Актуализация безобразного и отвратительного в арт-практиках постмодернизма

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Философия


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

[Works, in 2 vol, vol. 2]. Moscow, Mysl'- Publ. [Thought Publ. ], 1990, pp. 407−525.
9. Platon. Zakony [Laws]. Sochineniia v 3 t, t. 3, chasf 2 [Works, in 3 vol, vol. 3, part 2]. Moscow, Mysl'- Publ. [Thought Publ. ], 1972, pp. 83−470.
10. Prokurova N. S. Ne sotvori zla: K probleme prestupleniia i nakazaniia v russkoi khudozhestvennoi literature i publitsistike [Do not create evil. On the problem of crime and punishment in Russian literature and journalism]. Moscow, Academia Publ., 2001. 344 p.
11. Skripnik A. P. Bytie, logos i nrav [Genesis, logos and character]. Eticheskaia mysl'- [Ethical Thought], 2002, No. 3, pp. 99−118.
12. Solov'-ev V. S. Tri rechi v pamiat'- Dostoevskogo [Three speeches in memory of Dostoevsky]. Filosofiia iskusstva i literaturnaja kritika [Philosophy of art and literary criticism]. Moscow, Iskusstvo Publ. [Art Publ. ], 1991, pp. 227−260.
^^КТУАЛИЗАЦИЛ БЕЗОБРАЗНОГО И ОТВРАТИТЕЛЬНОГО
В АРТ-ПРАКТИКАХ ПОСТМОДЕРНИЗМА
УДК 7. 011. 2:7. 038.6 А. А. Медведев
Московский государственный институт культуры
В настоящей статье рассматривается влияние безобразного и отвратительного на эстетическую ценность арт-практик. Указываются основные отличия безобразного от отвратительного и перечисляются основные типы отвращения. Определяются границы эстетического в арт-практиках, использующих безобразное и отвратительное. Описываются особенности художественного представления отвратительного в классическом искусстве и арт-практиках постмодернизма. Автор рассматривает возможность эстетической оценки тех арт-практик, которые целенаправленно используют безобразное и отвратительное для воздействия на реципиента. При этом отвращение рассматривается как реакция, подавляющая эстетическое суждение. Ситуация художественного представления и эстетическая точка зрения рассматриваются как способы приостановки реакции отвращения в пользу эстетического восприятия отвратительного предмета. В заключении автор делает выводы о проявлении отвратительного в арт-практиках и способах, которыми эта реакция преодолевается в «современном искусстве». Это соотносится с современной ситуацией распыленности и нечётких границ художественно-творческой деятельности человека. Ключевые слова: безобразное, отвратительное, эстетическая ценность, эстетическое суждение, средство коммуникации, эстетическая точка зрения, система искусства.
А. A. Medvedev
Moscow State Institute of Culture, Ministry of Culture of the Russian Federation (Minkultury), Bibliotechnaya str., 7, Khimki city, Moscow region, Russian Federation, 141 406
AESTHETIC EVALUATION OF UGLINESS AND DISGUST IN THE POSTMODERNISM ART PRACTICES
This article examines the impact of ugly and disgusting on the aesthetic value of art practices. Outlines the differences ugly and disgusting and lists the main types of disgust. Define the boundaries of the aesthetic area in art practices using ugly and disgust. Describes the characteristics of the representation disgust in classical art and art practices of postmodernism.
МЕДВЕДЕВ АЛЕКСЕЙ АЛЕКСАНДРОВИЧ — кафедры теории культуры, этики и эстетики социально-
гуманитарного факультета Московского государственного института культуры 71
MEDVEDEV ALEXEY ALEKSANDROVICH — doctoral student of Department of the theory of culture, ethics and aesthetics, Faculty of Social Studies and Humanities, Moscow State Institute of Culture
e-mail: medvedi80@inbox. ru © Медведев А. А., 2015
The author considers the possibility of aesthetic evaluation of those art practices that use ugly and disgusting to influence the recipient. The disgust is considered as a reaction that crushed of aesthetic judgment. The situation of artistic representation and aesthetic point of view, considered as means of suspension that reaction of disgust in favor to aesthetic perception of disgusting object. In the end of this article the author draws conclusions about the manifestation of the disgust in art practices and the means to overcome this reaction in the & quot-contemporary art& quot-. It refers to the contemporary situation of dispersal and indeterminate boundaries of artistic and creative activities.
Keywords: ugly, disgust, aesthetic value, aesthetic judgment, means of communication media, the aesthetic point of view, the system of art.
В арт-практиках постмодернизма явление безобразного занимает особое место. Отмечается несколько оснований этого: во-первых, считается, что таким образом реципиентом непосредственно в эстетическом опыте познаются и переживаются негативные стороны человеческой жизни и сублимируются агрессивные желания, во-вторых, это призыв переживать эстетическое «по ту сторону добра и зла» [4]. В своих крайних проявлениях безобразное в арт-практи-ках, вызывая негативные эмоции отвращения, брезгливости, приводит к неприятию арт-объекта. Здесь проявляется своеобразие безобразного и отвратительного.
Отвратительное — это не просто крайняя форма безобразного. Безобразное и отвратительное имеют свои отличительные особенности.
Безобразное в первую очередь относится к соотношению формальных особенностей объекта, а отвратительное — к смысловому содержанию, которое объект представляет: «отвратительному присуща идея разложения (потому что только живым суждено умереть), в то время как безобразное находится в формальной конфигурации объекта» [5].
оценка объекта как безобразного — это результат эстетического суждения, которое фиксирует рассогласованность между формальными особенностями объекта (например, аритмия в танце). Здесь могут быть исключены смысл или идея, вкладываемые в предмет эстетического суждения.
В отличие от безобразного, отвратитель-
ное — это дисгармоничное соотношение формальных особенностей объекта, ассоциированное с определённым смыслом, которое вызывает реакцию отвращения к этому объекту.
Определено три вида таких ассоциаций:
1. Отвращение, вызванное чувствами обоняния, вкуса и зрения. Чувство неприязни к объекту вызвано через ассоциацию о том, как объект должен ощущаться вкусом, обонянием или осязанием, в том числе и при виде отвратительного объекта. Например, представление о поедании личинок.
2. «Животно-напоминающее» отвращение, напоминающее человеку о его животном начале. Оно относится к проблемам гигиены, сексуальных отклонений, повреждений тела. «Мы боимся признавать наше животное начало, потому что мы боимся того, что, подобно животным, мы смертны. Мы, таким образом, пытаемся скрыть животное начало наших биологических процессов, выбирая специфически человеческие способы их исполнения» [5].
3. Социально-моральное отвращение. «Социально-моральное отвращение есть … неприятие к нарушению & quot-душевной оболочки& quot- или & quot-человеческого достоинства в обществе& quot-» [5].
Это помогает определить границы эстетического в тех арт-работах, которые целенаправленно используют безобразное или провоцируют отвращение своим видом. Судя об объекте как безобразном, реципиент оценивает его эстетически: «Оценка объекта, как эстетически безобразного, это признание того, что эстетическое рефлексивное действие имело
место и что его результатом было негативное эстетическое чувство безобразного (эстетическое неудовольствие)» [5]. Отвратительное, вызывая психофизиологическую реакцию, препятствует эстетическому переживанию: «отвращение предотвращает возможность того, чтобы объект был оценён эстетически в первую очередь, то есть если объект не может быть эстетически оценён совсем, тем более он не может быть оценён положительно… Именно по этой причине отвращение действует ан-ти-эстетически…» [5].
Но в искусстве есть примеры произведений, которые являются эстетически привлекательными, несмотря на то, что обращаются к темам отвратительного и безобразного, например работы Фриды Кало или Гойи. Здесь некоторые исследователи приходят к выводу, что отвратительное в определённых случаях все же может нести эстетическую ценность. Например, в случае проявления «социально-морального» отвратительного. Мойка Куплен (Mojca Kuplen) приводит работу Андреса Серрано «Piss Christ» (фотография распятия, погруженного в мочу), говоря о том, что «вопреки, моральному отвращению, которое вызывает этот объект, его эстетические свойства не изменены таким отвращением, более того художественная работа сама по себе остаётся чрезвычайно эстетически приятной» [5]. Это объясняется разными источниками эстетического переживания и морального чувства: «Работа Серрано не судится как морально отвратительная за его эстетические свойства, но за то, что она означает, за сообщение, которое несёт» [5].
Если в данном случае это можно объяснить подобным образом, то в случае двух других типов отвращения, перечисленных выше, дело обстоит сложнее. Дело в том, что отвращение вносит в искусство и арт-прак-тики спорный момент, потому что оно «провоцирует напряжённость между природой объекта отвращения и его художественной репрезентацией, которая легко может разрушиться» [5]. Имеется в виду то, что при
художественном изображении отвратительного объекта, при определённых условиях, не различается репрезентация объекта и объект сам по себе: «далее просто визуальное изображение объекта отвращения глубоко переживается разумом, а это вызывает чувство близости ему и, в конце концов, отвечает за эстетический коллапс и соответственно невозможность найти объект эстетически приятным» [5]. В этом случае «отвращение ломает эстетическую иллюзию, или то, что Кант называет бескорыстной рефлексией, которое необходимо для успешного представления объекта» [5]. Отвращение останавливает эстетическую оценку объекта в том случае, если он представлен таким образом, что внимание сосредоточено полностью на отвратительном материале, а не на его представлении. Если мы сосредоточены на существовании отвратительного, а не на его образном представлении, то это разрушает эстетическое восприятие как незаинтересованную рефлексию.
В зависимости от типа отвращения арт-объ-ект может нести эстетическую ценность, например в случае «социально-морального» отвратительного или если созданы условия для его эстетического восприятия. В современном обществе моральная оценка может быть легко смещена на второй план тем, что Монро Бер-дсли называет «эстетической точкой зрения». Если определить эстетическую оценку объекта как суждение о нём с «эстетической точки зрения», то можно определить эстетическую ценность объекта следующим образом: это ценность, «которой он обладает благодаря его способности доставлять эстетическое удовольствие в опыте правильного и полного чувственного восприятия» [2]. Принятие эстетической точки зрения позволяет сделать в суждении о предмете одни аргументы более важными, чем другие: качественно выполненная копия произведения может доставить эстетическое удовольствие, несмотря на то, что является подделкой. С одной стороны воспитание эстетического восприятия действительности, практика дизайна, с другой стороны,
возрастающее обезображивание среды обитания создают условия, когда человек принимает эстетическую точку зрения как приоритетную. Так происходит расширение поля эстетической оценки, и в него попадают предметы, ранее не рассматриваемые с эстетической точки зрения. Это видно из примера с работой Андреса Серрано «Piss Christ».
«Животно-напоминающее» отвратительное и отвращение, вызванное чувствами, также используемое в арт-практиках, действует более глубоко. Здесь возникает спорная область границы эстетической оценки: с одной стороны, воздействие «животно-напоминающего» и чувственного отвращения глубоко и зависимо от психики и чувств человека, культурной среды- с другой стороны, «система искусства» [1] использует свои инструменты, которые могут приостановить реакцию отвращения. Перенесение объекта в контекст или просто в ситуацию художественного представления может отдалить отвратительный материал арт-объекта от его репрезентации. Это также зависит от типа представления (средств коммуникации [3]) — фотография более реалистично показывает материал, литературная форма наиболее способна облагораживать отвратительный материал: «Чем более художественная репрезентация отвратительного материала отдаляется от природы объекта, тем более его эстетическое восприятие может быть успешным» [5].
Исходя из этого, можно сделать следующие выводы:
1. Сфера отвратительного — крайняя область эстетической оценки искусства, в том
числе и так называемых арт-практик постмодернизма.
2. Из работ, использующих отвратительный материал, которые конкретно вызывают реакцию отвращения, эстетической оценке могут быть подвергнуты только те из них, которые способом своего представления могут приостановить эту сильную реакцию в пользу эстетического восприятия. Это «социально-моральное» отвратительное, которое может быть снято «эстетической точкой зрения». Также это арт-работы, в которых отвратительная природа объекта достаточно дистанцируется его художественной репрезентацией. Здесь эстетическая оценка может быть успешной.
3. Арт-работы, в которых отвратительный материал доминирует над художественной репрезентацией предмета, эстетически не оцениваются. Но они могут нести в себе познавательный ценностный компонент, который проявляется в артифицированном представлении отвратительного объекта.
4. Предполагается, что какой-либо третий вид работ, связанный с безобразным и отвратительным, в подобном случае выпадает из «системы искусства». Это не значит, что такие работы вообще не существуют. В современной ситуации распыленности и нечётких границ художественно-творческой деятельности человека, эти работы могут находиться в областях артифицированного (то, что стремится быть «искусством», например граффити, реклама) или эстетизированного (акцентированного на эстетическую составляющую какого-либо вида деятельности человека).
Примечания
1. Барабанов Е. Искусство на рынке или рынок искусства [Электронный ресурс] // Художественный журнал: [веб-сайт]. Электрон. дан. 2002. № 46. URL: http: //xz. gif. ru/numbers/46/rynok
2. Бердсли М. Эстетическая точка зрения // Американская философия искусства: основные концепции второй половины ХХ века: антиэссенциализм, перцептуализм, институционализм. Антология / под ред. Б. Дземидока и Б. Орлова, Екатеринбург: Деловая книга — Бишкек: Одиссей, 1997. С. 162.
3. Бинкли Т. Против эстетики // Американская философия искусства: основные концепции второй половины ХХ века: антиэссенциализм, перцептуализм, институционализм. Антология / под ред. Б. Дземидока и Б. Орлова, Екатеринбург: Деловая книга — Бишкек: Одиссей, 1997. С. 299.
4. Бычков В. В. Эстетика: учебник. Москва: Гардарики, 2002. 556 с.
5. Kuplen M. Disgust and Ugliness: a Kantian Perspective. Available at: http: //www. contempaesthetics. org/
newvolume/pages/article. php? articleID=615
6. Sepanmaa Y. Flows, Vortices, and Counterflows: Artification and Aesthetization in Chiasmatic Motion on a Mobius Ring. Available at: URL: www. contempaesthetics. org/newvolume/pages/article. php? articleID=646
References
1. Barabanov E. Iskusstvo na rynke ili rynok iskusstva [The art on market or art market]. Moscow Art Journal. 2002, No. 46. Available at: http: //xz. gif. ru/numbers/46/rynok
2. Beardsley M. Esteticheskaia tochka zreniia [The aesthetic point of view]. Amerikanskaia filosofiia iskusstva: osnovnye kontseptsii vtoroi poloviny 20 veka: antiessentsializm, pertseptualizm, institutsionalizm. Antologiia, pod red. B. Dzemidoka i B. Orlova [American philosophy of art: general conceptions the last half of the 20th century: antiessentialism, perceptualism, institutionalism, ed. by B. Dzemidok, B. Orlov]. Ekaterinburg, Delovaia kniga Publ. [Business book Publ. ], Bishkek, Odissei Publ. [Odysseus Publ. ], 1997, p. 162.
3. Binkley T. Protiv estetiki [Against aesthetics]. Amerikanskaia filosofiia iskusstva: osnovnye kontseptsii vtoroi poloviny 20 veka: antiessentsializm, pertseptualizm, institutsionalizm. Antologiia, pod red. B. Dzemidoka i B. Orlova [American philosophy of art: general conceptions the last half of the 20th century: antiessentialism, perceptualism, institutionalism, ed. by B. Dzemidok, B. Orlov]. Ekaterinburg, Delovaia kniga Publ. [Business book Publ. ], Bishkek, Odissei Publ. [Odysseus Publ. ], 1997, p. 299.
4. Bychkov V. V. Estetika [Aesthetics]. Moscow, Gardariki Publ., 2002. 556 p.
5. Kuplen M. Disgust and Ugliness: a Kantian Perspective. Available at: http: //www. contempaesthetics. org/ newvolume/pages/article. php? articleID=615
6. Sepanmaa Y. Flows, Vortices, and Counterflows: Artification and Aesthetization in Chiasmatic Motion on a Mobius Ring. Available at: http: //www. contempaesthetics. org/newvolume/pages/article. php? articleID=646
^^М^ОРААЬ ВИКТОРИАНСКОЙ АНГЛИИ КАК ПОСЛЕДСТВИЕ «КУЛЬТУРНОГО ВЗРЫВА»
УДК 17(410) Л. С. Хачатрян
Московский государственный институт культуры
Викторианская мораль несёт явные следы идеологии пуританизма, возникшего в Англии в рамках движения Реформации. И в этом смысле она может рассматриваться как одно из последствий этого «культурного взрыва». В то же время на её формирование оказала большое влияние теория и практика англиканской церкви. Статья посвящена анализу специфических черт викторианской морали, которая во многом повлияла на дальнейшее развитие английской культуры. Подробно рассматриваются истоки и причины существования «двойных стандартов», характерных для викторианства, и их конкретные проявления. Выделяются и подробно анализируются три структурных элемента викторианской морали: 1) запреты на вещи (определённые поступки) — 2) запреты семиотического толка (на моделирование поступков с помощью языков культуры) — 3) средства контроля за соблюдением этих запретов.
Ключевые слова: Реформация, англиканство, пуританизм, викторианство, культура Англии.
ХАЧАТРЯН ЛИЛИТ САРКИСОВНА — аспирантка кафедры истории, истории культуры и музееведения социально-гуманитарного факультета Московского государственного института культуры
KHACHATRIAN LILIT SARKISOVNA — doctoral student of Department of history, cultural history and 75
museology, Faculty of Social Studies and Humanities, Moscow State Institute of Culture
e-mail: khachlilit@mail. ru © Хачатрян Л. С., 2015

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой