Модели перераспределения доходов в контексте социальной справедливости

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Экономические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

МОДЕЛИ ПЕPЕPACПPЕДЕЛЕHИfl ДОХОДОВ Б КОНТЕКСТЕ СОЦИАЛЬНОЙ CПPAВЕДЛИВОCТИ
ЖИГАЛО Е.А. ,
аспирант экономического факультета, Южный федеральный университет, г. Ростов-на-Дону, e-mail: sunbeam2205@mail. ru
Обеспечение экономически эффективного удовлетворения потребностей граждан в общественных благах — одна из основных функций государства. Оптимизация структуры общественных благ, ресурсное обеспечение их производства и распределение бремени финансирования является сложной задачей. Однако она объективна и поддается исчерпывающему определению в экономической науке.
В то же время требования граждан к государству обычно направлены на использование его полномочий не только для организации коллективных действий по созданию общественных благ. На государство возлагают также справедливое распределение и перераспределение доходов.
Категория справедливости носит в большей степени психологический характер, а не экономический. Однако достаточно большое количество ученых-экономистов посвятили свои труды исследованию данной категории и рассматривали ее в разрезе повышения благосостояния общества (так называемая «экономика благосостояния»).
Ключевые слова: справедливость- распределение- перераспределение- государственная социальная политика.
MODELS OF INCOME REDISTRIBUTION IN THE CONTEXT OF SOCIAL JUSTICE
ZHIGALO E.A. ,
Graduate student of the Faculty of Economics, Southern Federal University, Rostov-on-Don, e-mail: sunbeam2205@mail. ru
Providing cost-effectively meet the needs of citizens for public goods is one of the main functions of the state. Optimization of the structure of public goods, resource support their production and distribution of the burden of funding is a difficult task. However, it lends itself to objective and exhaustive definition in economics.
At the same time the demands of citizens to the state generally directed to the use of his powers, not only to organize collective action to create public goods. The State has also equitable distribution and redistribution of income.
Category justice is more psychological in nature, not economic. However, quite a number of economists have devoted their research works in this category and considered it in the context of improving the welfare of society (so-called «wel-fare economics»).
Keywords: justice- distribution- redistribution- state social policy.
JEL classification: A14, H5, H6.
Перед экономикой общественного сектора стоит задача внимательно анализировать характер, предпосылки и следствия перераспределительных процессов. Это связано с необходимостью понимания действительной логики экономических действий государства и обоснования практических рекомендаций. В частности, важно определить пределы, в которых могут согласовываться (в некоторой степени) конфликтующие интересы. Кроме того, необхо-
© Е. А. Жигало, 2013
TERRA ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 4 Часть 3
ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 4 Часть 3
димо прослеживать влияние, оказываемое политикой распределения, соответствующей конкретной трактовке справедливости, на экономическую эффективность производства общественных и частных благ.
Согласно Дж. Миллю, экономические законы производства должны отличаться от законов распределения, так как они объективны и на длительном временном отрезке не допускают произвола и случайности. Законы производства детерминированы техническими условиями и имеют характер, «свойственный естественным наукам». Они не зависят от воли. Тогда как законами распределения управляет «человеческая интуиция». Их формируют индивиды в результате общественной практики, что может привести к большим деформациям в общественном развитии, особенно в короткие периоды времени. Так, Милль отмечал, что законы распределения определяются мнениями и желаниями правящей элиты общества, сильно различающимися в разные века и в разных странах (Милль, 1980. Т. 1. С. 337−338).
Государство реализовывает свои социальные функции через институты на разных организационных уровнях. При этом в качестве последних могут выступать не только государственные структуры. Субъектами государственной социальной политики являются компетентные государственные органы и учреждения, которые образовывают социальное информационное и правовое поле, осуществляют материальное обеспечение или натуральные виды помощи (например, социальные услуги) нуждающимся в них индивидам в границах федеральных или территориальных гарантий.
Структура государственной социальной политики состоит из основных направлений, совпадающих с системой социальных функций и механизмов реализации этих функций, к которым можно отнести различные структуры, нормы и принципы (не только государственные). Например, институты и принципы трипартизма и социального партнерства не являются структурными элементами государства, но при этом представляют собой важные механизмы, посредством которых выполняется ряд социальных функций социальной защиты, осуществляется сглаживание социального неравенства, обеспечивается занятость, предоставляются социальные услуги и повышается благосостояния. Как механизмы социальной политики они служат для решения поставленных государством задач.
При этом различные аспекты социальной политики государства, прежде всего, в разрезе увеличения благосостояния населения через перераспределение доходов, невозможно анализировать вне категории справедливости. Исторически взгляды и подходы к исследованию социальной политики в данном аспекте менялись. Можно условно выделить ряд этапов развития теории справедливого распределения и перераспределения.
1. В конце XVIII в. в России и Европе сформировывалась государственно-административная система общественного призрения. Она характеризуется становлением институциональной системы помощи, образованием правовой базы, административной формой управления, включающей территориальные структуры, частичное государственное финансирование социальной помощи. Особенность данного этапа состоит в содействии государства другим институтам — индивидуальной и общественной благотворительности, благотворительным обществам, местной власти, церкви — в исполнении социальных функций, при этом ответственность за социальную политику несло государство.
В этот же период происходит развитие идей справедливости и солидарности, которые в ходе Великой французской революции преобразовались в принципы. Идея справедливости как соответствие природе вещей или экономической/политической норме дополнилась идеей справедливости в рамках общественного договора и естественных прав человека.
2. Во второй половине XIX в. начался переход социальных функций от общества к государству. Это было обусловлено развитием производительных сил, требовавших более мощной социальной интеграции общества, достигнуть которой можно было только через деятельность государства по консолидации всех граждан на основе принципа солидарности. При этом отношения «государство-личность» и «государство-общество» подверглись ряду изменений, связанных с совпадением целей государства и морально-этических принципов общества. Социалистами-утопистами подчеркивалась преобладающая ценность всеобщего блага и подчинения личных интересов общественным, а государство рассматривалось исполнителем общественных целей. Л. фон Штайн в 1850 г. выдвинул идею социального государства, снимавшую довлевшее со времен Аристотеля противоречие, которое возникло вследствие деления государств на правильные (в них достигается общее благо) и неправильные (в них достигаются частные цели). В социальном государстве впервые реализуется совпадение личностных и общественных целей, а также принятие государством целей индивида как своих собственных (Кочеткова, 2008. С. 76).
В основе идеи социального государства лежат представления социалистов-утопистов, преобразовавшиеся И. Бентамом и Э. Чэдвиком в тезис о необходимости оценки законодательства и институтов в разрезе «наибольшего счастья для наибольшего числа людей». Э. Чэдвик был первым, кто выдвинул положение о необходимости изменения социальной среды с помощью деятельности государства, не только выполняющей функцию помощи слабым, но и создающей условия для развития своих граждан (Охонин, 2009. С. 20).
3. В дальнейшем развитие представлений о социальных правах, лежащее в основе идеи социального государства, происходило преимущественно в рамках социал-демократических теорий. Начиная с «Утопии» Т. Мора, категории «равенство» и «справедливость» жестко связываются с государственным устройством и переходят из умозрительной плоскости в практическую, преобразовываясь в цели реального переустройства мира. Переломная точка перехода социальных прав из метафизики в реальность это их связь с функцией перераспределения общественных благ, реализуемой государством.
Справедливость, равенство, солидарность и свобода как базовые потребности индивида и общества имеют различные формы проявления, обычно маскирующие их суть. Наиболее распространено отнесение данных категорий к идеалам, т. е. они воспринимаются преимущественно как морально-правовые и общественно-политические категории.
С течением времени существенно изменились и представления о самой категории справедливости. Как фундаментальное понятие политической философии и этики, справедливость выявляет исторически меняющиеся взгляды на отношения между правами и обязанностями, деянием и воздаянием, трудом и вознаграждением, преступлением и наказанием и т. п.
Для понимания справедливости необходимо выделить два ее типа — коммутативная и распределительная.
Суть коммутативной справедливости состоит в формальном равенстве прав. Ее основная идея выражается древним принципом 1ох 1а11отз (лат. «закон равного возмездия») — «воздать каждому по заслугам», ветхозаветное «око за око» или современное «каждому по труду» (Ахинов, Калашников, 2008. С. 81). Коммутативная справедливость как элемент социальной политики реализуется в механизмах индивидуального страхования, в которых выплата пособий представляется в качестве возмещения взносов, в предоставлении дополнительных социальных благ за услуги (например, социальная поддержка участников военных действий, ветеранов и т. п., оплата труда исходя из его сложности и тяжести).
Распределительная справедливость противопоставляется коммутативной справедливости. Она является философской категорией и непосредственно связана с идеей равенства. Дж. Ролз при определении распределительной справедливости отмечал, что все социальные ценности, такие как свобода, возможности, доход, состояние, чувство собственного достоинства, должны распределяться поровну. Исключением могут стать только случаи, при которых неравное распределение какой-либо или всех ценностей осуществляется в целях всеобщей выгоды.
Суть распределительной справедливости состоит в обеспечении реального равенства, в первую очередь экономического, и предполагает перераспределение благ между богатыми и бедными. Сегодня под распределительной (дистрибутивной) справедливостью часто понимают социальную справедливость. Дистрибутивная справедливость касается вопроса коллективных механизмов распределения благ при функционировании общественных институтов.
Распределительная справедливость, в отличие от коммутативной, не может быть реализована без внешнего вмешательства. Государство осуществляет функцию реализации распределительной справедливости посредством насильственного перераспределения, обеспечивая справедливость как естественное право человека на удовлетворение своих потребностей в приемлемом уровне жизни, социальной защите и в минимуме социальных благ.
Дж. Ролз в «Теории справедливости» (1971 г.) обосновывает идею государства всеобщего благоденствия, исходя из представления о социальной (распределительной) справедливости как о социальном праве, а об общественном перераспределении благ как о механизме реализации данных прав. Справедливость, по мнению ученого, является главной добродетелью социальных институтов. Ролз определил справедливость как честность. Две эти категории представляются родственными вследствие их связи с понятием должного. Справедливость, так же как и честность, предполагает наличие взаимных моральных обязательств участников социального действия. Стороны будут считать практику справедливой тогда, когда распределение материальных и нематериальных благ, получаемых во взаимодействии, соответствует представлениям о должном, т. е. принятые правила игры соблюдены. Представления о должном в свою очередь определяются сложившейся картиной мира, принятыми ценностями и социальными нормами. Справедливыми социальными институтами будут те, которые могут обеспечить равенство членов общества в распределении материальных и нематериальных благ, производимых при социальном взаимодействии.
Ролз сформулировал два принципа:
1. Каждому индивиду должно предоставляться равное право в отношении наиболее общей системы равных основных свобод, совместимой с такими системами свобод для всех остальных индивидов.
2. Социальные и экономические неравенства должны быть организованы так, чтобы они одновременно вели к наибольшей выгоде наименее преуспевших на основе принципа справедливых сбережений и делали открытыми для всех должности и положения в условиях честного равенства возможностей.
Свобода и равенство возможностей, согласно Ролзу, стоят перед задачами обеспечения благосостояния, основываясь на лексическом порядке, в соответствии с которым каждый последующий принцип обеспечивается только после выполнения требований предыдущего (Ролз, 2006. С. 44−46).
А. Макинтай, основываясь на принятии общественного блага в качестве главной ценности, сформулировал другую концепцию справедливости, в соответствии с которой распределение благ в обществе должно осуществляться по заслугам людей и поэтому не может быть равным (Карнаш, 2011. С. 95).
Однако, несмотря на различие двух перечисленных концепций, категория справедливости формулируется схожим образом. Справедливые социальные институты — это институты, направляющие взаимодействия между членами общества в соответствии с принятыми ценностными ориентирами. Поэтому справедливость (соответствие представлениям о должном распределении благ в обществе) может быть названа главной добродетелью социальных институтов, так как она обеспечивает их легитимность и устойчивость. При этом она не является единственной добродетелью социальных институтов. Существует и ряд других, например, эффективность.
Абсолютно противоположным роулсианской концепции является взгляд Ф. Ницше на общественное благополучие. Он считал, что справедливым является только распределение доходов, максимизирующее благосостояние наиболее обеспеченных членов общества (ценных с точки зрения возрастания самого человеческого типа, говоря словами Ницше). С экономической точки зрения, обоснованием такого распределения может выступать неэффективная работа механизма передачи ресурсов от богатых к бедным, влекущая за собой высокие издержки перераспределения (потеря полезности при передаче дохода превышает дополнительную полезность для бедных). В таком случае обществу необходимо принимать решения, отталкиваясь от интересов наиболее обеспеченных слоев населения, в
ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 4 Часть 3
ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 4 Часть 3
расчете на то, что в дальнейшем увеличение общественного благосостояния за счет богатых скажется на благополучии бедных (Ясперс, 2008. С. 382).
В теории принятия решения подобное поведение общества соответствует принципу максимакса, когда в условиях неопределенности индивид, принимающий решение, в любом случае выберет вариант, который принесет ему максимальный результат. Увеличение общественного благосостояния возможно только при одновременном увеличении индивидуального благосостояния всех индивидов.
А. Бергсон первоначально рассматривал функцию общественного благосостояния с позиции индивидуализма, основываясь на функциях полезности для каждого индивида или домохозяйства в обществе. Функция, отражающая зависимость благосостояния общества в целом от кардиналистской полезности составляющих его индивидов, позволила включить в нее различные ценностные суждения о справедливом распределении в обществе: от роулсианских принципов роста благосостояния для бедных до ницшеанских взглядов на общество как на инструмент увеличения благосостояния могущественных и ценных личностей. В дальнейшем представление Бергсона о функции общественного благосостояния расширилось. Она стала рассматриваться с точки зрения различных аспектов социального состояния общества, не всегда выраженных через полезность (Москальонов, 2007. С. 57).
Заметный вклад в создание основ теории благосостояния в условиях конкурентного рыночного равновесия внес
В. Парето. Траектория движения к Парето-эффективному распределению ресурсов (доходов) может быть оценена в разрезе оценочных суждений, т. е. с позиции критерия роста благосостояния индивидов, предложенного В. Парето. Этот подход определяется как Парето-улучшение. Он сформулирован как любое изменение, не приносящее убытков ни одному индивиду и приносящее хотя бы одному индивиду пользу.
Принцип эффективности по Парето сам по себе не несет информации о распределении благосостояния между индивидами. По Парето ситуация, при которой весь доход может распределяться в пользу одного индивида, является эффективной. Поэтому дальнейшее развитие теория В. Парето получила в работах Н. Калдора и Д. Хикса («правило Калдора-Хикса»). В соответствии с данным правилом ситуацию отклонения от оптимума Парето можно преодолеть с помощью компромисса, т. е. на основе определения такого объема компенсационных выплат, который может и готова предоставить сторона, получившая выгоду вследствие отклонения от оптимума по Парето, стороне, положение которой, по ее собственной оценке, ухудшилось (Москальонов, 2007. С. 57−58).
В настоящее время оптимальные решения социальной направленности определяются не на основе функции общественного благосостояния, так как это технически невозможно, а на основе простой функции государственного предпочтения, соответствующей только предпочтениям лиц, принимающих государственные решения, или групп специальных интересов.
Поэтому можно сказать, что современные тенденции в социальной политике многих стран, отказ от идеи государства всеобщего благоденствия отражают доминирование коммутативной справедливости. В свою очередь идеи коммутативной справедливости противоречат принципу равенства. Равенство возможностей не может в полной мере компенсировать природные различия людей, порождающие исходное неравенство. Основываясь на принципе «воздать каждому по заслугам его», коммутативная справедливость усиливает природное неравенство индивидов, которое невозможно полностью сгладить ни равенством возможностей, ни равенством условий.
Конфликт между двумя видами справедливости невозможно разрешить в этической плоскости. В реальной жизни необходимо гибкое сосуществование коммутативной и распределительной справедливости в рамках государственной социальной политики.
На неразрешимость проблемы справедливости в теоретическом плане (нельзя определить априори, что справедливо, а что нет) указывал еще Аристотель. Он первый выдвинул положение, что решение данной проблемы всегда связано с конкретным опытом и лежит в практической плоскости. Государство выполняет функцию реализации различных видов справедливости. С помощью социального государства распределительная справедливость реализуется как естественное социальное право, происходит разрешение конфликтов в обществе, вызванных противоречиями между рассматриваемыми видами справедливостью.
В качестве естественного социального права распределительная справедливость тесно связана с принципом солидарности. Данный принцип, основанный на взаимозависимости всех членов общества и органической связи индивидов в процессе взаимодействия, является механизмом социальной интеракции, проявляющимся во взаимопомощи. Так, в основу системы социального страхования был заложен принцип обязательного взаимного вспомоществования как инструмент справедливости.
На практике принцип солидарности сталкивается с его антиподом — принципом личной ответственности. Их дальнейшее развитие привело к противостоянию либеральной и социальной идей, порождая их взаимоограничение. Индустриализация и развитие рыночных отношений детерминировали преобладание либеральных принципов (доминирование идей личной ответственности).
Государство выполняет функцию перераспределения для реализации принципа всеобщей доступности социальной защиты. В таком случае в социальном государстве принцип солидарности граждан подменяется принципом солидарности государства и индивида. Последний реализует естественное право человека на социальную помощь. То есть государство выступает опосредующим звеном солидарности, механизмом компенсации объективного неравенства.
Кроме того, категорию «справедливость» можно рассматривать с точки зрения «общественного богатства», его источников, а также принципов распределения и потребления. Два подхода в исследовании общественного богат-
ства, сформировавшиеся еще в классической политической экономии, предопределили два основных принципа его распределения и потребления:
— динамичный подход — через распределение в процессе экономического роста-
— статичный подход — через распределение результатов экономического роста.
Например, если рассматривать распределение только с позиции рынка и экономической эффективности, основываясь на динамичных моделях распределения доходов, то такой подход является либеральной (рыночной) моделью справедливости. Политика распределения доходов, основанная на критерии социального равенства, находящегося в непропорциональной зависимости от критерия экономической эффективности и использующая модели статичного распределения доходов, представляет собой эгалитарную (уравнительную) модель справедливости.
Либеральная модель распределения рассматривает рыночную справедливость, под которой понимается равенство всех субъектов экономической деятельности перед законом. Общество в лице государства создает и поддерживает условия для рыночной конкуренции через предоставление равных стартовых возможностей и равного доступа к рынку ресурсов, а также обеспечение условий для суверенности производителя и потребителя. Главное условие для соблюдения справедливости в рамках данной модели — свободная конкуренция, так как только она дает возможность реализовать преимущества участников рынка. Либеральная концепция основана на принципе «справедливо все, что эффективно, несправедливо все, что неэффективно». Либеральная трактовка категории справедливости не предполагает возможности вторичного перераспределения дохода посредством прогрессивного налогообложения и трансфертных платежей и введение элементов равенства результатов труда, а основана на «естественном» распределении/перераспределении доходов и ресурсов через взаимодействие между различными субъектами экономики.
Вследствие объективных причин неравенства доходов либеральная модель распределения определяет неравенство как объективно сложившуюся реальность. В долгосрочном плане данная модель распределения доходов закрепляет и воспроизводит объективно обусловленное неравенство людей. В свою очередь это разрушает конкурентную среду, и для ее поддержания требуется общественное вмешательство, что противоречит самой либеральной концепции распределения доходов. Поэтому в практическом плане данную концепцию можно использовать только в сочетании с политикой распределения/перераспределения ресурсов (Ахинов, Жильцов, 2010. С. 120−121).
Различные формы государственного вмешательства, характерные для социально-экономического развития в ХХ в., и широкое использование нерыночных механизмов перераспределения богатства сформировали эгалитарную (уравнительную) модель распределения доходов, предполагающую отсутствие в обществе неравенства в распределении доходов. Законы о минимальной заработной плате, о социальном страховании рабочих от безработицы, о социальном обеспечении нетрудоспособных и наиболее бедных слоев общества стали причиной отхода от рыночной модели распределения доходов и рыночной справедливости к эгалитарной модели их распределения.
Крайняя форма уравнительной справедливости, определяемой как установление полного равенства, вызывает снижение трудовой и предпринимательской активности и как следствие социальное иждивенчество. Это связано с тем, что основное место в реализации уравнительной модели распределения доходов занимает система прогрессивного налогообложения, являющаяся в сочетании с организацией программы трансфертных платежей инструментом по выравниванию уровня доходов населения (Ахинов, Жильцов, 2010. С. 119).
Поэтому государство можно представить как возникающее или для удовлетворения коллективных потребностей всех членов сообщества, или для удовлетворения потребностей только его части. Первая трактовка соответствует достижению аллокативной эффективности, вторая — перераспределению.
Традиционный спор между сторонниками и противниками государственного вмешательства в процесс распределения сводится к проблеме соотношения эффективности и равенства. Нормативная экономическая теория нацелена на описание идеальных (с позиции различных мировоззренческих систем) моделей устройства общества. Позитивная экономическая теория изучает уже существующие системы отношений. Единство и различие позитивной и нормативной экономических теорий наиболее ярко выражено в дебатах о соотношении равенства и эффективности.
Считается, что при осуществлении эффективного распределения ограниченных ресурсов, рынок может допускать «ошибки» в распределении доходов. Это объясняется искусственным отрывом экономической эффективности от ее социального содержания. При этом цель государственного регулирования экономики состоит в повышении эффективности общественного производства, обеспечении социальной справедливости и стабильности. В материалистическом подходе подчеркивается слабость институциональной теории, проявляющаяся в том, что она включает в свой анализ процессы и факторы социальной жизни, которые не подчиняются жестко экономическим законам (Мамедов, 2013. С. 7). Однако исследование процессов перераспределения доходов невозможно осуществлять в строго экономических рамках. Это связано с тем, что распределение/перераспределение направлены в конечном счете на удовлетворение потребностей конкретного индивида, имеющего собственные представления о справедливости, сложившиеся в результате приобретенного опыта, ценностных установок, традиций и других особенностей общества. Поэтому представляется целесообразным осуществлять выбор моделей, подходов и принципов справедливого распределения доходов для каждого общества, основываясь на экономическом и политическом устройстве, а также с учетом исторических и национальных особенностей развития конкретного общества.
ТЕRRА ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 4 Часть 3
TERRA ECONOMICUS ^ 2013 ^ Том 11 № 4 Часть 3
ЛИТЕРАТУРА
Ахинов Г. А., Жильцов Е. Н. (2010). Экономика общественного сектора. М.: Инфра-М.
Ахинов Г. А., Калашников С. В. (2008). Социальная политика. Теория и практика. М.: Изд-во «Экономика».
Карнаш Г. Ю. (2011). Социальная справедливость: философские концепции и российская ситуация. М.: Изд-во Московского гуманитарного университета.
Кочеткова Л. Н. (2008). Теория социального государства Лоренца фон Штейна // Философия и общество. Выпуск № 3(51). С. 69−79.
Мамедов О. Ю. (2013). Утомленные экономикой… (две стороны институционализма) // TERRA ECONOMICUS. Т. 11. № 2. С. 5−10.
Милль Дж.С. (1980−1981). Основы политической экономии и некоторые аспекты их приложения к социальной философии: в 3-х тт. М.: Прогресс,.
Москальонов С. А. (2007). Маршаллианский излишек потребителя и современная неоклассическая теория благосостояния // Известия высших учебных заведений. Приволжский регион. Общественные науки. № 1. С. 53−62.
Охонин Е. М. (2009). Эволюция социальной функции государства // Вестник южно-уральского государственного университета. № 28. С. 18−21.
Ролз Дж. (2006). Справедливость как честность // Логос. № 1(52). С. 36−60.
Ясперс К. (2004). Ницше. Введение в понимание его философствования. СПб.: Изд-во «Владимир Даль».
REFERENCES
Achinov G.A., ZhiltsovE.N. (2010). Public Economics. Moscow: Infra-M. (In Russian.)
Achinov G.A., Kalashnikov S.V. (2008). Social policy. Theory and practice. Moscow: Publishing House of the «Economy». (In Russian.)
Jaspers K. (2004). Nietzsche. Introduction to the understanding of his philosophizing. St. Petersburg. Univ. «Vladimir Dahl». (In Russian.)
Karnash G. Yu. (2011). Social justice: philosophical concepts and the Russian situation. Moscow: Publishing House of Moscow University for the Humanities. (In Russian.)
Kochetkova L.N. (2008). The theory of the welfare state Lorenz von Stein. Philosophy and Society. Issue no. 3(51). pp. 69−79. (In Russian.)
Mamedov O. Yu. (2013). Bored by the economy… (two sides of institutionalism). TERRA ECONOMICUS, vol. 11, no. 2, pp. 5−10. (In Russian.)
Mill J. (1980−1981). Principles of Political Economy and some aspects of their applications to social philosophy: in 3 vol. Moscow: Progress Publishers. (In Russian.)
MoskalyonovS.A. (2007). Marshallian consumer surplus and modern neoclassical welfare theory. Proceedings of the higher education institutions. Volga region. Social Sciences, no. 1, pp. 53−62. (In Russian.)
Okhonin E.M. (2009). Evolution of the social functions of the state. Herald of the South Ural State University, no. 28, pp. 18−21. (In Russian.)
Rawls J. (2006). Justice as fairness. Logos, no. 1(52). pp. 36−60. (In Russian.)

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой