Геополитические риски этнополитических конфликтов в Кавказско-Каспийском регионе

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Политика и политические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Иса ЭЖИЕВ
ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ РИСКИ ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИХ КОНФЛИКТОВ В КАВКАЗСКО-КАСПИЙСКОМ РЕГИОНЕ
Южный Кавказ продолжает играть ключевую роль в мировой политике. После российско-грузинской войны процессы, происходящие в регионе, стали приобретать глобальный характер. В статье рассматривается влияние последствий войны на геополитическую ситуацию в регионе.
Southern Caucasus still plays the key role in world politics. After the Russian-Georgian war, the processes occurring in the region assume a global character. The article examines the impact of the war consequences on the geopolitical situation in the region.
Ключевые слова:
геополитический риск, мировая политика, геополитика- geopolitical risk, world politics, geopolitics.
События августа 2008 г. в Южной Осетии высветили, с одной стороны, кризис структуры и принципов американского миропорядка, с другой — продемонстрировали высокую степень геополитических рисков на южных рубежах России.
Война в Южной Осетии выявила большой пласт проблем, накопившихся между Россией и США с момента распада СССР. Конфронтация, длившаяся в течение почти двух десятилетий, нашла свое выражение в применении военной силы, когда все другие способы урегулировать конфликт оказались неэффективными. Свою недееспособность в очередной раз показали также миссии ОБСЕ и ООН в Закавказье.
Действия Москвы в отношении Абхазии и Южной Осетии были адекватной реакцией на политику Запада как на территории постсоветского пространства, так и на других геополитических полюсах, где столкнулись интересы России и США. Цель заключалась в том, чтобы разрушить монополию Запада на двойные стандарты. Это также можно расценивать как демонстрацию силы и симметричный ответ на признание Западом независимости Косово в феврале 2008 г. «Признание Российской Федерацией независимости Абхазии и Южной Осетии в августе 2008 года после так называемой пятидневной войны стало переломным моментом в новейшей истории этих стран. Это событие повлияло не только на внутреннюю ситуацию в республиках, но также оказало воздействие на процессы, происходящие в мировой геополитике. Августовские события сыграют важную роль в формировании нового политического ландшафта в кавказском регионе и, возможно, заложат предпосылки для пересмотра мирового порядка"1.
Российско-грузинская война положила конец рассуждениям о том, в каком мире мы живем — однополярном или многополярном. Эти события продемонстрировали, что отныне начинается эпоха многополярности. В этой связи у России появилось больше рисков в данном геополитическом пространстве.
Несмотря на эту военную авантюру, страны ЕС и НАТО делают все возможное, чтобы повлиять на геополитические процессы в регионе, продуцируя тем самым новые риски. Так, например, в вопросе признания независимости Абхазии и Южной Осетии, по мнению С. Багапша страны Евросоюза «откровенно шантажируют Белоруссию восточноевропейским партнерством в обмен на при-
1 http: // central-eurasia. com/Abkhazia/?uid=157
ЭЖИЕВ
Иса
Багаудинович — докторинт кафедры философии политики и права философского факультета МГУ им. М. В. Ломоносова. П751иб2@та11. ги
знание суверенитета Абхазии и Южной Осетии"1.
В свою очередь, НАТО принимает решение провести военные маневры в мае 2009 г. Россия, со своей стороны, 30 апреля 2009 г. подписывает с Абхазией и Южной Осетией соглашение о совместной охране границ этих республик с Грузией. А в конце июня на юге России, в Армении, Абхазии и Южной Осетии проходят совместные оперативно-стратегические учения «Кавказ-2009». «По сути, на российской границе формируется депрессивный район. А социально-экономическая неустроенность ведет, как известно, к накоплению конфликтогенного потенциала. В какой форме и когда он проявится, сказать трудно, но сама возможность его реализации чрезвычайна опасна"2.
Ситуация в Грузии становится центром внимания европейских парламентариев. 1 сентября 2008 г. Европарламент принимает резолюцию3, в которой дана негативная оценка признанию Россией Абхазии и Южной Осетии. В этой же резолюции подтверждаются планы Евросоюза диверсифицировать источники поставки и пути доставки энергоносителей в Западную Европу, минуя Россию.
Более того, главы государств и правительств стран — членов ЕС на заседании Европейского Совета в Брюсселе уже 1 сентября 2001 г. пришли к выводу о необходимости присутствия Евросоюза в регионе вооруженного конфликта. Геополитические амбиции членов Евросоюза не ограничились лишь присутствием в зоне конфликта. Европейский Совет заявил о целесообразности закрепления его позиций не только в Грузии и на территории бывших грузинских автономий, но и во всем регионе для «поддержки регионального сотрудничества и повышения уровня отношений с восточными соседями"4. Подобные декларации ЕС несут в себе крупные риски, поскольку Союз еще не выработал рабочую стратегию, у него нет поддержки общественности для более
1 Цит. по: Независимая газета, 2009, 6 мар.
2 Федулова Н. Конфликтогенные зоны ближнего зарубежья: угроза интересам России // Мировая экономика и международные отношения, 2010, № 2, с. 77.
3 http: // www europe. eu/ sides/ get Doc. do? pub Ref=Ep//NONSGML+ MOTION + B6−2008 -0412+0+D0C+W0RD+V0/EN
4 http: // www. consilium. europa. eu/ueDocs/cms-
Data/bocs/pressData/en/ec/102 545. pdf
глубокого вхождения в проблемы региона. Европейский союз находится в состоянии неопределенности по поводу своей собственной роли в мире.
Таким образом, война в Южной Осетии еще более выпукло продемонстрировала заинтересованность третьих сил в укреплении своих позиций в регионе. Однако ни одна из международных организаций по поддержанию безопасности не смогла предложить компромиссный вариант решения конфликтов, в результате чего он принял глобальный характер. Призыв к пересмотру архитектоники институтов европейской безопасности прозвучал в выступлении президента РФ Д. Медведева в октябре 2008 г. во французском городе Эвиане: «Сегодня никуда не уйти от факта, что для предотвращения грузинской агрессии не сработали ни многосторонняя дипломатия, ни региональные механизмы, ни вся нынешняя европейская архитектура безопасности в целом. Особенно наглядно продемонстрировал свою ущербность натоцентризм. ,"5.
Тот факт, что ни одна из стран СНГ не признала независимость Абхазии и Южной Осетии, был весьма характерным сигналом, доказывающим отсутствие солидарности с Россией по этому вопросу. «Направление дрейфа различных государств СНГ к зарубежным центрам различается — от полного разрыва с Россией (Грузия) до довольно тесного с ней сотрудничества (Казахстан, Белоруссия). Однако «дрейф» присутствует у всех, что практически исключает проявление таких форм солидарности с Россией, которые могут вызвать раздражение других мировых центров силы"6. Признание постсоветскими странами независимости Абхазии и Южной Осетии означало бы, во-первых, углубление кризиса во взаимоотношениях между Россией и Западом, во-вторых, это вызывало бы недовольство Запада, чего, по всей вероятности, лидеры постсоветских стран пытаются избегать. К тому же на фоне существования на территории бывшего СССР так называемых замороженных конфликтов (армяно-азербайджан-
5 Медведев Д. Выступление на Конференции по вопросам мировой политики // http: // www. news. kremlin. ru/transcripts/1659http: // www. news. kremlin. ru/transcripts/1659
6 Загладин Н. Конфликт вокруг Грузии — симптом кризиса системы миропорядка // Мировая экономика и международные отношения, 2010, № 5, с. 9.
ский, приднестровский) это могло бы вызывать целый ряд противоречий во взаимоотношениях постсоветских стран. Понимая эту особенность и другие взаимозависимости, Россия, видимо, не спешит использовать свои рычаги воздействия на эти страны. Вместе с тем и страны СНГ пытаются не обострять отношения с Россией, которая для многих является важным торговым партнером, гарантом военной безопасности (Таджикистан). Некоторые постсоветские страны используют напряжение между Россией и Западом в своих собственных интересах.
Одной из составляющих теории геополитического риска является ограничение или потеря суверенитета государства. С этой точки зрения российско-грузинская война обострила вопрос о якобы самом глубоком противоречии современных международно-правовых норм, с одной стороны, утверждающих суверенитет государств, с другой — ограничивающих его1. В трактовке понятия «суверенитет» существуют три точки зрения. Одни (постсоветские республики) рассматривают суверенитет в юридических терминах, подчеркивая равноправие гражданских наций в мировом сообществе. Другие (Россия) понимают суверенитет как наличие возможностей (военная мощь, национальная экономика и культурная идентичность), подразумевающее, что только у великих держав есть право на суверенитет. Третьи (Европейский союз) рассматривают суверенитет как «место за столом», политический входной билет в сообщество с общими интересами2.
Действительно, война на Южном Кавказе поставила под сомнение суверенитет и территориальную целостность государств региона. Более всего риску потери государственности и суверенитета подверглась Грузия, участвовавшая в войне с Россией. Сам факт дислокации российских войск на территории, контролируемой Грузией, показал уязвимость грузинского суверенитета.
События августа 2008 г. заставили обратить внимание на ситуацию вокруг Нагорного Карабаха. Президент России Д. Медведев не раз заявлял, что позиция
1 Там же, с. 4.
2 Августовские залпы: событие незначительной важности с последствиями //"Open Democracy»,
Великобритания. 02. 08. 2009 // http: //www. inosmi. ru/world/20 090 802/251232. html
вокруг Южной Осетии и Абхазии не имеет ничего общего с Нагорным Карабахом. Политика России на карабахском направлении, в отличие от начала 90-х гг., когда она односторонне поддерживала своего стратегического партнера — Армению, претерпела значительные изменения. Динамичные геополитические процессы, происходящие в этом регионе, заставили Россию занять лидирующую позицию в урегулировании конфликта между Азербайджаном и Арменией. Это обусловлено как исторической вовлеченностью в происходящие в регионе события, так и попыткой минимизации рисков вблизи своих границ. Последний фактор имеет для России большое значение, поскольку Вашингтон пытается добиться от Азербайджана согласия на размещение своих военных баз на его территории — по сути, на границе с Россией. Понимая, что центр силы переместился в сторону России, Азербайджан стал делать акцент на повышение уровня взаимоотношений между двумя странами. После августовских событий 2008 г. началась активизация процесса урегулирования конфликта между Азербайджаном и Арменией. 2 ноября 2008 г. при участии Д. Медведева президенты Азербайджана и Армении подписали совместную декларацию о намерении урегулировать конфликт3. Очевидно, что после событий в Грузии к обеим сторонам пришло осознание того, что так называемые замороженные конфликты чреваты серьезными последствиями. Несмотря на преобладание реваншистских настроений в одной стране и консервативных позиций в другой, верх все-таки взял трезвый подход, а именно — продолжение переговорного процесса.
В марте 2009 г. в Вене состоялся форум, в котором участвовали официальные представители Минской группы ОБСЕ (США, Франция, Россия) по урегулированию азербайджано-армянского конфликта, а также представители гражданских обществ Азербайджана, Армении и НКР. Здесь сопредседатель Минской группы от Франции Бернар Фасье озвучил общую позицию посредников, заявив, что для позитивного перелома нынешнего положения «наиболее реальным является возвращение Азербайджану контролируемых армянскими военными территорий, выра-
3 Федулова Н. Указ. соч., с. 77.
ботка с учетом гарантий безопасности временного статуса Нагорного Карабаха, приемлемого для Баку и Еревана"1.
Необходимо отметить, что в последнее время позиция Азербайджана претерпела изменения. Он уже не настаивает на возвращении под свою юрисдикцию всей оккупированной Арменией территории так категорично, как это было, например, год или более назад. Серьезным препятствием на пути урегулирования конфликта остается позиция Армении, которая настаивает на том, что сначала должен быть решен вопрос о статусе Нагорного Карабаха.
Неурегулированность данного конфликта создает условия для борьбы ведущих региональных и внерегиональных держав, продуцирует риски установления контроля над таким стратегически важным для России регионом, как Большой Кавказ.
Используя фактор смягчения позиции Азербайджана относительно условий мирного урегулирования, Россия стремится склонить Армению к достижению промежуточного консенсуса. Геополитические и стратегические интересы России должны преобладать над амбициями и фобиями ее союзников, поскольку она рискует окончательно потерять доверие стран (Азербайджан), занимающих стратегические позиции в регионе. В этом случае США могут сыграть на противоречиях Азербайджана и России, двигаясь к вожделенной цели — размещению своих военных баз на территории Азербайджана. России очень важно использовать преобладающий в последнее время трезвый подход Азербайджана в своих стратегических целях. Геостратегия России должна преобладать над всеми остальными составляющими в отношениях даже с самыми близкими союзниками. Свидетельством этому является изменение тактики российского
руководства в вопросе разрешения данного конфликта. Так, в апреле 2009 г. в Москве Д. Медведев провел переговоры с президентом Азербайджана И. Алиевым, а неделей позже — с президентом Армении С. Саргсяном. Из заявлений И. Алиева, сделанных им по возвращении в Баку, можно судить о том, что ему удалось заручиться поддержкой российского президента в вопросах возвращения беженцев в Карабах и вывода армянских воинских формирований из районов, прилегающих к НКР.
Вместе с тем в регионе активную роль в урегулировании конфликта пытается играть Евросоюз. Однако эти усилия связаны в большей степени с энергетической зависимостью от этого региона. Евросоюз пытается играть на противоречиях региона, не скрывая при этом свои интересы. Так, в начале февраля 2008 г. член Еврокомиссии по внешним связям и европейской политике соседства Б. Ферреро-Валднер предупредила Азербайджан, что так называемые замороженные конфликты в регионе Южного Кавказа могут стать барьером для более глубокого сотрудничества с Европейским союзом. Учитывая напряженную обстановку в районе конфликта, подобного рода заявления лишь усиливают риски возобновления военных действий. «За 2010 г. угроза новой войны в регионе Нагорного Карабаха стала более реальной… выросла снайперская активность на линии соприкосновения, увеличилось количество инцидентов с применением оружия"2. Следовательно, подобными действиями ЕС рискует потерять какое-либо влияние на ситуацию в регионе. Отсутствие стратегически выверенной внешней политики по отношению к региону также ставит под сомнение позитивную роль ЕС на Южном Кавказе.
1 Цит. по: Независимая газета, 2009, 26 мар.
2 М1р: //сеп1га1-еига81а. сот/?ш1=353

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой