«Экологически этичный» плагиат, или как не надо писать учебные пособия (о книге капитоновой О. А. Экология Удмуртской Республики.
Ижевск: Изд-во «Удмуртски

Тип работы:
Реферат
Предмет:
География


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Рецензии
«ЭКОЛОГИЧЕСКИ ЭТИЧНЫЙ» ПЛАГИАТ,
ИЛИ КАК НЕ НАДО ПИСАТЬ УЧЕБНЫЕ ПОСОБИЯ
(О книге Капитоновой О. А. Экология Удмуртской Республики. Ижевск: Изд-во «Удмуртский университет», 2011 [1])
В силу сложности и обширности предмета исследований современной экологии, справедливо рассматриваемой многими авторами в качестве «меганауки», или «наднауки», обобщающие работы по экологическим проблемам регионов обычно пишут коллективы авторов, включающие специалистов разного профиля. Автор рецензируемого пособия до сих пор была «широко известна в узких кругах» как специалист в области гидроботаники (наука о растительном покрове и растительных объектах водоемов), защитившая в 1999 г. кандидатскую диссертацию на тему «Особенности анато-мо-морфологического строения вегетативных органов макрофитов (на примере листьев и фрондов) в условиях промышленного загрязнения среды».
Рецензируемое издание является далеко не первой обобщающей работой о природе Удмуртии и ее трансформациях под воздействием деятельности человека. Автор обосновывает ее публикацию необходимостью обновить ранее изданные книги «Природа Удмуртии» [2], «Природные условия и экология Удмуртии» [3], «Геоэкологические проблемы Удмуртии» [4], а также целесообразностью адаптации содержания к особенностям изучения студентами-экологами УдГУ соответствующей дисциплины на 4-м курсе. Первую цель сложно признать оправданной, так как совсем недавно, в 2009 г., вышли из печати такие крупные коллективные издания, как «География Удмуртии» [5], «Климатические условия и ресурсы Республики Удмуртия» [6], не говоря уже о ежегодно выпускаемых государственных докладах о состоянии окружающей среды. Вторая цель едва ли достигнута, поскольку, как будет показано ниже, рецензируемое пособие отличается от «Географии Удмуртии» [5] тем, что содержит значительно меньше конкретных данных и значительно больше ошибок.
Не обладая профессиональными знаниями в области многих наук о Земле (геология, геоморфология, ландшафтоведение, гидрология, метеорология), а также не имея достаточного опыта фундаментальных и прикладных экологических исследований, автор не смогла сформировать оригинальное, авторское видение состояния и перспектив решения экологических проблем республики, создав вместо этого слабо систематизированный конгломерат из произвольно выбранных фрагментов работ разных авторов, разных лет издания. По стилю и слогу это больше всего напоминает курсовую или дипломную работу плохого студента, написанную по методу «кусок оттуда — кусок отсюда», на вечную тему «Вот что мне удалось найти в библиотеке и Интернете». Характерно, что ни одна из 13 включенных в работу карт не является авторской. Впрочем, для 11 из 13 карт указаны источники, 2 заимствованы без указания источников. К заимствованию текстов у автора отношение еще менее трепетное.
В ходе прочтения учебного пособия складывается впечатление, что О. А. Капитонова плохо знает научные работы не только в далеких для неё областях географии, геологии, археологии, но даже и во флористике. По флоре Удмуртии за последние 50 лет разными исследователями опубликовано около 500 научных работ.
Преобладающая часть исходных материалов «творчески переработана» автором, в силу чего выявленный нами объем прямых заимствований относительно невелик: в общей сложности 840 строк (примерно 23 полных страницы по 36 строк) и 11 полных страниц- итого 34 страницы из 355 (не считая введение, списки литературы и оглавление), то есть примерно 9,6% объема. Переработка текстов, однако, сопровождается огромным количеством вполне авторских ошибок и несуразностей, собственно и составляющих «вклад» автора в изучение экологических проблем Удмуртии. Ниже приводится краткий обзор текста и комментарии к нему, содержащие многочисленные основания для столь жестких оценочных суждений.
История освоения и изучения территории Удмуртской Республики (с. 6−16). В этой главе хотелось бы увидеть обоснование необходимости включения материалов по расселению человека по территории республики, но этого нет. Учитывая тему работы, еще более уместна была бы оценка воздействия человека на природу края в историческом прошлом, но этого тоже нет. Вместо этого кратко
излагаются результаты многолетних научных исследований историков Удмуртии. Почти все наработки в этой области связаны с работой Камско-Вятской археологической экспедиции УдГУ, руководителем которой является Р. Д. Голдина. Она же вместе с коллегами является автором многочисленных научных трудов (в том числе монографий), однако какие-либо упоминания об этих исследованиях отсутствуют. Ни одной ссылки на работы Р. Д. Голдиной и других исследователей нет, не считая указания на источник, откуда заимствованы археологические карты: Энциклопедия Удмуртской Республики [7], хотя весь излагаемый материал именно оттуда, с начала с. 42 с небольшими пропусками отдельных фраз, далее также идёт заимствованный текст со с. 44−46, 48−51. Из 205 строк исторического раздела 175 напрямую заимствованы из Энциклопедии [7] без какой-либо переработки и без ссылки на источник- 17 строк взяты из другой работы с указанием автора.
Далее идет краткая характеристика ученых Петербургской академии наук, сыгравших большую роль в первоначальном изучении природы края. Кратко изложены биографии 4 исследователей ХУШ в., однако конкретных данных об их заслугах по изучению современной территории республики почти нет. Об исследователях XIX и ХХ вв. не сказано ничего, хотя вопрос для самопроверки о них имеется (с. 16). Таким образом, название данной главы не соответствует её содержанию. К тому же имеется и ряд ошибок:
1) «…с древнейших времен природные особенности территории современной Удмуртии позволяли вести как присваивающие, так и производящие формы хозяйствования» (с. 14). А что, где-то с этим иначе?
2) «АН (т.е. Академия наук) проводила экспедиции по разным провинциям России, в т. ч. по Казанской и Вятской губерниям» (с. 14). Так, губернии или провинции?
3) «Мессершмидт в 1926 г. (опечатка, имелся в виду 1726 г.) … по дороге в г. Хлынов — конечный пункт сибирского путешествия.» Вообще-то, г. Хлынов (с 1770-х гг. Вятка, ныне Киров) находится к западу от Уральских гор, то есть никак не в Сибири.
Но это все еще «цветочки».
Часть I. Физико-географическая характеристика Удмуртии (с. 17−34). В описании географического положения (с. 17) обнаруживаются заимствования из текстовой части Географического атласа Удмуртской Республики [8] и соответствующей статьи Энциклопедии Удмуртской Республики издания 2008 г. [9]. Ссылки на источник отсутствуют. Текстуально совпадают 6 строк из 14. При этом допущены ошибки в определении координат крайних точек Удмуртии: самая северная точка -58о33'- с.ш., а не 58о30'-, как у О.А. Капитоновой- самая восточная — 54о25'- в.д., а не 54о30'- (уточнено по картам масштаба 1: 100 000). Неточно указана также принадлежность бывшей д. Липашур, вблизи которой находится самая северная точка Удмуртии: этот населенный пункт относился не к Балезинско-му району УР, а к Афанасьевскому району Кировской области.
Описание рельефа (с. 17, 18), с некоторыми изменениями в построении фраз и исключением преобладающей части текста, также скомпоновано из одноименной статьи Энциклопедии Удмуртской Республики [7]. Карта рельефа (с. 19) заимствована из Географического атласа Удмуртской Республики [8] без ссылки на источник. При этом заимствовании возникли ошибки:
1) указанный на карте масштаб 1: 1 500 000 относится к исходной карте в Атласе [8], а отнюдь не к карте, представленной в уменьшенном виде в пособии О. А. Капитоновой [1]. Фактический масштаб карты на с. 19 составляет примерно 1: 2 570 000. Карта с указанным на ней, но не соответствующим действительности масштабом вводит студентов в заблуждение-
2) не совпадают названия некоторых орографических элементов в тексте и на карте: в тексте -Тыловайская возвышенность, на карте — Тыловайско-Мултанская- на карте есть Чепецкая низменность, в тексте о ней ни слова- в тексте названы Центрально-Удмуртская депрессия и Привятская низменность, а на карте их нет.
При описании геологического строения (с. 18−26) также нет ни одной ссылки, но есть многочисленные ошибки:
1) «система стратиграфического деления земной коры» (с. 22) — безграмотное выражение. Земная кора, вообще-то, состоит из осадочного чехла, гранитного и базальтового слоев (континентальная кора) либо только осадочного и базальтового (океаническая кора), при этом к стратифицированным образованиям относится только осадочный чехол-
2) в геохронологической таблице (с. 23, источник не указан) продолжительность периодов указана в целых миллионах лет (кроме четвертичного, а не антропогена, как у автора, и продолжительность которого не 1,6, а 1,8 млн. лет), тогда как возраст нижней границы — с десятыми и сотыми. То есть суммы продолжительностей не стыкуются с возрастом нижних границ. Геология, конечно, наука не очень точная, но зачем это так утрировать в издании, адресованном студентам?
3) автор почему-то решила, что «. Удмуртия находится в переходной зоне от ВосточноЕвропейской равнины (видимо, имелось в виду — платформы, т.к. данный геологический термин в данном контексте куда более уместен) к Уральскому прогибу (вероятно, имелся в виду Предуральский прогиб, т.к. Уральский прогиб геологической науке неизвестен), кристаллический фундамент под ней заглубляется…» (с. 23). Похоже, автор не знает о существовании таких весьма важных для понимания геологического строения Удмуртии структурных элементов, как Калтасинский авлакоген (по фундаменту) и Верхнекамская впадина (структура осадочного чехла), так же как и о том, что Верхнекамскую впадину от Предуральского прогиба отделяет примерно 150 км Пермско-Башкирского свода-
4) максимальная мощность осадочного чехла в Удмуртии составляет не 4,5−5 км (с. 23), а 7−8 км-
5) «Только в море накапливаются мощные, многокилометровые слои осадочных пород.» (с. 23). А многокилометровые толщи неоген-четвертичных отложений в межгорных депрессиях типа Таджикской, Ферганской, Среднеамурской и др. — тоже морские?!
6) «Таким образом, практически все осадочные породы, характерные для Удмуртии, образовались в море». Уфимский, казанский и бывший татарский ярусы Удмуртии — тоже морские?! На с. 25 написано про образование этих ярусов в «континентальных сухопутных условиях, периодически сменявшихся озерными», что верно, но перед этим на той же с. 25 сказано, что отложения пермской системы сформировались на дне пермского моря-
7) между «докембрийским фундаментом, состоящим из массивно-кристаллических пород типа диабазов, лабрадоритов (не самая типичная для кристаллического фундамента Удмуртии порода, в отличие от не упомянутых в данном фрагменте гранитоидов и кристаллических сланцев), амфиболитов, гнейсов» (с. 22, 23) и на котором якобы «залегает чехол рыхлых осадочных пород» (с. 23) (это палеозойские известняки и доломиты — рыхлые породы?!), куда-то пропал протерозой (нижне- и верхнебавлинская серии, сложенные песчаниками и конгломератами общей мощностью до 3,5 тыс. м, кстати, отнюдь не морскими) —
8) Уфимский ярус, согласно Стратиграфическому кодексу РФ [10], относится не к средней, а к нижней перми. Ошибка в табл. 1.2 на с. 24-
9) если Р3 — верхняя пермь, то почему же Рі - ранняя? (табл. 1.2 с. 24). Термины «ранний» и «поздний» применяют к интервалам времени (геохронологические подразделения), а «нижний» и «верхний» — к отложениям (стратиграфические подразделения). Преподавателю, хотя бы и далекому от геологии, не пристало путать одно с другим-
10) «Средний карбон сложен известняками, насыщенными нефтью.». Известняки, насыщенные нефтью, в среднем карбоне встречаются, но так обобщать?! Если бы данное утверждение соответствовало действительности, Удмуртия по запасам нефти превзошла бы Саудовскую Аравию и Кувейт вместе взятые-
11) «Наибольшее распространение, а следовательно, и влияние на формирование почвенного покрова республики имеют породы уржумского яруса» (с. 25). А четвертичные отложения распространены и влияют меньше?! Кроме того, с приводимой ниже характеристикой почвообразующих пород это никак не соотносится-
12) неоправданно скупо (8 строк на с. 26) и невнятно охарактеризованы четвертичные отложения, в том числе буквально одним словом упомянуты эоловые, действительно оказавшие очень большое влияние на почвы, растительность, ландшафты в целом и природопользование в Удмуртии.
Краткая характеристика неогеновой системы (с. 26) содержит прямо заимствованные из «Географии Удмуртии» [5], текстуально совпадающие элементы — на с. 10 в последнем абзаце. Объем заимствования 8 строк.
Некорректно составлены вопросы для самопроверки (с. 34): студентам предложено охарактеризовать положение Удмуртии «на современной геополитической карте мира», а также назвать «геоморфологические образования» на территории Удмуртии. Автору, вероятно, известно, что такое геополитическая карта и геоморфологические образования, но в тексте объяснение этих, мягко говоря, необщепринятых терминов не приводится.
Раздел «Физико-географическое районирование» (с. 26−34) представляет собой изложение соответствующего раздела из «Географии Удмуртии» [5]. Прямые заимствования отмечаются на с. 26, 27, со с. 229 «Географии Удмуртии.» без ссылки на источник. Объем заимствования 12 строк. Далее, также без ссылки на источник приведено в искаженном виде определение физико-географического региона по А. Г. Исаченко [11. С. 275]. Объем заимствования 5 строк. Однако ландшафтный (физикогеографический) район — лишь одна из таксономических единиц районирования, наряду с фацией, урочищем, типом местности, областью, провинцией и т. д., тогда как О. А. Капитонова [1] соотнесла общее определение с частной категорией районирования, тем самым необоснованно абсолютизировав ее.
На с. 28−34 кратко (но с очень разной степенью сокращения) изложены существующие схемы физико-географического (ландшафтного) районирования Удмуртии.
Полезные ископаемые почему-то охарактеризованы не в геологическом разделе, как это обычно принято, а в части II «Недра и почвы Удмуртии». В высшей степени оригинальное объединение, пожалуй, единственное в своем роде. Общая характеристика полезных ископаемых представляет собой упрощенный, переработанный, но с элементами текстуальных совпадений текст рецензента [12. С. 73, 74]. Ссылки на этот или другие источники отсутствуют.
Характеристика отдельных видов полезных ископаемых также не содержит ссылок на источники, но включает прямые заимствования из аналогичных (гораздо более профессионально написанных) разделов «Географии Удмуртии» [5] и Энциклопедии Удмуртской Республики [7]. Текстуально совпадают следующие элементы:
1) с. 38, характеристика запасов нефти. Текстуально совпадают строки сверху 9−11 и строки 1−2 (с учетом расшифровки принятых в Энциклопедии сокращений) заметки «Нефть» на с. 19 Энциклопедии Удмуртской Республики [7]-
2) с. 38, характеристика углей. Текстуально совпадают строки сверху 11−14 и строки 1−3 (с учетом расшифровки принятых в Энциклопедии сокращений) заметки «Уголь» на с. 19 Энциклопедии Удмуртской Республики [7]-
3) с. 39, описание Казаковского угленосного района. Текстуально совпадают строки сверху 1522 и строки 1−6 на с. 16 «Географии Удмуртии.» [5]-
4) с. 39, характеристика Камбарского угленосного района. Текстуально совпадают строки сверху 25−28 и строки сверху 53−55 на с. 15 «Географии Удмуртии» [5]-
5) с. 42, характеристика песчано-гравийного сырья. Текстуально совпадают строки сверху 16, 18−21, 30−33 и строки 1−2, 3−4, 13−15 (с учетом расшифровки принятых в энциклопедии сокращений) заметки «Песчано-гравийные материалы, пески» на с. 21 Энциклопедии Удмуртской Республики [7]-
6) с. 43, характеристика минеральных вод и рассолов. Текстуально совпадают строки сверху 2933 и строки 6−10 (с учетом расшифровки принятых в энциклопедии сокращений) заметки «Минеральные воды и рассолы» на с. 21 Энциклопедии Удмуртской Республики [7]. Итого объем заимствования по характеристике полезных ископаемых 33 строки.
Компиляция с элементами плагиата, однако, не избавляет от ошибок и искажений:
1) на с. 39 у О. А. Капитоновой [1] сразу после слов: «В годы Великой Отечественной (в рецензируемом издании почему-то с маленькой буквы) войны уголь добывался штольным способом (искаженный термин, в оригинале — разрабатывался штольнями) и использовался для местных нужд» на той же строке, без всякого перехода написано о совершенно ином: «Пласты каменных углей (в Каза-ковском районе разрабатывались бурые) залегают на глубине от 1000 до 1100 м». Глубоковато для штолен местного значения. Вероятно, имеются в виду представленные в том же районе каменные угли в отложениях нижнего карбона. Пропущен всего лишь абзацный отступ, но как искажен смысл!
2) при характеристике проявлений медных руд (с. 41) «творчески переработан» соответствующий фрагмент «Географии Удмуртии» [5. С. 19]: было: «содержание меди в породе 1,3−3%, но рудные пропластки не выдержаны по простиранию и быстро выклиниваются», стало: «содержание меди в рудах невысокое и в среднем составляет 1,5−3%». Дело в том, что 1,3 (1,5)%, и тем более 3% для меди — очень высокое содержание (тем более если бы это было среднее значение) — в настоящее время разрабатываются руды с содержанием меди от 0,5%-
3) на с. 41 в заголовок вынесено безграмотное выражение «природный и попутный газ». Попутный нефтяной газ (так он правильно называется) тоже имеет природное происхождение в отличие от искусственно полученных газов-
4) на той же странице имеется геологически безграмотное выражение «средне- и верхнепермская система». Система есть только пермская, а в ее составе — нижний, средний и верхний отделы-
5) на с. 42 сказано, что запасы песчано-гравийной смеси в Удмуртии распространены повсеместно. Увы, это далеко не так. Эта трудно поддающаяся объяснению грубая ошибка является авторской вставкой в отмеченное выше заимствование из Энциклопедии Удмуртской Республики [7].
Раздел «Рациональное использование и охрана недр» (с. 44−47) не содержит никакой информации, относящейся к проблемам использования и охраны недр в Удмуртии. Приведены (без ссылок на источники) примеры повреждения земель по Центральной России, Сибири и Дальнему Востоку, примеры потери полезных ископаемых при разработке угля и руд металлов. Для Удмуртии отмечена проблема утилизации попутного нефтяного газа, безусловно, имеющая отношение к загрязнению атмосферного воздуха, но едва ли — к охране недр. В то же время «за кадром» остались весьма актуальные для Удмуртии проблемы утилизации негорючего попутного газа, осолонения подземных вод на поздних стадиях разработки нефтяных месторождений, а также нарушения земель при разработке естественных строительных материалов (часто нелицензированной).
При характеристике почвообразующих пород и почвенного покрова (с. 47−79) из факторов почвообразования охарактеризованы только почвообразующие породы- роль растительности, климата и рельефа в почвообразовании не рассмотрена. Как и в предшествующих разделах, отсутствуют ссылки на источники. При характеристике основных типов почвенных разностей отсутствует их систематическое описание: генетические горизонты, их мощности и морфологические особенности, типичные агрохимические характеристики. Описание почв бессистемное, с отдельными, преимущественно случайно выбранными количественными характеристиками и нелогичными классификациями. Так, серые лесные почвы подразделяются (на с. 62) на светло-серые (содержание гумуса от 3 до 5%), собственно серые (4−6% гумуса) и темно-серые (более 6% гумуса). Возникает естественный вопрос: куда отнести почву, содержащую, допустим, 4,5% гумуса? Или же деление на указанные разновидности осуществляется по иным, не указанным автором признакам?
На с. 64 дерново-карбонатные почвы подразделены на типичные, вскипающие от 10% раствора соляной кислоты с поверхности, слабовыщелоченные, вскипающие с глубины 30 см, и сильновыще-лоченные, вскипающие с глубины 60 см. А куда относятся почвы, вскипающие с 10 см, 20 см, 40 см и т. д. ?
Часть III. Состояние атмосферы и климат Удмуртии (с. 80−101) не содержит ссылок на источники, за исключением не вполне корректно оформленных ссылок на классификацию структуры атмосферных выбросов С. А. Гагарина [4]. Без указания источников приводятся довольно многочисленные цифры и яркие, «алярмистские» факты (если, конечно, слово «факт» здесь уместно), достоверность которых как минимум вызывает вопросы:
1) «Полагают, что в ближайшие 150−180 лет количество кислорода в атмосфере сократится на треть.» (с. 81). Кто и на основании каких данных полагает — не указано. Как этот «прогноз» увязывается с тем фактом, что за предшествующие 200 лет индустриального развития не зафиксировано сколько-нибудь заметного снижения содержания кислорода, неизвестно-
2) утверждается (с. 81), что за сутки человек в среднем пропускает через легкие 12 т воздуха. Однако нетрудно взять в руки исправный калькулятор и подсчитать, что при плотности воздуха
1,2928 г/л (что совершенно точно указано на с. 80) 12 т воздуха при атмосферном давлении займут 9282 м³, что близко к объему такого объекта, как средний кинотеатр. Ну, никак не «выдышать» одному человеку столько за сутки! Вместо 12 т должно было быть написано 12 м³, то есть в учебном издании допущена ошибка в 773,5 раза, что равно разнице в плотности воздуха и воды!
3) не менее удивительным образом оценена перспектива роста содержания в атмосфере углекислого газа. На той же с. 81 утверждается, что если за последние 100 лет количество углекислого газа увеличилось на 10−15%, то при сохранении тенденции за 3-е тысячелетие прирост составит 25%. Расчет при помощи исправного калькулятора дает при указанных исходных совершенно иные результаты. Вероятно, имелись в виду перспективы роста содержания углекислого газа не на 3-е тысячелетие, а только на XXI век-
4) констатируя тревожную тенденцию роста содержания углекислого газа, автор умудряется ни словом не обмолвиться о навязшей у всех в зубах проблеме глобального потепления и Киотском протоколе, призванном, как предполагалось, ее решить. И это в учебном пособии для экологов!
Характеристика климата (с. 92−96) носит компилятивно-плагиативный характер, причем ссылки на источники, как и в предыдущих разделах, отсутствуют.
Общая характеристика климата (с. 92) переписана (кое-где с перестановкой отдельных слов) со с. 65 книги «Природа Удмуртии» [2] (авторы соответствующего раздела Н. П. Дерюгина и Н.Я. Могу-нова). Объем прямого заимствования 24 строки. Оттуда же [2. С. 65, 66] переписана характеристика сезонов (с. 94). Объем прямого заимствования 10 строк.
Температурный режим охарактеризован по не указанным, но устаревшим данным: в настоящее время среднегодовые температуры в республике изменяются не от 1,5о (Дебесы) до 2,7о (Сарапул), а от 1,9о (Глазов) до 3,1о (Сарапул) — см. [6. С. 212].
Характеристика осадков (с. 95) также переписана (с пропуском отдельных фраз и заменой примера экстремального ливня на более свежий) из «Природы Удмуртии» [2. С. 71−73]. Объем прямого заимствования 26 строк.
Характеристика состояния атмосферы при неблагоприятных метеоусловиях (с. 96−98) скомпилирована (с исключением количественных характеристик и карт), а частично и дословно переписана со с. 37−41 «Геоэкологических проблем Удмуртии» [4]. Объем прямого заимствования 60 строк. Ссылки на источник отсутствуют.
Раздел «Пути и перспективы снижения уровней загрязнения атмосферного воздуха» (с. 98−101), с изменением отдельных слов и исключением конкретных примеров, переписан оттуда же ([4. С. 41−43]. Объем прямого заимствования 30 строк на стр. 98−99 и 8 строк на стр. 99−100.
Необходимо отметить, что, помимо противозаконности и аморальности допущенного в указанных разделах плагиата, О. А. Капитонова вводит в заблуждение студентов, которым адресовано пособие, поскольку не уточняет время, к которому относятся переписанные ею результаты исследования [4]: начало 1990-х гг., по сравнению с которыми в состоянии воздушного бассейна Ижевска многое изменилось (см., напр.: [13]).
Часть IV. Водные ресурсы Удмуртской Республики и их состояние (с. 102−130) выгодно отличается от предшествующих частей наличием некоторого количества ссылок на источники, преимущественно на «Географию Удмуртии» [5]. Тем не менее, начало данной части обнаруживает явное сходство с общей характеристикой водных ресурсов в учебном пособии рецензента [14]. Ссылка отсутствует, но исходный текст переработан, так что прямое заимствование отсутствует. При переработке были удалены количественные характеристики и добавлены ошибки. Не соответствуют действительности и вводят студентов в заблуждение следующие утверждения О. А. Капитоновой [1. С. 102]:
1) «Вода — наиболее распространенное на Земле вещество». Немного порывшись в справочниках, учебниках или Интернете, можно узнать, что кварца ^Ю2) на Земле (в пределах земной коры) в 2,4 раза больше, чем воды, а кремния больше в 5,9 раза-
2) «Различают воду атмосферную, поверхностную и подземную». Мировой океан и ледники, безусловно, располагаются на поверхности Земли, но считать эти воды поверхностными как-то не принято. Многолетняя мерзлота, безусловно, находится в подземном пространстве (недрах), но к подземным водам не относится. Есть такие термины, как подмерзлотные и межмерзлотные воды-
3) «В горных породах литосферы вода встречается в виде пара». Встречается, конечно, в частности, в пещерах. Но гораздо чаще — в жидкой фазе либо в связанном состоянии.
Характеристика рек, прудов и водохранилищ, а также подземных вод представляет собой сильно сокращенную версию раздела «Водные ресурсы» упомянутого выше учебного пособия «География Удмуртии» [5]- ссылки имеются.
Характеристика источников загрязнения водных объектов (с. 115, табл. 4. 1, ссылка на источник имеется) содержит сведения об источниках, отсутствующих в Удмуртии (целлюлозно-бумажная промышленность, газодобывающие предприятия, цветная металлургия, производство красителей и синтетических волокон), и не содержит сведений о таких весьма характерных для Удмуртии источниках, как предприятия машиностроения, лесной и деревообрабатывающей, а также пищевой промышленности.
Характеристика водопотребления приведена по данным Государственных докладов о состоянии окружающей природной среды, но без ссылки на этот источник. Характеристика водоотведения включает большой фрагмент (23 строки на с. 116, 117) из «Геоэкологических проблем Удмуртии» [4. С. 51] с незначительными изменениями. Ссылка имеется, но оформлена некорректно, причем два-
жды некорректно. В оригинале издания 1998 г. формулировка «За последние годы. «, с которой начинается данный фрагмент, относилась к 1990-м гг. Какие «последние» годы имеются в виду в издании 2010 г., видимо, должны догадаться студенты. Ссылка на «Геоэкологические проблемы Удмуртии» [4] на с. 117 выглядит так, как будто относится только к утверждению, что с единицы площади городской территории смывается в 2−4 раза больше органических и минеральных веществ, чем с единицы площади сельскохозяйственных земель. Но в «Геоэкологических проблемах Удмуртии» [4] это утверждение не является оригинальным и приведено со ссылкой на монографию Р. А. Нежиховского. Зато без всякой ссылки на с. 117 приведен результат представленного в «Геоэкологических проблемах Удмуртии» [4. С. 51] расчета стока взвешенных веществ с территории г. Ижевска. Объем прямого заимствования без ссылки на источник 5 строк, не считая расчета.
Содержащаяся далее на той же с. 51 «Геоэкологических проблем Удмуртии» [4] характеристика разработки подводных карьеров как источника загрязнения поверхностных вод слегка переработана- объем прямого заимствования всего 3 строки в конце с. 117. При этой переработке, однако, возник своего рода шедевр стиля: «негативным отрицательным последствием является.». На следующей с. 118 заимствование из «Геоэкологических проблем Удмуртии» [4] без ссылки на источник продолжается с небольшими фразеологическими изменениями- объем прямого заимствования 12 строк.
Характеристика состояния водных объектов в сильно сокращенном виде (опущены количественные характеристики, что едва ли оправдано для издания, адресованного студентам-экологом) заимствована из «Географии Удмуртии» [5] без ссылки на нее. Благодаря сильному сокращению прямые заимствования отсутствуют.
При характеристике состояния подземных вод отсутствуют ссылки на источник данных, однако имеется справедливое для 1990-х гг., но не соответствующее текущей действительности утверждение о прогрессирующем «с каждым годом» росте загрязнения подземных источников водоснабжения. Данное утверждение (с. 120) является «авторской вставкой» в прямое заимствование из «Геоэкологических проблем Удмуртии» [4. С. 59] объемом 11 строк.
Раздел «Организация охраны водных объектов» (с. 127−129) переписан из «Геоэкологических проблем Удмуртии» [4. С. 61−64] с заменой отдельных слов и пропуском отдельных фраз и абзацев, содержащих конкретные примеры, без ссылки на данное издание. Объем прямого заимствования 59 строк. В конце данного раздела без ссылки на источник приведены размеры водоохранных зон, не соответствующие действующему законодательству и, как следствие, вводящие студентов в заблуждение.
Часть V. Растительный и животный мир Удмуртии (с. 131−208). Данная глава также не лишена прямых заимствований из флористических, фаунистических, лесоведческих и других работ. Текст частично переработан, но ссылки на большинство авторов также отсутствуют, хотя приводятся их фактические данные, полученные в ходе авторских натурных и камеральных исследований. В качестве заслуги автора следует отметить, что ею местами добавлены латинские названия видов организмов, что в авторских текстах иногда отсутствует.
Неполное владение О. А. Капитоновой современным флористическим материалом по территории Удмуртии и отсутствие первоисточников с первых же строк раздела приводят к появлению многочисленных вопросов. Так, из текста О. А. Капитоновой [1] неясно, кем проведено ботанико-географическое районирование и имеется ли таковое для территории Удмуртии? Кто и как проводит в Удмуртии границу между двумя растительными зонами (которые являются, по мнению большинства исследователей, подзонами)? Неясно, почему граница между геоботаническими подразделениями проходит по границе ареалов двух видов растений, которая к тому же проведена неверно (см.: [15- 16 и др. ]).
Далее приводится история изучения флоры только сосудистых растений Удмуртии, заканчивающаяся почему-то 1972 г. Вероятнее всего данные взяты из работ О. Г. Барановой, в которых имеется сходный текст. Вряд ли О. А. Капитонова подсчитывала количество гербарных листов Л.К. Кру-ликовского и оно совпало с таковым по данным О. Г. Барановой, которая просмотрела его гербарные материалы (как и материалы других исследователей флоры Удмуртии) в различных гербарных хранилищах России еще при подготовке кандидатской диссертации в 1985—1988 гг. (опубликовано в более поздние годы в различных публикациях [15- 17−20 и др. ]). В большинстве случаев О. А. Капитонова, стараясь не давать точные цифры, указанные в работах О. Г. Барановой, округляет их.
Далее указывается приблизительное число видов во флоре (заимствованное из работы О. Г. Барановой [5]) и приводится её специфика. О. А. Капитонова здесь пытается быть оригинальной, показать свое видение ситуации, но делает многочисленные ошибки:
1) на территории Удмуртии горицвет сибирский и пион уклоняющийся не имеют крайне западных местонахождений, так как распространены значительно западнее территории республики-
2) ветреница лесная растет и в Республике Коми-
3) первоцвет весенний отсутствует на территории республики, более ранние указания на его произрастание неверны.
Затем идет краткая характеристика таксономических групп. О. А. Капитоновой, кроме сосудистых растений, далее в разделе характеризуются и другие растительные организмы — водоросли, мхи, а также грибы и лишайники. Сразу же возникает вопрос: какова история их изучения и кто их изучал, так как ни один исследователь не называется, а характеристика групп в пособии взята из ряда работ
А. В. Рубцовой, В. А. Тычинина. Нет указаний на эти работы и в списке рекомендуемой литературы. Но, открыв Энциклопедию У Р [9], можно увидеть, что разделы «Водоросли» (полное прямое заимствование 24 строки текста- с. 238), «Моховидные» полностью взяты со с. 488, за исключением 3 предложений (36 строк прямого переписывания текста), «Грибы» — то же самое, только изменено несколько цифр (64 строки), «Лишайники» — то же самое (27 строчек- с. 450, 451), только исправлено количество «краснокнижных» видов. У всех этих очерков в Энциклопедии [9] указаны авторы.
Почему-то в этом подразделе снова рассматривается флора сосудистых растений, причем приводится её усеченный анализ, не дающий студенту никаких сведений об её особенностях, то есть общие слова, которые могут быть распространены на флоры всех таежных регионов, например «флора Удмуртии объединяет виды разных эколого-фитоценотических групп — лесные, луговые, болотные и т. п.» (с. 140). Кроме того, указывая на то, что во флоре имеется около 2000 видов, О. А. Капитонова вводит студентов в заблуждение, расписывая их количество по высшим таксонам. Эти показатели взяты из работы О. Г. Барановой [5], которая указывает их только для аборигенной флоры, а не для всей флоры в целом.
При характеристике геоботанических районов не указано, что автором районирования является Т. П. Ефимова, часть предложений взята из Энциклопедии [9] (весь текст о районировании) и книги «Природа Удмуртии» [2], в характеристике районов самостоятельно указан только ряд редких видов растений, и здесь тоже есть ошибки:
1) береза карликовая отсутствует в Северо-западном районе, а растет только в Центральнозападном. Бубенчик лилиелистный растет не в одном геоботаническом районе, а в трех — доходя в своем распространении до р. Чепцы-
2) при характеристике лесных типов растительности 3 страницы переписаны с небольшими пропусками из книги «Природа Удмуртии» [2]-
3) в качестве недочета следует указать, что в Удмуртии можжевельник обыкновенный не образует лесов (с. 153), так как является кустарником. Леса образуют растения, имеющие жизненную форму — дерево. К тому же это более сложное явление, автор дает характеристику понятию «лес» на с. 145, но в отношении можжевельника обыкновенного этого определения она не придерживается.
Наиболее полно в этой части написан раздел по пресноводной растительности, правда, в нем собрано все: и классификация водных растений, и полезные свойства водных растений, и их охрана, но нет самого главного — характеристики пресноводной растительности. То же касается раздела и по болотной растительности, где характеристики растительных сообществ вообще нет, а даны наборы болотных видов растений для трех типов болот.
Раздел «Использование дикорастущих растений» написан очень поверхностно, без указания, в большинстве случаев, точных данных. Самое главное, отсутствует какая-либо оценка ресурсов полезных растений. В качестве примера оценим только одну группу полезных растений.
Текст по лекарственным растениям частично заимствован из Энциклопедии [9] (10 строк). Непонятно, для чего описана история исследования лекарственных растений начиная с Гиппократа, тогда как история изучения их в Удмуртии отсутствует- ошибочно указано, что первым источником является работа А. Вечтомова. Указаны устаревшие данные по числу видов, использующихся в официальной медицине (в Удмуртии их произрастает 131 вид [21]). Совсем отсутствует какая-либо информация о ресурсах лекарственных растений, что крайне важно для экологов. Не выделена группа редких лекарственных растений, сбор которых в Удмуртии запрещен, так как они занесены в Крас-
ную книгу УР. У О. А. Капитоновой в пособии можно прочитать, что такой «краснокнижный» вид, как боярышник, относится к широко распространенным в Удмуртии лекарственным растениям, что является грубым искажением фактических данных. Росянка круглолистная, тоже относится к лекарственным растениям подлежащим сбору (с. 176- тогда как на с. 140 иная информация).
По ядовитым растениям та же картина — 12 строк из Энциклопедии [9].
Раздел «Животный мир Удмуртии» начинается с переписывания истории развития животного мира из книги «Эволюция экосистем Европы.» [22] (2 стр.). Затем следует краткая характеристика таксономических групп животных, без каких-либо комментариев заимствованная из Энциклопедии [9] (5 стр.). Можно привести и другие факты из этого раздела, взятые из Энциклопедии (тексты по заказникам, охотничье-промысловые животные и др.) и других источников.
Далее идет раздел «Биологическое загрязнение и его последствия». В него включен подраздел «Адвентивные виды на территории Удмуртии» и практически без комментариев переписано 2 страницы текста из работы А. Н. Пузырева «Растения-иммигранты» [23. С. 193−195].
Часть VI. Курортно-рекреационные ресурсы Удмуртии (с. 209−219) очень кратко излагает содержание работы И. И. Рысина, М. А. Саранчи [24], особенно в том, что касается цифровых характеристик. Исходный текст сильно переработан и дополнен материалами общего характера. Приводится фрагментарная теоретическая информация о рекреационных территориях и территориальных рекреационных системах (ТРС), а в характеристике рекреационного потенциала региона дается общая (далеко выходящая за пределы курортных ресурсов) и выборочная, «мозаичная» характеристика Удмуртии, лишь частично соответствующая заявленной теме. Таким образом, содержание части не соответствует ее названию. Прямые заимствования не выявлены, однако переработка текстов сопровождалась значительным количеством фактических ошибок и искажений:
1) на с. 209, где приводятся 4 функциональных типа ТРС, дается ссылка на работу А. Г. Илларионова от 1995 г., однако сам источник в работе не обнаружен, а типы ТРС составлены согласно работам классиков отечественной рекреационной географии 1970-х гг. -
2) раскрытие сущности функциональных типов ТРС дается неполно и с рядом ошибок: например, в лечебных ТРС выделяется только три подтипа, однако упущены аспекты талассотерапии, лечения преформированными факторами и т. п., кроме того, само выделение лечебного типа ТРС не корректно, так как данный тип деятельности в чистой форме не относится к рекреационной- в спортивных ТРС почему-то через запятую даются спортивные игры и соревнования — категории разного смыслового плана, и указанно, что необходимым для формирования таких ТРС является «экзотичность и живописность природных комплексов. «, что само по себе неверно. Так же стоит отметить, что названные 4 типа ТРС «покрывают» лишь незначительную долю функциональных типов туристско-рекреационных систем, однако именно в их аспекте в следующей теме 6-й части работы раскрывается рекреационный потенциал республики-
3) на с. 212 указывается, что «рекреационные ресурсы подразумевают, прежде всего, пригодность природных условий для целей рекреации», и далее рассматривается в данном же ракурсе три подхода к их оценке, однако ресурсы и условия — сами по себе разные понятия и их нельзя сводить в одно, кроме того, рекреационные ресурсы в себя включают и ресурсы социальные, экономические, культурно-исторические и др. -
4) указывается, что наиболее распространенным методом оценки рекреационного потенциала территории является экспертный, однако это не метод, а совокупность методических подходов к оценке, кроме того, наиболее распространенным подходом является не экспертный, а бонитировка-
5) на с. 213 эстетичными признаются только «естественные» пейзажи, однако имеется огромное количество антропогенных пейзажей, обладающих не меньшей красотой- кроме того, общеизвестно, что включение в природные пейзажи антропогенных компонентов (например, церквей) может их облагораживать-
6) на с. 214 рассмотрение потенциала ведется через функциональные типы ТРС, однако такая типология показывает специализацию ТРС. Поэтому Ижевскую ТРС некорректно называть лечебной, так как ее функциональный набор широк и не имеет четко выраженной специализации- в определенной степени это характерно и для Увинской ТРС-
7) характеристика республики для оздоровительной рекреации сводится по большей степени к характеристикам климатических условий, и на первый план выводится юг республики как более бла-
гоприятный, однако фактически данный тип условий в пределах республики не сильно дифференцируется и практически не существенен для сравнения территорий между собой-
8) на с. 216 имеется некорректная формулировка, согласно которой оздоровительные ТРС принадлежат отдельным организациям, однако ТРС — гораздо более широкое в семантическом и пространственном охвате понятие, чем дома отдыха и т. п. -
9) на той же с. 216 среди выдающихся лыжников республики почему-то не назван М. Вылегжанин-
10) рекомендации к развитию туристско-рекреационной деятельности в республике на с. 217 не проработаны и фрагментарны-
11) рекреационная география изучает не только «количество и направление потоков отдыхающих» (с. 217) — это лишь одно из многих направлений данной науки.
Часть VII. Современное состояние и перспективы развития сети особо охраняемых природных территорий Удмуртии (с. 220−240). Пожалуй, это одна из самых громко заявленных и бездарно написанных глав в учебном пособии, содержание которой мало соответствует названию. Из 20 страниц текста 15 освещают общие вопросы, связанные с ООПТ в глобальной и российской сети, с характеристикой отдельных объектов. Правда, логики в построении изложенного материала не наблюдается. Складывается впечатление, что материал «надерган» с разных сайтов в Интернете. Что касается ООПТ Удмуртии, то текст изложен туманно, нет ни одной ссылки на источники, хотя имеются конкретные данные. Например, кем взято на учет 100 ботанических памятников природы — не указано. Неверно указано, что памятник природы «Екатерининские дубы» — ботанический памятник- в действительности на этом объекте под охраной находится «краснокнижный» вид жука. Памятник природы «Урочище «Сидоровы горы»» входит в состав национального парка «Нечкинский», а не является комплексным ландшафтным памятником, и много других фактических неточностей.
Вскользь упомянуто, что в настоящее время ведется поиск наиболее ценных природных объектов. Кем ведется, что сделано конкретно по ООПТ Удмуртии — эти сведения отсутствуют, хотя они есть и в Интернете (Экологический атлас Удмуртской Республики), и в Государственных докладах об охране окружающей среды УР и других работах, напр. [25−28].
Далее идет декларация общих принципов построения единой сети ООПТ и ни одной строчки о перспективах реализации этих принципов в Удмуртии.
Часть VIII. Урбаноэкология (с. 241−257). Кратко изложены некоторые сведения из географии городов (геоурбанистики), по Г. М. Лаппо (ссылки имеются) и другим, не указанным авторам. Так, формулировка «город является ведущей формой территориальной и социально-экономической организации современного общества» (ссылка на источник отсутствует) обнаружена в статье О. В. Толкачева [29]- формулировка «неоспоримы экономические и социальные преимущества городских форм расселения (у О. А. Капитоновой — поселения)» — в выставленном на продажу реферате неизвестного автора под названием «Состояние атмосферы и город», по интернет-адресу http: //revolution. allbest. ru/ /ecologyZ000815700. htmL Без ссылки на источники указаны явно не авторские данные об ожидаемом росте городского населения в мире, о древних городах.
Впрочем, и в этой части встречаются своего рода «изюминки», такие как, например, утверждение автора о том, что Александр Македонский сделал столицей своей державы город Селевкию, после чего Вавилон был заброшен жителями (с. 242). Вообще-то, до сих пор считалось, что столицей своей державы Александр Македонский сделал именно Вавилон, где и умер во время приготовлений к новым походам, а город Селевкия был основан неподалеку одним из его полководцев-сподвижников (диадохов), Селевком Никатором, несколько позже. Было бы странно, если бы Александр Македонский стал называть свою столицу не в честь себя Александрией (каковых он основал несколько), а в честь одного из своих полководцев. Принудительное переселение жителей в Селевкию и стало причиной упадка Вавилона. Если О. А. Капитонова располагает серьезными данными, опровергающими общеизвестные исторические сведения, их следовало бы публиковать в каком-либо ином издании, более подходящем для исторических открытий, нежели «Экология Удмуртской Республики».
Весьма оригинальна также предлагаемая О. А. Капитоновой классификация городов по населению (с. 246), в которой категория крупнейших городов начинается с 1 млн. жителей (а не 500 тысяч, как это было принято до сих пор), тогда как общепринятая градация от 500 тыс. до 1 млн. оказалась
расширена «от 250 тыс. до 1 млн.». Через 5 страниц, в таблице 8. 1, озаглавленной «Расчет площади лесопарковой части зеленой зоны в зависимости от численности городского населения» (где, собственно, содержится расчет, кем и по какой методике он выполнен — не указано), автор пользуется все же общепринятой классификацией городов по населению.
Здесь же (с. 246) утверждается (как водится, без ссылки на источник), что к 2030 г. практически все население будет жить в поселениях городского типа, при этом 3 из 5 (60%) — в больших городах. Пятью страницами ранее эта же цифра (60% населения мира) и эта же дата (2030 г.) указывались для всего городского населения мира.
Все же некоторые полезные сведения для студентов-экологов в данной части содержатся. На с. 249 автором совершенно справедливо сказано, что зеленые насаждения и водные объекты улучшают микроклимат и оздоровливают городскую среду, способствуют разнообразию архитектурного ландшафта города. Что, вообще-то, общеизвестно.
Часть IX. Источники и факторы антропогенного воздействия на природную среду и здоровье населения Удмуртии (с. 258−325). Характеристика сельского хозяйства Удмуртии (с. 258−272) переписана из соответствующей статьи Энциклопедии Удмуртской Республики издания 2008 г. (с. 47−51), без ссылок на источник, с небольшими редакционными изменениями и исключением значительной части количественных характеристик:
1) в характеристике животноводства 8 текстуально совпадающих строк-
2) в характеристике производства кормовых культур 4 текстуально совпадающих строки-
3) в характеристике льноводства 6 текстуально совпадающих строк-
4) в характеристике садоводства 9 текстуально совпадающих строк-
5) таблица 9.1 представляет собой часть таблицы 7 из Энциклопедии Удмуртской Республики (10 строк) —
6) в характеристике свиноводства 13 совпадающих строк (с небольшими редакционными изменениями) —
7) в характеристике птицеводства 8 текстуально совпадающих строк-
8) в характеристике овцеводства 6 текстуально совпадающих строк-
9) в характеристике коневодства 8 текстуально совпадающих строк-
10) таблица 9.2 представляет собой часть таблицы 9 из Энциклопедии Удмуртской Республики [9]-
11) на с. 259 без ссылки на источник приведена карта агроклиматических районов Удмуртии из Географического атласа Удмуртской Республики [8].
Итого объем прямых заимствований — 83 строки и 1 страница полностью.
Значительный объем заимствований не избавляет, однако, от фактических ошибок. Так, на с. 258 имеется весьма спорное утверждение об Удмуртии как аграрной республике, «несмотря на. определенные достижения в сфере развития промышленного производства». Согласно Энциклопедии Удмуртской Республики [9. С. 47] сельское хозяйство Удмуртии производит 7% ВРП. Маловато для аграрного региона.
Раздел «Влияние сельского хозяйства на природные экосистемы» (с. 264−276) выдержан в «алярмистской» стилистике. Утверждение об опасности для водоемов от животноводческих комплексов и птицефабрик, размещенных в водоохранных зонах (с. 265), следовало бы подкрепить примерами, если у автора они есть. Без конкретики получается голословно. Утверждение о наличии в республике на 2005 г. «свыше 150 т запрещенных к применению химических препаратов, многие из которых размещены в неприспособленных для этого складских помещениях.» (с. 265), не отражает ни масштабов проблемы, ни принятых для ее решения мер. О том и другом можно узнать, например, из Государственного доклада о состоянии окружающей среды Удмуртской Республики за 2007 г. Вообще, автор удивительным образом во всей книге ни разу не упоминает эти весьма важные для сту-дентов-экологов ежегодно публикуемые документы.
С искажениями (неверно указаны санкции за нарушения) и опять-таки без ссылки на источник изложено содержание статьи 254 Уголовного кодекса РФ, устанавливающей ответственность за загрязнение земель. Однако достойно сожаления, что познания автора в области уголовного права не распространяются на статью 146 УК РФ.
Без указания источников приведены классификации пестицидов по их химической природе и назначению, а также старые «страшилки» о недобром старом ДДТ. Ничего не сказано о более совре-
менных средствах защиты растений, отличающихся большей избирательностью действия и меньшей устойчивостью в окружающей среде. Цифры потерь земли в зарубежных странах, приведенные на с. 270 (без ссылки на источник), были опубликованы Н. Ф. Реймерсом [30] в 1994 г. и, вероятно, отражали тогдашнюю действительность. Насколько они соответствуют действительности текущей -вопрос риторический.
Подраздел «Экологизация сельского хозяйства» (с. 271, 272) представляет краткое изложение соответствующего раздела в книге Н. Ф. Реймерса [30], в том числе на с. 271 имеется прямое заимствование в объеме 4 строки.
Раздел «Промышленность, ее влияние на окружающую среду» (с. 272−286) также содержит значительные по объему заимствования из Энциклопедии Удмуртской Республики [9]. Исторический очерк «Развитие промышленности в Удмуртии» (с. 273−276) переписан из соответствующей статьи Энциклопедии Удмуртской Республики [9. С. 43, 44], без ссылок на источник, с небольшими редакционными изменениями и исключением части текста. Общий объем заимствования 71 строка.
Характеристика отраслей промышленности и их воздействия на окружающую среду весьма слабо связана с особенностями и экологическими проблемами Удмуртии. Приводятся общие сведения о характере воздействия на окружающую среду от предприятий машиностроения и металлообработки, энергетики, черной и цветной металлургии, дополненные упоминаниями о наличии в Удмуртии предприятий соответствующих отраслей и некоторых их особенностях. Характеристика воздействия предприятий промышленности Удмуртии на окружающую среду фактически сводится к таблицам суммарных объемов выбросов и сбросов сточных вод по отраслям промышленности, без указания источников данных. Содержание раздела «Экологический паспорт предприятия» (с. 284−286) отстает от реалий экологического нормирования в России лет на 15−20. Такие документы создавались, причем в весьма ограниченном количестве, в начале 1990-х гг., а в настоящее же время воздействие предприятий на окружающую среду нормируется иначе — путем разработки и согласования со специально уполномоченными государственными органами предельно допустимых выбросов (ПДВ), нормативно допустимых сбросов (НДС), предельных норм образования отходов и лимитов их размещения (ПНООЛР).
Не рассмотрено воздействие транспорта на окружающую среду, хотя по объемам выбросов загрязняющих веществ в атмосферу (58,2% согласно официальных данных) этот вид хозяйственной деятельности превосходит все остальные вместе взятые, включая промышленность.
Раздел «Шумовое, электромагнитное и радиационное загрязнение Удмуртии» (с. 286−298) также почти не содержит сведений о состоянии дел в Удмуртии. Преобладают общие фразы без ссылок на источники. Характеристика соответствующих проблем в Удмуртии сводится к очень краткому и не очень внятному изложению результатов выполненного нами в конце 1990-х гг. исследования по созданию шумовой карты г. Ижевска масштаба 1: 10 000 (с. 289, 290) опять-таки без ссылки на источник. Источником является Отчет о научно-исследовательских работах по теме: «Создание шумовой карты г. Ижевска в масштабе 1: 10 000" — авторы В. И. Стурман, В. П. Бутенко, С. А. Гагарин, В. Р. Дмитриев, Н.Г. Сибагатуллина- 1998 г. Следует отметить, что эти материалы не публиковались и существуют только в рукописном виде, но на сегодня безнадежно устарели. Объем заимствования 15 строк.
Раздел «Зоны экологической напряженности на территории Удмуртской Республики» (с. 298 309) в искаженном виде воспроизводит наши оценки экологических ситуаций в Удмуртии, выполненные в 1990-х гг. и механически перенесенные О. А. Капитоновой на текущее время. Соответствующий текст на с. 305−308 воспроизводит «облегченную» версию, опубликованную в пособии для старшеклассников (!) [31]- ссылки на источник имеются.
Раздел «Влияние окружающей среды на состояние здоровья населения Удмуртии» (с. 309−325) представляет собой набор гуляющих по средствам массовой информации литературных штампов, дополненный общими сведениями о демографических параметрах Удмуртии, структуре заболеваемости и распространении природно-очаговых заболеваний. Ссылки на источники отсутствуют. Зато присутствуют искажения и «страшилки» непонятного происхождения:
1) указание на связь железа и марганца в поверхностных и подземных водах с промышленным загрязнением (с. 318, 319), тогда как превышения ПДК по этим элементам (подчас, в десятки раз) обусловлены геохимическими особенностями таежно-лесной зоны и наблюдаются вне зависимости
от промышленных или каких-либо иных техногенных источников загрязнения (подробнее см., например известную работу А. И. Перельмана [32]) —
2) неизвестно, из какого источника автором почерпнуты сведения о повсеместном 2−3-кратном превышении ПДК по нитратам в водопроводной воде городов Удмуртии, Татарстана, Башкортостана и других регионов России (с. 319) —
3) за пределами внимания автора остались вопросы влияния на здоровье населения экологических факторов, не связанных с загрязнением: климатического, геофизического, геохимического.
В данном разделе полностью игнорируется положительное воздействие среды. Непонятно, по какому признаку автор классифицирует негативные факторы окружающей среды. Информация по состоянию здоровья населения УР минимальна и никоим образом не увязана с состоянием среды. Полностью проигнорирован значительный массив публикаций по вопросам воздействия на здоровье населения факторов окружающей среды (работы И. Л. Мальковой и др.). В сочетании с упомянутым выше анекдотическим «пассажем» о 12 тоннах воздуха, проходящих через легкие человека за сутки, формируется картина полнейшей некомпетентности автора в области экологии человека.
Заключительная часть Х. Культура и экология (с. 326−361) почти не имеет связи с экологическими проблемами Удмуртии и представляет собой краткий конспект А. Швейцера, В. Е. Борейко и других авторов, с включением небольшого раздела о религиозно-мифологических воззрениях удмуртов (по В.Е. Владыкину- ссылка имеется).
Далее дан список рекомендуемой литературы, но отсутствует список использованной при написании учебного пособия.
Общие выводы
Таким образом, не добавив к знаниям о природных условиях и экологических проблемах Удмуртии, содержащимся в опубликованных ранее работах разных авторов, практически ничего нового и общественно значимого, О. А. Капитонова сделала множество фактических ошибок и искажений, совершенно недопустимых в учебном издании. Часть общеизвестного цифрового материала ею округлена, что также недопустимо в учебных пособиях. Еще более недопустимым является заимствование текстов из работ других авторов без надлежащего оформления ссылок на них, то есть плагиат. Как показывает анализ текста учебного пособия, большая часть материала является заимствованными текстами из Энциклопедии Удмуртской Республики [7- 9], «Географии Удмуртии» [5] и других изданий. При столь неблаговидных действиях автора не иначе как кощунством выглядит наличие в рецензируемой работе довольно обширного раздела, посвященного экологической этике.
Использование книги О. А. Капитоновой в учебном процессе категорически недопустимо, как по этическим соображениям, так и в силу многочисленных ошибок содержательного характера. Преподаватель, уличенный в столь неблаговидном поступке как плагиат, утрачивает моральное право требовать от студентов честной сдачи экзаменов и зачетов, добросовестного написания курсовых и дипломных работ.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
1. Капитонова О. А. Экология Удмуртской Республики: учеб. пособие. Ижевск: Изд-во «Удмуртский университет», 2010. 381 с.
2. Природа Удмуртии / под ред. А. И. Соловьева. Ижевск: Удмуртия, 1972. 398 с.
3. Природные ресурсы и экология Удмуртии: науч. -практ. и метод. материалы / под ред. А. К. Осипова. Ижевск: Изд-во Удм. ун-та, 1995. 200 с.
4. Геоэкологические проблемы Удмуртии / под ред. В. И. Стурмана. Ижевск: Изд-во Удм. ун-та, 1998. 158 с.
5. География Удмуртии: природные условия и ресурсы: учеб. пособие. Ч. 1 / под ред. И. И. Рысина. Ижевск:
Изд. дом «Удмуртский университет», 2009. 256 с.
6. Переведенцев Ю. П., Наумов Э. П., Шанталинский К. М. Климатические условия и ресурсы Республики Удмуртия. Казань: Изд-во Казан. ун-та, 2009. 212 с.
7. Энциклопедия Удмуртской Республики. Ижевск: Удмуртия, 2000. 800 с.
8. Географический атлас Удмуртской Республики. М.: ДИК, 2000. 32 с.
9. Энциклопедия Удмуртской Республики. Ижевск: Удмуртия, 2008. 767 с.
10. Стратиграфический кодекс России. 3-е изд. СПб.: Изд-во ВСЕГЕИ, 2006. 96 с.
11. Исаченко А. Г. Ландшафтоведение и физико-географическое районирование. М.: Высш. шк., 1991. 366 с.
12. Стурман В. И., Сидоров В. П. Глобальные и региональные экологические проблемы. Ижевск: Изд. дом «Удмуртский университет», 2005. 421 с.
13. Стурман В. И., Малькова И. Л., Гагарин С. А., Гагарина О. В. Текущая динамика экологической обстановки в г. Ижевске и перспективы перехода к устойчивому развитию // Вестн. Удм. ун-та. 2005. № 11. С. 3−14.
14. Стурман В. И. Геоэкология и природопользование: курс лекций. Ижевск: Изд-во Удм. ун-та, 1999. 246 с.
15. Баранова О. Г. Картосхемы распространения редких растений в Вятско-Камском междуречье. Ижевск: Изд. дом «Удм. ун-т», 2000. 182 с.
16. Баранова О. Г., Егоров И. Е., Стурман В. И. К вопросу о положении южной границы таежной зоны на территории Западного Предуралья // Вестн. Удм. ун-та. Сер. Биология. Науки о Земле. Вып. 1. 2010. С. 58−69.
17. Баранова О. Г. Анализ флоры Удмуртии: автореф. дис. … канд. биол. наук. Л., 1988. 16 с.
18. Баранова О. Г. Флора Вятско-Камского междуречья и ее история: автореф. дис. д-ра биол. наук. СПб., 2000. 34 с.
19. Баранова О. Г. Местная флора: анализ, конспект, охрана: учеб. пособие. Ижевск, 2002. 199 с.
20. Красная книга Удмуртской Республики: Сосудистые растения, лишайники и грибы. Ижевск, 2001. 290 с.
21. Баранова О. Г. Растительные ресурсы и проблемы их сохранения в Удмуртской Республике // Вопросы экологии и природопользования в аграрном секторе: сб. материалов конф. Ижевск, 2003. С. 108−112.
22. Эволюция экосистем Европы при переходе от плейстоцена к голоцену (24 — 8 тыс. л. н.) / А. К. Маркова и др. М.: Изд-во КМК, 2008. 560 с.
23. Пузырев А. Н. Растения-иммигранты // Природа Ижевска и его окрестностей. Ижевск, 1998. С. 193−195.
24. Рысин И. И., Саранча М. А. Рекреационный потенциал Удмуртской Республики. Ижевск: Ассоциация «Научная книга», 2007. 184 с.
25. Природные достопримечательности Удмуртии: каталог / сост. А. Г. Илларионов, Г. И. Морозова. Ижевск, 1990. 65 с.
26. Особо охраняемые природные территории Удмуртской Республики: сб. / науч. ред. О. Г. Баранова, А.Г. Илларионов- под ред. Н. П. Соловьёвой. Ижевск, 2002. 211 с.
27. Баранова О. Г. Проблемы сохранение фиторазнообразия флоры Удмуртской Республики на особо охраняемых природных территориях // Проблемы формирования и функционирования локальной и региональной сети особо охраняемых природных территорий (ООПТ): материалы регион. науч. -практ. конф. Ижевск, 2006. С. 10−11.
28. Баранова О. Г. Выделение особо охраняемых природных территорий для сохранения фиторазнообразия регионов // Изв. СамНЦ РАН. 2007. Т. 9 (22), № 4. С. 936−941.
29. Сообщества землероек урбанизированных экосистем. ЦКЬ: http: //ecotext2. ru/304. html
30. Реймерс Н. Ф. Экология (теории, законы, правила, принципы и гипотезы.) М.: Россия молодая, 1994. 367 с.
31. Экология и природопользование: учеб. -метод. пособие для старшеклассников / сост. И. Л. Малькова. Ижевск, 2002. 80 с.
32. Перельман А. И. Геохимия. М.: Высш. шк., 1989. 528 с.
В. И. Стурман,
заведующий кафедрой природопользования и экологического картографирования УдГУ, доктор географических наук, профессор, заслуженный деятель науки УР
О. Г. Баранова,
заведующая кафедрой ботаники и экологии растений УдГУ, доктор биологических наук, профессор,
Почетный работник высшей школы РФ

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой