Адренореактивность гладких мышц аорты крысы и влияние на нее сыворотки крови небеременных и беременных женщин

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Медицина


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Е. О. Самоделкина, А. Д. Ноздрачев, В. И. Циркин
АДРЕНОРЕАКТИВНОСТЬ ГЛАДКИХ МЫШЦ АОРТЫ КРЫСЫ И ВЛИЯНИЕ НА НЕЕ СЫВОРОТКИ КРОВИ НЕБЕРЕМЕННЫХ И БЕРЕМЕННЫХ ЖЕНЩИН
Ранее было показано [1−3], что сыворотка крови небеременных и беременных женщин обладает Р-адреносенсибилизирующей активностью, выраженность которой зависит от этапа репродуктивного процесса — она возрастает при беременности и снижается перед родами. Эта активность объясняется наличием в крови эндогенного сенсибилизатора Р-адренорецепторов (ЭСБАР). Показано, что ЭСБАР является низкомолекулярным веществом, а его аналогами — гистидин, триптофан и тирозин [1−5]. Предполагается, что ЭСБАР играет важную роль в регуляции сократительной деятельности матки (СДМ) при беременности как фактор, повышающий эффективность активации Р-АР миометрия и тем самым способствующий вынашиванию плода [1−5]. В указанной литературе также сообщается о том, что сыворотка крови человека способна повышать эффективность активации а-АР, т. е. обладает а-адреносенсибилизирующей активностью [6−10]. В частности, это установлено для сыворотки крови небеременных [6, 7] и беременных женщин [9, 10], а также для сыворотки пуповинной крови новорожденных [8]. Так, G. Pillai, M. Sutter [9], используя в качестве тест-объекта гладкие мышцы аорты крысы, показали, что плазма крови здоровых беременных женщин и особенно плазма крови беременных, имеющих артериальную гипертензию, усиливает вазоконстрикторный эффект норадре-налина. В опытах с гладкими мышцами коронарной артерии кролика T. Tulenko и соавторы [10] показали, что сыворотка крови беременных женщин с преэклампсией в отличие от сыворотки крови беременных женщин повышает чувствительность этих мышц к ангиотензину II (в 2, 9 раз) и норадреналину (в 1, 6), не влияя при этом на чувствительность к серотонину. Предполагается, что а-адреносенсибилизирующая активность сыворотки крови обусловлена наличием в ней эндогенного сенсибилизатора а-АР, или ЭСААР [6−8]. Однако его природа не установлена, а сам фактор, как и ЭСБАР, в чистом виде не выделен. В литературе также сообщается о способности сыворотки крови пациентов с гипертонической болезнью III степени проявлять а-адреноблокирующую активность [6]. Это объясняется наличием в крови эндогенного блокатора а-АР (ЭБААР). Вопрос о содержании этого фактора при беременности, а также о его природе не исследовался. В целом до настоящего времени систематических исследований, касающихся динамики а-адреномодулирующей активности сыворотки крови при беременности, не проводилось. Вместе с тем очевидно, что сведения об ЭСААР и ЭБААР могут представлять большой интерес для понимания изменений адренореактивности гладких мышц матки и сосудов, происходящих при беременности, а также для разработки вопросов патогенеза, профилактики и коррекции преждевременных родов, гестоза, слабости родовой деятельности и других акушерских осложнений. Поэтому основной целью работы было изучение а-адреномодулирующей активности сыворотки крови небеременных женщин, а также женщин с неосложненным (I, II и III триместры) течением беременности.
© Е. О. Самоделкина, А. Д. Ноздрачев, В. И. Циркин, 2011
Ранее было показано, что образующийся в организме лизофосфатидилхолин (ЛФХ) снижает эффективность активации М-холинорецепторов (М-ХР) миокарда [11, 12], гладких мышц желудка [13] и сосудов [14−16]. Это позволяет рассматривать ЛФХ в качестве компонента эндогенного блокатора М-ХР (ЭБМХР), наличие которого постулировано на основании М-холиноблокирующей активности сыворотки крови [5, 8, 13]. Показано что ЛФХ снижает положительный инотропный эффект адреналина в опытах с миокардом лягушки и крысы [17] и стимулирующий эффект адреналина в опытах с циркулярными полосками почечной артерии коровы [7], т. е. снижает эффективность активации соответственно в-АР кардиомиоцитов и а-АР миоцитов сосудов. Косвенно эти данные говорят о том, что ЛФХ можно рассматривать как универсальный фактор, снижающий эффективность передачи сигнала от рецепторов, ассоциированных с G-белком, внутрь клетки. Однако этой гипотезе противоречат данные ряда авторов, свидетельствующие о том, что ЛФХ (10−5 М) может не снижать эффективность активации а-АР селективными агонистами, а даже наоборот — усиливать ее [16, 18]. Это было показано в опытах с сегментами аорты крысы при использовании селективного агониста а2-АР препарата иК 14, 304 [18] и с сегментами мезентеральной артерии крысы при использовании селективного агониста а1-АР фенилэфрина [16]. Авторы объясняли усиливающий эффект ЛФХ его влиянием на активность тирозин-киназы [18] или циклооксигеназы, повышающей синтез тромбоксана в эндотелиоци-тах сосуда [16]. Учитывая, что ЛФХ постоянно образуется в клетках организма из фос-фатидилхолина под влиянием фосфолипазы А2 и лецитинхолестерин-ацилтрансфера-зы [11], т. е. является естественным компонентом клетки, мы считали целесообразным изучить влияние ЛФХ на эффекты селективного агониста а1-АР фенилэфрина, чтобы проверить гипотезу о ЛФХ как о возможном модуляторе адренореактивности миоци-тов сосудов.
Следует отметить, что в настоящее время отсутствует стандартный тест-объект для оценки а-адреномодулирующей активности сыворотки крови. С этой целью авторы используют гладкие мышцы различных сосудов [6, 7, 9, 10]. Поэтому возникает задача найти такой объект и дать ему характеристику. С учетом перспективы проведения подобных исследований мы считали возможным в качестве такого тест-объекта использовать кольцевые сегменты аорты крысы — классического лабораторного животного. Но этот объект до сих пор исследован недостаточно [19−22]. По этой причине полагаем целесообразным более детально изучить адренореактивность гладких мышц аорты крысы как потенциального тест-объекта для идентификации эндогенных модуляторов а-адренореактивности в жидких средах организма.
Материал и методы исследования
Всего проведено 19 серий опытов на 390 кольцевых препаратах аорты 106 крыс. В сериях 1−9 на 229 препаратах аорты 36 крыс для характеристики тест-объекта исследовали: в серии 1 — влияние адреналина (10−7-10−5 г/мл) на базальный тонус кольцевых сегментов- в серии 2−4 — влияние на тонотропный эффект адреналина (10−6 г/мл) неселективного а-адреноблокатора ницерголина (10−7 г/мл), селективного ргадреноблокато-ра атенолола (10−8 г/мл) и неселективного в-адреноблокатора обзидана (10−4 г/мл) — в серии 5 — влияние а-адреномиметика фенилэфрина (ФЭ) в концентрациях 10−8-10−4 г/мл на базальный тонус препаратов- в сериях 6−8 — влияние на тонотропный эффект ФЭ
адреноблокаторов — ницерголина (10−9-10−5 г/мл), атенолола (10−9-10−7 г/мл) и обзидана (10−9-10−6 г/мл) — в серии 9 — стабильность эффектов ФЭ (10−6 г/мл) при трехкратном его воздействии.
В сериях 10−13 на 98 кольцевых препаратах аорты 54 крыс исследовали а-адрено-модулирующую активность 50-, 100-, 500- и 1000-кратных разведений сыворотки крови 39 женщин в возрасте 18−36 лет по изменению тонотропного эффекта ФЭ (10−6 г/мл) в присутствии соответствующего разведения сыворотки крови, в том числе небеременных (группа 1), беременных на сроках 7−10, 14−17 и 37−40 недель неосложненной беременности (группы 2−4). Венозную кровь (по 5 мл) получали из локтевой вены с личного информированного согласия женщин и разрешения локального этического комитета Кировской ГМА от 19. 12. 2007 г. (№ протокола 07−08) в условиях станции переливания крови (группа 1) или женской консультации (группы 2−4).
В сериях 14−19 на 63 кольцевых препаратах 16 крыс исследовали влияние ЛФХ в концентрациях 10−6, 10−5 и 10−4 г/мл на вазоконстрикторный эффект ФЭ в одной из двух концентраций — 10−6 г/мл (серии 14, 15 и 16) или 10−5 г/мл (серии 17, 18 и 19).
Во всех случаях сыворотку получали путем 20-минутного центрифугирования при 1000 об/мин и исследовали спустя 1−6 ч после забора крови. Кольцевые сегменты (шириной 3−4 мм) выделяли из дуги и грудной части аорты белых беспородных крыс-самцов (200−250 г). Забой животных проводили в соответствии с «Правилами проведения работ с использованием экспериментальных животных» с применением эфира. Регистрацию сокращений сегментов аорты, помещенных в проточную рабочую камеру объемом 1 мл, проводили по способу Циркина В. И. и соавторов [3] на многоканальном «Миоцитографе», собранном на базе механотронов типа 6МХ1С, при 38 °C и скорости перфузии раствора Кребса, равной 0,7 мл/мин. Исходная нагрузка на препарат составляла 9,8 мН (или 1000 мг). Амплитуду сокращений кольцевых препаратов выражали в миллиньютонах или в процентах к 1-му тестированию ФЭ.
Раствор Кребса (рН-7,4) содержал (в мМ): №С1 — 136- КС1 — 4,7- СаС12 — 2,52- М§ С12 — 1,2- КН2Р04 — 0,6- №НС03 — 4,7- С6Н1206 — 11. В работе использовали меза-тон (фенилэфрин, Украина), адреналин, ницерголин и атенолол (Россия), обзидан (Германия), лизофосфатидилхолин (Украина). Результаты исследования подвергнуты статистической обработке параметрическим методом- различия оценивали по критерию Стьюдента или по критерию Уилкоксона, считая их достоверными при p& lt-0,05 [23].
Результаты исследования и их обсуждение
Характеристика адренореактивности гладких мышц аорты крысы. Серии опытов 1−9 были проведены в связи с необходимостью выбора агониста адренорецеп-торов и его концентрации для оценки а-адреномодулирующей активности сыворотки крови при использовании кольцевых сегментов аорты крысы в качестве тест-объекта. Установлено, что в условиях перфузии раствором Кребса кольцевые сегменты имеют низкий базальный тонус, на фоне которого отсутствуют фазные сокращения. Адреналин и фенилэфрин обратимо повышали базальный тонус, величина которого зависела от природы агониста и его концентрации в среде. При этом показано, что тонотроп-ный эффект агонистов обусловлен активацией а-АР, а имеющиеся в миоцитах в-АР частично его снижают. Действительно, в серии 1, проведенной по схеме: раствор Кребса (РК) -& gt- адреналин (АД), 10−7 г/мл -& gt- РК -& gt- АД, 10−6 г/мл -& gt- РК -& gt- АД, 10−5 г/мл -& gt- РК, уста-
Рис. 1. Величина тонуса кольцевого препарата аорты крысы (мН) при воздействии фенилэфрина (ФЭ) в концентрациях 10−8-10−4 г/мл и адреналина (А) в концентрациях 10−7-10−5 г/мл
По оси абсцисс — отрицательный логарифм концентрации фенилэфрина и адреналина. Для каждой концентрации фенилэфрина и адреналина проведено по 10 опытов.
новлено, что адреналин дозозависимо и обратимо повышает тонус сегментов (рис. 1). Его максимальный подъем (до 3,7 ± 0,3 мН) отмечен при концентрации 10−5 г/мл. В сериях 2, 3 и 4, которые проводили по схеме: РК ^ АД, 10−6 г/мл ^ РК ^ блокатор -& gt- бло-катор + АД ^ РК ^ АД, установлено (табл. 1), что сами по себе блокаторы не влияли на базальный тонус препарата, но влияли на тонотропный эффект адреналина. В частности, ницерголин (10−7 г/мл) снижал его (до 82,3 ± 3,4% от исходного уровня), а обзидан (10−8 г/мл) и атенолол (10−4 г/мл), наоборот, усиливали (до 161,8 ± 20,7% и 246,5 ± 50,0% соответственно). Эти результаты подтвердили данные литературы о том, что миоциты аорты крысы содержат а-АР (главным образом, а1-АР), активация которых повышает их тонус [21, 22], а также-АР и (32-АР, активация которых снижает тонус миоцитов [19, 20].
Таблица 1. Величина тонуса (в мН и % к тонусу, вызванного при 1-м тестировании адреналином, 10−6г/мл) кольцевого препарата аорты крысы при действии адреналина (10−6 г/мл) — до воздействия (1), на фоне воздействия (2) и после удаления (3) адреноблокатора
Блокатор и его концентрации, г/мл Тестирование адреналином
1-е (до блокатора) 2-е (на фоне блокатора) 3-е (после блокатора)
мН мН % мН %
Ницерголин, 10−7 8,2 ± 0,9 6,8 ± 0,8 82,3 ± 3,41 3,3 ± 0,7й 40,2 ± 7,6й
Обзидан, 10−8 1,4 ± 0,3 2,6 ± 0,21 161,8 ± 20,71 0,2 ± 0,21 37,6 ± 19,41
Атенолол, 10−4 2,4 ± 0,4 4,9 ± 0,71 246,5 ± 50,01 0,5 ± 0,11 28,4 ± 8,91
Примечание. 1 и 2 — различие соответственно с 1-м и 2-м тестированиями адреналина достоверно (р& lt-0,05), по критерию Стьюдента.
В связи с гетерогенностью адренорецепторов миоцитов аорты считаем, что для оценки а-адреномодулирующей активности сыворотки крови более приемлемо использование селективного а1-адреномиметика фенилэфрина. Об этом свидетельствуют и результаты опытов серий 5−9. В частности в серии 5, которую проводили по схеме: РК ^ ФЭ, 10−8 г/мл ^ РК ^ ФЭ, 10−7 г/мл ^ … РК ^ ФЭ, 10−4 г/мл ^ РК, установлено, что ФЭ в концентрациях 10−8 -10−4 г/мл дозозависимо повышает базальный тонус, т. е. вызывает вазоконстрикторный эффект. Максимальный подъем тонуса (4,8 ± 0,5 мН) наблюдался при концентрации ФЭ, равной 10−6 г/мл (см. рис. 1). По абсолютной величине этот максимум был выше, чем максимум при действии адреналина (10−5 г/мл) — 4,8 против 3,7 мН, что можно объяснить меньшей тропностью ФЭ к в-АР [24, 25]. Результаты
ФЭ-б Сыв-1:1 ООО фз_б ФЭ-6
1-е тестирование 2-е тестирование 3-є тестирование
Рис. 2. Величина тонуса кольцевых препаратов аорты крысы при трех тестированиях фенилэфрином (ФЭ, 10−6 г/мл) — до (1), на фоне (2) и после удаления (3) адреноблокатора (в % к 1-му тестированию ФЭ), в том числе ницерголина (10−9-10−5 г/мл- панель а), обзидана (10−9-10−6 г/мл- панель б) и атенолола (10−9-10−7 г/мл- панель в)
этой серии опытов дали нам основание в последующих экспериментах использовать ФЭ в концентрации 10−6 г/мл.
В сериях 6, 7 и 8, которые проводили по схеме: РК ^ ФЭ, 10−6 г/мл ^ РК ^ адре-ноблокатор, в одной из концентраций ^ адреноблокатор + ФЭ ^ РК ^ ФЭ, установлено (рис. 2), что, как и в сериях 2−4, ницерголин, атенолол и обзидан сами по себе не влияли на базальный тонус препарата, но изменяли тонотропный эффект ФЭ. В частности, ницерголин (рис. 2, панель а) в концентрации 10−7, 106 и 105 г/мл дозозависимо и достоверно (р & lt- 0,05) снижал тонус, вызванный ФЭ, соответственно до 83,8 ± 16,4, 47,8 ± 12,8 и 26,1 ± 8,0% от величины тонуса, наблюдаемой при 1-м тестировании ФЭ (полную блокаду а-АР ницерголин, вероятно, вызывает в более высокой концентрации). В то же время оба-адреноблокатора в концентрациях 10−9 и 10−7 г/мл достоверно (р & lt- 0,05) усиливали тонотропный эффект ФЭ. Действительно, на фоне обзидана (рис. 2, б) ФЭ повышал тонус соответственно до 134,2 ± 9,9 и 134,7 ± 15,4% от величины тонуса, наблюдаемой при 1-м тестировании ФЭ, а на фоне атенолола (рис. 2, в) — до 125,5 ± 5,1 и 117,5 ± 7,6%. Эффекты блокаторов сохранялись достаточно долго, как и в сериях 2−4, в пределах 20−30 мин после их удаления из среды, что говорит о их прочном связывании с а-АР и-АР. В целом результаты серий 6−8 подтвердили представление о гетерогенности АР миоцитов аорты, среди которых доминирующей является популяция а-АР. Они также указывают на необходимость учета в миоцитах аорты популяции Р-АР, активация которых ФЭ может уменьшать его тонотропный эффект, возникающий при активации а-АР.
С учетом того, что процедура оценки а-адреномодулирующей активности сыворотки крови проводится путем трехкратного воздействия агониста а-АР на тест-объ-
ект: до, на фоне и после удаления сыворотки крови [6−8], нами была проведена серия 9, в которой оценивали степень стабильности тонотропного эффекта ФЭ (10−6 г/мл) при его трехкратном воздействии с 20−30-минутной перфузией раствором Кребса. Опыты проводили по схеме: РК -& gt- ФЭ -& gt- РК -& gt- ФЭ -& gt- РК -& gt- ФЭ -& gt- РК. Установлено (рис. 3, панель а), что тонус, вызванный ФЭ при 2-м и 3-м тестированиях, не отличался достоверно от величины тонуса, наблюдаемого при 1-м тестировании ФЭ — он составил соответственно 98,6 ± 3,5% и 97,8 ± 2,2% от этой величины. Следовательно, тонотроп-ный эффект ФЭ при повторных тестированиях достаточно стабильный и это обстоятельство дает возможность оценивать влияние сыворотки крови на эффект ФЭ при его трехкратном тестировании.
С учетом результатов исследований серий 1−9 и данных литературы [6−8, 19−22], полагаем, что гладкие мышцы аорты крысы, несмотря на наличие в них ргАР и р2-АР, можно использовать для оценки а-адреномодулирующей активности сыворотки крови. Для этого предпочтительнее использовать селективный а-адреномиметик ФЭ (в концентрации 10−6 г/мл), а не адреналин. При этом следует учитывать, что усиление то-нотропного эффекта ФЭ под влиянием сыворотки крови может быть следствием наличия в ней ЭСААР и/или эндогенного блокатора в-АР (ЭББАР), а снижение тонотроп-ного эффекта ФЭ может быть результатом наличия в крови ЭБААР и/или ЭСБАР.
Влияние сыворотки крови небеременных и женщин с неосложненным течением беременности на тонотропный эффект фенилэфрина. В сериях опытов 10−13 мы оценивали а-адреномодулирующую активность 1000-, 500-, 100- и 50-кратных разведений сыворотки крови небеременных и беременных женщин, используя ФЭ в концентрации 10−6 г/мл. Каждое разведение сыворотки крови исследовали по схеме: РК -& gt- ФЭ -& gt- РК -& gt- разведение сыворотки крови (СК) -& gt- то же разведение СК + ФЭ -& gt- РК -& gt- ФЭ -& gt- РК. Воздействие Ф Э, сыворотки крови и их смеси проводили в среднем в течение 10 мин, а отмывку этих веществ раствором Кребса в течение 30−40 мин. На одном кольцевом препарате исследовали, как правило, два разведения сыворотки крови: вначале 1: 1000 или 1: 500, а затем 1: 100 или 1: 50. Установлено, что во всех этих сериях ФЭ (10−6 г/мл) при 1-м тестировании вызывает обратимое повышение тонуса (табл. 2- см. рис. 3). Все исследованные нами разведения сыворотки не изменяли базальный тонус препаратов. Это означает, что содержащийся в сыворотке крови эндогенный активатор сократимости миоцитов (ЭАСМ), на наличие которого указывают данные ряда авторов [26], не проявляет своего действия в отношении миоцитов аорты крысы. Такая ситуация является оптимальной для оценки а-адреносенсибилизирующей активности сыворотки крови, так как облегчает интерпретацию экспериментальных данных. Установлено, что у всех женщин все разведения сыворотки крови (1: 1000, 1: 500, 1: 100 и 1: 50) проявляют а-адреносенсибилизирующую активность, т. е. усиливают тонотропный эффект ФЭ (см. табл. 2- рис. 3). Эта активность сохранялась длительное (30−40 мин) время после удаления ФЭ, о чем свидетельствуют результаты 3-го тестирования ФЭ. Как и другие авторы [6−8], полагаем, что а-адреносенсибилизирующая активность сыворотки крови обусловлена наличием в ней ЭСААР.
Анализ выраженности а-адреносенсибилизирующей (ЭСААР-) активности сыворотки крови небеременных женщин (группа 1) показал, что степень повышения тоно-тропного эффекта ФЭ при 2-м и 3-м тестированиях, как правило, не зависела от кратности разведения сыворотки (см. табл. 2). Действительно, ФЭ на фоне разведений сыворотки крови 1: 1000, 1: 500, 1: 100 и 1: 50, т. е. при 2-м тестировании, достоверно (р& lt-0,05)
1 2 3 1 2 3 1 2 3
1 2 3
160 г
120
80
40
0
Рис. 3. Механограммы кольцевых препаратов аорты крысы, демонстрирующие устойчивость тонотропного эффекта фенилэфрина в концентрации 10−6 г/мл (ФЭ-6) при его трехкратном воздействии (панель а), а также а-адрено-сенсибилизирующую активность 1000-кратного разведения сыворотки крови (Сыв-1: 1000) небеременной женщины (панель б) и беременной со сроком 8 недель (панель в) Горизонтальные линии под механограммами отражают момент воздействия веществ. Калибровка — 10 мН, 10 мин.
Таблица 2. Величина тонуса (в мН и в % к 1-му тестированию) кольцевых препаратов аорты крысы при 1, 2 и 3-м тестированиях фенилэфрином (10−6 г/мл), т. е. до, на фоне и после удаления сыворотки крови
№ п/п Разведения сыворотки 1-е тестирование фенилэфрином 2-тестирование фенилэфрином (на фоне сыворотки) 3-е тестирование фенилэфрином (после удаления сыворотки)
мН мН % мН %
Небеременные женщины (п=12)
1 1: 1000 4,6 ± 1,0 6,8 ± 1,0 180,2 ± 28,2* 8,3± 1,0* 228,5 ± 40,4*
2 1: 500 6,8 ± 1,3 8,5 ± 1,0 148,5 ± 17,1* 8,7 ± 1,0 156,6 ± 20,3*
3 1: 100 5,9 ± 0,7 9,0± 1,0* 155,6 ± 11,5* 10,1 ± 1,2* 170,4 ± 11,1*
4 1: 50 6,4 ± 1,3 8,5 ± 1,4 146,6 ± 20,6* 10,7 ± 1,6* 196,4 ± 28,3*
5 1: 100 000 6,1 ± 1,4 8,8 ± 1,2 174,8 ± 19,2* 11,2 ± 1,5* 220,9 ± 22,7*
6 1: 10 000 8,4 ± 1,2 10,8 ± 1,2 137,6 ± 8,7* 11,6 ± 1,2 156,1 ± 14,8*
7 1: 10 6,0 ± 1,2 9,3 ± 1,1 206,4 ± 38,8* 9,5 ± 1,8 168,9 ± 21,4*
Д р1−6& lt-0,05 р1−6& lt-0,05 р5−2,6& lt-0,05
Беременные женщины I триместр (7−10 нед- п=10)
1 1: 1000 5,0 ± 0,5 8,2 ± 1,0* 163,6 ± 13,2* 8,2 ± 1,3* 163,6 ± 18,8*
2 1: 500 6,7 ± 0,7 8,4 ± 1,1 124,7 ± 6,2* 8,7 ± 1,4 129,7 ± 12,4*
3 1: 100 6,2 ± 0,7 7,8 ± 0,7 133,1 ± 12,4* 7,7 ± 0,8 131,4 ± 14,5*1
4 1: 50 5,8 ± 1,1 7,4 ± 1,2 132,1 ± 8,5* 7,1 ± 1,1 131,8 ± 16,4
Д р1−2& lt-0,05
Беременные женщины II триместр (14−17 нед- п=8)
1 1: 1000 3,8 ± 0,8 6,5 ± 0,8* 192,0 ± 21,1* 7,8 ± 0,9* 236,0 ± 33,4*
2 1: 500 4,4 ± 1,0 7,7 ± 0,9* 214,1 ± 44,0* 7,6 ± 1,0* 212,9 ± 46,1*
3 1: 100 6,5 ± 0,8 8,0 ± 1,2 121,2 ± 5,2* 7,5 ± 1,1 114,1 ± 6,81
4 1: 50 6,5 ± 0,9 8,6 ± 1,2 134,1 ± 10,2* 7,0 ± 0,8 111,1 ± 8,51
Д р1−3,4& lt-0,05 р1−3,4& lt-0,05 р1−3,4& lt-0,05- р2−4& lt-0,05
Беременные женщины III триместр (37−40 нед- п=10)
1 1: 1000 5,9 ± 0,6 10,3 ± 0,7* 191,6 ± 22,9* 12,5 ± 1,1* 232,9 ± 33,4*
2 1: 500 5,3 ± 0,8 8,0± 1,0* 160,7 ± 16,7* 10,1 ± 1,2* 206,2 ± 22,4*2
3 1: 100 7,1 ± 1,2 10,1 ± 1,4 147,3 ± 7,5*3 10,8 ± 1,5 167,5 ± 20,4*3
4 1: 50 5,4 ± 0,7 7,8 ± 0,9* 146,8 ± 7,3* 8,8± 1,0* 175,7 ± 27,0*3
Д р!_4& lt-0,05 р!_4& lt-0,05
Примечание. * - различие с величиной тонуса, вызванного при 1-м тестировании фенилэфрином, достоверно (р& lt-0,05) по критерию Стьюдента, 1−3 — различия с группами 1, 2 или 3 при 2-м или 3-м тестированиях фенилэфрином достоверны (р& lt-0,05) по критерию Стьюдента. Д — достоверность различий внутри группы между разведениями.
повышал тонус соответственно до 180,2, 148,5, 155,6 и 146,6% от величины, наблюдаемой при 1-м тестировании (р1_… 4>-0,1, так как все различия между ними носят недостоверный характер), а при 3-м тестировании, т. е. после удаления сыворотки крови, ФЭ достоверно (р& lt-0,05) повышал тонус соответственно до 228,5, 156,6, 170,4 и 196,4% от величины, наблюдаемой при 1-м тестировании (р1_…4 & gt-0,1). Более того, дополнительная
оценка ЭСААР-активности 100 000-, 10 000- и 10-кратных разведений сыворотки крови подтверждает вывод (см. табл. 2), что в этих опытах при 2-м тестировании ФЭ достоверно повышал тонус соответственно до 174,8, 137,6 и 206,4% от величины, наблюдаемой при 1-м тестировании (р1-. 3>-0,1), а при 3-м тестировании — соответственно до 220,9, 156,1 и 168,9% (р1−2 & lt-0,05). Все это означает, что содержание ЭСААР в сыворотке крови небеременных женщин очень высокое.
При исследовании сыворотки крови женщин группы 2 (I триместр неосложненной беременности) установлено, что ЭСААР-активность в разведении 1: 500 была достоверно (р& lt-0,05) ниже, чем в разведении 1: 1000 — при 2-м тестировании ФЭ повышал тонус на фоне 500-кратного разведения до 124,7% от величины, наблюдаемой при 1-м тестировании, а на фоне 1000-кратного разведения до 163,6% (р& lt-0,05). Межгруп-повой анализ также выявил изменения в ЭСААР-активности у женщин в I триместре. Действительно, при 3-м тестировании ФЭ было установлено, что в группе 2 ФЭ повышал тонус полосок после удаления 100-кратного разведения сыворотки крови в меньшей степени, чем в группе 1 (небеременные женщины) — до 131,4% от величины, наблюдаемой при 1-м тестировании, против 170,4% соответственно (см. табл. 2). Все эти данные говорят о снижении ЭСААР-активности сыворотки крови в I триместре беременности.
При исследовании сыворотки крови женщин группы 3 (II триместр неосложненной беременности), установлено (см. табл. 2), что ЭСААР-активность в разведениях 1: 50 и 1: 100 была достоверно ниже, чем в разведении 1: 1000. Эти различия выявлены при 2-м тестировании ФЭ — тонус в присутствии 50-, 100- и 1000-кратных разведений возрастал соответственно до 134,1, 121,2 и 192,0% от величины, наблюдаемой при 1-м тестировании ФЭ (р3−1,2 & lt-0,05). Эта же закономерность установлена и при 3-м тестировании ФЭ — его тонотропный эффект после удаления 50-кратного разведения был достоверно ниже, чем после удаления 500- и 1000-кратного разведения (111,1 против 212,9 и 236,0%- р1−2,3& lt-0,05), а его тонотропный эффект после удаления 100-кратного разведения был достоверно ниже, чем после удаления 1000-кратного разведения (114,1% против 236,0%, р& lt-0,05). Межгрупповой анализ также выявил особенности ЭСААР-ак-тивности у женщин группы 3, судя по 3-му тестированию ФЭ, его тонотропный эффект после удаления 50- и 100-кратных разведений сыворотки крови женщин этой группы был достоверно ниже, чем в аналогичных разведениях крови женщин группы 1 (небеременные). В то же время все различия с группой 2 носили недостоверный характер. Полученные данные говорят о том, что ЭСААР-активность, сниженная в I триместре неосложненной беременности, сохраняется сниженной и во II триместре.
При исследовании сыворотки крови, полученной у женщин в конце III триместра беременности (на сроке 37−40 недель), установлено, что ЭСААР-активность, как и у небеременных женщин, как правило, не зависела от кратности ее разведения, судя по результатам 2-го и 3-го тестирований ФЭ, все различия между эффектами 1000-, 500-, 100- и 50-кратных разведений носили недостоверный характер (см. табл. 2). Это указывает на то, что в конце беременности ЭСААР-активность восстанавливается до уровня, характерного для небеременных женщин. Межгрупповой анализ в основном подтверждает этот вывод. Действительно, нами установлено, что женщины группы 4 по проявлению ЭСААР-активности всех четырех разведений не отличались достоверно от женщин группы 1 (небеременные). В то же время, ЭСААР-активность 500-, 100- и 50-кратных разведений сыворотки крови женщин группы 4 была выше,
чем у женщин группы 2 (I триместр) или группы 3 (II триместр). Так, при сравнении с группой 2 это различие установлено в отношении 500-кратного разведения: при 3-м тестировании ФЭ после удаления этого разведения в группе 4 вызывал более высокое повышение тонуса тест-объекта, чем в группе 2 (160,7 против 124,7%). При сравнении с группой 3 эти различия установлены в отношении 50-кратного разведения при 3-м тестировании ФЭ (в группе 4 он повышал тонус до 175,7%, а в группе 3 — до 111,1%, р& lt-0,05) и в отношении 100-кратного разведения (при 2-м тестировании в группе 4 ФЭ повышал тонус до 147,3%, а в группе 3 — до 121,2%, р& lt-0,05- при 3-м тестировании — соответственно до 167,5 и 114,1%, р& lt-0,05).
В целом результаты исследования сыворотки крови женщин групп 1−4 позволяют утверждать, что уже в I триместре неосложненной беременности ЭСААР-активность сыворотки крови снижается и такая ситуация сохраняется, вероятно, почти до конца беременности. По-видимому, восстановление ЭСААР-активности сыворотки происходит незадолго до родов. Возможно, будущие исследования позволят более точно установить момент начала восстановления ЭСААР-активности перед родами. Полагаем, что снижение ЭСААР-активности при беременности является следствием наличия в крови факторов, которые могут снижать эффективность активации а-АР гладких мышц матки и сосудов, т. е. способствовать торможению СДМ и уменьшению тонуса кровеносных сосудов. Этими факторами, с учетом особенностей тест-объекта, могут быть эндогенный блокатор а-АР (ЭБААР) и/или эндогенный сенсибилизатор в-АР (ЭСБАР). Очевидно, что по мере разведения сыворотки крови вероятность наблюдения эффекта ЭБААР и/или ЭСБАР снижается и по этой причине при исследовании 1000-кратного разведения наличие этих факторов не удается наблюдать. Восстановление ЭСААР-активности до уровня, характерного для небеременных женщин, наблюдаемое в конце доношенной беременности (III триместр), можно объяснить снижением содержания в крови факторов, препятствующих активации а-АР, т. е. содержания ЭБААР и/или ЭСБАР. Наши выводы об изменении уровня в крови эндогенных модуляторов адренореактивности согласуются с данными литературы о том, что в начальной период неосложненной беременности возрастает содержание в крови ЭСБАР, а перед родами оно восстанавливается до уровня, характерного для небеременных женщин [1, 2, 5]. Полагаем, что повышение содержания в крови ЭБААР и/или ЭСБАР в начале беременности способствует торможению СДМ под влиянием эндогенных агонистов Р-АР, а также расслаблению гладких мышц сосудов большого круга кровообращения, что в итоге обеспечивает благоприятное течение беременности. Косвенно нашу точку зрения подтверждают известные данные литературы о гиперволемии и снижении артериального давления (АД) у женщин при неосложненном течении беременности [27]. Предродовое снижение содержания ЭБААР и/или ЭСБАР, с нашей точки зрения, создает условия для повышения эффективности активации а-АР гладких мышц матки и сосудов, т. е. для усиления СДМ и роста тонуса кровеносных сосудов. Все это способствует предродовой активации СДМ и росту АД, характерного для этого периода [27], а также индукции родов и оптимальному их течению.
Влияние лизофосфатидилхолина на а-адренореактивность гладких мышц аорты крысы. С учетом данных литературы [7, 12, 13, 17], предполагаем, что функцию ЭБААР в сыворотке крови может выполнять ЛФХ. Для проверки этой гипотезы были проведены серии опытов 14−19, в которых на кольцевых сегментах аорты крысы исследовали влияние ЛФХ в концентрациях 10−6, 10−5 и 10−4 г/мл на вазоконстрикторный
Рис. 4. Механограмма кольцевого препарата аорты крысы, демонстрирующая тонотропный эффект фенилэфрина (10−6 г/мл, ФЭ-6) — до, на фоне и после удаления лизофосфатидилхолина в концентрации 10−5 г/мл (ЛФХ-5)
Горизонтальные линии под механограммами отражают момент воздействия веществ. Калибровка — 10 мН, 10 мин.
эффект фенилэфрина в одной из двух концентраций — 10−6 г/мл (серии 14, 15 и 16) или 10−5 г/мл (серии 17, 18 и 19). Всего было проведено 6 серий. Каждая серия опытов проведена по схеме: РК -& gt- ФЭ -& gt- РК -& gt- ЛФХ -& gt- ЛФХ+ФЭ -& gt- РК -& gt- ФЭ. В этих сериях мы подтвердили, что ФЭ повышает тонус кольцевых сегментов (см. табл. 3- рис. 4). При этом повышение тонуса у ФЭ, используемого в концентрации 10−6 г/мл, было таким же, как у ФЭ в концентрации 10−5 г/мл и составило соответственно 3,4 ± 0,2 мН (п = 30) и 3,2 ± 0,3 мН (п = 33). Удаление Ф Э сопровождалось восстановлением базального тонуса. Введение на этом фоне ЛФХ в концентрациях 10−6 и 10−5 г/мл вызывало в 45 и 61% опытов соответственно снижение базального тонуса. Величина этого снижения при воздействии ЛФХ в концентрации 10−5 г/мл была достоверно выше, чем при воздействии ЛФХ в концентрации 10−6 г/мл — 2,5 ± 0,3 мН (п = 14) против 1,5 ± 0,3 мН (п = 9). Однако в более высокой концентрации (10−4 г/мл), которая, как известно [11], близка к цитолитической, ЛФХ проявлял отрицательный тонотропный эффект лишь в 20% опытов. Эти результаты согласуются с данными N. Мепоп и соавторов [28], согласно которым, ЛФХ снижает базальный тонус миоцитов грудной аорты кролика. Но в литературе имеются указания, что ЛФХ не снижает тонус деэндотелизированных сегментов аорты крысы [29]. Это означает, что снижение тонуса миоцитов аорты крысы под влиянием ЛФХ может быть следствием активации продукции N0 эндотелием.
При исследовании влияния ЛФХ на тонотропный эффект ФЭ в концентрации 10−6 г/мл нами установлено (табл. 3), что ЛФХ в концентрации 10−6 г/мл не влияет на ва-зоконстрикторный эффект ФЭ, а в концентрации 10−5 г/мл усиливает его при 2-м и 3-м тестированиях (см. рис. 4), т. е. проявляет а-адреносенсибилизирующую активность, однако в концентрации, близкой к повреждающей (10−4 г/мл), он перестает оказывать этот эффект. В то же время во всех опытах ЛФХ (10−6, 10−5 и 10−4 г/мл) не препятствовал проявлению вазоконстрикторного эффекта ФЭ (10−6 г/мл), в том числе и после его удаления.
При исследовании влияния ЛФХ на тонотропный эффект ФЭ в концентрации 10−5 г/мл установлено (см. табл. 3), что ЛФХ в концентрации 10−6 г/мл не влияет на эффект ФЭ. В концентрации 10−5 г/мл ЛФХ не повышал тонотропный эффект, как это было установлено в отношении ФЭ в концентрации 10−6 г/мл, а даже вызывал достоверное снижение этого эффекта, но не при 2-м тестировании, а лишь при 3-м тестировании, т. е. после удаления ЛФХ. В более высокой концентрации (10−4 г/мл) ЛФХ не снижал тонотропный эффект ФЭ ни при 2-м, ни при 3-м тестировании. Если бы ЛФХ действительно блокировал эффекты ФЭ, то, очевидно, что в более высокой концентрации он тем более бы вызывал блокаду.
Таблица 3. Величина тонуса (в мН и %) кольцевых сегментов аорты крысы при трех тестированиях фенилэфрином — до, на фоне и после удаления лизофосфатидилхолина (ЛФХ)
Концентрации ЛФХ, г/мл п Тестирование фенилэфрином
1-е (до ЛФХ) 2-е (на фоне ЛФХ) 3-е (после ЛФХ)
мН % мН % мН %
Фенилэфрин, 10 6 г/мл
10−6 10 3,1±0,2 100 3,9±0,5 129,6±16,6 4,2±0,5 137,9±19,9
10−5 10 2,9±0,3 100 4,9±0,6*# 171,7±12,0*# 5,3±0,6*# 189,9±19,8*#
10−4 10 4,2±0,6 100 4,7±1,0 105,3±16,7 5,5±0,8 127,3±21,5
Фенилэфрин, 10 5 г/мл
10−6 10 3,3±0,7 100 3,9±0,6 126,5±15,0 3,2±0,6 107,7±31,3
10−5 13 3,9±0,5 100 3,2±0,4 83,8±8,7 2,2±0,4*# 73,0±7,4*#
10−4 10 2,1±0,2 100 2,2±0,3 114,1±19,0 2,0±0,3 87,9±9,6
Примечание. * и # - различие с величиной тонуса, вызванного фенилэфрином при 1-м тестировании, достоверно соответственно по критерию Стьюдента и Уилкоксона (р& lt-0,05).
Таким образом, можно сделать заключение, что ЛФХ (10−6, 10−5 и 10−4 г/мл), скорее всего, не снижает тонотропный эффект фенилэфрина при его использовании в концентрациях 10−6 и 10−5 г/мл. Более того, ЛФХ повышает тонотропный эффект ФЭ при его использовании в концентрации 10−6 г/мл. Результаты данных исследований подтверждают наблюдения ряда авторов [16, 18], что ЛФХ не снижает эффективность активации а-АР в миоцитах аорты крысы. Все это означает, что ЭБААР, о наличии которого свидетельствуют исследования, проведенные нами, по своей природе, вероятно, не является ЛФХ. В этом отношении ЭБААР отличается от ЭББАР и ЭБМХР, так как ЛФХ способен блокировать в-АР [17] и М-ХР [11−15, 30]. Как уже отмечалось выше, в наших опытах ЛФХ при определенных условиях (в частности, в концентрации 10−5 г/ мл на фоне ФЭ в концентрации 10−6 г/мл) повышает эффективность активации а-АР. Подобный эффект отмечен и другими авторами в опытах с сегментами аорты крысы [16, 18]. По мнению этих авторов, такой эффект ЛФХ обусловлен его влиянием на активность тирозинкиназы [18] или циклооксигеназы [16]. Однако, по-нашему мнению, а-адреносенсибилизирующий эффект, скорее всего, обусловлен влиянием ЛФХ на процесс передачи сигнала от а-АР внутрь клетки. Подобная трактовка ранее была дана в отношении способности ЛФХ в низких концентрациях (10−6 г/мл) повышать эффективность активации М-ХР в опытах с миоцитами желудка крысы [13]. В целом результаты наших исследований дают основание предположить, что одним из компонентов ЭСААР может быть ЛФХ.
Следует также отметить, что в опытах с циркулярными полосками почечной артерии коровы ЛФХ в концентрациях 10−7-10−4 г/мл дозозависимо и обратимо снижал тонотропный эффект адреналина [7]. С одной стороны, эти данные говорят о том, что миоциты аорты крысы обладают высокой устойчивостью к действию ЛФХ, а с другой — что физиологические свойства миоцитов кровеносных сосудов могут существенно зависеть от вида этого сосуда.
Результаты опытов с ЛФХ позволяют также сделать заключение, что ЛФХ можно рассматривать как естественный фактор, способный модулировать влияние гормонов на функциональное состояние клетки. При этом направленность модулирующе-
го влияния ЛФХ, очевидно, во многом зависит от его концентрации в среде, а также, с учетом результатов наших исследований и данных литературы [11−18], от вида рецепторов, ассоциированных с G-белком.
Выводы
1. Фенилэфрин (10−8-10−4 г/мл) и адреналин (10−7-10−5 г/мл) дозозависимо и обратимо повышают тонус кольцевых сегментов аорты крысы. Максимальный эффект наблюдается соответственно при концентрациях 10−6 и 10−5 г/мл. Ницерголин (10−9-10−5 г/мл) снижает тонотропные эффекты адреналина и фенилэфрина, а обзидан (10−9-10−6 г/мл) и атенолол (10−9-10−7 и 10−4 г/мл) повышают его на 20−30%. Все это указывает на возможность применения кольцевых сегментов аорты крысы для оценки адреномодулирую-щей активности сыворотки крови.
2. Сыворотка крови (в разведениях 1: 1000, 1: 500, 1: 100, 1: 50) небеременных женщин и женщин с физиологическим течением беременности не влияет на базальный тонус кольцевых сегментов. Это означает, что содержащийся в крови ЭАСМ не влияет на тонус миоцитов аорты крысы.
3. Сыворотка крови (в разведениях 1: 1000, 1: 500, 1: 100, 1: 50) небеременных женщин и женщин с физиологическим течением беременности обладает а-адреносенси-билизирующей активностью, для которой характерно длительное последействие. Эта активность объясняется наличием в крови ЭСААР.
4. На протяжении всей беременности а-адреносенсибилизирующая активность у 1000-кратных разведений сыворотки крови стабильна, в то время как в 100-, 50- и в определенной степени 500-кратных разведений она меняется: у женщин в I и II триместрах нормально протекающей беременности уменьшается, а в III триместре восстанавливается до уровня, характерного для небеременных женщин. Эти данные позволяют считать, что при беременности содержание ЭСААР не меняется и это рассматривается как способ поддержания тонуса сосудов и величины АД у женщин при физиологически протекающей беременности. В то же время содержание ЭБААР и/или ЭСБАР в I и II триместрах возрастает, а перед родами снижается, что рассматривается как один из механизмов формирования СДМ и тонуса гладких мышц сосудов, оптимальных для вынашивания плода.
5. Лизофосфатидилхолин в концентрациях 10−6, 10−5 и 10−4 г/мл в опытах с кольцевыми сегментами аорты крысы не снижает тонотропный эффект фенилэфрина (10−6 и 10−5 г/мл), а в концентрации 10−5 г/мл даже усиливает его, что отмечено для фенилэфрина в концентрации 10−6 г/мл. Это означает, что образующийся в организме ЛФХ может проявлять свойства ЭСААР (эндогенного сенсибилизатора а-АР).
* * *
Авторы выражают благодарность за помощь в работе заведующей кафедрой акушерства и гинекологии ИПО Кировской государственной медицинской академии д-ру мед. наук, доценту С. В. Хлыбовой, заведующему лабораторией консервирования крови Кировского НИИ гематологии и переливания крови, д-ру мед. наук, доценту А. А. Кос-тяеву и заведующей отделом биохимии липидов Института экспериментальной кардиологии РКНПК (г. Москва) канд. хим. наук Н. В. Проказовой.
1. Хлыбова С. В. Состояние адренергического механизма и содержание свободных аминокислот при физиологическом течении гестационного процесса и ряде акушерских осложнений: автореф. дис. … д-ра мед. наук. М., 2007. 32 с.
2. Циркин В. И., Дворянский С. А. Сократительная деятельность матки (механизмы регуляции). Киров, 1997. 270 с.
3. Адреномодулирующие эффекты крови, ликвора, мочи, слюны и околоплодных вод человека / Циркин В. И., Дворянский С. А., Ноздрачев А. Д., Братухина С. В., Морозова М. А., Сизова Е. Н., Осокина А. А., Туманова Т. В., Шушканова Е. Г., Видякина Г. Я. // ДАН. 1997. Т. 352, № 1. С. 124−126.
4. Активность ряда аминокислот как возможных сенсибилизаторов в-адренорецепторов гладкой мышцы / Ноздрачев А. Д., Туманова Т. В., Дворянский С. А., Циркин В. И., Дармов И. В., Дробков В. И. // ДАН. 1998. Т. 363, № 1. С. 133−136.
5. Сизова Е. Н., Циркин В. И. Физиологическая характеристика эндогенных модуляторов в-адрено- и М-холинореактивности. Киров: Изд-во ВСЭИ, 2006. 183 с.
6. Демина Н. Л., Циркин В. И., Тарловская Е. И., Костяев А. А. а-адреномодулирующая активность сыворотки крови при артериальной гипертензии // Рос. кардиол. журн. 2008. № 1. С. 65−70.
7. Кашин Р. Ю., Ноздрачев А. Д., Циркин В. И. Модуляция сократительных ответов гладких мышц почечной артерии коровы на адренергические, холинергические и деполяризующие воздействия // Вестн. С. -Петерб. ун-та. Сер. 3: Биология. 2010. Вып. 1. С. 55−71.
8. Система эндогенной модуляции, регулирующая деятельность периферических автономных нервных структур / Циркин В. И., Ноздрачев А. Д., Сизова Е. Н., Дворянский С. А., Сазано-ва М. Л. // Доклады РАН. 2002. Т. 383, № 5. С. 698−701.
9. Pillai G., Sutter M. Effect of plasma from hypertensive patients on contractile response of vascular smooth muscle from normotensive rat // Can. J. Physiol. and Pharmacol. 1989. Vol. 67. N 10. P. 1272−1277.
10. Tulenko T., Schneider J., Floro G., Sicilla M. The in vitro effects on arterial wall function of serum from patients with pregnancy — induced hypertension // Amer. J. Obstet. Gynecol. 1987. Vol. 156. N 4. P. 817−823.
11. Проказова Н. В., Звездина Н. Д., Коротаева А. А. Влияние лизофосфатидилхолина на передачу трансмембранного сигнала внутрь клетки // Биохимия. 1998. Т. 63, № 1. С. 38−46.
12. Влияние лизофосфатидилхолина на чувствительность сердца к ацетилхолину и параметры связывания хинуклидинилбензилата с мембранами миокарда / Проказова Н. В., Звездина Н. Д., Суслова И. В., Коротаева А. А., Турпаев Т. М. // Рос. физиол. журн. 1998. Т. 84, № 10. С. 969−978.
13. Куншин А. А., Циркин В. И., Проказова Н. В. Влияние лизофосфатидилхолина, фосфа-тидилхолина и куриного яичного желтка на сократительные эффекты ацетилхолина в опытах с гладкими мышцами желудка крысы // Бюл. эксперимент. биол. и мед. 2007. Т. 143, № 6. С. 4−7.
14. Effect of calcitonin gene-related peptide-induced preconditioning on attenuated endothelium-dependent vasorelaxation induced by lysophosphatidylcholine / Tang Y., Lu R., Li Y., Peng C., Deng H. // Zhongguo yaoli xuebao. 1997. Vol. 18, N 5. Р. 405−407.
15. Albumin restores lysophosphatidylcholine-induced inhibition of vasodilatation in rat aorta / Vuong T., de Kimpe S., de Roos R., Rabelink T., Koomans H., Joles J. // Kidney Int. 2001. Vol. 60, N 3. Р. 1088−1096.
16. Zhang R., Rodrigues B., MacLeod K. Lysophosphatidylcholine potentiates phenylephrine responses in rat mesenteric arterial bed through modulation of thromboxane A2 // J. Pharmacol. Exp. Ther. 2006. Vol. 317, N 1. Р. 355−361.
17. Пенкина Ю. А. Модуляция в-адренореактивности изолированного миокарда при воздействии сыворотки крови и ряда веществ: дис. … канд. биол. наук. Киров, 2007. 161 с.
18. Matsumoto T., Kobayashi T., Kamata K. Mechanisms underlying lysophosphatidylcholine-induced potentiation of vascular contractions in the Otsuka Long-Evans Tokushima Fatty (OLETF) rat aorta // Br. J. Pharmacol. 2006. Vol. 149, N 7. Р. 931−941.
19. Brawley L., Shaw A. M., MacDonald A. Role of endothelium/nitric oxide in atypical beta-adrenoceptor-mediated relaxation in rat isolated aorta // Eur. J. Pharmacol. 2000. Vol. 398, N 2. P. 285 296.
20. Carteolol, a non-conventional partial agonist of betal-adrenoceptors, relaxes phenylephrine-constricted rat aorta through antagonism at alphal-adrenoceptors / Floreani M., Quintieri L., Varani K., Dorigo M., Dorigo P. // Eur. J. Pharmacol. 2008. Vol. 590, N 1−3. Р. 269−275.
21. Differential regulation of the dopamine D2 and D3 receptors by G protein-coupled receptor kinases and в-arrestins / Kim K., Valenzano K., Robinson S., Yao W., Barak L., Caron M. // J. Biol. Chem. 2001. Vol. 276, N 40. Р. 37 409−37 414.
22. Lu Zhi-Zhen, Zhang You-Yi, DongEr-Dan, Han Qi-De. Characteristics of alpha2-adrenoceptor mediated contractile response in isolated aortae of rats // Sheng Li Xue Bao. 2001. Vol. 53, N 3. P. 188 192.
23. Гланц С. Медико-биологическая статистика. М.: Практика, 1999. 459 с.
24. Сергеев П. В., Шимановский Н. Л., Петров В. И. Рецепторы физиологически активных веществ. Волгоград: Семь ветров, 1999. 640 с.
25. Brandes A. The effects of nitric oxide on rat aortic smooth muscle in vitro // Bios. 2000. Vol. 71, N 4. P. 141.
26. Эндогенный активатор сократимости миоцитов и артериальная гипертензия / Циркин В. И., Демина Н. Л., Сизова Е. Н., Xлыбова С. В., Куншин А. А., Пенкина Ю. А., Кашин Р. Ю. // Вятский медицинский вестник. 2008. № 1. С. 55−66.
27. Шехтман М. М. Руководство по экстрагенитальной патологии у беременных. М.: Триа-да-X, 2004. 815 с.
28. Menon N., Pataricza J., Zehetgruber M., Bing R. A model to study physiological activation of phospholipase-A2 and vasorelaxation by lysophosphatidylcholine // Life Sciences. 1990. Vol. 47, N 21. Р. 1941−1949.
29. Suenaga H., Kamata K. Marked dissociation between intracellular Ca2+ level and contraction on exposure of rat aorta to lysophosphatidylcholine // Eur. J. Pharmacol. 1999. Vol. 378, N 2. Р. 177 186.
30. Коротаева К. Н. Влияние лизофосфатидилхолина на эффективность активации М-хо-линорецепторов изолированного миокарда крысы // Молодежь и наука на Севере: мат. докл. I Всерос. молодежной науч. конф. Сыктывкар: Коми Н Ц УрО РАН, 2008. Т. II. С. 226−228.
Статья поступила в редакцию 9 июня 2011 г.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой