Объект-ситуация в когнитивной модели зрительного восприятия в рассказах Бориса Екимова (циклы «Память лета» и «Житейские истории»)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

М.С. ГЕРАСИМЧУК
(Московский государственный областной университет, г. Москва, Россия)
УДК 821. 161.1. 3(Екимов Б.)
ББК Ш33(2Рос=Рус)-8,44
ОБЪЕКТ-СИТУАЦИЯ В КОГНИТИВНОЙ МОДЕЛИ ЗРИТЕЛЬНОГО ВОСПРИЯТИЯ В РАССКАЗАХ БОРИСА ЕКИМОВА (ЦИКЛЫ «ПАМЯТЬ ЛЕТА» И «ЖИТЕЙСКИЕ ИСТОРИИ»
Аннотация: В данной работе анализируются компоненты ситуации зрительного восприятия, относящиеся к характеристикам предмета восприятия, в художественном тексте. Восприятие мира персонажем с помощью органов зрения имеет целостный характер, что отражено в языковых единицах. Акценты внутри объекта-ситуации расставлены в соответствии с авторской творческой установкой.
Ключевые слова: объект-ситуация, субъект зрительного восприятия, когнитивная модель, предмет и контекст восприятия.
Целью настоящей статьи является выявление принципов анализа структуры фрагментов художественного текста, содержащих ситуацию зрительного восприятия объекта субъектом. В нашем понимании объект восприятия — это фрагмент картины мира, включающий в себя, помимо самого предмета восприятия, его пространственно-временное определение, характеристики формы, цвета и т. д. Для достижения поставленной цели нам необходимо решить следующие задачи: рассмотреть связь объекта восприятия с субъектом, определить структуру объекта восприятия как ситуации, описать периферийные компоненты ситуации зрительного восприятия в тексте.
Материалом для анализа послужили рассказы Бориса Екимова, представителя современной деревенской прозы. Его творчество обладает необычайной легкостью наряду с непростыми процессами сельской жизни, которые происходят в последние годы в нашей стране. Автор-рассказчик удивительно близок к природе и мастерски описывает тончайшие ее оттенки и самые малейшие изменения. Что бы не попало в его поле зрения, оно становится живым, ярким и насыщенным. Эстетический взгляд на мир, внимание к острым социальным проблемам деревенской жизни и человеческое тепло, которым веет почти от каждого произведения, заставили нас обратиться к языку писателя.
На вопрос, что же человек воспринимает зрением, Е. В. Урысон отвечает в статье «Языковая картина мира уб. обиходные представления
(модель восприятия в русском языке) следующим образом: «Очевидно, не какую-то одну характеристику предмета и не какой-то один аспект ситуации, а предмет или ситуацию во всей полноте.. .В русском языке нет стандартного однословного средства для обозначения того, что воспринимается зрением. Но это не лакуна в системе, а особая выде-ленность зрительного восприятия в языке: мы видим весь мир, а не какие-то его аспекты или компоненты» [Урысон 1998: 6]. Вся сложность объекта восприятия предстает перед нами, когда мы читаем следующий фрагмент текста:
Лишь весною, в теплом апреле, я приехал на хутор. Как всегда, перевалив Прощальный курган, остановился наверху, вышел из машины, чтобы оглядеться.
Все было на месте: просторная долина, еще не затравевшая, но в нежной желтовато-зелёной дымке, кучка домиков — внизу, в затишке, чуть далее — синеющий Дон.
Рядом с дорогой кормилась на старых травах овечья да козья отара. Пастух, скучающий в безлюдье, поспешил ко мне с расспросами да хуторскими новостями. Он и сообщил про Акулю, про смерть ее (Житейские истории. Провожаю) [Екимов 2000а: иКЬ].
Автор почерпнул из восприятия мира как единого целого широкий спектр средств для создания зрительного образа в тексте художественного произведения. Панорамность изображения сельской местности достигается с помощью пространственных наречий (внизу, далее, рядом) и определения, которое согласуется с одним предметов восприятия (просторная долина). Пейзажная цветовая палитра выстроена за счёт колоративов (прилагательных с цветовым значением) — в нежной желтовато-зелёной дымке, синеющий Дон. Мастерски исполненная включенность построенного образа в повествование усиливает лирическое настроение, связанное с темой уходящих в иной мир деревенских старожилов.
Характеристика объекта восприятия в тексте зависит не только от его многомерности, но и от положения субъекта восприятия в реальности, созданной автором. Относительно наблюдателя «то или иное событие локализуется справа или слева, спереди или сзади, ближе или дальше, в собственном организме, на его поверхности или вне его, воспринимается раньше или позже, оценивается как яркое или тусклое, неподвижное или движущееся, горячее или холодное, мягкое или плотное» [Барабанщиков 2006: 71]. Например, в следующем фрагменте текста пространственные наречения (справа, слева) и сочетание местоимения с предлогом за локализуют объекты восприятия вокруг субъекта: Справа вздымался обрывистый донской берег, слева — алая
гущина краснотала, за ним — могучие тополи да осокари. Выше их только небо, зимнее, мглистое. Порой не солнце, лишь оловянный зрак его пробивался через пелену облаков, заливая округу мягким серебряным светом (Память лета. Короткие рассказы. День до вечера) [Екимов 20 006: иКЬ]. Также мы можем отметить движение взгляда субъекта восприятия от наземных объектов к предметам, находящимся над ним. Метафорическое определение солнечного света раскрывает языковую личность автора-рассказчика. При этом для читателя «источник знания лежит не в объектах, не в субъектах, а во взаимодействии между ними» [Исмагилова 2008: 60].
При анализе ситуаций зрительного восприятия в текстах художественных произведений мы руководствуемся фоновыми знаниями о субъекте восприятия, полученными ранее. Играет роль не только физическая оценка субъектом объекта восприятия, но и культурные ценности, которые важны для субъекта, его национальное самосознание: Чернеет поодаль чеченское гнездо: старый флигель в окружении скотьих сараев, базов. Даже издали глядится жилье неуютным, каким-то раздерганным вороньим гнездом. Чужие живут (Память лета. Короткие рассказы. День до вечера) [Екимов 2000б: иКЬ]. В данном тексте предметом восприятия служит жилище чуждой для субъекта нации. При сравнении с описанием родного края можно заметить резкий контраст между чужим и своим. Отрицательная оценка имеется и в обособленности двора (поодаль), и в глаголе восприятия с цветовой семантикой (чернеет), и в сравнении, подобранном для описания дома (глядится … вороньим гнездом).
Так или иначе выбор средств для описания объекта зрительного восприятия зависит от авторской установки, коммуникативной задачи, которую он перед собой ставит. Пр.: Ночью я вышел во двор: августовская тьма, яркие звезды. Над головой — светлый дым Млечного Пути- по его обочинам, словно цветы придорожные, крупные звезды. Но виден лишь клок ночного неба. Мешают дома, деревья. А хочется все небо увидеть, от края до края (Память лета. Короткие рассказы. Голос неба) [Екимов 2000б: иКЬ]. Обратим внимание, что в данном тексте автор намеренно ограничивает объект восприятия. Сообщению об этом предшествует метафорическое развернутое описание, как мы узнаем позднее, всего лишь клока неба. Неувиденное представляется еще более красивым и великим. В последнем отрывке мы наблюдаем составное глагольное сказуемое хочется видеть, в котором вспомогательный глагол имеет модальное значение 'желательности', что довершает авторскую «игру» с неполнотой объекта восприятия.
Определяя концептуальную структуру объекта зрительного вос-
приятия как ситуации, отметим, что «предмет восприятия противопоставлен остальным элементам ситуации, которые потенциально отвечают иным потребностям, образуя функциональную периферию (контекст восприятия или фон) [Барабанщиков 2006: 72−73]. В следующем примере предметом восприятия является вербовый куст: И вдруг возле ручья, в низине, скорее не увидел я, а почуял что-то необычное — словно солнечный свет, золотистое его сияние. Я подошел ближе: это цвел невеликий вербовый куст (Память лета. Короткие рассказы. От огня к огню) [Екимов 2000б: ЦЯЬ]. Локализация объекта восприятия здесь происходит за счет пространственных предлогов (возле, в). Еки-мов употребил в данном контексте не просто визуальный предикат, а однородные сказуемые, соединенные противительным союзом, а (не увидел я, а почуял), что помещает зрительное восприятие рассказчика совсем на иной уровень и усложняет его. Возможно, в глаголе почуять в этом примере соединяются два значения, зафиксированных в словаре: «Почуять, -чую, -чуешь- св. (нсв. чуять) 2. Разг. Ощутить, почувствовать. 3. Интуитивно угадать- осознать, понять», — и автор имеет в виду именно интуитивное зрение. Для создания художественного образа контекст восприятия расширяет представление о предмете, придаёт ему неповторимый поэтический облик.
Контекст восприятия включает в себя разнородные элементы, значение которых определяется при обращении к механизмам зрительного восприятия как физического процесса: «Из всей совокупности процессов построения зрительного образа самым простым является процесс восприятия цвета, который может сводиться к оценке светлости, или видимой яркости, цветового тона, или собственно цвета & lt-… >-. Более филогенетически поздними являются механизмы зрительного восприятия пространства, в которых происходит интеграция соответствующей информации о пространстве & lt-… >-» [Мазаева 2006: 131−132]. Самым сложным является восприятие формы. Таким образом, выстраивается иерархия механизма восприятия: цвет-пространство-
форма. В художественном тексте это отражается в обилии цветовых эпитетов, относящихся к предмету восприятия, описание его формы имеет более сложное построение. А упоминание о пространстве локализует объект восприятия. Приведём пример: Здесь астры: белые, сиреневые, палевые- с желтой корзинкой посередине и — нежные, хрупкие, стрельчатые шары. Здесь могучие бархотки ли, «чахранки» с резными ажурными листьями. А цветы — кремовые, шафрановые, карминовые. Каждый лепесток оторочен золотистой желтизной и потому мягко светит- на взгляд и на ощупь — бархат. Оттого и зовутся бархотками (Память лета. Короткие рассказы. Лазоревый цвет).
В данном отрывке сам предмет восприятия (цветы, астры, бархотки) семантически предполагает наличие большого количества колоративов (белые, сиреневые, палевые и т. д.) — описание формы дано в словосочетаниях (стрельчатые шары, с резными ажурными листьями). Предмет восприятия находится непосредственно перед героем: об этом говорит наречие здесь, которое повторяется в первом и втором предложение и образует анафору. Также рассматриваемый пример замечателен использованием синестезии: зрительное восприятие и осязание становятся на одну ступень (на взгляд и на ощупь — бархат) и создают мягкий и объемный образ цветов.
В структуру ситуации зрительного восприятия также можно включить темпоральный детерминант [Селеменова 2010]. Этот компонент относится уже к процессу восприятия, а не к объекту, попавшему в поле зрения наблюдателя, однако временные показатели внутри фрагмента художественного текста могут использоваться, чтобы показать изменение характеристик объекта. Например:
1. А к вечеру глядишь — пусто. И назавтра ни щелки, ни норки, даже намека нет на недавнее буйство. Словно приснилось. Молчит земля, и молчит трава. Объявилось на день и снова ушло под землю на целый год (Память лета. Короткие рассказы. Живая жизнь) [Екимов 2000б: иИЬ].
2. В ночи отгремело, отсверкало, пролилось- и в новом дне встало над землей чистое, глубокой синевы небо. Глядеть на него — отрада (Память лета. Короткие рассказы. Голос неба) [Екимов 2000б: иКЬ].
И в первом, и во втором примере рассказчик наблюдает кардинальные изменения, связанные с тем или иным природным явлением, при этом противопоставляется вчера и сегодня, день и вечер, день и ночь. Показаны короткие отрезки времени для обострения восприятия читателем художественной реальности.
Таким образом, мы выяснили, что зрительное восприятие всей ситуации в целом является одной из главных отличительных черт этого вида перцепции. Данный факт отражается в языке и влияет на выбор путей анализа объекта восприятия внутри заявленной когнитивной модели в художественном тексте. Необходимо учитывать также и взаимодействие объекта и субъекта в процессе восприятия мира. В структуре этой ситуации мы выделяем предмет восприятия и его фон или контекст. Он состоит из восприятия цвета, пространства и формы. Эти средства создают широкое поле креатива для создания художественного зрительного образа. Анализируя особенности восприятия ав-тора-рассказчика в произведениях Бориса Екимова, мы отметили присущие текстам автора лиризм и метафоричность. Благодаря использо-
ванию колоративов, пространственных наречий и предлогов, словосочетаний, описывающих форму предмета восприятия и темпоральных детерминантов в циклах рассказов «Память лета» и «Житейские истории» созданы целостные зрительные образы, не оставляющие равно -душным читателя.
ЛИТЕРАТУРА
Барабанщиков В. А. Психология восприятия: Организация и развитие перцептивного процесса. — М.: Когнито-Центр- высшая школа психологии, 2006.
Исмагилова Х. Н. Функционально-когнитивная сфера «видеть/смотреть» в русском и башкирских языках: Монография. — Уфа: РИЦ БашГУ, 2008.
Мазаева А. Ю. Фразеологического поля «визуальное восприятие действительности» как объект словарного описания. — Вестник ОГУ № 11/ноябрь-2006 — С. 129−132
Селеменева О. А. Концепт «состояние природы» в языковой картине мира И. А. Бунина. — Вестник МГОУ № 3 — 2010 -С. 34−37
Урысон Е. В. Языковая картина мира У8 обиходные представления (модель восприятия в русском языке). // Вопросы языкознания. — 1998. № 2. — С. 3−21 Екимов 2000а: Екимов Б. П. Память лета. Короткие рассказы. // Новый мир № 7 — 2000. [Электронный ресурс] - Режим доступа. — ЦКЪ:
http: //magazines. russ. rU/novyi_mi/2000/7/ екшоу. И1т1
Екимов 2000б: Екимов Б. П. Житейские истории. // Новый мир № 12 — 2000. [Электронный ресурс] - Режим доступа. — ЦКЪ: http: //magazines. russ. ru /novyi_mi/2000/12/ekim. htm1
© Герасимчук М. С., 2014

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой