«Новая журналистика» и тенденции неогуманизма в современном обществе

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Массовая коммуникация. Журналистика. Средства массовой информации (СМИ)


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

«НОВАЯ ЖУРНАЛИСТИКА» И ТЕНДЕНЦИИ НЕОГУМАНИЗМА В СОВРЕМЕННОМ ОБЩЕСТВЕ
Ключевые слова: парадигма, дегуманизирующие эффекты либертарианской теории прессы, неогуманизм, «новая журналистика».
Статья посвящена проблемам гуманизации современного общества и, в частности, журналистики как важнейшего социального института. Именно неогуманизм, по мнению автора, должен стать идеологической основой для зарождающейся на современном этапе развития цивилизации постпостмодернистской парадигмы. К концу XX столетия СМИ, становясь во всевозрастающей степени фактором воздействия как на государство в целом, так и на отдельного человека — потребителя информации, приобрели принципиально новые характеристики в качестве одного из сложнейших и важнейших социальных институтов современного общества. Однако методичное нарушение журналистами профессиональных стандартов и использование дегуманизирующих методик вызывают серьезную обеспокоенность общества своим духовным и нравственным здоровьем. Чтобы упрочнить ослабевающие связи с аудиторией, журналистике необходимо решить ряд нормативных, профессиональных и этических вопросов, в первую очередь найти неогуманистические ориентиры, которые бы стали мировоззренческой основой для журналистики XXI в.
Нами предпринята попытка аккумулировать отечественные и зарубежные концепции, ориентированные на преодоление дегуманизирующих эффектов традиционной либертарианской прессы, а также предложена собственная теория «новой журналистики» — неогуманистически ориентированной парадигмы отечественной журналистики, направленной на коррекцию сознания массовой аудитории с целью создания у нее активного созидательного настроя. Кроме того, нами разработаны основные законы, принципы и методы предлагаемой информационной модели.
«NEW JOURNALISM» AND TENDENCIES OF NEOHUMANISM IN MORDEN SOCIETY
Key words: paradigm, unhumanity effects of libertarian theory of press, neohumanism, «new journalism».
The summary: Article is devoted to humanization of modern domestic journalism. Because neohumanism, in opinion of the author, should become an ideological basis for arising on the present stage of development of a civilization of a postpostmodernist paradigm. By the end of XX century of mass-media, becoming the factor of influence for a life as the states as a whole, and each separate person — the consumer of the information, have got essentially new characteristics as one of the most complicated and major social institutes of a modern society. However methodical infringement by journalists of professional standards and use unhumanistic techniques cause serious concern of a society the spiritual and moral health. To strengthen weakening communications with an audience, it is necessary for journalism to solve a number of normative, professional and ethical questions, but, first of all, to find neohumanistic reference points which would become a world outlook basis for journalism of XXI century. We undertake attempt to accumulate the domestic and foreign concepts focused on overcoming unhumanity effects of libertarian theory of press, and also own theory is offered «new journalism» -neohumanistic the focused paradigm of the domestic journalism directed on correction of consciousness of a mass audience with the purpose of creation at it of an active creative spirit. Besides we develop organic laws, principles and methods of offered information model.
Становясь во всевозрастающей степени фактором воздействия как на государство в целом, так и на отдельного человека — потребителя информации, СМИ к концу XX столетия приобрели принципиально новые характеристики в качестве одного из сложнейших и важнейших социальных институтов современного общества. По утверждению Дж. Ваттимо, «общество, в котором мы живем, является обществом всеобщей коммуникации, обществом массмедиа» [1, с. 47].
Журналисты узурпировали право передачи гражданам информации. Если раньше фундамент человеческого мировоззрения составляли непосредственный практический опыт и сведения, полученные в ходе личных контактов, то теперь процесс его формирования ограничился узким сегментом личных контактов и набором внешних источников информации. Люди начинают выстраивать собственную личность из информации, которую получают через разные каналы. Мировоззрение в этом случае складывается из множества образов и моделей поведения, полученных из СМИ. Методичное нарушение журналистами профессиональных стандартов и использование дегуманизирующих методик вызывают обеспокоенность общества своим духовным и нравственным здоровьем. Чтобы
упрочнить ослабевающие связи с аудиторией, журналистике необходимо решить ряд нормативных, профессиональных и этических вопросов.
Эксперты и специалисты, занимающиеся анализом современного информационного рынка, преодоление данного кризиса связывают с появлением некой новой информационной парадигмы, которая смогла бы преодолеть издержки либертарианской теории прессы, подвергшейся острой критике в конце XX в. Мировоззренческой основой для новой концепции должна стать гуманизация общественного сознания, так как именно неогуманизм выступает в качестве ключевого фактора «зарождающейся на современном этапе развития цивилизации пост-постмодернистской парадигмы» [6, с. 13].
Гуманистические идеи в истории выдвигались каждый раз, когда возникали кризисные явления, как духовная предпосылка, представление об идеале и теоретическое обоснование социальных перемен. Вот почему на современном этапе гуманистическая мысль в очередной раз претерпевает ряд существенных изменений и претендует на место глобальной идеологии XXl в.
Одна из стратегических задач по формированию гуманистического мышления отводится средствам массовой информации. В конце XX столетия зарубежные и отечественные исследователи журналистики подвергли резкой критике либертарианскую теорию прессы и активно занялись поиском ее новой концепции, которая уделяла бы основное внимание обязанностям СМИ и их способностям по формированию мыслящей, высокодуховной личности, способной к активному социальному созиданию.
В 1956 г. за рубежом зародилось идейное течение, которое скорректировало определенные представления либертарианской теории и отвергло ряд наиболее одиозных постулатов. Основные принципы нового направления сформулировали Ф. Сиберт, У. Шрамм и Т. Питерсон в книге «Четыре теории прессы». В 1995 г. группа ученых Иллинойского университета, переосмыслив теорию социальной ответственности Ф. Сиберта, У. Шрамма и Т. Питерсона, в качестве альтернативы предложила идеи коммунитарианского демократизма, а также сопряженные с ними принципы общественной этики. Так за рубежом получает развитие еще одна гуманистически ориентированная концепция гражданского журнализма («civic journalism»), которая воплотила идею служения обществу с позиции коммунитаризма и партисипарной демократии.
В России первая концепция, ориентированная на преодоление дегуманизирующих эффектов либертарианской теории прессы и моделирование поиска решения общественных проблем, была сформулирована в 1988 г. И.М. Дзяло-шинским. Позднее его идеи «гражданской журналистики» получили развитие в виде концепций «рефлексивной», «субъектной», «народной», «общинной», «коммунитарной», «социальной», «гуманитарной» журналистики.
Важно подчеркнуть, что именно неогуманизм является первопричиной, важнейшей объективной предпосылкой, обусловившей возникновение таких процессов в теории журналистики, как гуманизация, реальное осуществление которой возможно только в пространстве неогуманистического мировоззрения.
О. Н. Робуль определяет неогуманизм как «современную синергетическую доктрину возвеличивания личностных интересов и личностной значимости человека, специфика теоретического распространения и реального воплощения на практике которой предусматривает разноуровневость: микроуровень — гуманизацию внутреннего мира человека на основе осознания и признания его личностной самоценности, формирования личностной гуманистической культуры- и макроуровень — гуманизацию человеческого общества в целом, формирование глобальной гуманистической культуры» [11, с. 21].
На микроуровне суть состоит в том, что человек должен не изменять мир, а, прежде всего, изменять, преобразовывать, совершенствовать себя самого. Следовательно, акцент делается на самом человеке, его внутреннем мире, процессах самопознания, саморазвития, самореализации. Человек должен стать субъектом, в первую очередь, по отношению к себе. Только после этого он будет относиться к другому как к равноценному субъекту. Неогуманизм выражает уверенность в реальности и неограниченных возможностях самосовершенствования человека, неисчерпаемости его познавательных, адаптивных, преобразовательных и творческих способностей.
На макроуровне выдвигаются требования защиты окружающей среды, ликвидации разрыва между развитыми и слаборазвитыми странами, повышения эффективности экономики, реализации зафиксированных прав и свобод человека, борьбы с бедностью и социальной незащищенностью, ликвидации правового неравноправия, развития культуры, повышения уровня образования, улучшения медицинского обслуживания и т. д. Неогуманизм распространяет гуманные отношения ко всем людям и на все создания — растения, животных и даже неодушевленные предметы. Он представляет собой философскую базу для построения новой эры экологического равновесия, всепланетного гражданства и вселенского единения.
Неогуманизм — это больше, чем только этическая доктрина, теория воспитания и антропология, поскольку в нем ставится задача собрать воедино и систематизировать все области и формы проявления человечности человека. Это значит, что в рамках неогуманистического проекта интегрируются и культивируются на уровне мировоззрения и образа жизни нравственные, гражданско-правовые, политические, социальные, национальные и глобальные, философские, эстетические, научные, жизнесмысловые, экологические и все иные человеческие ценности.
Неогуманизм не является и не должен являться идеологией или какой-либо партийно-политической программой, т. е. общественным идейным течением, организующей, мобилизующей и направляющей людей к достижению определенных политических или иных целей, связанных с господством и властью части людей над остальными членами национального или мирового сообщества.
Вместе с тем неогуманизм помогает прояснить диапазон и утвердить законное многообразие, плюрализм политических ценностей, от которых требует лишь признать общечеловеческие ценности в качестве своей общей основы. В диалоге, конкуренции и обмене политическими идеями в обществе неогуманизм способен выполняет такие функции, как коммуникативная (функция сообщения или трансляции), интегративная (функция объединения), координирующая (функция согласования и организации) и согласительная (функция примирения, поиска компромисса и согласия).
Не являясь идеологией, неогуманизм не является и не должен являться официальной государственной доктриной (если не считать такой «доктриной» права человека и гражданина), так же как и какой-либо формой религии.
Как общественный строй неогуманизм — новая цивилизованная культурная формация, или культурная формационная цивилизация. Это наиболее соответствующее человеческой сущности общество, интеллектуально сознательная, историческая ступень развития всего человечества. Его составляющие: международная мир и сотрудничество государств и народов при координирующей роли ООН- экономическая свободное разнообразие форм собственности и средств управления ею- социальная интеллигенция и справедливое гражданское общество- политическая социальное демократическое государство и многопартийность- духовная гуманистическое мировоззрение граждан, первенство науки, образования и культуры, гласность.
Основная задача неогуманизма — интегрировать и культивировать на уровне мировоззрения и образа жизни нравственные, юридические, гражданские, политические, социальные, национальные и транснациональные, философские, эстетические, научные, экзистенциальные, экологические и все иные человеческие ценности.
Неогуманизм представляет собой чрезвычайно актуальный и наиболее сложный процесс, поскольку определяет истинный смысл, сущность и цель современной парадигмы развития СМИ.
Трудно выявить, когда именно традиционная либертарианская теория практически неограниченной свободы прессы начала сдавать свои позиции, а издатели начали принимать на себя определенную ответственность, однако уже к середине XIX в. журналистика стала привлекать образованных принципиальных людей, которые устанавливали высокие требования к своему ремеслу. С начала ХХ в. западные и отечественные издатели начали все чаще говорить об обязанностях, вытекающих из привилегированного положения, которое пресса занимала по Конституции.
По мнению М. И. Раца, российский национальный кризис состоит в том, что «мы испытываем колоссальный дефицит средств преобразования существующей ситуации, которая никого не устраивает» [10, с. 115]. Я. Экекрантц также считает, что современная Россия в медиа-дискурсе «служит огромной естественной лабораторией для социальных и культурных исследований СМИ в самом широком смысле» [16, с. 9].
Первую фундаментальную гуманистически ориентированную концепцию современной отечественной журналистики выдвинул профессор Института региональной прессы И. М. Дзялошинский. В 1988 г. в статье «Еще раз о технократическом подходе» он сформулировал основные принципы новой медийной парадигмы, нацеленной на моделирование поиска решения общественных проблем.
И. М. Дзялошинский дал собственное определение термина «гражданская журналистика» — «это одновременно философия и система ценностей, сопровождаемая рядом новых технологий, призванных отражать в журналистике и то, и другое. По своей сути это вера в то, что журналистика имеет обязанность перед общественной жизнью — гораздо большую, чем просто сообщать новости или раскрывать множество фактов. То, как мы непосредственно делаем нашу работу, влияет на общественную жизнь» [2, с. 57]. И. М. Дзялошинский постулирует нравственную необходимость существования, наряду с «журналистикой управления» и «журналистикой информации», так называемой «журналистики соучастия». Это журналистика «…сотрудничества, соратничества… которая ставит перед собой задачу помогать реальным людям. Здесь главное не тираж, не влияние, а взаимопонимание журналиста со своим народом, своими читателями» [2, с. 65]. Идею продолжает Г. В. Лазутина: «Журналистика — не просто деятельность по производству текстов. Журналистика выступает как организатор сотрудничества, сотворчества разных общественных сил и отдельных граждан в целях создания массовых информационных потоков. она — „цех сборки“ продуктов такого сотрудничества» [12, с. 73].
В дальнейшем эти идеи получили широкое распространение среди российских исследователей. Осенью 1993 г. на первом семинаре Института региональной прессы с подробным докладом выступил редактор газеты «Шарлот обзер-вер» Рич Оппел. С этого момента в ИРП зародился Шарлотский проект, сплотивший журналистов Санкт-Петербурга, Ленинградской области, а также Хабаровска и Нальчика. Благодаря этим семинарам некоторые редакционные коллективы северо-запада России ввели в свои издания отдельные колонки, в которых использовался подход, основанный на принципах гражданской журналистики.
В феврале 2005 г. открылся проект «Северная школа гражданской журналистики». В целевую группу вошли журналисты Мурманской области и респуб-
лики Карелия. «Северная школа» была создана для того, чтобы решить проблему дополнительного образования в области гражданской журналистики для практикующих журналистов.
В сентябре 2002 г. развитие получает еще одна концепция, направленная на преодоление дегуманизирующих эффектов современной прессы. Агентство социальной информации в сотрудничестве с кафедрой теории и практики периодической печати МГУ им. М. В. Ломоносова начало проект «Студия „социальная журналистика“. Учебный курс был подготовлен на основе деятельности общественных и благотворительных организаций России.
До этого момента в среде научной общественности сложилось мнение, что не стоит особо выделять социальную журналистику, так как журналистика социальна по своей природе. Здесь значение „социальное“ использовалось в широком смысле — как „общественное“, „отделившуюся от природы часть мира“. Если журналистика полезна обществу, эффективна, развивается в его интересах, то, независимо от предмета, ее также считают социальной» [5, с. 64].
Однако в теории и практике общественных наук есть и другое толкование термина «социальный». По мнению сторонников появившейся теории прессы, социальное обозначает определенную сферу общественной жизни, в рамках которой удовлетворяются необходимые жизненные потребности членов общества, происходит взаимодействие различных общностей людей, различающихся по возрастному, имущественному, национальному и другим признакам [5, с. 70].
Участники проекта признали, что особых различий в понятиях «гражданская журналистика» и «социальная журналистика» нет. Можно отметить только одно: гражданская журналистика, как правило, предлагает решение или побуждает аудиторию к какому-либо действию, а социальная журналистика может ограничиваться только постановкой проблемы.
А. К. Симонов пишет, что при переходе на позиции гражданской журналистики работники СМИ из объективных репортеров превращаются в неких лидеров, призванных созвать граждан под свои знамена. Основная задача при этом — максимально активизировать ставших циничными граждан и возродить дух коммуны, осуществив тем самым возврат к идеалам общинности от эпохи индивидуализма. У него вызывает сомнения, что СМИ смогут помочь в структурном ремонте основ общества, так как, по его мнению, гражданская журналистика отражает скорее риторику граждан, нежели реальности жизни. Однако исследователь признает, что смешение международных и местных интересов рождает новый положительный симбиоз, соответствующий интересам как общества, так и СМИ. Новый вид журналистской деятельности А. К. Симонов предлагает именовать «журналистикой участия». В основе такого вида медийного творчества станет общественный форум на местном, региональном, национальном, а также международном уровнях, организованный различными СМИ. «Новые подходы требуют, с одной стороны, наличия права граждан на информацию, а с другой — плюрализма в общественных отношениях, а также ответственности СМИ», — пишет А. К. Симонов [14, с. 15].
Близка к его позиции и концепция гуманистически ориентированной народной журналистики Е. П. Прохорова. Основную ставку исследователь делает на развитие гражданского общества. Особая роль в формировании нового типа журналистики отводится государству. По мнению исследователя: «не случайно возникает сомнение о приемлемости существования государственных СМИ на деньги, поступающие от налогоплательщиков, при выражении ими вовсе не общей позиции» [9, с. 7].
В учебном пособии «Журналистика и демократия» автором предпринята попытка рассмотрения социокультурной проблемы: «журналистика и гуманизм»
[8]. Для реализации данного взаимодействия он предлагает создать третий тип СМИ (наряду с частными и государственными) — особую разновидность изданий государственно-общественных по учредительскому статусу, общенародных по характеру позиции, бюджетных (с участием различных общественных фондов) по финансированию в случае убыточности. По мнению Е. П. Прохорова, именно такие СМИ должны стать основой «народной журналистики».
По-другому проблему гуманизации масс-медийной системы решают представители так называемой «рефлексивной журналистики». Основное место при становлении нового типа журналистского творчества последователи данной концепции отводят становлению «стратегических элит России». Согласно определению В. Е. Лепского, «стратегические элиты — это идеальные образцы, стремление к реальному воплощению которых может способствовать повышению безопасности и устойчивому развитию человечества» [7, с. 22].
Тем самым важнейшей проблемой в журналистской практике становится формирование высокодуховной мыслящей личности, так как в словарном смысле термин «рефлексия» обозначает «форму теоретической деятельности человека, направленную на осмысление своих собственных действий и их законов» [4, с. 48].
Широкое распространение этих исследований в значительной степени связано с выведением В. А. Лефевром понятия рефлексии из философии в общесистемное междисциплинарное поле [17]. Образовавшееся рефлексивное движение в журналистике сконцентрировалось на примере тех людей, которых она экспонирует аудитории, демонстрируя возможности новой цивилизационной парадигмы.
Все вышеизложенное заставляет полагать, что в России назрела острая необходимость социальной переориентации журналистики для преодоления дегуманизирующих эффектов прессы и возвращения доверия со стороны населения. В условиях развития неогуманизма именно российский народ имеет в своем распоряжении «уникальный опыт многократной смены общественного строя на протяжении всего двух-трех поколений, позволяющий освободиться от мифов и иллюзий и заняться выработкой идеологии общественного развития» [15, с. 199].
Мы попытались аккумулировать идеи отечественных ученых с неогумани-стических позиций и предложить собственную концепцию отечественной журналистики. Основанием для этого послужило то, что при формулировке теоретиками социальных задач СМИ проблема общественной гуманизации зачастую выступает всего лишь как один из многих принципов и поэтому часто «теряется» в ряду других, хотя в условиях неогуманистической парадигмы именно ей отведено место главного и определяющего ориентира всего социального мышления. К тому же у исследователей существуют разногласия в расстановке методологических акцентов и использовании терминологии при характеристике зарождающейся неогуманистически ориентированной парадигмы СМИ.
В результате мы решили воспользоваться термином «новая журналистика», предоставив научному сообществу возможность дальнейшей разработки общей терминологии. К тому же, в зарубежной теории журналистики неогума-нистические тенденции уже получили аналогичное наименование. «Новый журнализм» возник в США в середине 1960-х годов и вызвал настоящий переворот в американской прозе. Его последователями считаются Т. Вулф, Д. Ди-дион, Р. Голштейн, Х. Томпсон, Т. Капоте, Т. Саутерн.
Специфика американского «нового журнализма» позволяет говорить о трех тенденциях: к медиатизации прозы (формально обозначенной «посценным» изложением и досконально воссозданным диалогом- текст обретает сходство с репортажем, характер непосредственного отображения происходящего), к эстетизации медиа (использование «третьего лица», т. е. несвойственный традиционной журналистике рассказ о человеке «изнутри» и доскональное описание обстанов-
ки, в которой происходит действие- фактическая основа получает художественную окантовку), к созданию особой формы авторского присутствия в тексте и бытования за его пределами в виде «медийной», публичной фигуры.
Таким образом, в условиях неогуманистической парадигмы традиционные воспитательные и просветительские функции берут на себя средства массовой информации, которые в последние годы вносят более существенный вклад в личностное становление. Поэтому роль журналиста в XXI в. — транслировать и воспроизводить культурные формы, обеспечивающие целостность, жизнеспособность и самоорганизацию социально-культурного организма.
Важно отметить, что появление в отечественной медиа-среде феномена «новой журналистики» было сформировано самой теорией и практикой представителей СМИ разных стран. Оно охватывает самые разнообразные сферы жизни: общественная экспертиза соответствующих законов и решений, и интересы разных социальных, национальных, возрастных, полоролевых, профессиональных групп, и неисчерпаемая проблематика отдельной человеческой личности, факты и ситуации, судьбы и характеры, явления, события, процессы — словом, актуальная, оперативная и конкретная информация о состоянии общества и отдельных его групп, поддерживающая баланс интересов, позволяющая своевременно предотвратить кризисные явления.
«Новая журналистика» должна способствовать развитию систем качеств, необходимых для осуществления гуманизации: способность мыслить и действовать концептуально (глубинно и эрудированно), стратегически (проблемно и конструктивно), тактически (этично и аргументированно), коммуникативно (диалогично и понимающе), рефлексивно (осознанно и перспективно).
Смысл «новой журналистики» в представленной нами концепции раскрывается через систему семи основных законов, каждый из которых являет собой конкретное направление в осуществлении общественной гуманизации.
Закон моделирования аудитории. Обеспечивает индивидуально-ориентированный подход в информационном процессе, поскольку позволяет журналисту целостно изучить аудиторию и в итоге выйти на понимание каждого члена общества.
Стратегический закон. Обеспечивает проблемный характер информационного процесса, благодаря чему аудитория от запоминания и воспроизведения полученных знаний выходит на уровень осознания и понимания.
Тактический закон. Обеспечивает использование ненасильственных средств воздействия на аудиторию (аргументации), журналист призван убеждать, переубеждать, доказывать, побуждать, увлекать, но никоим образом не использовать манипулятивные методы воздействия.
Закон общения. Обеспечивает построение материала на диалоговой основе, т. е. общения, где рождаются и функционируют субъект-субъектные отношения, где создаются условия для подлинного взаимопонимания в виде атмосферы со-переживания, со-мыслия, со-творчества.
Системно-аналитический закон. Обеспечивает обязательное использование рефлексии, благодаря чему журналист вместе с аудиторией отслеживает качество информации.
Таким образом, «новая журналистика» — это неогуманистически ориентированная парадигма отечественной журналистики, направленная на коррекцию сознания массовой аудитории с целью создания у нее активного, созидательного настроя.
Журналист в условиях неогуманистической парадигмы формирует положительный и оптимистичный взгляд на мир, способствуя, тем самым, задуматься о важных мировоззренческих, правовых и социологических проблемах. Он должен взять на себя ответственность не столько за информирование или
манипулирование, сколько за предъявление населению неких технологий преобразования действительности.
Отличие этой позиции от марксистской заключается в том, что последняя внедряла «единственно правильную» технологию жизни. «Новая журналистика» на современном этапе может предъявлять на выбор аудитории разные способы деятельности, апробированные во всевозможных условиях.
При этом важнейшей задачей новой информационной парадигмы является становление СМИ переговорной площадкой различных общественных сил, для того чтобы с одной стороны местное сообщество попыталось консолидироваться для решения социально-значимых проблем, а с другой — воспитать энергичного человека, способного к успешному самоопределению.
Нами выявлен ряд механизмов общественной гуманизации, используемых «новой журналистикой»: субъектный подход и положительная рефлексия, диалогизация и интерактивность, толерантность и полифония.
Итак, с переходом от системы, опирающейся на репрезентативную демократию, к чему-то более напоминающему демократию участия, СМИ должны найти способ соответствовать этим изменениям. С точки зрения перспективы, «новая журналистика» представляет собой долгожданную возможность искоренить непродуктивные отношения, которые существуют сейчас между гражданами и СМИ.
В условиях неогуманистической цивилизационной парадигмы журналистике предлагается в полной мере воспользоваться представленными методами общественной гуманизации и стать местом дискуссий по действительно волнующим темам. Однако в России процессы гуманизации журналистики осуществляются крайне медленно и с большими перегибами, поскольку, во-первых, российский менталитет до сих пор подвержен влиянию тоталитаризма и технократизма, во-вторых, истинный, глубинный смысл гуманизации подменен поверхностным, в-третьих, сами журналисты практически ничего не знают об эффективных механизмах общественной гуманизации, и как следствие -звучат одни призывы, не подкрепленные деятельностью.
В связи с этим мы предполагаем, что в настоящее время невозможно провести предлагаемую дискуссию на общенациональном уровне. «Новая журналистика» — это журналистика небольших территорий, жители которых осознают себя согражданами, живущими здесь, а не просто случайными гостями. Вслед за
B.В. Егоровым мы заявляем, что в условиях неогуманистической парадигмы становится возможным говорить о тенденции к преобразованию региональных газет «из прессы о регионах в универсализирующуюся прессу для регионов» [3, с. 41].
Однако у этого перехода еще много организационных, материальных и психологических трудностей. И хотя региональные газеты не всегда имеют сильный редакционный состав и хорошую полиграфию, у них небольшая аудитория- это именно те каналы, которые могут стать выразителем мнений и интересов граждан и способствовать формированию жизнеутверждающего настроя у аудитории.
Литература
1. Ваттимо Дж. Прозрачное общество / Дж. Ваттимо. М.: Полис, 2003. 536 с.
2. Дзялошинский И. М. Еще раз о технократическом подходе / И. М. Дзялошинский // Слово лектора. 1988. № 4.
C. 56−73.
3. Егоров В. В. На пути к информационному обществу / В. В. Егоров. М.: ИПК работников телевидения и радиовещания, 2006. 192 с.
4. Емельянов Г. В. Проблемы обеспечения информационно-психологической безопасности России / Г. В Емельянов, В. Лепский, А. А. Стрельцов // Информационное общество. 1999. № 3. С. 47−51.
5. Ибрагимов К. А. Исследуя журналистику. Теоретические основы, методология, методика и техника работы исследователя журналистики / К. А. Ибрагимов. М.: РИП-холдинг, 2002. 316 с.
6. Куртц П. Гуманизм и скептицизм — интеллектуальные парадигмы третьего тысячелетия / П. Куртц. М.: Логос, 2001. 482 с.
7. Лепский В. Е. Субъектно-ориентированная парадигма СМИ: гармония информационной безопасности и развития России / В. Е. Лепский // Информационная и психологическая безопасность в СМИ. М.: Институт Европы РАН, 2002. С. 6−23.
8. Прохоров Е. П. Журналистика и демократия / Е. П. Прохоров. М.: Аспект-пресс, 2004. 456 с.
9. Прохоров Е. П. Наука о журналистике должна иметь четкую структуру / Е. П. Прохоров // Меди@альманах. 2004. № 2. С. 6−9.
10. Рац М. И. Новой журналистике — новое образование / М. И. Рац. М.: Премиум, 2001. С. 356.
11. Робуль О. Н. Неогуманизм как «энергия содействия» феноменов культуры и образования: синергетическое видение реальности / О. Н. Робуль // Культурологическое образование в контексте модернизации общего образования. 2001. № 11. С. 14−31.
12. Российская пресса в поликультурном обществе: толерантность и мультикультурализм как ориентиры профессионального поведения: сб. статей / под ред. В. А. Ядова. М.: Независимый институт коммуникативистики, 2002. 406 с.
13. Руткевич М. Н. Трансформация социальной структуры российского общества / М. Н. Руткевич // Социологические исследования. 1997. № 7. С. 56−112.
14. Симонов А. К. Саморегулирование журналистского сообщества / А. К. Симонов. М.: Институт Европы РАН, 2004. 416 с.
15. Социальная информация в российских периодических изданиях // Информационно-аналитический бюллетень АСИ. 2002. № 30. С. 199.
16. Энекрантц Я. Н. Социальные конфликты в современном обществе / Я. Н. Энекрантц // Журналистское образование в XXI веке. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2000. С. 6−12.
17. Lefebvre V. Algebra of Conscience. Dordrecht / V. Lefebvre. L.: Kluwer Academic Publ, 2001. 417 p.
ДРОЖЖИН АЛЕКСЕЙ ВИКТОРОВИЧ — аспирант кафедры современной журналистики и общественного мнения филологического факультета, Мордовский государственный университет, Россия, Саранск (fudziama82@mail. ru).
DROZHZHIN ALEKSEY VIKTOROVICH — post-graduate student, Mordovinian State University, Russia, Saransk.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой