Христианские мотивы и образы в творчестве Н. А. Некрасова (1830-1850-е годы)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Литературоведение


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Э. М. ЖИЛЯКОВА0
Томский государственный университет
ХРИСТИАНСКИЕ МОТИВЫ И ОБРАЗЫ В ТВОРЧЕСТВЕ Н. А. НЕКРАСОВА (1830−1850-е годы)
Русская литература XIX века отмечена феноменальным явлением: творчество целого ряда крупных писателей, таких, как Н. А. Некрасов, А. И. Герцен, М. Е. Салтыков-Щедрин, характеризуется синтезом идей и образов православного христианства и революционного просветительства. Это явление представляет огромный интерес, поскольку в нем своеобразно выразилась сложность и напряженность духовной жизни русского общества середины XIX века, не сводимой только к расколу и голой антитезе идей православия и просветительства. Революционные призывы к мятежу и бунтарству в творчестве революционеров парадоксальным образом сочетаются со страстным желанием гармонии и душевного согласия. Этот синтез имеет глубокие национальные корни, философские и эстетические традиции.
Творчество Некрасова периода 1840−1850-х годов — его лирика, поэмы, особенно & quot-Тишина"-, стоящая на пороге перед созданием больших поэм, содержит целый массив тем, образов, мотивов, связанных с религиозными идеями, с текстом Библии. И это требует объяснения, поскольку является отражением мироощущения и эстетики поэта.
Интерес Некрасова к христианской традиции в искусстве необычайно ярко сказался в раннем творчестве и практически предопределил важнейшие центры его этики и эстетики. Стихи раннего Некрасова, собранные в книге & quot-Мечты и звуки& quot-, погружены в стихию романтических и религиозных образов, обнаруживающих связь с русской и европейской элегической традицией. Этот момент, а именно то, что религиозная стихия поэзии Некрасова с самого начала связана с традициями русской и европейской романтической лирики, окажется необычайно важным для поэта во все эпохи его творчества.
© Жилякова Э. М., 1998
270
Элегическая традиция открывала возможности создания образа рефлектирующего лирического героя, психологически тонко обрисованного, но самое главное — делало открытым лирический источник для исповедальности, создавало & quot-идеалистическую"- территорию духа, защищая ее от диктата социального детерминизма.
Хорошо известное и многими отмеченное наблюдение, что молодой Некрасов подражал романтикам, а особенно Жуковскому и Гюго1 (целый ряд стихотворений: & quot-Ангел смерти& quot-, & quot-Встреча душ& quot-, & quot-Истинная мудрость& quot- - прямой аналог текстам Жуковского), в аспекте поставленной проблемы приобретает особую значимость. Некрасов не просто разрабатывал тематику русской и европейской поэзии — & quot-тайны вселенной& quot-, & quot-воздушный путь& quot-, & quot-встреча душ& quot- и т. д. Формировались его философско-нравственные ценности, закладывались основы художественного мышления, которые, с так называемым преодолением романтизма, не покидают его поэтического мира,
?
напротив, определяют особую тональность, стилистику, напряженность исповедального тона, связанного с вечным исканием Бога и справедливости. Д. С. Мережковский, говоря о религиозности Некрасова, указал на генетическую предопределенность ее как качества поэта русской культуры2.
На страницах ранней лирики Некрасова намечается своеобразный диалог просветительских и религиозных идей, где основой и связующей их является этика христианства, определившая важнейшие центры как просветительства (философии, идеологии), так и православной религии. Этот неоднозначный диалог, включающий как момент согласия, так и резкого противоречия в важнейших позициях, обернется в лирике зрелого Некрасова глубочайшими драматическими коллизиями и высочайшими художественными открытиями.
1 Комментарий к Полному собранию сочинений и писем Н. А. Некрасова // Некрасов Н. А. Полн. собр. соч. и писем: В 15 т. Л., 1981. Т. 1. С. 640−666- Вацуро В. Э. К литературной истории стихотворения Некрасова & quot-Землетрясение"- // Некрасовский сборник, V. Л., 1973. С. 276−280- Прозоров Ю. М. Книга Некрасова & quot-Мечты и звуки& quot- и русская романтическая поэзия // Влияние творчества Н. А. Некрасова на русскую поэзию. Ярославль, 1978. С. 3−14- Пайков Н. Н. О поэтической эволюции раннего Некрасова // Н. А. Некрасов и русская литература второй половины XIX — начала XX века. Ярославль, 1982. С. 3−23- Эйхенбаум Б. М. Некрасов // Эйхенбаум Б. М. О поэзии. Л., 1968. С. 3574.
2 Мережковский Д. С. Две тайны русской поэзии // Мережковский Д. С. В тихом омуте. М., 1991. С. 424.
271
В духе романтической традиции поэзия раннего Некрасова сосредоточена вокруг проблемы самоопределения человека. На первом плане оказался вопрос о душе, поставленный в философско-религиозном ракурсе. Вопрос о душе рассматривается в контексте главных альтернатив раннего Некрасова: душа и тело, Бог и человек, небо и земля. Душа у Некрасова неизменно противостоит телу и олицетворяет в человеке идеальную сторону его существования — душа всегда обращена к Богу. В такой постановке проблемы сказалось национальное своеобразие русской литературы с ее культом сердечности, душевности (& quot-Мысль"-, & quot-Смерти"-, & quot-Разговор"-).
Одно из самых ранних стихотворений & quot-Мысль"- (1838) строится как философская аллегория на резком контрасте & quot-дряхлого мира& quot- и & quot-жизни молодой& quot-. Смерть рассматривается не в ее трагическом смысле для конкретной человеческой судьбы, а как переход к иному, небесному, высшему существованию. В одноименном стихотворении лирический герой, обращаясь к смерти, умоляет ее явиться не в часы & quot-злого духа& quot-, когда & quot-послушен ум, как низкий раб, и ничего в нем нет святого& quot-, не в часы & quot-сердечных бурь и мятежей& quot-, а в момент духовного просветления: & quot-Я близок к небу — смерти время!& quot-3
Однако при очевидном господстве религиозно-романтической концепции души в ранних стихотворениях Некрасова просматривается и другая тенденция — заинтересованность поэта волнениями и радостями жизни. Программным является стихотворение & quot-Разговор"- (1839), построенное на диалоге Души и Тела. Как романтик, идеалист, мыслящий религиозно и возвышенно, Некрасов отдает предпочтение Душе, которая скорбит и гневается по поводу нечестивых желаний Тела. Партия Души написана в высоком одическом тоне. Но при том, что Тело & quot-бездейственностью губит& quot- & quot-мой светлый ум, мой чистый дар, мой дух& quot-, лирическая партия Тела отличается тоже энергией убеждения, вдохновением и взволнованностью:
Есть упоенье в вихре танца, В игре, обеде и вине И в краске робкого румянца Любимой девы при луне. (1, 269)
На уровне интонационного строя диалог звучит на паритетных началах, тем самым
художественная форма уравновешивает
3 Некрасов Н. А. Полное собрание сочинений и писем: В 15 т. Л., 1981. Т. 1. С. 189. В дальнейшем все цитаты даются по данному изданию с указанием в скобках тома и страницы.
272
и запросы духа и бренной жизни, а некрасовская позиция обретает сложность и неоднозначность.
Высшее место в нравственно-философской системе раннего Некрасова занимает Бог. Образ идеального, прекрасного всегда соотносим с Христом, с картиной рая, наделенной библейскими деталями: & quot-тихая вечерь молитв и вдохновений& quot-, & quot-и тишина торжественного лета, И говор вод, И пенье соловья, И над землей витающая птица, И в небесах горящая денница& quot- (1, 223).
В лирике раннего Некрасова особенно сильна элегическая традиция, в русле которой создан тип лирического героя — всегда угрюмого, отверженного, одинокого. Основу психологического рисунка во множестве его вариантов составляет драматизм понимания героем несовершенства земной жизни, а потому невозможности жить по заповедям Христа, он разрывается между божественным идеалом и холодом жизни (& quot-сердце обморозил& quot-). Развитие сюжета стихотворения & quot-Изгнанник"- строится на драматическом разрыве между существованием & quot-сына праха& quot- в стране & quot-лазурной полуземного бытия& quot-, куда однажды дивным образом попала его душа — и страданиями, на которые обречен он, теперь & quot-сын веры& quot-, в & quot-дольнем мире& quot- среди страданий и житейских битв. Наставляет и утешает лирического героя & quot-посланное ему провидение& quot-. Слова, произнесенные & quot-незримым голосом& quot-, — это по существу нравственный кодекс, заповедь православного христианина, выраженная поэтическим словом:
Но ты железными цепями Окуй волненье мрачных дум, Не доверяй души сомненью, За горе жизни не кляни, Молись святому провиденью И веру в господа храни. (1, 197)
Элегическая традиция сочетается у Некрасова, подобно Жуковскому, с балладной и одической. Подключение к элегической интонации других размывает унылую монотонность лирического героя. На смену страданию и смирению приходят радость, тихое ликование, не чуждое христианству и особенно воспринятое, как и идея долга, просветителями. Стихотворение & quot-Встреча душ& quot-, построенное на балладной основе, по сюжету, ритму, смешанной интонации печали и радости, таинственной торжественности и юмора, соотносимо со & quot-Светланой"- Жуковского. Изящество стиля, создающее ощущение легкости, призрачности эфирного пространства, по которому
273
& quot-струйкой света что-то мчится по воздушному пути& quot-, подчинено созданию особого лирического настроения — идеальности, грациозности, радости обретения родной души. Лексический состав стихотворения определяют мотивы полета (& quot-воздушный путь& quot-, & quot-лет торжественный чуть слышен& quot-, & quot-размах легких крыл& quot-), света (& quot-жемчужная риза& quot-, & quot-струйка света& quot-, & quot-край лазурный& quot-, & quot-пламень нового сиянья& quot-, & quot-светлое"-, & quot-золотая"-, & quot-сиянье огнецветное& quot-), любви (& quot-приветно"-, & quot-блаженства луч& quot-, & quot-пленясь красами& quot-, & quot-бескорыстная любовь& quot-, & quot-счастье чистыми лучами& quot-). Возвышенно-романтическая лексика сопряжена со словесной стихией религиозной сферы: Бог, молитва, риза, обеты, светлый эфир, венец, муки. Другое стихотворение 1839 года & quot-Поэзия"- исполнено внутренней динамики и радостной энергии, в нем звучат мотивы гетевской & quot-Богини Фантазии& quot- в переводе
Жуковского. Так изнутри развернутой христианско-религиозной концепции пробиваются тенденции, свойственные просветительскому пониманию человека. Не случайно в стихах Некрасова используются античные образы. И хотя в & quot-Днях благословенных& quot- (1839) воспоминание о & quot-днях многоотрадных промелькнувшей юности& quot- возникает на & quot-миг"-, все произведение пронизано светом и надеждой, а рядом с & quot-бледною Дианой& quot- соседствует & quot-юная Светлана& quot-. В других стихотворениях при описании счастливого былого или мгновений творческого озарения оживают в текстах & quot-буйный Вакх& quot-, & quot-любимец Аполлон& quot-.
За поэтическим синтезом христианского и античного текста стоит некрасовская концепция истории и культуры. Человек 30-х годов, воспитанный на романтических традициях, Некрасов в стихотворении & quot-Колизей"- обнаружил интерес к философским проблемам истории. Романтическая концепция исторического развития, в основе которой лежали просветительские идеи Гердера, французских энциклопедистов, оказалась родственной раннему Некрасову и выразилась в истолковании античности как колоссального этапа, предшествовавшего христианству. Образ Древнего Рима и Колизея предстает в стихотворении в величии (& quot-великая картина& quot-, & quot-краса величавая& quot-, & quot-исполинский труд& quot-, & quot-слава искусству и древним умам!& quot-, & quot-ты крупная буква на темной скрижали прошедших столетий& quot-) и в руинах (& quot-былого величья могила& quot-, & quot-скелет, безобразный урод& quot-, & quot-ужасен упадок& quot-). История Колизея и Рима видится как философская модель судьбы человека и человечества в его расцвете и на закате жизни. В последней части стихотворения в исповеди самого Колизея развивается
274
мысль о наказании Рима за & quot-гибельную славу& quot-, за жестокость нравов:
Страдало добро, ликовало тиранство, Реками лилась христианская кровь. (1, 204)
На страницах ранней лирики Некрасова развернулся спор по проблеме веры и неверия, о возможности или невозможности & quot-надменным умом& quot- разгадать загадку бытия. В ряде стихотворений (& quot-Истинная мудрость& quot-, & quot-Непонятная песня& quot-, & quot-Загадка"-) Некрасов развивает концепцию божественного происхождения и смысла жизни. В сонете & quot-Загадка"- поэт, описывая картину царящего над миром покоя, заинтересован не столько живописанием пейзажа, сколько размышлением о величии всего, созданного высшей силой:
Непостижимою святынею Пред нами, без речей, Небо круглою равниною Блещет в ризе из лучей. Что же там за далью синею, Далью, видной для очей, Где слито оно с пустынею Днем и в сумраке ночей? (1, 252)
Библейский образ & quot-зерна"- поставлен в вершине стихотворения как ответ на вопрос о & quot-чудной тайности& quot- природы:
И постигнутые крайностью, Видим только мы одно, Что мир создан не случайностью, Есть начальное зерно… (1, 252)
Теоретическим и одновременно страстным, глубоко полемичным трактатом поэта является стихотворение & quot-Истинная мудрость& quot-. По содержанию и напряженности спора с просветительским рационализмом & quot-Истинная мудрость& quot- близка & quot-Невыразимому"-
Жуковского.
Не все постигнул ум надменный, Не все светло для мудреца, Есть много таин во вселенной, Ключи которых у творца. (1, 209)
Земным умом измерить бога, Постигнуть тайны бытия, — Нет, это дерзко, это много, Нет, это доля не твоя! (1, 210)
С вопросом о божественном начале бытия у Некрасова связано решение центральной нравственно-философской проблемы — самоопределение человека в мире, содержание его
275
позиции, его философия жизни. В соответствии с религиозно-православными принципами идеальное существование человека Некрасову представляется как полная гармония человека с миром, цельность, способность возвысить душу и выйти из страданий преображенным и примиренным. Заканчивая стихотворение & quot-Истинная мудрость& quot-, Некрасов определяет программу жизненной судьбы человека как путь бесконечного совершенствования души в вере. Тема веры — одна из самых волнующих поэта:
Нет славы в дерзком покушенье Непостижимое постичь! (1, 211)
Некрасов в целом ряде стихотворений рассматривает рефлексию, сомнения, мятежность как проявление & quot-духа нечистого& quot-, & quot-духа порочного& quot-, демона, растлевающего душу:
Чудны, страшны эти речи! Часто им внимает ум И от каждой этой встречи Больше в сердце мрачных дум. Дух коварный искушенья Ими душу окружит И мятежное сомненье В чистом сердце поселит. (1, 217)
Стихотворение & quot-Сомнение"- построено на резком контрасте двух различных состояний человека в его отношении с миром — в положении гармонии, блаженства, и в ситуации & quot-мятежного сомнения& quot-. Описание этих состояний показательно для характеристики этической позиции поэта и особенностей его лирики. Представление об идеале обусловлено, с одной стороны, религиозной идеей Творца, который создал мир прекрасным, а с другой — ярко выраженным представлением о духовных возможностях человека. Образ & quot-роскошного жизни пира& quot- Некрасов создает с помощью пейзажа, получающего благодаря библейским, фольклорным, а также классицистическим и романтическим деталям символический смысл как выражение нравственного и эстетического идеала:
Ты начал жить. Роскошен жизни пир, На этот пир ты позван для блаженства, Велик, хорош, изящен божий мир, Обилен всем и полон совершенства.
Лазурь небес, безбрежный океан, Дремучий бор, так пышно разодетый, Седой зимы сердитый ураган, И тишина торжественная лета. (1, 223)
276
Вторая часть стихотворения представляет собой детальнейшую психологическую разработку состояний духовного смятения и процесса опустошения личности, поддавшейся демону сомнения:
С ним страшно жить, беседовать грешно
& lt- … >-
Все осквернит нечистое сомненье И скует грудь холодом могил
& lt-. >-
Тебя смутят тревожные мечты
& lt-. >-
Ни красоты природы, ни искусства — Ничто души убитой не займет
& lt-. >-
И грудь зальет ревнивою тоской. Ты проклянешь безумную любовь
& lt-. >-
На сердце вновь и хлад и пустота
& lt-. >-
Мир для тебя в пустыню обратится. (1, 232)
Не случайно возникает апокалиптическая тема возмездия. В стихотворении & quot-Землетрясение"- (1839) конец света наступает как наказание & quot-пышному городу& quot- за грехи, за & quot-отсутствие святого, господство одного порочного и злого& quot-. Стихотворение построено как цикл, части которого контрастно сменяют друг друга, рисуя картины нарастающей порочности и безмятежности людей и одновременно зреющего в недрах земли страшного им наказания. И только ужас потряс и заставил город покаяться в том,
Что буйно, безумно грехом торговали И бога-творца забывали не раз — Пред ним все смирились и песнь о прощенье Послали к всесильному богу-царю. (1, 232)
Таким образом, в ранней лирике Некрасова, основанной на христианских этических принципах и одновременно впитавшей в себя просветительские представления о человеке, не без влияния романтической лирики, сформировался нравственный и эстетический идеал поэта, важнейшей чертой которого являлось чувство долга (идея жертвенности) и страстная устремленность к чувству гармонии с миром, полноты и целостности бытия. В стихотворении, написанном десятилетие спустя, Некрасов создал портрет & quot-Музы юности& quot- своей:
Так помню, истощив напрасно Все буйство скорби и страстей, Смирялась кротко и прекрасно
Вдруг Муза юности моей. Слезой увлажнены ланиты,
Глаза поникнуты к земле, И свежим тернием увитый Венец страданья на челе… (1, 158)
В лирике Некрасова 1840−1850-х годов сохранился устойчивый интерес к религиозным образам и мотивам. Обусловлено это было углубляющимся демократизмом поэта. Характер обращения Некрасова к религиозному материалу явился отражением особого качества философско-этической и общественной позиции, свойственной революционным разночинцам: их творчество проникнуто христианскими идеями братства4. Демократизм Некрасова питается и восходит к народному идеалу рая как блаженству бедных, сирых, обиженных. Задача глубокого воссоздания быта и духа народа диктовала принципы и приемы изображения религиозной стихии крестьянского сознания.
Наиболее распространенными в лирике являются два элегических сюжета: это тема неизбывных страданий и тема нравственного возрождения через обращение к Богу, тоска по идеалу. Развитие их включается в религиозный контекст, сопряженный с народными представлениями об истинной жизни. Таково знаменитое стихотворение 1854 года & quot-Влас"-, которое приковало к себе внимание Ф. М. Достоевского, посвятившего ему целую статью & quot-Дневника писателя& quot-5. Тип героя — народного заступника в стихотворениях о Белинском, & quot-Поэт и Гражданин& quot-, в поэме & quot-Несчастные"- создается Некрасовым с прямой ориентацией на образ Христа6.
Особую остроту в лирике 1850-х годов получает мотив драматического разлада в духовном мире лирического героя. Психологический диссонанс отражает кризис, который диктовался требованиями попранного чувства социальной справедливости, необходимостью преступить законы, на которых
4 Лебедев Ю. В. Н. А. Некрасов и русская поэма 1840−1850 годов. Ярославль, 1971. С. 122−126- О некоторых этических истоках поэзии Н. А. Некрасова // Ф. М. Достоевский. Н. А. Некрасов. Л., 1974. С. 128 138- Скатов Н. Н. Поэты некрасовской школы. Л., 1968. С. 77−76- Скатов Н. Н. Некрасов. М., 1994. С. 1819, 27, 37- Морозов Н. Г. Народно-этические идеалы в стихотворении Н. А. Некрасова & quot-Песня Еремушке& quot- // Н. А. Некрасов и русская литература второй половины XIX — начала XX века. Ярославль, 1981. С. 78−87.
5 Старикова Е. В. Достоевский о Некрасове // Н. А. Некрасов и русская литература. М., 1971. С. 302−308.
6 Скатов Н. Н. Некрасов. С. 387.
278
основана христианская этика. Одно из центральных произведений 1850-х годов — & quot-Муза"- (1852) — исполнено глубочайшего драматизма. Внутренний смысл стихотворения не только в горечи противопоставления двух Муз — & quot-ласково поющей и прекрасной& quot- и & quot-другой, неласковой и нелюбимой& quot- (за этим контрастом просматриваются и социальные и эстетические коллизии), но и в том, что идея мятежа, мщения (& quot-буйным языком в сообщники свои звала господень гром!& quot-), необходимые и неизбежные в мире & quot-темного Насилия и Зла& quot-, оказываются мучительными, разрушительными для самого человека:
В душе озлобленной, но любящей и нежной
Непрочен был порыв жестокости мятежной.
Слабея медленно, томительный недуг
Смирялся, утихал. и выкупалось вдруг
Все буйство дикое страстей и скорби лютой
Одной божественно-прекрасною минутой,
Когда страдалица, поникнув головой,
& quot-Прощай врагам своим!& quot- - шептала надо мной. (1, 100)
Так на новой почве глубокого социального детерминизма и реализма явственно звучали мелодии раннего Некрасова.
Введение христианских образов в поэтический текст Некрасова имеет несколько
уровней. Помимо прямого использования религиозных мотивов, сюжетов, выражающих непосредственно авторскую идею, очень важен уровень, где библейское & quot-слово"- становится художественным символом, а содержание произведения, идея автора является в процессе мифологического наполнения текста. В этом отношении необычайно интересна поэма & quot-Тишина"- (1857).
Лиро-эпическая поэма & quot-Тишина"- - итог глубоких раздумий Некрасова о судьбе России. & quot-Длинные стихи, исполненные любви (не шутя) к Родине& quot-, были написаны после длительного пребывания в Европе. Эпический сюжет поэмы связан со Севастопольской кампанией, с итогами Крымской войны — великого подвига и великих страданий русского народа. Эпический замысел требовал художественного решения. Очень значительна в этом плане рецензия Некрасова 1855 года & quot-Осада Севастополя, или таковы русские& quot-, посвященная разбору книги & quot-бедного писаки& quot-, где рассказывается & quot-один из эпизодов колоссальной эпопеи — смерти адмирала Корнилова, — эпопеи, развязка которой находится еще в руках судеб& quot- (11, кн. 2, 127). Далее, говоря о возможностях воссоздания эпопеи, подобной Севастопольской, Некрасов вспоминает
279
& quot-Илиаду"- и цитирует отрывок из поэмы Гомера7. Некрасовская рецензия отразила момент размышлений поэта об эпической художественной традиции. При создании своей поэмы, в которой Некрасов обратился к событиям общенациональной значимости, поэт находит свои эпические, национальные традиции и формы, важнейшая из которых — библейская, позволившая равно выявить и лирическую и эпическую природу поэмы.
В основу лирического сюжета положен библейский мотив возвращения блудного сына домой:
Я твой. Пусть ропот укоризны За мною по пятам бежал, Не небесам чужой отчизны — Я песни родине слагал! (4, 51)
В процессе эпического описания русской послевоенной жизни (картины успокоения и одновременно напряженного ожидания перемен) и переживаний лирического героя возникает образ особого духовного состояния тишины, заключающего в себе и окаменелость, остановку и божественный момент ощущения глубокой причастности человека общему миру — своей родине, народу, природе, человечеству8:
Над всей Россией тишина.
Глубина и многозначность этого образа хорошо была освоена Некрасовым с юности, когда он эпически широко рисовал картину & quot-тишины торжественного лета& quot- или писал о страшной тишине земли перед роковым возмездием (& quot-тихо, все тихо, молчит& quot-) или изображал счастливое мгновение соединения родных душ (& quot-лет торжественный чуть слышен& quot-).
Символический смысл названия поэмы корреспондирует к библейскому образу тишины. В Евангелии от Матфея, от Марка и от Луки повторяется мотив наступающей великой тишины после деяний Иисуса.
От Матфея: & quot-Другой же из учеников Его сказал Ему: Господи! позволь мне прежде пойти и похоронить отца моего. Но Иисус сказал ему: иди за Мною, и предоставь мертвым погребать своих мертвецов. И когда вошел Он в лодку, за Ним последовали ученики Его. И вот сделалось великое волнение на море, так что лодка покрывалась волнами- а Он
7 Скатов Н. Н. Некрасов и Тютчев // Н. А. Некрасов и русская литература. М., 1971. С. 253−255.
8 Лебедев Ю. В. Н. А. Некрасов и русская поэма 1840−1850 годов. С. 104−134- Скатов Н. Н. Некрасов.
С. 163−166, 190−193.
спал. Тогда ученики Его, подойдя к Нему, разбудили Его и сказали: Господи! спаси нас- погибаем. И говорит им: что вы так боязливы, маловерны? Потом, встав, запретил ветрам и морю, и сделалась великая тишина& quot- (8: 21−26).
От Марка: & quot-И встав Он запретил ветру и сказал морю: умолкни, перестань. И ветер утих, и сделалась великая тишина& quot- (4: 39).
От Луки: & quot-Но Он встав запретил ветру и волнению воды- и перестали, и сделалась тишина& quot- (8: 24).
Образ & quot-великой тишины& quot- традиционен для русской литературы. Жуковский начинался с & quot-Оды. Благоденствия России& quot-, открывавшейся строками:
Откуда тишина златая В блаженной северной стране?
Элегические мотивы и образ тишины сопряжены у Некрасова с одической интонацией & quot-Медного всадника& quot-9. & quot-Тишина"- Некрасова создавалась и в контексте русского романа, где мотив тишины с его библейской родословной означает две стороны русской жизни: тишина как страшная неподвижность, сон, дрема и тишина как состояние, полное великой тайны вечного бытия. Тому образец & quot-Сон Обломова& quot- (1849), с которым так естественно сравнить эстетику Некрасова в его поэме. Строки & quot-Как ни тепло чужое море, Как ни красна чужая даль& quot- перекликаются с текстом & quot-Обломова"-: & quot-Что за чудный край! Нет, правда, там моря, нет высоких скал, гор и пропастей. "-10 А далее Гончаров открывает читателю в этой тишине две стороны русской и всечеловеческой жизни: & quot-Тихо и сонно все в деревне- невозмутимая тишина — все как будто вымерло. Воцарилась мертвая тишина. Наступил час всеобщего послеобеденного сна& quot- (4, 114). — & quot-Настали минуты всеобщей, торжественной тишины природы, те минуты, когда сильнее работает творческий ум, жарче кипят поэтические думы. "- (4, 118).
Эпический сюжет поэмы тесно увязан с лирическим, в котором главным является мотив покаяния, но покаяния полного не раскаяния, а умиления: & quot-Я в умилении посылаю всему привет& quot-, & quot-я внял. я детски умилился. "-, & quot-лови минуту умиленья& quot-. Здесь видна не только романтическая традиция
9 Эйхенбаум Б. М. Указ. соч. С. 63.
10 Гончаров И. А. Собрание сочинений: В 8 т. М., 1979. Т. 4. С. 101. В дальнейшем все цитаты даются на это издание с указанием в скобках тома и страницы.
281
(Жуковский, Баратынский), но и житийная, требующая именно такого состояния умиления и успокоения. Обращение поэта к & quot-храму"- венчается мотивом покаяния:
Храм воздыханья, храм печали — Убогий храм земли твоей: Тяжеле стонов не слыхали Ни Римский Петр, ни Колизей! Сюда народ, тобой любимый, Своей тоски неодолимой Святое бремя приносил — И облегченный уходил! Войди! Христос наложит руки И снимет волею святой С души оковы, с сердца муки И язвы с совести больной. (4, 52)
Описание храма переходит в молитву лирического героя:
Я внял. я детски умилился. И долго я рыдал и бился О плиты старые челом, Чтобы простил, чтоб заступился, Чтоб осенил меня крестом Бог угнетенных, бог скорбящих, Бог поколений, предстоящих Пред этим скудным алтарем! (4, 52)
& quot-В известном и очень простом смысле эти стихи Некрасова, — пишет Н. Н. Скатов, — может быть, самые религиозные стихи в русской поэзии. Или иначе: стихи с самой большой силой выразившие стихию изначальной русской религиозности, самые стихийные стихи& quot-11. Действительно, само сочетание поэтических & quot-библейских"- пар (& quot-скудный алтарь& quot-, & quot-бог угнетенных& quot-, & quot-бог скорбящих& quot-) с ритмическими повторами и анафорами рождает целый комплекс идей социального, эстетического, философского плана. Это так. Но одновременно рождается и развивается, как магия музыки, заклинания, энергия нового поэтического качества, неопределяемая, многозначная и глубинная, как бы воссоздающая сам момент веры — духовного порыва, состояния не ума, а души. Это очень важный момент, позволяющий ставить вопрос о глубинных духовных связях Некрасова с народом на уровне веры, истинной христианской духовности. В этом плане очень важен финал поэмы:
11 Скатов Н. Н. Некрасов. С. 178.
282
Скорей туда — в родную глушь!
& lt-. >-
Где пахарь любит сокращать Напевом труд однообразный. Его ли горе не скребет? — Он бодр, он за сохой шагает. Без наслажденья он живет, Без сожаленья умирает. Его примером укрепись, Сломившийся под игом горя! За личным счастьем не гонись И богу уступай — не споря. (4, 56)
Через год Тургенев напишет & quot-Дворянское гнездо& quot-, где словами Лаврецкого — & quot-смириться перед народной правдой& quot- - повторит в романе глубину философских раздумий поэта Некрасова.
& quot-Тишина"- явилась духовным и художественным прологом больших эпических поэм потому, что Некрасов во всей глубине постиг и выразил смысл христианских принципов, по которым жил народ и которые были священны для самого поэта с первых стихотворных опытов: Некрасов понял их как высший, всечеловеческий гуманизм.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой