Гипертоническая нефропатия у сотрудников органов внутренних дел: факторы риска, профессиональный аспект

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Медицина


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

3. Reshetnikov S.G., Babayants A.V. Protsenko D.N. Infusional therapy in the perioperatsionny period // Intensivnaya terapiya. -2008. — № 3. — P. 12−27. (in Russian)
4. Kellum J.A. Saline-induced hypercloraemie metabolic acidosis // Critical Care Medicina. — 2002. — Vol. 30. — P. 259−261.
5. Lang W., Zander R. Prediction of dilutional acidosis based on the revised classical dilution concept for bicarbonate // The
Journal of Applied Physiology. — 2005. — Vol. 98. — P. 62−71.
6. Zander R. Base Excess und Laktatkonzentration von infusions und Blutprodukten // Anesthesiol intensivmed notfallmed schmerzther. — 2002. — Vol. 37. — P. 359−363.
7. Zander R., Adams H.A., Boldt J., et al. Forderungen und Erwartungen an einen optimalen volumentrsatz // Anesthesiol intensivmed notfallmed Schmerzther. — 2005. — Vol. 40. — P. 321−326.
Информация об авторах:
Гирш Андрей Оттович — д.м.н., профессор кафедры анестезиологии и реанимации, тел. (3812) 707 403, e-mail: agirsh@mail. ru- Какуля Евгений Николаевич — заведующий отделением анестезиологии и реанимации.
Information About of the Authors:
Girsh Andrey O. — MD, PhD, professor of anesthesiology and resuscitation, Omsk State Medical Academy, Russia, Omsk- Cacula Evgeniy N. — Head of branch anesthesiology and resuscitation Omsk Delivery Hospital № 2.
© ТАГРЫТ И.В., ФЕДОРЧЕНКО Ю.Л., КИРЯЕВА С.В., КОНЕВА О.А. — 2014 УДК: 616. 12−008. 331. 1−06:351. 741
ГИПЕРТОНИЧЕСКАЯ НЕФРОПАТИЯ У СОТРУДНИКОВ ОРГАНОВ ВНУТРЕННИХ ДЕЛ: ФАКТОРЫ РИСКА,
ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ АСПЕКТ
Ирина Владимировна Тагрыт1,2, Юрий Леонидович Федорченко1, Светлана Валерьевна Киряева2, Ольга Антоновна Конева3 ('-Дальневосточный государственный медицинский университет, Хабаровск, ректор — д.м.н., проф. В. П. Молочный, кафедра факультетской терапии, зав. кафедрой — д.м.н., проф. С.Л. Жарский- 2Госпиталь МСЧ МВД России по Хабаровскому краю, начальник — Н.Г. Пузынина- 3Дорожная клиническая больница на станции Хабаровск-1 ОАО «РЖД», директор — к.м.н. С.Н. Качалов)
Резюме. С целью изучения частоты встречаемости, степени выраженности и факторов риска гипертонической нефропатии (ГН) были обследованы 340 сотрудников органов внутренних дел (ОВД), болеющих артериальной гипертонией (АГ) и проживающих в Хабаровском крае. Контрольная группа состояла из 76 пациентов без АГ. Изучались клинико-демографические показатели, показатели липидного обмена, проводилась эхокардиоскопия, расчет скорости клубочковой фильтрации (СКФ) по EPI, определяли альбуминурию. Оценивали факторы профессионального риска. Отмечено, что ГН в рамках хронической болезни почек (ХБП) по классификации NKF K/DOQI встречалась у 11,8% больных АГ. У 14,1% пациентов определена почечная гиперфильтрация (ГФ). Альбуминурия, в том числе микроальбуминурия, выявлялась у 7,7% обследованных как в группе с ГФ, так и при сниженной СКФ. Использую многофакторный анализ отношения рисков, установлены факторы риска развития ГН. Они включали как общепринятые факторы: возраст, ожирение, курение, алкоголь, нарушение липидного обмена, степень тяжести АГ, так и профессиональные: суточные дежурства, вождение автомобиля, «кабинетный» характер работы, низкую физическую активность независимо от специальности.
Ключевые слова: артериальная гипертензия, гипертоническая нефропатия, сотрудники органов внутренних дел.
HYPERTONIC NEPHROPATHY IN POLICE EMPLOYEES: RISK FACTORS, PROFESSIONAL RISKS
I.V. Tagryt1,2, Y.L. Fedorchenko1, S.V. Kiryeeva2, O.A. Koneva3 ('-Far-Eastern state medical university, 2Khabarovsk region internal affairs administration hospital,
3Road Clinical Hospital of Khabarovsk, Russia)
Summary. The incidence, severity and risk factors of hypertensive nephropathy (HN) were studied in 340 police officers with arterial hypertension by evaluating clinical, demographic, echocardioscopy data as well as indices of lipid metabolism, albuminuria and glomerular filtration rate (according to EPl). Occupational risk factors were also considered. HN displaying chronic renal disease (by NKF K/DOQI classification) was seen in 11,8 per cent of hypertonic patients. The 14,1per cent of patients were found to have glomerular hyperfiltration (GHF). Albuminuria and microalbuminuria were present in 7,7 per cent of patients who had GHF or decreased filtration rate. Established risk factors of HN involved not only such common factors as age, obesity, smoking, regular alcohol intake, dyslipidemia, severity of arterial hypertension but also some additional occupational risks: frequent 24-hours duty work, driving a car, & quot-armchair"- style of work and low physical activity regardless of specialty.
Key words: arterial hypertension, hypertonic nephropathy, police employees.
В течение последних десятилетий артериальная гипертония (АГ) является актуальной научно-практической проблемой медицины в связи с высоким уровнем заболеваемости, а так же большой частотой развития тяжелых осложнений. АГ длительное время протекает бессимптомно, исподволь оказывая повреждающее действие на связанные с ней органы мишени. Поэтому так важна ранняя диагностика АГ и ее осложнений [3].
Работа сотрудников органов внутренних дел (ОВД) является стрессорной, психоэмоционально насыщенной. В связи с этим, создается высокий риск возникновения у этих лиц стресс индуцированной артери-
альной гипертонии, которая в достаточно короткие сроки может перейти в хроническую стабильную АГ [10]. Распространенность А Г у сотрудников ОВД, по разным данным составляет около 13% [7]. Учитывая относительно молодой возраст, развитие АГ у этих лиц во время прохождения службы является серьезной проблемой ведомственной медицины.
Профессиональная деятельность работников ОВД достаточно разнообразная, существуют многочисленные специальности, которые несут в себе разную физическую и стрессовую нагрузку. Профессиональные вредности у сотрудников ОВД не ограничиваются толь-
ко стрессом, специфика работы подразумевает суточные и ночные дежурства, профессиональное вождение автомобиля, длительную работу за компьютером, физическое напряжение и ряд других факторов. Все они могут в той или иной мере сказаться на здоровье сотрудников полиции.
Одними из основных органов мишеней при АГ являются почки. Изменение их функций напрямую коррелирует с повышением смертности пациентов. Почки не только страдают при АГ, но и участвуют в ее поддержании и прогрессировании. Поражение почек при АГ проявляется развитием гипертонической нефропатии (ГН) и в финале — терминальной почечной недостаточности [8]. По результатам специальных исследований почек у больных АГ распространенность ГН в разных странах Европы составляет от 8 до 53% [12,13]. По Российской Федерации информация неполная, так как до последнего времени учет пациентов в соответствии с МКБ-10 велся по основному заболеванию — гипертонической болезни (ГБ). В одном из проведенных в последние годы в нашей стране исследований, включающем 968 больных ГБ II и III стадий, ГН была выявлена в 13,3% случаев [9].
Данных о том, как, и в какой степени, нарушается функция почек у сотрудников ОВД, болеющих АГ, в имеющейся литературе мы не встретили. Остается актуальным вопрос и о факторах риска нарушений функции почек у этих лиц. Изучение литературы, посвященной данным проблемам, показало, что не все вопросы еще решены. При этом в ряде исследований отмечается, что раннее выявление факторов риска нарушений функций почек у больных АГ дает возможность провести их коррекцию, отсрочить или предупредить неблагоприятные осложнения [6].
Цель исследования состояла в изучении частоты, степени выраженности гипертонической нефропатии у сотрудников ОВД, имеющих АГ, а также в оценке дополнительных факторов риска развития нефропатии.
Материалы и методы
В исследование, по принципу случайно выборки, были включены 340 мужчин, сотрудников ОВД, в возрасте от 30 до 50 лет. Все пациенты наблюдались в госпитале МСЧ УВД Хабаровского края по поводу АГ. Диагноз устанавливался согласно Национальным рекомендациям по АГ [3]. У 170 пациентов выявлена 1-я, у 106 — 2-я, у 64 — 3-я степень АГ. Пациенты проходили обследование по принятому для больных АГ стандарту, включающему клинический осмотр с расчетом индекса массы тела (ИМТ), окружности талии (ОТ), измерением офисного АД, проведением эхокардиоскопии (аппарат Samsung SA8000EX-EXP-CW, с автоматическим определением индекса массы миокарда левого желудочка (ИММЛЖ)). Исследовали уровень общего холестерина крови (ОХ), липопротеидов низкой плотности (ЛПНП), высокой плотности (ЛПВП), триглицеридов (ТГ), мочевой кислоты крови (МК). В план обследования включали расчет скорости клубочковой фильтрации (СКФ) по формуле CKD-EPI, определение альбуминурии, в том числе микроальбуминурии (МАУ) на полуавтоматическом анализаторе Clima MC-15 (набор реактивов — Диакон DiaSys, Германия). Оценку алкоголизации наших пациентов мы осуществляли по широко представленной в литературе методике Е. А. Кваша [4]. Проводился анализ факторов профессиональной деятельности (стаж работы в ОВД, дежурства, вождение автомобиля, работа за компьютером, степень физической нагрузки). Кроме того, учитывали специфику работы сотрудников ОВД, разделяя их на «оперативников», которые выполняли оперативную, розыскную, физически активную работу, и на «кабинетных» служащих, у которых в основном рабочий день проходил в офисах. Такому делению способствовало наличие в системе МВД подразделение всех сотрудников на группы предназначения.
Из обследования исключались лица, имеющие вто-
ричный характер АГ, болезни сердца и почек другого генеза, заболевания легких, органов ЖКТ в стадии декомпенсации, сахарный диабет. В качестве контрольной группы наблюдали 76 мужчин, сотрудников ОВД, сходного возраста, но без АГ.
Исследование проведено в соответствии с Хельсинской конвенцией, все пациенты подписали добровольное информирование согласие на включение в исследование.
Для проведения статистической обработки фактического материала использовали пакеты прикладных программ «^аИзИса 6. 0». Определение значимости различий при нормальном распределении выполнялось с помощьюкритерия Стьюдента. С целью выявления статистических различий при сравнении клинических групп применялся непараметрический критерий Манна-Уитни (и), в случае связанных выборок оценивался критерий Вилкоксона Для относительных величин применяли точный критерий Фишера. Для определения направленности и выраженности связей между различными параметрами использовался непараметрический коэффициент корреляции Спирмена (г). Логистический регрессионный анализ проводился с применением показателя «отношение рисков» (ОЯ). Различия считали значимыми при р& lt-0,05.
Результаты и обсуждение
Одной из важнейших задач исследования было определение наличия ГН у сотрудников ОВД, страдающих АГ. Следует отметить, что четких специфических критериев ГН нет. Но существуют, принятые большей частью специалистов — нефрологов, кардиологов, следующие критерии наличия ГН [5]: 1. Определяемая МАУ при любой величине СКФ. Это является ранним признаком вовлечения почек в патологический процесс- 2. Наличие протеинурии и/или снижения СКФ менее 60 мл/мин/1,73 м². Данные изменения относят к более поздним признакам поражения почек при АГ.
ГН может быть оценена в рамках имеющейся современной классификации хронической болезни почек (ХБП), которая представлена в Национальных рекомендациях по ХБП [8].
Отдельно следует акцентировать внимание на вопросе о гиперфильтрации (ГФ) почек, как еще более раннем маркере их повреждения при системном повышении АД. В принятую классификацию ХБП этот феномен не входит, если нет сочетания его с МАУ, но многочисленные публикации подтверждают значение ГФ почек в повреждении нефрона на ранних этапах ГН [1]. В исследовании мы ориентировались по верхним границам нормы показателя СКФ для конкретной возрастной группы пациентов в соответствии с рекомендациями ЫКБ K/DOQI [13]. У мужчин от 30 до 50 лет СКФ определен в верхних пределах от 147 до 160 мл/ мин/1,73 м². Все, что выше, мы оценивали как ГФ.
Первым этапом исследования было определение величины СКФ в группе обследованных пациентов, в зависимости не только от наличия АГ, но и от ее степени тяжести. Эти данные представлены в таблице 1.
Таблица 1
Показатели СКФ в группе обследованных сотрудников ОВД с артериальной гипертонией
Группы пациентов Средние значения СКФ (мл/ мин/1,73 м2)
Без А Г, п=76 98,4±3,2
Все больные с АГ, п=340 Из них: 86,6±3. 1*
АГ 1 степень, п=170 93,5±4,1
АГ 2 степень, п= 106 77,3±3. 1**
АГ 3 степень, п=64 67,4±2,4***
Примечание: *- значимость различий между лицами с АГ и без АГ, р& lt-0,05- ** - значимость различий между 1-й и 2-й степенью АГ, р& lt-0,05- *** - значимость различий между 2-й и 3-й степенью АГ, р& lt-0,05.
Как свидетельствуют данные таблицы 1, в группе больных АГ, среднее значение СКФ оказалось статистически значимо ниже, чем в группе пациентов без АГ. При этом отмечено, что с увеличение степени тяжести АГ у наших обследованных статистически значимо уменьшалось среднее значение СКФ (от 93,5±4,1 до 67,4±2,4 мл/мин/1,73 м2). При проведении корреляционного анализа установлено, что между степенью тяжести АГ и СКФ имела место обратная корреляционная связь средней силы (г=-0,534, р=0,032). Наши данные согласуются с рядом исследований, в которых была показана зависимость степени изменений функции почек от тяжести АГ [5].
Далее было решено оценить характер изменений СКФ у наших пациентов с учетом как почечной ГФ, так и снижения СКФ, согласно классификации «С-стадий» ХБП по ЫКБ K/DOQI [8]. Результаты такого анализа представлены на рисунке 1.
Таблица 2 Распределение больных артериальной гипертонией согласно классификации ХБП по КЮО01, п (%) (всего 340 человек)
Стадия СКФ Категория альбуминурии
А1 А2 А3
С 1 — 7(2,1) —
С 2 — 2 (0,6) —
С 3а 10 (2,9) 6 (1,8) 2 (0,6)
С 3б 4 (1,2) 6 (1,8) 3 (0,9)
Примечание: Больные со стадией С1 и С2 и с категорией А1 не включены в таблицу, как не относящиеся к лицам с ХБП.
5,3″
14. 1%
пациенты с
гиперфильтрацией
пачек
? С1 стадия (е пределах возрастной нормы СКФ)
¦ С2 стадия
57. 6Й
Л СЗа стадий
I СЗ& amp- стадия
Рис. 1. Распределение больных артериальной гипертонией по степени изменения СКФ.
Как видно из рисунка 1, больных АГ с начальными изменениями в почках в виде ГФ среди наших обследованных было 14,1%. Больных со сниженной СКФ, которая, свидетельствует о наличии поражения органов-мишеней почек (С3а — С3б стадии) выявлено 9,1%. Большинство (57,6%) больных были отнесены к С1 стадии СКФ. В эту стадию мы включили только лиц с нормальными по возрасту значениями СКФ, исключая больных с ГФ почек. У 19,1% обследованных выявлено незначительное снижение СКФ до С2 стадии (90−60 мл/ мин/1,73 м2). Этих больных, только по изменениям СКФ, также как и лиц с С1 стадией, нельзя относить к имеющим ГН.
Одним из ранних признаков ГН является альбуминурия, в первую очередь МАУ Ее наличие, вне зависимости от СКФ, может свидетельствовать о ГН в рамках классификации ХБП. Величина альбуминурии определялась по «А» категориям классификации кDIGO [14]. Установлено, что А2 категория альбуминурии (30−300 мг/сут.) имела место у 21 (6,2%), а категория А3 (& gt-300 мг/сут.) — у 5 (1,5%) больных (р=0,034). Количество больных с А2 и А3 категориями альбуминурии было статистически значимо больше в группе больных с 3-й степенью, чем в группе со 2-й степенью тяжести АГ (17,2% и 4,7% против 5,7% и 1,9%, соответственно, р=0,022). А2 категория альбуминурии чаще наблюдалась среди больных со 2-й степенью АГ (5,7%), чем с 1-й (2,4%) (р=0,019). Мы не включили в анализ больных с А1-категорией альбуминурии, т.к. МАУ при этом считается незначительной (& lt-30 мг/сут.), и эти лица не являются больными с ГН.
Изучив характер изменений СКФ, частоту встречаемости и степень выраженности альбуминурии у сотрудников ОВД с АГ, можно было имеющуюся у них ГН классифицировать по системе ЫКБ K/DOQI, принятой в Национальных рекомендациях по ХБП [8]. В таблице 2 представлено распределение больных по стадиям ХБП.
В первую очередь следует отметить, что всего больных с ХБП среди всех обследованных сотрудников ОВД с АГ было 40 (11,8%) человек. Данные таблицы 2 свиде-
тельствуют о том, что среди наших больных с АГ больше было лиц с С3а стадией и альбуминурией — 18 (5,3%) больных, с С3б стадией наблюдали 13 (3,8%). Больные с С1 и С2 стадией оказались в разряде ХБП только из-за наличия у них МАУ (А2 категория альбуминурии). Была установлена зависимость частоты встречаемости ХПБ в
группе больных АГ и степени тяжести АГ. Отмечено, что между этими показателями существует прямая корреляционная связь средней силы (г=0,5б6, р=0,029).
Следующей задачей исследования было определение дополнительных, помимо самой АГ, факторов риска развития ГН у сотрудников ОВД. Результаты расчета отношения рисков по ряду показателей представлены в таблице 3. В данной таблице представлены только те факторы риска, которые имели статистическую значимость: р& lt-0,05.
Установлено, что при возрасте больного АГ более 45 лет риск ГН увеличивался в 1,5 раза, а при ожирении и окружности талии более 94 см риск формирования ГН был более чем в 2 раза выше, чем у лиц с нормальной массой тела. Курение с показателем 10 пачка/лет и более, ситуационное злоупотребление алкоголем, каждый составляющий по отдельности, повышали риск ГН у больных АГ более чем в 1,5 раза. Установлены и некоторые профессиональные факторы риска ГН. Так, стаж
Таблица 3
Факторы риска развития гипертонической нефропатии у сотрудников ОВД с артериальной гипертонией
Показатель OR 95% ДИ р
Возраст& gt- 45 лет 1,58 1,34−2,94 0,045
ИМТ более 30 кг/ м2 2,34 1,98−4,36 0,026
Окружность талии,& gt- 94 см 2,15 1,87−4,26 0,008
Курение, 10 пачка/лет и& gt- 1,85 1,28−3,19 0,035
Ситуационное злоупотребление алкоголем 1,53 1,13−2,79 0,043
Принадлежность к «кабинетным» работникам 1,64 0,98−2,33 0,049
Профессиональное вождение автомобиля 1,43 0,93−2,46 0,036
Дежурства суточные 2раза/нед. и более 2,15 1,27−2,92 0,043
Физическая активность менее 2.5 ч. /нед. 1,46 1,07−2,94 0,042
Стаж работы в системе МВД & gt- 10 лет 1,58 1,02−2,98 0,044
ОХ & gt- 6 ммоль/л 1,17 0,81−2,42 0,032
ЛПНП & gt- 4 ммоль/л 1,37 1,25−2,32 0,038
Мочевая кислота & gt- 420 ммоль/л 1,56 1,21−2,93 0,041
ИММЛЖ (данные ЭХОКС) 1,46 1,13−3,16 0,039
2 степень АГ 3 степень АГ 2,06 3,46 1,71−3,59 2,78−5,13 0,016 0,007
Стаж А Г & gt- 10 лет 1,54 1,06−3,17 0,025
работы в системе МВД более 10 лет повышал риск АГ в 1,58 раза, а принадлежность сотрудника к «кабинетной» группе работников ОВД — в 1,64 раза, суточные дежурства 2 и более раз в неделю имели риск 2,15. Даже профессиональное вождение автомобиля, т. е. когда это является профессией сотрудника ОВД, повышало риск возникновения ГН, при наличии АГ, в 1,43 раза. Низкая физическая активность больных АГ также, почти в 1,5 раза, повышала риск ГН. Отклонения от нормы некоторых биохимических показателей тоже попали в группу риска: увеличенный уровень ОХ, ЛПНП, мочевой кислоты крови повышали риск ГН от 1,17 до 1,56 раза.
Не мог не иметь значения в формировании ГН у больных АГ и такой показатель, как ИММЛЖ (ОБ=1,46). 2-я степень АГ повышала риск ГН в 2 раза, а 3-я — почти в 3,5 раза. При стаже АГ более 10 лет в 1,5 раза чаще формировалась ГН у больных АГ, чем при меньшем сроке заболевания.
Таким образом, проведенное исследование определило, что в группе больных АГ, сотрудников ОВД, имело место формирование ГН у части обследованных пациентов. ГН в рамках ХБП, согласно современным критериям и классификации ХБП, встречалась у обследованных больных в 11,8% случаев. В это число не вошли пациенты, у которых определялась, по расчетам СКФ, ГФ почек. Таких больных было 14,1%. Несмотря на то, что ГФ, в отсутствие альбуминурии, не может быть, по имеющимся критериям, отнесено к ГН, мы не могли игнорировать данные изменения, так как ГФ признается наиболее ранним признаком нарушения функции почек при АГ [1].
Следует отметить, что при оценке средних значений СКФ в группе сотрудников ОВД с АГ оказалось, что она не только была ниже соответствующего показателя у лиц без АГ, но и от 1-й к 3-й степени тяжести АГ значимо уменьшалась. У наших пациентов стадия СКФ по системе №КБ K/DOQI была в рамках от С1 до С3, включительно. Среди действующих сотрудников ОВД с АГ не встречалось С4 стадия по СКФ, т.к. при такой хронической почечной недостаточности данные лица не могли продолжать службу. Пациенты с АГ и с С1-С2 стадией СКФ могли попасть в группу с ГН, только ни наличие МАУ, которая выявлялась у 3,3% лиц из этих групп. У 9,1% пациентов определялась С3 стадия СКФ, которая считается критерием ХБП.
Современная классификация ХБП позволяет определять степень поражения почек как по СКФ, так и/или по категории альбуминурии. У наших пациентов альбуминурия А2 и А3 категории была выявлена у 7,7% обследованных. В подавляющем числе случаев она сочеталась со снижением СКФ. Если оценивать состояние нарушения функции почек по системе K/DOQI, то в группе сотрудников ОВД с АГ чаще наблюдалось следующее со-
четание СКФ стадии и категории альбуминурии: С1А2 (2,1%), С3аА1 (2,9%), С3аА2 (1,8%), С3бА2 (1,8%).
Учитывая молодой возраст сотрудников ОВД с АГ, выявленная у них частота ГН является достаточно высокой. Сравнивая встречаемость почечных изменений у наших пациентов с данными литературы, где отражены исследования по схожей тематике, можно отметить, что определенная в них частота ГН при АГ колеблется в достаточно больших пределах: от 1 до 62% [5,9]. Так, в одной из работ обследовали военнослужащих офицеров Российской Армии с АГ, возраст мужчин был в пределах 30−50 лет, ГН была установлена у 2% больных [2]. Еще одно исследование включало амбулаторных больных АГ разного возраста, в том числе пожилых. Изменения почечных функций, которые можно было трактовать как ГН, были обнаружены почти в 60% случаев [11]. Такие колебания показателей частоты ГН связаны с разными критериями ГН и ХБП, разной методикой определения СКФ и МАУ, различной выборкой пациентов.
В настоящем исследовании были оценены факторы дополнительного риска развития ГН у сотрудников ОВД с АГ. Кроме традиционных и хорошо известных факторов, таких как избыточная масса тела, возраст, курение, алкоголь, степень АГ, были установлены и профессиональные факторы риска ГН. К ним относятся: большой стаж работы в системе МВД, «кабинетный» характер работы, частые суточные дежурства, профессиональное вождение автомобиля, низкая физическая активность сотрудников. Установленные факторы риска позволят с правильных позиций подойти к пониманию причин формирования ГН у больных АГ. И это должно быть полезно для проведения лечебно-профилактической работы с сотрудниками ОВД со стороны ведомственной медицины. Исследования в этом направлении продолжаются.
ЛИТЕРАТУРА
1. Арутюнов Г. П., Оганезова Л. Г. Гиперфильтрация в клинической практике // Клиническая нефрология. — 2009. — № 1. — С. 29−40.
2. Давидович И. М, Афонасков О. В., Козыренко А. В. Избыточная масса тела, ожирение и артериальная гипертония у военнослужащих молодого и среднего возрастов // Кардиоваскулярная терапия и профилактика. — 2009. — № 2. — С. 15−19.
3. Диагностика и лечение артериальной гипертонии. Рекомендации Российского медицинского общества по артериальной гипертонии и Всероссийского научного общества кардиологов // Кардиоваскулярная терапия и профилактика. — 2010. — № 7. Прил. 2. — С. 1−20.
4. Кваша Е. А. Значимость факторов риска для смертности мужчин (проспективное эпидемиологическое исследование) // Укр. кардюл. журн. — 2008. — № 2. — С. 83−85.
5. Кобалава Ж. Д., Виллевальде С. В., Ефремовцева М. А. Кардиоренальные взаимоотношения: современные представления // Кардиоваскулярная терапия и профилактика. — 2010. — Т. 9. № 4. — С. 4−11.
6. Кузьмин О. Б. Хроническая болезнь почек и состояние сердечно- сосудистой системы // Нефрология. — 2007. — Т. 11. № 1. — С. 28−37.
7. Потапова М. В. Некоторые аспекты политики медико-санитарной части МВД по республике Татарстан // Вестник современной клинической медицины. — 2008. — Т. 1. № 1. — С. 6−7.
8. Смирнов А. В., Шилов Е. М., Добронравов В. А. и др. Национальные рекомендации. Хроническая болезнь почек: основные принципы
скрининга, диагностики, профилактики и подходы к лечению // Нефрология. — 2012. — Т. 16. № 1. — С. 89−115.
9. Саубанова Э. И., Сигитова Е. В. Клинико-функциональное состояние и особенности структуры почек у больных гипертонической болезнью при протеинурическом и непротеинурическом вариантах гипертонической нефропатии // Практическая медицина. — 2013. — Т. 1. № 1−2. — С. 105−109.
10. Скрипцова А. Я., Шварц Ю. ТФакторы риска артериальной гипертонии у сотрудников уголовно-исполнительной системы // Русский медицинский журнал. — 2006. — Т. 14. № 21. — С. 1574−1575.
11. Шеметова В. Г., Зарубина И. П. Скрининг почечной функции у амбулаторных больных с артериальной гипертонией // Сибирский медицинский журнал (Иркутск). — 2009. — № 4. — С. 71−73.
12. Mancia G., Laurent S., Agabiti-Rosei E., et al. Reappraisal of European guidelines on hypertension management: a European Society of Hypertension Task Force document // J Hypertension. — 2009. — № 27. — P. 2121−2158.
13. National Kidney Foundation. K/DOQI clinical practice guidelines for chronic kidney disease: evaluation, classification, and stratification. // American Journal of Kidney Diseases the Official Journal of the National Kidney Foundation. — 2002. — Vol. 39. — P. 1−266.
14. Kidney Disease: Improving Global Outcomes (KDIGO) CKD Work Group. KDIGO 2012 Clinical Practice Guideline for the Evaluation and Management of Chronic Kidney Disease // Kidney Int (Suppl.). -2013. — Vol. 3. — P. 150.
REFERENCES
1. Arutyunov G.P., Oganezova L.G. Hyperfiltration in clinical practice // Clinical Nephrology. — 2009. — № 1. — P. 29−40. (in Russian)
2. Davidovich I.M., Afonaskov O. V., KozyrenkoA. V. Overweight, obesity and hypertension in young military and middle-aged // Kardiovaskularnaya terapiya i profilactica. — 2009. — № 2. — P. 15−19. (in Russian)
3. Diagnosis and treatment of hypertension. Recommendations of the Russian Medical Society of hypertension and the All-Russian Society of Cardiology // Kardiovaskularnaya terapiya i profilactika. — 2010. — № 7. Suppl. 2. — P. 1−20. (in Russian)
4. Kvasha E.A. The importance of risk factors for mortality among men (prospective epidemiological study) // Ukr. kardiol. zhurn. — 2008. -№ 2. — P. 83−85. (in Russian)
5. Kobalava J.D., Villevalde S.V., Efremovtseva M.A. Cardiorenal relationship: current understanding // Kardiovaskularnaya terapiya i profilaktica. — 2010. — Vol. 9. № 4. — P. 4−11. (in Russian)
6. Kuzmin O.B. Chronic kidney disease and the state of the cardiovascular system // Nefrologiya. — 2007 — Vol. 11. № 1. — P. 28−37. (in Russian)
7. Potapov M. V. Some aspects of the health policy of the Ministry of Interior of the Republic of Tatarstan // Vestnik sovremennoy klinicheskoy meditsiny. — 2008. — Vol. 1. № 1. — P. 6−7. (in Russian)
8. Smirnov A. V., Shilov E.M., Dobronravov V.A. and others. National guidelines. Chronic kidney disease: basic principles of screening, diagnosis, prevention and treatment approaches // Nefrologya. — 2012. -Vol. 16. № 1. — P. 89−115. (in Russian)
9. Saubanova E.I., Sigitova E.V. Clinical and functional status and features ofthe structure ofthe kidneys in patients with essential hypertension and proteinuric hypertensive nephropathy neproteinuricheskom options // Practicheskaya meditsina. — 2013 — Vol. 1. № 1−2. — P. 105−109. (in Russian)
10. Skriptsova A.J., Schwartz Yu.G. Faktory risk of hypertension in employees of the correctional system // Russkiy meditsinskiy zhurnal. -2006 — Vol. 14. № 21. — P. 1574−1575. (in Russian)
11. Shemetova V.G., Zarubina I.P. Screening for renal function in ambulatory patients with hypertension // Sibirskiy Medicinskiy Zhurnal (Irkutsk). — 2009. — № 4. — P. 71−73. (in Russian)
12. Mancia G., Laurent S., Agabiti-Rosei E., et al. Reappraisal of European guidelines on hypertension management: a European Society of Hypertension Task Force document // J Hypertension. — 2009. — № 27.
— P. 2121−2158.
13. National Kidney Foundation. K/DOQI clinical practice guidelines for chronic kidney disease: evaluation, classification, and stratification. // American Journal of Kidney Diseases the Official Journal of the National Kidney Foundation. — 2002. — Vol. 39. — P. 1−266.
14. Kidney Disease: Improving Global Outcomes (KDIGO) CKD Work Group. KDIGO 2012 Clinical Practice Guideline for the Evaluation and Management of Chronic Kidney Disease // Kidney Int (Suppl.). -2013. — Vol. 3. — P. 150.
Информация об авторах:
Тагрыт Ирина Владимировна — аспирант кафедры факультетской терапии, врач госпиталя МЧС УВД Хабаровского края, 680 020, г Хабаровск, ул. Павловича, д. 1/в, +7 (4212) 23-80-20,e-mail: i20675@yandex. com- Федорченко Юрий Леонидович — профессор кафедры факультетской терапии, 680 000, г. Хабаровск, ул. Муравьева-Амурского ул., д. 35, (4212) 30−53−11, e-mail: ulfedmed@mail. ru- Киряева Светлана Валерьевна — начальник клинико-диагностической лаборатории госпиталя МЧС УВД Хабаровского края, e-mail: i20675@yandex. com- Конева Ольга Антоновна — к.м.н., врач нефролог НУЗ «Дорожная клиническая больница»,
e-mail: ulfedmed@mail. ru
Information About the Authors:
Tagryt Irina Vladimirovna — post-graduate student of Faculty Therapy, doctor of the hospital Emergency Situations Ministry of Internal Affairs of the Khabarovsk Territory, 680 020, g, Khabarovsk. Pavlovich, d. 1 / a, +7 (4212) 23-80-20, e-mail: i20675@yandex. com- Fedorchenko Yuri Leonidovich — Professor of Faculty Therapy, 680 000, Khabarovsk. Muraveva-Amur Str., D. 35, (4212) 30−53−11, e-mail: ulfedmed@mail. ru- Kiryaeva Svetlana Valeryevna — head of diagnostic laboratory of the hospital Emergency Situations Ministry of Internal Affairs of the Khabarovsk Territory, e-mail: i20675 @ yandex. com- Koneva Olga Antonovna — MD, a nephrologist doctor «Road Hospital», Khabarovsk,
e-mail: ulfedmed@mail. ru
© ШЕЛОМЕНЦЕВ Е.В., ИЗАТУЛИН В.Г., ВЯЗЬМИН А.Я. — 2014 УДК: 611. 314. 018. 3:616. 314−007. 21
ИЗМЕНЕНИЕ СТРУКТУРЫ ДИСКА ВИСОЧНОНИЖНЕЧЕЛЮСТНОГО СУСТАВА ПРИ ПОЛНОЙ АДЕНТИИ
Евгений Владимирович Шеломенцев, Владимир Григорьевич Изатулин, Аркадий Яковлевич Вязьмин (Иркутский государственный медицинский университет, ректор — д.м.н., проф. И. В. Малов, кафедра гистологии, цитологии и эмбриологии, зав. — д.б.н., проф. Л. С. Васильева, кафедра ортопедической стоматологии, зав. -
д.м.н., проф. А.Я. Вязьмин)
Резюме. Проведено комплексное исследование секционного материала (32 органокомплекса) и МРТ височно-нижнечелюстных суставов через 2 и 5 лет существования полной адентии. Представлены результаты морфофунк-циональной перестройки внутрисуставного диска, обусловленные измененными условиями функционирования сустава. Установлено, что морфологические изменения диска височнонижнечелюстного сустава, полученные на секционном материале, и данные МРТ аналогичны между собой. Определяющим фактором, влияющим на степень морфологических изменений диска ВСНЧС, является длительность существования дефекта зубных рядов, при продолжительной полной адентии (5 лет и более) отмечается выраженное изменение формы и уплощение диска, его коллагенизация, нарушение фиброархитектоники волокнистого остова и эрозирование поверхности.
Ключевые слова: адентия, височнонижнечелюстной сустав, структура, адаптация.
CHANGES IN THE STRUCTURE OF INTRA-ARTICULAR DISC TEMPOROMAIDIBULAR JOINT AT FULL EDENTULOU
E.V. Shelomentsev, V.G. Izatulin, A.Y. Vyazmin (Irkutsk State Medical University, Russia)
Summary. There has been conducted a comprehensive study of sectioned material (32 organocomplexes) and MRI temporomandibular joint after 2 and 5 years of adentia. The results of the morphological and functional reconstruction of intra-articular disc, due to changed conditions of operation of the joint have been presented. It has been established that morphological changes in temporomandibular joint disc obtained from autopsy material and MRI data are similar to each other. The determining factor in the degree of morphological changes in VSNCHS disk, is the duration of the existence of the defect of dentition, with a long adentia (5 years or more), there is a pronounced change in shape and flattening disk, collagenization, violation of fibroarchitectonics of fiber core and formation of surface erosion.
Key words: adentia, temporomandibular joint, structure, prosthesis, adaptation.
Заболевания височно-нижнечелюстного сустава (ВНЧС) — это распространенная патология челюстно-лицевой области, которая встречается у 40−80% населения [2,3].
Актуальность проблемы патологии сустава состоит в том, что отдельные вопросы его структурной организации, этиологии, патогенеза и лечения остаются недостаточно изученными, и часто эти данные носят противоречивый характер [6,8,9,12,13,14].
Морфологии сустава и процессам артрогенеза до настоящего времени не уделено достойного внимания. Также нет единого мнения о строении сустава в целом и отдельных составляющих его элементов. Имеющиеся немногочисленные исследования посвящены лишь изменениям отдельных его элементов при патологических состояниях [4,5,15,16].
Внутрисуставной диск ВНЧС находится в полости сустава между головкой нижней челюсти и нижнечелюстной ямкой височной кости в виде двояковогнутой овальной формы хрящевой пластинки. За счет неравномерной толщины диск выравнивает несоответствие конфигурации поверхностей головки и ямки. Диск — это мощное фиброзное образование, структурно состоящее из грубоволокнистой соединительной ткани, бедное клеточными элементами. В центральных слоях, главным образом, в нижней его части, пучки коллагена располагаются более рыхло, чем в периферических. Наряду с коллагеновыми волокнами, обнаруживаются тонкие эластические волокна.
До настоящего времени остается открытым вопрос о морфофункциональных изменениях в структуре внутрисуставного диска при различных видах окклюзион-

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой