Методологические положения Франца Боаса и его школы

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Культура и искусство


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

6. Строева, О. В. Метафизика постсовременного произведения искусства от онтологической пустоты до феноменологической симуляции. — М., 2013.
7. Николаева, Е. В. Фрактальная реальность бесконечности: цифровые образы на компьютерном экране // Наука телевидения. — 2013.
— Вып. 10.
8. Мандельброт, Б. Фрактальная геометрия природы. — М.- Ижевск, 2010.
9. Юргенс, Х. Язык фракталов в мире науки / Х. Юргенс, Х.- О. Пайтген, Д. Заупе // Scientific American. — 1990. — № 10.
10. Федер, Е. Фракталы. — М., 1991.
11. Хайтун, С. Д. От эргодической гипотезы к фрактальной картине мира. — М., 2007.
12. Rosato, G. S. Fractal Art // Journal of Science Communication. 2010, 9(4). [Э/р]. — Р/д: http: //jcom. sissa. it/archive/09/04/
Jcom0904%282 010%29A01/Jcom0904%282 010%29A01. pdf.
13. Mandelbrot, B.B. Fractals and an Art for the Sake of Science // Leonardo. 1989. — Supplemental Issue. — Vol. 2: Computer Art in Context: SIGGRAPH '-89 Art Show Catalog.
14. Николаева, Е. В. Нецифровая фрактальная живопись: историко-культурологический экскурс // Вестник Самарского государственного университета. Гуманитарная серия. — 2013. — № 8. 1(109).
15. Kelly, A. Fractals as art // YLEM Newsletter. — 2000. — Vol. 20. — № 4.
16. Кроновер, РМ. Фракталы и хаос в динамических системах. — М., 2006.
17. Ginzburg, С. Le Manifeste du Fractaliste // Art Press. — 1997. — № 229.
18. Cond^ S. The Fractal Artist // Leonardo. — 2001. — Vol. 34. — №. 1.
19. Mitchell, K. The Fractal Art Manifesto [Э/р]. — Р/д: http: //www. kerrymitchellart. com/articles/manifesto/fa-manifesto. html.
20. Jones, D.M. Of Fractals and Art. [Э/р]. — Р/д: https: //www. fractalus. com/info/fractalart. htm.
Bibliography
1. Peitgen, H. -O., & amp- Richter, P.H. The Beauty of Fractals: Images of Complex Dynamical Systems / H. -O. Peitgen, P.H. Richter. — Berlin, 1986.
2. Pickover, C.A. Computers, Pattern, Chaos and Beauty: graphics from an unseen world. — Stroud, 1990.
3. The Colours of Infinity. The Beauty and Power of Fractals/ T. Lesmore-Gordon (ed.). — London., 2010.
4. Lieser, W. Digital Art. — Berlin, 2009.
5. Migunov, A.S. Algoritmicheskaya ehstetika / A.S. Migunov, S.V. Erokhin. — SPb., 2010.
6. Stroeva, O.V. Metafizika postsovremennogo proizvedeniya iskusstva ot ontologicheskoyj pustotih do fenomenologicheskoyj simulyacii. -
M., 2013.
7. Nikolaeva, E.V. Fraktaljnaya realjnostj beskonechnosti: cifrovihe obrazih na kompjyuternom ehkrane // Nauka televideniya. — 2013. — Vihp. 10.
8. Mandeljbrot, B. Fraktaljnaya geometriya prirodih. — M.- Izhevsk, 2010.
9. Yurgens, Kh. Yazihk fraktalov v mire nauki / Kh. Yurgens, Kh.- O. Payjtgen, D. Zaupe // Scientific American. — 1990. — № 10.
10. Feder, E. Fraktalih. — M., 1991.
11. Khayjtun, S.D. Ot ehrgodicheskoyj gipotezih k fraktaljnoyj kartine mira. — M., 2007.
12. Rosato, G. S. Fractal Art // Journal of Science Communication. 2010, 9(4). [Eh/r]. — R/d: http: //jcom. sissa. it/archive/09/04/
Jcom0904%282 010%29A01/Jcom0904%282 010%29A01. pdf.
13. Mandelbrot, B.B. Fractals and an Art for the Sake of Science // Leonardo. 1989. — Supplemental Issue. — Vol. 2: Computer Art in Context: SIGGRAPH '-89 Art Show Catalog.
14. Nikolaeva, E.V. Necifrovaya fraktaljnaya zhivopisj: istoriko-kuljturologicheskiyj ehkskurs // Vestnik Samarskogo gosudarstvennogo universiteta. Gumanitarnaya seriya. — 2013. — № 8. 1(109).
15. Kelly, A. Fractals as art // YLEM Newsletter. — 2000. — Vol. 20. — № 4.
16. Kronover, R.M. Fraktalih i khaos v dinamicheskikh sistemakh. — M., 2006.
17. Ginzburg, S. Le Manifeste du Fractaliste // Art Press. — 1997. — № 229.
18. Conde, S. The Fractal Artist // Leonardo. — 2001. — Vol. 34. — №. 1.
19. Mitchell, K. The Fractal Art Manifesto [Eh/r]. — R/d: http: //www. kerrymitchellart. com/articles/manifesto/fa-manifesto. html.
20. Jones, D.M. Of Fractals and Art. [Eh/r]. — R/d: https: //www. fractalus. com/info/fractalart. htm.
Статья поступила в редакцию 21. 02. 14
УДК 008: 001.8 Podzyuban Ye. У METHODOLOGICAL ASPECTS OF FRANZ BOAS AND HIS SCHOOL. The article is devoted to theoretical theses of Franz Boas’s school. This school has played a key role in formation of American professional anthropology and laid the foundations for the development of cultural anthropology and further cultural studies.
Key words: American anthropology, evolutionism, the comparative method, the historical method, acculturation, ethnography, linguistics.
Е. В. Подзюбан, канд. ист. наук, доц. каф. истории, политологии и культурологии Новосибирского
гос. аграрного университета, г. Новосибирск, E-mail: podzuban@mail. ru
МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПОЛОЖЕНИЯ ФРАНЦА БОАСА И ЕГО ШКОЛЫ
Статья посвящена теоретическим положениям школы Франца Боаса, которая сыграла ключевую роль в формировании профессиональной американской антропологии и заложила основы для развития культурной антропологии и в дальнейшем культурологии.
Ключевые слова: американская антропология, эволюционизм, сравнительный метод, исторический метод, аккультурация, этнография, лингвистика.
В США до конца XIX в. этнографическая наука, ставшая частью антропологии, развивалась в русле тех же эволюционистских взглядов и убеждений, которые господствовали в то время и в Западной Европе. Сама же история американской антропологии начинается с работ Джона Ллойда Стефенса и Льюиса Генри Моргана, а как самостоятельная научная дисциплина антропология в США складывается во второй половине XIX в. Зарождению самостоятельной американской традиции в антропологии способствовали работы Л. Моргана: «Системы родства
и свойства человеческой семьи» и «Древнее общество или исследование линий человеческого прогресса от дикости через варварство к цивилизации». Анализируя материал, полученный в результате исследований жизни и быта североамериканских индейцев, Л. Морган классифицировал системы родства, показал их универсальность для человеческой истории, что в совокупности с другими этнографическими данными позволило ему создать концепцию эволюции культуры. Этнографические исследования Моргана оказали огромное влияние на формирование
антропологии в США и Западной Европе. Именно он основал антропологическое отделение в «Американской ассоциации содействия развитию науки» («American Association for the Advancement of Science») и был избран президентом Ассоциации в 1879 г. Последователями Моргана в этом направлении, хотя и уступавшими ему по научному весу, были Дэниел Брин-тон, Джон Пауэлл, Фрэнк Кашинг, Отис Мэйсон и др.
Специфика американской антропологии заключается в том, что данная наука изначально формировалась как наука о человеке, в изучении которого применялся целостный подход как к существу двойственному — биологическому и культурному одновременно. При этом культура выделялась как центральный объект исследования и рассматривалась в качестве основного феномена истории. Таким образом, антропология в американском смысле — это комплексная наука, включающая в себя изучение разных аспектов культуры народов, поэтому американские антропологи одновременно занимались этнографией, фольклористикой, лингвистикой и археологией.
Со временем представители школы эволюционизма в большей степени стали опираться на опыт кабинетной работы, что послужило причиной активной критики эволюционного направления и привело к потере своих лидирующих позиций в антропологии как в Западной Европе, так и в США. В этой связи пересмотр методологических принципов в американской антропологии в конце XIX в. завершился забвением эволюционных традиций.
Именно в это время формируется новое направление в рамках американской антропологической школы, выработавшее собственную методику исследования и определившее развитие американской антропологической мысли с конца XIX в. до 40-х гг. XX вв. Это новое направление вошло в историю как «американская историческая школа» («американская школа исторической этнологии») и сложилось под влиянием взглядов крупнейшего учёного, мыслителя и общественного деятеля Франца Боаса.
Задачи данной статьи посвящены характеристике основных методов, выработанных Ф. Боасом и его школой и определению вклада этой школы в американскую антропологию.
Известный всему миру как крупный американский учёный Франц Боас (1858−1942) родился в немецком городе Минден, что в Вестфалии, в интеллигентной еврейской семье. Будучи физиком и математиком по образованию он впоследствии специализировался по географии и в возрасте 23 лет защитил диссертацию на степень доктора в Гейдельбергском университете. Позднее, уже в США, он прославился своими трудами по антропологии, лингвистике и занял почётное место среди этнографов всех стран.
С поездки Боаса в 1883—1884 гг. к эскимосам на Баффинову землю, где он провёл целый год, начинается его антропологическая деятельность. Через несколько лет, занимая пост ассистента в Берлинском музее народоведения, Ф. Боас приступил к изучению языка индейцев северо-западного побережья Северной Америки и опубликовал несколько статей о языке этого народа. Вся последующая научная деятельность и большая часть его трудов была посвящена реконструкции социального строя, истории тайных союзов и классификации художественных стилей и сказаний народов северо-западного побережья Северной Америки, преимущественно индейцам квакиутль. В 1886 г. Боас впервые отправился на северо-западное побережье Северной Америки, где пробыл около года. В следующем году, получив предложение остаться жить и работать в США, он принял решение остаться в Америке навсегда, «так как атмосфера тогдашней юнкерской Германии была для него тяжела» [1, с. 103].
Во время жизни в Америке Боас был доцентом по кафедре антропологии в университете Кларка, а позже профессором антропологии в Колумбийском университете, в стенах которого складывается американская школа исторической этнологии. Он был сотрудником музея Фильда в Чикаго, а позднее музея естественной истории в Нью-Йорке, который возглавлял с 1901 по 1905 гг. На этот период активной музейной деятельности Ф. Боаса приходится организация им международной Джезуповской Тихоокеанской экспедиции, к работе в которой он привлёк русских исследователей В. Богораза и В. Иохельсона. Впоследствии между Ф. Боасом и В. Богоразом установились не только тесные научные контакты, но и тёплые дружеские отношения [2].
В разное время своей жизни в США Боас стал основателем ряда научных обществ (фольклорное общество Америки, Международной школы американской археологии и этнологии, лингвистического общества Америки) и журналов («Международ-
ный журнал американской лингвистики», «The Amtrican Folklore»). Ф. Боаса избирали членом-корреспондентом и действительным членом академий американских и европейских, членом «Национальной академии наук» и «Американской академии наук и искусства», президентом «Антропологического общества Америки» и «Американской ассоциации содействия науке». Примерно через пятнадцать лет после своего прибытия в Америку Ф. Боас основал там антропологическую и лингвистическую школы, влияние которых, благодаря деятельности его последователей, ощущается и по сей день. У Франца Боаса было много учеников и последователей (Кларк Уисслер, Александр Гольденвейзер, Роберт Генрих Лоуи, Пол Радин, Лесли Уайт, Альфред Луис Крёбер, Эдвард Сепир, Леонард Блумфилд), некоторые из них стали впоследствии выдающимися антропологами и лингвистами. По словам советского этнографа Ю. П. Аверкиевой, одной из его учениц, «молодёжь горячо любила Боаса, для всех он был «папой Францем», он помогал всем, чем мог, и всячески изыскивал средства, чтобы послать молодёжь на полевую работу, в которой он видел главный смысл этнографического исследования [3, с. 111].
Теоретические взгляды Ф. Боаса прослеживаются в ряде его статей: «Задачи этнологии» (1888), «Границы сравнительного метода в антропологии» (1896), «История антропологии» (1904), «Методы этнологии» (1920), «Эволюция или диффузия» (1924), «История и наука в антропологии» (1936) и др. Опираясь преимущественно на эти работы, мы попытаемся проследить его методологические воззрения. В начале своего научного пути, занимаясь изучением племён северо-западного побережья Америки, Боас не избежал влияния идей Моргана, которое проявилось в его статье «Развитие культуры на северо-западном побережье Америки». В этой работе он дал общую картину развития культуры исследуемого побережья [4]. Однако, судя по его последующим работам, Франц Боас нам известен как один из первых учёных антиэволюционистов, поставивший под сомнение ряд положений теории культурной эволюции. Собственно в этом и состоит огромнейшая заслуга Боаса и его последователей перед американской антропологией, что они на значительном этнографическом материале продемонстрировали бесполезность любых формул, общих схем и теорий (эволюционизма или диффузионизма) при изучении культуры различных племён и народов.
В эволюционной теории Ф. Боас особенно энергично критиковал утверждение о том, что развитие культуры неизменно идёт от простого к сложному по пути культурного прогресса. Кроме того, в своих работах он неоднократно ставил под сомнение эволюционистский тезис о сходстве всех исторических культур, находящихся на одинаковой стадии развития, и поднимал вопрос о недопустимости сопоставлять несопоставимые этнографические явления [5- 6]. Однако значение общих законов развития человеческой культуры, этот главный принцип эволюционной теории, Боас никогда окончательно не отвергал. Он допускал, «что существуют общие законы развития человеческой культуры», но указывал, что их наличие возможно доказать лишь путём изучения «отдельных культур» [7, с. 512].
Для исследования отдельных культур Боас предлагал придерживаться исторического метода, который позволял скрупулёзно описать историю изучаемых с его помощью разноплеменных культур и «получить троякий результат: во-первых, выявит внешнюю среду, сформировавшую или видоизменившую элементы культуры- во-вторых, вскроет психологические факторы, определившие её облик, и, в-третьих, определит влияние исторических связей» [8, с. 512−513]. Именно поэтому учёный стремился переключить внимание антропологов с «вызывающего серьёзные возражения» сравнительного метода, с помощью которого эволюционисты создавали оторванные от фактического материала логически выверенные универсальные схемы развития общества, на исторический метод. Последний метод, по мнению Боаса, «гораздо надёжнее сравнительного, поскольку выводы его основаны на реальной истории», и он позволяет изучать отдельные культуры, как законченные единицы на конкретном фактическом материале.
Другими словами, Боас призывал антропологов сменить методологические приоритеты и опираться в своих исследованиях на реальные факты, прибегая к помощи исторического метода. Для этого необходимо изучать конкретные культуры, расположенные на «чётко обозначенных географических пространствах» или иначе «культуры малых географических ареа-
лов». При этом сравнительный метод антрополог не сбрасывал со счетов, а считал, что он «может достичь ожидаемых результатов лишь на основе исторического материала, полученного при исследовании всех внутренних связей каждой отдельной культуры» [9, с. 514].
В своём докладе «История антропологии», прочитанный Ф. Боасом в 1904 г. во время Всемирной выставки в Сент-Луисе, исследователь указывает, что «…в антропологии мы находим два отдельных метода изучения и цели исследования: один — исторический метод, который стремится реконструировать действительную историю человечества, другой — генерализующий, который пытается установить законы его развития» [10, с. 86]. Под генерализующим (обобщающим) методом следует понимать сравнительный, для которого характерно исчезновение интереса к факту и утеря реалистичности. По мнению Боаса, «новый исторический взгляд вступил в конфликт с генерализующим методом науки» [11, с. 88]. В тексте доклада не раскрывается смысловое содержание исторического метода. Однако из рассуждений Боаса вполне ясно, что научный фундамент американская антропология приобрела только благодаря применению исторического метода, имеющий эмпирическую основу. В этой связи особая роль в антропологии Боасом отводилась главным собирателям фактов — археологам и этнологам (создателям описательной антропологии). Именно поэтому исследователь требовал от своих учеников применять описательный метод в экспедиционных условиях. Подробное ведение полевых дневников являлось важным результатом экспедиционной деятельности. В одной из своих последующих статей «Методы этнологии» учёный указывает, что американские антропологи в большинстве своём придерживаются исторического метода (речь идёт о последователях американской исторической школы).
В противоположность монистическому пониманию культурной эволюции Боас придерживался плюралистической теории эволюции культур. Антрополог писал: «Коль скоро мы допускаем совершенно разные и притом сосуществующие культуры, ясно, что гипотеза о единой всеобщей линии развития теряет почву» [12, с. 519]. Боас проявлял интерес к абстрактным историософским проблемам человеческой цивилизации и подчёркивал, что американских антропологов «философские проблемы истории цивилизации волнуют не меньше европейских коллег» [13, с. 520]. Однако на практике учёный не планировал решать философские проблемы человеческой цивилизации с «помощью формул», а предпочитал плюралистический подход, который позволял изучать отдельные культуры, отдавая преимущественное внимание процессам культурной динамики. По мнению Боаса, не имеет смысла «приступать к общим проблемам развития цивилизации», если антрополог не способен «объяснить процессы, протекающие на наших глазах». Именно поэтому «…американских учёных интересует динамическая сторона культурных изменений и практическая возможность реконструировать историю культуры на основе их исследования» [14, с. 520−521].
Выводы Боаса показали, что реконструкция истории культуры требует чрезвычайной осторожности. Поскольку, по его мнению, «в своих попытках восстановить историю культуры мы поневоле довольствуемся косвенными свидетельствами», а бездоказательные утверждения о соответствии всех фаз конкретной этнографической культуры кое-каким рудиментам первобытной культуры недопустимы. Он указывал, что культурные явления, внешне сходные между собой, могут иметь различное происхождение и разные функции. Ф. Боас писал: «. всякая история первобытного народа, написанная этнологом, является реконструкцией и не может быть ничем иным. И все же есть разница между осторожной реконструкцией, основанной на достоверных данных, и широчайшими обобщениями, которые так и останутся более или менее фантастическими» [15, с. 529−530].
Последовательно отстаивая исторический метод исследования, Франц Боас выступал противником упрощённых и схематизированных подходов не только эволюционизма, но и диффу-зионизма. Если в первых своих антропологических работах, объясняя развитие конкретных обществ, учёный основывается на идеях диффузионизма, то, позднее не отрицая процесс заимствования культурных явлений различными культурами, приходит к выводу о том, что аккультурация и диффузия не дают ключа к пониманию культуры. Сам Боас признавался, что от теории диффузии отошёл около 1910 г. и переключился на проблемы «динамики культуры, интеграции культуры и взаимодействия индивида и общества» [16, с. 532].
Антропологические взгляды Франца Боаса были неотделимы от его лингвистических исследований. Хотя языки индейцев изучались американскими исследователями (Дж. У. Пауэлл, Д.Г. Бринтон) до Боаса, но именно он приступил к систематическому описанию и изучению языков американских индейцев, подведя под это изучение научную базу. Представления Франца Боаса о языкознании, как утверждает исследователь Э.Ф. К. Кёрнер, формировались под влиянием взглядов Вильгельма фон Гумбольдта на язык и мышление. Боас был убеждён, что язык определяет мировоззрение людей, а идея Гумбольдта о «внутренней форме» языка была использована им при характеристике различий между языками американских индейцев [17].
Однако традиционные принципы лингвистического описания, выработанные в западноевропейском языкознании, оказались неприемлемыми при описании индейских языков, поэтому Ф. Боас и его последователи разработали методику описательной лингвистики. Центральное место в этой методике занимала работа с информантом, обычно двуязычным, которому исследователь задавал специально подобранные вопросы. Именно поэтому в американской антропологии, благодаря Ф. Боасу, особое внимание было уделено методике полевой лингвистики, методам работы с информантом. Такая разработанная методика способствовала созданию строгих и проверенных процедур описания языка, применимых к любому материалу, включая и родной язык лингвиста. В американской лингвистике, начиная с Боаса, синхронное описание изучаемого языка стояло на первом месте. Кроме того, в связи с описанием индейских языков именно он поставил вопрос о том, что такое слово и начал заниматься выработкой специальных исследовательских процедур для выделения слов. Впоследствии из антропологической лингвистики Ф. Боаса выросло два направления: дескриптивизм, основанный Л. Блумфилдом, и этнолингвистика — Э. Сепиром [18].
От своих учеников Ф. Боас требовал обязательное знание языка изучаемого народа. Все тексты его ученики должны были записывать на языке оригинала с последующим дословным переводом их на английский язык. Сам Боас знал 17 индейских наречий и к их изучению подходил серьёзно и основательно. Записывая фольклорные и иные тексты, учёный обстоятельно изучал их грамматический строй, предложив впоследствии методику изучения взаимного родства языков. Он подметил тот факт, что языки соседних племён не родственных по происхождению нередко обнаруживают совпадения не только в лексике, но и в фонетике, и в грамматическом строе. Будучи противником теории праязыка, он считал, что языки образуются путём аккультурации и скрещивания, поэтому такие случаи Боас называл «диффузией грамматических процессов» и говорил о смешанности многих языков и о «множественных корнях» отдельных языков.
Взгляды Ф. Боаса в отношении систем ценностей и моральных принципов в различных культурах вызывают особенный интерес и могут рассматриваться как важное методологическое правило, применяемое в антропологических исследованиях. Он считает, что объективное научное исследование какой-либо культуры возможно только при условии, если исследователь освободится от ценностных установок своей культуры. Тогда учёному удастся войти в любую культуру на её собственной базе, что позволит непредвзято выявить идеалы каждого народа и включить их в общечеловеческую картину культурных ценностей. Эта идея Боаса впоследствии ляжет в основу релятивизского направления американской антропологии.
Идея культурного релятивизма не нова и в той или иной степени прослеживается в философских рассуждениях Д. Вико, И. Гердера, Н. Данилевского, К. Леонтьева, О. Шпенглера, А. Тойнби и др. Эти исследователи воспринимали каждую культуру как отдельный самодостаточный организм со своей уникальной системой ценностей. Американская историческая школа Ф. Боаса на основе изучения конкретных традиционных культур, применяя данные этнологии, биологии, лингвистики, археологии, пришла к выводу об уникальности каждого этноса и его истории. Культурное своеобразие отдельного этноса обусловлено как внутренним его развитием, так и инокультурным влиянием. Аналогичный подход в исследовании культур или обществ использовали историки школы «Анналов», позиционировавшие идею тотальной истории. Представители данной школы, опираясь на теорию ментальностей, стремились создавать целост-
ную картину обществ (социальных формаций), прежде всего Средневековья.
Подводя итог, следует отметить, что под влиянием взглядов и деятельности Франца Боаса в США сложилась профессиональная школа антропологов. Именно он заложил научный фундамент для комплексного изучения феномена человека в его культурном и историческом многообразии, опиравшегося на данные этнологии, биологии, лингвистики, археологии и других областей знания. В этой связи широко бытует мнение о том, что учёный и его последователи стали основателями всех современных направлений в американской антропологии, в том числе и культурной антропологии. Преимущественно А. Крёбер и Л. Уайт, преодолевая методологическую ограниченность Боаса, внесли существенный вклад в формирование культурной антропологии. Общеизвестно, что Уайт выделил культурологию как самостоятельную науку, определил предметное поле и основные методы её исследования.
Центральное место в методологии Боаса и его школы занял исторический метод, имеющий эмпирическую основу. В качестве единственно возможного научного подхода антрополог допускал количественное накопление фактов и их тщательное описание, полностью отказываясь от синтеза полученных данных. На протяжении всей научной деятельности исследователь последовательно отстаивал убеждение о том, что антропологи в своих научных исследованиях должны опираться на индуктивный метод и идти от фактического материала к научным обобщениям, а не наоборот. Достижения американской исторической школы состояли в накоплении этнографического и археоло-
гического материала, развитии технических приёмов полевого исследования. Американская историческая школа рассматривала каждую культуру как уникальное явление, возникшее в пределах определённого культурного ареала. Культурная динамика объяснялась изменениями, возникающими в результате привнесения или заимствования культурных элементов путём диффузии и аккультурации. Таким образом, методологический фундамент американской исторической школы, заложенный Фран-цом Боасом, предусматривала изучение культуры в статическом состоянии.
На мой взгляд, вся сложность и противоречивость взглядов Франца Боаса прекрасно выражена в одной из статей Дэвида Бидни: «Полемист по натуре, Боас в одних случаях настаивал на исторической перспективе, в других — на изучении реальных культурных процессов в контексте данной культуры, как предваряющих и обусловливающих изменения исторические. Эти две полярные задачи остались в поле его зрения навсегда, но, выступая как advocatus diaboli против господствующих во второй половине XIX в. научных тенденций, он нередко переставлял акценты. Так, критикуя теорию культурных кругов, он подчеркивал необходимость психологического и социологического анализа, а полемизируя с доктриной эволюционного единообразия, выдвигал на первый план исследование аккультурации и диффузии. Одним словом, Боас благоговел перед сложностью культурных феноменов и всегда отстаивал её против всех попыток упрощения и схематизации. Можно сказать, что он видел деревья с такой ясностью, как никто другой, но чрезмерная осторожность помешала ему разглядеть за ними лес» [19, с. 393].
Библиографический список
1. Аверкиева, Ю. П. Франц Боас (1858−1942) // Краткие сообщения. Ин-т этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая. — М., 1946.
2. Кан, С. «Мой друг в тупике эмпиризма и скепсиса»: Владимир Богораз, Франц Боас и политический контекст советской этнологии
в конце 1920-х — начале 1930-х гг. // Антропологический форум. — 2007. — № 7.
3. Аверкиева, Ю. П. Франц Боас (1858−1942) // Краткие сообщения. Ин-т этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая. — М., 1946.
4. Аверкиева, Ю. П. Франц Боас (1858−1942) // Краткие сообщения. Ин-т этнографии им. Н.Н. Миклухо-Маклая. — М., 1946.
5. Боас, Ф. Ум первобытного человека. — М.- Л., 1926.
6. Боас, Ф. Границы сравнительного метода в антропологии // Антология исследований культуры. Интерпретация культуры. — СПб., 1997.
— Т. 1.
7. Боас, Ф. Границы сравнительного метода в антропологии // Антология исследований культуры. Интерпретация культуры. — СПб., 1997.
— Т. 1.
8. Боас, Ф. Границы сравнительного метода в антропологии // Антология исследований культуры. Интерпретация культуры. — СПб., 1997.
— Т. 1.
9. Боас, Ф. Границы сравнительного метода в антропологии // Антология исследований культуры. Интерпретация культуры. — С-Пб., 1997.
— Т. 1.
10. Боас, Ф. История антропологии // Этнографическое обозрение. — 2002. — № 6.
11. Боас, Ф. История антропологии // Этнографическое обозрение. — 2002. — № 6.
12. Боас, Ф. Методы этнологии // Антология исследований культуры. Интерпретация культуры. — СПб., 1997. — Т. 1.
13. Боас, Ф. Методы этнологии // Антология исследований культуры. Интерпретация культуры. — СПб., 1997. — Т. 1.
14. Боас, Ф. Методы этнологии // Антология исследований культуры. Интерпретация культуры. — СПб., 1997. — Т. 1.
15. Боас, Ф. История и наука в антропологии: ответ // Антология исследований культуры. Интерпретация культуры. — СПб., 1997. — Т. 1.
16. Боас, Ф. История и наука в антропологии: ответ // Антология исследований культуры. Интерпретация культуры. — СПб., 1997. — Т. 1.
17. Кёрнер, Э.Ф. К. Вильгельм фон Гумбольдт и этнолингвистика в Северной Америке от Боаса (1894) до Хаймса (1961) // Вопросы языкознания. — 1992. — № 1.
18. Алпатов, В. М. История лингвистических учений: учеб. пособие. — М., 2001.
19. Бидни, Д. Культурная динамика и поиски истоков // Антология исследований культуры. Интерпретация культуры. — СПб., 1997. — Т. 1.
Bibliography
1. Averkieva, Yu.P. Franc Boas (1858−1942) // Kratkie soobtheniya. In-t ehtnografii im. N.N. Miklukho-Maklaya. — M., 1946.
2. Kan, S. «Moyj drug v tupike ehmpirizma i skepsisa»: Vladimir Bogoraz, Franc Boas i politicheskiyj kontekst sovetskoyj ehtnologii v konce 1920-
kh — nachale 1930-kh gg. // Antropologicheskiyj forum. — 2007. — № 7.
3. Averkieva, Yu.P. Franc Boas (1858−1942) // Kratkie soobtheniya. In-t ehtnografii im. N.N. Miklukho-Maklaya. — M., 1946.
4. Averkieva, Yu.P. Franc Boas (1858−1942) // Kratkie soobtheniya. In-t ehtnografii im. N.N. Miklukho-Maklaya. — M., 1946.
5. Boas, F. Um pervobihtnogo cheloveka. — M.- L., 1926.
6. Boas, F. Granicih sravniteljnogo metoda v antropologii // Antologiya issledovaniyj kuljturih. Interpretaciya kuljturih. — SPb., 1997. — T. 1.
7. Boas, F. Granicih sravniteljnogo metoda v antropologii // Antologiya issledovaniyj kuljturih. Interpretaciya kuljturih. — SPb., 1997. — T. 1.
8. Boas, F. Granicih sravniteljnogo metoda v antropologii // Antologiya issledovaniyj kuljturih. Interpretaciya kuljturih. — SPb., 1997. — T. 1.
9. Boas, F. Granicih sravniteljnogo metoda v antropologii // Antologiya issledovaniyj kuljturih. Interpretaciya kuljturih. — S-Pb., 1997. — T. 1.
10. Boas, F. Istoriya antropologii // Ehtnograficheskoe obozrenie. — 2002. — № 6.
11. Boas, F. Istoriya antropologii // Ehtnograficheskoe obozrenie. — 2002. — № 6.
12. Boas, F. Metodih ehtnologii // Antologiya issledovaniyj kuljturih. Interpretaciya kuljturih. — SPb., 1997. — T. 1.
13. Boas, F. Metodih ehtnologii // Antologiya issledovaniyj kuljturih. Interpretaciya kuljturih. — SPb., 1997. — T. 1.
14. Boas, F. Metodih ehtnologii // Antologiya issledovaniyj kuljturih. Interpretaciya kuljturih. — SPb., 1997. — T. 1.
15. Boas, F. Istoriya i nauka v antropologii: otvet // Antologiya issledovaniyj kuljturih. Interpretaciya kuljturih. — SPb., 1997. — T. 1.
16. Boas, F. Istoriya i nauka v antropologii: otvet // Antologiya issledovaniyj kuljturih. Interpretaciya kuljturih. — SPb., 1997. — T. 1.
17. Kyorner, Eh.F.K. Viljgeljm fon Gumboljdt i ehtnolingvistika v Severnoyj Amerike ot Boasa (1894) do Khayjmsa (1961) // Voprosih yazihkoznaniya.
— 1992. — № 1.
18. Alpatov, V.M. Istoriya lingvisticheskikh ucheniyj: ucheb. posobie. — M., 2001.
19. Bidni, D. Kuljturnaya dinamika i poiski istokov // Antologiya issledovaniyj kuljturih. Interpretaciya kuljturih. — SPb., 1997. — T. 1.
Статья поступила в редакцию 12. 03. 14.
ЗЗ1

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой