Актуальные проблемы участия адвоката-защитника при применении отдельных мер уголовно-процессуального принуждения к женщине, обвиняемой в совершении преступления

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Юридические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ УЧАСТИЯ АДВОКАТА-ЗАЩИТНИКА ПРИ ПРИМЕНЕНИИ ОТДЕЛЬНЫХ МЕР УГОЛОВНОПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРИНУЖДЕНИЯ К ЖЕНЩИНЕ, ОБВИНЯЕМОЙ В СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ
Перейти на Главное МЕНЮ Вернуться к СОДЕРЖАНИЮ
Щенина Т. Е., соискатель кафедры уголовного процесса и правоохранительной деятельности Удмуртского государственного университета, старший преподаватель Глазовского государственного педагогического института им. В. Г. Короленко.
Аннотация. Рассматриваются проблемы участия адвоката-защитника при применении отдельных мер уголовно-процессуального принуждения к женщине, обвиняемой в совершении преступления.
Ключевые слова: участие адвоката-
защитника, применение мер уголовно-
процессуального принуждения, обвиняемая-женщина.
ACTUAL PROBLEMS OF PARTICIPATION OF THE LAWYER-DEFENDER AT APPLICATION OF SEPARATE MEASURES OF CRIMINALLY-REMEDIAL COMPULSION TO THE WOMAN ACCUSED OF COMMISSION OF CRIME
Schenina T.E., the competitor of department of criminal procedure and law-enforcement activity of the Udmurt state university, the senior teacher of Glazovsky state pedagogical college of V.G. Korolenko.
Annotation. Problems of participation of the lawyer-defender are considered at application of separate measures of criminally-remedial compulsion to the woman accused of commission of crime.
Keywords: participation of the lawyer-defender, application of measures of the criminally-remedial compulsion, the accused-woman.
Закон устанавливает цели и задачи кратковременного задержания лиц, подозреваемых в совершении преступления, в целях выяснения причастности задержанных к преступлению и разрешения вопроса о применении к задержанному (задержанной) меры пресечения.
Уголовно-процессуальное принуждение представляет собой совокупность предусмотренных уголовно-процессуальным законом средств принудитель-
ного характера, применяемых для предотвращения и устранения действительных и возможных препятствий, возникающих в процессе расследования и разрешения уголовных дел, в целях успешного осуществления задач уголовного судопроизводства1. Несмотря на детальную регламентацию системы видов мер уголовнопроцессуального принуждения и пресечения, порядка их применения, ни Конституция Р Ф, ни Уголовнопроцессуальный кодекс РФ при наличии целого ряда решений Конституционного Суда Р Ф, имеющих прямое отношение к обоснованию условий допустимости ограничения прав и свобод личности при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности, не содержат определения понятия мер уголовно-процессуального принуждения.
Между тем, в литературе решению этой проблемы уделено определенное внимание. Сформировавшиеся убеждения ученых, которые изучают проблему принуждения в уголовном процессе2, позволяют сделать вывод, что любая мера процессуального принуждения должна быть законной, обоснованной и справедливой. Только тогда она будет глубоко действовать на сознание человека, его чувства, мысли, волю. «Справедливость только тогда будет существовать, — писал П.И. Люблинский3, -если лицо, подвергаемое принуждению, будет ясно сознавать, что основание тому оно дало своими поступками, а не видеть в принуждении слепую руку, падающую тяжело на него безо всякого с его стороны повода».
С позиций осуществления защиты женщины, обвиняемой важны те свойства принуждения, которые используются в процессе расследования и судебного рассмотрения уголовных дел. В уголовно-процессуальных нормах, регулирующих порядок избрания мер пресечения, не связанных с заключением под стражу, а также иных мер процессуального принуждения не указывается на участие защитника подозреваемой (подозреваемого). Поскольку речь идет об иных мерах процессуального принуждения и иных процессуальных действиях, можно сделать вывод, что законодатель, очевидно, по мнению З. В. Макаровой, имел в виду все другие меры процессуального принуждения и все другие процессуальные действия, затрагивающие права и свободы подозреваемой (подозреваемого), помимо задержания, заключения под стражу и назначения судебно-психиатрической экспертизы, чтобы не было различных толкований, а следовательно и различного применения уголовно-процессуальной нормы, содержащейся в п. 5 ч.3 ст. 49 УПК.
Исходя из вышеизложенного, предлагаем вместо слова «иных» употребить слово «других» (хотя данные слова синонимы), поскольку УПК четко указывает, что именно относится к иным мерам процессуального принуждения, а в п. 5 ч.3 ст. 49 УПК речь идет не только об этих мерах процессуального принуждения, но и о других мерах про-
1 См.: Рябинина Т. К. Нравственные начала уголовного процесса: учебное пособие. Курск, 2007. С. 154.
2 См. подробно: Еникеев З. Д. Меры процессуального принуждения в системе средств обеспечения обвинения и защиты. Учебное пособие. Уфа, 1978- Зинатуллин З. З. Уголовно-процессуальное принуждение и его эффективность (вопросы теории и практики). Казань: Изд. Казан. ун-та, 1981- Игнатов С. Д., Сафин Н. Н. Уголовнопроцессуальная ответственность и ее применение. Ижевск. Изд-во Удмуртск. ун-та. 1988- Кудин Ф. М. Принуждение в уголовном судопроизводстве. Красноярск, 1985- Петрухин И. Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М.: Наука, 1989- Ры-жаков А. П. Меры пресечения. М., Филинъ, 1996- Шадрин В. С. Процессуальное принуждение и убеждение при производстве следственных действий. Волгоград. 1987. и др.
3 См.: Люблинский П. И. Свобода личности в уголовном процессе.
СПб., 1906. С. 13.
цессуального принуждения — мерах пресечения помимо заключения под стражу4.
Многие ученые5, в том числе А. М. Медведев6 ратуют за то, чтобы мера процессуального принуждения — заключение под стражу, избиралась как можно реже. 7 ноября 2008 года Президент Российской Федерации Дмитрий Медведев заявил, что арест является исключительной мерой пресечения, а потому должен применяться лишь по отношению к действительно опасным преступникам. Президент также высказал недовольство количеством уголовных дел, «которые расследуются долго», при этом не соблюдаются сроки предварительного следствия, а соответственно нарушаются права обвиняемых, которые в течение длительного срока находятся в следственных изоляторах. По словам Президента, это не только приводит к тому, что «тюрьмы переполнены, но и создает большие проблемы для последующей социализации этих людей7.
В правоприменительной практике наиболее острой является проблема, связанная с избранием в отношении обвиняемой (обвиняемого) такой меры пресечения, как заключение под стражу. Применение этой меры пресечения влечет существенное ущемление конституционного права лица на свободу и личную неприкосновенность, поэтому введение новым уголовно-процессуальным законом судебного порядка избрания заключения под стражу непременно укрепило гарантии прав и свобод личности в уголовном судопроизводстве, свело к минимуму возможность произвола при решении этого вопроса. Об этом свидетельствует и резкое снижение случаев избрания настоящей меры пресечения. Вместе с тем на общем фоне избрания других, предусмотренных законом мер пресечения радужная картина обеспечения прав женщины (обвиняемой), меркнет, несмотря на многообразие мер пресечения, а правоприменители предпочтение отдают именно заключению под стражу.
Мы солидарны с высказанным в юридической литературе мнением о том, что повод для этого дает сам уголовно-процессуальный закон, установивший общие основания избрания любой меры пресечения, тогда как для заключения под стражу как исключительной меры пресечения, необходимо предусматривать особые основания, и учитывать определенную категорию преступлений по которым возможно применение указанной меры пресечения8.
Основаниями к задержанию являются определенные факты, вынуждающие применять эту меру процессуального принуждения. Строгость данной меры пресечения характеризуется не только обширным объемом ограничиваемых прав и длительными сро-
4 См.: Макарова З. В. Профессиональная защита подозреваемых, обвиняемых. СПб.: Издательство Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2008. С. 117.
5 И. С. Власов, И. М. Тяжкова. Ответственность за преступления против правосудия. Москва, 1968- С. Ф. Милюков. Обстоятельства, исключающие общественную опасность деяния. СПб., 1998- Б. В. Здравомыслов Должностные преступления. Понятие и квалификация. М., 1975.
6 См.: Медведев А. М. Проблемы уголовного и уголовнопроцессуального законодательства. М., 1994. С. 33−47.
7 Выступление на совещании по вопросам правоохранительной деятельности в России. 7 ноября 2008 года. Санкт-Петербург.
8 См.: Никодимов А. Заключение под стражу — «любимая» мера пресечения российского уголовного процесса? // Рос. юстиция. 2004. № 6. С. 37.
ками своего действия. Человек, заключенный под стражу на время проведения следствия и суда, практически выпадает из общества, кардинально меняется его статус, условия быта, сфера деятельности, круг общения, он лишается целого ряда социальных благ. Негативные последствия заключения не исчезают полностью, даже после его возвращения на свободу. Правильное уяснение существа каждого из оснований к задержанию и отграничение их друг от друга имеют для адвоката-защитника большое практическое значение. Несмотря на кратковременный характер применения, уголовно-процессуальное задержание — один из наиболее жестких видов государственного принуждения.
Особенно тяжело задержанной (женщине), которая лишается не только свободы, но и свободы передвижения, возможности общения с другими людьми, возможности распоряжаться имуществом, страдает ее физическая и нравственная неприкосновенность, она терпит иные многочисленные неудобства, связанные с бытом, проживанием, медицинским обслуживанием, она, как правило, несколько суток пребывает в состоянии сильнейшего стресса, вызванного резкой переменой положения, который способен вызвать чувство безысходности и бесполезности защиты даже у невиновной, что может послужить причиной самооговора 9.
В условиях гласного состязательного процесса с участием адвоката-защитника, рассматриваемая мера уголовнопроцессуального принуждения сочетается с иными правоограничительными мерами: личным обыском10, осмотром, освидетельствованием11, снятием отпечатков пальцев12. Часто при задержании женщины, подозреваемой в совершении преступления, применяется физическая сила. В милиции все еще имеют место случаи применения недозволенных методов обращения с задержанными, ради получения признательных показаний, показаний против других лиц в первые часы после задержания. «Людей в милиции, как констатируется отдельными авторами, нередко избивают, подвергают жестокому обращению и пыткам13». При этом задержание по подозрению в преступлении — весьма распространенное явление. Однако многие задержания являются неправомерными. В связи с тем, что заключение под стражу настолько серьезно ограничивает права личности, данная мера пресечения засчитывается в срок назначенного судом наказания (ст. 72 УК РФ и п. 2 ч.6 ст. 302 УПК). «Тюремное заключение, лишая человека свободы, уже само по себе является наказанием» (п. 64 Европейских пенитенциарных правил)14.
9 См.: Безлепкин Б. Т. Судебно-правовая защита прав и свобод граждан в отношениях с государственными органами и должностными лицами. М., 1997. С. 44.
10 Так, исходя из нравственных соображений, закон допускает производство личного обыска лишь лицом того же пола, что и обыскиваемый, в присутствии понятых и специалистов того же пола, при условии их участия в данном следственном действии (ч.3 ст. 184 УПК). Яшин А. А. Особенности реализации конституционного принципа уважения чести и достоинства личности при производстве отдельных следственных действий // Следователь. 2003. № 7. С. 35.
11 Следователь не имеет права присутствовать при освидетельствовании лица другого пола, если это действие сопряжено с обнажением. В данном случае освидетельствование производится врачом- фотографирование, видеозапись и киносъемка в этом случае проводятся с согласия освидетельствуемого лица.
12 Согласно п. ж ст. 9 ФЗ «О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации» от 25. 07. 1998 г. подозреваемые и обвиняемые подлежат обязательному дактилоскопированию. См.: Собрание законодательства Российской Федерации, 2001. № 11. Ст. 1002.
13 См.: Васильева Е. Г. Меры уголовно-процессуального принуждения: Монография. Уфа: РИО БашГУ, 2003. С. 41−42.
14 См.: Защита прав человека и борьба с преступностью. Докумен-
ты Совета Европы. М., 1998. С. 221.
Помимо прочего, содержание под стражей обеспечивает возможность помещения женщины, обвиняемой (подозреваемой), в медицинский и психиатрический стационар для производства экспертизы без специального на то решения суда (см. положения п. 3 ч.2 ст. 29 и ч.2 ст. 203 УПК).
Согласно ст. 99 УПК, при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 указанного Кодекса, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства. Все вышесказанное свидетельствует о возможности применения заключения под стражу лишь в исключительных случаях. В общее понятие исключительности вкладывается смысл, согласно которому заключение под стражу используется в судопроизводстве как крайняя мера при условии должного учета интересов расследования предполагаемого преступления и защиты общества и жертвы15.
Судебная практика Европейского Суда оказывает воздействие на уголовную политику государств, которые сталкиваются с серьезными критическими ситуациями, а иногда и мятежами, вызванными переполнением тюрем и завышенными сроками предварительного содержания под стражей. Отсюда ответственность Европейского Суда за свою судебную практику и ее влияние на уголовную политику. Оправдать четырехлетнее предварительное содержание под стражей — значит сделать шаг назад в истории уголовного права, вернуться в «доисторическую» эру16.
Поэтому важным участком работы адвоката-
защитника по защите женщины, обвиняемой, является его стремление «удержать доверителя на свободе», чтобы правильно организовать эту работу, адвокат должен знать, что опасность посягательства на свободу женщины (подзащитной) определяется не только наступившими последствиями, часто трудновоспол-нимыми, но и фактом ее ареста, который применяется для того, чтобы заставить женщину, обвиняемую воздержаться от нежелательного поведения. Испытывая на себе избрание меры пресечения — заключения под стражу, или ощущая реальную угрозу его применения, женщина (подзащитная) не имеет возможности свободно определять свое поведение и должна производить лишь те действия, которые требует от нее следователь (дознаватель). Заключение под стражу грубо нарушает психическое состояние женщины, обвиняемой, резко выводит ее из душевного равновесия, сильно нервирует, парализует сознание собственного достоинства, значительно снижает контроль за своим поведением и самозащитные функции.
Действующий уголовно-процессуальный закон (ст. 107 УПК) предусматривает новую меру пресечения — домашний арест. За рубежом домашний арест и по сей день, является самой распространенной мерой пресечения. У нас, как показывает судебная практика, домашнее заключение под стражу, приме-
15 См.: Международные акты. М., 2000. С. 219- Васильева Е. Г. Меры уголовно-процессуального принуждения: Монография. Уфа: РИО БашГУ, 2003. С. 41−42.
16 W. Против Швейцарии. Судебное решение от 26. 10. 2003. www. vesti. ru.
няется крайне редко. А если и применяется, то только в отношении публичных личностей, высокопоставленных чиновников.
Мера пресечения, домашний арест — неизвестная УПК РСФСР 1960 г., занимала достойное место и в Уставе уголовного судопроизводства 1864 г., и в УПК РСФСР 1922 и 1923 годов. Введение домашнего ареста в перечень мер пресечения действующего УПК России, на наш взгляд, заслуживает всяческого одобрения, как, впрочем, и введение любой другой меры, способной быть альтернативой заключению под стражу. Тем не менее, не всеми эта идея воспринимается однозначно. Не едины во мнении и ученые-процессуалисты, Е. В. Гусельникова, например, возражая против данной меры пресечения, ссылается на недостатки применения домашнего ареста в период с 1864 по 1903 гг., а также в 1922 — 1926 ггЮ& gt-. Г. Овчинников выделяет следующие признаки домашнего ареста, которые присущи именно этой мере пресечения:
1) место домашнего ареста в системе мер процессуального принуждения. Домашний арест представляет собою достаточно строгую меру пресечения после заключения под стражу, которые образуют одну из трех групп мер процессуального принуждения, предусмотренного в разделе IV УПК-
2) статус субъекта, в отношении которого избирается домашний арест. Последний, как и любая другая мера пресечения, избирается в отношении обвиняемой (обвиняемого), и лишь в исключительных случаях при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК, и с учетом обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК, мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемой (подозреваемого) (ч.1 ст. 100 УПК) —
3) виды воздействия, оказываемого применением меры пресечения на подозреваемую, обвиняемую (подозреваемого, обвиняемого) путем: а) существенного ограничения личной свободы с сохранением права проживать в его жилище- б) запретов общаться с определенными лицами, получать и отправлять корреспонденцию, вести переговоры с использованием любых средств связи-
4) особый порядок избрания домашнего ареста при соблюдении требований ч.1 ст. 108 УПК18.
Изменение уже избранной правоприменителем вышеназванной меры пресечения — является также задачей адвоката-защитника. На первоначальном этапе адвокат наиболее интенсивно начинает собирать необходимый материал — документальные доказательства о составе семьи подзащитной, о наличии на ее иждивении несовершеннолетних детей, престарелых родителей, иных лиц, находящихся на иждивении женщины (подзащитной), а также возможность наличия хронических заболеваний, ее материальное положение, для того, чтобы ставить вопрос о замене более жесткой меры принуждения на альтернативную — как, например, внесения залога или домашний арест, подписка о невыезде и надлежащем поведении.
Закон в качестве специального условия предусматривает, что домашний арест применяется при наличии оснований и условий для заключения под стражу (ст. 108 УПК) тогда, когда содержание под стражей обвиняемой (подозреваемой) нецелесообразно в силу ряда обстоятельств, к которым, на наш взгляд можно отнести: старческий возраст, тяжелое состояние здоровья, беремен-
17 См.: Гусельникова Е. В Заключение под стражу в системе мер пресечения. //Автореф. дис… канд. юрид. наук. Томск, 2001.С. 10.
18 См.: Овчинников Ю. Г. Домашний арест как мера пресечения в
уголовном процессе. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Омск, 2006.
С. 10.
ность женщины, обвиняемой, или период кормления ребенка грудью.
Вместе с тем, домашний арест является более гуманной мерой, позволяющей содержать подозреваемую (обвиняемую) в условиях «мягкой» изоляции, что позволяет последней наиболее полно реализовать свои права на досудебном производстве19. Применение домашнего ареста не связано с предельным стеснением прав и свобод личности. Обвиняемая, в отношении которой избрана данная мера пресечения, не изолируется от семьи и общества, может реализовывать свои процессуальные права и нести процессуальные обязанности, полностью или частично пользоваться социальными благами.
Пока применение домашнего ареста несколько затруднено, так как на сегодняшний день отсутствует полноценная детальная правовая регламентация данного института20. В ч.2 ст. 107 УПК установил, что домашний арест избирается на основании и в порядке установленных для заключения под стражу с учетом возраста обвиняемой (подозреваемой), состояния ее здоровья, семейного положения и других обстоятельств. Специальный порядок избрания меры пресечения в виде домашнего ареста, согласно ч. 2 ст. 107 УПК, также идентичен специальному порядку применения заключения под стражу. При этом в постановлении или определении суда об избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения должны указываться конкретные ограничения, которым подвергается подозреваемая (обвиняемая), а также указываются орган или должностное лицо, на которые возлагается осуществление надзора за соблюдением установленных ограничений (ч.3 ст. 107 УПК).
Немаловажная роль в своей защите принадлежит самой женщине, обвиняемой, ее позиция должна быть активной, убедительной, на что ее обязан настроить (нацелить) адвокат-защитник. Несмотря на то, что женщина способна совершить преступление, необходимо тщательно разобраться в том, что побудило ее к совершению преступления, а при избрании меры наказания судом, ему следует подходить более гуманно, учитывать биологические функции, как продолжательницы рода человеческого. Ее репродуктивная функция принадлежит только ей — она — женщина, мать своих детей, которым она необходима. Государство и законодатель гуманно относятся к женщине — матери и стараются ее поддержать. При решении вопроса о применении в качестве меры пресечения заключения под стражу, орган, избирающий эту меру пресечения, должен выяснить, имеются ли у обвиняемой (подозреваемой) дети и не могут ли они остаться без надзора, в случае ареста их родителя или лица, его заменяющего.
Хотелось бы заметить, не умаляя достоинств адвокатов — мужчин, исходя из анализа собственной практики (в качестве помощника адвоката), учитывая психологические и физиологические особенности женщины, обвиняемой, адвокат-женщина может наиболее глубже проникнуться в проблему, понять психологию женщины (подзащитной) и убедить суд до выяснения всех обстоятельств дела, применить
19 См.: Овчинников Ю. Г. Домашний арест как мера пресечения в уголовном процессе. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Омск, 2006. С. 11.
20 См.: Булатов Б. Б. Государственное принуждение в уголовном судопроизводстве. Омск, 2003. С. 95−112.
меру пресечения для женщины, подозреваемой, обвиняемой — домашний арест. Уже имеется положительная практика ряда зарубежных стран о применении в отношении лиц, которым избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, электронных средств слежения, в частности, в Великобритании и Франции электронные браслеты применяют с 2004 года. В США электронный мониторинг используется в 49 штатах из 50, в Европе его особенно активно применяют Британия, Швеция и Нидерланды21. Действует эта система в Австралии, Новой Зеландии и в некоторых развивающихся странах. По статистике ежегодно в мире выносится более 100 тысяч судебных решений о применении электронного мониторинга. В Швеции осуществляется интенсивный надзор с применением электронного мониторинга, который заключается в том, что на лодыжке лица, за которым установлен надзор, закрепляется манжета со специальным передатчиком, направляющим радиосигналы на компьютер в офисе управления исполнения наказания. В компьютер заложен режим для каждого поднадзорного: учеба, работа, дом, маршруты передвижения и т. д. Если поднадзорный нарушает свое расписание, срабатывает сигнализация. Согласно шведской статистике, вновь совершают преступления после отбытия наказания в обычной тюрьме 24% осужденных, а после домашнего ареста — 13%22.
Используя опыт зарубежных стран, на территории России — в Воронеже, Рязанской и Московской областях, Пермском крае, в порядке эксперимента введена электронная «браслетизация» осужденных. Еврокомиссия выделила России на электронную систему мониторинга 3 миллиона евро, из которых 500 тысяч пошли на закупку собственно оборудования и 2,5 миллиона евро — на обучение сотрудников ФСИН. Как бы то ни было, процесс, как говорится, пошел: первая пробная партия «браслетов» в работе. На вид это небольшие коробочки на пластиковом ремешке. По весу — не тяжелее мужских часов среднего размера. По словам представителя управления ФСИН по Воронежской области подполковника Александра Бабкина, сразу же после презентации в колонии-поселении и уголовно исполнительных инспекциях начались испытания 218 комплектов оборудования.
Для испытаний используются три вида «браслетов» — с передатчиком на спутниковую навигационную систему, для работы в системе сотовой связи и по обычным телефонным линиям. При этом сотрудники ФСИН в режиме реального времени будут знать о месте нахождения человека.
Мы полагаем, что мера пресечения — использование электронных браслетов к женщинам и особенно несовершеннолетним лицам женского пола (подозреваемым, обвиняемым, осужденным), совершившим преступления небольшой и средней тяжести может быть использована судами, как одна из приоритетных (современных) мер наказания, которая в свою очередь не повлечет за собой дополнительных материальных расходов государства на содержание под стражей, а для женщины (подзащитной) и несовершеннолетних будет являться моральным стимулом для исправления.
21 См.: Белаш В. Амбулаторное заключение // Власть. 2006. № 17-
18 (671−672). С. 11.
22 См.: Куликов В. На осужденных наденут электронные кандалы // Скрытая камера. 2002. № 1. С. 7.
РЕЦЕНЗИЯ
В рецензируемой работе отмечается непосредственное участие адвоката-защитника при применении отдельных мер уголовно-процессуального принуждения. Актуальность в отношении избрания меры пресечения, отраженной автором в статье, является альтернатива применения домашнего ареста с использованием электронных браслетов по отношению к заключению под стражу.
Автором рассмотрены условия для использования такого метода на территории Российской Федерации, конкретно в отношении женщины-
обвиняемой или несовершеннолетних лиц женского пола. Использование данной меры пресечения позволит устранить ряд побочных явлений, психологических стрессов, подавление личности в целом.
Необходимо отметить, что автор использовал для обоснования применения электронных браслетов, практику зарубежных стран, и эксперимент, проводимый на территории России.
Несомненно, автор представил к опубликованию достаточно актуальный материал, имеющий значимость для уголовно-процессуальной науки и адвокатской практики.
Статью рекомендую для открытой печати.
Удмуртский государственный университет Заслуженный юрист Удмуртской Республики,
К.ю.н., доцент Игнатов С. Д.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой