Мария Дуфанец поэтесса Пряшевщины

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Михаил ДРОНОВ
Мария Дуфанец -поэтесса Пряшевщины *
Люблю Вітчизну я свою Під шпилями Карпат I села ті, що в мрійливих Обіймах їх лежать.
Люблю дрімучії ліси,
Діброви поля,
Чи в сонці вни купаються, чи криє їх імла.
До мене говорять вони,
Коли життям іду,
I слів таких, хоч де б була,
Ніде я не знайду.
Эти четверостишия принадлежат редко вспоминаемому сегодня пряшевскому автору — Марии Дуфанец. Тонкая и необычайно чувствительная личность, верная супруга и любящая мать — так характеризуют поэтессу хорошо знавшие ее люди. Поэзия Дуфанец, быть может, не всегда удачная с эстетической точки зрения, занимает особое место в контексте литературной истории Пряшевщины.
Мария Дуфанец родилась 14 октября 1903 г. в с. Геральтов Пряшевского округа в семье греко-католического священника Михаила Молчана. Любопытно отметить, что о. Молчан,
* Доклад на III Карпатоведческих Рудловчаковских научных чтениях, посвяшенных теме «Роль жінки у науковому, культурно-мистецькому та громадському житті краю» (Ужгород, 4 марта 2004 г.- был озвучен к.ф.н. Валерием Падяком).
твердо считавший себя славянином — «шШєп-ом"1, хорошо для своего времени владел русским литературным языком, прекрасно знал творчество А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Ф. М. Достоевского и Л. Н. Толстого. Его перу принадлежат несколько довольно удачных русскоязычных рассказов («Опасная дружба»)2. Несмотря на это, языком семейного об-шения длительное время оставался венгерский. Сохранению позиций венгерского языка способствовало и то обстоятельство, что почти сразу после рождения дочери о. Молчана перевели служить в венгерское село Чабад (неподалеку от Ко-шиц), где вообще никто не говорил по-славянски. Здесь Мария Молчан окончила начальную школу, после чего она отправилась на учебу в также венгерскоязычную пряшевскую «горожанку».
Однако во многом из-за политических перепетий того времени (в самом разгаре была первая мировая война) Михаил Молчан принял решение исправить свою ошибку и обучить детей русскому языку, который тогда считался эталоном восточнославянской литературной речи. Так вспоминала об этом сама Мария Дуфанец:
«В 1916 году, как мы с братом прибыли домой на каникулы с пряшевских школ, отец в один день заявил нам: «Я крепко верю в том, что Германия и Австро-Венгрия проиграют войну, настанет славянский свет, а вы знаете только по-мадьярски. Послезавтра начну вас учить по-русски"3.
Именно так Мария и ее младший брат Осип (впоследствии врач) приступили к изучению русского языка. Практическими пособиями им в этом служили старые номера фенциковс-кого «Листка» и отдельные произведения Лермонтова. К сожалению, дети просто заучивали русские слова, не зная, где нужно правильно ставить ударение. Последствия данного методического недостатка сильно отразились на творчестве будущей поэтессы.
После окончания «Руськой учительской семинарии» в Ужгороде Мария в 1921 г. вышла замуж за известного общественного деятеля Теодора Дуфанца и переселилась в знакомый со школьных лет Пряшев, где стала домохозяйкой. Здесь, в Пряшеве и состоялся литературный дебют Дуфанец. Случилось это довольно неожиданно. В 1928 г. редактор греко-
католической газеты «Русское Слово» Степан Гойдич (родной брат епископа Павла Гойдича) предложил сотрудничать со своим изданием отцу Марии. М. Молчан подготовил ряд собственных материалов, но, зная о том, что его дочь пишет для себя стихи на венгерском языке, попросил Марию написать что-нибудь для газеты по-русски. Тогда на страницах «Русского Слова» и его приложения «Да пршдетъ Царсгае Твое!» появились первые стихотворения Дуфанец, подписанные стилизованным под великорусский стиль псевдонимом «Мария Михайловна» (представляющим не что иное, как имя и отчество поэтессы). Всего на страницах епархиальных изданий появилось около 30 ее стихотворений, в основном, конечно же, на религиозную тему. Назовем хотя бы некоторые: «Церковка», «Радость и горе», «При часовне», «Благодарение», «Воскресение», «Утешай отчаянных!».
Анализируя национальную ориентацию поэтов, публиковавшихся в довоенной пряшевской периодике, литературовед Илья Галайда отнес Марию Дуфанец к «руському (русинскому) направлению"4, как известно, ведшему полемику и с зарождавшимся на Пряшевщине украинофильством, и с крайними сторонниками общерусской идеи, пренебрегавшими местной восточнославянской культурой. Литературными кумирами для Дуфанец являлись не столько российские классические авторы, сколько Александр Духнович и Юлий Став-ровский-Попрадов.
Несмотря на тяжеловесный искусственный литературный язык, в той или иной степени свойственный большинству русинской интеллигенции края, по мнению Галайды, уже в тот период в стихах Марии Михайловны намечается стремление к лирическому восприятию мира, к образному мышлению, раздумьям о родине5.
В качестве примера ранней поэзии приведем стихотворение 1928 г., посвященное 125-летней годовщине со дня рождения А. Духновича («Русское Слово», 1928, № 16):
Въ нача% прошлаго стол^т1я На небосклон^ русской земли,
ЗаЫяла и горела звезда Въ лучахъ огня горячей любви.
И блескъ ея повсюду залился,
Чтобъ согреть измученныхъ людей-
Всей своей любовт стремился Вывести народъ изъ рабства дней.
Яркая звезда надъ Карпатами Долго блестала и горела,
А наконецъ своими лучами Прощаясь съ родиной, — исчезла.
Блескъ ея и нын^ въ нашей душ§
Среди горей, заботъ, радостей…
Всегда вспоминаемъ о той зв^зд^,
Объ геши нашемъ прошлыхъ дней!
В 30−40-е гг. поэтесса не публиковалась. Однако она продолжала писать, причем не только по-русски, но и по-венгерски. В конце 50-х гг. ее стихотворения «Токаик» и «Липо-вец», посвященные партизанской теме, вновь были представлены на суд пряшевского читателя, теперь уже на страницах журнала «Дукля». Говоря о послевоенном творчестве Дуфа-нец, нельзя не отметить заметного повышения культуры русского языка6. Правда, к тому времени нишу русского языка на Пряшевщине почти полностью занял язык украинский, менее популярный у населения, но, как посчитали «наверху», более подходящий для его нужд.
Поэтому начиная с 1961 г. Мария Дуфанец пробует писать свои первые стихотворения на украинском языке. Важную роль в ранее немыслимом для нее поступке, несомненно, сыграл Федор Лазорик — талантливый поэт-украинофил. Именно Лазорик помогал поэтессе дорабатывать отдельные миниатюры. В этот период стихи Марии Дуфанец появлялись практически во всех украинских изданиях Восточной Словакии.
В 1965 г. 24 ее стихотворения вошли в сборник художественных произведений восточнословацких украинских народных литераторов «Зелений вшочок — червош кв^очки"7.
Примечательно, что из одиннадцати авторов сборника Ду-фанец была единственной женщиной.
Зрелые стихотворения Марии Дуфанец отличаются самой разнообразной тематикой. Здесь представлены и злободневные сюжеты эпохи построения социализма (например, «Тракторист», «Атомна бомба», «Монолог льотчика-космонавта»), и чрезвычайно притягательные (даже не сильно отмеченные печатью времени!) поэтические этюды патриотического характера («Наші гори», «Рідне слово», «Рідна земле»). Но, пожалуй, вершиной ее творчества мы можем назвать именно лирические произведения, опубликованные в том же сборнике — «Натхнення», «Спиває ніч», «Місяць» и другие. Как образец авторского стиля процитируем хотя бы небольшое стихотворение «Метелиця»:
Що за вітер, що за буря,
Що за білий океан!
Б'є в обличчя, б'єу спину,
Це готовий ураган!
I морозець не жартує ,
Розпіка вогнем людей,
Розмальовує їх лиця,
Коле шпильками дітей.
Ні мені, ани пташатам Не до співу про весну,
Хай метелиця іграє Свою пісню зимову.
По подсчетам Михаила Мольнара, с 1961 по 1968 г. M. Ду-фанец опубликовала свыше сорока стихотворений на украинском языке8. Но после кончины в 1969 г. ее друга и наставника Федора Лазорика она не написала ни одного стихотворения на украинском. Венцом литературного творчества Ду-фанец можно считать вышедший в 1972 г. персональный поэтический сборник «Моє дзеркало"9, в котором помещены стихи 60-х гг.
Хорошо знала поэтессу и Елена Михайловна Рудловчак. Они познакомились в 1965 г. во время работы над сборником «Зелений вїночок — червонї квіточки», составителем которого была Е. Рудловчак. Деловое знакомство впоследствии переросло в настоящую дружбу, не угасавшую вплоть до кончины М. Дуфанец. В личном архиве Рудловчак сохранились рукописи ее неизданных произведений, в т. ч. невостребованной венгерскоязычной поэзии.
Елена Михайловна так оценила творчество Дуфанец:
«Інтереси в неї багатогранні. Її поетичній натурі притаманне тонке відчуття краси і глибоке розуміння людської душі та людських настроїв, широке поетичне охоплення дійсності. Ніжний ліризм пронизує кожний її вірш, кожне схоплене нею явище. Багата фантазія робить такою ж багатою реальність її поезій. Любов до людини, до всього, що її оточує, — починаючи рідним краєм, рідним словом, трудовим і творчим натхненням, високим польотом людських здібностей і кінчаючи коханням та природою, — є рушійною силою поезіїМ. Дуфанець"1.
Несомненно, большим недостатком Дуфанец было слабое для литератора знание русского и украинского языков. Однако именно Мария Дуфанец органично восполняла на пря-шевском Парнасе порой недостававшее последнему женское начало — с восприятием реальности, свойственным прекрасной половине человечества. Пожалуй, еще одним свидетельством значения поэтессы для всей литературы Пряшевщины является тот факт, что она осталась одинаково «своей» для сторонников и русинской11, и украинской национальных ориентаций.
Сердце Марии Дуфанец перестало биться 16 мая 1980 г. Ее похоронили на Пряшевском городском кладбище рядом с могилой супруга.
ЛИТЕРАТУРА
1. Мольнар М. Зустрічі культур. З чехословацько-українських взаємовідносин. Пряшів, 1980. С. 470.
2. Галайда И. Несколько маргиналий об украинской поэзии Восточной Словакии междувоенного периода // Жовтень
і українська культура. Збірник матеріалів з міжнародного симпозіуму. Пряшів, 1968. С. 235.
3. Мольнар М. Указ. соч. С. 470−471.
4. Галайда И. Указ. соч. C. 235.
5. Там же. C. 235−236.
6. Мольнар М. Указ. соч. C. 476.
7. Зелений віночок — червоні квіточки. Упор. О. Рудловчак. Пряшів, 1965. С. 219−244.
8. Мольнар М. Указ. соч. С. 480.
9. Дуфанець M. Моє дзеркало. Поезії. Пряшів, 1972.
10. Рудловчак О. Зелений віночок — червоні квіточки // Зелений віночок — червоні квіточки. C. 429.
11. См., например: Бескид Г. Забыта русиньска поетка (Марія Дуфанцева, 14. 10. 1903 — 16.5. 1980) // Русинськый народный календарь на 2003 рік. Зост. А. Зозуляк. Пряшів, 2002. C. 95−96.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой