Из истории реализации государственной политики в отношении Русской православной церкви в Приморском и Хабаровском краях (1943-1945 годы)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Е. Б. Бакшеева
ИЗ ИСТОРИИ РЕАЛИЗАЦИИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПОЛИТИКИ В ОТНОШЕНИИ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В ПРИМОРСКОМ И ХАБАРОВСКОМ КРАЯХ (1943−1945 ГОДЫ)
В статье на основе требований нормативно-правовых документов проанализированы основные направления и особенности реализации государственной политики в отношении Русской православной церкви на Дальнем Востоке РСФСР в период Великой Отечественной войны (1943−1945 гг.). Показана роль уполномоченных Совета по делам Русской православной церкви по Приморскому и Хабаровскому краям.
Ключевые слова: государство, Совет по делам Русской православной церкви при Совете Народных Комиссаров СССР, уполномоченные Совета, Русская православная церковь, веру-
ющие.
Коренные изменения, произошедшие в конце 1980-х гг. во взаимоотношениях между государством и Русской православной церковью, позволили начать разработку новой концепции истории государственно-церковных отношений советского периода. Отечественная историография, постепенно освобождаясь от излишне политизированных и антирелигиозных акцентов, обнаружила тенденцию к взвешенным, документально и научно обоснованным исследованиям. Особый интерес был проявлен к истории Русской православной церкви и её деятельности в годы Великой Отечественной войны. Изучение данной проблемы нашло отражение в обобщающих трудах О. Ю. Васильевой, М. И. Одинцова. М. В. Шкаровского и др. 1
Расширение исследовательского пространства за счёт введения в научный оборот новых архивных документов привело к появлению работ, рассматривающих различные аспекты религиозной политики советского государства в годы Великой Отечественной войны. Так, Т. А. Чумаченко представила всесторонний анализ основных направлений деятельности Совета по делам Русской православной церкви при Совете Народных Комиссаров СССР, в том числе по формированию аппарата уполномоченных и организации его работы на местах2. В исследовании Ю. В. Гераськина раскрыта роль института уполномоченных в регулировании отношений между органами государственной власти, церковными организациями и религиозными общинами3.
Научный интерес к проблеме религиозной жизни советского Дальнего Востока в годы
Великой Отечественной войны проявили и дальневосточные историки. Обстоятельный анализ деятельности религиозных приходов и общин Русской православной церкви в 1941—1945 гг. проведён Н. В. Потаповой, М. Б. Сердюк, С. М. Дударёнок, Т. И. Чури-линой и др.4 Комплекс исследований позволил повысить степень изученности проблемы. Однако далеко не все вопросы рассмотрены всесторонне. Одним из них является изучение основных направлений и особенностей государственной политики в отношении Русской православной церкви в годы войны, директивная реализация которой была начата с 1943 г. Предлагаемый анализ, включающий региональный компонент, позволит пополнить исследовательскую базу новейшей истории государственно-церковных отношений.
На Дальнем Востоке РСФСР к началу Великой Отечественной войны не осталось официально действовавших зарегистрированных церквей и религиозных объединений. С началом войны, когда решался вопрос о судьбе советского государства и его народа, власть сосредоточила свои усилия на создании условий для обеспечения общего патриотического подъёма и укрепления моральной стойкости населения. С позиции как советских, так и партийных структур следовало использовать все факторы, которые могли привести к победе, в том числе и религиозный. Обращение к многовековой истории страны, составной частью которой была православная религия, стало объединяющей духовной силой, фактором укрепления веры в победу. Новые политические установки, призванные сыграть роль скрепов, потребовали опреде-
ления места Русской православной церкви в советском обществе.
Проводником политики государства стал Совет по делам Русской православной церкви при Совете Народных Комиссаров СССР (далее — Совет), организованный Постановлением СНК СССР от 14 сентября 1943 г. № 993 в составе председателя, его заместителя, двух членов и ответственного секретаря5.
Постановлением Правительства СССР от 7 октября 1943 г. № 1095 было утверждено «Положение о Совете по делам Русской православной церкви при СНК СССР». На Совет возлагалось «наблюдение за правильным и своевременным проведением законов и постановлений правительства СССР, относящихся к православной церкви», «предварительное рассмотрение вопросов, возбуждаемых патриархом и требующих разрешения Правительства СССР, разработка проектов законодательных актов по вопросам церкви, инструкций и других указаний по их применению и внесение на рассмотрение Совнаркома». Важной составляющей работы должно было стать «своевременное информирование» правительства о положении церкви в стране, общий учёт культовых зданий и составление статистических сводок. Таким образом, Совет был призван осуществлять связь между СНК СССР и патриархом Московским и всея Руси по вопросам православной церкви, требовавшим разрешения правительства6.
С целью организации работы Постановлением СНК СССР от 18 декабря 1943 г. № 1392 при Совнаркомах союзных и автономных республик, областных и краевых исполкомах был утвержден штат уполномоченных Совета. К началу 1944 г. на эту должность назначили 43 человека7. В декабре 1943 г. исполнение обязанностей уполномоченного Совета по Хабаровскому краю было возложено на секретаря крайисполкома И. И. Кости-кова8. Решение о его назначении Хабаровский крайисполком принял 3 июля 1944 г. 9 В январе 1944 г. приступил к обязанностям уполномоченный Совета по Приморскому краю А. С. Пименов10.
При решении вопросов, касавшихся открытия церквей, уполномоченные выполняли функции посредников между Советом, местной властью и религиозными объединениями. Дело в том, что согласно Постановлению СНК СССР от 28 ноября 1943 г. № 1325 «О порядке открытия церквей» право принимать
решения об удовлетворении или отклонении ходатайств верующих получили Хабаровский и Приморский крайисполкомы. Однако предварительное рассмотрение и проверку документов проводили уполномоченные, они же составляли заключения11.
В необходимых случаях им приходилось выезжать в районы и выяснять, насколько верно составлено заявление. Следовало определить, действительно ли заявители действовали от имени группы, а не по личной инициативе, в каком состоянии здание церкви, о которой просили верующие, как использовалось, на основании какого решения была закрыта. Кроме того, если ходатайство поступало к уполномоченным не непосредственно от заявителей, то выяснение необходимых сведений проводилось через городские, районные исполкомы или сельсоветы11. Однако в Хабаровском крайисполкоме с 1943 до сентября 1946 г. все ходатайства верующих лежали нерассмотренными. Причина заключалась в том, что уполномоченный совмещал должность с другими обязанностями и «вопросами православной церкви не занимался"12. Подобная ситуация была характерна и для других территорий страны. Так, уполномоченный Совета по Ульяновской области, получив 75 заявлений в первом полугодии 1944 г., до сентября не приступал к их рассмотрению, за этот же период его коллега в Куйбышевской области составил заключения только на 33 из 65 ходатайств13.
Таким образом, всесторонне рассматривались далеко не все поступавшие заявления, что позволяло без достаточных оснований, часто формально отклонять ходатайства верующих. Как известно, отклоненные ходатайства Совет пересмотру не подвергал. Материалы с заключениями направлялись в Москву только в тех случаях, если краевые власти принимали решения об открытии культовых зданий. Совет мог отклонить или поддержать позицию крайисполкомов, а при положительном решении — представить на одобрение Правительства СССР14.
При открытии первой православной церкви на Дальнем Востоке, состоявшемся в сентябре 1943 г., ещё до организации Совета, власти Хабаровска руководствовались инструкцией Постоянной комиссии при Президиуме ВЦИК по вопросам культов от 16 января 1931 г. «О порядке проведения в жизнь законодательства о культах». Данный документ
предоставлял исполкомам областных, краевых, районных и городских Советов депутатов трудящихся право регистрации религиозных обществ и групп верующих15. В результате 7 сентября 1943 г. Кировский райисполком г. Хабаровска принял решение № 158 «Об организации религиозной общины и предоставлении ей помещения в Краснофлотском поселке». В распоряжение религиозного общества был передан бывший хлебный магазин, на базе которого создавалась церковь Александра Невского16. Члены церковного совета отмечали, что «полученное здание под храм Божий требует значительных средств и материальных ресурсов для реставрации и приведения в соответствующий вид. Крыша дома даёт сплошную течь атмосферных осадков внутрь храма. Под угрозой дождя престол, иконостас, все ценности храма, молящиеся в нём люди. В здании нет надстройки для алтаря и притвора. Полученное строение под храм требует полной реставрации, наружной и внутренней отделки"17. Поэтому с сентября
1943 по апрель 1944 г. здание бывшего магазина перестраивалось и ремонтировалось. При этом службы велись, что подтверждало желание верующих найти «утешение в молитве вследствие переживаемых моральных потрясений в связи с утратой на фронтах или на оккупированных территориях родных и близких», а также помолиться «о победе над врагом христианства Гитлером и его сооб-щниками"18. При помощи уполномоченного здание было укомплектовано необходимым культовым имуществом, полученным из краеведческого музея19.
Начало деятельности Александро-Не-вской общины привело к тому, что верующие других территорий Дальнего Востока стали обращаться в исполкомы с просьбами о регистрации религиозных объединений и культовых зданий, ранее закрытых решениями советских органов. В 1943 г. в Приморский крайисполком стали поступать заявления, в том числе от верующих станции Лазо, утверждавших, что «церковное здание имеется, в настоящее время занято под детский клуб"20. По-видимому, они были уверены, что помещение бывшей церкви будет возвращено.
В октябре 1943 г. с просьбой о регистрации и предоставлении помещения обратились в органы власти члены Покровской общины Хабаровска. Церковь, расположенная в цен-
тре города в арендованном помещении, была открыта явочным порядком. Верующие просили не запрещать богослужений, являвшихся «утешением в дни тяжёлого горя, потери наших детей». «Смеем надеяться, — писали они, — крайисполком услышит наш вопль и подаст руку помощи"21. Богослужения здесь совершал бывший обновленческий протоиерей, первоначально для проведения служб ему, работавшему в конторе «Амуррыбснаб», приходилось брать отпуск22. Покровскую церковь посещали верующие Хабаровска, Комсомольска-на-Амуре, Архары, Свободного, Буреи и других населённых пунктов Дальнего Востока. Казалось, власти следовало пойти им навстречу и зарегистрировать Покровскую общину. Однако Хабаровский крайисполком пообещал рассмотреть вопрос только после его согласования с патриархом и Священным Синодом23. На наш взгляд, причина отказа заключалась, во-первых, в том, что краевые власти не спешили с открытием церквей. Во-вторых, протоиерей, совершавший богослужения, ранее являлся обновленцем. Сочувственное отношение государства в годы Великой Отечественной войны к патриаршей церкви привело к тому, что даже бывший обновленец не мог рассчитывать на лояльность со стороны органов власти.
С целью знакомства с религиозной обстановкой в стране Совет обратился к уполномоченным, в том числе при Приморском и Хабаровском крайисполкомах с просьбой о предоставлении к 1 января 1944 г. сведений
о количестве церквей, использовавшихся и стоявших закрытыми24. Согласно отчетам, которые высылались в соответствии с инструкцией Совета, в СССР имелось 15 447 церковных зданий, в 12 800 располагались учреждения, промышленные предприятия, склады, зернохранилища и другие объекты. Согласно собранным сведениям, около 30% бывших зданий культа были переоборудованы, а остальные находились в полуразрушенном состоянии25.
На Дальнем Востоке в результате массовой ликвидации церквей, развернувшейся в 1930-е гг., осталось 215 бывших культовых зданий, в том числе 105 в Хабаровском крае и 110 в Приморском. Практически все помещения, за исключением 10 в Приморском и 4 в Хабаровском краях были заняты под школы, клубы, библиотеки и др., т. е. активно использовались «для хозяйственных и культурных
целей"26. Не использовались, как известно, только ветхие и не пригодные к эксплуатации здания. Власти, в том числе и региональные, возвращали верующим в большинстве своём полуразрушенные и перестроенные здания, лишённые культового имущества. Но и это члены религиозных объединений воспринимали с благодарностью. Они надеялись, что началось смягчение государственно-церковных отношений.
Одним из проявлений такого государственного курса стало решение Совета об открытии Свято-Никольской церкви в г. Владивостоке, принятое 5 февраля 1944 г. в соответствии с «мнением Приморского крайисполкома», и одобренное распоряжением СНК СССР от 11 марта 1944 г. № 5474рс27. Вскоре последовало решение Совета от 8 марта 1944 г. № 1869 об открытии Успенской церкви на станции Лазо Приморской железной дороги Калининского района, поддержанное распоряжением СНК СССР от 2 августа 1944 г. № 15 752рс28. Регистрацией религиозных объединений в Приморском крае занимался уполномоченный А. С. Пименов. Процедура была завершена быстро: в апреле 1944 г. её прошла Свято-Никольская община Владивостока, в сентябре того же года — община станции Лазо29.
После регистрации, согласно инструкции Совета для уполномоченных от 5 февраля
1944 г., городским и районным исполкомам следовало заключить договоры с верующими на передачу молитвенных зданий и культового имущества. Договоры составлялись в 2 экземплярах: первый находился у уполномоченного в регистрационном деле, второй — у религиозной общины30. В результате верующие принимали на себя ответственность за сохранность и надлежащее состояние молитвенных зданий и культового имущества, полученного от государства в бесплатное бессрочное пользование.
Общине Свято-Никольской церкви, включавшей 121 человек31, было передано одноэтажное деревянное здание на Океанском проспекте, 11, расположенное на северной окраине Владивостока, в километре от железнодорожной станции Первая Речка, но «вблизи городского трамвая"32. Настоятелем церкви стал священник З. А. Гелюта, отбывший наказание за антисоветскую деятельность33. Уже 3 июня 1944 г. уполномоченный Совета по Приморскому краю докладывал, что духо-
венство и верующие города собрали в Фонд обороны страны 50 тыс. р. 34
Однако вопрос о предоставлении молитвенного помещения верующим станции Лазо решился далеко не за семь дней, как того требовала названная выше инструкция. Дело в том, что здание бывшей церкви, как отмечалось, было приспособлено под клуб35. Поэтому вопрос решился только к апрелю 1945 г., когда Калининский райисполком заключил с общиной верующих договор о передаче ей культового здания36. В учётной карточке отмечалось, что Успенская церковь деревянная, 1900 г. постройки, находится на расстоянии 163 км от с. Спасское Спасского района. Настоятелем в марте 1945 г. был зарегистрирован П. Н. Соколов37.
С момента регистрации члены общины попадали под неусыпный контроль уполномоченных: были обязаны предоставлять анкеты на приглашенных служителей культа, именной список лиц, избранных для управления церковным зданием и культовым имуще -ством, членов ревизионной комиссии. Уполномоченные могли отказать в регистрации священникам, имели право отвода отдельных лиц из состава исполнительных органов и ревизионных комиссий. Религиозные общины, их исполнительные органы и служители культа не могли приступить к своей деятельности до получения справок о регистрации. Одновременно уполномоченные следили за тем, чтобы деятельность обществ ограничивалась удовлетворением религиозных потребностей, в противном случае, могли их закрыть38.
Причиной ликвидации религиозного общества также признавалось неоднократное нарушение законов о религиозных культах. Кроме того, основанием для закрытия считалось наличие заявлений от двух третей или большего числа его учредителей, ветхость церковного здания (а как известно таких зданий было много) или необходимость сноса, в частности в связи с перепланировкой горо-да39. Данная возможность в дальнейшем будет активно использована властью.
Несмотря на жёсткие требования и контроль со стороны советских и партийных органов, верующие продолжали подавать заявления. Так, только за 1944 г. в местные советские органы и Совет от граждан СССР поступило 3770 заявлений об открытии культовых зданий, не считая повторных. Очень настойчиво обращались за разрешением на
регистрацию верующие тех мест, где церковные здания были свободны, имели необходимое оборудование и утварь. Наибольшее количество заявлений поступало из центральной части РСФСР40. Кроме того, стали проявлять большую настойчивость верующие Куйбышевской, Саратовской, Тамбовской, Чкаловской областей, где в 1944 г. действовало по 4 церкви, Новосибирской и Пензенской областей, Алтайского и Приморского краёв, получившие в пользование по 2 церкви. Активнее стали обращаться заявители Иркутской, Курганской областей, Красноярского и Хабаровского краёв, Марийской и Мордовской АССР, где было по одной церкви41. Так, уполномоченный по Хабаровскому краю отмечал, что в Хабаровске весь 1944 г. был «очень сильный напор верующих"42.
При этом верующие, в том числе Дальнего Востока, ссылались на Конституцию СССР, наличие действовавших церквей в других районах, на возросшую потребность помолиться за погибших и сражавшихся на фронтах, о даровании победы Красной Армии, на желание стариков умереть по-христиански. В своих ходатайствах они писали, что хотят дождаться «той минутки, когда могли бы открыть грехи свои за несколько лет, перекрестить детей своих, которых вырастили, а то они не знают своей веры"43. Однако открытие культовых зданий активно сдерживалось краевой властью. В основе такого отношения лежало устойчивое убеждение, что новая церковная политика государства является лишь временной уступкой ради достижения главной цели — победы над фашизмом44.
Причиной отказов являлось отсутствие свободных зданий или тот факт, что верующие просили открыть здания культа там, где их не было раньше, например, в пос. Кихчик Камчатской области45. В связи с необходимостью разрешения в том числе и данных вопросов 1 декабря 1944 г. было принято Постановление СНК СССР № 1643−486с «О православных церквях и молитвенных домах"46. В инструктивном письме уполномоченным от
15 декабря 1944 г. по исполнению требований документа указывалось, что не следует отклонять ходатайства об открытии церквей без достаточных оснований. Например, «за нецелесообразностью», «занятостью церковного здания под ссыпной пункт», его «непригодностью по техническому состоянию», «ветхости», из-за того, что «ближайшая дей-
ствовавшая церковь находилась в 15−25 км и могла обслужить религиозные потребности заявителей» и т. п.
Местные советские органы и уполномоченные Совета по делам Русской православной церкви были обязаны самым внимательным образом изучать ходатайства верующих. Кроме того, к решениям об отклонении заявлений на основании непригодности церковных зданий следовало прилагать акты технического осмотра и документы об отказе религиозных объединений произвести необходимый ремонт47. Таким образом, в результате принятого постановления практика работы с православной церковью и верующими изменилась в сторону большего учёта их интересов.
Применение краевой властью положений постановления от 1 декабря 1944 г. позволило принять решение об открытии молитвенного дома в селе Спасское Приморского края. Первоначально в июне 1944 г. крайисполком отклонил ходатайство религиозной группы села и го

Статистика по статье
  • 107
    читатели
  • 21
    скачивания
  • 0
    в избранном
  • 0
    соц. сети

Ключевые слова
  • ГОСУДАРСТВО,
  • СОВЕТ ПО ДЕЛАМ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ ПРИ СОВЕТЕ НАРОДНЫХ КОМИССАРОВ СССР,
  • УПОЛНОМОЧЕННЫЕ СОВЕТА,
  • РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ,
  • ВЕРУЮЩИЕ,
  • COUNCIL FOR THE RUSSIAN ORTHODOX CHURCH AT THE COUNCIL OF PEOPLE'-S COMMISSARS OF THE USSR,
  • THE STATE,
  • COMMISSIONERS OF THE COUNCIL,
  • THE RUSSIAN ORTHODOX CHURCH,
  • BELIEVERS

Аннотация
научной статьи
по истории и историческим наукам, автор научной работы & mdash- Бакшеева Елена Борисовна

В статье на основе требований нормативно-правовых документов проанализированы основные направления и особенности реализации государственной политики в отношении Русской православной церкви на Дальнем Востоке РСФСР в период Великой Отечественной войны (1943−1945 гг.). Показана роль уполномоченных Совета по делам Русской православной церкви по Приморскому и Хабаровскому краямThe basis of the article is composed of legal documents which are analyzed to find out the main trends and characteristics of state policy towards the Russian Orthodox Church in the Far East of the RSFSR duringWorld War II in 1943−1945. The author has evaluated the role of commissioners of the Council for the Russian Orthodox Church in Primorsky and Khabarovskterritories

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой