Манджиев Нимгр и калмыцкая проза

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

• ВЕСТНИК КАЛМЫЦКОГО УНИВЕРСИТЕТА •
УДК 82. 0:821. 512. 37:81−26 ББК Ш5(2=Калм)-4Манджиев Н.
МАНДЖИЕВ НИМГР И КАЛМЫЦКАЯ ПРОЗА
М. У. Монраев, Н.В. Васильева
Статья посвящена вопросам изучения калмыцкой прозы, у истоков которой стоял писатель Нимгр Манджиев. Он одним из первых предложил молодой калмыцкой литературе новый жанр-прозу. В ней Н. Манджиев отражает правдивые картины колхозного строительства в Калмыкии.
MANJEEV NIMGR AND KALMYK PROSE M. U. Monraev, N. V. Vasilieva
The article is devoted to the study of Kalmyk prose. The writer Nimr Manjeev is considered to be the inventor of this genre. It was he who proposed the genre prose to the young Kalmyk literature. N. Manjeev depicted the creation of collective farms in Kalmykia.
Ключевые слова: калмыцкая проза, колхоз, писатель, новый жанр, рассказ.
Keywords: Kalmyk prose, farm, writer, new genre, the story.
Развитие калмыцкого литературного языка советской эпохи неразрывно связано с именами Н. Манджиева и Б. Басангова, в произведениях которых мы видим, как мастерство писателей ярко проявилось в творческой обработке лексического материала, умении использовать в своих работах пласты общеупотребительной лексики, художественно-выразительные средства языка, своеобразие дореволюционной калмыцкой литературы и это новое характеризуется тем, что впервые колхозное строительство в Калмыкии отражено у Н. Манджиева на фоне патриархальнофеодальных отношений.
Быть первым всегда трудно. Именно Н. Манджиев был первым прозаиком калмыцкой литературы, сумевшим смело предложить молодой калмыцкой литературе новый жанр — прозу. Видимо, не под влиянием русских классиков (А. Чехова, М. Горького и др.) он создает произведения малого жанра, впоследствии ставшего образцами для создания подобных миниатюр.
Знание жизни калмыков, обычаев, традиции, самому познавшему с малолетства все невзгоды подросткового труда, помогли Н. Манджиеву создать правдивые картины жизни в калмыцкой степи. Рассказы его автобиографичны. Об этом свидетельствуют не только опубликованные произведения, но и многочисленные статьи. Одна из них называется «Письма издалека», в ней он призывает к самоотверженному труду, бережному отношению к социалистической собственности. Находясь далеко от родных мест, он воочию увидел то, что в повседневной суете не было заметно, не бросалось в глаза. Как пропагандист всего нового, идей того времени он со всей ясностью понимает, что для успешного строительства новой жизни, необходима кропотливая повседневная работа в массах. У Н. Манджиева красной линией проходит через всё творчество его антирелигиозная деятельность. Его небольшие рассказы, статьи направлены своим острием против мракобесия, вековой тьмы, против тех людей, которые столетиями обманывали простодушных и забитых калмыков,
70
2015 г. № 1 (25)
праздно и разгульно прожигая свою жизнь. Во вновь зарождавшейся калмыцкой литературе, у истоков которой он стоял, общеупотребительная лексика была тем неисчерпаемым источником, откуда Н. Манджиев черпал такие художественновыразительные средства, которые в целом определили стиль писателя, манеру повествования. При анализе своеобразия языка рассказов Н. Манджиева, необходимо учитывать, что многие из них, как упоминалось выше, изображает не только картины прошлого из жизни калмыков, но также отражают то новое, что принесло с собой колхозное строительство. Об этом смотрите ниже, такое двуплановое изображение дает возможность ярче воспринять сопоставляемые факты, увидеть, по словам самого писателя, ту пропасть, которая отделяла наше прошлое от настоящего. При изображении дореволюционной патриархально-феодальной жизни им используются такие изобразительно-художественные средства, которые менее характерны для раскрытия идейного замысла рассказов, связанных со строительством нового общества. Вот как это изображено у писателя в рассказе «Улан альчур» «№-скулусин ставк деер нег хальмг kyykh орс хувцта болн толhадан улан альчур боосн узгдснд, ставкин куYкд улс, цуhар урднь тиим орс хувцта, толhадан улан альчур боосн хальмг KYYK узэд угадан, юн учрта юминь йилhщ чадл уга бээцхэв.
Тер улан альчурта куук узхлэрн зэрм куукд улснь:
— «Я^н ичр уга юмби? Махла чигн уга, бYс чигн уга, yYдхн орс хувцта, — гищ келцхэдг билэ.
Улан альчурта kyyкн Тафчин KYYкд улсин паврлэнас №-скулускомд нутгин KYYкд улс дунд волженорго болщ квдлтхэ гищ илгэгдсн кун бээщ.
Нег дакщ улан альчурта куукн, ставк деер куукд улс цуглулщ авч хург кех санатаhар, хальмг гермудиг дарн орад эргнэ, тигэд эргэд йовсн бийнь букл хотнас нег куукд ку узсн уга. Эн саамд ба^бичкн берэд, куукд улснь, улан альчурта куукнэс бултулад, гертэн бичкн куукдэн болн квгшн эмгд улдэщ оркад эрлщ одцхащ. Иириндэн бийснь бултхларн, куукдэн дахулад булцхадг билэ, кемрщэн эс дахулсн цагтан куукдтэн: «терулан альчурта куукнлэ бичкэ харh», гицхэдг билэ…
… Улан альчурта куун, куукд улс хэлэщ бээhэд тигщ келв…
… Олн зун щилд эдлгдщ йовсн зер-цоохр бишмуд болн хувциг, хатхад уяд умсдг халаста хар камзалиг, харщцулад буслэд hардг хар шеемг бусиг, хамгин эркн хар хурсх улан залата махлаг улан альчуртатдг болв.
№-ск ставкин куукд улс улан альчурта, орс хувцта куукнэс ода зулцхахш…». (Манщин Нимгр Элиста, 1959, с. 52).
«Красная косынка» «Когда в улусной ставке впервые появилась девушка калмычка в легком удобном платье и в красной косынке, среди женщин произошел переполох. Женщины, никогда ранее не видевшие калмычки в таком одеянии, были поражены необычайным явлением. Сначала они удивлялись, ахали, а затем ополчились на приезжую незнакомку. Встречая девушку в красной косынке, они яростно возмущались:
— Вот бесстыдница! Надела русское платье, сняла пояс и шапку и разгуливает!
Девушка в красной косынке была прислана калмыцким женотделом. В то время —
в двадцатые годы — улусы посылали «женорганизаторов» для работы среди женщин.
Красная косынка, несколько присмотревшись к жизни в улусной ставке, задумала созвать женщин и побеседовать с ними. Она стала обходить жилища, но, куда бы ни зашла, не встречала ни одной девушки или молодухи. Дома оказывались только старухи да малые девочки…
. Она говорила о том, как жили калмычки до революции, как Советская власть открыла перед ними пути раскрепощения, горячо, проникновенно призывала бороться с пережитками старого быта.
71
• ВЕСТНИК КАЛМЫЦКОГО УНИВЕРСИТЕТА •
…В улусной ставке уже многие, не стесняясь, ходили в русской одежде и красных косынках, и все меньше становилось таких, которые осуждали или избегали их.
Так простая девушка калмычка поборола вредный обычай.».
Как нам представляется, предлагаемый прием сопоставления наиболее объемно раскрывает писательскую манеру изложения Н. Манджиева, помогает вскрыть особенности привлекаемых средств языка: лексику, фразеологизмы, заимствования, сравнительные конструкции и др. Об этом В. В. Виноградов писал: «Писатель -носитель и творец национальной культуры речи. Пользуясь общенародным языком своего времени, он отбирает и в соответствии со своим творческим замыслом объединяет разные средства словарного состава и грамматического строя родного языка» (В.В. Виноградов М., 1959, с. 183). Именно в произведениях Н. Манджиева ярко отразились фрагменты зарождающейся тенденции развития современного калмыцкого литературного языка.
Первые рассказы Н. Манджиева привлекают внимание читателей прежде всего своим содержанием. О Н. Манджиеве, его творчестве написано немало литературнокритических статей, в которых содержатся интересные наблюдения и высказывания о языке писателя. Об этом говорится в работах Е. Ерымовского, И. Мацакова, Б. Бадмаевой, Б. Уластаева и др. Однако изучение языка писателя в целом до сих пор не был предметом специального изучения. Чтобы иметь полное представление о творчестве Н. Манджиева, необходимо в целом рассмотреть его прозаические произведения, понять, какой вклад внес писатель в развитие и обогащение калмыцкого литературного языка.
В произведениях Н. Манджиева, рисующих картины дореволюционной жизни калмыков, очень мало заимствований.
Наблюдения показывают, что автор крайне редко прибегает к ним, и если употребляет, то всегда уместно и своевременно. Так, для заострения внимания читателей, писатель вместо калмыцкого слова ах-дуунр («братья») использует заимствованную лексему «братья» из русского языка, но произносимую уже по орфоэпическим формам калмыцкого языка «бартуд». (Нимгир Манджиев Элиста, 1962, с. 128).
Нимгр Манджиев — представитель торгутского говора. Поэтому определенная часть диалектизмов в его произведениях восходит к говору его родных мест. Они подчеркивают лексико-семантические, морфологические и синтаксические особенности калмыцкого языка. Н. Манджиев употреблял диалектизмы как средство стилизации — и не более. Однако он считал, что местные говоры, прежде всего, являются источником пополнения и развития словарного состава литературного языка.
Список литературы
1. Виноградов В. В. О языке художественной литературе. М., 1959, с. 183.
2. Ерымовский К. Первые писатели Калмыкии. Жур. «Теегин герл», № 3, Элиста, 1967, с. 28
3. Ерымовский К. На пути к изданию калмыцкой литературы. Ж. Калмыцкая степь. Астрахань, 1926, № 3, с. 117
4. Сангаджиева Н. Б. Отражение новой жизни в произведениях Н. Манджиева. -Вестник института. № 2, часть II, Элиста, 1967, с. 114
5. Ман^ин Нимгр «Келврмудин хуралу», Калмыцкое книжное издательство, г. Элиста, 1959, с. 52
6. Нимгир Манджиев «Рассказы», Калмыцкое книжное издательство, г. Элиста, 1962, с. 128
72

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой