Акуша-Дарго в системе взаимоотношений феодальных владений Дагестана во второй половине xviii в

Тип работы:
Реферат
Предмет:
История. Исторические науки


Узнать стоимость

Детальная информация о работе

Выдержка из работы

УДК 94/99(471. 67)
АКУША-ДАРГО В СИСТЕМЕ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ ФЕОДАЛЬНЫХ ВЛАДЕНИЙ ДАГЕСТАНА ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVIII в.
© 2009 Султанбеков P.M.
Дагестанский государственный педагогический университет
В данной статье предпринята попытка показать место и роль одного из даргинских союзов Акуша-Дарго в политической борьбе феодальных владений Дагестана и их взаимоотношениях.
This article deals with the try to show the place and the role of one of Darghin commons, i.e. Akusha-Dargo in political fight of feodal owners of Daghestan and their interrelations.
Ключевые слова: Акуша-Дарго, коалиция, междоусобная война, акушинский кадий, шамхал, уцмий, майсум.
Keywords: Akusha-Dargo, coalition, internecine war, Akusha kadiy, shamkhal, utsmiy, maysum.
Поднимаемая в статье проблема актуальна тем, что с ослаблением внешней угрозы, падением державы Надир-шаха обостряется
соперничество дагестанских
владетелей во внутриполитической борьбе, в ходе которой каждый определял «союзников» и «противников», то есть обозначилось новое явление в политической истории Дагестана — создание
коалиций [14. С. 214].
Действительно, вся вторая
половина XVIII — начало XIX вв.
сопровождались непрерывной
междоусобной борьбой дагестанских владетелей, приводившей к созданию различных коалиций, в составе которых находились и
крупные влиятельные союзы
сельских общин. Одним из крупных и сильных союзов сельских общин
Дагестана был суперсоюз Акуша-Дарго, который объединял в своем составе Акушинского, Цудахарского, Мугинского, Мекегинского союзов сельских обществ. Усиление Акуша-
Дарго и появление его на политической арене Дагестана как самостоятельной политической силы связано с распадом Казикумухского шамхальства в середине XVIII в. [3. С. 62].
В конце XVIII в. в федерации верхнедаргинских союзов сельских общин Акуша-Дарго было более 30 000 дворов и до 100 000 тыс. жителей [6. С. 210]. По занимаемой территории и числу выставляемых воинских сил 20 тыс. человек [3. С. 261]. Акуша-Дарго не уступало крупным феодальным владениям Дагестана. Во главе суперсоюза стоял главный акушинский кадий, от которого зависели кадии остальных союзов, входивших в федерацию Акуша-Дарго. В Акуша-Дарго сложилось подобие системы церковно-государственного управления или теократическая форма государственного управления во главе с кадием [4. С. 198]. Акушинский кадий являлся верховным правителем, судьей и
военачальником, представлял собой модификацию духовной и светской власти. Одновременно акушинский кадий возглавлял воинское ополчение федерации как при защите от нападения внешних врагов, так и во время походов на другие владения, за пределы федерации.
Все эти функции власти акушинского кадия очень схожи с функциями власти феодальных правителей Дагестана. И не
случайно его упоминают в одном
списке с известными владетелями Дагестана: «Шамхал, уцмий,
ахошинский (акушинский Р.С.) кады, табасаранский кады, Фетали-хан, ширванские ханы два брата, и нурсинский хан…» [9. Л. 558].
О возросшем влиянии
акушинского кадия на политическую жизнь Дагестана говорит и тот факт, что без его участия не проводилась коронация тарковского шамхала. Акушинский кадий пользовался
достаточно большим влиянием и авторитетом и у других владетелей Дагестана. К нему часто обращались за помощью и советом население соседних союзов сельских общин и правители феодальных владений. Нельзя не согласиться с мнением А. Комарова, который писал, что «Акушинский кадий всегда пользовался большим почетом и имея в своем распоряжении самое сильное из всех обществ Дагестана, имел важное влияние на дела соседей» [13. С. 17].
Все вышесказанное дает нам основание поставить акушинского кадия в один ряд с феодальными владетелями Дагестана как
равноправного партнера и союзника во внешнеполитических акциях. Судя по содержанию большинства источников становится ясно, что акушинцы были союзниками Тарковских шамхалов в
междоусобных войнах феодальных владетелей Даге второй половине XVIII в.
В середине XVIII в. Дербентское ханство находилось в тяжелом положении, раздираемое
внутренними противоречиями. Этой обстановкой умело воспользовались правящие круги Кубинского ханства, стремившиеся овладеть Дарбентом, они устанавливали с этой целью связь с дербентцами [12. С. 102]. Уцмий Кайтага Амир-Гамза также не прочь был овладеть Дербентом, однако соседние владетели не желали его усиления [24. С. 135]. Каждый из них исходил из своих личных интересов, что приводило к противоречиям между ними. В результате длительных переговоров заинтересованные стороны пришли к компромиссному решению и созданию антидербентского союза во главе с Фатали-ханом. Вот что по этому поводу писал П. Г. Бутков: «Фетали-хан, кубинский и сальянский согласясь с лезгинами (акушинцами — Р.С.), шамхалом Муртазалием, усмием Эмир-Эмзе (Амир-Гамза -Р.С.) и табасаранским кадием предпринял попытку овладеть Дербентом» [6. С. 250].
Дербентский правитель Мухаммед Гусейн-хан, видя бесперспективность своего положения, решил сдать город уцмию Кайтага, однако жители Дербента воспротивились этому, желая видеть своим правителем Фатали-хана — кубинского правителя. Таким образом, возникло Кубинско-Дербентское ханство Фатали-хана. Союзники по борьбе уцмий Амир-Гамза и шамхал Муртазали также получили свои вознаграждения, но они были неодинаковыми [1. С. 41].
Наибольшую выгоду получил уцмий Амир-Гамза, награда шамхала Муртазали и акушинцами была менее значительной, что привело к разрыву отношений между Фатали-ханом и шамхалом Муртазали вместе с акушинцами.
В 60-е годы XVIII века в Дагестане началось новое противостояние между владетелями в борьбе претендентов на шамхальское
достоинство между Тишсиз Бамматом казанищенским и
шамхалом Тарковским Муртазали.
В этой борьбе Фатали-хан, уцмий Амир-Гамза вместе с кумыкскими правителями Темир Хамзином и Алиш Хамзином и аварским
правителем Нуцал-ханом выступили на стороне Тишсиз Бамата. В
коалицию шамхала тарковского Муртазали были втянуты его брат, буйнакский владетель Бамат,
акушинцы и казикумухский Магомед-хан. Таким образом, в междоусобную борьбу за власть в шамхальстве Тарковском были втянуты все крупные феодальные владетели Дагестана. Судя по архивным
данным, в самом начале этой междоусобной войны влиятельными лицами Дагестана предпринимались попытки примирить враждующие стороны. Однако они оказались
неудачными. Шамхал Муртазали
отверг требование Тишсиз Бамата дать ему «…из всего имения и подвластных половинную часть»,
заявив, чтобы «он, Бамат, будучи по нем младшим, жил с покоем и владел с ним обще» [10. Л. 87, 93]. Между тем обе противоборствующие стороны готовились к продолжению борьбы. К сел. Казанище стягивали свои войска сторонники Тишсиз Бамата, среди которых был уцмий Амир-Гамза, также готовил войска шамхал Муртазали, численность которых была увеличена за счет приглашенных горцев [5. С. 132].
Борьба за шамхальское
достоинство продолжалась в 60−70-ее гг. с переменным успехом, ни одной из сторон не удавалось окончательно склонить чашу весов в свою сторону. В какой-то момент и русские власти предпочитали видеть шамхалом Тишсиз Бамата, в 1763 г. к нему в Тарки был послан ротмистр Терского войска А. Киреев [21. Л. 519].
Только лишь благодаря
поддержке акушинцев шамхалу Муртазали удалось одержать верх над коалицией Тишсиз Бамата и
удержать за собой шамхальский престол [25. C. б0].
Акушинцы, как известно среди народов Дагестана, отличались особой храбростью и
воинственностью, о чем неоднократно упоминается в сообщениях русских авторов XVIII—XIX вв. Так, Д. И. Тихонов писал, что «…военым союзником шамхала выступал Акушинский союз вольных обществ, известных своей воинственностью» [22. С. 131]. Храбрость, отважность, неустрашимость. есть общие свойства лезгин, а «каракайдаки, акушинцы народ храбрый, отважный и решительный. «, — отмечал П. Зубов [11. С. 4].
Примерно также отзывается И. Г. Гербер: «акушинцы были «людьми воинскими», «доброконные» и к
«войне храбрые» [8. C. 88, 100]. Еще более поробно об этом писал Я. Рейнегс: «Сила их и храбрость всему Кавказу известны, и сами соседи их, лезгинцы, с коими они часто сражаются, едва могут стоять противу их мужества» [3. C. 72].
Вторая половина б0-х гг. XVIII в. отмечена не менее бурными событиями. Именно в эти годы складывается новая коалиция феодальных владетелей во главе с уцмием Амир-Гамза, направленная против кубинского Фатали-хана. Недавние союзники в борьбе с дербентским ханом и тарковским шамхалом Муртазали теперь оказались по разные стороны борьбы. Теперь союзником Фатали-хана становится шамхал Муртазали с акушинцами, которые еще недавно были его противниками в борьбе за шамхальское достоинство. Столь резкие переходы от союзничества к вражде и наоборот были типичны для феодальной эпохи не только Дагестана, но и других страна [24. С. 14б].
Первым военные действия начал уцмий Амир-Гамза, который под предлогом повидать свою сестру с двухтысячным отрядом вошел в
Дербент и укрепился. Фатали-хан, получив известие, тотчас же вместе с союзниками шамхалом тарковским и акушинцами двинул войска на Дербент. Застигнутое врасплох войско уцмия было разгромлено, сам Амир-Гамза укрылся в верхней части крепости. «В полночь, сделав
лестницы, через нижний замок Дербента перелезли и караульных усмейских людей до смерти побили, а других в плен взяли» [15. С. 221].
В это время на помощь уцмию из Кайтага пришел отряд, но был разбит войсками шамхала Муртазали и Акуша-Дарго. Уцмий Амир-Гамза с остатками отряда прорвался через оцепление и ушел в свои владения. В результате неудачного похода на Дербент уцмий Амир-Гамза ухудшил свое положение, лишившись права сбора таможенной пошлины в Дербенте [23. C. 111].
Вскоре после дербентских
событий на сторону Фатали-хана перешел Эльдар-бек, племянник
Магомед-хана Казикумухского,
которому поручил управление
Дербентом [2. С. 93]. Такого же «соседа врага, — писал Р. М.
Магомедов, — Фатали хотел создать и для Рустам-кади — верного союзника Амир-Гамзы» [15. С. 223]. К тому времени Фатали-хан со своим азербайджанским союзником
Гусейном Шекинским в 17б8 г.
захватил Шемаху и поделил с ним Ширван. Усиление и расширение Кубинского ханства сильно беспокоило соседних с ним владетелей, как дагестанских, так и азербайджанских, результатом чего явилось создание ими коалиции, направленной против Кубинского ханства, которое в свою очередь имело союзников в Дагестане и Азербайджане. В Дагестане кубинского хана поддерживали шамхал Муртазали и акушинцы. Как и в междоусобной борьбе за власть в шамхальстве, Акуша-Дарго
оказалось в лагере противников уцмия кайтагского Амир-Гамзы.
Напряжение противоборствующих сторон достигло наивысшего
предела.
В последующие годы
противоречия Фатали-хана с соседними владетелями усилились, пока не переросли в военные действия. В 1773 году войска шекинского, карабахского, аварского ханов выступили против него и захватили Шемаху. Фатали-хан отступил в Кубу [15. С. 228]. Тем временем изгнанный из Шемахи Фатали-хан вернулся с кубинскими и бакинскими ополчениями, а также войском акушинцев, таркинцев и бойнакцев. Объединенные силы Гусейн-хана шекинского и братьев аварского хана — Булача и Магомед-Мирзы были разбиты, причем «Булач и Магомед-Мирза пали на поле сражения…, а их люди бежали обратно» [2. С. 94].
Узнав об этом, брат погибших ханов Магомед-хан с новым войском устремился к Шемахе и с помощью своего союзника Агаси-хана занял ее. Тогда Фатали-хан, призвав на помощь своих союзников, шамхала тарковского и акушинцев, ударил по врагу. Произошла жестокая битва, войска Агаси-хана разбежались, а «Нуцал-хан с отрядом, прибывшим с ним из Аварии, сильно и стойко оборонялся, но под конец был разбит» [5. С. 132]. Не видя
благополучного исхода сражения аварский нуцал предложил переговоры, на что согласился Фатали-хан и пригласил Магомед-Нуцала к себе. Когда шли переговоры, даргинцы (акушинцы -Р.С.) которые находились в отряде Фатали-хана, потребовали от него убить Магомед-нуцала, на что Фатали-хан дал дозволение [5. С. 132].
Весть о гибели последнего из братьев-нуцалов потрясла весь феодальный мир Дагестана. Здесь стал быстро складываться «антикубинский блок» [15. С. 230]. Вновь сформировавшаяся коалиция
«…казанищенский владелец Тишсиз Бамат с Хайдацким уцмием и женгутайского владельца Али-Солтана с братом Ахматом с набранными из горцев войском в тысячах б в середине 1774 года по дозволению табасаранского кадия прошли через Табасаранскую державу в Персию далее Дербента, для разорения кубинского Фетали-хана» [24. С. 147].
Решающее сражение между противоборствующими группами произошло недалеко от Худата в местности Гавдушан. Впоследствии это сражение вошло в историю под названием Гавдушанское сражение. Вот что писал по этому поводу А. К. Бакиханов: «. счастье клонилось
сначала в сторону Фет-Али-хана, но Али-бек, храбрый сын усмия, так быстро ударил на центр неприятельских войск, что победа присоединилась к его мужеству» [5. С. 133]. По мнению Р. М.
Магомедова, основную роль в Гавдушанской победе сыграли кайтагцы, на помощь которым вовремя подошли табасаранские беки и Тишсиз Бамат [14. С. 231].
Поражение Фатали-хана было настолько сильным, что он не смог отстоять даже свою столицу — Кубу, которую захватил Магомед-хан казикумухский, союзник уцмия по антикубинской коалиции [7. С. б7].
Поражение в Гавдушанской битве чуть не обернулась для Фатали-хана политическим крахом. За короткий промежуток времени он лишился значительной части своей территории. Шамхал Муртазали и акушинцы, союзники Фатали-хана, пытались ему помочь, но не смогли и в январе 1775 года также обратились к России «с прощением о вспомоществлении против
хайдацкого уцмия и его сообщников» [20. Л. 29]. Только лишь
вмешательство России, которое выразилось в походе русских войск под командованием генерала И. Ф. де Медема общим числом 3 тыс.
регулярных и 2 тыс. иррегулярных на Дербент, спасло Фатали-хана от окончательного разгрома. В этом походе участвовал и шамхал Муртазали с отрядом в несколько тысяч человек из акушинцев [1б. С. 70].
10 мая 1775 года часть русский войск, к которым присоединился и Фатали-хан, двинулась во главе с майором Киднером в Каракайтаг и Табасаран, остальная часть войска под предводительством де Медема с отрядами шамхала Муртазали направилась в другие районы Южного Дагестана [1. С. 79]. В дальнейшем уцмий Кайтага и его союзник Магомед-хан Казикумухский потерпели поражение от объединенных сил майора Киднера и Фатали-хана. Таким образом, антикубинская коалиция была разгромлена. Поэтому ее участники вынуждены были пойти на заключение мирного соглашения.
С помощью России Фатали-хану удалось на время восстановить свое ухудшившееся положение и усилить свое влияние на Восточный Кавказ.
После вывода русских войск обострилась борьба за власть в Майсумстве Табасарана, как и в предыдущей борьбе за шамхальское достоинство, каждая коалиция
поддерживала своего претендента, уцмий и кадий поддерживали Али-Кули-Саида, а Фатали-хан с шамхалом тарковским и акушинцами
поддерживали Магомед Гусейн-бека [1. C. 91].
Противостояние Фатали-хана уцмию и кадию объяснялось тем, что Майсумство занимало важное стратегическое положение в Южном Дагестане. События вокруг Майсумства еще больше усилили противоречия уцмия Амир-Гамзы с Фатали-ханом. В связи с этим в сентябре 1775 года генерал де Медем указал майору Криднеру на необходимость примирения
кубинского хана и владетелей Южного Дагестана. Россия
опасалась, что дальнейшее продолжение борьбы дагестанских владетелей: кубинского хана, с одной стороны, и уцмия кайтагского — с другой — приведет к усилению позиций Ирана на Кавказе. Поэтому было достигнуто соглашение в виде обязательств феодальных
владетелей перед Россией.
Однако одними соглашениями невозможно было добиться
спокойствия в этом регионе —
слишком уж были сильны противоречия между феодальными владетелями. В связи с этим майор Фромгольд сообщал, что
«. желаемого здесь спокойствия никогда быть не может. Ибо уцмий и кадий, хотя и дали свою подписку в том, чтобы хану ничего не делать, однако сие показывают они по одной наружности., а внутренне пылают к нему злобой.» [1. С. 91].
Тем временем правитель Ирана Керим-хан Зенд, с тревогой следивший за усилением Фатали-хана, попытался привлечь его на свою сторону, но потерпел неудачу. Тогда Керим-хан обратился к уцмию Кайтага за помощью.
Предварительно к уцмию прислали послов с большим количеством разного товара. Уцмию Амир-Гамзе предлагалось вместе с Гидаят-ханом гилянским ударить по союзнику Фатали-хана Тала-хану джавадскому и освободить дорогу иранскому войску в Грузию, оттеснив Фатали-хана на север от Куры. [9. Л. 558].
Уцмий Амир-Гамза согласился с предложением Керим-хана и начал собирать войско, «. пригласил к
себе табасаранцев, аварцев, акушинцев и прочих горцев.» [Там же]. Как видно из документа, среди «приглашенных» есть и акушинцы. А до недавнего времени они были противниками уцмия, находясь в союзе с шамхалом Муртазали и Фатали-ханом. Видимо, к этому моменту отношения уцмия Амир-Гамзы и Акуша-Дарго улучшились,
возможно, что обе стороны сделали выводы из предыдущих событий.
Через год (1778 г.) уцмий вновь получает подарки: «. от персидского векиля Керим-хана на мореходном судне к горскому хайдацкому уцмию привезено презентов тысяч на
двадцать или более и одна лошадь с золотою попоною и склонял его уцмия, чтобы он пригласил акушинских горских татар, поступил с ним на Грузию. «, сообщал
астраханский губернатор князю Г. А. Потемкину о намерениях иранских эмиссаров в Дагестане [9. Л. 558].
О силе и значении Акуша-Дарго было известно не только в Дагестане, но и за его пределами, в частности и в Иране, в вышеприведенном документе
иранский правитель Керим-хан
рекомендует уцмию Амир-Гамзе в качестве союзников пригласить именно акушинцев.
Между тем организованный
иранскими властями поход дагестанцев во главе с уцмием Амир-Гамзой не состоялся: разнесся слух о смерти Керим-хана. К тому же угроза шамхала Тарковского ударить по Кайтагу в случае осуществления похода заставила Амир-Гамзу отказаться от сбора ополчения [б. С. 115]. Однако под его командованием оставалось около трех тысяч конницы из своих людей и их союзников. И с этим войском уцмий направился на юг, где успешно действовал его союзник Гидаят-хан, разгромивший Талышского хана с захватом крепости Джавад [1. С. 5б5]. Вот как описывал этот поход Г. -Э. Алкадари: «Кара кайтахский уцмий Амир-Гамза. собрав до трех тысяч конницы, прошел через Дербент, Кубинский уезд, Ширван, двинулся на город Ардебиль. велел разграбить…, а потом с имуществом и обильной провизией повернули оттуда на Гянджу. Точно так же, разграбив город Гянджу и перебив там людей, оказавших
сопротивление, он отправился в
Нухинский уезд, а оттуда, прибыв по Ахтынской дороге, прошел через Кюринский округ в Табасаран и вернулся в свое владение» [2. С. 97].
Р. М. Магомедов отмечал, что этот поход должен был сильно поднять престиж уцмия Амир-Гамзы. В этом успехе ему (уцмию Амир-Гамзе -Р.С.) большую помощь оказали
акушинцы, участвовавшие в этом походе. На самом деле, как писал А. К. Бакиханов, «ни один из владетелей областей, через которые он проходил, не смел противиться ему, а некоторые старались задобрить его подарками, отклонить таким образом от своих владений» [5. С. 134].
В начале 80-х годов обостряется борьба за престол кахетинско-картлинского царя между князем Александром и Ираклием II. В 1782 году князь Александр прибывает в Дагестан и обращается за помощью к дагестанским владетелям, о чем Фатали хан сообщал русским властям: «…после пребывания его в Дагестан, приехали ко мне в Дербент высокостепенный Муртуз-Али-Хан шамхал, Амир-Хамзе Хан усми Кайтакской, Али Султан
Чумекетанской со всеми
дагестанскими старшинами и
первенствующими людьми, и все оное собрание… приглашало и уговаривало меня с собою ехать на расхищение и пленение Грузии» [9. Л. 558]. Можно предположить, что старшины, в том числе и акушинцы, руководствовались не столько политическими соображениями, сколько надеждой добывать богатства и пленников.
Известия об этих планах встревожили русскую
администрацию на Кавказе, так как в
Примечания
это время готовилось заключение Георгиевского трактата с Ираклием II о союзе России с Грузией и протекторате, а потому
разорительный поход и смена Ираклия II были бы крайне нежелательны для России. В связи с этим Фатали-хан отказался от похода, а князь Александр был выдан русским властям.
Уцмий Амир-Гамза потребовал от Фатали-хана компенсации за ущерб несостоявшегося похода на Грузию, в возврате «…ему, уцмию, собираемую пошлину с едущих в Дербент., да и отдать в вечное владение принадлежащие Дербенту и Кубе некоторые деревни…» [25. Л. 22]. Видимо, оба правителя смогли прийти к какому-то компромиссу, поскольку в 1785 году грузинский царь Ираклий II писал генерал-поручику П. С. Потемкину о том, что «шамхал, уцмий, ахошинский (акушинский — Р. С.) кады, табасаранский кады, Фетали-хан, ширванские ханы два брата, и нухинский хан, … весною намерены с войском своим выступить в поход, расположиться лагерем ниже Ганжи или выше сего города и оттуда делать нападения на Грузию» [9. Л. 558]. На самом деле Ираклию II было чего опасаться. Согласно архивным данным, под командованием Фатали-хана собралось до 25 тыс. человек [16. С. 94]. Как видно, и в этом сообщении акушинцы названы вслед за шамхалом и уцмием самыми сильными и влиятельными феодальными владетелями
Дагестана, что свидетельствует о том, что Акуша-Дарго было очень сильным политическим
образованием Дагестана.
1. Абдуллаев Г. Б. Из истории Северо-Восточного Азербайджана в 60−80-е гг. XVIII в. Баку, 1958.
2. Алкадари Г. Э. Асари-Дагестан. Исторические сведения о Дагестане. Махачкала, 1929. 3. Алиев Б. Г. Союзы сельских общин Дагестана в XVIII — первой половине XIX вв. Махачкала, 1999. 4. Алиев Б., Ахмедов Ш» Умаханов М. -С.К. Из истории средневекового Дагестана. Махачкала, 1970. 5. Бакиханов А. К. Гюлистан-Ирам. Баку, 1926. 6. Бутков П. Г. Материалы для новой истории
Кавказа с 1722 по 1803 год. СПб, 1869. Ч. 1. 7. Березин И. Н. Путешествие по Дагестану и Закавказью. Казань, 1850. Ч. II. 8. Гербер И. -Г. Описание стран и народов вдоль западного берега Каспийского моря. 1728 г. // ИГЭД. М., 1958. 9. Русско-дагестанские отношения в XVII -начале XIX вв. / Под. ред. В. Г. Гаджиева // РФ ИИАЭ ДНЦ РАН. Ф. З. Оп.1. Д. 278. Л. 558. 10. Донесение знаменщика гребенского войска, профиля, посланного в Тарки для разведывания и примечания генерал-майору и коменданту Ступишину в Кизляр 1762 февраля 2 дня // ЦГА РД. Ф. 379. Оп.1. Д. 914. 11. Зубов П. Картина Кавказского края, принадлежащего России, и сопредельных оному земель в историческом, статистическом, этнографическом, финансовом и торговом отношениях. СПб., 1835. Ч. 3. 12. Козубский Е. И. История города Дербента. Темир-Хан-Шура, 1906. 13. Комаров А. В. Списки населенных мест Дагестанской области // Сб. стат. сведений о Кавказе. Тифлис, 1869. Т. 1. 14. Левиатов В. Н. Очерки из истории Азербайджана в XVIII в. Баку, 1948. 15. Магомедов P.M. Даргинцы в дагестанском историческом процессе. Махачкала, 1999. Ч. II. 16. Магомедов Н. А. Дербент и дербентские владельцы в XVIII — первой половине XIX вв. Дис… д-ра ист. наук. Махачкала, 1999. 17. Потто В. Исторический очерк кавказских войн от их начала до присоединения Грузии. Тифлис, 1889. 18. Перевод с письма татарского присланного от бригадира и кумыкского воеводы князя Алиш Хамзина на имя господина генерал-майора Кизлярского коменданта А. А. Ступишина от 12 сентября 1 767 года // ЦГА РД. Ф. 379. Оп.1. Д. 525. 19. РГАДА Ф. Отношения России с Персией 1767−1 774 гг. Д. 1 7. 20. Рапорт генералу де Медему от Кизлярской комендантской канцелярии // ЦГА РД. Ф. 379. Оп.1. Д. 987. 21. Рапорт ротмистра Терского войска в Кизлярскую комендантскую канцелярию // ЦГА РД. Ф. 379. Оп.1. Д. 556. 22. Тихонов Д И. Описание Северного Дагестана 1 796 г. // ИГЭД, 1958. 23. Фаталиева Х. Р. Аварское нуцальство в XVIII в. (социально-экономическое, политическое и культурное развитие): Дис… канд. ист. наук. Махачкала, 1990. 24. Фаодаева Ф. З. Из истории русско-дагестанских политических взаимоотношений в 60−70-ее гг. XVIII в. // ВИЭД. Вып. I. Махачкала, 1970. 25. 1783 года мая 21-ого дня возвратившийся из персидского города Баки татарин Н. Д. Денизбоев // ЦГА РД. Ф. 379. Оп.1. Д. 914. 26. Шамхалы Тарковские // ССКГ. Вып. I. Тифлис, 1868. С. 60.
Статья поступила в редакцию 17. 08. 2009 г.

ПоказатьСвернуть
Заполнить форму текущей работой