Актуальные тенденции развития стратегических альянсов и партнерств в России

Тип работы:
Реферат
Предмет:
Экономические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

Риск невыполнения клиентом договора по объемам может принести дополнительную прибыль, но может явиться причиной недополучения потенциальной прибыли. Дополнительную прибыль железнодорожный транспорт получает в случае, если клиент перевыполнил определенный в договоре объем перевозок грузов. Однако, если объем, указанный в договоре, не выполняется, то это приводит к недополучению потенциальной прибыли.
Форс-мажор представляет собой обстоятельство, которое затрудняет исполнение условий договора транспортного обслуживания. Поскольку такая ситуация не зависит от участников транспортного обслуживания, обе стороны освобождаются от ответственности по договору в случае наступления форс-мажорных обстоятельств.
Под термином «портфель заказов транспортной компании» понимается совокупность клиентов данной компании, выступающая как целостный объект управления. Создание портфеля заказов преследует цель увеличить прибыль транспортной компании, придав совокупности клиентов, из которых формируется портфель заказов, такие характеристики, которые недостижимы по отдельно взятому клиенту и возможны только при их комбинации. Стоимость «портфеля» определяется суммой денежных средств, полученных от всех клиентов транспортной компании. Риск неоптимального портфеля заказов заключается в неравномерности начислений по портфелю в течение определенного промежутка времени. Изменяться может как состав портфеля, так и его доходность. В условиях нестабильной рыночной экономики необходимо постоянно проводить оптимизацию портфеля, заключающуюся в определении минимального уровня риска при заданной доходности или вычислении максимальной
доходности при заданном уровне риска.
Таким образом, в статье были проанализированы предлагаемые экономической наукой классификации рисков, показаны их достоинства и недостатки, предложена трехуровневая система классификации рисков по характеристикам, критериям и видам рисков, на основе процессного подхода составлена матрица внешних и внутренних рисков основных бизнес-процессов контейнерных транспортных компаний с учетом необходимости повышенного внимания к клиентоориентированности, что является одним из этапов выстраивания целостной системы нейтрализации и управления рисками транспортных компаний.
Литература:
Гранатуров, В. М. Экономический риск: сущность, методы измерения, пути снижения [Текст]: учебное пособие. — М.: Издательство «Дело и сервис», 1999. — 112 с.
Лапуста, М. Г. Риски в предпринимательской деятельности [Текст]/ М. Г. Лапуста, Л. Г. Шаршукова.- М.: ИНФРА, 1998. — 224 с.
Грачева, М. В. Анализ проектных рисков [Текст]: учеб. пособие для вузов. — М.: ЗАО «Финстатинформ», 1999. — 216 с.
Балабанов, И.Т. Риск-менеджмент [Текст]. — М.: Финансы и статистика, 1996. -192 с.
Одынец, В.В. Организационно-экономические методы оценки и предупреждения рисков автотранспортных предприятий [Текст]: дис. … канд. экон. наук: 08. 00. 05 / Одынец Вячеслав Викторович. — СПб., 1998. — 177 с.
АКТУАЛЬНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ СТРАТЕГИЧЕСКИХ АЛЬЯНСОВ И
ПАРТНЕРСТВ В РОССИИ
Кузнецов И. А., аспирант кафедры «Корпоративное управление», Финансовый университет при Правительстве Российской Федерации,
город Москва, Россия, е-шай: iva. kuznetsov@mail. ru
Актуальность заявленной темы обусловлена необходимостью развития стратегических альянсов и партнерств в России в целях формирования эффективных интегрированных структур, отвечающих современным требованиям и вызовам глобальной экономики. В условиях экономических санкций против России, существовавший вектор развития стратегических альянсов должен быть скорректирован. На смену международным альянсам должны прийти национальные, внутренние партнерства, объединяющие в себе бизнес, науку и государство. Подобные научно-производственные и технологические альянсы, ориентированные на создание новых технологий и высокотехнологичной продукции, будут способствовать инновационному прорыву российской экономики и повышению ее конкурентоспособности на мировом рынке.
Исследование проводилось путем анализа имеющихся научных, статистических и информационных материалов по выбранной проблематике, обобщения и сравнения полученных данных.
Результаты, полученные в ходе исследования, оформлены в виде кратких выводов в конце статьи.
Указанные результаты могут быть использованы топ-менеджментом российских компаний в качестве аналитического материала для определения и актуализации стратегии развития компаний на среднесрочную перспективу. Рекомендации, изложенные в настоящей статье, могут быть использованы профильными государственными структурами в целях выработки мер государственной поддержки национальных стратегических альянсов в России.
Ключевые слова: тенденции, стратегические альянсы, партнерства, слияния и поглощения, совместные предприятия, инновации, НИОКР, технологический альянс, научно-производственный альянс, инвестиционный проект, санкции, инвестиции в НИОКР, международные стратегические альянсы, национальные стратегические альянсы.
THE ACTUAL TRENDS OF STRATEGIC ALLIANCES DEVELOPMENT IN RUSSIA
Kuznetsov I., graduate student of «Corporate Governance», Financial University under the Government of the Russian Federation, Moscow, Russia
The relevance of the chosen topic is defined by the importance of strategic alliances development in Russia as the effective form of collaboration between different structures, that meets the requirements and recent challenges of the modern economy. Under the US and EU sectoral sanctions over Russian economy, the existing trend of strategic alliances development must be changed. Regarding to cross-boarder alliances, the domestic partnerships of business, science and government should take their place. This kind of national strategic alliances, focused on innovations and new technologies, will ensure Russia'-s economy innovative development and increase its competitiveness on the global market.
The research was conducted through analysis of different scientific, statistical and informational data concerning the problem, generalization and comparison of the information received.
The research findings can then be used by top-management of the Russian companies in order to develop their corporate strategies in the middle-term period. It can also be used by government authorities for the government policy enhancement to support domestic strategic alliances activity in Russia.
Keywords: trends, strategic alliances, partnerships, mergers and acquisitions, joint ventures, innovation, research and development, R& amp-D alliances, investment project, sanctions, investment in R& amp-D, international strategic alliances, domestic strategic alliances.
Стратегические альянсы и партнерства в России начали развиваться сравнительно недавно. В начале 90-х годов, с переходом российской экономики к рынку, формированием частной собственности, созданием частных коммерческих организаций были созданы
экономические и юридические предпосылки для полноценного развития стратегических альянсов в России. Одной из первых форм таких объединений можно назвать совместные предприятия. В российское законодательство понятие «совместное предприятие» было
введено Законом РСФСР № 1545−1"Об иностранных инвестициях в РСФСР" от 04. 07. 1991 г. Хотя совместные предприятия существовали в российской экономике и до введения указанного закона (по статистике в СССР в 1989—1990 гг. было создано 620 совместных предприятий [11]), именно с созданием рыночной экономики ее субъекты получили возможность самостоятельно формировать партнерские отношения как внутри России, так и с зарубежными фирмами. Вместе с тем, по мнению некоторых авторов, в нашей стане до сих пор отсутствует четкое и однозначное понимание сущности партнерских отношений в бизнесе, что тормозит развитие межфирменного взаимодействия малых предприятий, адекватное рыночным условиям [1].
Говоря о стратегических альянсах, следует отметить, что существует множество определений и трактовок данного понятия как в российской, так и зарубежной литературе. Ряд авторов (Б.З. Мильнер, А. Г. Мовсесян, Д. Г. Гуленков, Н.Н. Филимонова) трактует стратегические альянсы с позиций сетевого подхода, как сетевые формы кооперации между компаниями [5]. Другие авторы в своих исследованиях во многом отождествляют стратегические альянсы с совместными предприятиями (Р.Л. Уоллес, Г. Минцберг), называя стратегические альянсы объединением организаций, независимых друг от друга, заключенных с целью реализации определенной задачи [22]. При этом в некоторых работах говорится о достижении целей и задач, в других — о достижении конкурентных преимуществ [26], которые обеспечивает создание стратегического альянса. Вместе с тем в кругах исследователей стратегических альянсов есть и сторонники уникальности природы альянсов (Б. Гаррет, П. Дюссож). Альянс, по их мнению, — это специфическая форма интеграции, а совместные предприятия — лишь одна из форм проявления альянса. При этом главным, критерием, отличающим альянс от других форм интеграции, является независимость партнеров [3].
Опираясь на вышеуказанные исследования и обобщая содержащиеся в них результаты, в целях настоящей статьи под стратегическим альянсом предлагается понимать объединения на контрактной основе, либо путем создания нового юридического лица, двух и более юридических лиц для достижения взаимовыгодных долгосрочных целей, направленных на повышение конкурентоспособности партнеров при сохранении их юридической и экономической независимости.
Кроме того, необходимо отметить, что в теории альянсов наряду с понятием «стратегический альянс», встречается также понятие «стратегическое партнерство». Исследования показывают, что различия между указанными понятиями не носят принципиального характера. Многими зарубежными авторами они используются в качестве синонимов (Р.Л. Уоллес, Дж.Р. Линкольн., М.Л. Герлах).
Теория разделяет формы стратегической интеграции на «жесткие», то есть сопровождающиеся ломкой корпоративной структуры, изменением корпоративного контроля, ведущие к поглощению одной организации другой организацией, и «мягкие» — сотрудничество двух и более компаний для достижения взаимных целей с сохранением корпоративной структуры [6]. В российской экономике на этапе перехода к рынку партнерство во многих случаях носило характер «жесткой» интеграции. Отражением данного процесса явились слияния и поглощения (М& amp-А). Динамика объемов указанных
сделок, заключенных в период с 1995 — I пол. 2013 гг., представлена на рисунке 1.
Как видно из рисунка, первый «скачок» наблюдался в 1997 г. После дефолта в 1998 г. объем сделок на рынке корпоративного контроля резко сократился, и вплоть до 2001 года рынок стагнировал. Начиная с 2002 года наметился повышательный тренд. Наибольший объем сделок был осуществлен в 2007 году. Это объясняется тем, что в указанный период проводилась распродажа активов нефтедобывающей компании «ЮКОС», которая была ликвидирована, а имущество компании в основном перешло государственной «Роснефти». Также следует обратить внимание на значительный скачок стоимости сделок в первом полугодии 2013 году. После провального 2012 года (самый низкий показатель более чем за 6 лет), сумма сделок за январь-июль 2013 года достигла 81,913 млрд долл. США. Это на 60% больше, чем итог всего 2012 года. Такой результат получен за счет крупнейшей сделки на российском рынке М& amp-А — покупки «Роснефтью» компании ТНК-ВР в марте 2013 года за 55 млрд долл. США. Однако за вычетом этой сделки объем рынка М& amp-А за семь месяцев 2013 года составил 27 млрд долл. США — на 16% меньше, чем в январе-июле прошлого 2012 года.
В то же время сравнительный анализ количества сделок, осуществленных между российскими компаниями за период с 2000 г. по 1 полугодие 2013 г., позволяет сделать вывод, что на сегодняшний день рынок М& amp-А превалирует над стратегическими альянсами и партнерствами (рисунок 2).
Во многом указанная тенденция обусловлена тем, что сегодня наиболее крупные сделки на рынке М& amp-А совершают государственные компании (где контролирующим акционером выступает государство). В 2013 году указанные компании сформировали рынок М& amp-А на 68%. В 2011 году — на 23%. Таким образом, государство способствует развитию данного рынка. Именно государственная инициатива привела к возникновению в российской экономике крупных бизнес-групп, объединенных холдинговыми отношениями, таких, как, например, «Газпром», «ЛУКОЙЛ». С одной стороны, государство стремится, таким образом, контролировать развитие жизнеобеспечивающих и экспорто ориентированных отраслей экономики, участвуя в непосредственной деятельности крупнейших отраслевых компаний, с другой — не уделяет должного внимания другим, экономически более эффективным формам интеграции.
Следует согласиться с мнением, основанным на анализе состояния российского промышленного производства, что возможности, заложенные в слияниях и поглощениях, оказались недостаточными для решения основополагающих проблем развития отраслей и экономики в целом [4]. В условиях глобального рынка формирование сетевой организационной структуры обеспечивает необходимую гибкость, адаптивность и мобильность компании, которые способствуют ее конкурентоспособности на мировом рынке. Стратегические альянсы, являясь примером «мягкой» интеграции и имеющие сетевой характер, отвечают современным требованиям и вызовам глобальной экономики. К их основным преимуществам перед «жесткими» формами стратегической интеграции можно отнести следующие черты стратегических альянсов:
• альянсы позволяют избежать ломки структуры и культуры покупаемой компании, которая происходит во время поглощения,
Рис. 1. Динамика объемов сделок слияний и поглощений в России Источник: [33], [15].
• слияния и поглощения нередко считаются неприемлемой формой интеграции из-за эффекта несовместимости целей и функций присоединяемой компании-
• альянсы основываются на сотрудничестве, которое предполагает, что роли и задачи партнеров оговариваются заранее и подтверждаются письменно в договоре.
• с точки зрения социально-экономического эффекта альянсы являются более эффективными, чем слияния и поглощения, поскольку не предполагают ликвидации приобретаемой компании, высвобождения рабочей силы, роста безработицы, а также значительную финансовую нагрузку на участников и государственный бюджет. Так, например, сделка М& amp-А по покупке «Роснефтью» компании ТНК-ВР в 2013 году обошлась государственной компании в сумму более 55 млрд долл. США.
В этой связи показательным является опыт зарубежных стран, в частности, опыт развития экономики Китая. Еще 10 лет назад наиболее распространенным способом выхода международных компаний на быстрорастущий китайский рынок были совместные предприятия. Затем совместные предприятия уступили свое место слияниям и поглощениям с уже существующими китайскими компаниями, а также созданию компании «с нуля», как наиболее простым и эффективным способам интеграции в китайскую экономику, по мнению иностранных инвесторов. Надо сказать, что отказу международных компаний от совместных предприятий с китайскими партнерами способствовало смягчение мер государственного регулирования иностранных инвестиций, что дало возможность крупным международным игрокам поглощать китайские предприятия.
К настоящему времени ситуация вновь изменилась. Сегодня сами китайские компании, среди которых все больше сильных потенциальных партнеров, зачастую не заинтересованы в поглощении международными компаниями, а на самом рынке слияний и поглощений в Китае наблюдается перенасыщение участниками и высокая конкуренция среди международных компаний. Учитывая данные факторы, международные компании снова рассматривают создание совместных предприятий как один из привлекательных источников роста [20]. Стратегические альянсы позволяют соблюсти взаимные интересы сторон в сделке, в том числе и более слабой — китайской стороны. Соответственно оба партнера получают наиболее интересные условия и вполне очевидные выгоды в случае альянса, чем слияния или поглощения, когда один из партнеров полностью теряет свою независимость, а компания-приобретатель бизнеса вынуждена заплатить за это значительные отступные. При этом следует отметить, что и альянсы, и поглощения имеют примерно 50% вероятность успеха. Поглощения дают более высокие результаты применительно к основному бизнесу и освоенным рынкам. Тогда как альянсы более эффективны для выхода в смежный бизнес или на новые рынки [7].
Переходя к российской практике, отметим, что наибольшее распространение в России получили стратегические альянсы и партнерства с иностранными участниками [27]. Это объясняется во многом тем, что в то время, как за рубежом накоплен достаточно большой опыт создания международных альянсов, российским предприятиям не надо создавать особых механизмов сотрудничества, а следует лишь адаптироваться к уже налаженным схемам.
7Г) Г)
Кроме того, участие в таких альянсах открывает для российских предприятий новые возможности и перспективы.
Среди примеров успешной реализации проектов по созданию международных стратегических альянсов в ключевых отраслях российской экономики можно выделить следующие:
— нефтегазовая отрасль: альянс ОАО «Газпром» и Royal Dutch/ Shell, Mitsui и Mitsubishi в целях разработки шельфовых нефтегазовых месторождений на Дальнем Востоке (проект Сахалин-2). За период реализации проекта в государственный бюджет поступило более 120 млрд руб. налоговых платежей. При этом налоговые поступления от проекта (налог на прибыль) в региональный бюджет Сахалинской области только в первом полугодии 2013 года составили 14,9 млрд руб. [16]. Инвестиции в развитие инфраструктуры области (дороги, мосты, больницы, порт, аэропорт) составили более 400 млн долл.
В рамках проекта было обеспечено более 11 тыс. рабочих мест для строительства объектов, а одним из итогов стал запуск первого в России завода сжиженного природного газа (СПГ) в 2009 году.
— автомобильная промышленность: альянс «АвтоВАЗа» и франко-японского консорциума Renault-Nissan, предполагающего создание совместного предприятия в целях модернизации и развития российского автогиганта.
В 2013 г. производство автомобилей и шасси по заказу альянса Renault-Nissan принесло «АвтоВАЗу» 9 млрд руб., или 5,14% всей выручки компании по РСБУ. В 2014 году по некоторым оценкам — 50 млрд руб., или 20% от общей выручки по МСФО. К 2018 г., когда моделей станет больше, — 175 млрд руб. (или 40% выручки) [24].
Кроме того, заключение указанного партнерства несет в себе значительный социально-экономический эффект, поскольку «АвтоВАЗ» является одной из крупнейших компаний в автомобильной отрасли России, а выживание компании на рынке — это условие сохранения более б0 тыс. рабочих мест, которые обеспечивает компания сегодня, и поступления в бюджет налоговых отчислений в размере более 400 млн. рублей ежегодно согласно данным аудиторского заключения компании Ernst& amp-Young за 2013 год.
— сектор инноваций и высоких технологий: знаковым проектом в области высокотехнологичной медицины стало соглашение ГК «Ренова» с ведущей мировой компанией в области медицинских технологий, американской «Medtronic Inc» о создании совместного предприятия по производству на территории России современных медицинских изделий (каронарных стентов).
В настоящий момент в России практически все стенты и расходные материалы для процедур, связанных со стентированием сосудов, импортируются. Создание альянса с крупным зарубежным игроком будет способствовать трансферу современных технологий в медицинскую промышленность России, а также продовольственной безопасности нашего государства. Кроме того, на заводе будет обеспечено до 1 тыс. новых рабочих мест для высококвалифицированного персонала [19].
До недавнего времени проблемы в экономике и финансовой сфере в России и мире способствовали развитию международных стратегических альянсов между российскими и иностранными корпорациями. В период финансово-экономического кризиса крупные иностранные игроки на рынке стремились к консолидации своих
7ПП
-я- Стратегические альянсы -¦-Сделки слияний и поглощений
Рис. 2. Количество заключенных сделок М& amp-А и стратегических альянсов российскими компаниями в период с 2000 г. по I пол. 2013 г.
Источник: [9], [15], [27].
активов и поиску вариантов сотрудничества [8], что позволяло бы им выйти на новую траекторию развития.
Вместе с тем складывающаяся с недавнего времени внешнеполитическая ситуация, а также пакет экономических санкций, введенный в отношении России со стороны Европейского сообщества и США в связи с присоединением Крыма к России в марте 2014 года, дестабилизацией ситуации на Украине и началом гражданской войны на территории этого государства, которые, по мнению представителей стран Запада, являются следствием агрессивной внешней политики, проводимой Россией в Европе [13], вносят свои коррективы в тенденции развития стратегических альянсов в российской экономике.
Первые санкции были введены США в марте 2014 года после принятия Республики Крым в состав Российской Федерации (ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов — Республики Крым и города федерального значения Севастополя» от 21 марта 2014 г. № 6-ФКЗ). Далее перечень санкций США расширялся. К санкциям также присоединились страны Евросоюза. На текущий момент пакет санкций в редакции от 01 октября 2014 г. включает в себя ограничения, касающиеся ключевых секторов российской экономики, а именно: топливно-энергетического сектора (ТЭК), военно-промышленного сектора (ВПК), финансового сектора. Секторальные санкции ЕС и США направлены на ряд крупнейших российских компаний и банков указанных отраслей. В отношении данных компаний европейским и американским контрагентам запрещается осуществление транзакций, предоставление финансирования, прочие операции с собственностью и долями в собственности, также прочие операции с новым долгом сроком более 30 дней (в ТЭК — более 90 дней). Кроме того, в энергетической сфере западным компаниям запрещается предоставление, экспорт или реэкспорт, прямой или опосредованный, товаров, услуг (за исключением финансовых) или технологий для поддержки разработки и добычи в глубоководных, арктических шельфовых или сланцевых проектах, имеющих потенциал для добычи нефти в Российской Федерации и ее территориальных водах и в которых участвуют попадающие под действие санкций российские компании, их собственность или доли в собственности [17].
Согласно мнению председателя Европейского совета Хермана ван Ромпей, секторальные санкции против РФ «являются мощным сигналом для лидеров Российской Федерации: дестабилизация Украины или любого другой соседнего государства в Восточной Европе дорого обойдется ее экономике"[32].
В итоге под воздействием принятых санкций крупнейшая нефтедобывающая компания США ExxonMobil была вынуждена выйти из ряда перспективных проектов с российской компанией ОАО «Роснефть». Среди 10 проектов, которые компании совместно разрабатывали, ExxonMobil вышла из 9, в их числе разработка крупного месторождения в Карском море. Таким образом, американская компания практически полностью свернула свою деятельность на территории России [25]. Единственным действующим проектом ExxonMobil в России останется «Сахалин-1», где американской компании принадлежит 30% наряду с японской Sodeco (30%) и индийской ONGC (20%) [10].
Таким образом, можно сделать вывод, что складывающаяся в настоящий момент ситуация вокруг России не благоприятствует развитию международных стратегических альянсов с западными компаниями, что, по нашему мнению, будет способствовать смене действовавшего ранее тренда,. Уже сегодня создаются реальные предпосылки для возобладания нового курса не на международные альянсы, а на национальные партнерства внутри страны.
Восприняв указанную тенденцию, российские компании, в частности, из топливно-энергетического сектора, активизировали свои усилия в целях укрепления внутриэкономического сотрудничества в целях развития. В качестве подтверждения возникновения нового тренда можно привести пример альянса, заключенного в топливно-энергетическом секторе между Группой «Альянс» и ОАО «Независимая нефтегазовая компания» (ННК). Соглашение о создании совместного предприятия было подписано сторонами в апреле 2014 года — в период действия санкций в отношении России. Структура С П следующая: «Альянс» внесет в него свою нефтяную компанию Alliance Oil, а ННК — активы в Саратовской области и на Таймыре. «Альянс» получит в СП 60%, ННК — 40%. Создание подобного альянса отвечает интересам и задачам обеих компаний. Для ННК — это возможность расширить свое присутствие в нефтепереработке, для Группы «Альянс» — консолидировать усилия
на развитии других направлений бизнеса Группы, в частности — на производстве драгоценных металлов. Стоимость совместного предприятия аналитики оценивают в 6 млрд долл. Это крупнейшая сделка крупнейшая сделка со времени покупки «Роснефтью» ТНК-ВР. Экономический эффект от создания совместного предприятия заключается в увеличении объемов добычи и переработки сырья за счет использования совместных ресурсов. Ресурсная база совместного предприятия составит более 500 млн. т. нефтяного эквивалента. Предполагается удвоить текущую добычу нефти с 3,5 млн. т. до 7 млн. т. в течение ближайших 3−5 лет. Объем переработки Хабаровского НПЗ, входящего в Alliance Oil, после реконструкции должен увеличиться с 5 млн. до 6 млн. т. Сейчас завод занимает более 30% на рынке Дальнего Востока[14].
Вместе с тем, наиболее существенные риски для развития российской экономики, на наш взгляд, несут санкции, направленные на ограничение возможностей трансфера западных технологий в отечественное производство. Создание международных стратегических альянсов во многом способствовало этому процессу. С учетом текущей ситуации российские компании будут ограничены в доступе к передовым зарубежным технологиям.
В этой связи преимущественной тенденций должно стать формирование в России научно-исследовательских и производственных стратегических альянсов на базе отечественных предприятий и научных институтов, направленных на разработку, исследование и внедрение в российское производство новых технологий, конкурентоспособных с западными аналогами и отвечающих потребностям экономики.
Подобные альянсы активно создавались в Японии в 80-е — начале 90-х гг. ХХ века при поддержке государства. Так называемые исследовательские консорциумы способствовали развитию исследований и внедрению инноваций в промышленность [28]. Более того, данные альянсы продолжали выполнять свои функции даже после выхода одного из участников из партнерства. В итоге исследовательские консорциумы, в частности, позволили японской электронной промышленности занять лидирующие позиции на мировом рынке.
Кроме того, анализ тенденций развития стратегических альянсов и партнерств в Японии позволят говорить о важной роли национальных альянсов. Так, национальные интегрированные структуры, доминировавшие в различных отраслях японской экономики (кэй-рэцу) в 1980х-1990х гг., со временем к началу 2000х стали основой для современных международных альянсов в Японии. Именно кэйрэцу за счет традиционных для японских партнерств ценностей: взаимной приверженности, лояльности, ответственности, сплоченности — позволили Японии накопить не только необходимый инновационный и технологический, но и финансовый потенциал, в том числе в условиях экономических трудностей в 1996—1998 гг. 29], чтобы успешно конкурировать на мировом рынке с крупнейшими международными компаниями Запада.
В результате, по нашему мнению, российским компаниям, в том числе государственным, следует обратиться к накопленному опыту зарубежных стран и выработать собственную модель интегрированного развития в условиях обострившихся внешнеполитических и финансовых рисков.
Инвестиции в НИОКР — это крайне рискованный (венчурный) тип вложений, который имеет долгосрочный характер. Затраты ведущих западных компаний на разработки и исследования составляют сотни миллионов долларов (евро) в год [30]. Так, лидерами в области инвестиций в НИОКР в мире выступают компании автомобильной промышленности, электроники, компьютерных технологий и программного обеспечения, медицинской техники и фармацевтики. Среди них такие компании, как: Volkswagen, Samsung Electronics, Microsoft, Intel, Toyota Motor, Roche, Novartis, Merck US, Johnson & amp- Johnson, Pfizer и другие. Совокупные инвестиции Т0П-10 компаний в мире на НИОКР составили в 2013 году 72 млрд евро или около 94 млрд долл., что составляет в среднем не менее 9% годового оборота указанных компаний (таблица 1).
Вполне очевидно, что бюджет российских фармацевтических или IT-компаний не может конкурировать с мировыми лидерами. В связи с этим создание национальных научно-исследовательских и научно-производственных стратегических альянсов невозможно без государственной поддержки. При этом государственная поддержка не должна ограничиваться прямым финансированием в виде грантов или субсидий, но и косвенно стимулировать развитие инноваций путем обеспечения налоговых льгот, а также формирования госу-
Таблица 1. Инвестиции в НИОКР крупнейших мировых компаний в 2012 году
№ n/n Наименовани e компании Страна Отрасль Затраты на НИОКР в 2012 г., млн. евро Выручка в 2012 г., млн. евро Доля затрат на НИОКР в годовой выручке,%
1 Volkswagen Германия Автомобилестроени е 9 515 193 000 5%
2 Samsung Electronics Южная Корея Электроника 8 345 142 000 6%
3 Microsoft США Программное обеспечение и компьютерное обслуживание 7 891 59 003 13%
4 Intel США Производство компьютерной техники 7 691 40 428 19%
5 Toyota Motor Япония Автомобилестроени е 7 071 193 000 4%
6 Roche Швейцария Фармацевтика и биотехнологии 7 008 37 622 19%
7 Novartis Швейцария Фармацевтика и биотехнологии 6 923 42 954 16%
8 Merck US США Фармацевтика и биотехнологии 5 996 35 825 17%
9 Johnson & amp- Johnson США Фармацевтика и биотехнологии 5 809 50 950 11%
10 Pfizer США Фармацевтика и биотехнологии 5 740 44 707 13%
ИТОГО 71 989 839 489 9%
Источник: [30]
дарственного заказа на высокотехнологичную продукцию, производимую на территории РФ данными объединениями.
Кроме того, в целях повышения инвестиционной привлекательности альянсов, направленных на разработку и производство высокотехнологической продукции, целесообразно участие государства в капитале создаваемых предприятий на инвестиционной стадии с перспективой последующей реализации государственной доли после успешного запуска предприятия и начала производства по повышенной цене частным инвесторам.
Начиная с 2011 года, в Москве обеспечена работа ежегодного форума «Открытые инновации». В его работе участвуют представители научно-исследовательских институтов, бизнеса, государственной власти федерального и регионального уровней, венчурные фонды, корпорации, банки. Данная площадка, как и аналогичные форумы, организуемые в различных регионах страны под эгидой сотрудничества в области инноваций, призвана стать не только местом для дискуссии, но и средством обеспечения конкретных шагов в процессе создания новых отечественных технологий. Так, за время работы форума «Открытые инновации» подписан ряд, на наш взгляд, знаковых соглашений:
— между Казанским национальным исследовательским технологическим университетом и ОАО «Аэрофлот» в целях совместной разработки «противообледенительной» жидкости нового поколения-
— между корпорацией IBM и ОАО «Ангстрем» в области лицензирования производства микросхем с топологическими нормами 90 нм-
— открыто производство магниторезистивной памяти в рамках совместного предприятия ОАО «РОСНАНО» и Crocus Technology — «Крокус Наноэлектроника». Общий объем инвестиций в проект превысил 200 млн евро, включая софинансирование ОАО «РОС-НАНО» в размере 100 млн евро. [31].
Кроме того, показательными примерами, иллюстрирующими тенденцию создания национальных стратегических альянсов в России, в том числе при участии российских научно-исследовательских институтов, являются следующие проекты:
— инвестиционный проект на предприятии «Метахим» Группы «ФосАгро», предполагающий модернизацию предприятия и созда-
ние нового производства по выпуску №К8 и Р^-удобрений мощностью 100 тысяч тонн при участии ОАО «Научно-исследовательский институт по удобрениям и инсектофунгицидам имени профессора Я.В. Самойлова», разработавшего технологию производства, которая позволит увеличить объем продукции завода и ее ассортимент и откроет новые рынки сбыта для предприятия. Проект получил поддержку Ленинградской области в виде налоговых льгот на прибыль и имущество. Соглашение о поддержке и социально-экономическом партнерстве подписано между ОАО «ФосАгро» и Ленинградской областью на Петербургском международном экономическом форуме в мае 2014 года [12]-
— соглашение между Томским политехническим университетом и «Завод ОНК» о совместном производстве растворов, подписанное в рамках XV инновационного форума 1ЫМ0УГО-2013, а также создание на заводе собственного производства по изготовлению сверхпрочного облегченного материала для цементирования нефтяных и газовых скважин [21].
— соглашение между Холдингом «Швабе» (входит в госкорпорацию «РОСТЕХ», объединяет основные отечественные предприятия оптико-электронной отрасли, включает 64 российских предприятия) и НИИ ОММ (Уральский научно-исследовательский институт охраны материнства и младенчества). По условиям подписанного соглашения холдинг «Швабе» займется разработкой перспективных медицинских изделий, которые будут направляться в НИИ ОММ для опытной эксплуатации и проведения клинических исследований. Соглашение заключено в рамках Международной промышленной выставки «ИННОПРОМ-2014» в Екатеринбурге-
— соглашение между «Росэлектроника» и Объединенная приборостроительная корпорация (ОПК, входит к госкорпорацию «РОСТЕХ») в области развития радиоэлектронной отрасли, промышленной электроники и систем безопасности. Компании будут реализовывать совместную научно-техническую политику в сфере разработки систем и комплексов связи и автоматизированных систем управления специального назначения, информационно-телекоммуникационных решений, осуществлять совместные проекты по созданию высокотехнологичных продуктов, выпуск которых планируется на предприятиях «Росэлектроники» и ОПК. Соглашение было подписано в рамках XIII отраслевой научно-технической
конференции «Инновационные технологии радиоэлектроники регионам России», проводимой в октябре 2014 г. в г. Ялта [23].
— одним из наиболее ярких примеров успешной реализации инвестиционного проекта в фармацевтической отрасли с созданием стратегического партнерства между российскими компаниями ОАО «Роснано» и «Ниармедик Плюс» является совместное предприятие «Ниармедик Фарма». В конце 2013 года ОАО «Роснано» объявило о выходе из проекта после его успешного завершения путем продажи доли в уставном капитале совместного предприятия (34,5%) за 2,3 млрд. рублей своему партнеру. Доходность на инвестиции составила 41,1% [18] - это рекордный показатель в истории выходов ОАО «Роснано» из своих инвестиционных проектов. В 2011 году ОАО «Роснано» инвестировало 1,3 миллиарда рублей на строительство завода «Ниармедик Фарма» в Обнинске. Запуск завода в эксплуатацию намечен на 2014 год. Особенностью завода «Ниармедик» является то, что весь производственный цикл от синтеза исходных субстанций до выпуска готовых препаратов будет происходить на одной производственной площадке.
Выводы:
Проанализировав современные особенности развития стратегических альянсов, можно, на наш взгляд, сделать вывод о том, что данная форма сотрудничества между корпорациями является на сегодняшний день одной из наиболее перспективных. Сделки по созданию стратегических альянсов и партнерств обладают более высокой социально-экономической эффективностью по сравнению со сделками М& amp-А, поскольку позволяют избежать реструктуризации приобретаемой компании и, как следствие, роста безработицы, а также не требуют значительных инвестиций, связанных с приобретением компании-объекта сделки. Кроме того, стратегические альянсы более эффективны для выхода в смежный бизнес или на новые рынки, в то время как поглощения дают более высокие результаты применительно к основному бизнесу и освоенным рынкам.
Вместе с тем в условиях, когда государственные компании больше заинтересованы в консолидации активов и контроле, в России, по-прежнему, преобладающей формой интеграции являются слияния и поглощения, рынок которых в первом полугодии 2013 года составил более 89 млрд руб.
Несмотря на это, стратегические альянсы и партнерства прочно заняли свои позиции в экономике России. Последние тенденции свидетельствуют о росте интереса российских компаний к подобной форме сотрудничества. Наряду с этим в корпоративном сегменте наблюдается переориентация с международных на национальные альянсы во многом под воздействием внешнеполитических факторов. Опыт зарубежных стран, в частности Японии, отражает инновационные возможности и эффективность национальных альянсов и сетевых структур (по типу кэйрэцу) в условиях экономических трудностей.
Существующие примеры сотрудничества между российскими компаниями и научными институтами создают предпосылки для развития инноваций и новых технологий на территории России, что должно обеспечить динамичный рост российской экономики в будущем, несмотря на жесткие экономические санкции со стороны ЕС и США.
Вместе с тем, развитие национальных стратегических альянсов, связанных с созданием новых технологий и производством высокотехнологичной продукции, невозможно без государственной поддержки. При этом государственная поддержка не должна ограничиваться прямым финансированием в виде грантов или субсидий, но и косвенно стимулировать развитие инноваций путем обеспечения налоговых льгот, а также формирования государственного заказа на высокотехнологичную продукцию, производимую на территории РФ данными объединениями.
Литература:
1. Федеральный конституционный закон «О принятии в Российскую Федерацию Республики Крым и образовании в составе Российской Федерации новых субъектов — Республики Крым и города федерального значения Севастополя» от 21 марта 2014 г. № 6-ФКЗ.
2. Витебский В., Куличков Е., Лифанов Н., Шатраков Ю. Пути интеграции российской экономики // Экономические стратегии -2004. — № 2.
3. Гаррет Б., Дюссож П. Стратегические альянсы. — М.: ИНФА-М, 2002. -332 с.
4. Горячева Д. Ю. Анализ финансово-экономических преиму-
ществ стратегических альянсов над корпоративными сделками слияния и поглощения. — М.: МАКС пресс, 2002. — 64 с.
5. Гуленков Д. Г., Филимонова Н. Н. Сетевая кооперация в консалтинге. — М.: Макс Пресс, 2006. — 127 с.
6. Методологические аспекты формирования и развития предпринимательских сетей/ А. Н. Асаул, Е. Г. Скуматов, Г. Е. Локтеева- под ред. проф. А. Н. Асаула. — СПб.: Гуманистика, 2004. — 256 с.
7. Идеи, которые работают. Стратегические альянсы. Harvard Business Review. — М.: Альпина Бизнес Букс. 2008. — 244 с.
8. Карасюк Е. Бархатная конкуренция//Секрет фирмы. — 2004. — № 4.- С. 9−15
9. Каушан К. С., Богушевский С. Л. Интеграция как форма адаптации российски предприятий к современным рыночным условиям// Вестник Волгоградского государственного университета. Сер. 3, Экон. Экол. 2009. — № 2 (15). — С. 138.
10. Климентьева Л. «ExxonMobil свернула 9 из 10 совместных проектов с «Роснефтью"// Ведомости// URL: http: //www. vedomosti. ru/companies/news/34 029 091/exxonmobil-svernul-9-iz-10-sovmestnyh-proektov-s-rosneftyu (дата обращения: 01. 10. 2014).
11. Кузнецов И. А. Некоторые вопросы развития совместных предприятий в России//Транспортное дело России. -2011. — № 12. -С. 152−155.
12. Ленинградская область и «ФосАгро» подписали соглашения о социально-экономическом партнерстве и поддержке инвестиционных проектов компании на территории области// Материалы официального сайта Группы «ФосАгро"// URL: http: //www. phosagro. ru/press/company/item7203. php (дата обращения: 01. 10. 2014).
13. Материалы выступления Президента США Б. Обамы на 69 Сессии Генеральной ассамблеи ООН 24. 09. 2014// Официальный сайт Организации объединенных наций //URL: http: //www. un. org/en/ga/69/meetings/gadebate/24sep/usa. shtml (дата обращения: 30. 09. 2014).
14. Мельников К. Эдуард Худайнатов вошел в альянс// Ком-мерстантъ// URL: http: //www. kommersant. ru/doc/2 462 370 (дата обращения: 01. 10. 2014).
15. Мусатова М. Эмпирический анализ динамики слияний и поглощений российских компаний// Вестник НГУ — 2011. — Том 11, вып. 2. С. 118−128.
16. Налог на прибыль организаций «Сахалин-2» принес региону 30-процентный рост налогов в бюджет// Expert Online — июль 2013 // URL: http: //expert. ru/2013/07/29/nalog-na-pribyil-organizatsij/ (дата обращения: 01. 08. 2014).
17. Оверченко М. Какие секторальные санкции США действуют в отношении российских компаний// Ведомости// URL: http: //www. vedomosti. ru/finance/news/33 364 791/kakie-sektoralnye-sankcii-ssha-dejstvuyut-v-otnoshenii (дата обращения 01. 10. 2014).
18. РОСНАНО успешно вышло из капитала компании «НИ-АРМЕДИК ФАРМА» // Материалы официального сайте ОАО «Роснано» //URL: http: //www. rusnano. com/about/press-centre/ news/20 131 213-rosnano-uspeshno-vyshlo-iz-kapitala-niarmedik-farma (дата обращения: 01. 10. 2014).
19. Сидоркина Н. «И физики, и биологи» // Известия — июль 2013//URL: http: //izvestia. ru/news/552 271 (дата обращения: 01. 10. 2014).
20. Стефан Боссхарт, Эмма Ванг, Томас Люди — «Опыт создания совместных предприятий в Китае"// Вестник McKinsey — 2011-№ 22.
21. Томский политехнический университет и «Завод ОНК» подписали соглашение // Материалы официального сайта Группы ОНК // URL: http: //www. onk-group. ru/press-center/news/ (дата обращения: 01. 10. 2014).
22. Уоллес Р. Л. Стратегические альянсы в бизнесе. Технология построения долгосрочных партнерских отношений и создания совместных предприятий. — М.: Добрая книга, 2005. — 284 с.
23. Холдинги Госкорпорации Ростех объединяют усилия в области развития радиоэлектронной отрасли // Материалы официального сайта ОАО «Росэлектроника"//URL: http: //www. ruselectromcs. ru/ news/?id=1459 (дата обращения: 01. 10. 2014).
24. Штанов В. «АвтоВАЗ» раскрыл выручку от заказов альянса Renault-Nissan» // Ведомости — май 2014 // URL: http: //www. vedomosti. ru/auto/news/26 635 471/lada-ustupaet-dorogu (дата обращения: 20. 09. 2014)
25. Crooks E., Farchy J. «Exxon finds itself in Arctic quandary"// Financial Times// URL: http: //www. ft. com/intl/companies/energy (дата обращения: 01. 10. 2014).
26. Das T.K., Teng B. A Resourse-Based Theory of Strategic Alliances //J. of Management.- 2000. — Vol. 2б, No.1. — P. 33
27. Filippov. S. Russias'-s emerging multinationals: trends and issues // United Nations University. — 2008. — P. 15
28. Lincoln J. R. Strategic Alliances in the Japanese Economy: Types, Critiques, Embeddedness, and Change //University of California, Berkeley — 2009. P. 10−11
29. Lincoln, J. R., M. L. Gerlach. Japan'-s Network Economy: Structure, Persistence, and Change. New York: Cambridge University Press, 2004.
30. The 2013 EU Industrial R& amp-D Scoreboard //European commission for Industrial Research and Innovations // URL: http: //iri. jrc. ec. europa. eu/scoreboard13. html (дата обращения: 01. 10. 2014).
31. Итоги II Московского международного форума инновационного развития «Открытые инновации» и Выставки Open Innovations Expo 2013 //Материалы официального сайта форума «Открытые инновации"// URL: http: //www. forinnovations. ru/press-center/news/20 131 105-itogi-ii-moskovskogo-mezhdunarodnogo-fomma-innovacionnogo-razvitiya-otkrytye-innovacii-i-vystavki-open-innovations-expo-2013/ (дата обращения: 01. 10. 2014)
32. Официальный сайт информационного агентства ИТАР-ТАСС //URL: http: //itar-tass. com/ekonomika/1 348 465 (дата обращения 29. 07. 2014).
33. Официальный сайт информационно-аналитического агентства «АК& amp-М» -URL: www. akm. ru/rus/ma/ (дата обращения: 01. 10. 2014)/
УДК 504.3. 054: 621. 43. 068. 4
ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ЭФФЕКТИВНОСТИ ОЧИСТКИ ВЫХЛОПНЫХ ГАЗОВ СУДОВОГО ДВИГАТЕЛЯ АДСОРБЦИЕЙ ТВЕРДЫМ ВЕЩЕСТВОМ В ПРИСУТСТВИИ ОЗОНА
Туркин А. В., к.т.н., доцент
Туркин В. А., д.т.н., профессор, ФГБОУ ВПО «Государственный морской университет им. адм. Ф.Ф. Ушакова».
С целью повышения экологической безопасности при эксплуатации судовых энергетических установок исследована эффективность очистки выхлопных газов судового двигателя адсорбцией твердым веществом в присутствии озона.
Ключевые слова: экологическая безопасность, судовой двигатель, очистка выхлопных газов, оксиды азота, адсорбция, озон.
EXPERIMENTAL RESEARCH OF MARINE ENGINES EXHAUST GAS CLEANING BY SOLIDS ADSORPTION IN THE PRESENCE OF OZONE EFFECTIVENESS
Turkin A., Ph.D., docent
Turkin V., doctor of technical sciences, professor, Admiral Ushakov Maritime State University, FGBOU VPO
To improve the ecological safety of ship power plant ship engine exhaust gas cleaning by solid material adsorption in presence of ozone effectiveness researched.
Keywords: ecological safety, ship engine, exhaust gas cleaning, nitrogen oxides, adsorption, ozone.
В настоящее время вопросы охраны окружающей среды выдвинулись в число важнейших, которые необходимо решить человечеству. Из-за высокой токсичности вредных компонентов выхлопных газов двигателей, их содержание ограничивается национальными и межгосударственными стандартами [1 — 3]. Стандарты принимаются в зависимости от условий окружающей среды, специфических особенностей экономики, мнения различных вовлеченных групп, защищающих свои позиции, и решения политиков.
В качестве наиболее опасных компонентов отработавших газов двигателей приняты: оксиды азота, оксиды серы, окись углерода и несгоревшие углеводороды. В связи со специфическими особенностями судовых, тепловозных и промышленных двигателей в их отработавших газах в большинстве стран нормируются только выбросы оксидов азота.
Проблема законодательного ограничения вредных выбросов с отработавшими газами судовых двигателей не остается без внимания и со стороны экспертов Международной морской организации. Созданный Международной морской организацией документ МАРПОЛ 73/78 — главное международное соглашение, охватывающее предотвращение загрязнения окружающей среды судами от эксплуатационных или случайных причин. Конвенция МАРПОЛ является основным международным конвенционным документом по предотвращению загрязнения морской среды с судов.
Приложением VI данной конвенции «Правила предотвращения загрязнения атмосферы», принятым в 1998 году и вступившим в силу в мае 2005 года, для морских судов нормируются выбросы оксидов азота, летучих оксидов серы и выбросы озон разрушающих веществ.
С 1 января 2011 года вступила в силу новая редакция Приложения VI Международной конвенции по предотвращению загрязнения с судов, предусматривающая ужесточение выбросов оксидов азота судовыми малооборотными двигателями с 17 до 14,4 г/кВт-ч (уровень ИМО Tier 2), а с 1 января 2016 запланировано ужесточение норм до 3,4 г/кВт-ч в районах контроля выбросов оксидов азота (уровень ИМО Tier 3).
Уже сейчас нормы по выбросу вредных веществ настолько ужесточены, что возможности выполнения соответствующих требований только за счет организации рабочего процесса двигателей внутреннего сгорания практически исчерпали свой резерв. Эффективность этих мероприятий в большинстве случаев достаточна только для достижения уровня ИМО Tier 2. Для достижения уровня ИМО Tier 3 требуются дополнительные (вторичные) природоохранные мероприятия с более глубоким снижением концентраций NOX в дымовых газах.
Наиболее распространенным в судовых условиях является метод селективного каталитического (СКВ) восстановления оксидов азота. Процессы СКВ основаны на избирательном взаимодействии NO с восстановителем (мочевиной) в газовой фазе при температуре 900
— 1200 eC в присутствии катализатора [4 — 6]. Наиболее активными для процесса селективного восстановления NO являются катализаторы, содержащие благородные металлы. Основным недостатком таких катализаторов является высокая стоимость. Другой недостаток этого метода связан со значительным расходом мочевины в процессе эксплуатации и необходимостью наличия соответствующей инфраструктуры для ее пополнения в портах захода судна.
Поэтому с целью снижения затрат на эксплуатацию рассмотрен метод очистки отработавших газов от кислотных оксидов и твердых частиц с использованием механизма их адсорбции твердым веществом. Для этих целей разработано и изготовлено комплексное устройство очистки выхлопных газов судового двигателя [7].
В основе работы предлагаемого устройства лежит использование в качестве адсорбента для вредных компонентов выхлопных газов гранулированной шлаковой пемзы и в качестве окислителя
— озона для ускорения процесса очистки. Ввиду высокой реакционной способности озона происходит окисление значительной части содержавшихся в выхлопных газах монооксидов азота (NO) до диоксидов (NO2), диоксидов серы (SO2) до серного ангидрида (SO3) и монооксида углерода (CO) до диоксида углерода (CO2). Поток выхлопных газов, многократно попадая на поверхность гранул и вовнутрь их очищается от вредных примесей (NOx, SOx, СОх),

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой