Глобализация и культура

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Культура и искусство


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

9. Дергачева Е. А. Социоприродная проблематика в современной глобалистике // Философия и общество. 2008. № 3. С. 109−122.
10. Дергачева Е. А. От техногенной рациональности к рациональности социоприродного развития // Вестн. РУДН. Сер. Философия. 2008. № 1 (15). С. 12−17.
Поступила в редакцию 14. 04. 2009 г.
Dergacheva E.A. Global processes and problems and its interaction in the social and biospheric world. Author
considers globalization of technogenic (industrial and postindustrial) development of social and biospheric world system in interaction of global processes and problems which can be explained in its complex social and biospheric characteristics, influence of scientific and technical determination of society creating technosphere and destroying biosphere. Global processes and problems depend on tendencies of social and biospheric system evolution from natural (biosheric) to artificial (technosheric) forms of planet life and tecnogenic world on the Earth.
Key words: technogenic (social and biospheric) development- bioshere- global processes- global problems- technogenesis.
УДК 1
ГЛОБАЛИЗАЦИЯ И КУЛЬТУРА © В.А. Попков
В статье рассмотрена проблема глобализации в сфере культуры через призму глобализационноинтеграционных процессов, показаны особенности развития культуры в условиях глобальных рыночных реалий.
Ключевые слова: глобализация- глобальная культура- национальная культура- интеграция- цивилизация.
Современные интеграционные процессы в сфере межэтнических и межцивилизацион-ных отношений приобрели многоаспектный, многофакторный и — глобальный характер. Последняя особенность и послужила основанием для обозначения этих процессов термином «глобализация». Первенство в этом плане принадлежит, как считают многие исследователи, западному теоретику Перлмут-теру, который в начале 90-х гг. XX в., оппонируя известному американскому социологу Ф. Фукуяме, ввел этот термин в научный оборот. Его поддержал Э. Гидденс, и с их «легкой руки» процессы современной межэтнической и межцивилизационной интеграции в различных сферах жизни зачастую стали отождествляться с процессами глобализации.
Однако если всмотреться пристальней в современные исторические и культурологические реалии, то окажется, что эти два процесса — интеграция и глобализация — не только содержательно различны, но во многом и противоположны. Однако ввиду их много -факторности и многоаспектности, а также их смысловой близости, «сращенности» их специфика ускользает от четкой различенности.
Поэтому, как справедливо замечает У. Бек, несмотря на интенсивно протекающий процесс их обсуждения, «и понятие, и дискурс глобализации расплывчаты» [1], и автор высказывания не видит обнадеживающих перспектив в их достаточно обоснованной рациональной интерпретации. Пытаться дать им определения — это, по его мнению, «все равно, что гвоздем прибивать к стенке пудинг» [1, с. 41]. Мы такой пессимизм не разделяем и попытаемся все же описать эти глобализационно-интеграционные процессы с позиций научной рациональности.
У. Бек, один из первых авторов, масштабно и глубоко исследовавший проблему глобализации, ставит себе в заслугу то, что, применяя метод различения, он развел понятия «глобализм» и «глобализация» [1, с. 23]. Однако нам представляется более важным разведение другой пары понятий, а именно: понятий «глобализация» и «интеграция». Интеграция, как известно, — это процесс сближения, взаимопроникновения культур, экономик, типов хозяйственной деятельности под влиянием роста и развития телекоммуникационной инфраструктуры, средств передвижения и других факторов. Этот процесс
протекает объективно, стихийно, естественно-исторически, он существовал и будет существовать всегда, пока существует разделенное внутри себя сообщество людей. Глобализация же — это процесс субъективно организуемый и направляемый. Это стремление придать интеграции однотипную и желаемую модель развития («оседлать интеграцию»). Ныне это рыночная модель со всеми ее атрибутами — шкалой ценностей, предпочтений и пр.
В литературе, посвященной анализу проблем глобализма и глобализации, можно выделить, по крайней мере, три позиции в понимании соотношения глобализации и интеграции. Первая из них — это полное отождествление глобализации и интеграции, и в этом случае данные термины употребляются как синонимы (Э. Гидденс, У. Бек, М. С. Каган, Ю. В. Яковец и др.). Эта позиция особенно мила глобализаторам (политическим и другим), ибо представляет глобализацию как объективно и закономерно протекающий процесс [2]. Вторая позиция противоположная: в ней глобализация резко противопоставляется интеграции как процесс, навязываемый при помощи различных глобализационных технологий — экономических, политических, культурологических и пр. И если представители первой позиции видят в глобализации благо, считают ее «неустранимым условием человеческой деятельности в конце ХХ века» [2, с. 34], то представители второй называют ее не иначе, как «чумой XXI века» (Э. Азроянц, А. С. Панарин и др.). Третью позицию можно назвать эклектической: она стремится, не лишая названные процессы самостоятельности, как-то их объединить, взаимоувязать, согласовать, гармонизировать [3, 4]. Но исторические реалии этому явно препятствуют, и наиболее честные и глубокие представители этой позиции испытывают в своих рассуждениях явный теоретический дискомфорт. В качестве примера приведем статью глубоко уважаемого нами автора
Н. А. Хренова «Традиционная культура в эпоху глобализации». Глобализацию в этой статье автор называет «объективным историческим процессом», который начался не на рубеже XX—XXI вв., когда вспыхнули дискуссии, посвященные глобализации и проблемам глобального мира" [3], а гораздо ранее, еще в эпоху античности. Но проница-
тельный автор подмечает следующее: «Если процесс интеграции человечеству необходим (т. е. если он протекает естественно. — В. П.), то в него должны вписаться все уникальные культуры, вступающие между собой в продуктивный диалог» [3, с. 54−55]. Однако на деле происходит нечто иное и даже противоположное — унификация культур на основе одной ее рыночной модели, инициируемой Западом. Автор статьи это видит и признает. Он пишет: «…действующий проект глобализации все-таки оказывается монологическим, навязываемым одной цивилизацией» [3, с. 54]. И автор занялся поиском идеальной модели «интеграции-глобализации», где все эти негативные моменты благополучно бы снимались.
Но почему все же на современном этапе развития интеграционных процессов торжествует не диалог, а монолог, и почему побеждает худший, явно не идеальный вариант «интеграции-глобализации»? Ответ на этот вопрос может быть только один: потому, что глобализацию осуществляет рыночный мир, каковым является Запад во главе с таким лидером, как Соединенные Штаты Америки. Поэтому такая глобализация оказывается банальной вестернизацией мира, или даже еще хуже — американизацией. И здесь трудно не согласиться с А. С. Панариным, который нынешний глобализм называет американским глобализмом, представляющим собой «тоталитарную экономическую власть (финансовой олигархии, в первую очередь), преследующую планетарные амбиции» [5].
Но почему именно Западу выпала такая честь преобразовывать мир на рыночных основах? Ответ очевиден: такова природа и специфика Запада как цивилизационного типа. Капитализм впервые зарождается на Западе (эпоха Возрождения) и там же приобретает свою классическую форму. Нигде в мире, считает известный немецкий социолог М. Вебер, такого уровня развития капитализм не достигал, и таких чистых, не замутненных разного рода «патриархальщиной» форм тоже [6]. Характерными же особенно -стями этой цивилизационной модели являются рационализм, прагматизм, производство ради, прежде всего, прибыли, достатка и комфорта во всех сферах жизни. И главным средством решения всех этих проблем является модернизм, т. е. постоянное обновление,
разработка все новых и новых технологий, обеспечивающих нужную трансформацию всех сторон, всех аспектов общественной жизни. В результате, как замечает А. Тойнби, Запад стал доминировать в мире [7]. Запад выработал и определенный тип культуры, который П. А. Сорокин определил как чувственный, в отличие от идеократического (духовного), который пока еще присущ многим цивилизациям (т. н. традиционным обществам).
Такой тип цивилизации и цивилизационного развития содержит в себе много негативных моментов, угроз и рисков для развития человеческой цивилизации вообще. Ныне это становится все более и более очевидным.
Одной из таких угроз являются сложные отношения нынешней глобализации и перспектив развития человеческой культуры вообще и национальных культур, в частности. Дело в том, что феномен культуры не вписывается (без изъянов) в структуры рыночных реалий, ибо по своей природе культура самоценна, она надэмпирична, направлена на развитие человеческой цельности и универсальности, которые являются условием приобретения им тех или иных конкретных операционных и ценностных навыков, нужных для осуществления конкретных операций или поступков. Эти социумные особенности культуры многократно усиливаются ее этно-национальными формами бытия, и в силу этого культура оказывается бастионом, оплотом «консерватизма» и «традиционности» в позитивных смыслах этих выражений. В результате современная глобализация как очередной тип модернизации упирается в этот бастион, пока не имея сил сломать его сопротивление. Современная культура и современная глобализация находятся в состоянии глубокой конфронтации. Это заметили исследователи еще на первых этапах формирования рыночного индустриального общества. Так, упоминавшийся крупный английский историк и культуролог А. Тойнби в этой связи пишет, что хотя в борьбе за существование Запад и стал доминировать в экономическом и политическом планах, «но он не смог полностью обезоружить соперников, лишив их исконно присущей им культуры. В духовном плане последнее слово еще не сказано» [7].
Но Запад складывать оружие не собирается, поскольку экспансия и завоевательная политика составляют его сущность, его ду-
шу, подтверждением чему является вся история Запада как капиталистическая, так и докапиталистическая. Вот как эту историю оценивает один из западных мыслителей
Э. Фромм. Он пишет: «Нет необходимости доказывать, что история Европы — это история завоеваний, эксплуатации, насилия и покорения. Эти факты характерны почти для каждого периода ее истории» [8].
Следуя этой логике и этой политике, Запад не оставит в покое культуру как последний нерыночный бастион. Он найдет, разработает технологии взятия этого бастиона. И нашел: подлинная, классическая культура может быть преодолена тоже культурой, но культурой низкопробной, попсовой, суррогатной, однако интересной для обывателя, способной удовлетворить его не очень требовательные эстетические запросы. Эффективность этой технологии показал американский автор П. Бьюкенен в своей книге «Смерть Запада». На примере Америки (США) он показал, что псевдокультура способна изменить общественный уклад жизни и что именно это произошло с Америкой в середине прошлого столетия.
Завершая свой анализ поп-культуры и ее негативного влияния на уклад американской жизни, этот автор пишет: «За треть столетия, в течение которой контр-культура стала доминирующей культурой. Америка превратилась в идеологизированное государство, в „мягкую тиранию“, насаждающую принципы новой ортодоксии не через армию и полицию, а через инквизиторов от масскульту-ры. Включите телевизор — и вы увидите, что революционные ценности подмяли под себя все прочее, что в стране правит бал политкорректность, что выступления против культурной революции рассматриваются как речи ненависти», а неуважение к новым «догмам есть признак душевной болезни» [9].
Но оставим на совести автора эти стенания по погибшей Америке. Важно отметить другое: контркультура (масс-, поп- и другая подобная культура) — это мощный таран глобализации, расчищающий путь для транснациональных корпораций, для их комфортного существования в мире, для удобного манипулирования сознанием людей, вписанного во всемирные рыночные стандарты, без помех различных национальных культурных идентичностей и локусов. И повсеместное
утверждение, а точнее, установление такой культуры — логическое завершение рыночных форм организации жизни в планетарном масштабе. Именно об этом говорил на одном из заседаний Бильдербергского Клуба Дэвид Рокфеллер в июне 1991 г., делясь успехами строительства глобального рыночного мира. Обращаясь к издателям и редакторам крупных информационных агентств с благодарственными словами, он сказал: «Мы очень признательны руководителям средств массовой информации и крупных журналов за то, что они в течение более сорока лет соблюдали предельную осторожность относительно освещения нашей действительности. Если бы на нас было сосредоточено пристальное внимание общественного мнения, мы просто не смогли бы в течение всех этих лет осуществлять наши проекты. Но сегодня мир более расположен к созданию единого мирового правительства. Сверхнациональная власть интеллектуальной элиты и мировых банкиров предпочтительнее права народов на самоопределение, которому мы следовали в течение веков» [10].
Но будет ли этот рыночный рай «без Россий и Латвий» (В. В. Маяковский) благом для человечества? Ведь оно, человечество, всегда мечтало жить «единым человечьим общежитьем». И тут возникает серьезный теоретический вопрос. Интеграция — это объективно протекающий процесс, человечество все более консолидируется в единый субъект. Будет ли в результате этого процесса выработана некая единая, стандартизированная культура? Нам представляется, что ответ на этот вопрос может быть только отрицательным. Сближение культур вовсе не означает их слияния в некую единую культуру, ибо всякая унификация и стандартизация
ведут к однообразию, следовательно, к выхолащиванию, обеднению содержания (вспомним леонтьевский принцип «цветущей сложности»), во-вторых, человечество внутри себя всегда будет оставаться многообразным и саморазличенным, поскольку существует множество факторов, обусловливающих дифференциацию жизни людей.
1. Бек У. Что такое глобализация? М., 2001. С. 40.
2. Каган М. С. Глобализация как закономерность развития человечества в XXI веке // Личность. Культура. Общество. 2004. Вып. 4 (24). С. 152−170.
3. Хренов Н. А. Традиционная культура в эпоху глобализации // Традиционная культура. 2005. № 2.
4. Налетова И. В. Социокультурные особенности современных процессов глобализации // Вестн. Тамбовского ун-та. Сер. Гуманитарные науки. Тамбов, 2008. Вып. 12 (68).
5. Панарин А. С. Искушение глобализмом. М., 2002. С. 130.
6. Вебер М. Избранное: Протестантская этика и дух капитализма. М., 2006. С. 11.
7. Тойнби А. Постижение истории: сборник. М., 1991. С. 34.
8. Фромм Э. Иметь или быть. М., 1990. С. 145.
9. Бьюкенен П. Смерть Запада. М., 2003.
10. Завтра. 2001. № 6. С. 8.
Поступила в редакцию 18. 09. 2009 г.
Popkov V.A. Globalization and culture. In the article the globalization problem in cultural sphere through a prism of globalizational-integrational processes is considered, features of development of culture in the conditions of global market realities are shown.
Key words: globalization- global culture- national culture- integration- civilization.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой