От «Царства целей» Канта к экономической модели

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Философия


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

55
УДК 1(09)
А. И. Троцак
ОТ «ЦАРСТВА ЦЕЛЕЙ» КАНТА К ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МОДЕЛИ
Рассматривается вопрос связи этики, в частности практической философии Канта, с экономикой. Приводятся исторические причины, почему этика Канта не вошла в экономический дискурс, и интерпретируются современные бизнес-процессы с позиции Канта. Основная цель — демонстрация возможности применения инструментов философии морали Канта к конкретным вопросам экономики.
The article considers the connection between ethics, in particular Kant'-s practical philosophy, and economics. The author examines historical reasons for Kant'-s ethic not to have become part of the economic discourse and interprets modern business processes from Kant'-s perspective. The article aims to demonstrate the possibilities of applying the philosophical instruments of Kant'-s morals to concrete economic issues.
Ключевые слова: экономическая модель, Кант, царство целей, транзакци-онные издержки, философия морали.
Key words: economic model, Kant, kingdom of ends, transaction costs, moral philosophy.
Экономическая модель предполагает наличие некоторого описания объектов и связей между ними, которые функционируют таким образом, что формируют законы взаимодействия экономических агентов. Подразумевается, что агентами могут быть как фирмы, так и отдельные индивиды, которые, например, договариваются о чем-либо между собой.
© Троцак А. И., 2015
Вестник Балтийского федерального университета им. И. Канта. 2015. Вып. 6. С. 55 — 62.
Соответственно, можно предположить, что философия и экономика связаны хотя бы в первом приближении. И эта связь основывается на функциональном значении деятельности человека, то есть определенному поступку соответствует значение в мотивации человека, как и в экономике, к примеру, количеству товаров соответствует цена. Нельзя не увидеть зависимости между бизнес-сделкой или соглашением и нравственными ценностями человека: выручка фирмы, производящая элитную мебель, зависит от прозрачности долгосрочных контрактов с поставщиками материалов. Если же поставщик вдруг откажется из-за макроэкономической ситуации везти товар, то фирма понесет убытки. То же самое и в сфере взаимоотношений между людьми: мы не подписы-56 ваем с каждым из собеседников контракт по той причине, что как бы подразумевается, что условия договоренностей будут соблюдаться обеими сторонами. И там, и там, по сути, всё основывается на соглашениях.
Экономический агент, как принято говорить, стремится к максимизации своей прибыли, действуя из принципа рационального поведения. В повседневной жизни мы не всегда можем обнаружить рациональное поведение людей. Иногда складывается впечатление, будто человек не дорожит ни своим временем, ни даже жизнью, что не применимо к экономике, ведь на рынке один неверный шаг может привести предприятие к убыткам или банкротству. Поэтому и философы, и экономисты пытались найти основы функционирования рынка и предлагали разные принципы и законы. Исходя из этого, нельзя однозначно выделить границы, где заканчивается «экономический человек» и начинается «социологический», где заканчивается рациональное поведение и начинается эмоциональное- так происходит в силу того, что человек в своих проявлениях един, и только его деятельность делится на разные области применения. Эти моменты экономисты и философы прекрасно понимают, но для очерчивания областей наук необходима идеализация, при помощи которой поведение человека наделяется специфическими чертами и изучается через определенный инструментарий [9, с. 137].
В истории философии система Канта является одним из наиболее масштабных проектов по критерию решенных проблем. Кант четко следует разработанной методологии, учитывая категориальный аппарат Аристотеля, Платона, Х. Вольфа, Д. Юма. В то же время Кант применяет новый для философии инструментарий (трансцендентальный метод) для того, чтобы рассмотреть человека в разных аспектах деятельности, поэтому он задает свои знаменитые четыре вопроса, которые сводятся к основному, что есть человек, тем самым определяя его в качестве конечной цели природы [2].
Следует отметить, Кант напрямую не поднимал экономическую проблематику, но он смог сформулировать ряд понятий и законов в практической философии, которые применимы ко всем разумным существам, независимо от области их деятельности. Кёнигсбержец выявил у человека свойство, которое он назвал «необщительной общительностью». Оно отражает склонность людей к взаимодействию с другими субъектами, но в то же время индивид наделяется стремлением к самостоятельности. В синтезе двух устремлений рождается конкурен-
ция (в силу увеличения потребности общаться с другими людьми), а также способность пользоваться своим умом (вследствие возрастания степени самостоятельности мышления и принятия решений), о чем Кант говорил в работе «Идея всеобщей истории во всемирно-гражданском плане».
В качестве кульминации практической философии Кант вводит понятие «царство целей», которое носит регулятивный характер и является идеальной моделью, которая показывает, что происходит в случае удавшейся попытки построения морального общества [АА, IV, Б. 433]1. По сути, Кант предполагает создание сообщества, в котором частная цель путем синтеза соединяется с целями других субъектов, что в итоге образует общую систему целей, существующую по законам разумных/ моральных существ. Поступки этих разумных существ, как отмечает профессор философии Гарвардского университета Кристин Корсгаард, основаны на взаимной ответственности людей, которая выступает гарантом морального действия [13, р. 188 — 223].
Поскольку поступки людей в свете их деятельности имеют самое широкое распространение, то модель царства целей должна регулировать не только взаимодействие индивидов в сфере морали, но и в целом выдвигать условия обеспечения гармоничного развития общества, а именно: обеспечивать синтез морали, права и всеобщего благополучия, то есть также быть условием определенного экономического устройства. Таким образом, «царство целей» — это не только мир морали (или ангелов), но и мир, который обеспечивает себя условиями, которые естественны для его существования. Такими экономическими условиями могут быть следующие: развитая взаимовыгодная торговля, возможность заключения справедливых контрактов, рыночная конкуренция, в которых человеческий род может достичь совершенства.
К сожалению, непосредственно понятию «царства целей» в мировой философии уделено не так много исследований, хотя очевидно, что идея Канта может быть плодотворно использована для решения сегодняшних вопросов в сфере экономики и предпринимательства. А если так, то почему практическая философия Канта в настоящее время не особенно распространена среди экономистов?
Одной из причин может служить исторический диспут среди экономистов. Развитие экономической мысли детально описано в статье профессора В. С. Автономова, который проанализировал и обобщил так называемые два канона или «типы экономической науки» [1]. По его мнению, представители первого канона стремятся обосновать универсальные истины, которые применяются вне зависимости от географии и исторического контекста (физиократы, политэкономисты, неоклассики). Представители же второго — настаивали на непосредственно полезной экономической теории, которая неотделима от других
57
1 Кант в «Основах метафизики нравственности» пишет: & quot-Ich verstehe aber unter einem Reiche die systematische Verbindung verschiedener vernunftiger Wesen durch gemeinschaftliche Gesetze& quot- («Под царством же я понимаю систематическую связь между различными разумными существами через общие им законы»).
58
общественных наук, например от политики (меркантилисты, экономисты исторической школы, американские институционалисты) — во втором случае видна непосредственная связь с этикой. Первому канону по большей части соответствует английская научная традиция, второму — немецкая. Считается, что немецкая школа некоторое время проигрывала спор за приоритет своей методологии, хотя «второй канон» появился раньше первого в силу исторических причин: необходимо было в действительности удовлетворять первостепенные нужды управления домашним хозяйством или царских двором (в зависимости от исторической эпохи).
Качание на «исторических весах» двух канонов в XX в. привело к попыткам ухода от излишних абстракций и переходу к синтезу. Примером может служить теория Р. Коуза, который опирался на реалистичные предпосылки поведения человека, анализ существующих институтов, анализ прав собственности, но в то же время оставил место для идеализации: сформулировал идею мира с нулевыми транзакци-онными издержками. Дело в том, что длительное время экономисты оперировали лишь понятием «трансформационные издержки», — это издержки, которые реализуются при физическом преобразовании конкретного блага. Однако мало кто вплоть до появления знаменитого труда Р. Коуз «Природа фирмы» (1937) осознавал значение транзакци-онных издержек. Академик А. Н. Нестеренко определяет такие издержки как «издержки, связанные с получением информации, совершением сделок и защитой прав собственности» [6, с. 250]. Коуз не только ввел понятие транзакционных издержек, но и выдвинул гипотезу мира с нулевыми транзакционными издержками при анализе экстер-налий, чтобы показать следующее: при отсутствии этих издержек классическая экономика беспрепятственно работает, и стороны (агенты) могут свободно договариваться без вмешательства государства. Гипотеза подчеркнула невозможность рассматривать современное рыночное общество без исследования транзакций [4, с. 99]. Институционализм, таким образом, акцентировал внимание экономистов на правовых вопросах, а также вопросах поведения человека.
В 70-х годах прошлого столетия возникает интерес к этике предпринимательства как к самостоятельной дисциплине. Немецкий философ-экономист Петер Козловски осознанно обратил внимание на этику, которая могла быть полезна для решения экономических проблем2. В своей знаменитой работе «Принципы этической теории» он возвращает в экономический дискурс проблемы, поднятые Кантом. Главной целью Козловски стало освобождение этики предпринимательства от заблуждения, что экономический человек может существовать в отрыве от своих поведенческих аспектов, прежде всего свободы, а одним из гарантов координации экономики и общества как раз и служат регулятивные нормы и правила, которые разрабатывал Кант:
2 Здесь не стоит забывать исторический контекст, при котором этика стала актуальной в связи с кризисом постмодернизма в 1970-х гг.
Этика долга категорического императива, как она представлена в Кан-товой традиции, оказалась пригодной для выработки правил, которым должна соответствовать этическая предкоординация экономической координации, для того чтобы было возможно сосуществование свободных людей. Однако этика долга нуждается в учении о добродетели для обоснования мотива и позиции, прежде всего для отношения человека к самому себе и его поведения в единичных ситуациях принятия решения. Оба учения, как о долге, так и о добродетели, необходимо опять же дополнить учением о благах и материальной этикой ценностей… [3, с. 140].
Другой причиной того, что этика Канта и его понятие «царство целей» не применялось напрямую к проблемам экономики, была агрессивная интерпретация этой идеи в зарубежной философии по нескольким причинам (отсутствие теоретического основания в категорическом императиве, наличие скрытой формы теологизма, гетероном-ность морального закона) [8]. В русской философской традиции рационалистический характер философии Канта также не всегда находил отклик, а иногда даже граничил с обвинениями в причастности к экспансивной внешней политике Германии в начале XX в.3. Однако эти обвинения служат, скорее, попыткой дискредитировать светский характер философии Канта и обосновать онтологичность Высшего существа в рамках теоретического разума. В современной философской традиции подобные интерпретации также имеют место: профессор А. К. Судаков называет этику Канта персоналистичной и планомерно достраивает ее, соединяя идею царства целей с идеей верховного существа [7, с. 240]4.
Тем не менее глобальный характер философии Канта и ее антропоцентризм позволяют наблюдать в науке актуальные тенденции к анализу системы Канта через призму экономических категорий, то есть использовать потенциал практической философии Канта для решения конкретных проблем в обществе. На сегодня попытки сравнения «царства целей» Канта с экономической моделью отразились в нескольких статьях британских философов и экономистов. Бизнес-консультант и
59
3 Здесь стоит упомянуть знаменитую речь «От Канта к Круппу» Владимира Эрна, в которой он утверждает: «. 1) Никакой ноумен, т. е. ничто онтологическое, не может встретиться в нашем внешнем опыте, и 2) ничто ноуменальное, т. е. относящееся к миру истинно Сущего, не может быть дано и реализовано в нашем внутреннем опыте. Внутренний опыт, сплошь и безызъятно подчиненный феноменологической форме времени об одном измерении, конечно, никак не может вместить в себя ноумена свободы» [10, с. 309]. В современных исследованиях философии Канта также можно встретить упрек в сторону Канта, заключающийся в недоработке системы морали. Например, И. Йовель констатирует, что царство целей может существовать только благодаря принуждению и не требует никакого морального статуса индивидов [15, с. 189].
4 Подобные интерпретации не идут на пользу понятию «царство целей» Канта, а, наоборот, искажают область его применения. Критика этики Канта, в частности категорического императива, может быть частично нивелирована, если рассмотреть ее с позиции методологических правил, которые Кант закладывал в свою систему [14].
60
преподаватель программы MBA Манчестерской школы бизнеса Патрик МакНатт опубликовал ряд статей в том числе и в соавторстве, в которых он пытается применить этику Канта для решения проблем оппортунистического поведения в бизнесе.
В статье «Этика Канта в рамках экономических транзакционных издержек» в соавторстве с Хавьером Дюраном МакНатт описывает оппортунистическое поведение менеджмента организации, который действует в своих интересах, то есть не следует принципу «быть ответственным» перед работниками. МакНатт ссылается на философию морали Канта и говорит о том, что способность к разумным моральным поступкам есть у всех людей, однако человек склонен целенаправленно не следовать ей либо же не видеть ту или иную нравственную ценность. Поэтому он предлагает описать культивируемые ценности в организации и закрепить их в этическом кодексе, который бы служил синтезом обязанностей между работниками и работодателем, основываясь на предварительном взаимном согласии [11, p. 761].
Активное возвращение к этике Канта в Великобритании подняло на поверхность множество вопросов, таких как проблема лидерства, контрактные отношения на рынке, маркетинг, управление персоналом — всё это стало реальным благодаря универсальности метода и системы Канта.
В современной российской научной традиции есть тоже несколько публикаций, которые связывают этику Канта и экономику. Например, в статье О. К. Кошмило, вышедшей в 2012 г., приводится оригинальное толкование экономических понятий спроса и предложений. Основная мысль автора, который следует Канту, заключается в анализе трехступенчатой способности познания человека через чувственность, рассудок и разум. По мнению О. К. Кошмило, структурной единицей трансцендентальной философии Канта выступает всеобъемлющая оценка [5, с. 51]. Субъект (человек) оценивает объект тремя способами: эстетическая (чувство удовольствия и неудовольствия) оценка дает основание объекту, логическая (рассудочное суждение) — предоставляет условие его существования, а этическая (способность желания) — свободу действия. В этом смысле Кант достигает баланса в своей системе между свободой и несвободой, как и в экономике достигается баланс спроса и предложения.
Естественно, что полноценному применению практической философии Канта для решения экономических проблем должен предшествовать систематический сравнительный анализ методологий этих наук. Если этику интересует вопрос «что движет поступком человека?», то экономику — «какой результат поступка?» Совместить категорический императив Канта с принципами предпринимательства непросто, но это возможно при проведении процедуры идеализации и обобщения предметов исследования, что широко применяется в обеих науках.
Следует также отметить тот факт, что государства заинтересованы в привлечении инвестиций и развитии бизнес-процессов, используемых в том числе в качестве социальных эффектов (например, новый бизнес создает рабочие места, тем самым снижается уровень безработицы).
Понимание того, какими должны быть идеальные условия, способствует оптимальному поиску решений и созданию этих условий и для населения, и для бизнеса.
В то же время, в особенности в России, до сих пор многие представители бизнеса и государства не осознали того, что стратегическое планирование деятельности намного снижает транзакционные издержки в будущем, что развитие корпоративной этики и создание кодексов упорядочивает взаимоотношения между работодателем и работником, делая условия работы и взаимодействия прозрачными. Иными словами, использование инструментария этики способно упорядочить поведение экономических агентов.
Таким же образом обстоит дело с понятием «царство целей» Канта. Природные ресурсы и блага, которые являются экономической ценностью, ограничены в мире. Но создаваемые механизмы взаимодействия между субъектами/ агентами на основе изучения практического разума человека могут способствовать развитию механизмов инвестирования, позволяют говорить о приближении к идеальной модели. Здесь имеется в виду использование режимов особых экономических зон, территорий опережающего развития, в которых искусственно созданы льготные условия, и где действуют сниженные (либо вовсе отсутствуют) ставки по налогам (на землю, имущество, социальные выплаты и т. д.), а экономические агенты не ущемляются в праве пользования земельными участками, так как имеют различные возможности по ее приобретению, владению и распоряжению.
Поэтому важно найти общую системную основу между этикой и экономикой, снабдить их взаимосвязь примерами решенных кейсов и показать полезность использования этического инструментария для экономики. Однако в рамках данной статьи ставилась цель демонстрации актуальности (в частности, этики Канта) в современном экономическом дискурсе.
61
Список литературы
1. Автономов В. С. Абстракция — мать порядка? (историко-методологиче-ские рассуждения о связи экономической науки и экономической политики) // Вопросы экономики. 2013. № 4. С. 4−23.
2. Калинников Л. А. О нравоцентричности трансцендентальной антропологии Канта, или О роли морали в природе человека // Кантовский сборник. 2010. Вып. 4 (34). С. 21−33.
3. Козловски П. Принципы этической экономии. СПб., 1999.
4. Коуз Р. Проблема социальных издержек // Коуз Р. Фирма, рынок и право. М., 2007. С. 92−150.
5. Кошмило О. К. Трансцендентальная экономика И. Канта: свободный баланс чувственного предложения и рассудочного спроса // Вестник Томского государственного университета. 2012. № 357. С. 47−52.
6. Нестеренко А. Н. Экономика // Нестеренко А. Н. Экономика и институциональная экономика. М., 2002. С. 209−273.
7. Судаков А. К. Абсолютная нравственность: этика автономии безусловной воли. М., 1998.
62
8. Троцак А. И. Нравственные законы и принципы в системах И. Канта и А. Шопенгауэра. Анализ критики Шопенгауэром категорического императива Канта // Х Кантовские чтения. Классический разум и вызовы современной цивилизации: матер. международной конференции. Калининград, 2010. Ч. 2. С. 221 — 237.
9. Филатов В. П. Модели человека в социальных науках // Эпистемология & amp- философия науки. 2012. Т. 31, № 1. С. 125−140.
10. Эрн В. Ф. От Канта к Круппу // Эрн В. Ф. Соч. М., 1991. С. 308 — 319.
11. Duran X., McNutt P. Kantian ethics within transaction cost economics // International Journal of Social Economics. 2010. Vol. 37, iss 10. P. 755 — 763.
12. Kant I. Gesammelte Schriften (Akademie-Ausgabe). Berlin, 1900.
13. Korsgaard Ch. Creating the Kingdom of Ends. N. Y., 1996.
14. Trotsak A. The principle of sufficient reason as a correlate of free will and moral law in Kant'-s and Schopenhauer'-s philosophy // Journal of Siberian Federal university, Humanities & amp- Social Sciences. 2014. № 7(6). P. 1049 — 1059.
15. Yovel Y. Kant & amp- Philosophy of history. Princeton, 1980.
Об авторе
Алексей Иванович Троцак — канд. филос. наук, Балтийский федеральный университет им. И. Канта, Калининград.
E-mail: aleksei_trocak@mail. ru
About the author
Dr Alexey Trotsak, I. Kant Baltic federal University, Kaliningrad. E-mail: aleksei_trocak@mail. ru

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой