелируют с этнической толерантностью, дает мощное оружие в руки фанатиков, склонных к политическому консерватизму. Основываясь на толике правды, они делают вывод, что все, кто верит в равно-
правие, — радикалы. Конгрессмен-южанин сформулировал эту мысль следующим образом: «Все знают, что главная цель коммунистов на юге — объединение рас». То есть его оппонент, сторонник мягких реформ в отношении негров на юге, — коммунист. Логика парадоксов. Это все равно что сказать: «Все люди старше 75 лет стремятся к социальной защищенности. Поэтому все, кто стремится к социальной защищенности, старше 75». Беспорядок всегда сопутствует тому, чего добивается обвинитель. Он относит реформаторов к иррелевантной категории коммунистов. В реальности очень немногие из реформаторов коммунисты.
Уровень образования
Толерантные люди более либеральны (или радикальны), чем предубежденные. Являются ли они также более образованными? Или, как может показаться, раздвоение, сверхкатегоризация, проекция и замещение являются признаками глупости? Вопрос сложный. Даже параноики бывают весьма образованными за пределами узкой области своего недуга. Предубежденные люди зачастую успешны и не выказывают признаков глупости.
Исследования детей показывают, что толерантность слабо связана с высоким интеллектом (корреляция около 0. 3) (Minard, 1931- Zeligs, Hendrickson, 1933). Корреляция невысока и зависит от социальной принадлежности. Дети с более низким коэффициентом интеллекта обычно растут в семьях с низким уровнем образования и с меньшими возможностями, где вероятны невежество и предубежденность. Однако мы не можем утверждать, что существует базовая связь между толерантностью и сообразительностью, несмотря на то, что классовая принадлежность и семейное воспитание лежат в основе обоих феноменов. Мы окажемся на более или менее твердой почве, если поставим вопрос следующим образом: являются ли образованные люди более толерантными, чем необразованные? Исследование, проведенное в Южной Африке, дает утвердительный ответ на этот вопрос (Malherbe, 1946). Белых людей спрашивали, как они относятся к местным жителям. В зависимости от уровня образования ответы распределились следующим образом. За большие возможности в трудоустройстве выступают 84% выпускников уни-
верситетов и 30% людей, получивших только начальное образование. За равные возможности в получении образования — 85% выпускников университетов и 39% людей, получивших начальное образование. За расширение политических прав — соответственно, 77% и 27%. Эти данные говорят о значимом эффекте образования. Возможно, причина в том, что повышение уровня образования связано со снижением страха и беспокойства. Или в том, что образованность позволяет видеть общество в целом и понимать, что благоденствие одной группы связано с благоденствием всех остальных. Сравнительное исследование, проведенное в Америке, привело к сходным выводам, хотя они и не так выразительны. Различия между двумя вышеуказанными группами при ответах на сходные вопросы составляли 10−20%, а не 50%, как в предыдущем случаеоиНег, 1949- Gerstein, 1947- 8атекоп, 1945). Мы обратили внимание на различие между двумя типами вопросов: одни касаются установок, другие — убеждений и знаний. Естественно, что разница в уровне знаний о меньшинствах между образованными и необразованными людьми велика. Подавляющее большинство образованных людей знает, что кровь негров ничем не отличается от крови белых, и что большинство негров тяготится своей долей. Вопросы, исследующие знания, приводят к различиям в 30−40%. Однако толерантность прямо не связана со знаниями, а установки не очень-то зависят от образования. Одно исследование показывает, как зависит уровень толерантности студентов колледжа от образования их родителей. Около четырехсот студентов прошли тест на предубежденность. По результатам все участники были разбиты на две группы — более толерантные и менее. Результаты представлены в таблице 1.
Таким образом, мы можем утверждать, что в целом образование положительно коррелирует с толерантностью, и эта связь передается следующему поколению. Однако мы не можем сказать, связано это с чувством безопасности, навыками критического мышления или большим объемом знаний. Этот результат мог бы сильно измениться, если бы учащиеся проходили специальный тренинг кросскультур-ного общения, однако их пока очень немного в программах колледжей.
Поскольку обучение — особенно специальное кросскультурное — заметно повышает уровень толерантности, мы можем утверждать, что это всегда так. Однако мы не можем согласиться с теми энтузиастами, которые заявляют, что проблемы предубежденности — это проблемы недостатка образования.
Способность к эмпатии
Эта способность, о которой мы так мало знаем, — один из важнейших аспектов толерантности. Иногда ее называют эмпатией, иногда — любовью к людям, социальной чувствительностью или немецким словом & quot-Menschenkenntnis"-. Мы можем с уверенностью сказать, что толерантные люди более аккуратны в своих суждениях о других людях, чем интолерант-ные. В одном эксперименте, например, студент, набравший высокий балл по шкале авторитаризма, оказался в паре со студентом того же пола и возраста, набравшим низкий балл по этой шкале. В течение 20 минут студенты обменивались информацией о своих любимых теле- и радиопередачах и фильмах. Каждый получил впечатление о другом, как если бы они случайно где-то познакомились. Цель эксперимента, естественно не была известна испытуемым. После беседы каждый из участников в отдельной комнате должен был заполнить анкету с точки зрения другого. В эксперименте участвовали 27 пар студентов.
Полученный результат показывает, что предубежденные студенты проецируют свои установки на партнера- они заполняют тест в авторитарной манере (хотя партнер не склонен к это-му). Неавторитарные студенты, напротив, оценивают установки других более точно. Они не только улавливают авторитарность, но и более корректно отвечают на вопросы о личности другого. Короче говоря, толерантные студенты лучше понимают других людей, чем интолерантные (Scodel, Mussen, 1953).
Давайте подумаем, почему способность к эмпатии ведет к толерантности. Это не потому, что человек, лучше понимающий другого, не испытывает тревоги и опасений? Понимая другого, он уверен, что сможет избежать неприятностей, если они возникнут. Реалистичная оценка окружающего дает ему возможность избегать проблем и строить удовлетворяющие отношения. Человек, лишенный такой способности, не может полагаться на себя, общаясь с другими. Он все время в напряжении, он вынужден классифицировать незнакомцев и реагировать на них «в целом». Испытывая давление, он вынужден стереотипизировать.
Таким образом, мы можем объяснить, что такое способность к эмпатии. Вероятно, это продукт совокупности факторов (принимающая атмосфера родительского дома, чувство прекрасного, высокая социальная компетентность). Для наших целей важно отметить, что, вне зависимости от истоков, это одна из важнейших черт этнически толерантной личности.
Самосознание
Понятие самосознания кажется знакомым. Как показывают исследования, знание себя ассоциируется с толерантностью к другим. Люди, осознающие себя и критичные к себе, не склонны переносить свою вину и ответственность на других. Они знают свои возможности и ограничения.
Эту тему можно исследовать разными способами. Калифорнийские исследования толерантных и предубежденных групп показали, что эго-идеалу толерантных людей свойственны черты, которых не достает им самим- при этом предубежденные люди рисуют образ, сильно похожий на них самих. Толерантные люди, будучи более спокойными, яснее представляют себе разницу между эго-идеалом и объективной реальностью (Аёогпо, 1950). Они знают себя и не удовлетворены тем, что знают. Их уро-
Таблица 1. Распределение уровня предубежденности в зависимости от уровня образования родителей
Более толерантные Менее толерантные
Оба родителя окончили колледж 60.3 39. 7
Один из родителей окончил колледж 53.0 47. 0
Оба родителя не получили образования 41.2 58. 8
вень самосознания не позволяет им проецировать свои ограничения на других. Многие исследователи пытались изучать духовность толерантной личности. Объектами исследований становились процессы воображения, фантазии, рефлексия, творческая активность. Предубежденные люди заменяют проявления духовности эк-стернализацией конфликтов и оказываются поглощенными реальностью вместо того, чтобы впитывать ее. Толерантные люди стремятся к персональной автономии вместо поиска надежной опоры (Hartley, 1946).
Эмпатия, самосознание, духовность очень трудно подвергнуть лабораторному, а тем более клиническому исследованию. Тем более удивительно, что наше исследование оказалось удачным. Есть одно качество, успешно поддающееся исследованию, — это чувство юмора. Мы имеем все основания утверждать, что чувство юмора неразрывно связано с уровнем самосознания (Allport, 1937). Несмотря на то, что трудно точно сказать, что такое чувство юмора, в психологии существует достаточно точный инструмент для его измерения. Мы рискнем утверждать, что чувство юмора отражает меру предубежденности. Те, кто хоть раз посещал митинги и встречи с агитаторами, пропагандирующими инто-лерантные идеи, отмечали отсутствие чувства юмора. Это суждение впечатляет. В нашем описании синдрома предубежденности юмор — недостающий ингредиент- в то же время этот ингредиент всегда присутствует в синдроме толерантности. Тот, кто умеет смеяться над собой, вряд ли склонен испытывать превосходство над другими. Духовность и способность смеяться над собой — отличительные признаки толерантной личности. Самообвинение замещает проекцию вины вовне.
Толерантность к неопределенности
В этой книге мы много раз обращались к отличительным признакам когнитивной сферы предубежденной личности. Мы показали ригидность категорий, склонность к раздвоению, избирательное восприятие, упрощение воспоминаний, стремление к определенности даже в тех ситуациях, когда это невозможно. Э. Френкель-Брунсвик предложила термин «толерантность к неопределенности» (Frenkel-Brunswik, 1949). Важно не
столько название, сколько содержание, а именно: толерантный способ восприятия этнических групп, в отличие от предубежденного, — это рефлексия всех составляющих когнитивной операции.
Жизненная философия
Герои классического романа Е. М. Фостера о предубежденности, «Поездка в Индию», планируют вечеринку. Список приглашенных слишком велик. Приглашены даже несколько мусульман и индуистов. Один из англичан в ужасе произносит: «Мы должны исключить кого-то, иначе все останемся ни с чем».
Толерантные люди думают иначе. Они чувствуют себя более сильными и наполненными, когда «приглашают как можно больше разных людей». Политика исключений не для них.
В этом отрывке можно найти множество причин, в связи с которыми люди предпочитают такой стиль жизни. Кого-то глубоко трогает природа. Другие транслируют то хорошее, что испытали в детстве. У третьих высоко развиты эстетические и социальные ценности. Определенную роль играет уровень образования- нельзя забывать и о либеральных политических взглядах. Самосознание и эмпатия вносят свой вклад. В общем и целом, базовая безопасность и сила Я — это те факторы, которые противодействуют стремлению подавлять и обвинять других и поиску государственных и авторитетных гарантий личной безопасности.
Казалось бы, каждый живущий пытается постичь собственную природу, то есть учиться на ошибках. Это стремление приводит к одному из двух путей. Для предубежденного человека окружающий мир — джунгли, где всюду подстерегают опасности. Для толерантного — как раз наоборот.
Некоторые современные теории любви и ненависти утверждают, что изначально каждому человеку свойственно стремление к доверию и любви. Такое стремление формируется на основе доверительных отношений матери и ребенка, природы и творчества. Любовь — источник счастья. Зло, с которым человек сталкивается в течение жизни, подавляет стремление к любви. Неспособность преодолевать фрустрации и депривации дезинтегрирует эго (Suttie, 1935- Bigelow, 1951). Если наша точка зрения верна, развитие де-
мократической личности происходит большей частью на основе создания внутренней безопасности. Только в том случае, если жизнь человека свободна от интолерантных устремлений, или они адекватно оцениваются сильным эго, человек сможет взаимодействовать со всеми людьми без исключения.
Список литературы:
1. Adirayaniah S.P. A research in color prejudice // British Journal of Psychology. — 1941. -31. — P. 217−229.
2. Adorno T.W., Frenkel-Brunswik E., Levinson D.J., Sanford R.N. The autoritarian personality. — New York: Harper, 1950.
3. Allport G.W. Basic principles in improving human relations // Bigelow K.W. Cultural groups and human relations. — New York: Columbia University Press, 1951.
4. Allport G.W. Personality: A psychological interpretation. — New York: Henry Holt, 1937.
5. Allport G.W., Kramer B.M. Some roots of prejudice // Journal of Psychology. — 1946. -22. — P. 9−39.
6. Gerstein R. Probing canadian prejudices: a preliminary objective survey // Journal of Psychology. — 1947. — 23. — P. 151−159.
7. Frenkel-Brunswik E. Intolerance of ambiguity as an emotional and perceptual personality variable // Journal of Personality.
— 1949. — 18. — P. 108−143.
8. Fromm E. Man for himself. — New York: Rinehart, 1947.
9. Hartley E.L. Problems in prejudice. — New York: Kings Crown, 1946.
10. Heath. C.L. What people are: A study of normal young men. — Cambridge: Harvard University Press, 1945.
11. LaFarge J. No postponement. — New York: Harper, 1950.
12. Malherbe E.G. Race attitudes and education.
— Johannesburg, S.A.: Institute of Race Relations, 1946.
13. Minard R.D. Race attitudes of Iowa children // Studies in character. — University of Iowa.
— 1931. — 4. — No 2.
14. Samelson B. The Patterning of attitudes and beliefs regarding the american negro. -Cambridge: Radcliffe College Library, 1945.
15. Scodel A., Mussen P. Social perceptions of authoritarians and non-authoritarians // Journal of Abnormal and Social Psychology.
— 1953. — 48. — P. 181−184.
16. Sorokin P.A. Altruistic Love: A study of american «good neighbors» and Christian Saints. — Boston: Beacon Press, 1950.
17. Stouffer S.A. et al. The american soldier: Adjustment during army life. — Princeton University Press, 1949.
18. Suttie I. The origins of love and hate. -London: Kegan Paul, 1935.
19. Zeligs R., Hendrickson G. Racial attitudes of 200 sixth-grade children // Sociology and Social Research. — 1933. — 18. — P. 26−36.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой