О воздействии зимнего выхолаживания на структуру и динамику вод северо-западной части Японского моря

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Геофизика


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Вестник ДВО РАН. 2013. № 6
УДК 551. 465. 43 (265. 54)
В.Д. БУДАЕВА, В .Г. МАКАРОВ
О воздействии зимнего выхолаживания на структуру и динамику вод северо-западной части Японского моря
Приведены результаты исследований зимнего выхолаживания — температуры воздуха, ветровых условий, влияющих на изменчивость характеристик водной среды в районе к югу от зал. Петра Великого, за период 1999—2007 гг. Выявлены особенности гидрологической структуры и циркуляции вод в зимы с различными температурными и ветровыми условиями. Показано, что в центре ложбины динамического рельефа, которая обычно формируется в зимнее время южнее залива, наблюдаются подъем термоклина (пикноклина) и выход к поверхности моря промежуточных (глубинных) вод, обогащенных биогенными элементами. Процессы охлаждения и осолонения поверхностных вод в центре ложбины с циклоническим вращением вод определяются преимущественно конвективным перемешиванием и не требуют для своего развития суровых зимних условий. Установлено, что даже в теплые зимы здесь могут образовываться слои холодных (менее 0,5°C) и плотных (до 27,315−27,320 усл. ед.) вод. Такие воды наблюдаются в поверхностном слое моря до купола пикноклина (100−150м) и по его периферии до глубин 600- 700 м. Сам процесс образования этих вод подобен формированию промежуточных (левантийских) вод в северо-восточном секторе Средиземного моря и холодного промежуточного слоя в Черном море.
Ключевые слова: структура и динамика вод, атмосферные условия, конвекция, Японское море.
The influence of winter cooling on seawater structure and dynamics in the north-west part of the Sea of Japan. V.D. BUDAEVA (Far Eastern Regional Hydrometeorological Research Institute, Vladivostok), V.G. MAKAROV (National Polytechnic Institute, La Paz, Mexico).
The investigation results of winter cooling — air temperature and wind conditions that influence on characteristics variability of water environment in the area southward of Peter the Great Bay in 1999−2007 are given. Features of hydrologic structures and circulation of water are determined in winter seasons with different temperature and wind conditions. It is shown that the thermocline andpycnocline rise as well as intermediate (deep) water containing biogenic elements are observed in the central part of the trough of dynamic relief. Cooling and salinization of the surface layer in the center of the trough with the cyclonic gyre are caused mainly by convection and do not require severe winter conditions for its development. It is determined that even in warm winter the layers of cold (& lt- 0. 5o) and dense (27. 315−27. 320) water can be formed there even in warm winter seasons. This water can be observed in the upper layer of the sea above the pycnocline dome (100−150 m) and spreads down to 600−700 m at its periphery. The process is similar to the intermediate (Levant) water formation in the northwest part of the Mediterranean Sea and to the cold intermediate layer in the Black Sea.
Key words: water structure and dynamics, atmospheric condition, convection, the Sea of Japan.
Для поверхностных вод северо-западной части Японского моря характерна ярко выраженная сезонная трансформация, которая определяется не только воздействием муссонов, но и изменяющейся динамикой вод [3, 6, 11, 12, 14, 16, 22]. Расположенные рядом с материковым склоном южного Приморья подводные возв. Первенца (Сибирь) и гора Петра Великого оказывают влияние на физические процессы, протекающие в этом районе. Имеются свидетельства [20], что в суровые зимы в присклоновой области к югу от зал. Петра Великого может наблюдаться сток холодных и плотных вод (каскадинг). Условия
* БУДАЕВА Валентина Дмитриевна — кандидат географических наук, ведущий научный сотрудник (Дальневосточный научно-исследовательский гидрометеорологический институт, Владивосток), МАКАРОВ Вячеслав Георгиевич — кандидат физико-математических наук, профессор-исследователь (Национальный политехнический институт, Ла-Пас, Мексика). * E-mail: vbudaeva@ferhri. ru
для развития зимней вертикальной конвекции существенно различаются по годам и зависят от суровости метеорологических условий и активности динамических процессов.
Цель настоящего исследования — изучить особенности формирования структуры и циркуляции вод в районе к югу от зал. Петра Великого в зимний период, а также оценить межгодовые изменения зимних метеорологических условий и термодинамического состояния вод в этой части Японского моря.
Данные и методы
Для анализа межгодовых изменений зимних метеорологических условий (температуры воздуха, ветра) использовались средние для календарной зимы значения температуры воздуха и ее аномалии, рассчитанные на основе данных измерений 14 реперных гидрометеорологических станций (ГМС) Приморья (1936−2010 гг.), а также опубликованные материалы многолетних метеонаблюдений Приморского управления гидрометеорологической службы [2]. На основе оценок отклонений среднезимних температур от ее среднемноголетнего значения (-14,4 ± 1,5°С) определялся тип зимних метеорологических условий. Зима считалась умеренно теплой или умеренно холодной, если отклонение не превышало ± 1,5°С, теплой или холодной — при отклонениях от ± 1,5 до ± 3,0°С, и аномально теплой или холодной, когда отклонения превышали ±3,0°С. Временные вариации направления и скорости ветра оценивались по данным измерений на ГМС Владивостока (1959−2010 гг.).
Океанографические параметры (температура, плотность, глубина залегания верхнего перемешанного слоя) оценивались по историческим данным CTD-измерений, выполненных на судах ДВНИГМИ к югу от зал. Петра Великого в зимние периоды 1999−2007 гг. Динамическая топография района исследований реконструирована относительно «нулевого горизонта» 3000 дбар. Режим теплой зимы воспроизведен с использованием данных CTD-измерений, произведенных в феврале-марте 1999 г. (31-й рейс НИС «Павел Гордиен-ко»), аномально теплой зимы — в феврале-марте 2007 г. (69-й рейс НИС «Павел Гордиенко»), холодной зимы — в феврале-марте 2001 г. (42-й рейс НИС «Хромов»). Для выделения однородных по плотности слоев был использован критерий GRAD: ct & lt- 0,01−0,005 усл. ед. /м.
Обсуждение результатов
Оценки межгодовых изменений зимних метеорологических условий
Временной ход средней для календарной зимы аномалии температуры воздуха на ГМС Приморья приведен на рис. 1.
Зима 2001 г. в Приморье была самой холодной в прошедшем десятилетии (значение средней аномалии составляло -2,3°С). В климатической истории более холодными зимами
+4,0
1936 1940 1944 1948 1952 1956 1960 1964 1968 1972 1976 19S0 1984 1988 1992 19Э6 2000 2004 2008 2012
Годы
Рис. 1. Временной ход зимних аномалий (средняя за декабрь, январь, февраль) температур воздуха, осредненных по 14 метеорологическим станциям Приморья
были только в 1945, 1951, 1953 и 1977 гг. Зима 2007 г. оказалась самой теплой за всю историю наблюдений с 1936 г. (+3,6°С).
Отличительной особенностью зимнего ветрового режима 2001 г. являлось преобладание северных ветров, повторяемость которых в январе была аномально высокой — 84% (норма 68%), а повторяемость северо-западных ветров не превышала 3% (норма 12%). Воздействие северных сгонных ветров привело к сильному выхолаживанию не только поверхностных вод зал. Петра Великого, но и прилегающих к нему открытых вод Японского моря, трансформации термоклина и интенсивному вертикальному перемешиванию вод. Сильное влияние оказывали также орографические особенности приморского побережья, которые обычно способствуют усилению ветров зимнего муссона при выходе на акваторию залива [4, 13].
В 2007 г. в зимний период в Приморье отмечалась пониженная месячная повторяемость ветров северных румбов. В декабре 2006 г. ее значения были ниже нормы на 8%, в январе и феврале 2007 г. — на 3 и 15%, соответственно. Частыми также были ветры южных румбов (14, 15 и 35%). В результате зима 2007 г. оказалась аномально теплой (+3,6°С). Аналогичная картина наблюдалась в 1999 г. Повторяемость северных ветров в этот сезон была также меньше нормы: на 4% в декабре, на 5% в январе и на 10% в феврале. Ветры южных румбов, напротив, имели высокую повторяемость, особенно в феврале (до 28%), и зима 1999 г., соответственно, оказалась теплой (+2,0°С).
Динамика и горизонтальная структура вод
В холодный период года южнее зал. Петра Великого обычно формируется многоядерная ложбина динамического рельефа, которая спорадически пополняется и обновляется зимними шельфовыми водами, а также промежуточными и глубинными водами из Японской котловины. Размеры этой ложбины существенно различаются по годам и зависят от метеорологических условий и термодинамического состояния вод. Рассмотрим структуру и динамику открытых вод моря к югу от зал. Петра Великого в зимы с различными метеорологическими условиями. Типичные для теплых и аномально теплых зим распределения гидрофизических характеристик в исследуемом районе приведены на рис. 2 и 3.
В условиях теплой зимы 1999 г. (отклонение от нормы +2,0°С) вблизи кромки приморского шельфа и прилегающих глубоководных районов Японского моря сформировалась обширная ложбина динамического рельефа с выраженной широтной направленностью (рис. 2а, б). Водообмен зал. Петра Великого с открытым морем в такой ситуации в целом был заметно ограничен (~0,15−0,25 Св). Интенсивный обмен свойствами и перенос водных масс различного происхождения имели место лишь в западном секторе полигонных наблюдений. Здесь в окрестности материкового склона были идентифицированы антициклонические вихри, размеры которых по вертикали превышали 500−800 м. Имеются многочисленные свидетельства [5, 18, 19, 21], что в отдельные годы устойчивые вихревые цепочки (дорожки) способны обеспечить струйные вторжения трансформированных субтропических вод не только к северным берегам Кореи, но и в район верхней части материкового склона южного Приморья.
В конце зимы 1999 г. северная адвекция вод субтропического происхождения достигала южной границы Дальневосточного морского биосферного государственного природного заповедника и центральных районов глубоководной котловины (рис. 2а, б). Отметим, что по результатам зимней съемки 1999 г. в районе подводной возв. Первенца были выявлены большая глубина (до 2700−3200 м) залегания нижней границы верхнего перемешанного слоя (ВПС) и очаги формирования водных масс с однородной структурой (рис. 2 В, г).
Аномально теплая зима 2006/07 г. не способствовала активному выхолаживанию поверхностных вод и развитию плотностной гравитационной конвекции на шельфе Приморья и в окрестностях материкового склона. Вблизи кромки шельфа и в открытой части моря, расположенной южнее зал. Петра Великого, по данным натурных измерений отрицательные значения температуры воды в деятельном слое не были выявлены.
Рис. 2. Динамическая топография в поверхностном слое (а) и на горизонте 500 м (б) — глубины залегания нижней границы ВПС (в) и ареалы типов плотностной структуры вод (г) к югу от зал. Петра Великого в условиях теплой зимы 1999 г. На этом и следующих рисунках показаны изобаты 200, 1000, 2000 и 3000 м. На картах динамической топографии тонированы ядра вихревых структур разного знака вращения. Усл. обозначения на рис. 2 г: 1 — однородная, 2 — трехслойная структура вод
Температура поверхностных вод здесь варьировала в пределах 1,58−2,37 °С, а соленость -34,04−34,08 епс. В верхнем перемешанном слое пониженные значения температуры (до 1,0−1,5 °С) были приурочены к циклоническому вихрю. Холодное пятно здесь приобретало линзообразную форму (рис 3а, б).
Характерные особенности зимних условий 2007 г. — небольшая толщина ВПС (менее 100−150 м) и отсутствие в конце февраля гомогенной (однородной по вертикальному распределению плотности) структуры вод в пределах обследованной акватории (рис. 3 В, г), что в целом свидетельствует об ослаблении зимнего выхолаживания и интенсивности вертикального конвективного перемешивания.
В феврале-марте 2007 г. происходил вынос значительной массы теплых (до 4,5°С) вод в северном направлении, который был связан с прохождением крупномасштабного антициклонического вихря (рис. 3а, б). По нашим оценкам, расчетная орбитальная скорость теплого вихря достигала на поверхности 40 см/с, на глубине 250 м — 11 см/с, а расход воды составил более 2,6 Св. Примечательно, что теплый поток, распространяющийся вдоль глубоководной части материкового склона и в непосредственной близости от подводной возв. Первенца, имел выраженную восточную составляющую. Согласно работе [1], область замкнутых изолиний динамических высот над юго-западным склоном подводной возвышенности можно интерпретировать как вихрь Тейлора (обозначен цифрой 1 на рис. 3а, б), а расположенный в непосредственной близости от подводной возвышенности другой вихрь с циклонической завихренностью — как вихрь-сателлит (обозначен цифрой 2 на рис. 3а, б).
В условиях холодной зимы 2001 г. динамическое поле характеризовалось высокой интенсивностью и выраженным меридиональным типом (рис. 4а, б). В частности,
Рис. 3. Динамическая топография на горизонте 1 м (а) и 500 м (б) — глубины залегания нижней границы ВПС (в) и ареалы типов плотностной структуры вод (г): 1 — двухслойной, 2 — трехслойной, 3 — неопределенной- концентрации растворенного кислорода (д) и фосфатов (е) в поверхностных водах к югу от зал. Петра Великого в аномально теплую зиму 2007 г. На фрагментах, а и б цифрами 1 и 2 обозначены области антициклонического и циклонического вихрей, соответственно
наблюдалось аномальное, по сравнению с ситуацией 1999 и 2007 гг., распространение на юг (до 40°45'- с.ш.) холодных вод с температурой менее 1,0−1,5 °С. В зимней структуре поля динамической топографии проявлялся меандрирующий поток южного направления со стрежнем в районе 132° в.д. На границах южнонаправленного течения присутствовала система периферийных вихревых образований (рис. 4а, б). Идентифицировано
Рис. 4. Динамическая топография на горизонте 4 м (а) и 500 м (б) — глубины залегания нижней границы ВПС (в) и ареалы типов плотностной структуры вод (г): 1- однородной, 2 — двухслойной, 3 — трехслойной, 4 — неопределенной- концентрации растворенного кислорода (д) и фосфатов (е) в поверхностных водах к югу от зал. Петра Великого в феврале-марте 2001 г.
два циклонических вихря (21, 22) и три антициклонических (А1, А2, А3). Два теплых вихря (А1 и А2), высокая интенсивность и местоположение которых определялись активным воздействием атмосферного вихря с антициклонической завихренностью ветра [10], располагались в юго-западном, а третий, относительно слабо выраженный (А3), -в северо-западном секторе полигонных наблюдений. Перепад динамических высот между южными и северными станциями достигал в поверхностном слое 10 см, на горизонте 500 м — 4 см. Известно [15], что баротропная составляющая синоптических течений, обусловленная наклоном уровенной поверхности, в Японском море играет заметную роль (до 70%) в формировании интенсивности зимних течений и внутриводного обмена. Очевидно, что наблюдаемые в зимний период резкие перепады динамического уровня тесно связаны с трансформацией главного термоклина, о чем свидетельствуют перепады глубин залегания изотермических поверхностей, составляющих в западной части моря более 450−550 м.
Обращает на себя внимание то, что в конце зимнего периода 2001 г. в окрестности глубинной части материкового склона, пространственно привязанной к изобате 3000 м, имело место скопление больших объемов водных масс с гомогенной структурой и повышенным (по сравнению с ситуацией 2007 г.) содержанием биогенов (см. рис. 4 г, е и таблицу). Полученные натурные данные также свидетельствуют о возможности изопикнического срыва холодных линз с возв. Первенца. С ними, вероятно, связаны локальные понижения концентраций растворенного кислорода (менее 7 мл/л) и повышенные значения в поверхностном слое биогенных элементов (фосфатов до 35−40 мкг/л), которые наблюдались в районе вихревых образований 21 и 22 (рис. 4а, б, г-е).
Холодная зима 2001 г. характеризовалась тенденцией заглубления нижней границы ВПС. На некоторых глубоководных станциях (от 1800 до 3200 м) нижняя граница однородного слоя даже достигала дна. Примечательна также масштабность «вентилируемой» области вблизи материкового склона и прилегающих участков глубоководной Японской котловины (рис. 4 В, г-е). Столь существенные отклонения параметров ВПС от климатического распределения и масштабность образования зон с однородной структурой вод в значительной мере определялись интенсивностью развития зимнего муссона 2000/01 г., активизирующего вертикальные и горизонтальные движения вод.
Вертикальная структура вод при различных типах зимних метеорологических условий
Для открытых вод в районе к югу от зал. Петра Великого в условиях зимнего режима наиболее объективными характеристиками-индикаторами стали распределения температуры и плотности на вертикальных широтных разрезах в присклоновой зоне и прилегающем ложе Японской котловины, выполненных через 0,5° между 42−41° с.ш. и 131°20'--133°20'- в.д. На рис. 5 показана типичная для теплой (1999 г.), аномально теплой (2007 г.) и холодной (2001 г.) зим вертикальная структура вод, которая сформировалась в результате зимнего конвективного перемешивания. Вертикальные разрезы в поле температуры и плотности, выполненные в районе материкового склона и расположенных рядом с ним подводных возвышенностей, свидетельствуют о возможности значительного вертикального обмена вод в этой части моря. Так, в феврале-марте 1999 г. на всех разрезах через обширную ложбину (в поле динамической топографии) наблюдалась хорошо выраженная куполообразность термических и изопикнических характеристик, которая
Фоновые гидрохимические показатели вод в зимний период 2001 и 2007 гг.
Год, горизонт наблюдений Содержание
кислорода, мл/л | силикатов, мкг/л | фосфора, мкг/л
2001 г., 4 м 6,2−7,2 600−1116 30−51
50 м 5,6−7,0 800−1424 40−51
2007 г., 1 м 7,0−7,28 362−713 25−43
50 м 6,7−7,25 362−719 28−43
была обусловлена подъемом основного термоклина (пикноклина) в подповерхностные горизонты и его опусканием на периферии ложбины до 500−700 м (рис. 5а-е). В середине ложбины, приуроченной к возв. Первенца, диагностировались поверхностные воды с аномальными характеристиками, а над куполом термоклина (пикноклина) — столб перемешавшейся холодной воды (0,6−0,8 °С) с высокой плотностью (27,30−27,31 усл. ед.). Кроме этого, в верхней части столба перемешанных вод примерно до глубины 100−150 м отчетливо проявлялось свежее ядро, состоящее из более холодной (ниже 0,5°С) и плотной (27,315−27,320 усл. ед.) воды, происхождение которого, по-видимому, связано с конвективным перемешиванием в предшествующий наблюдениям период. Формирование ядер холодных и плотных вод здесь имеет, по-видимому, дискретный характер и зависит от суровости зимних синоптических условий в каждом конкретном случае. В дальнейшем эти «свежие» воды, стекая по склону и постепенно заглубляясь, достигают уровня своей равновесной плотности на периферии ложбины. Сам процесс их образования подобен процессу образования холодной подповерхностной прослойки [8, 17] и промежуточных (левантийских) вод [7] в северо-восточном секторе Средиземного моря и холодного промежуточного слоя в Черном море [9].
Совместный анализ распределения плотности на разрезе (рис. 5 г-е) и карт глубины залегания нижней границы ВПС и плотностной структуры вод (см. рис. 2 В, г) показал, что в теплую зиму 1999 г. в присклоновой области к югу от зал. Петра Великого активно взаимодействовали поверхностные и глубинные (промежуточные) воды открытого моря. В результате их взаимного перемешивания здесь сформировались большие объемы новой водной массы с гомогенной структурой вод.
В течение зимнего периода 2006/07 г. процессы вертикального тепломассообмена, обусловленные гравитационной конвекцией, были заметно слабее. На всех анализируемых разрезах установленная глубина зимнего проникновения конвективного перемешивания в центре ложбины с циклонической завихренностью не превышала 100−150 м, а на ее периферии нисходящие конвективные токи идентифицировались преимущественно в диапазоне глубин от 200 до 300 м (рис. 5ж-м).
Из совместного анализа разрезов температуры (плотности) и карт распределения ВПС и плотностной структуры вод (рис. 5ж-м и 3 в, г) следует, что отсутствие интенсивного склонового каскадинга и водной массы с гомогенной структурой вод в этой части моря в условиях аномально теплой зимы 2007 г. не является случайностью. Есть основание полагать, что подобная картина может наблюдаться и в другие аномально теплые зимы.
Показательно, что максимальные за период 1999—2007 гг. перепады глубин залегания изотермических (изопикнических) поверхностей в термоклине (пикноклине) и обогащение поверхностных слоев биогенными элементами глубинных вод отмечались холодной зимой 2001 г. Как свидетельствует рис. 5н-т, сильное выхолаживание (минимальная температура в ядре менее 0,4°С) и сопутствующий ему активный подъем глубинных вод (с горизонтов более 900−1000 м) в центре вышеуказанной ложбины обусловили аномальное увеличение плотности в приповерхностных горизонтах (до 27,32−27,34 усл. ед.), что обеспечило благоприятные условия для развития глубокой конвекции и вентиляции вод зимой 2001 г. Отметим, что ранее некоторые исследователи [13] связывали обогащение биогенами прибрежных и открытых вод моря вблизи Приморья преимущественно с апвеллингами.
Процессы, которые в зимний период определяют в центре ложбины (в топографии динамических высот) интенсивное конвективное перемешивание, обогащение вод и формирование новой водной массы с гомогенной структурой, тесно связаны между собой и происходят в этой глубоководной части Японского моря на сравнительно большой акватории. По предварительным оценкам, даже в условиях теплой зимы 1999 г. суммарная площадь зоны активного проникновения прямой конвекции и вентиляции вод здесь составляла более 7600 км².
Рис. 5. Распределение температуры и плотности воды на разрезах в теплую зиму 1999 г., аномально теплую зиму 2007 г. и холодную зиму 2001 г. (а-в, ж-и, н-п — температура, г-е, к-м, р-т — плотность). Стрелками показаны возможные направления движения вод в плоскости разреза
Заключение
Динамика и структура вод к югу от зал. Петра Великого в аномально теплые и суровые зимы характеризуется различными пространственными особенностями. В холодные зимы при высокой повторяемости сильных северных ветров ложбина динамического рельефа имеет выраженный меридиональный тип, в мягкие при низкой повторяемости северных ветров ложбина динамического рельефа имеет зональный тип. Наблюдаются активизация обмена вод в окрестности верхней части материкового склона для холодных и ослабление для теплых зим, выраженная тенденция заглубления (или ее отсутствие для теплых зим) нижней границы ВПС, формирование гомогенной плотностной структуры вод (или ее отсутствие) и повышенные (пониженные) концентрации биогенных элементов в районе возв. Первенца и на отдельных прилегающих участках глубоководной Японской котловины.
Получены свидетельства, что в отдельные годы даже в теплые зимы существует возможность значительного вертикального обмена вод (до 600−700 м) в окрестности возвышенностей и в части Японской котловины, примыкающей к континентальному склону южного Приморья. В период интенсивного выхолаживания поверхностного слоя наиболее благоприятные условия для развития конвективных процессов и их глубокого проникновения формируются в центре ложбины динамического рельефа, где движение водных масс происходит преимущественно с циклонической завихренностью (против часовой стрелки).
ЛИТЕРАТУРА
1. Зырянов В. Н. Топографические вихри в динамике морских течений. М.: Ин-т водных проблем РАН, 1995. 239 с.
2. Кубай Б. В., Мендельсон Э. А., Цурикова Т. В. Изменяется ли климат Приморского края. Владивосток: Примгидромет, 2012. 130 с.
3. Леонов А. К. Региональная океанография. Ч. 1. Японское море. Л.: Гидрометеоиздат, 1960. С. 291−463.
4. Матинян Г. Б. Синоптические условия образования туманов в заливе Петра Великого, на побережье Японского моря и в Татарском проливе // Синоптические процессы Дальнего Востока. М.: ГИМИЗ, 1940. С. 121−151.
5. Никитин А. А., Лобанов В. Б., Данченков М. А. Возможные пути переноса теплых субтропических вод в район Дальневосточного морского заповедника // Изв. ТИНРО. 2002. Т. 131. С. 41−53.
6. Никитин А. А., Юрасов Г. И., Ванин Н. С. Спутниковые наблюдения синоптических вихрей и геострофическая циркуляция вод Японского моря // Исследования Земли из космоса. 2012. № 2. С. 28−40.
7. Овчинников И. М. О формировании промежуточных (левантийских) вод в Средиземном море // ДАН СССР. 1983. Т. 270, № 5. С. 1216−1220.
8. Овчинников И. М. Об особенностях формирования гидрологической структуры Средиземного моря // ДАН СССР. 1984. Т. 279, № 4. С. 986−989.
9. Овчинников И. М., Попов Ю. И. Формирование холодного промежуточного слоя в Черном море // Океанология. 1987. Т. 27, № 5. С. 739−746.
10. Трусенкова О. О. Многомерный статистический анализ спутниковых полей напряжения и завихренности ветра в районе Японского моря // Современные проблемы дистанционного зондирования Земли из космоса. 2011. Т. 8, № 2. С. 111−120.
11. Трусенкова О. О. Моделирование региональных особенностей циркуляции Японского моря под различным внешним воздействием // Изв. ТИНРО. 2012. Т. 169. С. 118−133.
12. Юрасов Г. И., Яричин В. Г. Течения Японского моря. Владивосток: Дальнаука, 1991. 176 с.
13. Юрасов Г. И., Вилянская Е. А. Характерные особенности осенне-зимнего апвеллинга в заливе Петра Великого // Современное состояние и тенденции изменения природной среды залива Петра Великого Японского моря. М.: ГЕОС, 2008. С. 73−82.
14. Danchenkov M.A., Kim K., Goncharenko I.A., Kim Y.G. A «chimney» of cold salt waters near Vladivostok // PICES Sci. Rep. 1996. N 6. P. 198−201.
15. Ito T., Togawa O., Ohnishi M., Isoda Y., Nakayama T., Shima S., Kuroda H., Iwahashi M., Sato C. Variation of velocity and volume transport of the Tsugaru Warm Current in the winter of 1999−2000 // Geophys. Res. Lett. 2003. Vol. 3 (13), N 1678. doi: 10. 1029/2003GL017522.
16. Kim T., Yoon J. -H. Seasonal variation of upper layer circulation in the northern part of the East / Japan Sea // J. Continent. Res. 2010. Vol. 30. P. 1283−1301.
17. MEDOC Group. Observation of formation of Deep Water in the Mediterranean Sea, 1969 // Nature. 1970. Vol. 227, N 5262. P. 1037−1040.
18. Moriwaki S., Ogawa Y. Hydrographic features of the & quot-Bottom cold water& quot- on the continental shelf // Bull. Tohoku Reg. Fish. Res. Lab. 1988. N 50. P. 25−47.
19. Naganuma K., Ichihashi M. Monthly mean and standard variation of temperature at the surface 50 m, 100 m and 200 m depth in the Japan Sea for thirty years 1961−1990 // Contribs Fish. Res. Japan Sea block. 1993. Vol. 26. P. 1−117.
20. Talley L.D., Lobanov V., Ponomarev V., Salyuk A., Tishchenko P., Zhabin I., Riser S. Deep convection and brine rejection in the Japan Sea // Geophys. Res. Lett. 2003. Vol. 30 (4), N 1159. doi: 10. 1029/2002GL016451.
21. Tanioka K. On the East Korean Warm Current (Tosen Warm Current) // Oceanogr. Mag. 1968. Vol. 20, N 1. C. 31−38.
22. Yoon J. -H., Kim Y. -J. Review on the seasonal variation on the surface circulation in the Japan / East Sea // J. Mar. Syst. 2009. Vol. 78. P. 226−236.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой