Модальность необходимости и долженствования конструкций с инфинитивом-сказуемым (на материале русских пословиц и поговорок)

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Языкознание


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Вестник Челябинского государственного университета. 2011. № 8 (223).
Филология. Искусствоведение. Вып. 51. С. 147−152.
Е. А. Хузина
МОДАЛЬНОСТЬ НЕОБХОДИМОСТИ И ДОЛЖЕНСТВОВАНИЯ КОНСТРУКЦИЙ С ИНФИНИТИВОМ-СКАЗУЕМЫМ (НА МАТЕРИАЛЕ РУССКИХ ПОСЛОВИЦ И ПОГОВОРОК)
В данной статье рассматривается семантика модальности необходимости и долженствования инфинитивных конструкций на примере русских пословиц и поговорок. Категория модальности необходимости и долженствования несет в себе различные оттенки значений, которые в пословицах и поговорках не просто накладываются друг на друга, а находятся в мотивированных взаимосвязанных отношениях.
Ключевые слова: модальность необходимости, модальность долженствования, инфинитивные конструкции, пословицы, поговорки.
Модальность — широкая семантическая категория, во многом определяющая смысловую структуру предложения и обеспечивающая его контакт с внеязыковой действительностью. Исследованию категории модальности посвятили свои работы многие известные лингвисты (В. В. Виноградов, Ш. Балли,
А. В. Бондарко, Т. В. Булыгина, Г. А. Золотова, А. М. Пешковский, И. П. Распопов,
Н. Ю. Шведова, Д. Н. Шмелев и мн. др.). В свете функционально-семантического подхода модальность понимается нами как широкая семантическая категория, содержательный объем которой определяется смысловой двуаспектно-стью предложения — номинативным (пропозициональным, диктумным) и коммуникативным (прагматическим, модусным) аспектами, и репрезентируется разноуровневыми языковыми средствами.
Вопрос о содержании категории модальности как фундаментальной языковой категории, средствах её формального выражения в современной лингвистической науке до конца не решен. Исследование специальной литературы показывает, что собственная модальная семантика инфинитива, обнаруживаемая у него в определенных условиях контекста, как и условия ее реализации инфинитивом, остаются не до конца изученными. Не вполне определен и объем модальных значений, которые способен выражать инфинитив в различных контекстуальных условиях, и их характер.
Актуальность данной статьи обоснована необходимостью дальнейшего, более тщательного изучения модального потенциала инфинитива. Категория модальности не имеет формального представления в форме инфинитива, возможно, поэтому лингвисты отводили ему
второстепенную роль в выражении значений категории модальности.
Объектом исследования в данной работе являются односоставные безличные и инфинитивные предложения с инфинитивом в роли сказуемого. Материалом исследования являются пословицы и поговорки (150 устойчивых единиц), извлеченные из фразеологических словарей и толкового словаря русского языка. Эти языковые единицы, неоднозначно трактуемые и квалифицируемые специалистами то как паремические элементы, то как особые фразеологические единицы, то как особый жанр фольклора, а в последнее время — как лингвокреативный феномен, несущий в себе огромный поток историко-культурной, лингвокультурологической информации, привлекают к себе внимание исследователей уже многие десятилетия.
Результаты анализа примеров на материале пословиц и поговорок, содержащих инфинитив, позволяют утверждать, что, помимо случаев, когда модальный план высказывания определяется другими членами предложения, а инфинитив несет лишь отраженное модальное значение, существуют случаи, когда инфинитив обнаруживает способность выражать собственное модальное значение.
Пословицы и поговорки реагируют на все явления действительности, отражают жизнь и мировоззрение народа во всем многообразии, они передают бытовые, социальные, философские, религиозные, морально-этические, эстетические народные взгляды. Необходимо отметить, что рассматриваемые в рамках данной статьи краткие народные изречения имеют одновременно буквальный и образный характер, содержат обобщение по содержанию. Субъект
действия, субъект оценки и само объективируемое действие в пословицах и поговорках мыслится в обобщенном виде, высказываемая позиция в этих метких выражениях проявляется как отношение народа к различным жизненным явлениям.
Вслед за А. В. Бондарко, С. Н. Цейтлин, С. Н. Туровской и мн. др., мы полагаем, что модальное значение необходимости и долженствования передает безальтернативное и непременное превращение потенциального в актуальное. Модальность необходимости и долженствования представляет собой разновидность предикативной модальности, отражающей оценку говорящим способа существования связи между предикатными предметами, то есть субъектом и его признаком [1. С. 123]. Потенциальность выражается различными средствами: лексико-грамматическими (мо-
дальными глаголами и их эквивалентами), морфологическими (видо-временными формами глагола), синтаксическими (инфинитивными конструкциями, конструкциями с формами повелительного наклонения и др. [1. С. 125].
Категория модальности необходимости и долженствования несет в себе различные оттенки значений: волюнтативности, побудительной желательности, необходимости совершить или не совершить действие, способности, умения, разрешения, запрета и т. д. В семантике собственно необходимости можно выделить следующие признаки: тип каузатора — внутренняя потребность в совершении действия или обстоятельства- отношение субъекта действия к его выполнению нейтральное или положительное. Значение долженствования характеризуется следующим: каузатор — веление долга- отношение субъекта действия к его выполнению
— нейтральное или положительное. Значение вынужденности определяется следующими признаками: вынужденное действие — это результат воздействия чужой воли или обстоятельств- выполнение вынужденного действия негативно оценивается его субъектом.
Модальные значения необходимости и долженствования, обнаруживаемые в семантике пословиц и поговорок, могут быть эксплицитными, то есть имеющими лексическое, формальное или графическое выражение, или имплицитными — скрытыми. Одним из средств выражения скрытой модальности является инфинитив. Инфинитив — наиболее отвлеченная форма глагола, не обозначающая реального действия, а только называющая его. По выра-
жению А. М. Пешковского, «язык сделал колоссальное завоевание в области мысли, создав представление о процессе самом по себе, вне связи его с производителем процесса и вне опредмечивания процесса» [8. С. 321]. Обладая максимальной функциональной емкостью и концентрацией специфических признаков категории, инфинитив может не только характеризовать действие (состояние) в отвлеченности от деятеля, но и участвовать в выражении отнесенности действия (состояния) к субъекту разной степени конкретизации: к реальному или потенциальному, определенному или неопределенному, конкретному или обобщенному производителю действия, носителю состояния.
Одной из необходимых форм выражения предикативности является определенная модальность сказуемого. Инфинитив, становясь сказуемым, непременно приобретает определенную модальную окрашенность. Модальность инфинитивного сказуемого является не зависимой от лексического значения других слов. Характерным, как с современной, так и генетической точек зрения, модальным значением независимого предикативного инфинитива следует признать значение долженствования или необходимости, которое путем анализа можем вскрыть, в той или иной степени, во всех разрядах инфинитивных предложений, что не исключает наличия и ряда других модальных оттенков, составляющих специфику отдельных групп этих предложений [10. С. 265]. Модальность зависимого инфинитива несамостоятельна и определяется лексически- модальность же независимого предикативного инфинитива является грамматической, так как она свойственна особой синтаксической форме инфинитива
— независимому предикативному инфинитиву [10. С. 266].
Известно, что форма инфинитива в русском языке обладает общим функциональным признаком: она обозначает действие, по отношению к которому проявляется интенциональная установка его субъекта или оценка (субъект оценки может совпадать с субъектом действия или быть внешним), и тем самым объективирует действие по отношению к его субъекту или к субъекту оценки: 'С ним говорить, что решетом воду носить'. В представленном примере субъект оценки совпадает с субъектом действия, выражается оценка действия — 'с ним говорить бесполезно, все равно ничего не выйдет'.
В соответствии с функцией необходимости инфинитив часто характеризуется лексически
или синтаксически выраженной модальностью со значением долженствования ('должен', 'обязан сказать', 'тебе необходимо', 'надо все рассказать', 'тебе ехать' и т. д.): 'Помочь не устать, так надо дело знать', 'Чтобы рыбку съесть, надо в воду лезть', 'Кто хочет много знать, тому надо мало спать'. В данных примерах мы видим лексически выраженную модальность, осуществляемую с помощью безличного предикатива 'надо', действие представлено как потенциальное. Разберем последний пример: 'надо мало спать' не значит, что так нужно сделать, а только: 'если кто-то захочет много знать, то тогда ему придется (необходимо) пожертвовать частью сна ради знаний'. Безличный предикатив 'надо' в наших примерах имеет значение 'считать целесообразным осуществление действия, результат которого заведомо представляется субъекту отвечающим его интересам, способствующим достижению цели и в силу этого заслуживающим того, чтобы приложить усилия'.
Видовые значения в форме инфинитива не всегда релевантны для выражения той или иной модальности, особенно если она выражена лексически в конструкциях с зависимым инфинитивом, но в тех случаях, когда инфинитив выступает в качестве независимого компонента в модальной синтаксической конструкции, его модальное значение тесно связано с категорией вида [1. С. 113]: 'Заморить червячка', 'Жать под свой локоть (ноготь)'.
Вместе с тем лексически выраженная модальность в тех конструкциях, где инфинитив представлен в качестве зависимого компонента, влияет на выбор частных значений видов: в утвердительных предложениях значение необходимости допускает употребление как совершенного вида, так и несовершенного вида: 'Будешь меня поминать, когда станешь кобылу за хвост подымать', 'Умей у людей погостить, и к себе запросить, до ворот проводить и опять воротить'. В данных примерах употреблен как совершенный, так и несовершенный вид, также можно выделить значение необходимости, предопределенности действия для говорящего. Особенности модального значения оказывают влияние на выбор частных видовых значений: одни модальные значения (в частности, побудительно-повелительное): 'будешь поминать — когда станешь подымать', допускают реализацию всего набора частных значений видов, другой пример: 'умей погостить, запросить, проводить, воротить', несет значение
волюнтативности, побудительной желательности, необходимости) допускает главным образом противопоставленное употребление видов по признаку обозначения единичного совершенного вида и неединичного несовершенного вида характера предельных действий.
Важно заметить, что несовершенный вид обычно употребляется для выражения неединичных, а совершенный вид — для выражения единичных предельных действий: 'Кто называет себя должником, тот хочет заплатить', 'Смерть не близко, так и не страшно- а близко — знать не миновать' (совершенный вид). 'Бери, чтоб не каяться, жить в любви, да не маяться', 'Кому-нибудь и печи топить, а иному и трубы чистить', 'Коли день хвалить, так и ночь бранить' (несовершенный вид).
Модальное значение необходимости/отсутствия необходимости совершать действие характеризуется более сложными взаимоотношениями с видовыми значениями: 'Где ни жить, не миновать служить', 'Неродословному с родословным не местничать' (не считаться). 'Ему, как свинье, век на небо не глядеть', 'Службу служить, другу не дружить', 'Воевать, так не горевать, а горевать, так не воевать'. В данных примерах прежде всего выделяется отрицательное значение, которое координируется только с обобщенно-фактической функцией несовершенного вида и несет характер эмфатического отрицания. Действие представлено в пословицах как потенциальное. Наличие же отрицания при инфинитиве сообщает о предписании не выполнять действие. Данное значение конкретизируется в выражении каузации отказа от предполагаемого осуществления действия, например в последнем примере 'либо воевать, либо горевать' - в вариантах целесообразности, ненадобности, ненужности и т. д.
Частные значения видов в ряде случаев участвуют в дифференциации модальных значений глагольных форм, синтаксических конструкций и контекста или зависят в своем употреблении от особенностей тех или иных модальных значений. В следующих примерах субъект включен в непосредственную реализацию действия: 'Не умел шить золотом, так бей молотом', 'Жить в соседах — быть в беседах'. Данные примеры модальности долженствования несут в себе явления, которые существуют в действительности, так, взглянув на последний пример, мы понимаем, что 'если есть у человека соседи, то эти люди обязательно будут общаться, хотя бы изредка, по дружбе, либо в
силу каких-то обстоятельств'. В предлагаемых примерах значения видов сказуемых находятся в определенных мотивированных связях с выражаемыми модальными значениями. В этом отношении показательна связь частных значений несовершенного вида с такими модальными значениями, которые предполагают самый факт включения (в том числе и возможного) субъекта в непосредственную реализацию действия, — со значением запрета, настоятельной рекомендации, совета, отрицательной оценки действия: 'Гусаром игры не заканчивать' ('Гусаром' - в трактовке В. И. Даля — «в биллиардной игре, случайно сделанный шар, упавший в лузу зря») [5. С. 537]. Демонстрируемые примеры подтверждают слова Е. М. Галкиной-Федорук о том, что «модальная категория необходимости выражает явление, которое вытекает из самой действительности» [3. С. 175].
С другой стороны, показательна связь частных значений совершенного вида с такими модальными значениями, которые предполагают достижение субъектом того или иного предела действия, — со значениями субъективной возможности/невозможности, намерения, просьбы, совета: 'Чужого мужа полюбить — себя погубить'. Данный пример демонстрирует семантику долженствования, с присутствием негативной оценки потенциально выполняемого действия.
В. В. Виноградов считал, что существует «особый круг предикативных выражений, обозначающих модальную оценку, которые образуют сочетания с инфинитивом отыменных слов, употребляются для обозначения состояния»: 'пора', 'время', 'должно', 'надобно', 'надо', 'нужно', 'суждено' [2. С. 123]. 'Кто хочет драться, тому надо с силой браться'. Семантика представленного примера сказуемого несет в себе высокую степень облигаторности, акцент ставится на предписании, глагол выражает значение необходимости в наиболее «чистом» виде и одновременно наиболее категорично, подразумевая значения: 'необходимо', 'нужно', 'должно'.
Модальное значение сказуемого может быть также выражено и глагольными формами: 'Хотел брыснуть, а пришлось свистнуть' ('Брыскать' означает отгонять кошку, кричать на нее 'брысь') [5. С. 231]. Формой прошедшего времени здесь сообщается о действии, которое уже произошло, говорящий в момент речи может уже оценить результат действия. Вторая предикативная единица представляет действие как реальное, состоявшееся.
На наш взгляд, категория необходимости включает в себя долженствование и целесообразность, то есть является более широким понятием. Вслед за Н. Ю. Шведовой, к предложениям со значением долженствования мы относим такие, в которых «то, что сообщается, предстает как предписываемое, обязательное, необходимое, причем & lt-… >- эта обязательность часто сочетается с вынужденностью» [12. C. 111]: 'Хоть топиться, а с милым сходиться'. Действие здесь представлено как потенциальное, глагол имеет оттенок степени проявления сильного желания, необходимости, целесообразности. В лексическом значении глагола заложено значение 'приложение больших усилий для выполнения действия'.
Рассмотрим далее сказуемые, выражающие модальное значение долженствования. Модальность в них выражается грамматизо-ванными лексическими средствами, а темпо-ральность оказывается целиком зависимой от наличия формального средства ее выражения. Существуют ситуации осознания субъектом предмета потребности, и его отношение к ее удовлетворению возникает тогда, когда субъект ощутил недостаток, потребность, нужду в чем-либо. На эту потребность указывают прежде всего безлично-предикативные слова 'надо', 'нужно', 'необходимо' - самые употребительные в языке средства выражения необходимости" [11. C. 26]: 'Надо молодым гуню собрать' (о свадебных подарках) — 'Не о том, кума, речь, а надо взять да беречь', 'Площадная речь, что надо деньги беречь', 'Как ни плохо, а перебиться надо'. В данных примерах модификатор модального значения необходимости 'надо' представлен в значении 'это отвечает внутренней потребности субъекта, его намерению': 'Надо б пообедать. — Так хлеба нет!
— А кнут есть? — Есть. — Пойдем собак гонять', 'Жить — не сено трясти, а надо домок свести'. Здесь необходимость является одновременно и ситуацией волюнтативной, требующей для своей реализации волевых предпосылок, направленных на обеспечение реализации действия.
Употребление отрицательной частицы при безлично-предикативном слове сообщает о предписании не выполнять действие: 'Вот жизнь: и помирать не надо', 'Не надо жить, как набежит'. Лексическое значение модального компонента в данных примерах содержит в себе негативную эмоциональную оценку действия.
В предложениях, где значение необходимости выступает в наиболее узком смысле, в своем доминантном значении — 'необходимость, надобность', часто присутствует указание на детерминирующую причину, представленное чаще всего в ближайшем к сказуемому словесном окружении. Планируемая ситуация выступает как намерение, которое обусловлено причиной: 'Кому надо собаку ударить, тот и палку сыщет'. В следующем примере также пред-текст содержит указание на причину, детерминирующую ситуацию необходимости: 'Чтоб узнать человека, надо с ним пуд соли съесть'.
В пословицах и поговорках безличнопредикативное слово 'надо' иногда употребляется в просторечной форме 'надоть' и выступает в сочетании с инфинитивом в безличных предложениях типа: 'Надоть покликать, да надоть и посыпать'.
Обращает на себя внимание тот факт, что в пословицах и поговорках большим числом реализаций представлены экспрессивные варианты предложений со сказуемым 'инфинитив + надо', в которых на первое место выносится инфинитив, а зависящая от него словоформа остается на последнем месте, это «предложения с рамочной акцентной структурой» [9. С. 325]. Такая инверсия с препозицией инфинитива и постпозицией безлично-предикативного слова 'надо' являет собой отклонение от нормы, что в большей степени характерно для высказываний разговорного стиля. Данное несоответствие языковых явлений стандарту, лежащее в основе экспрессивности, нетипичность и поэтому необычность, выразительность речи, присущи стилю пословиц и поговорок: 'Улов не улов, а обрыбиться надо', 'Когда-нибудь умирать надо', 'Нанялся волк в пастухи, говорит: как быть, послужить надо', 'С его совестью и помирать не надо'.
Лексема 'пора' выполняет роль темпорального маркера ситуации необходимости и указывает на обстоятельства существующей необходимости, актуализирует частное значение потребности либо вынужденности. Выступая в модальной функции, 'пора' указывает на временную обусловленность. Семантика самого слова содержит указание на принудительную причину, определяющую потенциальное действие [6. С. 57], либо может интерпретироваться как 'имеется необходимость в совершении действия, так как настал для этого срок': 'Старый хрыч, пора тебе спину стричь', 'Полно браниться, не пора ль помириться?', 'Боже мой,
боже, всякий день тоже: полдень приходит, обедать пора', 'Полно браниться, пора подраться'. 'Пора' употребляется в значении сказуемого, в сочетании с инфинитивом имеет значение 'настало время для чего-нибудь, надо'.
Модификатор 'пора' также может указывать на отношение к действию, которое должно последовать за каким-то другим, прямо или косвенно послужившим его причиной. В следующих примерах лексема 'пора' сигнализирует о действиях, которые необходимо совершить в дальнейшем: 'Чем все завтракать, так не пора ли пообедать?', 'Пора спать, коли некого ждать', 'Хороши завтраки натощак- а не пора ли повечерять', 'Полно пить, пора ум-разум копить'. Так, в последнем примере реализуется значение 'пришло время разуметь, то есть копить разум', это действие должно последовать за другим, прямо послужившим его причиной
— 'долгое время пьянства'.
Нужно отметить, что в пословицах и поговорках семантика безлично-предикативного слова 'пора + инфинитив' экспрессивно нагружена, необходимость выражается более эмоционально: 'Полно плести, пора домой брести!', 'Полно путать, пора узлы вязать!'
Таким образом, можно констатировать, что значительное количество экспрессивных вариантов предложений с безлично-предикативным словом 'надо + инфинитив' в пословицах и поговорках свидетельствует о специфике разговорного жанра, а также о способности конструкции 'надо + инфинитив' представлять широкий спектр реализации семантики необходимости.
Подводя итог вышеизложенному, следует отметить, что семантика модальности необходимости и долженствования инфинитивных конструкций в пословицах и поговорках включает в себя многочисленные оттенки значений: волюнтативности, побудительной желательности, необходимости совершить или не совершить действие и т. д. Модальные значения необходимости и долженствования в метких народных изречениях не просто накладываются друг на друга или «соседствуют» друг с другом, а находятся в мотивированных взаимосвязанных отношениях. Этот факт нам представляется неслучайным, поскольку использование пословичного жанра в прошлом было стремлением передачи опыта, народной мудрости молодым поколениям, служило средством воспитания в человеке нравственности и духовности.
Список литературы
1. Бондарко, А. В. Теория функциональной грамматики. Введение. Аспектуальность. Временная локализованность. Таксис / отв. ред. А. В. Бондарко. Л.: Наука, 1988. 348 с.
2. Виноградов, В. В. О категории модальности и модальных словах в русском языке // Тр. ин-та рус. яз. Т. 2. М. — Л., 1950. С. 38−79.
3. Галкина-Федорук, Е. М. Об экспрессивности и эмоциональности в языке // Сб. ст. в честь В. В. Виноградова. М., 1958. С. 103−125.
4. Даль, В. И. Пословицы русского народа. М.: Рус. кн., 1993. 614 с.
5. Даль, В. И. Иллюстрированный толковый словарь русского языка. М.: Эксмо, 2008. 895 с.
6. Крючков, А. Л. Синонимика односоставных и двусоставных предложений с модаль-
ным значением необходимости: дис. … канд. филол. наук. М., 1986. 193 с.
7. Молотков, А. И. Фразеологический словарь русского языка. М., 1967. 542 с.
8. Пешковский, А. М. Русский синтаксис в научном освещении. М.: Учпедгиз, 1956. 511 с.
9. Русская грамматика. Т. 1 / отв. ред. Н. Ю. Шведова. М.: Наука, 1980. 743 с.
10. Тимофеев, К. А. Об основных типах инфинитивных предложений в современном русском литературном языке // Вопросы синтаксиса современного русского языка. М.: Просвещение, 1950. 410 с.
11. Чернова, С. В. Модальные глаголы в современном русском языке. Семантическая модель «замысел — осуществление замысла». Киров: Изд-во ВГГТУ, 1996. 160 с.
12. Шведова, Н. Ю. Очерки по синтаксису русской разговорной речи. М.: Изд. АН СССР, 1960. 377 с.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой