«Леб, труд, эпидемии»: положение пленных россиян в Германии и Австро-Венгрии в оценке современников

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 94−054. 65(47) |1914/19 181
«ХЛЕБ, ТРУД, ЭПИДЕМИИ»: ПОЛОЖЕНИЕ ПЛЕННЫХ РОССИЯН В ГЕРМАНИИ И АВСТРО-ВЕНГРИИ В ОЦЕНКЕ СОВРЕМЕННИКОВ
Э.Г. Абдрашитов
Институт социально-гуманитарных знаний (г. Казань), кафедра теории и истории государства и права E-mail: b-el@rambler. ru
И.В. Крючков
Северо-Кавказский федеральный университет, кафедра археологии и всеобщей истории E-mail: igory5@yandex. ru
В статье показано отражение проблем питания, медицинского обслуживания и трудовой деятельности российских военнопленных в Германии и Австро-Венгрии в контексте информационной войны России с Германией.
Ключевые слова: Первая мировая война, военнопленные, эпидемии, сельское хозяйство, Германия, Австро-Венгрия, продовольствие.
«BREAD, LABOUR AND EPIDEMICS»: HE CONDITIONS OF RUSSIAN WAR PRISONERS IN GERMANY AND AUSTRIA-HUNGARY AS SEEN BY CONTEMPORARIES
A.G. Abdrashidov, I.V. Kryuchkov
The article deals with the issues of food supply, health care and labour of Russian war prisoners in Germany and Austria-Hungary in the context of the information war between Russia and Germany.
Key words: World War One, War prisoners, epidemics, farming, Germany, Austria-Hungary, foodstuffs.
Повседневность лагерного сообщества военнопленных россиян становится темой пристального внимания общественности России. Описание быта и нравов военнопленных должно было дополнять образ солдата-героя. Даже жестокие условия содержания пленных не могли убить в них чувство юмора и попытки обустроить собственный быт.
Проблема продовольственного снабжения становится центральной в освещении положения пленных россиян в Германии и Австро-Венгрии. Она постоянно присутствует как в воспоминаниях самих военнопленных, так и в материалах российской прессы.
В России за всеми рассуждениями о тяжелом положении российских военнопленных с точки зрения снабжения их продовольствием, проскальзывали факты, несколько оправдывавшие противника в общем потоке сведений о чуть ли целенаправленном уничтожении россиян в Германии и Австро-Венгрии с помощью голода. Ряд российских изданий обращал внимание на существенные различия в структуре питания россиян и жителей Центральной Европы. В России хлеб играл большую роль в приеме пищи и получении необходимого количества калорий. В то время как в Европе хлеб играл вспомогательную функцию, поэтому его было, немного и он существенно отличался по составу ингредиентов от российского хлеба. Когда власти германских и австро-венгерских лагерей занялись проблемой организации питания военнопленных, то в вопросах приема пищи они в первую очередь ориентировались на традиции, сформированные в Центральной Европе. Россияне оказались полностью неподготовленными к такому повороту дел1. Незначительные порции хлеба при приеме пищи не вели к их насыщению. К тому же выдаваемый хлеб был очень низкого качества2.
Кроме этого в России признавали, что в результате блокады и кризиса сельского хозяйства в Германии и Австро-Венгрии, в этих государствах возник острый дефицит муки, что привело к значительному сокращению производства хлеба и ухудшению его качества. От этого процесса страдало гражданское население, армии среднеевропейских империй и, безусловно, военнопленные3.
Анализ воспоминаний и писем военнопленных, опубликованных в России, показывает, что рацион питания россиян во многих лагерях не выдерживал никакой критики.
1 В плену. О помощи находящимся в плену русским солдатам / сост.
B.П. Оболенский. М., 1916. С. 5.
2 Якушев Д. В плену у немцев. Письма русских военнопленных. Пг., 1916.
C. 30.
3 В плену. О помощи находящимся в плену русским солдатам. С. 5.
Утром они получали по 1−1,5 стакана чая, в обед 1−1,5 тарелки супа и на ужин 1−1,5 стакана чая. В 1916 г. мясо полностью исчезло из меню пленных. Сокращаются нормы выдачи хлеба- до Рождества 1916 г. пленные получали по 1 кг хлеба, а после всего 400−600 граммов в день4. Чай, кофе, выдаваемые военнопленным, практически не имели ничего общего с кофе и чаем в общепринятом смысле слова. Это был в лучшем случае кофе из ячменя или желудей и чай из сбора различных трав. «Утром давали кофе из желудей, вечером жидкость, где крупинка подгоняла крупинку», — так описывал дневной рацион питания один из военнопленных5. По мнению Н. И. Оржеховской, главной бедой пленных в Германии стал голод, так как 600 граммов хлеба в день пленным катастрофически не хватало для удовлетворения потребностей6.
Германская сторона постоянно подчеркивала, что норма выдачи хлеба пленным полностью соответствовали нормам выдачи хлеба солдатам, установленным в германской армии. Российские газеты отмечали, что Германия несколько искажала факты, т.к. гражданское и военное население страны кроме хлеба потребляло и другие виды продуктов, при этом хлеб в их рационе питания имел второстепенное значение7. Пленные же кроме хлеба, в большинстве случаев, не получали калорийную и качественную пищу, хлеб для них становился основным видом потребляемого продовольствия. Именно поэтому в письмах часто пленные просили присылать сухари.
Мясо пленные получали, как правило, два раза в неделю, которое по качеству не выдерживало ни какой критики8. Похлебки (супы) практически не содержали калорийных продуктов, поэтому пленным было трудно ими насытиться. К тому же не редко пленные отмечали факты, когда заканчивалась похлебка, в баки с супом добавлялась сырая вода, для того, чтобы еды хватило всем пленным9. В Германии россияне познакомились с брюквой. Данная кормовая культура стала постоянным
4 Северокавказский край. 1916. № 77.
5 Кирш Ю. Под сапогом Вильгельма. Из записок рядового военнопленного. 1914−1918 гг. М.- Л., 1925. С. 33.
6 Северокавказский край. 1916. № 107.
7 Русский инвалид. 1915. № 58.
8 Русские ведомости. 1915. № 164.
9 Якушев Д. Указ. соч. С. 30.
атрибутом питания пленных. О брюкве пленные высказывали различные мнения. Одни полагали, что она спасла их от голода, другие отмечали, что российский желудок, абсолютно не воспринимал этот суррогат.
Пленные обращали внимание на ухудшение питания местного населения и охраны. Если в 1914 г. завтрак охраны и рабочих включал колбасу, сыр и белый хлеб, то в 1915 г. колбаса и сыр полностью исчезают, а к 1916 г. ухудшилось и качество, потребляемого германскими солдатами и рабочими хлеба.
Многие пленные одну особенность, связанную с организацией питания пленных в лагерях Германии и Австро-Венгрии: «…во время больших наступлений союзников или русских, немцы начинали вспоминать, что мы люди и улучшали пищу"10. Вызывает сомнение достоверность данного факта, но для пропагандистов он имел важное значение, так как данные замечания вполне вписывались в образ трусливого и лживого врага.
Большой интерес в России вызвали результаты поездки в Швецию и Данию летом 1915 г. представителя Московского городского комитета помощи русским военнопленным Д. С. Новашина, его оценки положения военнопленных многими журналистами и общественными деятелями считались объективными. Д. С. Новашин в духе либерального дискурса полагал, что пленные в Германии получали только минимум всего необходимого для жизни, но этого хватало только для убогого прозябания на грани жизни и смерти11. По его мнению, пленные остро нуждались в одежде, обуви, предметах первой необходимости. Наличие денег не спасало пленных от нужды, так как в лагерных ларьках, они практически ничего не могли купить. Не меньше проблем, на взгляд агента, у пленных было с организацией культурной жизни, у них не было книг, газет и т. д. Поэтому Д. С. Новашин предлагал срочно организовать продовольственную помощь военнопленным, используя французский и британский опыт12.
Ужасы российского плена в Германии и Австро-Венгрии в глазах россиян дополняла жуткая антисанитария, в которой содержались
10 Фомин В. Б. Среди культурных варваров — 14 месяцев в германском плену. СПб., 1916. С. 13.
11 Русские ведомости. 1915. № 164.
12 Там же.
пленные. Эта тема регулярно обсуждалась российской общественностью. Наибольшие проблемы в данном плане возникали в виду отсутствия бань и прачечных в лагерях для военнопленных, что служило источником распространения различных заболеваний13. Вши стали настоящим бичом в лагерях: «если положить белье на один кирпич и прихлопнуть другим, то раздавался треск"14. По мнению одного из пленных: «Австрийские блохи кусаются сильнее русских, в чем я убедился… «15. Образованная часть российских читателей, скорее с иронией относилась к таким комментариям, реакция обывателей могла быть различной, вплоть до полной уверенности в том, что даже блохи в Австрии отличались особой кровожадностью. Все эти ремарки о блохах не были случайными в конструировании положения военнопленных. Они стали постоянными спутниками, сопровождавшими в окопах и в плену солдат, наряду с другими паразитами. Кроме источника физических страданий, они являлись разносчиками различных опасных инфекционных заболеваний.
Российские авторы полагали, что только когда ситуация начинала выходить из-под контроля и от вшей и заразных болезней начинала страдать охрана лагеря администрация предпринимала усилия по борьбе с паразитами, проводя дезинфекцию и другие профилактические мероприятия, но как правило, эффект от этих действий имел кратковременный характер. К тому же предпринимаемые меры, в последующем не использовались в полной мере: «в баню не ходили по три месяца- вши заедали. «16.
В России такую нерасторопность властей Германии и Австро-Венгрии объясняли несколькими причинами. Консервативная общественность видела в этих действиях противника попытку унижения и сознательного физического уничтожения врага. Либеральные круги, полагали, что как и в России, все объяснялось несколько иными причинами. В лагерях процветало элементарное воровство и коррупция, поэтому мыло и дезинфицирующие средства не попадали к пленным, уходя на сторону, служа
13 Ужасы германского плена // Северокавказский край. 1916. № 2.
14 Базилевич М. П. Положение русских пленных в Германии и отношение германцев к населению занятых ими областей царства польского и Литвы: материал собранные доктором Базилевичем М. П. в плену и среди 110 вернувшихся из германского плена русских врачей. Пг., 1917. С. 32.
15 Из австрийского плена в Галицию // В немецком плену. М., 1915.
16 Базилевич М. П. Указ. соч. С. 13.
источником обогащения лагерной администрации. Кроме этого, проявлялась общая неэффективность работы военной администрации в экстремальной ситуации. Свою роль сыграл экономический кризис, затронувший практически все воюющие страны, особенно в 1916 году.
Российские источники утверждали, что в лагерях не было ни одного человека, не перенесшего различные заболевания, ослабленный организм пленных не способен был сопротивляться даже легкой простуде. В число наиболее распространенных заболеваний входило малокровие, цинга, отек ног, кожные заболевания, дистрофия. У пленных обострялись практически все хронические заболевания, любое из них могло привести к летальному исходу.
Лечением больных занимались, главным образом русские доктора под контролем немецких врачей. По воспоминаниям практически всех врачей, к русским «коллегам» немецкие специалисты относились как к низшему сословию: «К слову сказать, за все время моего пленения, это был единственный немецкий врач, который относился к нам и военнопленным по-человечески"17. Однако и здесь встречались некоторые редкие исключения. В 1915 г. журнал «Нива» опубликовал фотографию австрийских сестер милосердия, в основном польских монашек, добросовестно ухаживавших за российскими раненными военнопленными18.
В России были убеждены, что военнопленные россияне либо вообще не получали необходимой медицинской помощи, либо получали ее в недостаточном объеме. Кроме этого Н. И. Оржеховская и ряд других источников отмечали попытки препятствования работе российских врачей в лагерях со стороны германской администрации19.
По сведениям россиян, в лагерях медикаментов выделялось мало, ощущалась нехватка персонала, больничных палат, перевязочных комнат. Все помещения, предназначенные для больных, были забиты людьми в нарушение всех санитарных норм. Поэтому пленные просили власти России срочно оказать им помощь медикаментами, на что постоянно обращала внимание российская периодика.
Между русскими врачами и администрацией лагерей происходили конфликты по поводу определения численности больных военнопленных. Германские врачи, по данным
17 Базилевич М. П. Указ. соч. С. 26.
18 Нива. 1915. № 17.
19 Северокавказский край. 1916. № 107.
М. П. Базилевича: «не хотели признавать, что русский человек может быть болен, и считали больных симулянтами. «20. Особенно эта проблема проявилась в 1916 г., когда германская промышленность и сельское хозяйство, в условиях постоянных мобилизаций немцев в действующую армию, остро нуждались в рабочих руках. Каждый военнопленный, в глазах немецкой бюрократии, приобретал особое значение для экономики Германии.
В лазареты, как правило, попадали тяжелобольные пленные, имевшие все признаки серьезного заболевания, попасть в лазарет считалось большой удачей. Это гарантировало некоторое улучшение питания и проживание в хороших санитарных условиях. По свидетельству очевидцев, даже элементарное увеличение норм питания больных приводило к их быстрому выздоровлению. Кроме этого больные полностью освобождались от трудовой деятельности.
Дискуссии о том болен или не болен пленный, часто в условиях правового нигилизма приводила к варварским методам определения степени заболевания пленного. В частности таким критерием могло стать мнение барачного старосты: «больных он определял на глаз, и казавшихся ему здоровыми избивал тут же кулаками и палкой. Больными он считал имеющих раны"21. Охранники могли избить больного, чтобы проверить действительно ему плохо, или он симулирует болезни. Если человек пытался избежать побоев, то его принимали за симулянта и сажали в карцер. Действия администрации лагерей, отчасти имели под собой основания, так как военнопленные шли на любые ухищрения для того, чтобы попасть в лазарет, используя самые изощренные способы для имитации собственного заболевания, не останавливаясь и перед членовредительством, но об этом в России предпочитали не говорить.
Данные факты наложили существенный отпечаток на формирование в России негативного образа положения военнопленных в лагерях Германии и Австро-Венгрии. Весьма примечательной в данной связи является информация, опубликованная на страницах «Приазовского края». Это было письмо от группы русских пленных- оно попало в Россию с переданными по линии Красного Креста прапорщиками А. Глазя и В. Веденским. В письме отмечалось, что в лагерях Визельбург и
20 Базилевич М. П. Указ. соч. С. 14.
21 Базилевич М. П. Указ. соч. С. 9.
Шпратцерн отмечалась высокая заболеваемость туберкулезом, что стало следствием непосильной работы пленных во время рытья окопов на итальянском фронте и работе на местном пороховом заводе22.
От состояния дел в медицинском обслуживании военнопленных, напрямую зависела оценка количества погибших в плену военнопленных, но на данную статистику влияли и другие факторы. В этом плане российская периодика приводила фантастические цифры, явно не отражавшие реальное положение дел. Зачастую в России опирались на данные приводимые авторитетными международными изданиями, в том числе лондонской «Таймс». В ноябре 1915 г. «Таймс» сообщила о расстреле 2 тыс. российских военнопленных в г. Дебрецене, поднявших бунт из-за плохого питания23. По данным «Таймс» венгры списали эти жертвы на начавшуюся эпидемию холеры. К числу погибших в плену в России относили пленных покончивших жизнь самоубийством24. По мнению российской периодике, число самоубийств в Германии и Австро-Венгрии постоянно росло с увеличением общей численности военнопленных в этих странах и в связи с ухудшением условий их содержания.
В России назывались самые невероятные данные о численности погибших в плену россиян. Постепенно в публицистике закрепилась цифра в 500 тыс. погибших из 2 млн. чел., попавших в плен25. Позже в советской историографии также приводились эти данные.
Необходимо отметить, что в прессе Германии и Австро-Венгрии также постоянно приводились огромные цифры, погибших в России военнопленных. В мае 1917 г. чешская газета «^Л» в свое статье выделяла самые страшные российские лагеря для военнопленных с указанием численности погибших в них людей: в Олонецкой губернии погибло 40 тыс. чел., 10 тыс. от цинги, а 30 тыс. замерзло во время сильных морозов, в Тоцком лагере (Самарская губерния) умерло 17 тыс. чел., в том числе 9 тыс. чел. от тифа, в Вержидинском лагере умерло 23 тыс. чел. и т. д. 26. Следовательно,
22 В австро-венгерском плену // Приазовский край. 1916. № 258.
23 Из обзоров иностранной печати, составленных в отделе Генерал-Квартирмейстера Генерального штаба с 1 октября по 31 декабря 1915 г. Б.м., б.г. С. 9.
24 Русские ведомости. 1915. № 164.
25 Яблоновский Л. Страшная правда (В германском плену). М., 1917. С. 5−6.
26 СвЛ. 23. 05. 1917.
использование нереальных цифр потерь военнопленных становится важным компонентом информационных войн в 1914—1917 годах.
Разноречивая информация публиковалась на страницах российских изданий об использовании труда военнопленных в Германии и Австро-Венгрии. В конце ноября 1914 г., когда война уже набрала обороты, в целом приходила нейтральная информация об использовании труда российских военнопленных. «Северокавказский край» в данной связи обращал внимание на положение около 15 тыс. пленных в лагере Герлиц, которых использовали на осушке болот и других земляных работах. В целом газета признавала, что пленные содержались в нормальных условиях, регулярно получая питание и по 20 пф. в день за работу27.
О сильной зависимости Германии и Австро-Венгрии от труда российских военнопленных говорили и британские издания, выдержки из которых перепечатывались в России. По данным газеты «Морнинг Пост», австрийские железнодорожные линии во многом держались на плаву за счет использования труда военнопленных, особенно в районе Вены28. Сами пленные полагали, что германские власти проводили четкую дифференциацию при организации работ российских военнопленных. Сильных и здоровых пленных они направляли в промышленность, а истощенных в сельское хозяйство — на поправку29.
По сведениям одного из пленных, сбежавшего из Восточной Пруссии сельское хозяйство региона находилось в тяжелом положении из-за постоянной мобилизации трудоспособного населения, реквизиций продовольствия и скота. Поэтому благополучие местного крестьянского хозяйства полностью зависело от наличия в нем военнопленных30. В среднем на одно хозяйство в Восточной Пруссии приходилось по 1−2 пленных. Германские крестьяне были заинтересованы в использовании труда россиян, поэтому они в целом нормально к ним относились. Пленные, кроме питания за свой труд получали еще по 30 марок заработной платы. В тоже время в этой идеальной
27 Северокавказский край. 1914. № 104.
28 Из обзоров иностранной печати, составленных в отделе Генерал-Квартирмейстера Генерального штаба с 16 по 24 января 1916 г. Б.м., 1916. С. 3.
29 Якушев Д. Указ. соч. С. 30.
30 Северокавказский край. 1916. № 184.
картине тоже не все так было просто. По сведению российской периодики, многие прусские аграрии выражали недовольство по поводу труда военнопленных, они подчеркивали их строптивость и нежелание выполнять многие их указания, что могло сорвать уборку урожая в Пруссии летом 1915 года. В результате власти Пруссии ужесточили наказания пленным, не выполнявшим распоряжения своих хозяев.
Когда в начале 1917 г. военное ведомство Германии издало предписание о том, что все пленным обязаны были вернуться в лагеря, это вызвало взрыв недовольства, как со стороны пленных, так и их хозяев31. Пленные не хотели возвращаться в голодные лагеря, а германские бауэры терять хороших работников, к которым они уже привыкли. Это явно напоминало ситуацию на Северном Кавказе, когда осенью 1916 г. правительство России решило вернуть почти всех пленных на зиму с сельской местности на промышленные объекты Донбасса. Аналогичная ситуация имела место и в Казанской губернии в 1916 г., когда разразилась настоящая «война» за пленных, — единственный источник рабочих рук в регионе. Данный факт также вызвал недовольство пленных солдат германской и австро-венгерской армий и их владельцев.
Постоянно, отмечалось, что пленные стремились из лагеря перебраться на работу в сельскую местность, хотя объем работ, производимый ими в селе, был непорядок больше, но зато они получали хорошее питание и небольшие деньги, столь необходимые многим российским военнопленным. Они прямо отмечали, что: «Наиболее хорошими работами считались крестьянские"32. Еще одной причиной согласия военнопленных на направление в сельскую местность являлась тяжесть ощущения замкнутого пространства, постоянное и ежедневное общение с одним и тем же кругом людей, полная изолированность от окружающего мира их раздражало33. Прорыв за пределы лагерного пространства, расширение круга общения за счет местных жителей существенным образом отражались в лучшую сторону на моральном самочувствии пленных. В тоже время пленные любыми способами хотели избежать работы на шахтах и вредных
31 Ленцен И. Использование труда русских военнопленных в Германии / / Вопросы истории. 1998. № 4. С. 135.
32 Фомин В. Б. Указ. соч. С. 4.
33 Северокавказский край. 1917. № 146.
промышленных производствах, что для них означало окончательное истощение34.
В условиях войны и формирования образа врага эти сведения не очень соотносились с доминирующими оценками применения труда пленных. Поэтому пресса России была наполнена информацией о принудительном привлечении российских военнопленных к трудовой деятельности, но такие факты в основном касались отправки пленных на промышленные объекты и на линию фронта для строительства укреплений и другой военной инфраструктуры. В этой связи примечателен пример завода Шоллер (Австрия), когда пленные отказались выполнять работу. За это они были подвергнуты жестокому наказанию, включая подвешивание к столбам и угрозам расстрела35.
По данным пленных россиян, к трудовой деятельности в Германии привлекались и военнопленные других стран. В этих очерках не встречаются комментарии, показывающие особое отношение немцев к пленным британцам или французам при организации их трудовой деятельности. У читателя газет и других изданий складывалось мнение, что дифференциации в этом плане не было. Во время работ в плену по сведениям российской прессы проявились личные качества военнопленных россиян, которые в физическом плане превосходили своих коллег по плену из Франции и Великобритании. Сами пленные свидетельствовали, что при работе в тяжелых условиях россияне выдерживали трудности и невзгоды, а французы быстро начинали болеть и умирали. Тем самым, и в данном случае подчеркивалось мужество, стойкость русского солдата, его умение переносить все тяжести, в сравнении с «изнеженными» союзниками.
В тоже время многие пленные жаловались на отсутствие ограничений в определении длительности трудового дня и постоянные болезни, вызванные тяжелыми условиями труда: «Встаем на рассвете, работаем по 12−13 часов, с одним перерывом на обед. Слава богу, жив — здоров, а то вокруг все кашлем маются. Еще бы поработай весь день в холодной воде"36. С полным основанием можно утверждать, что автор данного письма трудился либо на руднике, либо на строительстве дренажных
34 Якушев Д. Указ. соч. С. 31.
35 В плену // Северокавказский край. 1916. № 155.
36 Сборник писем наших солдат из плена. Пг., 1915. С. 97.
систем, что особенно сказывалось на здоровье военнопленных в осенне-зимний период.
В сравнении с сельской местностью на промышленных объектах Германии и Австро-Венгрии питание пленных было хуже, особенно с 1916 г., когда противники Антанты столкнулись с острым дефицитом продовольствия, от чего страдали как пленные, так и местные рабочие. Е. М. Щуберская, посетившая в составе делегации Красного Креста Германию, отмечала в целом хорошие условия труда россиян в сельской местности, в тоже время, сравнивая их труд в промышленности с работой бесправных рабов37.
В России складывается мнение, что в самом тяжелом положении с точки зрения снабжения продовольствием оказались пленные, задействованные на строительстве военных объектов в прифронтовой зоне. В этой связи приводилась ужасающая статистика смертности данной категории пленных и степени их истощения. По данным русских врачей, публикуемым российскими изданиями от 50 до 60% пленных, прошедших через работы в прифронтовой зоне получали анемию и потерю трудоспособности38.
В тоже время, представители РОКК в целом отмечали, что материальное положение и продовольственное снабжение военнопленных, трудившихся на различных объектах Германии и Австро-Венгрии, в целом отличалось в лучшую сторону по сравнению с положением пленных, находившихся в лагерях. Сюда не относились, так как называемые рабочие лагеря. В России приводились данные о тяжелом положении в них пленных. По данным Е. М. Шуберской голод в рабочих лагерях ощущался острее, так в них нормы питания пленных были такими же, что и в обычных лагерях, но там пленные не должны были зниматься изнурительной трудовой деятельностью39.
Таким образом, в России предпринимаются попытки формирования картины тотального угнетения и ущемления прав военнопленных в Германии и Австро-Венгрии. Лагерная повседневность, система наказания, медицинское обслуживание, условия трудовой деятельности были направлены на моральное подавление и физическое уничтожение пленных. Это не мешало
37 Шуберская Е. М. Доклад о положении военнопленных в Германии. Пг., 1917. С. 7−8.
38 Базилевич М. П. Указ. соч. С. 5.
39 Шуберская Е. М. Указ. соч. С. 8.
россиянам на страницах прессы и в воспоминаниях пленных фиксировать отдельные примеры гуманного отношения к пленным подданных стран Четверного союза, особенно в Австро-Венгрии. Сами пленные, в какой-то мере разрушали догмат о целенаправленном нарушении их прав, описывая нарастание масштабного экономического кризиса в Германии и Австро-Венгрии, что привели к ухудшению положения не только военнопленных, но и местных жителей, солдат германской и австро-венгерской армий. Все эти нестыковки мешали созданию единой системной картины положения военнопленных россиян, порождая сомнения у обывателя.
Нарастание экономического кризиса в России и рост внутриполитической напряженности в стране отвлекали внимание российской общественности от проблемы положения наших пленных в Германии и Австро-Венгрии. С 1916 г. пресса теряет интерес к публикации материалов о военнопленных. Всплеск интереса к этому вопросу периодически вызывался очередной компанией по сбору средств в пользу пленных россиян.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой